Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ТЕВКЕЛЕВ И. В.

Экстракт брегадира Тевкелева в бытность ево в Орской крепости о двух киргис-кайсацких Средней и Меньшей ордах по многим с киргисцами разговорам

Меньшая орда, хотя волским калмыкам и руским городам несколько продерзости и делали, однако ныне из них многие оное за весьма худое признавают, разсуждая, что ежели Е. и. в. за их продерзости изволит прогневаться и повелит указом изо всех сторон их раззорять, то-де они до основания могут пропасть. Брегадиру же Тевкелеву и самому о состоянии Меньшой орды и прежде знаемо, ежели оная Меньшая орда хотя одно лето отдалена будет от вершин впадающих речек в реку Яик, то весь скот могут потерять и в убожество притти, и той ради притчины и подращением их нынешним Меньшая орда большим числом к продерзостям ныне, уповательно, дерзать не отважутся, а хотя между тем от нечювствителных людей малинькие шалости, может быть, и произойдут, однако оное не так, как многим числом вредительно будет, да и пресечь вскоре таких издревля замерзелых народов во всем еще невозможно, ибо не токмо в таких необузданных народах, но хотя где и под страхом, но и там такие небольшие шалости довольно бывают; токмо же оная Меньшая орда весьма уже чювствует, и от российского войска страх имеют, и по большой части в Оренбург и торговать ездят. И потом может статьса, что та Меньшая орда и впредь с покоем жить уповается, к тому же они при нынешней коммисии и сами от брегадира Тевкелева ко своему утверждению немалое себе наставление приняли и стали разсуждать доброе, и по указу Е. и. в. многое исполнять обещали, в чем на высочайшее Е. и. в. имя во всеподданнейшем их прошении значит, а к тому же из сильных родов знатная старшина дали с Айчувак-салтаном детей своих и в оманаты. [306]

А ежели старшина Меньшой орды на каждой год станет с российскими командирами видиться для разговоров о их ординских порядках и притом и наставлении ж и поправлении себе от командиров примут, то потом год от году полутчее будут и установятца и вяще жить с покоем, а ежели на каждой год с российскими командирами видиться не будут, то год от году, дичая и холоднея, быть имеют.

Средней орды кочует малая часть на вершине реки Тобола, а протчие все в урочищах Улутав, Кичитав и Коирчетав, по реке Ишим и на вершине реки Иртыш, от Оренбурга весьма в отдаленных местах, так что дальные не могут в Оренбург и в два месяца поспеть; и за тою дальностию оная Средняя орда в Оренбург и торговать не идет, и тем от российской стороны отдаляются, и от часу на час холоднея становятся для того, что той орды каждого роду старшина с оренбургским командиром на каждой год видиться не могут, а когда, яко дикой народ, с российскими командирами не часто могут видиться, то оная орда не токмо от российской стороны будет холоднея становиться и чуждаться, но и совершенно отстать или отпасть может. А хотя знатная старшина Джанебек-тархан и брат ево Букембай-батырь к российской стороне и доброжелательны, но токмо оне двоя всю Среднюю орду удерживать не в состоянии быть могут, да хотя б случится необходимая нужда и с ними видиться и призывать их к тому нарочно, но и они за дальностию не приедут.

Ныне же в бытность брегадира Тевкелева в Орской крепости ото многих слышать случилося, что зюнгорской владелец Среднюю орду весьма себе собит и посылает своих купцов у россиан товары покупать, и те товары приказывает своим купцам киргисцам продавать без всякой прибыли, чтоб тем киргисцов приласкать и к себе приманить; также аргин-каракисяцкого роду Котыр-батыр, которой провожал до Оренбурга ташкенской и кашкарской караван, да посланец Абулмамет-салтана аргин-атагайского роду Байазар ему, брегадиру, говорили несколько подобно и тем вышеупомянутым речам, о чем явствует в журнале ево, брегадира Тевкелева, июля 20 числа с ними в разговорах. По тому видно, что зюнгорской владелец той Средней орды крайне домогается, чтоб их к себе привлетчи, да уже и аманатов от их владельцов брал, и потому по всем обстоятельствам Средняя [307] орда от российской стороны время от времяни и отдаляться может. И ежели еще несколько также оной Средней орды старшина с оренбургским командиром или с первым членом никогда свидания иметь не будут, или ретко станут видиться, то безо всякого сумнения от российской стороны отстать могут и пристанут к зюнгорскому владельцу, а как оной зюнгорской владелец их чем обяжет и укрепит, тогда трудно или весьма невозможно их будет оттудова оторвать.

А ежели же, паче чаяния, впредь для какой самой необходимой нужды, или возмерится зюнгорской владелец и зделается с ним какая ссора, и разсудиться для высочайшаго Е. и. в. интереса к неупущению весьма позовет нужда, тогда и здешней стороны киргисцами ему, зюнгорцу, никакого вреда зделать будет невозможно, для того Средняя орда люднея, нежели Меньшая, к тому же киргизец с киргисцом рубиться не будут, и тако оная Киргиская орда вся останется бесполезна.

К тому же ныне Средней орды Барак-салтан убил до смерти Абулхаир-хана, и от страху своего он, Барак-салтан, Средней орды из аргин-каракисяцкого роду с небольшими людьми ушел к Туркестанту, понеже ему уже от детей Абулхаир-хана в Средней орде жить будет весьма трудно, для того у Абулхаир-хана много детей, а Барак-салтан один, к тому же почти весь Киргис-кайсацкой Меньшой орды народ Абулхаир-хана детей любят, и той ради притчины он, Барак-салтан, принужден будет Среднюю орду, сколько возможно, домогаться, интриговать от российские стороны отдалять, и к себе туда привлекать, или уже по необходимости будет искать протекцию зюнгорского владельца, ибо он и прежде зюнгорскому владельцу сына своего в аманаты давал.

Ежели же Среднюю орду до того не допустить, чтоб зюнгорской владелец чем их не обязал и не укрепил, и обеим ордам быть на одном основании, то в таком случае уповательно, сия Киргис-кайсацкая орда многими полезными обстоятельствами в подданстве Е. и. в. находиться могут.

Каким же образом сию Среднюю орду до того не допустить и от зюнгорской стороны оторвать и отдалить, на оное брегадир Тевкелев свое нижайшее и всеподданническое мнение приносит следующе.

Понеже иным никаким образом от зюнгорской стороны Средней орды киргисцов и их владельцов отлучить ничем не можно, [308] кроме того, что зделать в Орской крепости другой торг, а их того какая к высочайшему Е. и. в. интересу может воспоследовать польза, значит ниже сего:

1-е. Когда в Орской крепости учрежден будет торг, тогда что ныне в Оренбург збирается пошлины, тамо добрым смотрением соберется гораздо больше по тому резону, что Средняя орда людством больше и богатея Меньшой орды, и лошадей и пушных зверей в Средней орде больше же и лутчее, следственно, и пошлина збираться будет более, а в Оренбург из Средней орды для торгу ни один киргизец за дальностию не ездит, разве по самой необходимой крайней нужде, и то пять или десять человек, а большим числом своею волею отнюдь никто с торгом не приедет; а в Оренбурге торгует только Меньшая орда, да и та не вся, но те, которые вниз по впадающим в реку Яик по рекам кочуют, а от дальных мест и Меньшой орды ездят не все.

2-е. А как зделается в Орску торг, то Средняя орда вся в протчие места никуды не пойдут и до одного человека в Орскую крепость торговать придут, как о том Средней орды и знатная старшина Джанебек-тархан при свидании с брегадиром Тевкелевым в Орской крепости июля 21 числа между протчим при многих Средней орды старшинах говорил: егда торг был в Орской крепости, тогда не только мужеской пол, но и женщины на торг ездили, почему не сумнительно можно и надеяться, что Средняя орда всегда торговать и ближе кочевать к Орской крепости будет, а хотя б их Средней орды владетельные салтаны для некоторых их интересов оттудова сами б отстать и не хотели, но когда в Орской крепости торг учрежден будет, тогда их владетельные салтаны туда неволею киргисцов отвратить власти не имеют и не могут, ибо как киргис-кайсацкой народ свой интерес увидят, в то время своих владельцов нимало они не послушают, и тем Средняя орда от зюнгорской стороны и отдалиться может.

Сверх того, егда же в Орской крепости повелено будет учредит торг, то по всепокорнейшему и слабейшему мнению же брегадира Тевкелева усматривается таким порядком установить.

3-е. На первой год зделать квадратной деревянной гостиной двор неподалеку от крепости, а в нем в каждой стене по сту, а всего четыреста б лавок было, а на четырех углах зделать башни и поставить на них по две пушки, а за те лавки с купцов кругом по десяти рублев полавочных денег брать, и того будет по четыре [309] тысячи рублев на годе, а на другой год зачать делать каменной гостиной же двор и тако, ежели каменной гостиной двор, зделается, то в пять лет окупится, а купцы безо всякой опасности и зимою в том гостином дворе жить и торговать будут, чего ради и киргисцы Средней и дальные Меньшой орды от Орска зимою недалеко кочевать принуждены быть имеют и торговать станут.

У киргисцов же всегда такие обычаи, когда они х которому городку близко будут зимовать, то уже никакой шалости не делают, но еще от других от дальных воришков от кражи лошадей сами берегут, токмо для всяких притчин необходимо нужно зделать каменной гостиной двор, которой не только для протчих случаев, но и от огня безопасно быть может, а российским купцам в Орск с товарами ездить нимало и никакой опасности не будет, для того купцы все станут ездить с товарами по последнему пути зимою или весною в водополие, тогда от киргисцов никакого нападения быть не может, да и канвой давать от крепости до крепости нетрудно, к тому ж по нынешним обстоятельствам от них явных продерзостей и быть неуповательно.

4-е. Егда же в Орской крепости торг учредится, в таком случае потребно многих ради резонов несколько и военных людей тут прибавить, а имянно Казанского гарнизонного драгунского половина полка, понеже оной полк нигде и дистанции не имеет, а хотя б и всему полку тут быть, но за неизлишней для того, ежели при торгу с киргисцами может случиться у руских купцов за что ни есть ссора, и от того драка, а как в крепости гарнизон будет людной, тогда киргисцы столько нахалливо поступать отвагу иметь не посмеют, також-де ежели нужда будет держать баранту и в таком времяни, что больше гарнизона, то им, киргисцам, страшнея будет. К тому же Орская крепость имеется за рекою Яиком в киргиской стороне, ежели от чего, боже храни, паче чаяния, от киргисцов какое злое намерение будет, тогда оной народ прежде других всех крепостей могут на оную Орскую крепость напасть, а когда в той Орской крепости будет гарнизон довольной и дадут достойной отпор, тогда от того страху не токмо на другие крепости, но и на редут напасть отвагу не будут иметь, да и сами они, киргисцы, от Орской крепости будут великой страх иметь, зная то, что егда за их продерзости, ежели указом повелено будет российскому войску их раззорять, тогда ни откудова так не способнее и не ближе, как из Орской крепости на них иттить; и то ради притчины в Орской крепости, [310] которая имеется артилерия со всем снарядом, всемерно полезнея и впредь ей быть при том месте.

5-е. Да в бытность брегадира Тевкелева в Орской крепости июля 6 числа Киргис-кайсацкой Меньшой орды роду чекли доброжелательны старшина Кара-батыр брегадиру Тевкелеву между протчих разговоров объявил, как он, Кара-батыр, своим улусом зимовал на реке Ембы, не весьма далеко от Гурьева-городка и в том-де Гурьеве-городке киргисцы очень изрядно торговали и привезенные из Астрахани товары весьма покупали дешево, сверх же-де того наилутчей был торг: меняли на скотину, на лисиц и на корсаков калмыцких робят – девочек и мальчиков человек с сорок, и знатно-де калмыцких робят продавать запрещено, ибо отвозили от городка далеко и отдавали тайно; а на предыдущую-де весну киргисцы великую охоту имеют в Гурьев же городок торговать ехать, а паче-де для калмыцких робят.

И на оное брегадир Тевкелев приносит свое мнение ж, хотя в Орской крепости торгу быть будет велено или не повелено, оное состоит в вышнем разсуждении, однако для высочайшей Е. и. в. интересной пользы в Гурьевом городке торгу быть не токмо полезно, но и вредно, потому: 1-е – немалое число пошлины пропадает, 2-е – оренбургскому большему числу товару цену испортят, из чего российским купцам может приключитца и раззорение; 3-е – ежели они в Гурьевом городке будут торговать, то калмыком детей своих тайно продавать отнюдь никак будет унять невозможно; 4-е – как они приметят, что скудные калмыки блиско их живут, на них нападут, от того зделается с калмыками ссора, и ту ссору разбирать немалое нанесется затруднение, того ради не соизволено ль будет ради вышепоказанных резонов в Гурьевом городке с киргисцами иметь торг весьма запретить, и о том послать в Астраханскую губернскую канцелярию указ.

6-е. По учреждении ж в Орской крепости торгу всемерно надлежит Оренбургской губерни первому члену тамо каждой год до осени быть, чтоб Средней орды со владельцами и старшинами свидание и обо всех делах разсуждение иметь, и о торгу попечение, и порядок учинить, тогда киргис-кайсацкие старшина частыми свиданиями время от времяни будут лутче чувствовать и знать российские порядки, а особливо сами старшина привыкать и с российскими людьми помиляе обращаться, а потом и простой народ мало по-малу от зверских своих поступок, хотя и [311] не вдруг, однако станут отвыкать и к добрым порядком приступать. А ежели ж необходимо случится нужда с ханом и со всеми владетельными салтанами и обоих орд старшинами оренбургскому главному командиру видиться, а всех их вдруг в Оренбург собрать отнюдь невозможно, в таком случае и оренбургскому главному командиру и самому в Орскую крепость ехать его чести будет непредосудительно, для того и объявляя сей резон, что оренбургской главной командир свою губернию не всегда, хотя со времянем везде самому ездя, все порядки должен освидетельствовать, ежели, что усмотришь попорчено или чего не достанет, и он, яко полномочной главной командир, усмотря, может поправить и пополнить, а оная вся Киргис-кайсацкая орда состоит под дирекциею Оренбургской губернии, следственно, и Орскую крепость, и учрежденной торг, також и Киргис-кайсацкую орду осмотреть и к лутчим порядком наставление дать должен же, как и в бытность брегадира Тевкелева в Орской крепости при свидании Киргис-кайсацкой орды с старшинами во многих разговорах, подобно тому других губерниях случалося изъясняться.

7-е. Сколько б не трудиться киргис-кайсацкого народа от продерзостей удерживать и в подданническое послушание скорым времянем привести, никак неможно, а именно без удержания баранты, о чем в Орской крепости при свидании Нуралы-салтан, в разговорах с брегадиром Тевкелевым довольно изъясняя, говорил и письмом своим подтвердил, что киргис-кайсак без баранты унять и от зла удерживать никак ничем невозможно, ибо и у них судебных учрежденных мест нет, по указом исполнять и по челобитчиков делам призывать некуды, да и посылать неково, и не послушаются, а егда будут ослушны, то для таких ослушников у них нет же тюрмы и приказа, и за ослушание наказать нечем, и оттого и страху не имеют, а понеже-де оная баранта им, киргис-кайсаком, отнюдь не дика, для того у них у самих издревле в обычае есть и всегда употребляется, ежели кто от кого обижен будет, только в том у них людей не ловят потому, что под караулом держать негде, но вместо того отгоняют довольное число скота и тем способом барантою сатисфакцию сыскивать и обиды возвращают, о чем у Нуралы-салтана з брегадиром Тевкелевым о баранте довольно разговоров было, и значит в журнале 31 числа июля.

8-е. Когда же киргис-кайсаков за какие ни есть продерзости или за неисполнение потребно будет удержать баранту, то в [312] одном Оренбурге удержать будет неспособно, для того в Оренбург киргис-кайсаки не изо всех родов торговать ездят, ежели в одном Оренбурге станут баранту удерживать, то уже в Оренбург торговать никто не приедет. Для того весьма надлежит и полезно есть в Орской крепости другой торг учредить, как и прежде тамо было, и по учреждении в Орской крепости того торгу Средней орды ни одного роду не минуют, чтоб торговать не ездили, да и из Меньшой орды, которые за дальностию в Оренбург торговать не ездят, и ныне все поблизости в Орскую же крепость будут торговать приезжать; а когда потребно будет которого роду баранту удержать, то во обеих местах можно, где способ даст, удержать – в Оренбурге или в Орской крепости, а хотя б в Орской крепости и всегда баранту удерживали, но затем торговать ездить не перестанут, ибо для близости отстать не могут, яко им к тому тут и место придано. А ежели у киргисцов баранты не держать, то в послушание их привести и к надлежащему исполнению принудить, и от продерзостей удержать, и ни в какой порядок привести без баранты будет невозможно, да и то не всегда случится, разве когда самая крайняя нужда дозволит, однако и то с резоном. Да не токмо владельцы ту баранту желают, но и все доброжелательные старшина сами на то склонны, к тому же несколько и брегадир Тевкелев мог примечать, что старшина, хотя сами о том не зачинают говорить, а когда владельцы говорят о баранте, то нимало за противность не принимают, но еще к тому себя склонными видом показуют, ибо у них у самих то и право, что баранта, и чем меж собою развесть ссоры или обидимое возвратить, кроме баранты, у них других никаких прав нет; а когда баранту у них удерживать будут, то уповательно, и шалости они делать перестанут, потому что баранта не токмо в таком необузданном и в самовольном народе весьма потребна, но и необходимо нужна.

Понеже Аюка-хан калмыцкой был почти самовласной хан, и что хотел, над калмыками то и делал, и отнюдь никто не противился, и тут без баранты и он, Аюка-хан, обойтися не мог и своею властию не все ж дела у себя разрешал, но многим челобитчикам калмыкам давал за печатью своею письма того улусу, в котором ни есть городе, на базар праваго б калмыка в баранту одержать, тогда правые немедленно виноватаго сыскивали и скорейшей роздел деловали; коль-ми же паче в таком самовольном и [313] необузданном киргис-кайсацком народе, где владельцы нималой силы и власти не имеют, необходима баранта и быть потребна.

9-е. Понеже ныне Абулхаир-хан убит до смерти Средней орды от Барак-салтана, а вместо ево главным ханом по их обычаю одному быть из солтанов, необходимо надобно, а для высочайшей пользы Е. и. в. и весьма надлежит, да и немало служить может, чтоб оной главной хан указом Е. и. в. определен был, а не их киргис-кайсацкого народа мирским выбором. Ежели же при таком нынешнем способном случае в Киргис-кайсацкой орде главным ханом однажды Е. и. в. указом определить, то и впредь тот порядок нерушимо быть имеет, и оттого многие и государственные полезные дела происходить могут, и каким образом таких издревле к самовольству обыклых народов на оные порядки склонить или принудить, понеже таких степных необузданных народов ежели силою к тому привести, и оное с немалым ущербом и с великим трудом совершиться будет. И хотя в бытность брегадира Тевкелева в Орской крепости со многими старшинами о салтанах и о ханах были разсуждении, а между теми Абулхаир-хана с шурином, а ханши Попай с родним братом Мурзатай-батырем (которой к брегадиру Тевкелеву приезжал посланцом от Нурали-салтана) о том были довольные разговоры, о чем значит брегадира Тевкелева в журнале июля 23 дня. К тому же по смерти Абулхаир-хана ханша Попай и письмами своими дала знать о смерти мужа своего к тайному советнику и ковалеру господину Неплюеву и брегадиру Тевкелеву, и на оные ее письма и ответы посланы и с тем протекстом отправлены с письмами тайного советника и ковалера господина Неплюева и брегадира Тевкелева переводчик Яков Гуляев, сакмарской старшина Кубек Байназаров и Орской крепости казачей атаман Смаил Абрезяков, да к ним придан особо верной и доброжелательной киргизец Байбек-батыр, которым дано на словах довольное наставление, а особливо Байбек-батырю секретно приказано, чтоб Байбек, яко от себя, внушал ханше Попай и Нурали-салтану и всем знатным старшинам, дабы они, хотя сами и назначат Нурали-салтана ханом, однако б в народ ханом ево не объявляли и чтоб просили о том Е. и. в. за верные службы Абулхаир-хана со всею ордою вместо ево пожаловать большаго сына Нурали-салтана в ханы, понеже по их обычаю вместо отца старшаго сына выбирают, и [314] хотя оное, может быть, и зделается, киргис-кайсацкие старшина ево, Нурали-салтана, в ханы назнача, в ханы и будут Е. и. в. просить, однако и оное еще не весьма довольно, что таких ветерных народов их застарелое самовольство из головы тем выбить скоро неможно.

И на оное брегадир Тевкелев всеподданнейше приносит свое рабское мнение ж, ежели всемилостивейше повелено будет ныне указом учиненному хану определить годовое жалованье с таким порядком, когда указом Е. и. в. оному хану жалованье на каждой год определится, тогда ему объявить письменно, что он, хан, должен сам для принятия Е. и. в. жалованья каждой год приезжать в Оренбург или в Орскую крепость (ежели тамо торг зделается) и отдавать ему самому роспискою, а которой хан писать не умеет, вместо ево росписаться писарю, а он чтоб печать свою приложил; и то народу объявить, что оное жалованье определяется токмо на ханскую персону, и потому он, хан, будет знать, что он действительно в ханы указом определен. А когда он, хан, зделается больным и за жалованьем ехать в показанные места не может, и то жалованье ему в орду отнюдь не посылать, и как выздоровеет, хотя на другой год, чтоб сам, приехав, за два года получил. А как он, хан, от той болезни не взяв своего заслуженного жалованья, умрет, и после смерти его оное жалованье выдастся жене или наследником ево, и то разсуждается, что весьма к пользе высочайшаго Е. и. в. интереса немало служить может, понеже новой хан будет иметь добрую надежду, а умершаго хана фамилия останется благодарна, а впредь ханов без указу сами собою выбирать уже у них такие самовольные регулы могут оставляться. А егда хан приезжать будет на повеленное место для принятия жалованья, и от него, хана, киргис-кайсацкие знатная старшина отнюдь не отстанут, с ним все несумненно приедут; и когда ж хан и старшина за жалованьем приедут, и тогда и об ординских делах рассуждать будет способнея.

10-е. Киргис-кайсацкие ж ханы от своих народов регулярных положенных никаких доходов не получают, потому они и бедны и неправду делать принуждены, для того никакого пропитания не имеют, а когда он, хан, жалованье будет получать и по их обычаю старшинам роздаст, то уже те старшины должны сами быть ево кормить, и во всем снабдевать, и отчасти ево и слушать, а он, хан, может Е. и. в. такую высокою к нему милость чювствовать [315] и со всякою ревностию служить верно; и тако за полезно разсуждается, чтоб во всех в двух ордах указом определенной был один хан, было б на ком чего спросить, а владетельных салтанов, как они и прежде у себя определили и впредь будут в которые улусы определять, оное за противно не признавается, только им хана самим собою выбирать, ежели возможно будет, отнюдь не надлежит допустить, а от того их ничем удержать неможно, как определением главному хану жалованья.

А ежели же указом определенной хан каким-либо ни есть образом злое намерение себе возмут, и когда достоверно оное окажется, и ево достать или поймать будет невозможно, в таком случае Е. и. в. определенное ему жалованье, объявляя резоны, от него отрешить, и из владетельных солтанов одного достойного и доброжелательного можно на ево место учинить ханом и жалованье тому определить.

11-е. Буде же прежней хан, которой будет отрешен, явится весьма злодеем и будет оное продолжать, и тогда, если милостиво разсудится, сей способ употребить: на место того злодея хана, которой из салтанов указом определен будет ханом же, тогда, когда надобно ему, объявить указом ханство кроме определенного ему жалованья; ежели милостию Е. и. в. некоторою суммою в то время ево при всех старшинах, чтоб они видели, наградить, для того оной суммы у него ничего не останется, ибо он принужден всю роздать старшинам, а потом старшина уже и сами принуждены будут ему помогать и ево сторону держать. Тогда оной вновь зделанной хан для получения ханства и жалованья почтится и будет в состоянии, того злодея поймав, отдать в российские оренбургские крепости, где способнея; или постарается убить до смерти, а по последней мере в дальные места прогонять, откудова никакова вреда делать не может; потом уже оной вновь учрежденной главной хан впредь сам, а по нем и другие указом определенные ханы, видя того такие зломысленные дела, делать уповательно не отважутся.

Токмо весьма того потребно в тонкость наблюдать и подлинно достовериться, что не напрасно ль ревнуя на ево жалованье и желая ево место себе получить, ради ненависти из салтанов, или которые старшина в своем улусе держать какого солтана будет и интриговать, якобы он делает противно указом, чтоб ис того безвинно и напрасно доброй человек от пасквилев не пропал. [316] А ежели же суще явится плутом и злодеям, тогда не токмо ево не жалеть, но надобно все способы употребить, дабы ево искоренить до основания.

12-е. Киргис-кайсацкой же весь народ Абулхаир-хана не возлюбили, когда он по прошению ево в 1731 году принят в подданство Российской империи, а после принятия их в подданство, как стали жить з благополучием, то оной же киргис-кайсацкой народ крайне ево любили и почитали, а как ныне Абулхаир-хан убит от Барак-солтана до смерти, толь тяшко об нем сожалеют и тужат, и многих видеть случилося, об нем рыдаючи, неутешно плачют и толь на Барак-салтана за то злобствуют, видно из них, что ежели б ево, Барак-салтана, они могли достать, всемерно б убили до смерти, и многие в разговорах представляют те резоны, что сие неизреченное благополучие киргис-кайсацкому народу достал и нашел Абулхаир-хан, и при том же и то разсуждают, что по смерти ево, Абулхаир-хана, ежели киргис-кайсацкой народ отстанут от детей ево, то-де им будет от бога грех, а от людей стыдно.

И по всему видно, что Меньшей орды генерально весь киргис-кайсацкой народ и несколько из Средней орды склонны вместо Абулхаир-хана выбрать в ханы большаго сына ево Нурали-салтана, как в том и уповательно, что по домогательствам тайного советника и ковалера господина Неплюева и брегадира Тевкелева, и по наставлением их, посланным от них к ханше и детем ее, и всему киргис-кайсацкому собранию как ханша, так и дети ея и вся старшина склонятся ж и к Е. и. в. послать с прозьбою всеподданнейшее доношение, чтоб вместо Абулхаир-хана всемилостивейше пожаловать в ханы помянутого ж Нуралы-салтана.

А хотя ныне оное и зделается, что по прошению киргис-кайсацких старшин он, Нурали-салтан, указом и пожалован будет, однако по прозьбе киргис-кайсацкого народа так твердо не будет, как определится ему жалованье для того, ежели впредь зделается Нуралы-салтану смерть, в то время какие конюкторы происходить будут и станут ли впредь старшина о том просить или нет, ныне знать неможно.

А как определено будет жалованье, тогда хотя б и всем народом пожелали сами собою без указу выбирать в ханы, но тот салтан и сам без указу от них ханства уже не примет, разсуждая о том, что ежели примет он от народа без указу ханство, то может [317] лишиться Е. и. в. милости и получаемого прежними ханами жалованья, да и сами старшина не захотят, чтоб хан их от жалованья отрешен был, для того что собственной их интерес, понеже у киргис-кайсацких старшин издревле обычай есть, что хан откудова мог себе получить пожиток, то он, хан, принужден оной пожиток всем старшинам разделить.

13-е. К тому же разсуждается, оное и еще с немалою пользою произойти может, ежели, паче чаяния, когда с зюнгорцами или с какими с другими народами зделается какое сражение, то уже тому хану, которой жалованье станет получать по указу, итти в поход с войском своим отрекаться ему будет трудно, да и старшина ево, егда от границы их неподалеку будут, от того уповательно отговариваться не весьма станут, а ежели вдаль, то необыкновенному народу сперва несколько, пока они к тому привыкнут, покажется тягостно.

14-е. Ежели когда по прошению киргис-кайсацкого народа указом Е. и. в. Нурали-салтан пожалован будет ханом, тогда не соизволено ль будет побочных детей Абулхаир-хана в аманаты брать отменить, ибо после Айчувак-солтана возмется Адиль-солтан, а на место Адиля-солтана уже взять на смену Нурали-солтанова сына, понеже Нуралы-солтан кровного своего сына, а ево родные братья по крови ж своего родного племянника всегда сожалеть будут, да и знатная старшина своих детей с сыном Нурали-солтана с охотою в аманаты дадут. А ныне Абулхаир же хана побочных детей рожденные от Попай-ханши дети по их обычаю хотя братьями и будут признавать, только они не столько им будут сожалетельны и по смерти Абулхаир-хана со оными побочными детьми знатная старшина своих детей в аманаты не отдадут; у Нуралы же солтана дети хотя невелики, однако трое сыновей и Адиль-солтана годится сменить большой сын, а к тому и те дети без нужды поспеют сменяться.

15-е. А когда соизволено будет в Орской крепости другой торг учредить, то немалой денежной доход имеет быть, да и с того и ханское жалованье давать никакова убытка не будет, но и кроме того Е. и. в. высочайшему интересу многие полезны дела воспоследовать могут.

И брегадир Тевкелев по присяжной своей должности и по всеподданнической верности, сколько мог примечать и усмотреть, и выразуметь к пользе Е. и. в. высочайшему интересу, на то [318] сим всеподданнейше и доносит, и оное повелено ль будет Е. и. в. указом в действо произвесть или оставить, все то состоит в мудром разсуждении высоко учрежденной Государственной Коллегии иностранных дел.

АВПРИ Ф. 122/1. 1748 г. Д. 4. Л. 36-49 об. Подлинник; 1722-1755 гг. Д. 1. Л. 45-67. Копия; ОВА МОН РК. Ф. 11. Оп. 4. Д. 220. Л. 60-87. Фотокопия с оригинала; Д. 172. Л. 87-131. Фотокопия с копии.

Текст воспроизведен по изданию: Журналы и служебные записки дипломата А. И. Тевкелева по истории и этнографии Казахстана (1731-1759 гг.) // История Казахстана в русских источниках XVI-XX веков. Том III. Алматы. Дайк-пресс. 2005

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.