Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ИБН ДАВАДАРИ

Сказал автор “Тарих ал-Кайруан” 1, да будет милостив к нему всевышний Аллах! — воистину ал-Махди — это Убайдаллах ибн ал-Хасан ибн Али ибн Мухаммед ибн Али ибн Муса ибн Исмаил ибн Джафар ибн Мухаммад ибн Али ибн ал-Хусайн ибн Али ибн Абу Талиб, мир ему.

И сказал Ибн Зулак, автор “Тарих Миср” 2, да будет милостив к нему всевышний Аллах! — воистину ал-Махди — это Убайдаллах ибн Мухаммад ибн Исмаил ибн Джафар ибн Мухаммад ибн Али ибн ал-Хусайн ибн Али ибн Абу Талиб, мир ему.

И говорили: он — Убайдаллах ибн Али ибн ал-Хусайн ибн Ахмад ибн Абдаллах ибн ал-Хасан ибн Мухаммад ибн Али ибн ал-Хусайн ибн Али ибн Абу Талиб, мир ему!

И говорили: он — Убайдаллах ибн ал-Таки ибн ал-Вафи ибн ар-Ради; и говорили, что эти трое находились в сокрытии по воле Аллаха. А имя ар-Ради — Абдаллах. А скрывались они из страха за свою жизнь, потому что подвергались преследованиям со стороны аббасидских халифов. А упомянутый Абдаллах по прозвищу ар-Ради — это Абдаллах ибн Мухаммад ибн ал-Хусайн, а вернее — сын Исмаила ибн Джафара, о котором говорилось ранее. А имя ат-Таки — ал-Хусайн, а имя ал-Вафи — Ахмад, а [имя имама] ар-Ради — Абдаллах 3.

Это — то что передают кадий Шамс ад-дин, ибн Халликан в своей “Тарих” 4, да будет милостив к нему всевышний Аллах, и некоторые мусульманские улемы с [прочими] мусульманами; это — [мнение] тех, кто считает их родословную истинной и утверждает, что они из потомков Фатимы, но таких немного.

А большинство улемов, и ученых, и авторов хроник, заботящихся о сохранении людских родословных, отрицают это и считают притязания упомянутого Махди несостоятельными, а всю его родословную ложной.

И утверждают, что его имя Саид, сын жены ал-Хусаина ибн Ахмада ибн Мухаммада ибн Абдаллах ибн Маймуна ал-Каддаха 5. А Каддахом его называют потому, что он снимал катаракты и был глазным врачом, — и это мнение [154] придерживающихся середины [в вопросе] об истинности его [Махди] родословной.

Об этом также упоминает Ибн Халликан в своей “Тарих”. А что касается многих ученых шиитских тарифов 6 из египтян и сирийцев, то они говорят: и они [Фатимиды] совершили в этом [деле] обман, ибо этот Убайдаллах был иудей из жителей Саламии. И был он кузнец по имени Саид, а когда появился в Магрибе, то назвался Убайдаллахом и утверждал, что он Алид, Фатимид, — а провозглашенная им родословная не была истинной, — а затем назвался ал-Махди.

А был он мерзким еретиком, врагом ислама, прикидывающимся шиитом, стремящимся к устранению мусульманской общины. И доказательство этого — убийство им факихов, и улемов, и имамов, и изучающих хадисы, и праведников; он убил большое число их.

И было его целью уничтожение религии, чтобы люди сделались подобны животным, а он получил бы возможность развращать умы и убеждения, “а Аллах завершает свой свет, хотя бы и ненавистно было это неверным” 7. И все его дети выросли в сокрытии и публично [проповедовали] в его пользу, когда это было им возможно. И проповедники не переставали распространяться по землям и странам, вводя в заблуждение тех, кого они были в состоянии сбить с пути. И из их проповедников известны карматы, отступившие от мусульманской веры и нарушившие клятву, и о них будет сказано после этого. К их проповедникам [относятся и] те, кто ввел в заблуждение некоторые общины в прочих странах Востока и Запада, в том числе друзы, ассасины и другие.

Сказал я (Ибн Давадари): и была составлена книга об этих людях. Написал ее набожный шариф Абу-л-Хусайн Мухаммад ибн Али ибн ал-Хусайн ибн Ахмад ибн Исмаил ибн Мухаммед ибн Исмаил ибн Джафар ибн Мухаммад ибн Али ибн ал-Хусайн ибн Али ибн Абу Талиб, мир ему, известный как Аху Мухсин 8, да будет доволен им Аллах!

И был он сайидом достойным, ученым, изучающим родословные людей своего дома, да будет доволен им Аллах, и изложил в ней то, что я (Ибн Давадари), раб божий, в этой части передам сокращенным образом...

Сказал вышеупомянутый сайид шариф, да будет доволен им Аллах: “Мы составили эту книгу, чтобы объяснить в ней дело Исмаила ибн Джафара ибн Мухаммада ибн Али ибн ал-Хусайна ибн Али ибн Абу Талиба, — да благословит Аллах его и детей его! — когда начались толки о сыне его Мухаммаде и стали возводить к нему происхождение те, кто не относился к его родственникам, и сделали его вратами хитростей и козней, чтобы иметь возможность вводить в заблуждение, но он таковым не был.

И когда рассмотрели мы это дело, то сочли нужным [155] составить книгу и объяснить в ней дело Исмаила ибн Джафара и сына его Мухаммеда, к которому — а не к брату его Али ибн Исмаилу — была обращена проповедь, и перечислить в ней всех их потомков во всех странах, и упомянуть каждого человека из них по имени, и [изложить] отдельно его родословную, чтобы это дело было понятным каждому желающему узнать его.

И когда сделали мы это и разъяснили, то исключили из [числа] сыновей Исмаила ибн Джафара тех, кто возводил к нему [свое происхождение], но не был его сыном, [основываясь] на доказательстве, известном тому, кто смотрел книгу родословных.

И мы начнем с описания их (Алидов) корней, а затем ветвей, а сведущий в родословных знает, что ветви восходят к корням.

А роды потомков Али ибн Абу Талиба, мир ему, немногочисленны, и так же немногочисленны их родословные, известные от первой из них до последней. И не нашли мы упоминания о тех, кто овладел Магрибом, а затем Египтом, т. е. о Саиде ибн ал-Хусайне и его сыновьях, — а это тот, который назвал себя в Магрибе Убайдаллахом и принял титул ал-Махди, — ни в корнях, ни в ответвлениях. Однако чернь и простонародье полагают, что они, [Фатимиды, принадлежат] к потомкам Али ибн Абу Талиба, мир ему, но об их происхождении от него не говорится... И изложу я (Аху Мухсин) известия о нем (Сайде ибн ал-Хусайне) и о том, что с ним происходило, пока он не отправился в Саламию, и передам рассказ о его сыне, бывшем после него, до его появления в Магрибе, в этой книге, если пожелает всевышний Аллах, после упоминания о всех потомках Али ибн Абу Талиба, да почтит его Аллах, чтобы было это доказательством, объяснением и ответом на его притязания на эту родословную.

И наш довод [состоит] в том, что [если] кто-нибудь скажет, что Саид, носящий имя Убайдаллаха, по прозванию ал-Махди, который овладел Магрибом в 289 г. 9, [относится] к потомкам Али ибн Абу Талиба, мир ему, сказать ему: воистину, имена всех потомков Али ибн Абу Талиба записаны в этой книге, и если ты прав, то [укажи] нам, от кого из перечисленных [лиц] он происходит?

И воистину знатоки родословных считают его (Саида), за самозванца и воздерживаются от упоминания его, и наше доказательство в этом”.

Затем этот человек (Аху Мухсин) начинает перечислять всех потомков имама Али ибн Абу Талиба, мир ему, и сопровождает это отличным объяснением, в котором нет никакой погрешности против истины. Но он растягивает изложение, и если бы мы включили его в эту книгу, то получилась бы часть самостоятельная сама по себе. И я отказался от [156] изложения всего и упоминаю лишь о происхождении сыновей имама — мир ему! — чтобы понятнее стали ответвления их.

Сказал шариф Абу-л-Хусайн Мухаммад ибн Али: “Сыновья Али ибн Абу Талиба, мир ему, ал-Хасан и ал-Хусайн, их мать — Фатима, дочь посланника Аллаха, да благословит его Аллах и да приветствует! И Мухаммад ал-Акбар ибн ал-Ханафийа, мать его Хаула, дочь Кайса ибн Джафара ал-Ханафи. И ал-Аббас ал-Акбар, и Абдаллах, и Осман ал-Акбар, и Джафар ал-Акбар, мать их Умм ал-Бинайн, дочь ал-Махла ибн ад-Дийана ибн Хазама ал-Килаби. И все эти четверо были убиты вместе с ал-Хусайном, мир ему, в день ат-Таффа 10.

И Амр ал-Акбар, мать его ас-Сахба умм Хабиб, дочь Рабиа ат-Таглиби. И Абд ар-Рахман по прозванию Абу Бакр, и Убайдаллах, их мать — Лайла, дочь Масуда ибн Халида ат-Тамими. И Йахиа, и Аун, их мать — Асма, дочь Умайса ал-Хасамийа. И Мухаммад ал-Acrap; его мать — Умама, дочь Абу-л-Аса ибн ар-Рабиа ибн Абд ал-Азза ибн Абд Шамса, а мать их — Зайнаб, дочь посланника Аллаха, да благословит его Аллах и да приветствует! И Джафар ал-Асгар, от умм валад. И Мухаммад ал-Аусат, и Аббас ал-Асгар, от умм валад. И Омар ал-Асгар, и Осман ал-Асгар, от умм валад. И эти мужи — из родных сыновей его, мир ему, и некоторые из них умерли при жизни его (Али ибн Абу Талиба) малыми детьми, а некоторые были убиты или не оставили потомства. А что касается его потомства из женщин, то мы отказываемся от упоминания их в этой книге, ибо здесь нет нужды в описании их родословной. Сказал я: уже упоминал обо всех их раб божий полностью, наряду со всеми сыновьями имама Али, мир ему, и всеми матерями в правдивых сообщениях второй части этой краткой истории, при описании сайидов — посланников и праведных халифов, когда говорили мы об имаме Али ибн Абу Талибе, мир ему. И [тот], кто желает осведомиться об их происхождении, пусть осведомится об этом там”.

Сказал шариф, да будет милостив к нему Аллах: “И не осталось после этих мужей потомков, кроме пяти человек, а это ал-Хасан, и ал-Хусайн, и Мухаммад ибн ал-Ханафийа, и ал-Аббас, и Омар, а у прочих детей Али, мир ему, потомства не было.

Сыновья ал-Хасана, мир ему!

Зайд — от умм валад, ал-Хасан ибн ал-Хасан — от умм валад, Талха — от умм валад. Ал-Касим, и Абу Бакр, и Абдаллах, и не было у них потомков, а были они убиты с ал-Хусайном ибн Али, мир им, в ат-Таффе. И Амр ибн ал-Хасан, и Абд ар-Рахман ибн ал-Хасан, и ал-Хусайн, и Мухаммад, и Йакуб, и Исмаил — сыновья ал-Хасана. Эти мужи — из детей ал-Хасана, мир ему! И из сыновей ал-Хасана имели потомство лишь двое, и это ал-Хасан ибн ал-Хасан и Зайд [157] ибн ал-Хасан, а у прочих сыновей ал-Хасана потомства не было”.

Затем перечисляется им потомство этих двух упомянутых сайидов до времени прекращения его, изложение чего было бы длинным, и мы отказываемся от этого, так как условились излагать лишь основное.

“Сыновья ал-Хусайна, мир ему!

Али ал-Акбар убит со своим отцом в день ат-Таффа, и не было у него потомства. И Али ал-Асгар, а у него было потомство. И Джафар, а у него не было потомства. И Абдаллах убит в раннем возрасте со своим отцом в ат-Таффе, и не было у него потомства. Эти мужи — из сыновей ал-Хусайна, мир ему, и они от разных матерей. А все потомство ал-Хусайна — от Али ал-Асгара”. Затем перечисляются потомки этого сайида до их конца, от чего мы воздерживаемся.

“Сыновья Мухаммада ибн ал-Ханафийа, мир ему! Абдаллах по прозванию Абу Хашим, и Хамза, и Джафар ал-Акбар — они умерли и не оставили потомства, — и Али, и [все] они — от умм валад. И ал-Хасан ибн Мухаммад, у него не было потомства. И ал-Касим ибн Мухаммад, он был известен [лишь] по прозвищу. И Абд ар-Рахман; у него не было потомства, и он от умм валад, и Ибрахим от умм валад. И Джафар ал-Асгар, и Аун — сыновья Мухаммада, их мать — умм валад, и это дети Мухаммада ибн ал-Ханафийа”. Затем перечисляется потомство тех, у кого оно было, и те, у кого его не было. Изложение этого было бы длинным, и мы от него отказываемся.

“Сыновья ал-Аббаса, мир ему!

Убайдаллах: мать его — Лубаба, дочь Убайдаллаха ибн ал-Аббаса ибн Абд ал-Муталлиба. И произвел Убайдаллах Абу Джафара Абдаллаха и Зайнаб; мать их — дочь Абдаллаха ибн Маабда ибн ал-Аббаса ибн Абд ал-Муталлиба. И ал-Хасан ибн Убайдаллах, а у него несколько детей, а мать его — умм валад. И умер ал-Хасан ибн Убайдаллах шестидесяти девяти лет, и от этих двух сайидов осталось потомство”.

Затем перечисляются все их потомки до конца, и мы воздержимся от этого.

“Сыновья Омара, мир ему!

Мухаммад, и у него — потомство, и умер он шестидесяти трех лет. И Исмаил от умм валад, и не [было] у него потомства. И произошли от Мухаммада ибн Омара Абдаллах и Убайдаллах, и Убайдаллах [Ибн Мухаммад] ибн Омар умер пятидесяти семи лет, а Омар ибн Мухаммад ибн Омар умер на шестом десятке, и они — от умм валад. И передают от них хадис, и у них было потомство”. Затем перечисляются потомки их, [жившие] до последнего времени.

Сказал шариф Абу-л-Хусайн: “И мы дошли в [изложении] [158] родословной до этого места, и она доказывает и подтверждает, кто шел после него (Али ибн Абу Талиба), и возражает говорящему, будто Саид, называемый Убайдаллахом, по прозвищу ал-Махди, — из потомков Али ибн Абу Талиба. И спросим его: а какого сына Али он потомок? Из сыновей ли он ал-Хасана, или из сыновей ал-Хусайна, или из сыновей Мухаммада ибн ал-Ханафийа, или из сыновей ал-Аббаса, или из сыновей Омара? А [ведь] они — потомки Али ибн Абу Талиба, мир ему! А мы сообщили все об этих потомках, и об их детях, и о детях их детей, и упомянули мы каждый их род, и тех, у кого было потомство, и тех, у кого его не было. И каждый их род известен во всех краях земли, куда достигали его [члены]. Как мы уже упоминали в этой книге, потомки их ал-Хади [получили] эмирство в Йемене, как и Бану-л-Мутаввак и Бану-л-Адра, а в Египте — Бану Табатаба Ибрахим, и один из них — даи в Табаристане, а у другого, из сыновей ал-Хасана ибн Зайда, эмирство вДейлеме. И среди них даи, который в действительности управляет Табаристаном, и прочие из тех, кого мы упоминали при перечислении потомков сыновей ал-Хасана ибн Али ибн Абу Талиба, мир ему! И воистину, были они из потомства ал-Хусайна ибн Али ибн Абу Талиба, мир ему, и уже упоминали мы потомство ал-Хусайна и каждый род его и говорили о потомках ал-Хусайна от Али ал-Асгара и о потомках сыновей его Мухаммада Абу Джафара, Абдаллаха, Зайда, Омара и ал-Хусайна ал-Асгара. И упоминали мы всех из этих [лиц], у кого было потомство. И также упоминали мы о всех тех, кто произошел от Мухаммада ибн ал-Ханафийа, о всех его сыновьях и сыновьях его сыновей, и о тех из них, кто имел потомство, и о тех, кто его не имел.

Так к какому же роду относится этот самозванец и лжец, склонившийся к безбожию?

И все эти — потомки Али ибн Абу Талиба, мир ему, и к ним относятся Алиды Востока, Запада, Юга и Севера.

И разве не верна эта родословная, охватывающая все упомянутые нами роды и всех людей, связанных [с ними]? А в целом в этой родословной нет ничего, относящегося к этому пришельцу-самозванцу, и я еще расскажу о происхождении его и родстве, если того пожелает Аллах.

А что касается тех известных потомков Али ибн Абу Талиба, что находятся в Магрибе, то это потомки Идриса ал-Асгара ибн Абдаллаха ибн ал-Хасана ибн ал-Хасана ибн Али ибн Абу Талиба, ибо он бежал туда во времена ар-Рашида и овладел там некоторой территорией. А ар-Рашид при лечении [Идриса ибн Абдаллаха] приказал насыпать ему в питье яд и отравить его. А потомки его [находятся там по наше время]” 11.

Сказал шариф Абу-л-Хусайн Мухаммед ибн Али, известный как Аху Мухсин, да будет милостив к нему Аллах: [159] “Теперь мы начнем рассказ об этих людях, которые захватили власть и овладели Магрибом, то есть Убайдаллахе ибн ал-Хусайне и потомках его, [бывших] после него; и опишем положение их и как шло дело их до конца, сообразно нашим знаниям. И говорю я: воистину эти люди — из потомков дуалиста Дайсана, к которому восходит дуализм, а это — учение, согласно которому существуют два творца: один из них сотворил свет, а другой сотворил тьму. Но Великий Аллах — один, нет у него сотоварища, он властитель, и хвала ему, и он управляет всем.

И произвел проклятый Дайсан сына по имени Маймун ал-Каддах, и к нему восходит ал-маймунийа, а это крайнее вероучение. Затем родился у Маймуна сын по имени Абдаллах, и был он порочнее своего отца и лживее и знаком с хитростями. И применил он эти козни и уловки для уничтожения ислама.

А он был знаком со всеми законами, религиями, и преданиями, и со сведениями обо всех мазхабах, и разделил он учение лжи и порока, предназначенное им людям, на девять степеней, идущих одна за другой. И тот, кто доходил до последней степени, делался свободным ото всякой веры, не признавал творца вселенной, да будет славным упоминание его, [признавал] все дозволенным для последователей Мухаммада, да благословит его Аллах и да приветствует, и для прочих народов, и не надеялся на спасение, и не боялся возмездия, и совершал то, чего желала его душа.

И этот проклятый по имени Абдаллах ибн Маймун хотел таким путем ввести людей в заблуждение и при помощи обмана и уловок тайно и явно воспользоваться их имуществом. И он провозгласил себя имамом из рода посланника Аллаха, да благословит его Аллах и да приветствует, то есть что он — Мухаммад ибн Исмаил ибн Джафар ибн Мухаммад ибн Али ибн ал-Хусайн ибн Али ибн Абу Талиб, мир ему! И он лгал, ибо из рода посланники Аллаха, да благословит его Аллах и да приветствует, [никто] ни в какой мере не занимался подобными делами, а он стремился обмануть людей, чтобы такой уловкой объединить их вокруг себя. И согласно со своим плутовством этот Абдаллах объявил себя пророком, но его хитрость не удалась...

А эти люди, то есть Абдаллах ибн Маймун и его отец, происходили из одной местности ал-Ахваза, называемой Курх ал-Аббас. А этот Абдаллах появился в Аскар Мукрам и жил в Сабат Аби Нух 12. И приобрел он имущество благодаря этой бессовестной проповеди, о которой будет еще речь в этой книге. И он прикрывался шиизмом и ученостью, а когда явились к нему [истинные] даи и сделали явным его безбожие, безнравственность, козни и плутовство, то люди восстали против него. Сначала восстали против него шииты, затем [160] мутазилиты и прочие люди. Они овладели его домом, и он бежал в Басру, а с ним его сподвижник ал-Хусайн ал-Ахвази. И, не обнаружив его, они разгромили два его дома в Аскар Мукрам, сделав один из них мечетью, а другой [остается] разрушенным до сих пор.

И когда прибыл Абдаллах ибн Маймун в Басру, остановился он у Бану Бахила, у вольноотпущенников рода ал-Акила ибн Абу Талиба 13. И сказал им: я — из детей Акила и проповедую [от имени] Мухаммада ибн Исмаила ибн Джафара, а в Фарсе нельзя было говорить об этом из-за известности его (Абдаллаха ибн Маймуна) среди людей и знания их о нем. И поистине стал он проповедовать у Акила ибн Абу Талиба тайно, для тех, кого он смог обмануть. И когда он пришел и распространились известия о нем, то воины [стали] разыскивать его, и он бежал. И он направился в Сирию, и с ним ал-Хусайн ал-Ахвази. И когда прибыли они в Центральную Сирию, то отошли к Саламии для сокрытия их дел. И пребывал там Абдаллах и действовал тайно до тех пор, пока не родился у него сын, которого назвали Ахмадом, и отдалился он (Абдаллах) от него, чтобы скрыть порочность своего учения. А когда Абдаллах погиб, его сын Ахмад занялся этой скверной проповедью. И направил Ахмад с ал-Хусайном ал-Ахвази даи в Ирак, и встретили они в окрестностях Куфы Хамдана ибн ал-Ашаса, кармата, а известия о нем будут даны после известий о роде Абдаллаха.

Затем родились у Ахмада ибн Абдаллаха ал-Хусайн и Мухаммад, известный как Абу Шалала. Затем родился у ал-Хусайна сын, которого назвали Саидом, и он [тоже] воспринял это скверное учение. И в течение своей жизни Ахмад послал в Магриб двух братьев-даи: один из них Абу Абдаллах аш-Шии, другой Абу-л-Аббас. И поселились они среди двух берберских племен и принялись за их жителей, и деятельность их довольно скоро стала известна в Саламии, и они обогатились, получив большое имущество и много денег. И дошла [весть] об их действиях до султана, и он послал расследовать, что совершили [саламийские имамы] из козней, хитростей, [куда] отправляли даи, и какой вред [нанесли] мусульманской вере. И когда стали разыскивать этого Саида из Саламии, то он бежал в Египет, направляясь в Магриб. А наместником [Египта] был в то время Иса ан-Нушари 14, а этот Саид, будучи обманщиком, вошел в его [доверие] и стал его сотрапезником. И дошло известие о нем до халифа, и он (халиф) послал к Исе, чтобы тот разузнал о нем (Саиде) и нашел бы его, где бы он ни был. И было прочтено послание халифа в присутствии Исы, а там был Ибн Мудаббир, по-братски относившийся к Саиду и желавший, чтобы тот достиг своей цели. И Саид своевременно узнал это известие и бежал, а Иса приказал схватить Саида, но это ему не удалось, и тот [161] прибыл в Александрию. И Иса приказал наместнику Александрии схватить Саида, но это ему не удалось, а наместником ее в то время был человек из дейлемитов по имени Али ибн Вахсудан, а Саид был, как говорилось, обманщик. И когда его схватили, он сблизился с ним [наместником], выдав себя за [члена] рода Пророка, да благословит его Аллах и да приветствует, и тот смягчился, взял у него кое-что и отпустил его.

И тот (Саид) отправился, пока не прибыл в Сиджилмасу на Среднем Магрибе, и был он в облике купца и сблизился с правителем, а им тогда был ал-Йаса, последний из правителей бану мидрар 15, и тот оставался при нем некоторое время. И дошли до халифа ал-Мутадида 16 известия о нем (Саиде), и дал он приказ схватить его. Но когда правитель Сиджилмасы прочел его (халифа) послание, он не схватил того (Саида). Но к нему прибыло другое послание с приказанием схватить того, и схватил он его и заключил в темницу в крепости Сиджилмасы. А известие об этом дошло уже до Абу Абдаллаха аш-Шии, даи, о котором мы уже упоминали, и мы говорили, что Ахмад послал его и его брата Абу-л-Аббаса как даи в Магриб. И говорили, что тот, кто их послал,— это Мухаммад ибн Ахмад, известный как Абу Шалала.

И отправился Абу Абдаллах со своими берберами, и убил правителя Сиджилмасы, и освободил Саида, и тот стал господином положения”. Это то, что сообщил шариф Абу-л-Хусайн.

А что касается автора “Ад-Дувал” 17, то он сказал: “Когда прибыл Абу Абдаллах аш-Шии со своими войсками к Сиджилмасе, то ее правителю ал-Иасе сказали: “Поистине тот человек, который находится в твоей тюрьме, и есть тот, за кого ведет проповедь Абу Абдаллах”. И повелел правитель Сиджилмасы убить Саида и, оставив его брошенным в темнице, бежал из страны вместе со своими людьми. А Абу Абдаллах, войдя в тюрьму, нашел его (Саида) убитым, а рядом с ним человека из его приближенных, заключенного с ним вместе. И Абу Абдаллах испугался, что если берберы и войско узнают об убийстве господина проповеди 18, то задуманное им дело расстроится. И он призвал на помощь этого человека, и похоронил его (Саида), и прикрыл это место, и договорился с этим человеком, что тот выдаст себя за господина проповеди, и тот согласился. Затем (Абу Абдаллах) вывел его и сказал: “Это ал-Махди, господин проповеди”. И упрочилось положение того (Саида), и не прошло много времени, как он убил даи Абу Абдаллаха аш-Шии”. И стал Саид править берберами, как будет сказано в своем месте, если пожелает всевышний Аллах. Затем победил он Аглабидов, правителей Магриба, и принял титул ал-Махди, и сделался [162] алавитским имамом 19 из потомков Мухаммада ибн Исмаила ибн Джафара, как будет сказано об этом в заключение известий о нем, после упоминания об Аглабидах.

Ибн Давадари, стр. 4—22.


Комментарии

1. Автор “Тарих ал-Кайруан” (“История Кайруана”) — Абд ал-Азиз ибн Шаддад (XII в.), труд которого кроме Ибн Давадари использовали Ибн ал-Асир, Нувайри, Макризи и другие позднейшие авторы.

2. Ал-Хасан ибн Ибрахим ибн Зулак — фатимидский историк, живший, как говорилось во Введении, в 919—998гг., автор многих трудов, не дошедших до нашего времени, в том числе использованного Ибн Давадари и другими мамлюкскими историками историко-топографического сочинения “Тарих Миср ва фадаилиха”. (“История Египта и его достопримечательностей”) [218].

3. Ат-Таки, ал-Вафи, ар-Ради — условные имена “скрытых имамов”, подлинные имена которых неизвестны, принятые многими позднейшими авторами при составлении фатимидских родословных [230, стр. 72—73].

4. Упомянутая Ибн Давадари “Тарих” (“Ат-тарих ал-ахбар фи табакат ал-улама ва акбарихум” — “Полная история разрядов улемов и их старейшин”), сохранившаяся в рукописи, принадлежит, по мнению К. Брокельмана, не упоминавшемуся во Введении Шамс ад-дину ибн Халликану, известному автору биографического свода, а его брату Баха ад-дину (кадию, умершему в Баалбеке в 1284г.) [167, стр. 421].

5. Маймун ал-Каддах и сын его Абдаллах — лица, которых большинство суннитских писателей считает предками Фатимидов и создателями исмаилитского учения; в основе этих утверждений лежит сообщение Аху Мухсина (см. ниже, прим. 8), согласно которому Маймун Каддах был сыном Дайсана (Ибн Дайсана, или Бардесана). Однако исторический Дайсан — сирийский философ II в. н. э., близкий к гностикам создатель дуалистической космологической системы, не мог иметь какого-либо отношения к исмаилитам. В. Иванов отрицал существование упомянутого Каддаха [233, стр. 131]. В последнее время исследователи склоняются к признанию историчности Каддахидов как видных деятелей раннего исмаилизма.

6. О термине шариф (см. ашраф) см. ниже.

7. Сура LXI, стих 8.

8. Абу-л-Хусайн Мухаммед ад-Димашки по прозвищу Аху Мухсин (или Аху Мухассин) — современник халифа Муизза, автор антифатимидского памфлета, в основу которого, по сообщению Макризи, он положил близкий ему по направленности труд суннита Ибн Ризама [119].

9. Т. е. в 901-02 г. Здесь Ибн Давадари допускает неточность: завоевание Магриба исмаилитами началось, как говорилось выше, в 903г.

10. День ат-Таффа —10 мухаррама 61 г. х. (10 октября 680 г.) — день сражения шиитов с силами омейядского наместника Убайдаллаха ибн Зийада при Кербеле, в котором погиб Хусайн. Ат-Тафф — пустынная область к западу от Куфы, где находится Кербела.

11. Имеется в виду упоминавшийся выше основатель династии Идриси-дов Идрис ибн Абдаллах, участник восстания Алидов против Аббасидов, бежавший в Магриб после победы Аббасидов над восставшими близ Мекки в 786 г. С помощью берберских племен Идрис ибн Абдаллах овладел некоторыми территориями Дальнего Магриба. В 793 г. по приказу халифа Харуна ар-Рашида (786—809), получившего известия о его успехах, Идрис ибн Абдаллах был отравлен.

12. Курх ал-Аббас — селение в Хузистане. Аскар Мукрам и Сабат Аби Нух — соответственно город и селение в той же провинции.

13. Ал-Акил — старший брат Али ибн Абу Талиба (ум. в 670г.).

14. Иса ибн Мухаммед ан-Нушари — египетский наместник (905— 910гг., с перерывом с сентября 905 по май 906г.) [239, стр. 79].

15. Бану мидрар (мидрариты) — правители Сиджилмасы (771—977).

16. Здесь у Ибн Давадари явная неточность, так как аббасидский халиф Мутадид правил в 899—902гг.; наместничество ан-Нушари приходилось на время правления Аббасида Муктафи (902—908).

17. “Ад-Дувал” — “Китаб ад-дувал ал-мункатиа” (“Книга прекратившихся династий”). Ее автор — Джамал ад-дин Абу-л-Хусайн Али ибн За-фир ал-Азди ал-Хазраки (1171—1216), египтянин, везир Аййубида Малика Ашрафа. Его труд представляет собой всеобщую историю, где изложение ведется по династиям.

18. Господин проповеди (сахиб иб-дават) — исмаилитский имам.

19. Алавиты у Ибн Давадари — то же, что и Фатимиды. В настоящее время это название прилагается к крайней шиитской секте, известной также как нусайриты (по имени основавшего ее в IX в. Ибн Нусайра), приверженцы которой обитают в Северо-Западной Сирии и на юге Турции. Религиозные воззрения алавитов близки к исмаилитским (вера в пришествие имама-махди), но содержат и элементы восточного христианства (отправление некоторых христианских праздников, обряд причащения) и древних сирийских культов (почитание светил, гор) [83, стр. 81—84].


Сказал шариф Абу-л-Хусайн, известный как Аху Мухсин, в своей книге, посвященной рассказу об этих людях: “И Муиза очень боялся ал-Хасана ибн Ахмада Кармата. И когда вступил он в Египет и упрочил над ним свою власть, решил он написать ему (Хасану) письмо, чтобы объяснить ему, что [их] учение едино, и что они (карматы) получали помощь от них (Фатимидов), и они по этому случаю [являются] их господами, и что они благодаря им (Фатимидам) достигли такого положения, и устрашить его (Хасана).

А целью его (Муизза) было узнать из ответа на свое письмо намерение ал-Хасана ибн Ахмада — испугался ли он его прибытия в Египет или нет.

А Хасан ибн Ахмад знал, что его учение едино [с учением Фатимидов], и не опасался ничего из того, что было ему написано, ибо ему были известны и захир, и батин 1, и то, что все учение сводится к безбожию и дозволению всего. И если некоторые из них находили нужным убить кого-либо, то не было ему пощады из-за отсутствия у них снисхождения, как сказал Аллах, всемогущий он и великий: „И так одних неправедных Мы приближаем к другим за то, что они приобрели"” 2.

Изложение письма. “Во имя Аллаха милостивого и милосердного! От раба Аллаха и друга его лучшего и искреннего, Маадда Абу Тамима ибн Исмаила Муизза Лидиналлаха, эмира верующих, превосходного отпрыска пророков и потомка Али, наилучшего из завещающих, к Хасану ибн Ахмаду”.

...Затем идет многословная речь, [в которой] он приводит стихи из славного Корана, произвольно их переставляя и толкуя противно их смыслу. Затем сказал (Муизз): “И это наше письмо [послано] из Фустата в Египте, куда вошли мы по божьему предопределению, в указанное время, и не поднимали мы ноги и не опускали ее иначе, как в определенное место, по общему приказанию, в назначенный срок, и повеление предшествовало нам, и совершалось его исполнение.

А когда мы вошли, то сеющие ложные слухи из жителей его (Фустата), решив, что их поразила молния, старались опередить один другого в бегстве и покидали родственников, жен, имущество и святыни. А я как „Огонь Аллаха воспламененный, который вздымается над сердцами" 3. „Знает Он изменчивость очей и то, что скрывает грудь" 4. И не открыл я им обстоятельства и не поведал мысли, а приказал воззвать [169] [к ним] и даровал безопасность каждому оставшемуся и бежавшему, исчезнувшему и присутствующему, и каждому лицемеру и отступнику, упорствующему и побежденному, и тому, кто показывал свое лицо и выражал огорчение. И собрались противящийся и одобряющий, и несогласный, и лицемер. И я встретил [их] исполненный милости и простил поступающего дурно, так что вернулись бежавший и ушедший, и обе стороны сравнялись друг с другом и достигли согласия.

И распространилось благоденствие, и увеличилось добро, и все это по божьему приговору, и обстоятельства свидетельствуют [об этом]”.

Затем сказал: “А ты, о вероломный, предатель, явно сошедший с пути своих отцов и дедов, отошедший от веры [своих] предков и им подобных, очаг огня войны, отступник от общества и закона! И я не упускаю из виду твоих действий, и не пугают меня известия о тебе, и не скроются от меня твои дела,— ты у меня на виду и на слуху, как сказал Аллах, всемогущий он и великий: „Я с вами, слушаю и вижу" 5. „Не был отец твой дурным человеком, и мать твоя не была распутницей" 6. И ты сообщи нам, каких ты придерживаешься мнений и по какому пути идешь? А разве не был тебе примером твой дед Абу Саид или не был тебе образцом твой дядя Абу Тахир? 7 Видел ли ты книги их и предания? Читал ли ты их завещания и сочинения? Разве не был ты в их стране и не видел их памятников?

Разве ты не знаешь, что они были первыми нашими подданными, могучими, решительными, с похвальными делами? Изливалось на них наше благословение, так что они возвысились в делах и стали нашими наместниками, а каждый эмир и правитель был близок к ним, и их называли господами, и они правили и [получили] от нас награду и имя от нашего имени, и возвысились их имена, и вознеслись их слова, и усилилась их мощь и стали прибывать к ним посланцы со всего света, и обратились на них взоры, и люди подчинялись им из страха, а они пресекали неповиновение и были врагами и соперниками Аббасидов”.

Затем, после многих слов, сказал [Муизз]: “Вернись, нарушивший обет, подобный женщине! Кто сбил тебя, заградил тебе дорогу и прельстил тебя? Что смущает тебя — не повеление ли, исходящее от него? Разве свободен ты от осуждения и от [данного] слова? А этот заставил тебя поскользнуться и преградил тебе [путь] истины. Объяснение твое лишь в том, что [это] „испытание для вас и доля во времени" 8.

И клянусь Аллахом, что были мы возвышающими усердие твое, превозносящими силу твою, и наищедрыми в дарах тебе, и понимающими недостатки твои, и снисходительнейшими к оправданию твоему, осведомленными о положении твоих предков. И поистине мы радушно встречали тебя, помня об их [170] значении. Но поистине был темен для тебя путь следования их закону и приобщения к их учению, принятому ими к руководству в их действиях в то время, и [в отношении] их одежд.

А наместники следовали своим предкам с усердием, непоколебленной решимостью и согласием. Но грех овладел твоим сердцем и умом, и отклонил тебя от правильного пути, и лишил тебя прозорливости и света. А я надеюсь на твое [возвращение] на путь предков, ибо ты — тот, кто [идет] после них, как сказал Аллах, всемогущий он и великий: „И последовали за ними потомки, которые погубили молитву и пошли за страстями, и встретят они погибель"” 9.

Затем идут довольно пространные слова, и нет для нас нужды приводить их полностью, и он (Муизз) порицает в них его (Хасана) за убийство Джафара ибн Фаллаха и осаду Ибн Хийана в Яффе 10 и смерть его в Фустате. Затем говорит после этого: “И поистине я верил твоему делу и отсрочкам твоих действий. И ты утвердился в твоей столице с нашей помощью, и склонились к тебе из нашего войска те, кто изменял и до тебя и бунтовал с тобою, подобно Аду и Самуду, „и обитатели ал-Айки и народ Тубба 11 — все сочли лжецами посланников, и оправдывалась моя угроза" 12.

„А мы придем к вам с войсками, против которых вам не устоять, и выведем вас оттуда униженными, и будете вы ничтожны" 13.

И с большой силой и с большой решимостью „смиренных перед верующими, великих над неверными" 14, и с чистыми сердцами и богобоязненными душами, и с тою же гордостью одержим над вами победу и добьемся успеха. И проявят к вам ангелы сильную грубость — [они] „не ослушиваются Аллаха в том, что он приказал, и делают то, что им приказано" 15. А ты и твои люди — не что иное, как место наслаждения и хлев для скота, „и мы покажем тебе то, что обещали им" 16.

А ты — в клетке кровопускания, и время твое определено, а их прибежище — у нас, и для них потеряна настоящая и будущая жизнь; это — явная гибель: „И вот увещаю я вас огнем, который пылает; горит в нем только несчастнейший, который счел ложью и отвернулся" 17. „В тот день, когда они увидят то, что обещано, как будто бы они пробыли только час дня. Возвещение! Разве ж губят кого-нибудь, кроме народа нечестивого?" 18.

И пусть заранее подготовится обладающий осторожностью и задумается обладающий умом,— день воскресения [есть] день скорби и печали, чтобы не сказала душа: „Горе мне за то, что я нарушила в отношении Аллаха" 19. [Или мы будем] „возвращены и будем делать не то, что делали?" 20. Увы, несчастье одолело вас, и вы стали погибшими людьми, „и мир тому, кто последовал за водительством" 21. А тот, кто спасется [171] от погибели, достигнет высшего сонма. И мы рассчитываем на Аллаха, избавляющего [от нужды в другом], и он — наша опора, и отличный покровитель, и прекрасный защитник. Слава Аллаху, господину миров, и да благословит Аллах нашего предка Мухаммада и прекрасное его семейство и да приветствует!”.

Ответ. “Именем Аллаха, милостивого и милосердного, от ал-Хасана ибн Ахмада ал-Карматиал-Асама”. Азатем: “До нас дошло твое письмо, в котором много подробностей, но мало смысла. И мы направляемся вослед ему, и привет [тебе]! Наш защитник — Аллах, и он — прекрасный покровитель. И в нем [этому году] не было в Багдаде стороны, [признающей] Хасана, мир ему! [И причина этого — в поражениях], которые нанес мусульманам правитель Рума, а он в этом году завоевал Джазиру со многими ее городами и селениями и взял в плен более ста тысяч.

А хаджиб Сабуктагин с Изз ад-даула, сыном Муизза ад-даула ибн Бувайха, находились в Басите, и в Багдаде не было войска для отражения от него румийцев. А халиф ал-Мути также находился в Басите во время битвы дейлемитов, и вожделения румийцев поэтому усилились” 22.

Ибн Давадари, 148—157.


Комментарии

1. Захир и батин — составные части учения исмаилитов наряду с упомянутой в гл. I социальной утопией. Захир, или экзотерическая, т. е. внешняя, понимаемая буквально, часть включает в себя обряды и постановления шариата с тремя существенными отличиями: Фатимиды не признавали преданий, восходивших к первым трем “праведным” халифам, считая для себя приемлемым лишь то, что исходило от самого Мухаммада или членов его фамилии; признавали семь “столпов ислама” (вера, ритуальное очищение, молитва, налог в пользу бедных, пост, паломничество, священная война), в то время как сунниты — пять (без очищения и священной войны); наконец, Фатимиды, подобно всем шиитам, придерживались доктрины об имамате потомков Али.

Часть “батин”, или изотерическая, тайная, наиболее сложна для восприятия. Она включает в себя толкование доктрины захир при помощи символов и аллегорий (тавил), причем применение этого принципа считалось исключительной прерогативой имама. Простейшие примеры такого истолкования: библейский потоп, описанный в Коране, считался потоком ложных идей, а Ноев ковчег — призывом имама отойти от них; все, кто слышит призыв и погружается в ковчег, вручая себя имаму, будут спасены. В Суре XIV, 24—25, рассказывается притча: доброе слово подобно хорошему дереву, у которого крепкие корни, а ветви достают до неба; оно приносит плоды по велению бога. Под хорошим деревом исмаилиты подразумевали пророка, под корнями — его фамилию, под ветвями — Али и Фатиму, под плодами — имамов. В толкованиях часто использовались числа.

В эзотерическую часть входит также хакаик (букв, истина, правда) — общая система знаний, включавшая и натурфилософию и являвшаяся главной характерной чертой исмаилизма. Система эта эклектична: она основана на неоплатонизме (в его поздней версии, содержащейся в так называемой патристической литературе) и элементах рационалистической философии Аристотеля, неопифагореизма, гностицизма, астрологии и пр.

Начинается она с космогонии, вводя представление о едином и высшем божестве, сущность которого — за пределами понимания смертных (в противовес антропоморфизму раннего ислама). Первой эманацией (истечением, излучением) божества является волевой акт творения мира (амр). Вторая эманация — универсальный разум (ал-акл ал-аввал), под которым следует понимать рациональный или логический принцип, лежащий в основе вселенной. Третьей эманацией является “мировая душа” — символ жизни и самосознания. У различных исмаилитских авторов кроме этих трех эманации часто вводятся дополнительные, число которых соответствует числу видимых концентрических сфер птолемеевской системы вселенной, поддерживающих и двигающих небесные светила. Каждая из эманации считается частью целого, вселенной и не имеет самостоятельных функций, подобно тому как все органы человеческого тела являются нераздельными частями целого организма; таким образом, макрокосм строится по образцу микрокосма.

Божество считалось обладателем всей истины, хакаик. Передатчиками этой мудрости во вселенную выступали сначала ангелы (Израил, Михаил, Гавриил), а затем пророки, которые получали всю истину, а открывали современникам лишь ту ее часть, которую они были способны понять (пророк назывался натик — говорящий). История человечества, по представлению исмаилитов, делилась на несколько циклов (“давр”), каждому из которых соответствовал особый пророк, появляющийся в начале каждого цикла (Адам, Ной, Авраам, Моисей, Иисус, Мухаммад); идея циклов восходила к раннему маздакизму.

Считалось, что передача знаний совершалась пророками не непосредственно, а через имамов; каждому пророку соответствовал свой имам (он назывался самит — молчащий, ибо при жизни пророка не имел никаких обязанностей). Так, Мухаммад, получив от бога полное откровение, завещал его постепенную передачу Али ибн Абу Талибу и его потомкам по фатимидской линии, причем представление об имамате “скрытых имамов” и фатимидских халифов сложилось в сравнительно позднее время, а первоначально линия имамов завершалась, как говорилось выше, Мухаммадом ибн Исмаилом; это представление сохранили карматы.

Имам, в свою очередь, передавал откровение при помощи целой организации дават, причем положение всех членов иерархии имело свою параллель в иерархии космических принципов; пророк был равен “универсальному разуму”, Али — первой эманации, имам — третьей эманации и т. д.

Организация дават считалась главным орудием спасения человечества, ибо конечной целью вселенной, по учению исмаилитов, являлось ее слияние с первоисточником — божественной волей, причем ускорителем этого процесса считался человек в соответствии со степенью овладения им божественной истиной [233; 229; 189; 190; 191; 192; 281; 286; 168; 206].

2. Сура VI, 129.

3. Сура CIV, 6, 7.

4. Сура XL, 19.

5. Сура XX, 46.

6. Сура XIX, 28.

7. Абу Саид и его сын и преемник Абу Тахир — вожди бахрейнских карматов. Первый находился у власти в 899—914гг., второй — в 914— 943гг.

8. Сура XXI, 111.

9. Сура XIX, 59.

10. Ибн Хийан — командующий 11-тысячным фатимидским гарнизоном, выдержавшим в Яффе в 971г. длительную осаду карматов [239, стр. 106—107].

11. Ал-Айка (араб, роща) — местность в Северной Аравии, вблизи городов Табук и ал-Хиджр. Ад, самуд — названия народов, якобы истребленных Аллахом за беззакония, Тубба — титул йеменских царей.

12. Сура L, 14.

13. Перефразированная сура XXVII, 37.

14. Сура V, 54.

15. Сура LXVI, 6.

16. Перефразированная сура XXIII, 95.

17. Сура ХСII, 14—16.

18. Сура XXXXVI, 35—36.

19. Сура XXXIX, 56.

20. Сура VII, 53.

21. Сура XX, 47.

22. Письмо Муизза было отправлено им сразу после его прибытия в Египет в рамадане 362 г. х. (июнь — июль 973 г.); ответ был получен, по всей вероятности, в конце 973 г., во всяком случае, не позднее начала 974 г., так как в шабане 363 г. х. (апрель-май 974г.) Хасан ал-Асам уже вступил в пределы Египта [266, стр. 176—177; 207, стр. 763].

Смысл ответа можно усмотреть в том, что, по мнению вождя карматов, стремление Муизза установить с ним дружеские отношения объясняется возросшей в то время опасностью со стороны Византии. “Правитель Рума” — византийский император Иоанн Цимисхий, продолжавший завоевания своих предшественников на Востоке [см. 86, стр. 286—302]. Однако завоевание Джазиры (т. е. северной части территории, расположенной между Тигром и Евфратом), включая города Нисибин и Мийафаракин, происходило ранее года написания письма, в 972г. [см. 94, II, стр. 216].

Муизз ад-даула — правитель Ирака и Южного Ирана из династии Бувайхидов; правил в 932—967 гг. Изз ад-даула — его преемник, правил в 967—978 гг. Мути — аббасидский халиф (946—974).

(пер. Л. А. Семеновой)
Текст воспроизведен по изданию: Из истории фатимидского Египта. М. Наука. 1974

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.