Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

А. МИХАЙЛОВ

МИХАИЛ ГРИГОРЬЕВИЧ ЧЕРНЯЕВ

БИОГРАФИЧЕСКИЙ ОЧЕРК

ПРИЛОЖЕНИЕ.

Адрес Ташкентцев при поднесении щита.

Душевноуважаемый Михаил Григорьевич!

Пятый уже месяц, как ВЫ по повелению Великого Белого Царя, покорив нас, управляете нами и управляете так, как никогда и никто нами не управлял. ВЫ не покоритель наш, но истинный избавитель от наших прежних деспотов, от прихоти которых зависело не только наше благосостояние, но и наша жизнь. ВЫ, кротким, отеческим своим управлением дали нам понять, что ежели и есть на этом свете счастие, то счастие это заключается в том, чтобы быть подданными Великого Русского Царя и иметь над собою такого начальника, как ВЫ достойнейший Михаил Григорьевич. Сказанное нами не лесть, а святая правда, которую говорят ВАМ представители более 100 т. Ташкентцев, испытывающих ныне истинное благополучие под ВАШИМ мудрым управлением. ВЫ в такое короткое время неусыпными заботами умели ввести значительные улучшения в нашем быту, где советами, а где и материальными пособиями. К ВАМ каждый из нас имеет доступ во всякое время и ВЫ всегда с кротостью и терпением выслушиваете наши жалобы, по которым каждый из нас без задержки получает удовлетворение.

Изложить на бумаге все ВАШИ заботы по управлению нами и ту нашу любовь, которою проникнуты к ВАМ сердца Ташкентцев, недоступно нашему слабому перу и, наконец, никто не будучи Ташкентцем, не в состоянии понять и оценить того безкорыстного к ВАМ уважения и любви, какой ВЫ пользуетесь между нами. [74]

И так, что же мы в знак нашего истинного уважения и любви можем предложить? ибо ВАШИ заслуги, ценнее всякого подарка. Но мы надеемся, что как отец от детей, так и ВЫ не откажитесь от благодарного Ташкента принять в сей день, т. е. день ВАШЕГО Ангела щит, который да будет ВАМ щитом противу врагов России и ВАШИХ собственных. Подарок не ценный, но не в цене заключается достоинство его, а в том, что он подносится oт сотни тысяч Ташкентцев, искренно и душевно ВАС любящих и молящих Всевышнего о даровании ВАМ на многие лета доброго здоровья и долгого управления нами.

 

Его милости Михаилу Григорьевичу Черняеву.

Генерал-Губернатору.

Почтеннейшему и многоуважаемому, милостивому и сострадательному Генерал-Губернатору, его милости шлем, поклоны без числа. 3aтем речь наша такова: слава Бoгy в то время, как ВЫ у нас были все мы благополучно, с спокойным сердцем молились за Его Величество Государя Императора. У всех у нас, Туркестанских жителей, нет теперь другого желания, как ВАС видеть. Ездили мы из Туркестана в Чимкент и в Ташкент, видели, что и там все большие и малые только о том и молят Господа Бoгa, чтoбы Его Величество, Государь Император соблаговолил прислать ВАС к нам. Тогда, говорят, наслаждались бы мы тишиною и благоденствием до окончания миpa, отправляя обязанности перед Великим Государем и вознося молитвы за него ко Всевышнему. А Романовским генералом город весьма недоволен: дурным людям отдался и никому ни милости ни справедливости не оказывает. ВЫ, надежда наша на то что ВЫ к нам приедете, а он с находящимися при нем людьми уйдет oт нас. Тогда город [75] наш по прежнему будет благоденствовать и наслаждаться покоем. День и ночь просим у Всевышнего, чтобы сохранил ВАС в безопасности и ВЫ приехали бы к нам благополучно. ВЫ знаете сколько в сердце у нас любви к ВАМ.

Писал и печатью своею скрепил Асгар Ходжа, Ишанов сын.

Месяца Джумди первого в 6 день 1283 г. (17 Октября 1866 г.)

 

Милостивый Государь Михаил Григорьевич!

Извествшись, что Ваше Превосходительство изволило оставить Оренбургский край с тем, чтобы сюда уже не возвращаться, члены Уфимского Городового Собрания, желая выразить перед ВАМИ по возможности свое уважение к той благотворной и caмooтвepжeннoй деятельности ВАШЕЙ, кoтopaя имела последствием присоединение к России обширных и богатых природою областей, внесение нашей цивилизации в дикие среднеазиатские владения и oткрытие новых, весьма значительных рынков для отечественной торговли, имеют честь покорнейше просить ВАС принять звание почетного члена Собрания.

Члены Собрания питают надежду, что настоящее предложение их будет принято ВАМИ благосклонно, так как в руках их нет других средств, чтобы доказать всю степень той признательности, на которую Ваше Превосходительство, приобрели полное право со стороны каждого Русского, вполне преданного интересам своей великой родины и умеющего ценить по достоинству деятелей, содействующих ее возвеличению и преуспеянию на различных поприщах Государственной жизни.

Член Собрания и старшина Аркадий Тимофеев. Всего 74 подписи.

г Уфа, Мая 10 дня, 1866 года. [76]

 

Акростих.

Его Превосходительству Начальнику Ново-Кокандской линии Господину Генерал-Maйopy и кавалеру.

Что за Орел у нас крылатый.
Его послал нам Caм Творец,
Родной отец и всех вожатый
На брань с врагами молодец
Якорь самый нам надежный.
Его нельзя преодолеть
Во всех войсках отец он нежный,
Ура ему на много лет!

Ложников, рядовой 1 роты, линейного № 8 батальона на Западной Сибири.

Аулие Ата. 25 Декабря 1864 г.

 

Высокочтимый Всею Россиею, Михаил Григорьевич!

УПРАВЛЯЮЩЕЕ судьбами народов Провидение сделало ВАС своим избранником при современном решении многовековой, исторической тяжбы многострадального южного Славянства с Турцией.

Право правите ВЫ слово и дело Божией правды. В справедливом изумлении перед величием ВАШЕГО исторического подвига, вдали от BAC, но мыслию и сердцем вместе с ВАМИ переживая каждую минуту текущих исторических дней вся Россия живет одними с ВАМИ чувствами, вся готова принять участие в ВАШЕМ подвиге и, пока не настал час этого участия, вся она всечасно и всенародно молит Всемогущего Подателя всяческих, да почиет над ВАМИ Его всесодевающая сила. Личные свидетели и носители такого всенародного к ВАМ чувства, нижеподписавшиеся, не могли отказать себе в удовлетворении душевной потребности — передать ВАМ весьма слабое но видимое [77] выражениe этого чувства. Вместе с походным храмом, который препровождается к ВАМ Московским Славянским Благотворительным Комитетом, следует к ВАМ, кроме двух церковных третья хоругвь 26. Она молитвенно освящена в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре и представляет подобие той хоругви, которую благословил на исторический подвиг св. Сергий Радонежский великого князя Димитрия Донского.

Даже как видимое выражение того к ВАМ чувства, которым охвачена вся Россия, бессильно наше приношение. Но, великий современный подвижник за южное Славянство, удостойте принять его в том значении, которое придает ему освящение Свято-Троицкою Сергиевой Лаврою.

Искрение, глубокие и благодарные почитатели Ваши Павел Акимов Овчинников, Алексей Николаев Дьячков, Aлeкcей Дмитpиeв Лoпaшoв, Фoмa Topoпoв. Всего 81 подпись.

 

Михаилу Григорьевичу Черняеву, и Русским Его Сподвижникам.

ЧЕСТЬ и слава ВАМ, подвизающимся за Русский народ в святом деле освобождения наших братий Славян от ненавистного мусульманского ига!

ВЫ верно поняли чувства, желания и обязанности Русского православного человека, отправившись в Сербию на брань святую ВЫ исполняете то, что должен — желал бы исполнить каждый Русский. Благодарим ВАС от глубины души нашей. Мы убеждены, что Царь войска и весь народ Русский охотно бы совершили этот долг христианский. Но разные препятствия и соображения их от того удерживают. ВЫ превозмогли первые и не стеснились последними. Слава и глубокая благодарность ВАМ, дражайшие соотечественники. История на всегда [78] сохранит ВАШИ славные имена, а мы и потомство наше видим и будем видеть в ВАС людей, пожертвовавших собою для совершения того, что лежало на обязанности русского народа. ВЫ очищаете наши души, ВЫ поднимаете и укрепляете наш дух, Вы не одним словом, а самым делом заявили предлежащую России задачу. Еще раз благодарим ВАС и уверены что ВЫ не останетесь одни и без помощи.

Землевладельцы А. Кошелев, А. Шиловский, П. Шиловская. Управляющий Василий Фаворов. Всего 116 подписей.

 

Михаилу Григорьевичу Черняеву от Москвичей.

Да благословит Бог ВАШИ благие самоотверженные усилия!

ПОКОРЕНИЕМ Ташкента завершив подвиги сокрушителей царств Казанского, Астраханского, Сибирского и Крымского, ВЫ воплотили в себе историческую задачу Русского народа. Теперь восстали ВЫ на борьбу с последним в Европе оплотом ислама, продолжая мировую службу Славянского племени. Петр и Екатерина благославляют ВАС. Сердца 100000.000 ВАШИХ братьев с трепетом обращены к ВАМ и от Балтийского до Тихого, от Белого до Эгейского моря в роды и роды Русская слава ВАШЕГО имени будет венчаться ВАШЕЮ Славянскою славою.

Учитель русск. яз. Федор Гиляров. Учит. древн. яз. Александр Гиляров, Николай Чаев (писатель). Бывший оф. 1 гренадер. див. Н. Анке. Всего 265 подписей.

Москва 1876 г. 25 июля. [79]

 

М. Г. Черняеву.

Борец за правду и за свет,
Свирепой Азии смиритель,
Россия шлет Тебе привет.
Свободы доблестный воитель!
Народа Русского сердца
К Тебе летят на поле брани,
Моля Всевышнего Творца
Блюсти Тебя в всесильной длани.
Когда за веру на ислам
Герои двинулись с Дуная
А мы кадили их врагам,
Святой наш долг позабывая,
И брошен нами Славянин
С усмешкой хладно горделивой
Ты искупить пошел один
Стыд родины себялюбивой
Но Русь опомнилась от сна,
В нас сердца гневом закипело
Встает великая страна
С Тобою на святое дело
И — если пред Господний трон
Дойдут славянские молитвы —
С Тобою всюду будет Он
Поборником в разгаре битвы!

Валерий Лесковский.

8-го августа 1876. [80]

 

Господину Михаилу Григорьевичу Генералу Черняеву.

Благородный Герой!

МАЛО есть людей, которые работают из убеждения, которые борятся за идею. Нравы и характеры создает время. Народ, общество должны знать эти высокие характеры, ибо от них зависит всякое преуспеяние.

Народ, который не ценит характеров, не должен и существовать. Общество, в котором страсти преобладают над добродетелями, невежество над знанием, испорченность над нравственностью, должен пропасть.

С этой точки зрения нижеподписавшиеся не могут быть равнодушными и не отозваться ВАШЕЙ благородной душе, ВАШЕМУ начинанию, ВАШЕМУ делу, ВАШЕЙ отваге.

Господин! Мы знаем ВАШЕ прошлое, знаем ВАШУ жизнь. Совершенные ВАМИ до сего времени дела более, чем достаточно, свидетельствуют о том, что и в них ВАМИ руководили высокие начала, что ВЫ боролись за существование и преуспение общества, боролись за человечество. Но теперешняя ВАША деятельность делает ВАШУ историю еще более светлой, ВАШЕ дело еще более значительным. При самых тяжелых обстоятельствах, в самые опасные минуты, ВЫ примчались из отдаленнейшей страны, из братской России, на помощь нам. Во время политических затруднений, когда вся цивилизованная Европа молчит, когда весь свет закрывает глаза на наши муки и неволю, ВЫ бросились в святую борьбу за освобождение. Вы явились вождем.

Это святая борьба! Это не борьба партий, не спекулятивная; но борьба за идею человечности, за существование, за освобождение. Пред этой идеей должен преклониться весь образованный мир. [81]

Господин! Облегченный доверием Его светлости нашего Князя, продолжайте геройски путь, по которому ВЫ пошли; он труден, но величествен, опасен, но славен. Мы приветствуем ВАС на этом пути, мы ВАС благодарим. За эту идею будет бороться до последней капли крови весь Сербский народ. ВАШЕ имя будет хвалимо, пока будут существовать Сербы. ВАШИ дела будут прославляемы по всем краям Сербства и всего образованного света.

Кнежевич Илия Стоянович, Вуйо Васич, Петр Стефанович, Петр Катич. Члены комитета скупщины.

В Белграде 15 августа 1876 г.

 

Милостивый Государь Михаил Григорьевич.

Город Вязьма бьет ВАМ челом своею коврижкою. Мы молим Всевышнего сохранить дорогую жизнь ВАШУ для России и всего Славянского мира. Мы прибегаем к Нему с мольбою о даровании ВАМ силы побороть варваров, под невыносимым игом которых страдают целые столетия наши единокровные братья. Глyбoко отзывается в сердцах наших постоянный вопль наших братьев, безнадeжно взывающих о помощи к Европе, которая злорадно и умышленно, не только допускает, но и поощряет поголовное избиение беззащитных стариков, слабых женщин и невинных детей за то только, что они нам братья, и по вере, и по крови. Бог да благословит ВАС, Своего избранника, на святое и великое дело.

Генерал-лейтенант Григорий Павлович Левицкий. Почетный мировой судья Василий Кардо-Сысоев. Надворный советник Павел Алексеев Кашкаров. Почетный мировой судья Сергей Храповицкий. Всего 112 подписей.

Г. Вязьма 26 Августа 1876 г. [82]

 

Ваше Превосходительство Милостивейший Государь Михаил Григорьевич!

Самопожертвование ВАШЕ на защиту Православия и Славянства, помимо своего исторического значения, составляет и гордость, и славу каждого истинно русского. С благоговением преклоняясь пред таким высоким подвигом, мы, граждане Твери, усерднейше просим ВАШЕ Превосходительство принять эту шашку вместе с нашим сердечным пожеланием, да препояшет ВАС Господь силою Своею свыше на победу и одоление нового Голиафа, и да сохранит ВАС невредимым, по молитвам Тверских угодников, — св. благоверного великого князя Михаила и святителей Арсения и Варсонофия.

Арсений Святогоров. Роман Меринов. Федор Петров Королев. Николай Максимов Куров. Всего 114 подписей.

Г. Тверь 1876 года, августа 29 дня.

 

Ваше Высокопревосходительство, Милостивейший Государь Михаил Григорьевич.

Посылаем в распоряжение ВАШЕ 20 человек-добровольцев, храбрых Донских казаков, под руководством генерал-майора Ивана Еремеевича Маноцкова, снаряженных на средства казаков Донского Торгового Общества. Имеем честь покорнейше просить ВАС причислить их к славной ВАШЕЙ aрмии.

С Иваном Еремеевичем Маноцким посылаем ВАШЕМУ Высокопревосходительству меч, с которым некогда победоносно сражался на поле брани Донской казак — бывший Войсковый Наказный Атаман умерший генерал от кавалерии Власов. — Покорнейше просим меч сей принять на память [83] глубокого уважения к ВАМ Донского Торгового Общества.

Мы усердно молить будем Всевышного о сохранении ВАШЕЙ и командующей ВАМИ армии драгоценной жизни и здоровья и о даровании победы над врагом.

Примите, Ваше Высокопревосходительство, уверение в глубоком уважении. От доверенных общества Донских торговых казаков

Г. Новочеркасск 4 сентября 1876 года.

 

Михаил Григорьевич.

С первою военною Донскою дружиною, отправляющеюся на помощь братьям-Сербам, воспитанники Новочеркасской гимназии шлют и свой восторженный привет ВАМ доблестный витязь, воевода новых, Православно Славянских крестоносцев. Примите благосклонно скромное послание наше: это наш искренний голос, который мы хотим слить с величавым патриотическим гулом, стоящим над всею широкою, святою Русью и вызванным ВАШИМ, генерал почином самоотверженного служения правому делу наших единоверных соплеменников. Готфриды Бульонские, Ричарды с львиным сердцем, Фридрихи рыжебородые когда-то водили против Турок Западные Крестоносные ополчения для освобождения безмолвной святыни, Гроба Господня, из нечистых рук диких исповедников корана их и всю Европу воодушевляла одна святая вера, Русский народ не участвовал в этом былом, великом, христианском движении. За то теперь, ВЫ, стоите в главе новой, можно уже сказать, Сербскорусской крестоносной рати, бьющейся с Турками же за освобождение не одной безмолвной святыни, а за свободу нескольких миллионов христианского народа, все святыни которого поруганы и сам он сотни лет влачит тяжелые цепи [84] нестерпимого рабства вас, борцов и всю великую Русь, благодетельницу, воодушевляет двойное чувство: святая, религиозная ревность и глубокое сострадание к бедствующей райе-Сиротине горькой, обездоленной.

Не освободила католическая Европа Гроба Господня, скоро охладел ее священный порыв, двигавший первыми крестоносными массами. Не тем кончите вы православные крестоносцы-славяне, вы расторгнете рабские цепи злополучных соплеменников, вы восстановите поруганные святыни, не остыли святые порывы вашей умножающейся рати, вашим воинственным кликам вторит неумолкаемый гул русский..

Он жив, Верховный Промыслитель,
И суд Его не оскудел
И слово — Царь освободитель
За русский выступит предел.

Как выражение нашего христианского чувства и как залог побед Креста и Евангелия над кораном и полумесяцем, просим ВАС, доблестный сын Русского народа, принять от нас наше сердечное приношение крестоносному народу — Св. Евангелиe и Крест и передать эти святые, победные символы, по ВАШЕМУ усмотрению, в какой нибудь разоренный храм Божий. Будет некогда день, когда и в поруганном, величественном храме св. Софии поставится алтарь Богу Вышнему и положится на Престол такое же св. Евангелие вместо нечестивого корана...

Воспитанники Донской Новочеркасской гимназии.

Сентября 5 го дня 1876 года. [85]

 

Милостивый Государь, Михаил Григорьевич.

ВАША личность дорога всякому Русскому сердцу. ВЫ призваны Богом для освобождения Славян от гнетущего их турецкого ига. ВЫ олицетворяете исконное стремление Русских людей и протянули руку помощи нашим несчастным братьям: долг наш молиться за ВАС и просить ВАМ всех благ от Господа. Так как в природе есть мною необъяснимого для нас, то отвергать безусловно нельзя того, что мы не понимаем. Брат мой всю Севастопольскую кампанию сделал с заговором в ладонке на шее и остался невредим, посылаю его ВАМ, и прошу, не читавши, его зашить в ладонку или платье и не снимать во время всей войны.

Преданная вам N. N.

 

Милостивый Государь, Михаил Григорьевич.

Принимая живое участие в нынешнем положении православных Сербов и личном ВАШЕГО Превосходительства, я снарядил на свой счет десять Донских казаков и отправил их сегодня к ВАМ с Донским генералом, Иваном Иеремиевичем Маноцковым, а вместе послал с ним икону Донские Божия Матери.

Сообщая об этом ВАШЕМУ Превосходительству, покорнейше прошу ВАС милостивый государь, удостойте сделать помянутых казаков ВАШИМ конвоем, а св. икону благоволите принять в благословение от меня, с которым я соединяю искреннее желание, да хранит ВАС Бог, молитвами Пречистые Своее Матери, от всяких зол и напастей, и поможет ВАМ успешно совершить предпринятое ВАМИ великое дело — к славе Божьей, к пользе наших братьев Славян и к собственной ВАШЕЙ чести. [86]

Мужайтесь, мудрый вождь и доблестный сын России, и да крепится сердце ВАШЕ и уповайте на Господа, яко Той победит враги ВАШИ, а купно и наши. — Аминь.

Призывая благословение Божие на ВАС и предводимое ВАМИ воинство, а вместе и на всю страну, в которой ВЫ действуете, с истинно глубоким уважением, искренним доброжелательством и душевною преданности имею честь быть.

Вашего Превосходительства покорнейший слуга и усердный молитвенник Платон, архиепископ Донский и Новочеркасский.

5 сентября 1876 года.

 

Ваше Превосходительство, Милостивый Государь

Михаил Григорьевич.

Старые Туркестанцы, имевшие счастие служить под начальством ВАШИМ, движимые глубоким сочувствием к святому делу братьев Славян и оказав им посильную денежную помощь, пили за здоровье славного Предводителя их народной армии, желая дальнейших боевых успехов.

С истинным почтением и глубочайшей преданностию, имеем честь быть:

П. Курковский. Врач Никитин. Полковник А. Шканский.

Г. Каракол Семиреченской области Туркестанского края. 18 сентября 1876 г.

 

Михаил Григорьевич!

Смелость принятия ТОБОЮ на СЕБЯ решения задачи, созданной столетиями, подготовка этого решения, состоящая в самообречении на всевозможные лишения и даже мученическую смерть, немного себе имеют примеров в истории. ТВОЕ [87] безкорыстное стремление к цели не облегчило начало дела и заставило вступить в борьбу с теми преградами, который выставили ТЕБЕ иноземцы и формальности. Все, что простых смертных смешивает с прахом, ТОБОЮ богатырски попрано, опрокинуто, разбросано! Такая сила воли, такой мощный дух неустрашимости, такой решительный характер — говорит, что ТЫ не простой смертный. ТВОЕ чуткое ухо ясно и отчетливо слышит за всех нас небесный глас, гремящий над головою ТВОЕГО и нашего врага: «Кровь братa твоего вопиет ко Мне от земли на небо» — откуда и истек ТВОЙ девиз: «Ляжем костьми, мертвые-бо срама не имут». ТВОИ деяния настоящих дней, чем бы не кончились, создали ТЕБЕ памятник нерукотворный, высоты необъятной, к которому не заростет народная тропа. О ТЕБЕ передадут из рода в род, из поколения в поколение, из потомства в потомство: «память вечная, будет праведник, от слуха зла не убоится». И в настоящую минуту Ты дорог, каждому чисто-русскому сердцу. ТВОЕ имя «Черняев» блестит высоко на своде русской нации; оно облетело всех и везде. Всякий при звуке его спрашивает: «что он еще там дерется с варварами?..» и заключает: «пошли ему, Господи, победу и одоление над супостатом и врагом». Присоединяемся и мы, нижеподписавшиеся, к этой теплой, всенародной молитве: пошли ТЕБЕ, Господи, здравие, долгоденствие, во всем благое поспешение, на врага победу и одоление, да благословит Он оружие ТВОЕ на защиту невинно-страдающей братии, на водворение мира, тишины и благоденствия. Прими от нас, наш дорогой друг друг человечества, истины и любви, Русский стратег-богатырь, наши искренния ТЕБЕ пожелания.

Ярославский почетный гражданин Николай Николаевич Соболев. Архимандрит Николай. Кафедральный протоиерей Иоанн Архангельский. Ярославского архиерейского дома эконом, Иеромонах Павел. Всего 88 подписей. [88]

 

Михаилу Григорьевичу Черняеву.

Ты, Господи дай сил в бореньи со врагами
Геройскому вождю Балканских Христиан,
Да защитит Он Крест над Сербскими полями
И вопли прекратит страдающих Славян
Весь христианский мир теперь к ТЕБЕ взывает,
Черняев, наш Танкрет, бессмертный наш Герой
Как крестоносца, Русь ТЕБЯ благословляет
И шлет своих сынов к ТЕБЕ на ратный бой
И борятся, как львы, герои молодые
За дело правое, в защиту Христиан,
И русских ратников успехи боевые
От варваров спасут измученных Славян.

 

Ваше Высокопревосходительство, Достоуважаемый Наш Русский герой

Михаил Григорьевич!

Сожалею, что обстоятельства мои лишают меня счастия лично явиться перед светлые очи нашего обожаемого героя, которого никогда не забудет благодарная Россия, а потому прошу ВАШЕ Превосходительство принять от меня, хотя неизвестного ВАМ, но глубоко уважающего ВАС, при сем прилагаемую шашку.

Смею надеяться, что высокопросвещенный ум ВАШ и ангельское сердце извинят меня, что не лично могy явиться перед ВАМИ, чтобы вручить высылаемую шашку, а высылаю ее ВАМ по почте.

Да сохранит ВАС Господь Бог, а также и наших героев добровольцев, проливающих свою невинную кровь за «честное дело и свободу!»

Поручая себя вниманию Вашего Высокопревосходительства, имею честь быть Вашим покорным слугою Елисаветградский мещанин Яков Новокрещенов.

1876 г. Октября 13. г. Елисаветград. [89]

 

Ваше Высокопревосходительство,

Возлюбленный о господе Михаил Григорьевич.

Поздравляю ВАС, моего родного и со всеми ВАШИМИ собратиями, которые охраняют христианскую веру и воюют по собратиям нашим славянам. Я бы полетел к ВАМ при прежнем моем здоровьи, как г-н Хлудов, но я весь год пробыл в болезни, только вот дня три стала проходить моя болезнь. Поминаю и молюся во блаженном упокоении раба божия, воина Николая Николаевича Раевского и каждый день молюсь и прошу Господа, чтобы быть ВАМ здоровым, и поздравляю ВАС со днем Ангела, если ВЫ Архистратига Михаила 8-го ноября, и Ему молюсь, дабы он, поборник адских сил, пособил ВАМ побороть эту тьму магометанскую.

За сим остаюсь всегда искренно помнящий и каждый день поминающий грешный Афанасий Мальков.

Проживающий в г. Бийске, Томской губ., торгую и слава Богу, трудом добываю себе насущный кусок хлеба.

Р. Если можно Вас просить какой войне оборот будет — меня уведомить.

16 октября 1876 г. г. Бийск.

 

Ваше Превосходительство, господин генерал,

Русское братское сердце всегда билось за славянское дело. Свидетелями этого были наши и ВАШИ отцы. Этому свидетели и мы, гораздо в большей мере, что и когда либо можно было вообразить. От Кронштадта до Владивостока от Калиша до Берингова пролива потрясены сердца наших единоверных и одноплеменных братьев-русских и самый бедный из них несет свою копейку и свой алтын для освобождения своих братьев, стонущих под варварским игом. [90]

Несчастье наших братьев воодушевило нас взяться за оружие, чтобы избавить их. Это наше одушевление зажгло на святой Руси великую идею связанного братскою любовию свободного, независимого славянства. И ВЫ, Господин Генерал, с тысячами ВАШИХ и наших братьев поспешили к нам, чтобы проливать кровь и ею оросить эту великую мысль великого народа, чтобы она надежнее возникала, лучше развивалась и цвела. ВАШИ подвиги ценим мы, и потомки наши будут благодарны ВАМ за них.

Но когда все на жертвенник отечества, за свободу славян на алтарь взаимного братства приносят по меpе сил своих то и я прошу ВАС, Господин Генерал, принять от меня этот маленький подарок-саблю, в голубых бархатных ножнах, с пятью позолоченными обоймами — на память от меня: подарите ее тому храброму брату Русскому, который по ВАШЕМУ суду и усмотрению, более других отличался на поле битвы.

Пусть он вспомнит, когда, если даст Бог, по счастливом окончании дела, будет прогуливаться по тихому Дону, холодной Heве и валовитой Волге, что он принес с бою знак братства, благодарности и неразрывной племенной сербской любви к нему, северному брату, знак отличия за свои геройские подвиги, знак памяти братьев, которые умеют ценить и уважать заслугу и искренность.

Прошу Вас, Господин Генерал, мое скромное пожелание исполнить с врожденною Вам добросовестностью, и примите выражение моего глубочайшего почтения. Ваш истинный почитатель Георгий Ачимович, купец.

Октября 26 дня 1876 г. в Белграде. [91]

 

Главнокомандующему Тимокско-Моравским войском генералу Михаилу Григорьевичу Черняеву.

Глубокоуважаемый и возлюбленный вождь наш!

Когда Сербия и Черногория, руководимые возвышенною мыслью искупления Югославянства и всех христианских на Востоке страдающих братьев, развили свое знамя, тогда и ТВОЕ славянское сердце было потрясено и, отказавшись от спокойной и счастливой жизни, ТЫ приспел с далекого севера посвятить священной борьбе свой в битвах славно искушенный меч.

И мы ТЕБЯ приняли с братскою любовию, с христианским воодушевлением передали в ТВОИ храбрые руки знамя Югославянства. Поборник справедливейшего и благороднейшего дела, ТЫ высоко поднял это знамя всему миpy на показ. Борьба была слишком неодинакова: с небольшим числом молодого войска, составленного из земледельцев и горожан, ТЫ вступил в борьбу с гораздо лучше вооруженным, испытанным в битвах и гораздо более многочисленным войском, которое магометанский мир собрал в Европе, Азии и Африке.

Но ТЫ все-таки славно выдержал эту исполинскую борьбу в продолжении целых четырех месяцев и был чаще победителем, чем побежденным; ТЫ был на Юге нашего отечества твердой стеной, о которую мусульманская сила непрестанно разбивалась и которую она хотя несколько и подвинула, но повалить ее не могла. Югославянское знамя все было залито кровью, но не взято; оно еще вьется в воздухе, как знак ТВОЕЙ славы, нашей чести и неугасимой Славянской надежды. Пусть говорят, что хотят наши злыe противники, но под его знамя двинулись все восточные народы которых приветствует и которым желает победы вся честная и свободоумная Европа. [92]

Это, Сербский вождь, заслуга ТВОЯ и ТВОИХ борцов, в которых ТЫ собственным примером утвердил храбрость, стойкость и высшее самопожертвование.

Но так как ТЫ нас во время перемирия оставляешь, то мы, труженики на ниве сербского просвещения, считаем своим первым долгом, в этом случае, выразить ТЕБЕ, свою глубокую признательность от лица представителей науки и одушевленных любовью к родине душ всего сербства. Вечная благодарность тебе, за твою славянскую любовь, хвала ТЕБЕ за все ТВОИ труды, которые ТЫ мужественно подеял за нас, спасибо ТЕБЕ за все радости и печали, которые ТЫ братски с нами делил.

ТЫ оставляешь нас, но ТВОЕ имя останется чтимо в устах наших и память о тебе не изгладится в душах наших.

Желаем ТЕБЕ счастливого пути, в который ТЕБЯ провожают благословения Сербов и на котором ТЕБЯ догонит Божие благословение.

Когдa ТЫ вернешься в свое счастливое и могущественное отечество, будь, умоляем ТЕБЯ, свидетелем, пред нашими северными братьями, о нашей горячей любви и благодарности за столь великую помощь, которую они нам, по беспримерному своему великодушию оказали. ТЫ принадлежишь и их, и нашей истории; ТЫ узел, которым северные и южные братья связаны теперь на все времена.

Скажи им, что Сербы твердо верят, что их братская помощь и далее не оскудеет, пока начатое великое дело югославянского искупления не будет окончено, во славу их и на наше счастье.

Архимандрит Нестор проф. богословия, Савва Стрепсович, начальник минист. нар. просвещения, Милован Глашич, член бюро печати и 46 подписей.

30 октября 1876 г. в Белграде. [93]

 

Главнокомандующему Тимокско Моравской армии, генералу Михаилу Григорьевичу Черняеву.

Доблестный генерал, Благородный герой!

Болеe всех других концов просвещенной Европы человеческою несправедливостью угнетена была восточная часть Балканский полуостров.

У некогда независимых христианских государств на Балкане не только уничтожена была их государственная и национальная самостоятельность, но даже у оставшегося там от истребления населения отнята была всякая возможность человеческого существования.

Турки, азиатское племя магометанской веры, несколько столетий тому назад, завоевали эту часть Европы и на своем религиозном изуверстве, проповедовавшем людское неравенство, на своей зверской природе и своем презрении к науке и труду основали они Оттоманское царство и господство над христианами, которое есть ничто иное, как узаконенное убийство, насильничество, грабеж и безчестие. И у завоеванных христиан ничего не осталось, что бы щадила магометанская вера и магометанская справедливость. Жизнь, свобода, честь, собственность, все это бы то только добычею турецкого произвола.

И сербский народ, принадлежа к числу этих мучеников, Восточной Европы, имее некогда свое царство и свою правду в Душане и его законнике, он, бедный, должен был после того пять веков быть турецким рабом, рабом в полном смысле этого слова. После, стольких веков ужаснейших страданий. Божия правда явилась и он отвоевал себе в одной части бывшего своего государства свободу, в нынешнем княжестве Сербии; но остальные его части и на дальнейшее время остались в зверских челюстях его угнетателей. [94]

И эта часть мучеников вопияла о своем избавлении, прося помощи у образованной Европы, протягивала свои мученические руки к своим избавленным братьям в Сербии, заклинала Бога и людей избавить ее. Но помощи ни откуда не было а в них душа уже едва держалась, еще одно давлениe и вместо живых человеческих созданий — остались бы одне бедные трупы мучеников.

В такую минуту, когда вскипают все людские и братские чувства, когда человек, призываемый свыше Божиим велением, к избавлению другого, ему дорогого создания божия, забывает всю грозящую ему самому опасность, в такую-то минуту и наша, Сербия, на призыв своего Государя, как на голос трубы ангела вестника небесной правды, вступила в борьбу, с твердою решимостию или помочь своим братьям или вместе с ними выпить чашу желчи неволи, чтобы хотя перед Богом и потомством выполнить свой братский долг и омыть свою честь.

И в ТВОИХ персях забилось братское сердце и была потрясена благородная душа и теми же самыми ощущениями, и ТЫ не мог оставаться только зрителем а явился cpeди нас разделять братски с нами труды. И как звезда денница предвещает собою зарю так и твой приход в Сербию был вестником того великодушного самопожертвования и братского участия, которыми вся святая Русь была преисполнена в эти священные дни. По твоему примеру и другие сыновья могущественной Руси поспешили на помощь страдающим своим братьям. В рядах новых крестоносцев множество русских своею кровию запечатлели братский союз своего родства и по крови и по убеждениям. Как ТЫ, благородный герой, защищая человеческую честь и христианскую невинность, смело глядел в глаза смерти имее одно в уме и сердце защиту святыни и невинности, так и ТВОИ доблестные сподвижники отважно стремились туда, куда ТЫ их вел, преодолевая препятствия, которые только христианское самопожертвование могло преодолеть. [95]

Да будет же вечная слава ТЕБЕ, доблестный витязь, за ТВОЕ самопожертвование и за ТВОИ неизмеримые труды, которые ТЫ понес на поле святой борьбы, а в ТВОЕМ лице да будет вечная слава и хвала и сподвижникам ТВОИМ!

Хвала ТЕБЕ, неустрашимый герой! Хвала ТЕБЕ, благородный борец! Хвала ТЕБЕ и вечная признательность и от нас, и от миллионов тех христианских мучеников, братьев наших, ради которых ТЫ добровольно поднял их крест и положил на СВОИ рамена, чтобы облегчить им бремя которого они не могли уже долее нести, и уменьшил мучения, которые прикончили бы их.

Господь, заступник сирых и убогих, да укрепит богатырскую мощь ТВОЮ на довершение святого дела и благословит подвижника СВОЕГО, трудившегося за ЕГО правду.

Слава Тебе! от имени всех Белградских граждан Дмитрий Попович, голова и председатель Белградской общины.

27 октября 1876 г. Белград.

 

К портрету М. Г. Черняева.

Есть в истории народов
Чудные страницы, где дела родных героев
Славят летописцы
Так и ныне, есть у русских
Витязь — доброволец,
Покоритель орд киргизских,
Храбрый полководец.
Он славянство защищая,
Грудью не словами.
Первый, Русь всю увлекая,
Вел на бой с врагами!
Славься же Черняев Турский,
Удалец Ты, милый!
Не забудет Тебя pyccкий
Наш народ правдивый!

Дм. Лобанов. [96]

 

Ваше Высокопревосходительство.

Чувство глубокого уважения к достоинствам Мужа, который себя так прославил, вдохновило меня составить этот марш, который я имею честь при сем ВАМ поднести: насколько мне мои слабые силы позволили я выражал им одушевляющие меня чувства.

Нижайше прошу ВАШЕ Высокопревосходительство с врожденной ВАМ добротой благоволите принять это скромное выражение моего высокого к ВАМ почтения.

Извините мою смелость и дозвольте мне иметь честь назваться Вашего Высокопревосходительства покорным слугою, Драгутин Чижек, капельмейстер Сербско-Королевского войска.

Октября 1876 г. Белград.

 

Милостивый Государь Михаил Григорьевич!

Жители и граждане города Зарайска и уезда, свидетельствуя ВАШЕМУ Превосходительству глубочайшее почтение, поздравляют ВАС со днем ВАШЕГО ангела и покорнейше просят принять в дар икону Архистратига Сил Небесных, Михаила Архангела, образ, с которого снята эта копия, хранится двести лет, переходя из рода в род, в одном из семейств нашего города. Освященная веками идее представляет ВАШЕГО Небесного покровителя на коне, окруженного четырьмя стихиями: огнем, водой, землей и воздухом; в левой руке он держит святое евангелие, проповедуя истину и святую веру, и кадило изображает молитву русского народа, а в правой руке меч в вид радуги — символ надежды; из меча сверкает молния, поражающая нечестие и крамолу; труба возвещает славу и победу над врагами. С левой стороны в [97] облаках Спаситель, а с правой крест в сиянии, окруженный облаками, с надписью: «Сим знамением победиши».

Да сохранит ВАС Ангел хранитель и да поможет ВАМ Господь Бог окончить со славою принятый ВАМИ на себя великий подвиг чего от всего сердца и от всей души желают ВАШЕМУ Превосходительству жители и граждане города Зарайска и уезда.

На подлинном подписали:

Уездный предводитель дворянства князь Оболенский.

Городской голова Николай Федорович Курносов.

Уездный воинский начальник полковник Александр Аполлонович Марина.

 

Ваше Превосходительство!

Жизнь ВАША навсегда останется дорогою для всех нас; ВЫ не жалели себя для спасения братьев славян; сколько было пролито ВАМИ слез в прошлые тяжелые дни по своих убитым братьям. Сколько раз ВЫ бросались с ружьем в руках на неприятеля, пренебрегая своею жизнию, дорогою для всех нас. Мы боялись за ВАС и просили Бога спасти ВАШУ драгоценную жизнь. Да и что бы мы могли сделать без головы, если бы голова наша свалилась с наших плеч. Положительно ничего.

ВАШЕ Превосходительство!

Я сам видел все, все ВАШИ добрые поступки при нападении на мусульман, и всегда молил Бога, чтобы Бог спас ВАШУ жизнь для блага братьев славян. Я служил при ВАС с 11 июня [98] по 20 сентября и всегда был доволен ВАМИ. ВЫ для меня как и для всех других были отцом полководцем.

Сколько раз битвы проводил я вместе с ВАМИ. ВЫ меня не оставляли за это так ВАШЕЮ милостию я 19 го августа был произведен в подпоручики за 16 сентября мне назначили медаль за храбрость.

ВЫ меня взяли из волонтеров по рекомендации поручика Зандрака и поставили на ноги. Бог да сопутствует ВАМ. Бог да сохранит ВАС может быть это было еще только начало кровопролития, начало тиранств неверных над христианами. Дай бог, чтобы все это окончилось со славою для ВАС, которая гремела бы об ВАС везде и повсюду. Жалко, что у меня разбита спина и поэтому не могу быть при ВАС и защищать ВАШУ дорогую жизнь. Но все таки по первому ВАШЕМУ слову, не обращая ни на что, ни на какую болезнь я готов явиться к ВАМ чтобы свою жизнь положить за ВАС и за христиан братьев.

Подпоручик вверенной ВАМ тимоко моравской армии ныне живущий в своем отечестве на излечении в Костромской губернии в Нерехтском уезде, в селе Перепелицыне.

Николай Николаевич Каллистов.

1876 г. Ноября 26 дня. Село Перепелицыно.

 

Милостивый Государь Михаил Григорьевич!

Исполняя желание 9 ти летнего сына нашего передать заветную золотую монету, полученную им при рождении от почтенного деда его в руку ВАШУ первую из русских поднявшуюся на за щиту угнетенных братьев наших славян, против жестоких притеснителей их присоединяем и наши задушевные желания правому святому делу освобождения славян, во главе которого вождем и [99] опорою их находитесь ВЫ, возбуждая искреннее горячее сочувствие к высокому, безкорыстному подвигу ВАШЕМУ.

8 ноября, в день ВАШЕГО ангела, в уединенном уголке Харьковской губернии несколько русских сердец вполне сочувствующих ВАМ и святому делу с молитвою вспоминали ВАС. Все семейство наше с давних пор принимает живейшее участие во всем, касающемся славянского дела, как ВЫ, увидите из прилагаемого письма прадеда моего А. А. Самборского, взятого из нашего семейного архива и напечатанного в «Русской Старине» (ноябрь 1896 г.).

Мать наша Мария Васильевна Вольховская переписала его для ВАС, она вполне достойная руководительница внука своего на пути правды и добра по следам незабвенного отца моего.

 

СЛОВО ЗА СЕРБОВ.

Протоиерей Андрей Афанасьевич Самборский, бывший нашим священником в Лондоне при посольской церкви, потом законоучителем великих князей Александра и Константина Павловичей наконец, духовником великой княгини Александры Павловны по вступлении ее в брак с эрцгерцогом Палатином венгерским 21 июня 1808 г. из Харькова написал Императора Александру Павловичу собственноручное письмо, в котором доносил его Величеству что вселюбезнейшая сестра его Beличества Александра Павловна, «возродила в единоверных нам сербах доблестный дух к избавлению правоверия от тяжкого магометанского ига. По богоугодному ее завещанию и по переселении ее в вечность оставила исполнение сего происшествия своему брату Александру I».

В виду нынешних событий в Сербии и Черногории, мы приводим письмо Самборского в подлиннике как доказательство давнего сочувствия [100] единоверным сербам со стороны Русского Царствующего Дома.

Ваше Императорское Величество,
Всемилостивейший Государь!

Образ моих мыслей и деяний есть В. И. В. совершенно известен. Как прежде, так и ныне, то только время почитал я употребленным в пользу, которое посвящено на служение Богу и Божиему Помазаннику. Не я один, но все благочестивые люди веруют и утверждают, что непостижимые Божии судьбы Вам, Благочестивейший обладатель всех нам единоверных, рассеянных по вселенной, предопределили избавление и спасение от жесточайшего долговременного порабощения и мучения.

Дух и приверженность ко Всероссийскому престолу единоверных мне весьма известны, о чем я уже имел счастие доносить с подобающим благоговением В. И. В. Вселюбезнейшая Ваша Сестра, во время своего пребывания в Венгрии, бессмертная Александра возродила в единоверных сербах доблестный дух ко избавлению правоверия от тяжкого ига магометанского. По богоугодному ее завещанию, и мне известному, и по переселении своем в вечность, оставила она исполнение сего наиважнейшего в свете происшествия Вам, Благочестивейший Самодержец Сам Всемогущий Обладатель и Творец всех земнородных да благопоспешествует вашим богоугодным подвигам — есть всеобщая молитва и надежда. Созерцая в таком виде и душевно чувствуя всю возможность всех обязательств, я бы соделал грех вопиющий к небесам, если бы дерзнул уклониться от сего священного служения. Дарованное мне вами, Всемилостивейший Государь, время для поправления моего здравия, укрепило мои телесные силы так, что я есмь готов поспешить пасть к стопам В. И. В. и со всевозможною ревностию исполнить то, что есть благоугодно Богу, правоверному Божиему Помазаннику и спасительно [101] единоверным сербам. Ничего мне более не осталось желать и просить у Вашего Императорского Величества, как только Всевысочайшего Вашего благоизволения, дабы я сим благоугодным cлужeниeм мог запечатлеть остатки моей жизни. Во всем препоручая себя Вашей Высочайшей воле и паки реку: готов есмь повиноватися оной и с наиглубочайшим почтением и всесовершенною преданностию пребуду до последнего дыхания верноподданный, всеусерднейший богомолец.

Андрей Самборский.

1808 г., июня 25 дня. Харьков.

Переписывала Мария Васильевна Вольховская, урожденная Малиновская, родная внука, по матери, Андрее Афанасьевича Самборского, Владимира Дмитриевича Вольховского, одного из тружеников и защитников Кавказа.

Все мы еще от души призываем помощь и благословение Божие на ВАС и на храбрых сподвижников ВАШИХ.

Имеем честь быть почитающие ВАС

Анемподист и Анна Носовы.

28 ноября 1876 года.

Владимир Носов просит любимого генерала принять и передать его пожертвование славянам.

г. Изюм, Харьковской губ.

Окружной горный инженер Анемподист Алексеевич Носов. [102]

 

Ваше Превосходительство Михаил Григорьевич,

Позвольте старику, переживающему восьмой десяток, но сохранившему в душе на столько чувства, чтобы искренно сочувствовать геройским подвигам для освобождения угнетенных славян, которое Вы на себя приняли, и выразить Вам мое душевное уважение, с каковым честь имею быть Ваш покорнейший слуга отставной казак

Константин Вольховской.

 

Герою.

Мы видели Тебя среди степей хивинских,
Мы видели Тебя на сербских высотах,
И всюду жителям пределов чухно-финских
Твой идеал войны внушал какой-то страх.
Война под знаменем культурно-пионерным
Противна помыслам героев кулака,
Недальнего ума служакам беспримерным,
Глядящим на талант и гений свысока
Ты страшен им, Герой, на горе всей России.
К стыду отечества и к радости врагов..
Нет, не согнут они перед Тобою выи:
Ты не из их среды, Ты между ними нов.
Contemnunt... как давно сказал нам это слово
Великой нации великий гражданин! 27
Божественный талант — залог судьбы суровой...
Мужайся среди зол, славянский паладин!
Оставленный толпой бездушно-горделивой,
Ты имя русское вознес на высоту,
Борьбой неравных сил, борьбой красноречивой,
Парадной хроники заполнил пустоту.
Нет, не умрет она, идее обладанья [103]
Тропой Олеговой к босфорским бepeгaм!
Сберут всю Русь под стяг священного преданья,
И даст она отпор безчисленным вpaгам
И будешь ли Ты жить среди арены славной,
Иль жертвой мужества падешь с мечем в руке,
Твой образ нравственный, культурно православный
Россия сохранит в душевном тайнике.

П. К.

 

Ваше Высокопревосходительство!

Нижеподписавшиеся венские Болгары почитаем себя счастливыми, что можем воспользоваться столь благоприятным для нас случаем ВАШЕГО здесь пребывания и выразить ВАМ глубокую нашу признательность за ВАШИ горячия чувства и участие к нашему Болгарскому народу, столько веков стонущему под тяжелым, варварским турецким игом.

Ваше Высокопревосходительство! Услуги, которые оказаны ВАМИ до сих пор и которые, конечно, ВЫ соблаговолите продолжить, и положенное ВАМИ основание освобождению Южного Славянства вообще и Болгар в особенности, весьма нами ценятся глубоко. Будьте уверены, ВАШЕ Высокопревосходительство, что ВАШЕ имя, и теперь уже известное всему нашему народу, останется во веки записанным в каждом болгарском сердце и в нашей истории; как настоящее, так и будущие поколения нашего народа будут славить и благословлять имя ВАШЕГО Высокопревосходительства, как первого поборника их освобождения и независимости Будучи уверены, что ВАШЕ Высокопревосходительство никогда не перестанете покровительствовать нашему народу, и что ваше святое дело увенчается желаемым от всего Югославянства успехом, просим ВАШЕ Высокопревосходительство принять уверение нашего глубокого почитания и сердечной [104] признательности, с которыми имеем честь быть ВАШЕГО Высокопревосходительства преданнейшими слугами.

Георгий Г. Киселов. Димитр Г. Аннев. Янко Ковачев Николай С. Ковачев С. Илиев. С. Паница И. Филчов. С. Пранчов. Н. Генишов.

Вена. 6 декабря 1876 г.

 

Ваше Высокопревосходительство, Михаил Григорьевич!

Благородная цель, которую ВЫ себе предначертали, — освободить Южное Славянство из под ужасных ударов турецкого ножа побуждает нас, учащуюся в Вене болгарскую молодежь, просить ВАС благоволить выслушать нашу благодарность

ВАМ, славный Генерал, выражаем мы свои благодарные чувства, — наши и плачущих кровавыми слезами наших родителей, которые только в ВАС видят осуществление своих надежд на освобождение из тиранских когтей турецкого правительства.

Они не могут ВАМ теперь высказать и засвидетельствовать свою благодарность и признательность. Но ВАШЕ доблестное подвизание за наше освобождение будет награждено любовью к ВАШЕМУ имени в народе и в его будущих поколениях, а наша истории отведет ВАМ выдающееся место в ряду первых борцов за наше освобождение.

Уверенные, что ВЫ не перестанете покровительствовать Болгарскому народу и его освобождение, остаемся с глубоким почтением к ВАШЕМУ Высокопревосходительству покорнейшие и признательные болгарские ученики в Вене.

Васил Манушоев. Александр Козаров. Стефан Броницкий. Деметр Брчков и др.

Вена, 7 октября 1876 года. [105]

 

Черняеву.

Едва победный клик врагов
Раздался над вождем печальным,
И легион клеветников
Врагам уж вторит эхом дальним:
Не понимая торжества
Тобой прославленной идеи,
Вокруг израненного льва
Шипят озлобленные звери...
О, тот герой, кто в море бед
Держал так твердо знамя наше...
Иной урон славней побед,
Иные раны лавров краше!
И верь — другой есть легион:
Он заглушит слова пустые,
В тебя, как прежде, верит он,
И легион тот вся Россия!..

А.

Октябрь. Петербург.

 

Архистратиг славянской рати,
Безукоризненный герой!
Под кровом Божьей благодати
Да довершится подвиг Твой!
Да сохранит в борьбе кровавой
Тебя Всевышнего рука,
И память дел
Твоих со славой
Пройдет в далекие века!

Ф. Миллер. [106]

 

Милостивый Государь, Михаил Григорьевич!

Не удивляйтесь, что ВАМ пишет незнакомая ВАМ женщина, я и все русские ВАМ родные по душе и по сердцу.

Над ВАМИ рука Господня. ВАШЕ славное прошедшее невидимыми путями вело ВАС к настоящему: воскресить угнетенных, оскорбленных, страдальцев-мучеников христиан, под гнетом ислама и показать Европе, что энергия одного человека ведет тысячи. ВЫ поехали в Сербию и за ВАМИ полетели добровольцы. За ВАШЕ самоотвержение я убеждена, что Господь благословит ВАС победой и всем.

Посылаю ВАМ два заветные мои образа Воскресения Христова и Сергия Победоносца, оба из Иерусалима, освящены на Живоносном Гробе Спасителя, посылаю их ВАМ, с истинным желанием и молитвою теплою, чтобы они ВАС хранили и благословляли, помогали всему, что ВАМ на пользу и спасали бы от всех опасностей. Позвольте ВАМ, как родной, сказать. ВЫ слишком увлекаетесь ВАШЕЙ храбростию, это главнокомандующему не только что непозволительно, но даже грех, жизнь ВАША нужна народам. И так, примите от меня заверения в истинном почтении, с которым всегда буду ВАМ милостивый государь покорная к услугам

Марья Киселева.

 

Его Высокопревосходительству. г. Генералу Михаилу Григорьевичу Черняеву.

Ваше Высокопревосходительство!

Побуждаемые чувством признательности к ВАМ посвятившему себя великой и благородной цели освобождения Южных Славян от губительного гнета турецкого владычества, в последнее пребывание ВАШЕ в Вене мы в адресе изъявили свою [107] благодарность и признательность к ВАШЕМУ Высокопревосходительству. Но так как избранная нами ученическая депутация для поднесения адреса, не найдя ВАС в гостиннице, вручила его Георгию Петкову, назвавшему себя ВАШИМ адъютантом, для передачи его ВАМ, то сомневаясь, по некоторым известным причинам, в том, что адрес ВАМ передан, мы осмеливаемся вторично представиться ВАШЕМУ Высокопревосходительству и просить ВАС благоволить выслушать нашу благодарность.

Славный Генерал! Наша душевная отрада и наших плачущих кровавыми слезами родителей и соотечественников — в том, чтобы глубоко хранить в сердце горячую благодарность к ВАШЕМУ Высокопревосходительству. Злосчастный наш народ, первый в истории по тяжести своих страданий, видит в ВАС могучий божий перст, призванный расторгнуть вериги, державшие его до сих пор в многовековом рабстве, сделать его участником свободы и облагородить. Доблестная ВАША борьба и геройские подвиги в стремлении к освобождению нашего народа, привлекают к ВАМ его сердца, и если в нынешних своих обстоятельствах, на пороге рабства он не может еще явно благодарить ВАС, то согревающая его могучая надежда скоро увидеть ВАС в своей среде с непобедимыми русскими полками, поддерживает в нем залог преданности к ВАШЕМУ Высокопревосходительству. Память о ВАС будет светла и постоянна в нашем народе и в его потомстве, и наша история увенчает ВАС венцом неувядаемой славы и отведет ВАМ выдающееся место в ряду первых борцов за свободу и равенство.

Уверенные, что ВЫ не перестанете покровительствовать нашему народу и содействовать его освобождению, с глубоким почтением к ВАШЕМУ Высокопревосходительству остаемся признательнейшие ученики. А. Козаров Г. Кожидаров Д. Брчков И. Урумов и др.

Вена. 17 декабря 1876 г. [108]

 

Достоуважаемый Михаил Григорьевич!

Очень жалею, что не виделся с ВАМИ пред выездом из Сербии. Я думал ВАС скоро видеть опять у нас. Но обстоятельства так изменились, что все, что столько лет созидали, разрушается. Многое нас волнует, возмущает и приходится, вместо сладости, горечь вкушать. Но опять надеюсь на милость божию и любовь искренних друзей.

Желаю ВАМ спокойствия и терпения, а остальное Господь устроит к лучшему. Добро делается с трудом, а много врагов добра, от которых делающие добро терпят всякие неприятности. Вверяясь Богу и Его Промыслу, потерпите на время и когда враги посрамятся, тогда истина восторжествует, идее победит, народ освободится от диких варваров, тогда все воскликнут Слава Черняеву!

С призванием на ВАС благословения Господа, уважением и преданностию, имею честь быть ВАШИМ богомольцем.

М. С. Михайлов

Белград. 17 февраля 1877 г.

 

Генерал.

Я крайне сожалел, что меня не было в Париже во время ВАШЕГО последнего там пребывания. Я счел бы для себя за величайшую честь представиться ВАМ и засвидетельствовать то расположение, которое я и очень большое число моих друзей чувствуем к ВАШЕЙ особе, ВЫ в настоящую минуту, Генерал, являетесь истинным и искреннейшим выразителем идеи цивилизации и религии в Европе, и те, которые борятся за одно с ВАМИ, — борятся действительно за эти две идеи.

Россия и Франция, я на это надеюсь, крепко соединятся навсегда против всякого рода варварства, и против варваров всякого вида, и ВАМ будет [109] принадлежать та честь, Генерал, что имя ВАШЕ будет связано с этими великими идеями освобождения политического, нравственного, религиозного и даже промышленного.

Будьте уверены, что история воздаст ВАМ за это должное.

Я был бы очень счастлив, Генерал, если бы ВЫ соблаговолили прислать мне ВАШ портрет, с несколькими словами, надписанными ВАШЕЮ рукой. Драгоценна память героя и человека добра, которым Европа одолжена будет тем что выйдет из своего оцепенения и признает, что истинное торжество нашей эпохи заключается в идее свободы, политической и религиозной.

Я был бы счастлив Генерал, если бы мое письмо не осталось без ответа. Прошу ВАС благосклонно принять самое полное выражение чувств моего к ВАМ уважения.

Граф де-Саффрэ.

67 Ruе de Clichy. (Comte de Saffray)

 

Многоуважаемый Михаил Григорьевич!

Как мать покойного Ник. Алексевича Кирева, я думаю, что имею право писать к ВАМ эти строки, высказать ВАМ в них все тщетное чувство русской матери, при прочтении сегодня «Гражданина», извещающего русских, что ВЫ в изгнании за ВАШУ доблестную службу святому делу славянских мучеников, семейство ВАШЕ не с ВАМИ! Этим одиночеством страдания ВАШИ умножились, но русский человек ценит ВАШЕ самоотвержение и долго будет помнить все, что ВЫ сделали для горьких братьев наших. Видно Богу угодно призвать к себе еще большее число жертв, подобных моему сыну, если позволить подписание протокола требований Англии, столь постыдных для нашей чести в глазах народа и которого последствия будут в [110] близкой будущности ужасны для всех. Дикую гордость врагов ВЫ удерживали так долго и были минуты, что мы русские, на чужой стороне, встречались с надеждой в улучшении судьбы славян. Теперь она должна рушиться, и мой ропот, удерживаемый этой христианской надеждой естественный ропот матери, потерявшей такого сына, каким был мой сын, повторяется сильнее, видя такой конец всему, что было свято ВАМ и ему. Глубокое сочувствие всякого честного человека к ВАШЕМУ доблестному, чисто русскому характеру будет принято ВАМИ, Михаил Григорьевич, дружелюбно и от меня, горькой старухи, пришедшей сказать ВАМ русское Христос Воскресе!

Надеялась по журнальным известиям, видеть вас во Флоренции, но вчера узнала что ВЫ остаетесь еще, и даже надолго, в Англии. Позвольте мне попросить ВАС сказать мне где и от кого могу я получить крест, снятый с моего убитого сына? Я так далеко от России и не знаю еще когда возвращусь на родину. Дела наши еще недостаточно обрисовались для моего возвращения, а потому прошу ВАС ответить мне о судьбе этого единого памятника, оставленного мне после сына врагами памятника, дорогого столь моему сердцу. Прошу ВАС верить, что остальные дети мои разделяют со мной всю преданность и уважение к ВАМ и готовность доказать это на деле. Когда возвратитесь в Россию, или будете продолжать ВАШЕ служение святому делу? оно далеко еще не кончено и дай Бог, чтобы начало оного не осталось тщетным, не смотря на все потери и на тяжкую, понесенную моим семейством! 28

Всегда преданная душою

Александра Киреева.

Флоренция. via Montebillo 26. 3 апреля 1877. [111]

 

Ваше Превосходительство Михаил Григорьевич,

Жители и граждане города Зарайска и уезда в 1876 году выслали ВАМ чрез Славянский Комитет в гор. Белград икону ВАШЕГО ангела хранителя в серебряной ризе, которую жертвователи заказывали в Москве, у мастера Николая Михайлова Посникова (22 октября).

Образ в серебряном вызолоченном окладе был вложен в палисандровый ящик, внутри выложенный пунцовым бархатом, а на крышке ящика серебряная доска, на которой надпись: «Михаилу Григорьевичу Черняеву, от жителей и граждан города Зариска и уезда». В ящик было положено письмо к ВАМ за подписью уездного предводителя дворянства князя Оболенского, городского головы Николая Федоровича Курносова и уездного воинского начальника полковника Александра Аполлоновича Марина. Полагая, что в то смутное время заботы и беспокойства помешали ВАШЕМУ вниманию заметить сочувствииe к ВАШИМ геройским подвигам города Зарайска, в настоящее же время мы надеемся, что ВАШЕ Превосходительство удостоите нас ответом.

Покорнейше прошу ВАС, Михаил Григорьевич, уведомить, была-ли получена ВАМИ посылка с иконой от города Зарайска. При сем имею честь препроводить копию с посланного ВАМ письма при образе от г. Зарайска и письмо покойного генерала-майора Николая Андриановича Дивова ко мне, из которого ВЫ увидите сочувствие к ВАМ старого русского ветерана 12-го года, личность которого в свое время играла роль.

С истинным почтением имею честь быть ВАШЕГО Превосходительства покорнейший слуга

А. Марин.

От приходского попечительства Зарайской Благовещенской церкви.

г. Зарайск, 12 Августа 1879 г. [112]

В Москве Ташкента покоритель!
На службе царской он опять!
Войск сербских смелый предводитель,
Позволь Тебя скорей обнять.
Тебя любовь Царя, народа —
Своим любимцем назвала.
Забыта прошлая невзгода —
Герою честь, ему хвала!
Меч обнажив, семью оставил.
Не знал вернешься-ли иль нет —
Царя, народ, себя прославил
Бессмертной славой на весь свет.
Пари-ж на Юг, орел наш славный,
Наш незабвенный Генерал!
И наградит Тебя Державный
Наш Царь, как прежде награждал.
А мы, как прежде, подымаем
Заздравный кубок за Тебя:
Здоровья и побед желаем —
Черняев! — покажи Себя!

Гр. Ломоносов.

24 апр. 1877 Москва «Лувр».

 

 

Именитый Господин, Милостивый Государь!

Когда Сербия и Черногория начали в прошлом году войну против главного врага своей свободы и веры, все Славяне сочувствовали им и следили за их начинаниями с самым живым одушевлением и искренними пожеланиями. Хотя казалось, что силы означенных двух княжеств сами по себе не будут в состоянии повалить могучего врага и уничтожить его варварскую власть, все-таки мы, Чехи приветствовали героическую их решимость всеобщим ликованием и пожеланием всего лучшего. Мы видели в [113] начале этой войны начало освобождения южных Славян от тяжелого порабощения и желали братскому племени восходящую свободу, тем более, что весь дух нашего народа стремится к самой свободе.

Если же нас могло что нибудь, кроме дела Сербии и Черногории, особенно обрадовать, то это тот важный случай, что был приглашен и принял начальство во главе всех сербских войск вождь из русского народа и что ВАМ, Милостивый Государь, было доверено главное предводительство.

Отчасти было это нам доказательством, что Сербия ищет главной помощи там, где ее можно ожидать, у первого славянского народа, и с другой стороны, что на святой Руси все более увеличивается славянское самосознание, которым проникнуты все слои чешского народа.

И с увеличивающимся все более одушевлением мы следили за всеми ВАШИМИ начинаниями, за всеми сражениями, которыми ВЫ предводительствовали. Умение, с которым Вы во время самой войны собирали отдельные полки и утраивали целую армию; сила, с которою ВЫ преодолевали столь многочисленные препятствия, встречаемые на своем пути; устойчивость, с которою ВЫ пребороли все, что в самом начале угрожало подавить только что начатую войну; ВАША личная храбрость и опыт, с которым при многочисленных препятствиях ВЫ столь долго противостояли всем нападениям с молодою, в боях неопытною армадою, при огромном перевесе враждебных сил, и с успехом защищали вверенную ВАМ землю: это все мы видели, это уважали, это наполняло нас привязанностью, любовью и почтением к ВАМ и пробуждало явную признательность везде, где только делалось известно о ВАШИХ делах.

И хотя и не было возможности сербским отрядам устоять при наступлении многочисленных турецких войск, хотя боевое счастье склонилось на одно мгновение на другую сторону, обстоятельство это не уменьшило ВАШИХ заслуг и не сделалось [114] препятствием недалекого, Бог даст, освобождения всех балканских Славян. ВАША деятельность в этой войне останется на всегда записана со славою в истории славянских народов. Благословлять будут, прежде всего, ВАШУ решимость, с которою ВЫ без колебаний подвергли опасности и жизнь ВАШУ, и имя вождя, прославившегося победоносными сражениями в далекой Азии, и начали войну за родных братьев, за дело славянской взаимности. Благословлять будут ВАС за то, что началом этой войны и ВАШИМ примером ВЫ вызвали во всем русском народе святой порыв в пользу притесненных братьев и всего Славянства.

Уже за одно то, что ВАМИ вызван был Русский народ на всемирную арену, следует ВАМ благодарность и признательность всех славянских народов.

По этой причине, признательные за то, что ВЫ, Милостивый Государь, совершили в войне Сербии с Турциею, мы, Чехи, мы, Чехославяне, подносим ВАМ почетную саблю.

Да будет она ВАМ на все времена радостным воспоминанием 1876 года и всех его событий.

Да будет она свидетельством и доказательством, что мы следили за этою войною так, как если бы мы сами принимали в ней участие.

Да будет она ВАМ доказательством того, что то, во имя чего ВЫ выступили и за что ВЫ решились жертвовать жизнью, имеет своим сторонником весь чешский народ в Чехии, в Моравии, в Силезии и между Словаками, и что мы этою мыслью живем тем болеe, чем затруднительнее нам приходится сражаться за сохранение нашей чешско-славянской народности.

Дело начатое под ВАШИМ предводительcтвом на Дунае и на всем Балканском полуострове, не останется неоконченным, это дело полагает совершить святая Русь. Пусть оно удастся ей, пусть начинающаяся война окончится так, как мы все этого желаем, и та почетная сабля, [115] которую мы ВАМ, Милостивый Государь, подносим, да сопровождает ВАС до счастливого совершения этого великого дела. Пусть на дунайских и балканских полях сражения увеличится русская слава на пользу и новую жизнь всего Славянства, и эта почетная сабля да поможет добыть Христианскому Славянству драгоценнейшие блага человечества.

Обнажите меч и носите его со славою для славянского дела, на пользу христианства и человечности и будьте уверены, что постоянно ВАС будут сопровождать лучшие пожелания чешско-славянского народа, в памяти которого всегда сохранится имя первого борца за освобождение южного славянского племени.

Да благословит ВАС Бог и да благословит всю святую Русь в ее святом и честном деле!

Да сопровождает Бог русские войска в сражениях на пользу всего Славянства! Да даст им Бог славные победы, победы, которыми был бы воздвигнут новый храм свободы некоторым славянским племенам.

От племени Чехов И. Скрейшовский.

Прага, 1 мая.


Комментарии

26. Хоругвь эта находится ныне в приходской церкви села Тубышек, Могилевской губ. при родовом имении М. Г. Черняева.

27. Contemnunt novitatem meam ego ignaviam illorum. Они презирают меня за то, что я новый человек, а я их за то, что они старые лентяи (Тацит).

28. Извините если не разберете скоро мое писание ревматизмы правой руки мешали лучше писать.

Текст воспроизведен по изданию: Михаил Григорьевич Черняев. Биографический очерк А. Михайлова. СПб. 1906

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.