Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад
разваренное сорочинское пшено; его подают на весьма большом деревянном блюде; гости садятся попеременно за стол до тех пор, пока опорожнится блюдо, или пока все наедятся до сыта. В хороших домах у городских жителей ставят на стол много маленьких блюд одно на другое в виде пирамиды. Когда господа встали, то слуги садятся за тот же стол и едят, что осталось. [101]

В Мердине, где я обедал с шестьнадцатью офицерами воеводы, подают кушанье совсем иначе: один слуга стоял среди гостей и беспрестанно то снимал, то ставил блюда, приносимые другими слугами. Едва показывалось блюдо на столе, как вдруг шестьнадцать рук падали на него, и оно исчезало с удивительною скоростию, особливо если ето было пирожное, до которого Восточные жители страстные охотники. На Восток едят очень поспешно; за обедом в Мердине мы опорожнили более четырнадцати блюд менее нежели в двадцать минут. Все музульмане вообще и Арабы в особенности не забывают никогда прочесть маленькую молитву перед столом и после обеда. Прежде нежели садятся есть, они говорят: во имя всемогущего и милосердого Бога. Когда один из гостей не хочет больше есть, то встает, не дожидаясь других, и говорит: хвала Богу. Они мало употребляют питья во время обеда; но встав из за стола и умывшись, пьют воду и потом кофе.

Восточные Арабы любят кофе; вся разность в приготовлении оного состоит только в том, что они толкут жженый кофе в деревянной, или каменной [102] ступке, а не мелют его. Мы привезли с собою мельницу в Аравию; но скоро увидели, что толченый кофе гораздо вкуснее молотого, и потому оставили свою мельницу без употребления. Восточные жители пьют его всегда без молока и без сахару.

Довольно странно, что в Иемене, истинном отечестве кофейного дерева, редко пьют кофе, потому что думают, будто он горячит кровь; любимый напиток Арабов сей провинции приготовляется из скорлупы кофейных зерен, легко сожженных и истолченных: он имеет вкус чая, и почитается прохладительным.

Хотя все хмельные напитки запрещены музульманам, но многие Арабы имеют к ним страстную охоту и пьют их скрытно по вечерам у себя дома. Наш лекарь видел у одного богатого купца в Логее все нужные снаряды для перегонки вина. На границах Аравии, где живут христиане, можно получать вино и водку; но в самой Аравии не льзя достать их ни у кого, кроме жидов Санских, которые делают сих напитков большое количество и хорошей доброты, и снабжают ими своих соотечественников. Но за недостатком бочек [103] они перевозят вино и водку в медных сосудах, что делает их опасными для здоровья. Англичане иногда также привозят арак из Индии для продажи в Моке.

Арабы суть вообще народ трезвый и умеренный; от етого вероятно они бывают сухощавы. Обыкновенная их пища: сорочинское пшено, зелень, молоко, масло, простокваша; они редко едят говядину, потому что пища животных почитается в жаркой земле очень нездоровою. Простой народ питается дурным хлебом из дурры (род крупного проса), замешенной на верблюжьем молоке, на постном масле, на коровьем масле и на жиру. Сей народ так привык к нему, что любит его больше пшеничного хлеба, который им кажется слишком легким.

В народном одеянии Арабов находится большое различие. Нет ничего беспокойнее и многоценнее головного убора Ара5ов высшего состояния. Они надевают на голову до пятнадцати колпаков один на другой, из которых несколько, правда, полотняные, но прочие из толстой стеганой хлопчатой бумаги; верхний колпак бывает часто богато убран золотом и содержит какое нибудь вышитое изречение из Алкорана. Они [104] обвертывают сие множество колпаков большим куском кисеи, украшенной с обоих концев шелковою или золотою бахрамою. Так как очень тягостно в жарких землях иметь всегда голову столь обремененную, то Арабы снимают дома, или у своих друзей, сию бесполезную тяжесть, оставляя на голове один или два колпака, а выходя, опять надевают. Они не смеют показаться без чалмы пред теми, которым обязаны почтением: желающие прослыть учеными надевают на себя чалму огромной величины.

Люди среднего состояния носят, вместо башмаков, сандалии, состоящие из подошвы, а иногда из деревянной дощечки, которые привязывают к ноге ремнем.

В Иемене женщины большое покрывало, которое опускают на лице, так что едва можно видеть глаза; в Сане и Моке закрывают лице флером, часто вышитым золотом; они носят множество перстней на пальцах, на руках, в носу и ушах. Травою елген наводят они красный цвет на ногти, а темножелтый на руки и на ноги; сурмят брови черной краскою. Мужчины иногда подражают им в етом; но умные люди смеются сему изнеженному украшению. [105]

Иеменские женщины имеют обыкновение накалывать себе черные пятнышки на теле для увеличения своей красоты; они имеют темножелтый цвет лица; но в горах есть белые и прекрасные лица даже между крестьянками. В городах женщины, почитающие себя прекрасными, выбирают случай откинуть покрывало, чтобы показать себя, когда за ними не примечают.

Все без исключения Арабы оставляют бороду расти свободно; но усы имеют весьма малые. В горах Иеменских, где редко видят иностранцев, стыдно показаться без бороды. У нашего слуги были только усы, и сии добрые горные жители вообразили себе, что мы выбрили ему бороду в наказание за накую нибудь вину.

Все Арабы имеют черную бороду. Когда она начинаешь седеть, то некоторые старики наводят на нее красный цвет; ето обыкновение вообще не одобряется. Жиды, поселившиеся в Аравии, берегут бороду с молодости; они отличаются тем от музульманов, что не бреют около висков и ушей, не смеют носить чалму и принуждены довольствоваться маленькой шапочкой; им не [106] позволено также носить другого цвета, кроме синего.

Арабы отличаются гостеприимством; сию добродетель получили они в наследство от своих предков, и исполняют в первобытной простоте. Они, кажется, отличаются от других Восточных народов тем, что оказывают гостеприимство, не смотря ни на звание, ни на религию.

Когда Арабы сидят за столом, то приглашают всех приходящих есть с собою, не смотря на то, знатные ли они, или простые, Могаммедане, или христиане. Я сам часто с удовольствием видел в караванах, что простой погонщик лошаков просил проходящих разделить с ним обед его и с довольным видом давал малую часть хлеба и фиников тем, которые хотели их принять; напротив того удивлялся поведению Турков, даже богатых, которые во время обеда удалялись в угол, чтоб не быть обязанными пригласить тех, которые могли бы застать их за столом.

Когда шеик Бедуинов ест хлеб с иностранцами, то они могут положиться на его верность и [107] покровительство. И потому путешественник делает очень хорошо, если заранее приобретает себе обедом дружбу своего проводника.

Когда Арабы здороваются, то первый, положив правую руку на сердце, говорит: салам алейкум, мир с тобою! а другой отвечает ему: Алейкум ессалам, и с тобою мир! Старые люди прибавляют обыкновенно: милосердие и благословление Божие. Могаммедане в Египте и Сирии не приветствуют никогда христиан сими словами; они говорят только: себах ельхаир, здравствуй, или саге саламат, друг, все ли ты здоров!

Долго воображал я сам себе, что сия разность приветствовать христиан происходит от ложной ревности; но со временем увидел, что причиною оной есть совершенное отвращение Восточных христиан от сего музульманского приветствия: они не могли терпеть, чтоб я употреблял сии слова, и не отвечали Туркам, которые почитали их своими соотечественниками, что случалось часто, потому что христиане смеют носить в путешествии белую чалму, чтоб показаться разбойникам Турками. [108]

Когда степные Арабы встречаются, то подают руку один другому более десяти раз; каждый целует свою собственную руку, и повторяет беспрестанно вопрос: каково ты поживаешь?

В Иемене люди, хвастающиеся умением жить, подходят друг к другу со множеством комплиментов; каждый показывает вид, будто хочет поцеловать руку другого, и каждый отнимает ее, чтобы отклонить от себя етот знак чести; наконец для окончания спора старший или отличнейший, позволяет другому поцеловать у себя пальцы. Значительные люди целуются с равными себе; все обходятся с такою учтивостию, которая удивляет иностранцев.

В посещениях своих наблюдают они почти одинакие обычаи с другими Восточными народами; при обыкновенном визите всегда подают трубку с киршером и каудом; при посещении церемониальном прибавляют розовую воду и благовонное куренье. Когда время уходить, то является слуга со скляночной розовой воды и прыскает гостей; другой окуривает благовонием бороду и широкие рукава платья. Увидев в первый раз ету церемонию в Рашиде, мы не мало были [109] удивлены, когда слуга стал перед нами и брызнул нам в лице водою.

В жарких странах опрятность нужна необходимо для сбережения здоровья. Народ, который не рассуждает, мог бы забыть, или пренебречь осторожность от всякой нечистоты телесной, столь вредной для здоровья. Многие основатели, кажется, для сей причины сделали очищение и умовение законною обязанностию.

Арабы, по законам страны и религии своей, обязаны наблюдать большую чистоту; и они исполняют сие предписание с большою точностию: не только моются, купаются и обрезывают ногти очень часто, но выстригают еще все волосы и выщипывают их, дабы никакая нечистота не могла остаться на теле. Они оказывают презрение к тем, которые отправляют нечистую должность. Как то: банным служителям, цирульникам, мясникам, кожевникам и прч. и прч. Сие презрение падает однако на ремесло, и ремесленник не исключается из общества.

Много писали о обычае обрезывать детей. Обрезание наблюдается ныне в жарких странах, как древний обычай, а [110] не так как часть богослужения. Могаммедане не почитают обрезания долгом религии, но похвальным обычаем своих предков, который они стараются сохранить.

Арабы, по причине своего невежества, наполнены суеверными предрассудками. Почти все привязывают амулеты к локтю; носят только обыкновенные кольца, которыми унизывают пальцы. Говорят, что их религия обязывает их снимать золотые, или осыпанные драгоценными камнями перстни, когда они читают свои молитвы, которые без сей предосторожности былиб недостаточны; они, кажется, думают, что Бог не услышит их молитв, если они не предстанут пред Ним со всею скромностию и без всякой пышной наружности.

Из Abrege de Voyages с Франц. В. Рагозин.

Текст воспроизведен по изданию: О супружестве Арабов и о домашней их жизни // Вестник Европы, Часть 83. № 18. 1815

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.