Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

АБД АЛ-ГАФФАР КЫРЫМИ

ОСНОВА ЛЕТОПИСЕЙ

УМДАТ АТ-ТАВАРИХ

Однако начавшиеся вскоре смуты, междоусобицы и трения между мангытским эмиром и его новыми ханами привели к гибели в 1419 г. хана Кадырберди и самого Едигея. После их смерти в пределах Золотой Орды одновременно появилось несколько самостоятельных владений, правители которых упорно боролись друг с другом за верховную власть. В числе претендентов на золотоордынский престол в это время упоминается и имя внука Урус-хана, Барак-оглана — отца одного из основателей Казахского ханства.

В написании этого имени нет единой транскрипции. В. В. Бартольд писал «Бурак». В. Д. Смирнов, C. К. Ибрагимов, б. А. Ахмедов, Д. Ю. Юсупова и другие авторы — «Борак». Между тем, как это теперь доказано, оба варианта представляют собой арабизированную форму тюркского имени Барак.

Барак был сыном Куйручук-оглана, четвертого сына Урус-хана; согласно генеалогии Джучидов, у него было две сестры — Рукийа-султан и Пайанда-султан. Впервые его имя в источниках упоминается под 1419 г. По словам Абд ар-Раззака Самарканди (ум. в 1482 г.), автора исторического сочинения под поэтическим названием «Восход двух счастливых звезд и сияние двух морей», в 1419 г. «Барак-оглан, бежавший из улуса Узбекского, пришел искать убежища при дворе мирзы Улугбек-гургана и, удостоившись чести целования руки, почтен был милостью и включен в число придворных царевичей» (Самарканди, л. 213). Улугбеку, фактическому правителю Мавераннахра, Среднеазиатского Междуречья, для безопасности северных границ своих владений было [205] выгодно иметь во главе беспокойных соседей если не подчиненного, то хотя бы дружественно настроенного к нему хана, и поэтому внук Тимура «приказал снарядить Барака по-царски».

К сожалению, Абд ар-Раззак Самарканди не сообщает, в чем выразилась царская милость самаркандского правителя, как, впрочем, не указывает и на время, когда Барак-оглан «получил позволение уйти обратно». По данным А.Н.Курата, Бараку был передан Сыгнак и его окрестности. По-видимому, это было не первым посещением степным царевичем двора благожелательно расположенного к нему Улугбека. Сведения, содержащиеся в некоторых источниках, дают основания полагать, что Барак-оглан в своей борьбе за трон и до этого пользовался покровительством Улугбека.

После возвращения в родные степи Барак-оглан повел более энергичную борьбу за захват верховной власти и, как показывают дальнейшие события, добился значительных успехов. Вероятно, с успехами Борак-оглана в Узбекском улусе была связана отмена задуманного Улугбеком большого военного похода в Дешт-и Кипчак, в «Токмак», по выражению источников.

В конце августа 1419 г. Улугбек выступил из Самарканда и, переправившись через Сыр-Дарью, подошел к окрестностям Ташкента и остановился близ местности Бурлак. В это время некий перебежчик из Узбекского улуса, по имени Балху, доложил, что узбекское войско рассеялось. После того как сообщение перебежчика было подтверждено словами возвратившихся из Дешта купцов, Улугбек отменил поход и вернулся в свою столицу, вероятно, полагая, что после отступления врагов Барак достигнет своей цели без участия военных сил Мавераннахра.

Одержав победу над своими противниками в Восточном Дешт-и Кипчаке и закрепив за собой эту территорию, Барак-оглан двинулся в сторону Волги, ближе к столице Золотой Орды Сараю. В начале сентября 1422 г. мы видим его на территории золотоордынского Поволжья, где он, по данным русских летописей, нанес решительное поражение хану Худайдаду.

Перед Барак-огланом теперь встала, казалось бы, самая трудная задача на пути к желанному престолу — устранить Улуг-Мухаммада, который, как это видно из дипломатической переписки и обмена письмами, признавался иностранным государям официальным правителем Золотой [206] Орды. Однако он довольно быстро разгромил войско Улуг-Мухаммада и, захватив его орду, объявил себя ханом. Хафиз-и Абру относительно его победы над ханом пишет, что весной 1423 г. из Хорезма прибыл нукер эмира Шахмалика и доложил следующее: «Барак-оглан захватил орду Мухаммад-хана и утвердил в тех краях свою власть; большая часть улуса Узбекского подчинилась и покорилась ему». Пребывание Барак-оглана в тех краях и его набег на Одоев зафиксированы русскими летописцами под 6931/1423 г.: «Того же лета царь Барак приходил ко Одоеву ратью и много зла учинил, а града не взял, и со многим полоном поиде в поле; и князь Юрьи Романович Одоевский да Григорей Протасиевич, воевода Мченский, постигоша его в поле и многа полона отняша» (Воскресенская летопись, с.  91-92; Патриаршая летопись, с. 238). По известию Софийской первой летописи (с. 262), это событие произошло в 1422 г. Однако расхождение в датах, возможно, объясняется неодинаковостью летоисчисления, которого придерживались древние летописцы (год мартовский и год сентябрьский).

Окончательная победа Барак-оглана над Улуг-Мухаммадом относится, по-видимому, к 1424 г., что явствует из сообщения, содержащегося «Раузат ас-сафа». Мирхонд пишет, что зимой 828 г.х. (конец 1424 — начало 1425 г.) к мирзе Улугбеку, находившемуся в то время на берегу Сыр-Дарьи около Шахрухии, от Барак-оглана, который незадолго перед этим воссел в Дешт-и Кипчаке на ханский трон, прибыл Ямавук. Он преподнес несколько кречетов, породистых скакунов и, выразив пожелания счастья, сообщил о восшествии Барак-хана на престол своих отцов и дедов. Это сообщение вызвало большую радость. Посол Барака пробыл при августейшем дворе несколько дней и просил позволения вернуться. Его величество оказал ему большие почести, пожаловал почетную одежду, одарил его и разрешил удалиться. Вместе с ним Улугбек послал в Дешт-и Кипчак Турсун-оглана, который был одним из влиятельных огланов, и Тюрк-барласа, одного из высокопоставленных эмиров, с тем чтобы они поздравили Барак-хана с восшествием на престол.  Он приказал также отправить вместе с посланниками расшитые золотом одежды, корону, пояс, колчаны, сабли с золотыми перевязями, коней, мулов, шатры, динары и дирхемы, литавры, знамя, домашнюю утварь и другие предметы, приличествующие званию падишаха и правителя, а также посла искусных ремесленников, [207] виночерпиев, поваров и литавристов. Ямавук, Турсун-оглан и Тюрк-барлас согласно приказу отбыли в Дешт-и Кипчак.

Однако у власти Барак-хан удержался недолго; Улуг-Мухаммаду вскоре удалось собрать значительные силы и вновь завладеть Сараем.

Для понимания событий, связанных с борьбой за золотоордынский престол в те годы, большое значение имеет письмо Улуг-Мухаммада к турецкому султану Мураду II (1421-1451 гг.), датированное мартом 1428 г. Этот важный исторический документ, написанный на берегу Днепра и хранящийся в архиве музея Топканы в Стамбуле под № 10202, был опубликован турецким ученым Акдес Нимет Куратом. Полный русский перевод письма с примечаниями опубликован автором настоящих строк (Султанов, 1975, с. 53-61).

В начале своего письма Улуг-Мухаммад говорит о хороших взаимоотношениях и обмене посланиями, которые существовали у их предков. «Затем, — сообщается далее в письме, — когда всевышний милостью своей вверил высокое место наших прежних братьев-ханов нам, между нами, торе, вспыхнула вражда, и в последующее время события развивались так, что престол достался Бараку. В позапрошлом году с божьей милостью войско двинулось в поход, и мы обратили в бегство Барака и Мансура. Трон и царство всевышний вручил нам, они же бежали прочь, собрав наемные свои отряды. Вот уж в течение одного-двух (последних) лет для зимовки мы прикочевываем к Озю».Как видно из письма Улуг-Мухаммада, падение власти Барака в золотоордынском Поволжье произошло около 1426 г. Эта дата совпадает с показаниями других источников. По словам Ал-Айни, лицо, доставившее письмо от Давлат-Бердия к египетскому султану, сообщило, что в землях дештских царит большая неурядица, что три хана оспаривают друг у друга власть. «Один из них, по имени Давлатберди, овладел Крымом и прилегающим к нему краем; другой, Мухамед-хан, завладел Сараем и прилежащими к нему землями, а третий, по имени Борак, занял земли, граничащие с землями Тимурленка» (Тизенгаузен, т.1, с. 534). Известно, что посланник захватившего Крым Давлат-Бердия прибыл в Египет в марте 1427 г.: следовательно, естественно предположить, что рассказанные им события произошли в 1426 г. В то же время сообщение прибытии Барак-хана к владениям, [208] граничащими с землями Тимуридов, находит свое подтверждение в известии, содержащемся в труде Хафиз-и Абру. По его данным, Барак-хан, покинув берега Волги в 829/1425-26 гг., пришел в область Сыгнакскую и к пределам владений мирзы Улугбека. По показаниям Шараф ад-Дина Али Йазди, в 831/1427-28 гг. в Золотой Орде правил Мухаммад-хан.

Потерпев поражение от Улуг-Мухаммада, Барак-хан, стремившийся, по-видимому. Компенсировать потери на западе за счет завоеваний на востоке, вступил в войну со своим недавним союзником – Мансуром. Мангытский эмир не смог оказать ему сопротивление и, по словам Кадырали-бека, пал в борьбе с ним.

Упрочив таким образом свое положение на востоке, Барак-хан выступил с территориальными претензиями к Улугбеку, потребовав, чтобы тот вернул ему земли, принадлежавшие его предкам и завоеванные Тимуром. При этом автор источника вкладывает в уста внука Урус-хана такие слова: «Пастбище Сыгнака по закону и обычному праву принадлежит мне, так как дед мой Урус-хан проживал в Сыгнаке и воздвиг там постройку» (Хафиз-и Абру, л. 432 б; Самарканди, л. 233б).

Не получив удовлетворительного ответа на свои требования, Барак-хан стал подвергать опустошению область Сыгнака и соседние с ним земли, причем хан и его нукеры «считали себя неограниченными правителями и нагло притязали на верховную власть» в тех краях. Обеспокоенный жалобами своего наместника эмира Арслан-Ходжа-тархана, Улугбек в феврале 1427 г. выступил в поход в сторону Сыгнака. Однако, несмотря на численный перевес в силах, Улугбек и его брат Мухаммад-Джуки потерпели жестокое поражение и поспешно отступили в Самарканд, позволив войскам противника свободно грабить страну. Опустошив часть Мавераннахра и Туркестана, Барак-хан вскоре вернулся в глубь степи.

Как показывают письменные источники, Барак-хан еще не раз пытался расширить свои владения за счет Тимуридов. Мы имеем сведения о нескольких походах Улугбека, направленных против Барак-хана, которые были, видимо, также неудачными. Возможно, этим объясняется то обстоятельство, что Шахрух сам вынужден был поспешить с главными силами на помощь Улугбеку, ожидавшему его прибытия под Ташкентом и не решавшемуся выступить против Барак-хана, который завоевал к тому времени Отрар и его окрестности. К сожалению, [209] микрофильм оксфордской рукописи «Зубдат ат-таварих», которым мы пользовались на этом обрывается. По мнению В. В.Бартольда, Барак-хан, «по-видимому», ограничился опустошением страны и не расширил своих владений за счет государства Тимуридов.

Погиб Барак-хан в одной из междоусобных войн. Это случилось, по всей вероятности, в 1428 г. Во всяком случае, до начала 1428 г. он был жив, иначе Улуг-Мухаммад непременно бы сообщил об этом в своем письме к Мураду II. Эту дату как будто подтверждают и сообщения других авторов. Так, по словам Самарканди, посланник Улугбека, прибывший в 1429 г. к Шахруху, находившемуся в то время в Западном Иране, доложил, что «между Султан Махмуд-огланом и Барак-огланом в Моголистане произошло большое сражение и что Султан Махмуд убил Барака». По словам И. Шильтбергера, современника Барак-хана, этот внук Урус-хана погиб в Дешт-и Кипчаке в борьбе с Улуг-Мухаммедом. «Чекре принужден был бежать в страну, называемую Дешт-и Кипчак, — писал баварский оруженосец, описывая события 20-х годов в Золотой Орде, участником которых он был сам, — и Могаммед сел на престол.  Низверженный Борраком, Могаммед, собравшись с силами, в свою очередь, его изгнал, но затем был изгнан Девлет-Бирдою, который после трехдневного царствования, принужден был уступить престол Борраку, который затем погиб в борьбе с моим господином Могаммедом, снова овладевшим престолом» (Шильтбергер, с. 37). Дата смерти хана не приводится. По данным ал-Гаффари, Барак-хан был убит в 831/1427-1428 гг. Ту же дату приводит автор XVII в. Хайдар Рази и добавляет, что Барак-хан был убит «руками врагов». По сведениям Тахир Мухаммада, Барак-хан был убит в результате заговора эмиров вскоре после возвращения в степь. В сочинении Кадырали-бека говорится, что мангытский бий «Кази Науруз сразился с Бараком, Барак-хан погиб в этом сражении». Это утверждение Кадырали-бека согласуется с рассказом автора «Умдат ат-таварих» ал-Хаджж Абд ал-Гаффара Кирими (с. 84-90). Ниже приводим краткое содержание, несомненно, легендарного, но любопытного во многих отношениях рассказа в нашем переводе.


На престол Саин-хана, на Идиль-реке воссел Гийас ад-Дин, сын Шадибека. Однако все дела ногай-татаров вязал и разрешал Мансур-мирза. Через два с половиной года Гийас ад-Дин умер. Мансур провозгласил ханом малолетнего сына Тимур-хана, Кучук-Мухаммада (так). Прошло [210] какое-то время, Мансур-мирза, не одобряя ханствование Кучук-Мухаммада, стал сближаться с Барак-огланом, который приходился ему дядей со стороны матери. Среди приближенных Мансура находился некий мудрый старец по имени Джан-Тимур. Мансур стал дердать совет с ним, говоря, мол, у этого Мухаммада нет никаких достоинств, чтобы ханствовать; возведу-ка я на престол своего родича Барака. На что мудрый старец сказал: «Мухаммад-хан еще мал, ныне он даже не взберется самостоятельно на арбу; но так у тебя спокойная жизнь; Борак-оглан – могучий бура (4-летний племенной верблюд-самец – Т.с. ), он утащит арбу прочь и при удобном случае скинет тебя и растопчет». Но Мансур не внял совету мудреца. Со всем своим народом он отправился к Барак-оглану и, провозгласив его ханом, поступил к нему на службу. В то время местопребыванием Барака являлась местность под названием «Казак йайлагы». Рассказывают, пишет Кирими, что Барак-оглан был мужем отчаянной смелости и весьма энергичным человеком. Все случилось так, как предсказал мудрый старец Джан-Тимур, Барак-хан задумал устранить Мансура и править страной самодержавно. Целых семь месяцев он притворно изъявлял дружбу, но в конце концов во время одной вечеринки убил Мансура. Братья Мансура – Гази-мирза, Навруз-мирза – и другие его родственники бежали к Кучук-Мухаммад-хану. Барак-хан решил подчинить своему влиянию весь народ, который привел с собой Мансур и, желая знать, как лучше сделать это, стал держать совет с беком племени алчин Кудудом. Тот, по обыкновению, рассказал хану притчу, суть которой сводилась к следующему. Если желаешь, чтобы народ поклонился тебе, лиши его состояния и сделай нищим. Тогда Барак-хан, найдя какой-то незначительный предлог, среди зимы переселил весь народ, доставшийся ему от Мансура, с берегов «Хорезмийского озера» в сторону горы «Кыйан аркасы». У тех племен пал весь скот и их постиг страшный голод, так что и теперь, если случится сильный голод, говорят: «Кыйан кахты» («Голод Кыйана»).

Поскольку Барак-хан стал притеснять те племена, то они, группа за группой, тайно бежали к Мухаммад-хану, Гази-мирзе и Навруз-мирзе. Переправившись через Джайик-Су (р. Урал), они прикочевали и остановились на берегу реки «Кайнар-Сакыз». Об этом стало известно Барак-хану. Он собрал большое войско и двинулся туда в поход. Младшего своего брата по имени Булек-Булад-султан он отрядил в разведку. И Мухаммад-хан отрядил авангард во [211] главе с Сайид-Алием из племени кытай. Айиас-бек кипчак, Магриб-бек курлаут, что были из людей Мансура, не смогли вовремя присоединиться к своим и вынуждены были оставаться в дагере Барак-хана. Беки заключили между собой уговор, что, когда обе рати сойдутся на поле битвы, они со своими людьми (числом около 30 человек) нападут на самого Барака и отомстят за кровь своего господина Мансур-бека. Однако Барак упредил их действия. Ополчения, оставшиеся от Мансура, он расформировал, а воинов распределил по отдельным отрядам, так что один не знал, где находится другой. Но когда передовые отряды противоборствующих сторон встретились лицом к лицу, Сайид-Али кытай, набросив на доспехи красную накидку, выступил из рядов и выкрикнул свой уран (боевой клич – Т.с. ). С противоположной стороны, в ответ на его призыв, тоже закричали и таким вот образом узнали кто из мансурова племени, где примерно находится. Обе рати сошлись, смешались и запылали огнем сражения. Те 30 человек из бывшего мансурова ополчения сумели все же собраться в группу и во исполнение уговора двинулись в сторону ставки Барака. Напали на хана; стрела, пущенная меткой рукой Магриб-бика из племени курлаут, поразила Барака; повернули обратно, но пути отхода преградил Булек-Булад-султан. Вновь рати сошлись, закружилась пыль и взвился прах; пал обессиленный аргамак Булад-султана, но приближенные султана не покинули его, и он продолжал хладнокровно сражаться в пешем строю. Но в конце концов Шайх Мухаммад-бек все же покончил с ним. Осмелев от успеха, они решили вновь атаковать хана. Раненый Барак бежал и, скрываясь от преследователей, взобрался на какую-то гору. Первым обнаружил Барака Айиас-бек; он прикончил хана и доставил его голову Кучук-Мухаммаду и Гази-беку. За это они пожаловали ему должность даруги города Сарайчук и облагодетельствовали ежегодным денежным вознаграждением в размере 30 тысяч золотых. Помнят также и Магриб-бека из племени курлаут, ранившего в бою Барак-хана. Во время пирушек поют такую припевку:

Вот пальцы мои, стрелявшие в Барака,
Горло мое жаждет медового винца.
[217]


В конце 20-х гг. XV в. на территории Узбекского улуса существовало несколько независимых владений: к северу от Аральского моря, между реками Сары-Су и Эмба, находился улус Шибанида Джумадук-хана; западнее – Мангытский улус, которым тогда владел, уже упоминавшийся выше, Гази-бий; Шибанид Мустафа-хан правил на Атбасаре, Кепек-бий и Адаб-бек буркут – в области Туры; на Тоболе располагались владения Махмуд-Ходжа-хана. В такой политической обстановке выдвинулся юный Абу-л-Хайр-хан, фигура важная в истории Восточного Дешт-и Кипчака. [218]

Его родословная: Абу-л-Хайр – сын Давлат-Шайха, сына Ибрахима, сына Пулада, сына Минг-Тимура, сына Бадакула, сына Джучи-Бука, сына Банйиал-Бахадура, сына Шибана, сына Джучи, сына Чингиз-хана. Здесь же отметим, что наболее подробное освещение событий, происходивших в Узбекском улусе в 30-60-х гг. XV в., мы находим у авторов XVI-XVII вв. – Масуда б. Усмана Кухистани, Мирзы Хайдара, Махмуда б. Вали – тогда как мусульманские источники, написанные в близкое к этой эпохе время или при внуке Абу-л-Хайра Шейбани-хане (ум. в 1510 г.), не обнаруживают столь хорошего знакомства с рядом деталей из жизни народов, кочевавших на просторах нынешних казахских степей. [219]

Абу-л-Хайр-хан опирался не только на определенные круги Шибанидов, но и на мангытских эмиров, которые благодаря многочисленности своих улусных людей, играли заметную роль в политической жизни Узбекского улуса XV – нач. XVI вв. Если сын мангытского эмира Едигея Мансур принимал деятельное и, по-видимому, постоянное участие в мероприятиях Барак-хана, то внук того же Едигея, Ваккас-бий, сыграл важную роль в возвышении Абу-л-Хайра. Молодой хан на первых порах был в «большой дружбе с сыном Нур ад-Дина, Ваккас-бием». «Рассказывают, — уверяет нас Кадырали-бек, — что они из одной чашки пили, один с одного края, второй с другого». Однако впоследствии Ваккас-бий покинул предводителя кочевых узбеков и даже сражался против Абу-л-Хайра, примкнув к его противнику по имени Мустафа-хан. [221]

Следующим шагом Абу-л-Хайр-хана на пути укрепления своей власти в Узбекском улусе явился тщательно подготовленный поход против упомянутых ханов. Автор «Тарих-и Абу-л-Хайр-хани», сообщавший наиболее подробные сведения о непрерывной борьбе за влась в Узбекском улусе, называет Махмуд-хана и Ахмад-хана просто потомками Джучи. Более подробную генеалогию этих улусных ханов приводит Махмуд б. Вали. Махмуд-хан и Ахмад-хан, пишет автор «Бахр ал-асрар», были сыновьями Мухаммад-хана б. Тимур-хана б. Тимур-Кутлук-хана из потомков Тукай-Тимура сына Джучи.

Поход против Махмуд-хана и Ахмад-хана был предпринят вскоре после возвращения предводителя кочевых узбеков из низовьев Аму-Дарьи, где он в 834/1430-31 гг. завоевал Хорезм с главным городом Ургенчем, разграбил его, однако в том же году его оставил.  Молодому Шибаниду и на этот раз сопутствовал успех: в сражении, разыгравшемся в местности Икри-Тупа, Махмуд-хан и Ахмед-хан были разбиты и отступили. Победа доставила Абу-л-Хайру возможность овладеть Орду-Базаром, «который был столицей Дешт-и Кипчака», где была прочитана хутба (проповедь, читавшаяся в мечети по пятницам, в которой произносилось моление за правящего государя) на его имя и выбиты монеты с его именем. Затем на короткое время Абу-л-Хайр-хан завладел «троном Саин-хана» (Бату). Однако вскоре Махмуд-хану и Ахмед-хану удалось вернуть свои владения. «Вместе с тем, — пишет по этому поводу Махмуд б. Вали, — во времена правления Абу-л-Хайр-хана после смерти Мухаммад-хана сыновья последнего — Махмуд-хан, Ахмад-хан, Джувак-султан и Башыак-султан, — стакнувшись, вступили в войну с Абу-л-Хайр-ханом. [222] Потерпев поражение, они кочевали в тех краях, пока, некоторое время спустя, не взошли вновь на унаследованный престол» (Махмуд б. Вали, т .6, ч. 3, л. 122б-123а). Это сообщение Махмуда б. Вали подтверждается нумизматическими данными. Монеты с именем Махмуд-хана б. Мухаммада б. Тимур-хана чеканены в Хаджи-Тархане, Бек-Базаре, Укеке, Орду-Базаре.

В 1446 г. Абу-л-Хайр-хан захватил ряд городов на р.Сыр-Дарье и в предгорьях Каратау — Сыгнак, Аркук, Сузак, Ак-Курган, Узгенд. Сыгнак стал столицей ханства (до этого столицей был г.Тура или Чимги-Тура, затем Орду-Базар). По мнению В. В.Бартольда, утверждение Абу-л-Хайра на Сыр-Дарье — наиболее важное для дальнейшей истории узбеков событие его царствования. Однако ни победа над Мустафа-ханом, ни значительное расширение владений завоеваниями присырдарьинских городов-крепостей не предотвратили жестокого поражения Абу-л-Хайр-хана в войне с калмаками.

Текст воспроизведен по изданию: Казахстан. Летопись трех тысячелетий. Алматы. Рауан. 1992

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.