Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

РЕГИСТРЫ РЕМЕСЕЛ И ТОРГОВЛИ ГОРОДА ПАРИЖА

Статут LXXVIII

О парижских живописцах и седельщиках, их ордонансах и постановлениях

Никто не может быть седельщиком в Париже и продавать седла, отделанные козьим сафьяном (cordouan) 46, если не купит ремесло у короля; а продают его за 16 су от имени короля те, кому король это дал, насколько ему будет угодно; из этих 16 су король отдал 10 су своему главному камергеру и 6 коннетаблю Франции 47... Все члены цеха седельщиков в Париже обязаны приходить и собираться вместе по требованию трех или двух старшин, когда тем нужен их совет, например, если найдено поддельное изделие и нужен совет для его рассмотрения. Если они не хотят идти по этому требованию, парижский прево дает им [старшинам] одного сержанта, который приводит их властью прево.

Никто из седельщиков или продавцов седел не должен покупать ремесло у короля, если он не работает из козьего сафьяна или если седла, которые он продает, не отделаны сафьяном; и пусть седла, которые он делает или продает, будут отделаны целиком коровьей кожей или целиком бараньим сафьяном, и он не может их делать или продавать, если они не отделаны все одним материалом. Никто не может окрашивать или обтягивать и делать какую бы то ни было обтяжку (couverture) на седло, которое расколото в верхней части луки, или на седло, которое расколото больше, чем на два пальца от вершины [луки]. И если кто бы то ни было найдет такого рода седла они должны быть уничтожены без выкупа и без промедления. Никто не может отделывать седла, обтянутые любым видом обтяжки или окрашенные любой краской, если они сделаны не из хорошей и доброкачественной кожи, а именно все четыре дужки (cors) каждой луки седла от одной вершины до другой кожей, которая называется cuirier par chantiaus, если это не лакированные седла, сделанные для тамплиеров или духовных лиц, или седла, которые так и остаются деревянными лакированными (fustines vernisiees); если кто поступит иначе, седло уничтожается там, где его найдут, без промедления и выкупа. Никто из седельщиков не может ставить старую кожаную отделку на новое изделие, а именно, чтобы penaus было из новой или старой [кожи], feutrure 48 или покрышка из новой или старой, если он [195] не делает это по просьбе какого-нибудь человека не из цеха, который просит и хочет, чтобы ему сделали седло, изготовленное из старого и нового.

Никто из седельщиков 49 не может сшивать бараний сафьян с козьим или с какой-либо другой кожей, если это не снаряжение, которое называется bastiere;... не может сшивать бараний сафьян ни с коровьей, ни с телячьей кожей для какой бы то ни было амуниции (fournement) и какой бы то ни было волос (poll) смешивать с грубой шерстью (bourre); если кто-либо так делает, изделие должно быть уничтожено;... не может класть волос в седло, крытое козьим сафьяном, т. е. где седалище и попона были бы из козьего сафьяна; если кто-либо так делает, седло должно бить уничтожено; ... не должен изготовлять вьючное седло (soume) или седло из черного бараньего или козьего сафьяна, если кожа не выделана хорошо и достаточно; ... не должен окрашивать золотой краской заднюю часть седла, если она не покрыта одним золотом, т. е. золотом без примеси серебра, которое называется or parti; но переднюю луку можно окрасить чем угодно; если бы такое седло было найдено, оно должно быть уничтожено; ...не может приделывать на какое бы то ни было седло или щит что-либо empraintee, или empastee, или ieteteiche 50 из олова, если не для того, чтобы можно было при необходимости снять два или три гербовых щита с седла, которое купит какой-нибудь добрый человек (bonhomme), и можно сделать эти гербовые щиты из олова, покрашенного по просьбе покупателей. Если кто-нибудь сделает седло иначе, чем установлено, оно должно быть уничтожено. Седельщики называют оловянное изделие eniprainte, или empastee, или ieteteiche, если оно сделано в литейной форме (molles), какая бы форма ни была, и потом эту отлитую вещь прикрепляют клеем на луку седла; такое изделие, говорят они, недоброкачественно и нечестно и не должно быть продано потому, что всякое выпуклое (enlevee) изделие должно быть сделано из гипса лопаткой (de platre a pincel) и на седле и на щите.

Никто из седельщиков не может договариваться с серебрильщиком о покрытии главной части изделия, т. е. седла, щита или четырехугольного щита, золотом или серебром серебрильщика, так как серебрильщики, когда они делают это из своего золота и серебра, не прижимают (present) золото и серебро так, как должно, так что седельщикам нет от этого выгоды, а только огорчения. Если кто-нибудь так сделает, он платит королю 5 су штрафа. Никто из седельщиков не может отделывать седла a trouser 51, ни продавать его, если оно не было дважды обтянуто хорошей и доброкачественной кожей, т. е. в первый раз обтяжкой из кожи par chantiaus, как было выше сказано, а второй раз полностью (tout outre). Если же он делает иначе, седло должно быть уничтожено. Никто из седельщиков не должен ни на своем, ни на другом седле делать часть луки (lege), т. е. то, что помещается на край луки вьючного седла, на котором носят сундуки, кроме как из лошадиной, свиной, коровьей или другой столь же доброкачественной кожи и целиком из одного куска; если же это делается иным образом, вьючное седло должно быть уничтожено. Седельщики могут сделать человеку не из их цеха его седло или вьючное седло с той отделкой (garnisson), какую он им принесет, старой или новой, и поставить грубую шерсть с волосом, если он сам приносит волос. Никто не может покупать отделанное сафьяном седло для перепродажи в Париже, если он не купил ремесло у короля. А если он так сделает, тот, [196] кто продает от имени короля ремесло сапожников, может взять седло и поступить по своему усмотрению. Если кто-либо из седельщиков потерял что-либо из вещей своего ремесла вроде связки к подпруге, которая называется сбруей [снаряжением] к седлу коня или вьючной лошади, или какую-нибудь другую вещь, какая бы ни была, он должен сообщить об этом старшине цеха, и старшина должен заставить вернуть их ему, если он знает, у кого они. Если какой-нибудь седельщик покупает какую-нибудь вещь, относящуюся к его ремеслу, в городе или вне города Парижа, и кто-нибудь из цеха седельщиков дал задаток (denier Dieu), или ударяет по рукам (а lа раumeе), или заключает сделку, он [седельщик] имеет долю в торговой сделке с вещами, относящимися к его ремеслу,— с окраской и отделкой козьим сафьяном или с другими вещами; и если тот, кто требует войти в долю, хочет взять половину, он ее возьмет, как бы мало она ни стоила, и любую вещь, которая ему нравится, за цену, которую она стоит. Никто из цеха не может отделывать седло, если оно не продано прежде, чем отделано, если это не седла a trouser, или седла отлакированные, или добела отполированные, или деревянные седла, прикрепленные на заднюю дугообразную колодку оловянными гвоздями, без единого позолоченного гвоздя; иначе седло должно быть выставлено у двери и продано как старое, ибо изделие, отделанное ранее, чем оно продано, нехорошее и нечестное, и не отделывают его по-честному до того, как оно продано. И если кто делает другим образом, платит королю 10 су штрафа. Никто из седельщиков не может вешать седло наверху или внизу окна [выходящего] на дорогу 52, кроме как на крюке, так, чтобы лука была посредине крюка 53. А если кто делает иначе, платит королю 12 денье штрафа.

Никто не может работать в воскресенье, ни в четыре праздника божьей матери, т. е. в середине августа, в сентябре, в сретение и в марте, если не нужно нарисовать гербы на щите (enarmer on escu), или сделать одно стремя и один нагрудный ремень к одному седлу и одну сбрую для вьючного животного, т. е. подогонье и нагрудный ремень. Если же кто делает иначе, платит 20 су штрафа, половину — королю, другую половину — братству. Ни один седельщик не может иметь более двух учеников, одного живописца и одного для отделки, если это не его дети или дети его жены или какого-нибудь бедного человека, которых он обучит надлежащим образом ради бога, без договора о деньгах или об обучении. Никто из седельщиков не может брать другого ученика, кроме как у указанных выше людей, и чтобы он брал его не менее, чем на восемь лет обучения, и не меньше, чем за 8 ливров деньгами и 5 су братству; за большую сумму и на больший срок он может брать, но за меньшую сумму и на меньший срок он не может брать. Ученик не может приступить к делу, пока не заплатит свои 5 су, и мастер за каждого ученика — по 5 су братству. Три или два мастера этого цеха должны не менее раза в месяц идти утром по мастерским для наблюдения за этим ремеслом седельщиков и должны везде брать плохие изделия, там где найдут, и показывать прюдомам цеха, а если они будут найдены и оценены как плохие, они должны быть уничтожены парижским прево. Все седельщики и все их подмастерья должны и обязаны по своей клятве сообщать старшине цеха и мастерам, если узнают, что их мастер, или какой-нибудь их сосед, или кто-нибудь другой нарушат что-нибудь из вышеупомянутых вещей против [постановлений] этого цеха, и если кто так не сделает, он — клятвопреступник. Никто из [197] седельщиков не может брать подмастерья к себе на службу более, чем на один день, если сперва подмастерье не поклялся на святых, что он будет работать в ремесле хорошо и честно и будет соблюдать вышеуказанные установления; если же он сделает иначе, он уплатит королю 5 су штрафа, если не было так, что он видел, как подмастерье работал у другого в этом ремесле два дня подряд или больше, и он может это доказать. Если он это докажет, он освобождается от 5 су, и уплатит их тот, против которого он это доказал в его присутствии. Никто не может и не должен использовать гвозди из слоновой кости или из какой бы то ни было эмали; если он так делает, изделие должно быть уничтожено, ибо оно нехорошее и нечестное.

Никто из седельщиков не может употреблять предметы, сделанные вне города Парижа, до тех пор, пока эти предметы не были бы просмотрены охраняющими цех прюдомами, изображения — живописцами, обтяжки — отделочниками и луки — седельными плотниками; а если кто-нибудь употребил бы, он теряет изделие, которое будет уничтожено, и заплатит королю 10 су штрафа. Никто не может работать в цехе парижских седельщиков, т. е. отделывать козьим сафьяном, если он не купил ремесло у короля или не работает у человека, который это ремесло купил у короля. Никто из седельщиков, или кто-либо другой, не должен отдавать окрашенное и отделанное седло, прежде чем оно будет отполировано, если это не учебное седло (sele dormant); а если он так делает, он платит королю 5 су штрафа. Никто не может и не должен приделывать подпругу, ни другую сбрую к вьюку, если она нехорошая и нечестная, а именно, надо, чтобы там была одна полоса из couane, т. е. из свиной кожи, или по крайней мере одна полоса новой кожи, стоящей столько же; а если сделает иначе, изделие будет уничтожено.

Никто не может и не должен ни зазывать, ни привлекать покупателя, который стоит у другого прилавка или у другого дома; а если кто так делает, он платит королю 5 су штрафа и 5 су братству. Никто не может и не должен запрещать рассматривать любые вещи его ремесла охраняющим этот цех мастерам-присяжным, ни другим, если они смотрят, не следует ли взять штраф за эти вещи; а если он так делает, платит королю 10 су штрафа. Никто из седельщиков или живописцев не должен ничего за вещи, которые относятся к его ремеслу, которые он покупает или продает, при условии, если он их употребляет в работу, кроме 40 пар. су, которые все парижские седельщики и все изготовители уздечек, поводьев и удил (lormier) ежегодно платят королю на ярмарке Сен-Ладр за то, чтобы раскладывать свои товары на прилавке; и за это они свободны идти на ярмарку и на рынок. Эти 40 су распределяют четыре прюдома цеха, с одного больше, с другого меньше, как им покажется лучше. И эти четыре человека или два, по меньшей мере, просят в Шатле одного сержанта для того, чтобы взять с каждого из тех, между кем распределена [эта сумма], то, что с него полагается взять. И эти четыре человека ежегодно выбирают старшину цеха.

Седельщики, которые отделывают козьим сафьяном или другой кожей, какая бы она ни была, и те, кто продает седла из какой бы то ни было кожи, должны помогать сапожникам оплачивать сапоги (hueses) короля, и за это они могут работать из любой кожи, какая им нравится. Мастерам, которым назначено охранять цех, верят во всех затратах и во всех убытках, которые, как они покажут под клятвой, они сделали для охраны цеха; они могут разложить и собрать [эти деньги] с одного больше, с другого меньше, как считают лучше, кроме поборов парижскому прево, если в этом есть надобность. [198]

Статут LXXIX

О парижских плотниках, изготовляющих седла, луки и седельные колодки (chapuisiers)

Каждый, кто хочет быть в Париже седельным плотником, т. е. делать луки и дугообразные колодки к седлам и седла для вьючных животных, может быть им свободно. Никто из седельных плотников не должен ничего за вещи, относящиеся к его ремеслу, которые он продает и покупает. Никто из седельных плотников не может и не должен плотничать и браться за любое дерево, относящееся к его ремеслу, прежде, чем это дерево посмотрели старшины цеха, чтобы знать, годится ли оно для работы. Если охраняющий цех старшина найдет плохую луку, он должен продырявить ее большим буравом так, чтобы лука седла не могла быть использована, кроме как к седлу возчика. Если охраняющий цех старшина найдет плохую луку седла, т. е. из дерева с заболонью (aube), он должен заставить чисто стесать заболоньи, чтобы ее [луку] нельзя было употреблять в работу, кроме как для седла возчика. Никто из седельных плотников не может и не должен отделывать старые седла, т. е. старые починенные седла, ни ножом, ни острием, т. е. обстругивать ножом седло или колодку (aune), свое или чужое, после того как на нем ездили (chevauchiee). Никто из седельных плотников не может ставить деревянную дужку (croissant) ни на луку, ни на колодку в какое бы то ни было место, ни на какую-либо луку, ни на какую-либо колодку. А кто так сделает, то, если старшина найдет, изделие будет уничтожено, а тот, у кого оно будет найдено, уплатит королю 5 су.

Никто из седельных плотников не может иметь более одного ученика, если это не его сын или сын его жены, или племянник, или [человек], которого учат ради бога, без денег и оплаты обучения. Седельщик, который взял ученика, не может его брать менее, чем на шесть лет обучения и за 6 ливров деньгами и за 10 су; из этих 10 су мастер платит 5 и 5 — ученик братству седельщиков, в которое входят изготовители седельных лук. Кто поступит против этого, уплатит королю 5 су штрафа. Ученик не может начинать ремесло, прежде чем не заплатит 5 су братству и мастер свои 5 су. Если ученик может целиком сделать шедевр, его мастер может взять еще одного ученика по причине того, что, если ученик умеет сделать свой шедевр, разумно его держать при деле (au mesfcier), уважать и беречь больше, чем того, кто не умеет его делать; так что мастер не посылает его больше в город достать хлеба и вина, как мальчишку; по этой причине мастер может взять другого ученика с тех пор, как тот умеет делать свой шедевр. Никто из седельных плотников, подмастерьев и учеников не может работать ночью, ни в праздничные дни, когда весь город празднует; если он так делает и это обнаружится, изделие уничтожается, а он платит королю 5 су штрафа. Никто из мастеров не может нанимать подмастерья, если подмастерье не поклялся на святых, что он сообщит охраняющему цех старшине обо всех, о ком он узнает, что они нарушают или поступают против постановлений цеха или в чем-нибудь, сразу же, как только он сможет заметить и узнать, и чтобы этот подмастерье поклялся на святых, что вышеупомянутое ремесло будет делать хорошо и честно, согласно вышесказанным установлениям. Каждый, кто наймет подмастерья прежде, чем тот даст такую клятву, уплатит королю 5 су штрафа, а подмастерья заставят дать клятву. Эта клятва должна быть дана в присутствии одного старшины из числа тех, кто охраняет цех, и по меньшей мере двух или трех [199] прюдомов цеха. Если какой-нибудь мастер цеха нанял подмастерья и подмастерье не дал клятву, то, если он сможет доказать, что подмастерье работал в ремесле два дня у другого, а не у него, он освобождается от 5 су штрафа, и его [штраф] должен платить тот, у кого подмастерье работал без клятвы. Если подмастерье ушел по своей воле или по легкомыслию раньше своего срока и вернулся, он не может работать у другого, прежде чем не отработает у своего мастера, которым он был нанят, и поэтому пусть его мастер его возьмет.

Никто из седельных плотников 54 не может делать украшенные и отделанные седла, если не купил у королевского сапожника ремесло; а если он их делает, седла идут тому, кто собирает кутюму от имени короля, а он должен королю 5 су штрафа; ...не может давать вне своего дома дерево fustin, т. е. дерево, не предназначенное для окраски, если это дерево не запродано; если же он так делает, дерево должно быть уничтожено, и он должен заплатить королю 5 су штрафа. Это установлено прюдомами по причине того, что, когда переносят такое дерево, его пачкают и грязнят; ... не может ставить луки на колодки, если они неодинаковы; если он ставит, они должны быть уничтожены, и он должен заплатить королю 5 су штрафа; ... не может [ставить] луки на колодки, если в луке нет полных трех отверстий и если лука не столь мала, что для нее нужны только два отверстия; ... не должен ничего за вещи, относящиеся к его ремеслу, которые он продает или покупает. Если какой-нибудь плотник покупает какую-нибудь вещь, относящуюся к его ремеслу, и кто-нибудь из цеха является к [моменту], когда ударяют по рукам или дают задаток, он имеет половину или сколько ему нужно 55...

Статут LXXX

О парижских изготовителях гербов (blasoniers), т. е. о тех, кто обтягивает седла, седельные луки и гербы

Каждый, кто хочет быть в Париже изготовителем гербов для седел, т. е. делать и обтягивать кожей седла и гербы к седлам, может быть им свободно, лишь бы работал по кутюмам и обычаям цеха, которые таковы. Никто не может покрывать кожей седло, которое было бы вверху или у основания расколото на два пальца; если он так делает, он платит 10 су штрафа, и седло уничтожается. Никто не может покрывать кожей седло, которое было бы расколото сверху на задней седельной луке, или седло, подлежащее лакировке, прежде чем оно не было два раза покрыто кожей хорошо и добросовестно, т. е. один раз частично, а другой раз полностью. Никто не может покрывать старые седла, которые были взяты у седельщиков или у какого-нибудь ремесленника из их ремесла; каждый, кто нарушит какую-либо из этих статей, платит королю 5 пар. су штрафа, а седло будет уничтожено, как выше указано. Каждый, кто в Париже покрывает кожей седла, может иметь столько учеников и подмастерьев, сколько хочет, за деньги и без денег и на такое время, на какое захочет.

Каждый, кто в Париже покрывает кожей седла, должен 5 су за каждого ученика, которого возьмет, и ученик — 5 су; ученик не может начать ремесло изготовителя гербов для седел, прежде чем не заплатит 10 су братству седельщиков, и мастер ученика должен передать их братству.

Никто из изготовителей гербов для седел не должен делать седла, передняя лука которого неодинакова с задней; если он так делает, оно должно быть уничтожено, и он платит королю 5 су штрафа. Никто из изготовителей гербов для седел не может работать в воскресенье, ни в один из четырех праздников св. девы Марии; если он так делает, он платит 10 пар. су всякий раз, как будет уличен 56... [200]

Статут LXXXI

О парижских шорниках

Каждый, кто хочет быть парижским шорником, т. е. изготовлять хомуты для лошадей, спинки для седел и всякого другого рода шорные изделия, относящиеся к упряжке, сделанные из коровьей и лошадиной кожи, может быть им свободно, из какой бы земли, из какой бы страны он ни был. Каждый парижский шорник может иметь столько учеников, сколько захочет, и работать ночью, когда есть необходимость. Шорник не может работать из козьего сафьяна, если не купил ремесло у короля; а продает его от имени короля помощник графа д'Э (d'Eu), которому король дал, насколько это ему угодно. Никто из шорников не может делать хомутов из бараньей кожи или из бараньего сафьяна; а если же так делают, хомуты уничтожаются, а ремесленник платит королю штраф по усмотрению парижского прево. Шорник может делать свои хомуты из всякого рода кожи, кроме бараньей и бараньего сафьяна, и свободно работать из другого рода кожи, кроме козьего сафьяна, так как, если он работает из него, ему следует купить ремесло так, как указано выше. Шорник может набивать свои хомуты волосом и грубой шерстью, но если он наполняет одним, он не может наполнить другим, а если он так делает, хомут будет уничтожен, а шорник платит королю штраф по усмотрению парижского прево. Если шорник продает свой хомут или какие-нибудь вещи своего ремесла и его спрашивают, из чего сделана эта вещь, он должен сказать; если он обманет, он должен возместить покупателю его убыток, а за то, что продал вещь за другую, заплатить королю штраф по усмотрению парижского прево. Если найдут хомут, который сделан из волоса или из грубой шерсти, он будет уничтожен, а вышеуказанный штраф и убыток взысканы. Шорник не может вбивать в седло для возчиков оловянные гвозди, а если он так делает, седло должно быть уничтожено, и сделавший должен быть оштрафован в пользу короля по усмотрению парижского прево. Если торговцы, пришедшие извне, приносят на продажу седла, сделанные из подобных материалов, они обязаны теми же платежами и убытками.

Статут LXXXII

О парижских изготовителях сбруи и ордонанс об их ремесле

Каждый, кто хочет быть в Париже изготовителем сбруи, т. е. изготовлять удила и ремни позолоченные, посеребренные, луженые и белые, может им быть свободно, лишь бы он работал по обычаям и кутюмам цеха, которые таковы. Никто из изготовителей сбруи не должен работать ночью, [201] если изделие не было запродано, и тот, кто его купил, ждет или поручил [кому-нибудь] ждать, но и тогда можно только скреплять гвоздями (clauеr) изделие; кто будет поступать против этих установлении, платит 2 су штрафа королю всякий раз, как будет уличен. Никто из изготовителей удил и уздечек не может и не должен выставлять товар по воскресеньям, ни в дни праздников божьей матери, т. е. вне своей мастерской, но свою мастерскую он может держать открытой и повесить свое изделие в мастерской, не выставляя его; а кто сделает иначе, заплатит королю 2 пар. су штрафа всякий раз, как будет уличен. Никто из изготовителей сбруи не может употреблять никакое изделие, отлитое в форме, так как оно поддельное и должно быть уничтожено; а тот, кто так сделает, платит королю штраф в 2 пар. су. Всякого рода работа, сделанная молотом, хороша и доброкачественна, если она позолочена, посеребрена или годится к позолоте или посеребрению. Парижские изготовители сбруи могут вырезать и давать вырезать поводья, мундштучные цепочки, нагрудные ремни, стремянные ремни, ремни к шпорам и всякие другие вещи, относящиеся к их ремеслу, из разного рода кожи и сшивать их, давать сшивать в их мастерских и вне мастерских, ночью и днем, свободно, всякий раз, как это будет нужно. Изготовители сбруи и их подмастерья должны поклясться на святых, что обо всех нарушениях, которые произойдут в цехе, сообщат парижскому прево или его помощнику всякий раз, как узнают, и как можно скорее. Никто из изготовителей сбруи не должен ничего за вещи, относящиеся к его ремеслу, которые он покупает или продает на рынке или на ярмарке, вне ярмарки и вне рынка. Изготовители сбруи не обязаны нести свои товары на ярмарку или на рынок, если им не нравится: за это они уплачивают, вместе с сапожниками, седельщиками и седельными плотниками те 40 су, которые вышеупомянутые цехи должны платить королю на ярмарке Сен-Ладр 57...

Статут LXXXIII

О кожевниках (baudroiers)

Никто не может быть в Париже кожевником, т. е. выделывать кожу для изготовления ремней для поясов и подошв к башмакам, если не купит ремесло у короля; а продает его от имени короля тот, кто купил его у короля, одному дороже, другому дешевле, как ему кажется лучше и как ему нравится. Никто из кожевников не может и не должен работать с салом в своем ремесле, так как такое изделие его ремесла, сделанное из кожи, нехорошее и нечестное и должно быть уничтожено, и должен быть оштрафован тот, кто его сделал, на 10 пар. су королю всякий раз, как будет уличен. Никто из кожевников не может и не должен работать ночью, так как ночное освещение недостаточно для работы в их ремесле; каждый, кто нарушит, заплатит королю штраф в 5 пар. су всякий раз, как будет уличен. Никто из кожевников не может и не должен иметь больше, чем одного ученика, если это не его сын, рожденный в законном браке. Если какой-нибудь кожевник берет себе ученика, он не может и не должен брать его меньше, чем на девять лет и за 60 пар. су, которые должен получить мастер, прежде чем ученик начнет обучение; но за большую сумму и на больший срок может брать, если имеет возможность. Если кто-либо взял ученика, он не может и не должен брать другого ученика прежде, чем не [202] пройдут восемь лет с тех пор, как он взял ученика, если первый ученик не умирает или не отказывается от ремесла навсегда. Если ученик женился во время обучения у своего мастера и не хочет ни обедать, ни ужинать у своего мастера, он должен иметь за каждый рабочий день 4 денье на свою еду. Если какой-нибудь ученик убегает от своего мастера по своему легкомыслию, прежде чем завершит и закончит свое обучение, и не вернется к своему мастеру в течение года и одного дня, он не может и не должен когда-либо вступать в упомянутый цех, а его мастер не может брать другого ученика прежде, чем не пройдет восемь лет. Никто из кожевников не может и не должен работать между первым воскресеньем поста и днем св. Ремигия после звона к повечерию в соборе Парижской богоматери; так установлено прюдомами цеха для отдыха, так как дни длинные, а ремесло слишком трудное 58...

Каждый, кто нарушит какую-нибудь из вышеуказанных статей, заплатит королю штраф 10 пар. су всякий раз, как будет уличен. Каждый парижский кожевник должен платить королю 3 су обана ежегодно в день св. Мартина зимнего; должен каждый уплатить королю ежегодно 6 денье кутюмы на рождество и 3 денье горожанам Парижа; и должен заплатить королю 6 денье кутюмы в пасху и 3 денье горожанам Парижа в иванов день 59... Никто из кожевников не может и не должен брать другого ученика и давать ему работу, если он знает, что это ученик другого; кто так сделает, заплатит королю штраф в 5 су всякий раз, как будет уличен. Установлено, что никто не платит ничего вне своего дома за продаваемые товары, относящиеся к выделке кож, и что все из этого цеха должны быть честными по отношению друг к другу [и поступать] по чести в торговле кожами. Каждый, кто поступит против этих статей или против какой-нибудь из них, платит 10 су королю всякий раз, как будет уличен,

Статут LXXXIV

О сапожниках (cordouaniers) 60

Каждому, кто хочет быть в Париже сапожником, полагается купить ремесло у короля; а продают от имени короля камергер монсеньор Пьер 61 и граф д'Э (d'Eu), которым король дал ремесло, на сколько ему будет угодно; а именно, с каждого человека, который хочет купить ремесло, [взимают] 16 пар. су, из каковых 16 су мессиру камергеру Пьеру — 10 су, а 6 су — графу д'Э. Как только сапожник купил ремесло и заплатил 16 су, следует, чтобы он поклялся на святых перед монсеньором Пьером или перед его помощником в присутствии прюдомов ремесла, что упомянутое ремесло будет выполнять хорошо и честно по кутюмам и обычаям цеха, которые таковы. Никто из парижских сапожников 62 не может работать в субботу, когда прозвонит последний колокол к обедне в приходе, где он живет; ...не может и не должен делать в Парижском округе башмаки из бараньего сафьяна (bazane) больше одной четверти фута (un espan de pie) в длину и не больше одной четверти в высоту;... не может и не должен употреблять бараний сафьян с козьим ни в каких изделиях, которые он делает, [203] если только это не поднаряд (contrefort), и если кто сделает иначе, изделие должно быть уничтожено; ... не может работать из выдубленного козьего сафьяна, так как это изделие поддельное и должно быть уничтожено; ...не может и не должен работать после того, как зажигают свечи, если эта работа не для короля, королевы или для их людей, или для самих [сапожников] или для их родственников.

Каждый парижский сапожник может иметь столько подмастерьев и учеников, сколько хочет, и на такое время и за такую сумму денег, как может. Парижский сапожник не может и не должен изготовлять старые вещи с новой подкладкой. Никто из парижских сапожников не может работать в этом цехе мастером до тех пор, пока его не примут и не обсудят старшины, охраняющие цех именем короля. Парижский сапожник, мастер, подмастерье, или ученик не может и не должен продавать старые изделия вместе с новыми или продавать изготовленные в их цехе изделия, кроме как в их мастерских, или на парижском мосту накануне пасхи и троицы, или — только в субботу — на их прилавках на королевском рынке. Каждый, кто нарушит какую-нибудь из указанных статей, заплатит королю 5 су штрафа всякий раз, как будет уличен; из этих 5 су штрафа прюдомы, охраняющие цех от имени короля, имеют 2 су для помощи бедным их цеха. Все парижские сапожники должны королю ежегодно 32 парижских су за одну пару сапог (hueses), каковые 32 су должны заплатить королю или его помощникам ежегодно на страстной неделе. Каждый, делающий в цехе сапожников башмаки и сапоги (hueses), должен ежегодно уплатить королю 12 денье на вышеупомянутой неделе.

Сапожники Парижа не должны ничего за вещи, относящиеся к их ремеслу, которые они продают или покупают в городе Париже, ибо сапоги королю и 12 денье освобождают их от всех кутюм, кроме как на ярмарках Сен-Ладр, Сен-Жермен-де-Пре, когда каждый платит только два денье с каждых 12 кож, которые продает и покупает. Седельщики и башмачники (savetonniers) могут в Париже покупать ремесло парижских сапожников, если им нравится, по вышеуказанной цене; они должны ежегодно 3 денье на сапоги королю, как только они купили ремесло. Эти 3 денье старшины, охраняющие ремесло сапожников, должны иметь и получать ежегодно на страстной неделе на покрытие вышеуказанных 32 су, которые они должны ежегодно королю за его сапоги 63... Прюдомы [т. е. мастера. — Ред.] цеха пользовались во времена королевы Бланки, да простит ей бог, тем, что, когда их вызывали [на караул] и они не приходили, они уплачивали королю штраф только в 12 денье. А если они имели подмастерья, который мог нести караул, они посылали его за себя, и его там принимали. Мастера вышеуказанного цеха просят вас и испрашивают, чтобы вы сохранили этот обычай, если вам угодно.

Статут LXXXV

О сапожниках, делающих низкие башмаки

Никто не может быть в Париже сапожником (savetonniers), т. е. делать низкие башмаки из бараньего сафьяна, не уплатив 16 су королю за ремесло; из каковых 16 су король дал 10 су своему камергеру и 6 су своему эконому (chamberier). Эти 10 су получают те, кто имеет ремесло от камергера, а старшина старьевщиков получает 6 су для эконома. [204] Каждый парижский сапожник может быть сапожником, делающим башмаки из козьего сафьяна (cordouannier), если имеет средства, но чтобы он не смешивал в одном изделии козий и бараний сафьян. Если сапожник работает по сафьяну, а обшивает башмаки бараньим сафьяном или прикрепляет одну застежку из бараньей кожи, башмаки следует уничтожить, и тот, кто сделал, платит штраф 12 денье старшине сапожников; но на башмаках из бараньей кожи может ставить козий сафьян, если хочет, но его могут оштрафовать за эту работу. Никто из сапожников не может делать башмаки из бараньей кожи с подметкой длиннее, чем в одну четверть фута. Никто из парижских сапожников не может начинать ремесло сапожника прежде, чем он не заплатит вышеупомянутые 16 су. Никто из парижских сапожников не должен ничего за вещи своего ремесла, которые продает и покупает, кроме 7 денье в год, каковые 7 денье платит на страстной неделе, 4 денье — одному человеку и 3 денье — другому, которые, как они [сапожники] полагают, собирают от имени короля; на ярмарке Сен-Жермен с каждой дюжины [кож] козьего и бараньего сафьяна 2 денье, и на ярмарке Сен-Ладр — 2 денье и столько же от продажи и от покупки на этих ярмарках. Если же они ничего не продают и не покупают на этих ярмарках, они не должны ничего, кроме только как на упомянутой ярмарке Сен-Ладр, когда с каждой связки сафьяна или бараньей кожи — как в пределах ярмарки, так и в округе Парижа — должны 2 су за место. Если тот, у кого есть связки, не хочет их продавать, он ничего не должен, но должен дать в этом клятву.

Никто из сапожников не может работать ночью, ни в субботу после вечерни у Сент-Опортюн; если же так делает, изделие должно быть уничтожено. Каждый парижский сапожник может иметь столько учеников, сколько хочет, без денег и за деньги, на продолжительный или короткий срок. Жена сапожника, которая покупает ремесло сапожника, может, заплатив вышеупомянутые кутюмы, держать ремесло после смерти своего мужа без покупки [ремесла], пока она воздерживается от [нового] брака. Если жена сапожника вышла замуж за другого человека из этого же цеха, следует, чтобы ее муж купил ремесло у короля вышеуказанным образом, прежде чем она будет работать или заставлять работать, после того как она вторично вышла замуж. Ни вдова мастера этого цеха, ни человек, старше 60 лет, не должны нести караула 64...

Статут LXXXVI

О сапожниках-починщиках

Никто не может быть в Париже починщиком, если не купил ремесло у короля; а продает его тот, кто на это уполномочен оруженосцами короля, которым король его дал, на сколько ему будет угодно. Королевские оруженосцы или тот, кто ими на то установлен, не могут продавать ремесло починщика никому, больше чем за 12 денье и за 2 денье на вино тем, кто выпивает, присутствуя при продаже и покупке для свидетельства, что ремесло куплено. Если кто-нибудь из починщиков нарушит [что-нибудь] в своем цехе, например, если он плохо сошьет башмаки или плохими нитками, или если плохо починит и на него пожалуются, судить будет старшина, если его позовут; и тот, кто нарушит, если старшина присудит, [205] возместит жалобщику его убыток и [уплатит] 4 денье штрафа старшине. Столько штрафа должен платить как мастер, так и подмастерье. Сапожники обязаны караулом королю.

Статут LXXXVII

О парижских ременщиках 65, их подмастерьях и учениках

Каждый, кто хочет быть парижским ременщиком, может им быть, если умеет и работал в Париже или в другом месте по обычаям и кутюмам Парижа, а именно, если он проработал в этом ремесле шесть лет или больше, заплатив 3 вступительных су братству цеха, каковые 3 су он не обязан платить прежде, чем не продержал за свой счет свою мастерскую один год и один день. Каждый парижский ременщик должен работать по обычаям и кутюмам города, которые таковы. Никто из ременщиков 66 не может иметь более одного ученика, если это не его сын; ...не может брать учеников, меньше чем за 40 су деньгами и на пять лет обучения, но на больший срок и за большую сумму он может брать. Из 40 су 5 су идет братству. Ученик не может начинать обучения ремеслу, прежде чем не заплатит 5 су братству. Никто из ременщиков не может брать себе ученика без денег, если он их не берет, по меньшей мере, на четыре года обучения, за 5 вышеуказанных су для братства. Если осиротевший сын какого-нибудь ременщика беден и хочет выучиться ремеслу ременщика, старшина цеха устраивает ему обучение и содержание, и для этого имеют старшины 3 су вступительного взноса и 5 су от учеников. Никто не может брать в ученицы женщину, если она не дочь ременщика. Ни одна женщина не может брать учеников — юношей или девушек, если она не была женой ременщика. Никто из ременщиков-мужчин не может брать ученика, если он не берет его в присутствии старшин, и следует, чтобы старшины смотрели, имеет ли тот, кто хочет взять ученика, достаточно средств и умения, чтобы добрые люди, чьи дети обучаются ремеслу ременщика, не потеряли денег, а ученик — времени. Никто не может брать учеников, если не держал мастерской один год и один день в Париже или в другом месте. И это он должен доказать перед старшинами цеха. Если кто-нибудь получает ученика от старшины и затем разоряется или умирает, в результате чего он не может выполнить свой договор с учеником или не имеет средств его содержать, старшины цеха обязаны взять мальчика и устроить ему обучение и содержание. Никто из ременщиков не может брать подмастерья в свою мастерскую, если он не проработал где бы то ни было по обычаям и кутюмам Парижа, т. е. если не работал  ремесле в шесть лет или больше. Никто из ременщиков не может продать своего ученика, если только мастер не уходит за море и не лежит больным, или не хочет покинуть свое ремесло совсем; и это установили прюдомы, чтобы мальчики не возгордились прежде, чем закончат половину или четверть своего обучения, а также для того, чтобы один работник не переманивал ученика от другого. Никто из учеников не может выкупиться от своего мастера, если он не оставляет ремесло навсегда по вышеуказанным причинам; сделано это для того, чтобы ученики не доставляли своим мастерам забот, вследствие чего мастера разрешают им выкупиться. Если дочь ременщика знает ремесло и вышла замуж за человека, его не знающего, она может работать [206] в цехе в городе, в мастерской мастера, если у нее есть мастер; но она может обучить своего мужа ремеслу, ибо она не может быть мастером и содержать учеников, если она не жена ременщика; это установлено прюдомами издавна, так как девушки покидали своих отцов и матерей, и начинали свое ремесло, и брали учеников, и вели распутную жизнь; и когда они проживали и растрачивали то немногое, что они похитили у своих отцов и матерей, они возвращались с меньшим имуществом и с большими грехами к своим отцам и матерям, которые не могли их покинуть. Если подмастерье цеха берет жену не из цеха, он не может для своей жены взять ремесло прежде, чем продержит свою мастерскую один год и один день 67...

Никто не может работать при свече. Подмастерья-ременщики имеют вечерний отдых в пост, т. е. они не работают после первого звона к повечерию, и в мясоед после крика глашатая, который проходит вечером. Никто из ременщиков не может продать своему соседу ремни, если они полностью не закончены. Никто из ременщиков не может отдавать вне своего дома выделанную кожу ни для шитья, ни для скрепленья чем бы то ни было, шелком или кожей. Ремни можно скреплять серебряными гвоздиками вне своей мастерской; можно скреплять и работать ночью. Никто из ременщиков и никто другой не может продавать свои или другие ремни вне города Парижа менее, чем за 20 лье от Парижа, [нигде] кроме как на Шампанских ярмарках, ни в Сен-Дени, ни на Ланди, ни в Сен-Жермен-де-Пре, ни в других местах, и поскольку ременщики не идут на ярмарку в Сен-Жермен, они должны ежегодно 40 пар. су, и эти 40 су платят также галантерейщики, ножевщики, изготовители табличек и все, кто имеет прилавки на галантерейном рынке в Париже, как внизу, так и наверху, и собирают эти 40 су, пока длится ярмарка в Сен-Жермен, по прилавкам [сообразно тому], как каждый держит прилавок. Никто из ременщиков не может продавать ремни в Париже, кроме как в своей мастерской, если это не на королевском рынке. Никто из ременщиков не может разносить свои ремни по городу Парижу, ни давать разносить, если он имеет прилавок; если же он не имеет прилавка, он может разносить свои ремни или давать разносить ремни в рыночный день и только по рынку, а не в других местах. Если парижский мастер-ременщик нарушит эти статьи или поступит против них [в этом] или в чем-нибудь другом, он должен королю за каждое нарушение 10 су штрафа, а подмастерье — 5 су. Никто из ременщиков не должен делать ремни из двух кусков, так как они нехорошие и недоброкачественные; если он так делает, ремни должны быть уничтожены, и тот, у кого их найдут, должен королю 10 су штрафа, если он не найдет себе поручителя. Никто не должен делать ремни с оловом, т. е. соединять с помощью олова, а если так сделает, они должны быть уничтожены и он должен королю 10 су штрафа. Никто не должен соединять полое изделие с marsise, так как оно нехорошее и нечестное; если его найдут, оно должно быть уничтожено и тот, у кого оно найдено, должен 10 су, если он не может найти себе поручителя. Никто не должен соединять позолоченное изделие с непозолоченным; если он так сделает, оно должно быть уничтожено и тот, у кого оно найдено, должен королю 10 су штрафа. Никто не должен сшивать ремни, кроме как целиком шелком или целиком нитками; если кто сделает иначе, то они [ремни] должны быть уничтожены и мастер должен заплатить королю 10 су штрафа. Никто из подмастерьев-ременщиков не может ни к кому наниматься, если он не ременщик; если он так сделал, он платит королю 5 су штрафа. Ременщик, нанявший подмастерья, в какой бы день недели он ни нанял, должен дать ему работу на всей неделе по цене первого дня. Никто [207] из ременщиков не должен никакой кутюмы за вещи, относящиеся к его ремеслу, которые он покупает или продает, кроме эталяжа, т. е. ценза с их прилавков, которые они купили у короля навсегда. Каждый парижский ременщик, работающий напильником и молотом, какой бы товар он ни продавал, должен только 6 денье за свой прилавок на ярмарке Сен-Ладр; а если он разносит, он не должен ничего, если не имеет прилавка 68... Если случится, что какой-нибудь пряжечник захочет работать ременщиком и захочет взять ученика, ему следует взять одного ученика в пряжечники, прежде чем он возьмет [ученика] в ременщики.

Статут LXXXVIII

О перчаточниках

Каждому, кто хочет быть в Париже перчаточником и делать из бараньей кожи перчатки, зеленые или серые, или из телячьей кожи, полагается, чтобы он купил ремесло у короля и у графа д'Э (d'Eu), которому король дал часть этого ремесла, насколько ему будет угодно; а продает его от имени короля и графа д'Э тот, кто установлен, каждому человеку, который хочет купить ремесло, за 39 денье и меньше, если ему нравится; но за большую сумму он не может продать; из этих 39 денье король имеет 22 денье, а остальное — граф д'Э. Когда перчаточник купил ремесло таким образом, полагается ему заплатить 12 денье за вино компаньонам, которые были при сделке. Тот, кто продает ремесло от имени графа д'Э, имеет ремесло и право низшей юстиции над подмастерьями и ремесленниками этого цеха во всех вопросах, относящихся к их цеху, между ними и их мастерами. И может старшина 69 собирать штрафы, если хочет, но только 4 денье всякий раз, как полагается штраф. Каждый подмастерье-перчаточник должен ежегодно старшине, который продает ремесло от имени графа д'Э, одно денье в троицу, и за это они свободны весь год от вызовов к старшине, которые он им делает.

Парижскому перчаточнику, делающему перчатки каким бы то ни было образом из кожи, полагается делать их полностью из новой кожи, без какой-нибудь старой кожи; кто поступит иначе, должен королю 5 су штрафа всякий раз, как будет уличен. Парижские перчаточники не могут употреблять оленью или телячью кожу, если кожа не обработана квасцами, ибо другая кожа нехорошая; а кто так сделает, платит вышеуказанный штраф. Парижские перчаточники не могут продавать перчатки, выдавая их за перчатки из другой кожи, чем та, которая была употреблена; кто сделает иначе, платит вышеупомянутый штраф. Никто из парижских перчаточников не может и не должен продавать свои перчатки и открывать свое окно для продажи в воскресенье, кроме как в свой черед, который бывает через шесть недель. Очередь для продажи перчаток четыре прюдома цеха должны назначить в предыдущее воскресенье в своих мастерских. Парижские перчаточники могут иметь столько подмастерьев и столько учеников, сколько хотят, и на такой срок, на какой могут иметь. Если у какого-нибудь перчаточника ученик убежит от своего мастера по своему легкомыслию, никто из других мастеров не может его ни взять, ни задерживать у [208] себя в обучении до тех пор, пока тот не договорится со своим мастером о своем обучении; кто так сделает, заплатит 5 су штрафа всякий раз, как будет уличен. Никто из парижских перчаточников не может разносить перчатки по городу Парижу для продажи, если это не на рынке на его прилавке или в своем доме; если кто так сделает, платит вышеуказанный штраф. Парижский подмастерье-перчаточник не может ни держать, ни брать, ни сманивать учеников от их мастеров, если только не с их [мастеров] согласия; кто так сделает, платит вышеупомянутый штраф. Прюдомы, охраняющие этот цех, получают 2 пар. су со штрафа в 5 су для помощи бедным их братства всякий раз, как будет штраф королю. Каждый парижский перчаточник ежегодно должен королю в праздник св. Андрея зимнего 3 су и 8 денье обана; за это они свободны от всех кутюм. Парижские перчаточники, купившие ремесло после дня праздника Иоанна Крестителя, должны 8 денье обана в первый год; но тот, кто покупает ремесло перед праздником Иоанна Крестителя, должен 3 су и 8 денье обана в первый год, так же как и в последующие. Парижские перчаточники не должны кутюмы с вещей, относящихся к их ремеслу, которые они продают и покупают, так как обан их освобождает 70...

Статут LXXXIX

О торговцах сеном

Каждый, кто хочет быть в Париже торговцем сеном, т. е. покупать и продавать сено, может им быть свободно, если он имеет средства, лишь бы выполнял обычаи и кутюмы цеха, которые таковы. Никто не должен разносить, ни давать разносить по городу Парижу охапки сена, если они не проданы. Никто не может и не должен быть торговцем сеном и одновременно маклером этого же товара, но может заняться свободно, чем захочет. Никто не может быть торговцем сеном в Париже и одновременно носильщиком, но чем захочет, может заняться. Никто из торговцев сеном не может и не должен давать куртаж за сено, которое он продает в розницу; но если он имеет свою лодку, свою баржу или свой сарай и продает оптом, он может иметь маклеров и давать куртаж. Житель Парижа или торговец извне, который имеет полный сарай сена, будь то в пределах стен Парижа или вне, может свое сено связать вязками, если ему нравится, и взять глашатая для выкрикивания по городу Парижу без того, чтобы разносить его по городу, как указано выше. Никто из торговцев сеном не может продавать сено в Париже никаким носильщикам, если нет при этом того, кому нужно сено, или его посланца, ибо носильщики отваживают покупателей, так как то, что они купили за 4 су, они продают за 5 су. Никто из торговцев сеном не может и не должен продавать сено за две цены с одной и той же лодки. Никто из торговцев сеном не может и не должен держать сено для продажи на прилавке на реке, если он не держит его внутри в судне или в своем доме, ибо он мешает судам, идущим вверх или вниз. Никто из торговцев сеном не может и не должен переносить связанное или развязанное сено из сарая или из своего дома ни в одну из парижских гаваней на судно, чтобы продать в Париже 71... Каждый, нарушивший что-либо [209] из указанного, платит королю 20 пар. су штрафа всякий раз, как будет уличен.... Торговцы сеном ничего не должны за вещи, относящиеся к их товарам, которые они продают или покупают, кроме тех, кто живет в Париже и продает сено в розницу; каждый из них должен королю одну вязку сена, первую из тех, которые сборщик кутюмы от имени короля может найти в доме всякий день, когда король въезжает в город Париж.

Статут XC

О шляпниках-цветочниках 72 (chapeliers de fleurs)

Каждый, кто хочет быть изготовителем венков из цветов, может им быть свободно, лишь бы знал ремесло и имел средства. Каждый изготовитель венков может днем и ночью работать и заставлять работать из цветов и из травы. Ни один парижский изготовитель венков из цветов не может делать, ни заставлять делать по воскресеньям никаких венков, кроме как из роз, пока длится сезон роз. А если он это сделает, он платит королю 5 су штрафа. Ни один изготовитель венков из цветов не должен и не может ни собирать, ни заставлять собирать в воскресенье в своем саду какие бы то ни было травы или цветы для изготовления венков и для еды в эти дни; когда он это делает, он платит королю 5 турских су штрафа. Каждый парижский изготовитель венков из цветов может приносить и заставлять приносить продавать свои венки в Париже во все места, в какие захочет, во все дни недели при условии, что он находит место для продажи. Ни один парижский шляпник не должен никакой кутюмы, ни пеажа, никакой пошлины с вещей, относящихся к ремеслу, которые он покупает или продает, то ли привезя их в город, то ли посылая их за город, будь то на лошади, будь то на спине. Ни один парижский изготовитель цветочных венков не обязан ночным караулом, потому что их ремесло свободно и установлено для обслуживания благородных людей 73 ...

Статут XCI

О шляпниках фетровых шляп

Каждый, кто хочет быть парижским шляпником фетровых шляп, может им быть свободно. Никто из шляпников фетровых шляп не может иметь более одного ученика, но он может иметь столько подмастерьев, сколько захочет. Шляпник фетровых шляп не может брать своего ученика меньше, чем на семь лет, если это не его сын, родственник, или его кузен; если ему угодно, шляпник фетровых шляп может брать деньги за упомянутое обучение, и если хочет, то не берет и не требует ничего, кроме 10 су, которые вносит братству цеха на милостыню (asmosne). Ученик может выкупить свое обучение у мастера, если угодно обоим. Никто из шляпников фетровых шляп не может работать прежде, чем караул не протрубит начало дня, или ночью; и если он так делает, он должен заплатить парижскому прево 5 су штрафа. Никто из шляпников фетровых шляп не должен перекрашивать никакие старые фетровые шляпы; если он так делает, он платит королю 5 су штрафа, а шляпа должна быть уничтожена. Никто из шляпников [210] фетровых шляп не должен делать шляпы, кроме как из чистой шерсти ягненка без примеси грубой шерсти; если он так сделает, шляпа должна быть уничтожена, а он платит королю 5 су штрафа. Никто из шляпников фетровых шляп не должен применять крахмала для своих шляп; и если он так делает, он платит 5 су штрафа, а шляпа должна быть уничтожена. Никто из шляпников фетровых шляп не должен продавать в воскресенье, кроме как в свою очередь; кто продает, должен парижскому прево 5 су штрафа. Никто из шляпников фетровых шляп не может взять себе ученика, если он не берет его в присутствии двух или трех прюдомов цеха, охраняющих цех; если он так сделает, он платит парижскому прево 10 су штрафа. Ученики не могут начинать ремесло шляпника фетровых шляп, прежде чем не заплатят 10 су братству. Шляпники фетровых шляп поклялись и говорят, что не поступят против этих установлений и если кто-нибудь это сделает, о нем сообщат одному или двум прюдомам, которые охраняют или будут охранять цех шляпников фетровых шляп, от имени парижского прево. Никому из учеников не верят [в его словах] против своего мастера в вопросах ремесла, чтобы избежать ссоры и гнева, которые могут произойти между ними. Каждый, кого уличат в нарушении этого постановления, обязан со всеми вышеуказанными штрафами возместить и восстановить трем прюдомам все их издержки, расходы и потери, которые те произвели для блага цеха, собирая эти штрафы и разыскивая эти нарушения. И следует знать, что этим двум или трем прюдомам будут верить по их клятве во всем, что они сделали для ремесла без всяких других доказательств, кроме платежей парижскому прево, если есть необходимость. Ни один шляпник фетровых шляп не может разносить свои товары в Париже, а если он это делает, он платит парижскому прево 5 су штрафа. Ни один парижский шляпник ничего не должен, ни за что, относящееся к ремеслу, что он продает или покупает, если только это не шерсть ягненка, которую он покупает. Если шляпники фетровых шляп покупают шерсть ягненка грудой, без указания веса, они не должны ее взвешивать; если вес будет указан, они должны с каждого веса одну пуатевину 74, все равно, взвешивая или нет. Платит с веса тот, кто продает, как и тот, кто покупает, но тонлье он не должен, ибо овца выкупает ягненка 75 (le brebiz aquite l'aignel) 76 ...

Статут XCII

О парижских шляпниках, делающих шляпы из хлопка

Каждый, кто хочет быть парижским изготовителем шляп из хлопка, может им быть свободно, лишь бы работал по обычаям и кутюмам цеха, которые таковы. Каждый парижский изготовитель шляп из хлопка должен поклясться на святых перед парижским прево, что он будет хорошо и честно работать по обычаям и кутюмам Парижа; и если найдет изделия своего ремесла нехорошие и нечестные, он их должен взять, согласно клятве, в каком бы месте Парижа их ни обнаружил, и принести их к парижскому прево и сообщить прево о недоброкачественности и изъяне товара. Парижский прево должен сжечь поддельное изделие и получить 5 су штрафа с того, кто его сделал, найдено ли оно у него или у кого-нибудь [211] другого. Если же не найдут того, кто сделал поддельное изделие, то тот, у кого оно будет найдено, платит 5 су штрафа, а изделие уничтожается. Каждый изготовитель шляп из хлопка может иметь столько учеников, сколько захочет, и столько же подмастерьев и работать ночью, если есть необходимость. Каждый, кто изготовляет шляпы из хлопка, может использовать в работе шерсть, волос, хлопок и ничего не должен с продаваемых вещей своего ремесла. Изготовитель шляп из хлопка ничего не должен с того, что покупает для своего ремесла, если он не взвешивает на королевских весах; а если он взвесил, он должен 2 денье побора за взвешивание (pesage). Но он может не взвешивать, если ему не нравится, а купить грудой или, если пожелает, поверить продавцу насчет веса. Изготовитель шляп из хлопка может продавать свои изделия в рыночный день и на неделе в своем доме и не обязан идти на королевский рынок, если не хочет. Изготовитель шляп из хлопка, который приходит на королевский рынок и выставляет на прилавке [изделия], должен заплатить свой эталяж; если же он не выставляет на прилавок, он ничего не должен и может свободно носить изделия в своей корзинке по рынку. Непарижские изготовители шляп из хлопка, которые приходят продавать свои изделия в Париж, также свободно продают в Париже на рынке и вне рынка, как и парижане. Никто из изготовителей шляп из хлопка не может давать прясть нитки на прялке (a touret); если он так делает и ее найдут, ее уничтожают, и хлопок, найденный на прялке, также уничтожается, и тот, у кого она была найдена, также платит вышеупомянутый штраф в 5 су.

Изготовители шляп из хлопка не могут работать из шерсти, кроме как из прямой шерсти, настриженной или нащипанной в нужный сезон; ибо если он работает из другой шерсти, вроде rastin, изделие и нитки, из которых оно сделано, будут уничтожены, а тот, кто сделал, уплатит 5 су вышеупомянутого штрафа.

Статут XCIII

О парижских изготовителях шляп из павлиньих перьев

Каждый, кто хочет быть в Париже изготовителем шляп из павлиньих перьев, может им быть свободно и иметь столько подмастерьев и учеников, сколько захочет, и работать ночью, если есть необходимость. Никто из изготовителей шляп из павлиньих перьев не должен ничего с вещей, относящихся к его ремеслу, которые он продает или покупает, как с тех, что он выносит из Парижа на ярмарку, так и на рынок, ибо их цех не платит тонлье, пеажа и никаких кутюм в городе Париже. Если изготовитель шляп из павлиньих перьев ставит на шляпу из павлиньих перьев позолоченное олово, каковое олово не посеребрено прежде, чем его позолотят, изделие будет поддельным и должно быть уничтожено, а тот, у кого эту работу найдут, уплатит королю 5 су штрафа. Никто из изготовителей шляп из павлиньих перьев не обязан караулом, если он не пользуется или не занимается другим ремеслом или другой торговлей вместе с ремеслом изготовителя шляп из павлиньих перьев, по каковым ремеслам или торговле он обязан караулом, ибо их ремесло свободно [от караула] по причине того, что их ремесло относится только к церкви, рыцарям и высоким людям 77... [212]

Статут XCIV

Это ордонанс о парижских изготовителях меховых шляп

Каждый, кто хочет в Париже отделывать и украшать мехом фетровые шляпы, может им быть свободно, лишь бы знал ремесло и имел средства. Ни один мастер, отделывающий и украшающий шляпы мехом, не может иметь более двух учеников, которых обучает не менее пяти лет; каждый ученик, когда приходит к своему мастеру, платит за вступление в свой цех 5 су королю и 3 су старшинам, охраняющим цех, если это не сын мастера, так как сын мастера не платит ничего. Если кто из этого цеха откроет мастерскую в этом цехе, платит 5 су королю и 3 су указанным старшинам. Никто из этого цеха не может работать по субботам и по воскресеньям после того, как зажигаются свечи; если его обнаружат, мастер платит королю 2 су, а подмастерье — 12 денье, кроме как в случае, когда изделие было продано 78. Никто не может подбивать мехом шляпы так, чтобы они не были подбиты внутри таким же хорошим мехом, как и снаружи. Ни один из мастеров этого цеха не может брать учеников, если он недостаточно опытный работник. Ни один из подмастерьев извне не может быть принят иначе, как учеником, до тех пор, пока он не обучится совсем отделывать мехом шляпы и уплатит королю 5 су за вступление в цех и 3 су мастеру. [Надо], чтобы бахрома (parfileure) шляпы была полностью из ниток или из шелка. Все члены этого цеха, будь то мастер или подмастерье, обязаны по своей клятве взять и удержать именем короля все поддельные шляпы, которые им принесут для отделки мехом, и должны сообщить тому, кто именем короля будет установлен, или старшине шляпников под угрозой штрафа. Каждый, кто нарушит что-нибудь из вышеуказанного или какую-нибудь из статей, платит королю 5 су и 3 су мастеру всякий раз, как будет уличен 79...

Статут XCV

О мастерицах шляп, вышитых золотом и жемчугом (orfrois)

Каждая, кто хочет делать шляпы, вышитые золотом и жемчугом и другими предметами, имеющими четыре pertuis sans mouveiz efc sans nulleiz, может быть [такой мастерицей], лишь бы имела средства и чтобы она обучалась шесть лет ремеслу за 40 су или восемь лет без денег; меньше, чем за 40 су, нельзя брать, а за большую сумму можно брать, но количество лет нельзя ни прибавлять, ни убавлять. Ни одна из мастериц этого цеха не может и не должна иметь никаких учениц, прежде чем эта мастерица не продержала свою мастерскую один год в качестве мастерицы, после того как закончила свой срок [обучения]. Ни мастерицы, ни ученицы этого цеха не могут работать в праздничные дни, когда весь город празднует. Ни мастерицы, ни ученицы не могут работать зимой или летом, ни вечером, ни утром, кроме как при дневном освещении. Ни мастерица, ни ученица не может работать ночью над изделиями, унизанными жемчугом. Никакие изделия нельзя делать на пергаменте или на холсте, ибо это изделие поддельное; если так будут делать и это будет найдено, изделие уничтожат. Никто из женщин или мужчин этого цеха не может содержать подмастериц или учениц, если [213] они [мастерицы] не знают ремесла и если не были в ремесле, как указано. Никто из женщин или мужчин не должен посылать своих учениц и подмастериц к евреям, ювелирам (orferes) или к галантерейщикам для обучения этому ремеслу, если их жены не знают ремесла. Никто из мужчин или женщин этого цеха не может изготовлять изделие, отделанное жемчугом, с нитками или с хлопком; кто поступит против этих статей, платит королю 5 су штрафа всякий раз, как будет уличен, и 2 су мастерам или мастерицам, которых парижский прево назначает или смещает, когда захочет, и которые клянутся на святых, что указанный цех будут охранять хорошо и честно и сообщать прево о нарушениях, которые произойдут, и подчинились в этом нашей юрисдикции под угрозой потери ремесла.

Статут XCVI

О парижских полировщиках мечей

Каждый, кто хочет быть в Париже полировщиком мечей, может им быть свободно, если знает ремесло и имеет средства, лишь бы работал по обычаям и кутюмам цеха, которые таковы. Каждый полировщик может иметь столько подмастерьев и учеников, сколько захочет, на долгое и короткое время, за деньги и без денег. Никто из полировщиков 80 не должен работать ночью над чем-либо, относящимся к их ремеслу, так как ночное освещение недостаточно для их ремесла; ...не должен ни полировать, ни точить какие-либо вещи, относящиеся к его ремеслу, в праздничные дни, когда весь город празднует, кроме как в случае, если какому-нибудь прюдому надо наточить острие ножа или острие меча; ... не может и не должен делать из бараньего сафьяна ножны к мечу, каков бы ни был меч, большой или малый; ...не может и не должен скреплять ножны меха на держателе, если они прежде не были перевязаны нитками, какими бы то ни было, если они не связаны шелком 81; ...не может и не должен приступать к ремеслу прежде, чем он не поклянется на святых перед четырьмя присяжными прюдомами цеха или, по меньшей мере, перед двумя, что упомянутое ремесло будет охранять хорошо и честно вышеупомянутым образом. И если четыре прюдома увидят, что кто-либо хочет приступать к ремеслу, кто недостаточно благоразумен и состоятелен, имеет плохую славу или подозреваем в какой-нибудь подлости, они не должны допустить его к клятве и должны сообщить о нем парижскому прево, и парижский прево может запретить этому человеку приступить к упомянутому ремеслу, если ему угодно и кажется лучшим, если человек не выставит поручителя в честности. Так установили и приказали прюдомы цеха на основании опыта, ибо богатые люди несли убытки, а цех позорился из-за того, что некие нечестные и нехорошие люди приступали к этому ремеслу, брали изделия у людей и убегали вместе с вещами, полученными для обработки. Каждый, кто нарушит или поступит против какой-нибудь статьи, платит королю 10 пар. су штрафа всякий раз, как будет уличен; из этих 10 су четыре прюдома имеют 2 су из рук парижского прево 82...за издержки и расходы, которые они несут, охраняя цех 83... [214]

Статут XCVII

О лучниках

Кто хочет быть в Париже лучником, т. е. делать луки, стрелы, арбалеты и все, относящееся к этому ремеслу, может им быть свободно. Каждый парижский лучник может иметь столько подмастерьев и учеников, сколько хочет, и работать ночью, если будет надобность. Каждый парижский лучник может делать луки, стрелы, четырехгранные и простые стрелы из любого дерева или из рога, из многих кусков или из одного, и может снабжать перьями четырехгранные стрелы и [простые] стрелы и такими перьями, как ему нравится, куриными или другими. Лучник не должен ничего за вещи, относящиеся к его ремеслу, которые он покупает или продает. Лучники не несут караула, так как ремесло их освобождено, ибо цех обслуживает рыцарей, оруженосцев и сержантов и снабжает замки.

Статут XCVIII

О рыбаках королевских вод

Никто не может быть рыбаком в королевских водах, т. е. между стрелкой острова Нотр-Дам напротив Шарантона и оттуда до деревянных быков деревянного моста, который обыкновенно бывает от Карьер к Виль-Нев-Сен-Жорж, и от Карьер, где впадает Марна, до Фоссэ 84, и оттуда до мельниц, называемых Де-Порт, исключая Форьер, [воды] какового принадлежат оруженосцам и добрым людям с одной и с другой стороны Марны, если он не купил воду у Герена Дюбуа, предку которого король Филипп дал ее в наследство; и продает ее этот Герен одному дороже, другому дешевле, как ему кажется лучше. Когда этот Герен продает эту королевскую воду одному или нескольким рыбакам, покупатели и покупательницы приходят к этому Герену в день праздника Иоанна Крестителя и просят этого Герена, чтобы он их ввел [во владение], и он их вводит, [оставляя за собой] права короля и свои, и получает этот Герен от каждого нового рыбака для короля 12 денье и 4 су для самого себя; эти 12 денье этот Герен относит ночью тому, кто ведает этой кутюмой и собирает ее от имени короля, и должен ему сказать имя нового рыбака; за весь этот год целиком этот новый рыбак расплатился вышеупомянутыми пятью уплаченными им су за этот первый год. На следующий год после этого и во все последующие каждый рыбак должен королю ежегодно 3 су обана, подлежащих уплате в день св. Мартина зимнего, и ежегодно 2 су кутюмы, подлежащих уплате королю, т. е. два денье на рождество и 12 денье на пасху, и этому Герену 3 обола на пасху и 2 денье и одну пуатевину в день Иоанна Крестителя; и должны этому Герену раз в три года 3 денье, которые называются «конжье» (congie) 85.

Каждый рыбак этих королевских вод обязан вышеупомянутыми кутюмами, пока ему угодно пользоваться этим ремеслом; а если ему больше не угодно им заниматься, он должен прийти к тому, кто купил это ремесло от имени короля, и сказать ему: «Сир, я не хочу, или я не могу, больше рыбачить, снимите с меня обан и кутюмы, которые я должен королю за это ремесло». И тот должен с него снять. Каждый рыбак в королевских водах может брать [ловить] рыбу всякого сорта, кроме четырех, а именно: [215] щук, усачей, угрей и карпов, каковые четыре сорта он может, согласно своей клятве, брать только в том случае, если четыре штуки стоят одно денье; если он так делает и если этот Герен или его сержант могут его уличить, он должен 12 денье штрафа этому Герену. Неводы и сачки с поплавками в королевских водах должны быть сделаны с петлями по образцу королевских, каковые образцы этот Герен имеет от главного повара короля; если же эти приспособления не сделаны по образцу королевских и этот Герен их находит, он их должен отнести главному королевскому повару, и этот королевский повар поступает по своей воле, а Герен берет 5 су штрафа. Рыбак должен идти в королевские воды в понедельник не раньше рассвета; если он делает иначе и его там найдут его товарищи, они сообщают этому Герену, и тот берет с него штраф в 2 су. Если рыбак в этих королевских водах продает лодку, с которой он рыбачил, он должен этому Герену обол тонлье и покупатель — обол тонлье. Этот Герен должен иметь пять сержантов-рыбаков в этих водах, т. е. в каждом городе по одному: в Париже, Карьере, Фоссэ, Виль-Нев-Сен-Жорж и в Шуази; эти сержанты не должны ни королю, ни этому Герену ни обана, ни поборов, потому что они охраняют эти воды. Все рыбаки этих вод судятся этим Гереном за [употребление] запрещенных рыболовных снастей, и Герен берет с них вышеупомянутые штрафы. Всем этим пользуется Герен и его предшественники со времен доброго короля Филиппа.

Статут XCIX

О парижских рыбаках пресных вод и их установлениях

Никто не может быть рыбаком пресных вод в Париже, если он не купил ремесло у короля; а продает его тот, кто его у короля купил, одному дороже, другому дешевле, как ему покажется лучше. Никто из рыбаков, который купил у короля ремесло, не может иметь ремесло полностью, т. е. иметь долю при покупке рыбы с теми, которые имеют ремесло полностью, и не может покупать рыбу ни в Париже, ни менее чем за два лье около него во всех направлениях, если он не уплатит 20 пар. су четырем прюдомам цеха, которые [поставлены] присяжными от имени короля для охраны этого цеха. Эти 20 су идут на общую пользу всего этого цеха. Если какой-нибудь рыбак, который купил ремесло у короля и не уплатил этих 20 су, покупает рыбу в Париже или за два лье от него во всех направлениях, он теряет рыбу без уплаты другого штрафа, и должны эту неправильно добытую рыбу отдать узникам в Шатле, или в церковь (Meson-Dieu) или туда, где покажется лучше. Если какой-нибудь рыбак, купивший ремесло у того, кто его продает от имени короля, окажется недостойным и нечестным, нехорошего поведения и нехорошего образа жизни, четыре вышеупомянутых прюдома, охраняющие ремесло от имени короля, или три из четырех могут отказать ему и отстранить его, чтобы он не имел доли ни компаньонов в этом цехе; если же он хороший и честный [человек], хорошего образа жизни и хорошего поведения, они не могут отказать ему в том, чтобы он имел долю в покупке относящихся к ремеслу вещей, вправе он покупать на расстоянии 2 лье вокруг Парижа, поскольку он купил ремесло у короля и заплатил эти 20 су вышеуказанным образом.

Женщина-вдова или другая не может покупать рыбу в Париже и на расстоянии 2 лье вокруг него во всех направлениях и не [может] иметь долю в покупке любой рыбы, которую покупает рыбак, разве что она жена рыбака или покупает [рыбу] или хочет иметь долю [в [216] покупке рыбы] для своего стола либо для подарка, но для продажи — не может. Никто, мужчина или женщина, не может и не должен покупать рыбу на земле, т. е. не при улове; а если купит, то теряет рыбу, и она может быть отнята и отдана бедным вышеуказанным образом. Никто из рыбаков и никто другой не может, не должен продавать усачей, линей, карпов и угрей, если четыре штуки стоят менее одного денье; а если он так делает, он теряет рыбу, и она отдается в пользу бедных вышеуказанным образом. Никто из рыбаков не может и не должен продавать свежую плотву с половины апреля до половины мая; если он так делает, он теряет рыбу, которая отдается бедным вышеуказанным образом. Это должно быть оглашено парижским прево каждый год один раз с рыбного камня (la piere au poisson).

Никто не может и не должен продавать с прилавка пресноводную рыбу, кроме как у ворот Большого Моста на королевских камнях и на камнях рыбаков, которые находятся в том же самом месте; но он вполне может разносить по городу, не опуская на землю и на прилавок. Это было запрещено для того, чтобы не продавали в других местах краденую, мертвую и гнилую рыбу. И если кто-либо продает не так, он теряет рыбу, она отдается в пользу бедных вышеуказанным образом. Никто из мужчин или женщин не может и не должен идти навстречу [тем, кто] привозит в Париж рыбу для продажи в Париже или на расстоянии в 2 лье от него во всех направлениях, если ее нет в Париже, на пристани, внутри стен Парижа или на вышеупомянутых камнях, пока король в Париже, в парламенте, или вне парламента во время заседаний парламента; а если он так делает, он теряет рыбу, и она отдается в пользу бедных вышеуказанным образом. Никто, мужчина или женщина, не может и не должен прятать свою рыбу или относить ее обратно или носить ее туда и сюда после того, как он вышел из своего дома для того, чтобы отнести в Париж для продажи к воротам Большого Моста, и до того, как он ее принес к вышеупомянутым воротам и камням; если он сделает иначе, он теряет рыбу, и она отдается бедным вышеуказанным образом. Это установили рыбаки потому, что, когда королевские повара хотели взять рыбу, рыбаки прятали свою рыбу, пока цена держалась 86. Если какой-нибудь рыбак лежит больным, или отправляется за море, или идет в паломничество к св. Якову или в Рим, из-за чего он не может пользоваться и заниматься этим ремеслом в городе Париже вышеуказанным образом, его жена, или кто-нибудь из его помощников, сын, или кто-нибудь другой может пользоваться и заниматься этим ремеслом вышеуказанным образом во всем и везде до тех пор, пока не выяснится, жив ли он или мертв и вернется ли он [домой]. Никто из рыбаков не должен платить ни тонлье, ни кутюмы ни за какие вещи, относящиеся к его ремеслу, которые он покупает или продает. Главный повар короля берет и выбирает четырех прюдомов этого цеха, назначает и смещает их по своей воле и заставляет их поклясться на святых, что они всю рыбу, которая будет нужна королю, или королеве, или их детям, или тем, кто берет рыбу по цене, будут оценивать хорошо и честно как для тех, кто ее оценивает, так и для купцов; этих четырех людей парижский прево заставляет поклясться на святых, что они будут хорошо и честно охранять этот цех и, если найдут испорченную или плохую рыбу, бросят ее в Сену и что все четверо или один не менее трех дней в неделю, т. е. в среду, в пятницу и субботу — в мясоед, а в пост — ежедневно будут по своей клятве [217] посещать и проверять все камни рыбаков и все места, о которых они узнают, что там есть плохая рыба. Если они находят плохую [рыбу], они должны бросить ее в Сену, как указано выше 87... Никто не может и не должен оскорблять никого из вышеупомянутых должностных лиц по причине их службы, так как их оскорбляют из-за цены, которую они назначили, или из-за плохой рыбы, которую они бросили в Сену, или из-за каких-нибудь нарушений, о которых они сообщили парижскому прево. Если кто-нибудь их оскорбил по этим причинам, он платит королю 10 пар. су штрафа, потому что нельзя оскорблять их за королевскую службу, если они ее выполняют хорошо и честно.

Статут С

Установления морских рыбаков

Каждый, кто хочет быть в Париже морским рыбаком, должен купить ремесло у короля; а продает его от имени короля тот, кто имеет это право, одному дороже, другому дешевле, как ему покажется лучше. Вся свежая морская рыба, прибывающая в Париж от пасхи до дня св. Ремигия, должна быть продана в тот же день, как прибыла, оптом или в розницу; а морская рыба, которая прибывает со дня св. Ремигия до пасхи, должна быть продана только в течение двух дней. А кто будет ее хранить дольше в эти два сезона, как указано выше, заплатит королю 5 пар. су штрафа всякий раз, как будет уличен. Никто из парижских морских рыбаков не может и не должен идти навстречу [тем, кто привозит] рыбу, чтобы ее купить, если это не на реке Уазе, или в городе, где он ищет рынок, чтобы купить рыбу; если же он делает иначе, он теряет всю рыбу, которую купил, всякий раз, как будет уличен. Вся рыба, которая прибывает в Париж, какова бы она ни была, должна быть уложена в длину в корзинах и без соломы; кто сделает иначе, уплатит 5 пар. су всякий раз, как будет уличен. Если кто привозит в Париж корзины с морской рыбой, полагается, чтобы каждая корзина была размером с образец (patron), который установлен именем короля на крытом рынке в Париже; а если она меньше образца, [рыбак] платит 5 су штрафа с каждого вьюка всякий раз, как будет уличен. Никто из морских рыбаков не может класть ската в корзину на другую рыбу, а соленую рыбу и соленых мерланов привозить так, чтобы солома, лежащая сверху в корзине, была убрана на рынке прежде, чем рыба будет продана; а кто так сделает, уплатит штраф, в 5 вышеуказанных су. Кто привозит в Париж морскую рыбу двух уловов (mаrее), теряет рыбу всякий раз, как будет уличен. Вся макрель и сельдь, прибывающая в Париж, должна быть продана по счету; если покупающий ее торговец не хочет пересчитывать, он, если хочет, берет клятву с того, кто привез рыбу; или же такую клятву дает владелец прилавка (estalier) в том счете, который он обнаружил. Если кто привозит в Париж рыбу для продажи на тележке или на вьючном животном, нужно, чтобы он отправился на парижский крытый рынок, не прячась в доме или где-либо; если же он отправляется в другое место, он платит 5 вышеупомянутых су штрафа. Парижские рыбаки должны расплатиться (delivrer) с чужими купцами до вечерни дня, следующего за тем днем, когда рыба была куплена; если они этого не делают, платят королю 2 пар. су штрафа всякий раз, как будут уличены. Если кто привезет в Париж сельдь для продажи в тележке или на вьючном животном, полагается, чтобы вся сельдь была такой же, как та сельдь, которую торговец показал; [218] если продавец или покупатель соглашаются, чтобы сельдь была сосчитана, продавец берет одну мезу 88, а покупатель — другую из чужой руки, и соразмерно тому, сколько будет в этих двух мерах, рассчитывается вся прочая сельдь. Если кто покупает сельдь defienelaie 89, копченую треску и соленую макрель у торговцев-чужаков, полагается, чтобы он торговал с третьего часа до второго звона к вечерне. Это установлено потому, что продавцы уходили слишком поздно; а кто так не будет поступать, уплатит королю 5 пар. су всякий раз, как будет уличен. Собирающие тонлье на крытом парижском рынке не могут и не должны ничего сдавать [торговцам рыбой], кроме как крытое помещение на рыбном рынке.

В этом цехе 20 продавцов, которые назначаются парижским прево по совету тех, кто охраняет цех; каждый из этих продавцов дает залог в 40 пар. су старшине, который охраняет цех от имени парижского прево, если им угодно, до того, как начнут заниматься продажей и покупкой для кого бы ни было. Это прюдомы установили, чтобы штрафовать за проступки, которые некоторые могут совершить. Каждый продавец, давший этот залог, не может потерять ремесло, кроме как из-за скверного проступка, и полагается, чтобы каждый продавец имел свой дом в городе Париже, чтобы было известно, где его найти. Каждый, кто продает в Париже морскую рыбу, не может и не должен иметь долю в продаваемой и покупаемой рыбе, ни он, ни его родственники; если он так делает, он платит королю 10 пар. су штрафа всякий раз, как будет уличен. Никто из продавцов морской рыбы в Париже не может продавать более шести вьюков и трех тележек рыбы, а если продает больше, он платит королю 20 пар. су штрафа всякий раз, как будет уличен. Никто из парижских рыбаков не может и не должен смешивать такую рыбу, как соленую треску, копченую макрель и соленую белую сельдь; а если кто это делает, теряет рыбу всякий раз, как будет уличен 90... Четыре прюдома, охраняющие цех, должны установить счетчиков и сортировщиков, и эти счетчики получают с каждой тысячи [рыбы] одно денье, т. е. с продавца — обол и с покупателя — обол.

Каждый, привезший треску в Париж уплачивает с тележки 5 су кутюмы и 16 денье конжье (congie) и аляжа и с каждого вьюка 2 денье. С тележки камбалы уплачивается 4 су кутюмы, 16 денье конжье и аляжа, а с каждого вьюка — 2 денье. С тележки султанок уплачивается 4 су кутюмы, 16 денье конжье и аляжа, а с каждого вьюка — 2 денье. С тележки мерлана уплачивается 6 су кутюмы, 16 денье конжье и аляжа, а с каждого вьюка — 2 денье. С сельди [сортов] sor, blanc и gisant уплачивается 4 денье аляжа, 2 денье с тысячи и 120 сельдей по продажной цене; со свежей макрели — 6 макрелей по продажной цене и столько же с соленой. С тележки скатов уплачивается 18 денье кутюмы и 16 денье конжье и аляжа, а с каждого вьюка — 2 денье. С тележки свежей сельди уплачивается 120 сельдей по продажной цене и 16 денье конжье и аляжа, а с каждого вьюка — 4 денье кутюмы; с сардин не нужно кутюмы. С вьюка лошади, [груженной] мерланом, уплачивается 15 денье, [груженной] свежей сельдью — 7 денье и 10 сельдей по продажной цене. За всякую рыбу с вьюка лошади должны 7 денье. Если кто-либо привозит в Париж рыбу в корзинах, следует, чтобы эти корзины были честно наполнены верхом или иначе и как указано выше; если же делает иначе, уплачивает штраф с каждого вьюка всякий раз, как будет уличен 91 ...

Комментарии

46. По образцу кордовского сафьяна.

47. О трех прюдомах, как в статуте VIII.

48. Feutrure — приспособление, служившее для придерживания копья.

49. Эти слова заменены далее в этом абзаце многоточием.

50. См. ниже в этом же статуте.

51. Значение неясно.

52. Fenestre — отверстие между верхней половиной ставни, откинутой наверх, и нижней, образующей прилавок. Через это отверстие продавец разговаривал с покупателем.

53. Т. е. чтобы лука приходилась на середину крюка.

54. Эти слова заменены далее в этом абзаце многоточием.

55. О карауле и талье, как в статуте III.

56. О карауле и талье, как в статуте VIII, но короче.

57. О карауле и талье, как в статуте VIII.

58. О прюдомах (их шестеро), как в статуте VIII.

59. О карауле и талье, как в статуте III; прюдомы караула не несут.

60. Они изготовляли сапоги из козьего сафьяна (кордовской кожи — cordouan).

61. Пьер де Немур.

62. Эти слова заменены далее в этом абзаце многоточием.

63. О трех прюдомах, как в статуте VIII и X; их назначает камергер. О карауле и талье, как в статуте II.

64. Далее о карауле и талье, как в статуте III.

65. Они изготовляли ременные пояса.

66. Эти слова заменены далее в этом абзаце многоточием.

67. О запрете работать ночью и в праздничные дни, как в статуте XII.

68. О трех прюдомах, как в статуте VIII; они избирают старшину цеха и приводят его к парижскому прево для принесения клятвы. О карауле и талье, как в статуте III; прюдомы караула не несут.

69. Т. е. представитель графа.

70. О двух прюдомах, карауле и талье, как в статуте VIII; прюдомы караула не несут.

71. О прюдомах (их шестеро), как в статуте VIII; о карауле и талье, как в статуте III; прюдомы караула не несут.

72. Точнее: об изготовителях венков из цветов.

73. О прюдоме, как в статуте VIII.

74. Мелкая медная монета.

75. Тонлье брался с шерсти и с сукна.

76. О карауле и талье, как в статуте III

77. О талье, как в статуте III.

78. Т. е. в случае, если они работали над уже проданной шляпой.

79. О двух прюдомах, как в статуте VIII, но короче.

80. Эти слова заменены далее в этом абзаце многоточием.

81. О двух прюдомах, как в статуте VIII.

82. О прюдомах, как в статуте VIII; прюдомы тальи не платят.

83. О карауле и талье, как в статуте III; прюдомы караула не несут.

84. Сен-Мор-де-Фоссэ.

85. Т. е. денье «за разрешение».

86. Т. е. пока королевские повара покупали рыбу на рынке по установленной ими цене.

87. О карауле и талье, как в статуте III; прюдомы караула не несут.

88. Бочонок на тысячу сельдей.

89. Сорт сельди, значение неясно; пишется также frene laye.

90. О прюдомах (их четверо), как в статуте VIII.

91. О карауле и талье, как в статуте VIII; прюдомы караула не несут.

Текст воспроизведен по изданию: Книга ремесел и торговли города Парижа // Средние века, Вып. 11. 1958

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2021  All Rights Reserved.