Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

III

ДОБАВЛЕНИЯ, УКАЗАТЕЛИ и ИСПРАВЛЕНИЯ

I. Абу-Юсуф.

(ум. 798 г.).

Судья Абу-Юсуф Я'куб-ибн-Ибрахимал-Ансарий родился в 113 г. хиджры (731 п. Р. X.). Он был последователем Абу-Ханифы, основателя одной из четырех правоверных юридических школ, и сам прославился, как выдающийся законовед. В 166 г. хиджры (782 — 3 п. Р. X.) халиф ал-Мехдий назначил его судьей в Багдаде. Это место он занимал и при следующих халифах, ал-Хади и Харуне-ар-Рашиде, причем Абу-Юсуф первый получил титул верховного судьи. Он пользовался любовью этих халифов отчасти потому, что умел, благодаря своим познаниям и изворотливости, оправдать на основании законов различные неправильные их поступки. Абу-Юсуф написал несколько сочинений юридического содержания, между прочим: ал-Мебсут фи фуруг-ал-ханафия — “трактат практического законоведения по ханефитскому толку” и Амали — “диктовки” по юридическим вопросам, состоявшие более чем из 300 тетрадей. К числу его сочинений относится Китаб-ал-харадж — “книга хараджа” составленная по желанию халифа Харуна-ар-Рашида и для его руководства. Это сочинение, единственное из его сочинений сохранившееся до нашего времени, издано в Булаке в 1302 г. хиджры (1884 — 5 п. Р. X.); из него и переведены нижеследующие отрывки.

Об Абу-Юсуфе см. Фихрист, 203; Ибн-Халликан, изд. Вюстенфельда, № 834; Ибн-ал-Асир, VI, 49; Хаджи-Хальфа I, 220, 430; II, 635; V, 80, 364. На русском языке: Хидая, перев. с англ. под редакц. Гродекова, Ташкент, 1893, т. I, 26 — 7. [1308]

Глава о подлежащих поголовной подати.

/Стр. 69/ Абу-Юсуф говорит: поголовной подати подлежат все зиммии, — евреи, христиане, огнепоклонники, сабейцы и самаритяне — находящиеся в ас-Севаде (Древняя Вавилония), и другие, живущие в Хире и остальных городах, за исключением только христиан таглибитов и жителей Неджрана. Поголовной подати подлежат только мужчины, — но не женщины и не дети, — и в размере 48 дирхемов с состоятельного, 24 с людей среднего состояния, а с нуждающегося земледельца, работающего собственными руками, 12 дирхемов. Это взимается с них ежегодно. Если они вместо денег принесут что-либо другое, то это принимается от них, как-то: верховые животные, утварь и другие вещи; это принимается от них сообразно цене. Но не принимают от них в уплату поголовной подати ни мертвечины, ни свиньи, ни вина, так как 'Омар-ибн-ал-Хаттаб запретил принимать от них это в уплату поголовной подати и сказал: возвращайте эти вещи их владельцам. пусть они продадут их, и тогда берите от них цену их. Так будет снисходительнее для подлежащих поголовной подати. 'Алий-ибн-абу-Талиб, /Стр. 70/ как дошло до нас, брал от них в уплату поголовной подати иголки и дратвы и засчитывал им это в счет хараджа за их головы (Т. е. в счет поголовной подати, обыкновенно называемой джизьей).

Поголовная подать не взимается ни с бедняка, которому подают милостыню, ни с слепого, у которого нет ни силы добывать себе пропитание, ни [1309] работы; ни с зиммия, которому подают милостыню; ни с паралитика. - Но если у паралитика или немощного есть достаток, то с них взимается. Такое же правило применяется к слепому и к монахам, живущим в монастырях; если у них есть достаток, с них взимается; а если они не что иное, как бедняки, которым достаточные люди их веры дают подаяние, то с них не взимается. Так же поступают и с отшельниками (ахлу-с-савами' = люди келий). Если у них есть богатство и достаток, и если они передали то, что у них было, другому для расходования на монастыри, живущих там монахов и заведующих, то с них взимается поголовная подать: она берется с настоятеля монастыря. А если настоятель монастыря, в руках которого это находится, скажет, что это неправда и поклянется именем Бога и такой клятвой, какой клянутся подобные ему из его единоверцев, что у него ничего такого в руках нет, то его оставляют в покое и ничего не взимают с них.

И не взимается с мусульманина платы за голову его, за исключением случая, когда он принял ислам после окончания данного года, (Не уплатив за истекший год) потому что если он принял ислам после окончания его, то он уже был должен поголовную подать (За истекший год) и она уже стала достоянием всех мусульман, вследствие чего и взимается с него. А если он принял ислам за один или два дня, или за месяц или за два месяца, или за больший или меньший промежуток времени до окончания года, то с него ничего не взимается в счет поголовной подати, если только он принял ислам до истечения [1310] данного года. (Предшествующие строчки Абу-Юсуфа переведены Карабачеком (в Mittheilungen aus der Sammlung der Papyrus Erzherzog Rainer, zweiter und dritt. Baud. Wien, 1887, стр. 172 — 73) следующим образом: Darnach war es erlaubt, von einem Muslim die Kopftaxe zu erheben, wenn die Bekehrung desselben nach Beginn des Steuerjahres geschehen ist. Hatte dieselbe aber ein oder zwei Tage, ein oder zwei Monate, oder etwas dariiber oder darunter vor Ausgang des Steuerjahres stattgefunden, so durfte von ihm keine Kopftaxe gefordert werden. Карабачек противополагает (aber) здесь два случая, между которыми существенной разницы нет; в обоих случаях обращение в мусульманство предполагается в течение податного года, до окончания его. Если в тексте Карабачека нет ни опечатки, ни случайного опущения какого-либо слова, то его перевод арабского выражения “ба'да хуруджи-с-сенатп” [после окончания данного года] словами: nach Beginn des Steuerjahres” неверен. К переводу у Карабачека приложен арабский текст Абу-Юсуфа, тот самый, с которого сделан русский перевод) Если же с него следует поголовная подать, и он умрет прежде, чем она будет взыскана с него, или после того, как взыскана часть ее, и осталось за ним остальное, то это не взимается ни с его наследников, ни с его наследства, ибо это не есть лежащий на покойном долг. Точно так же если кто-либо принял ислам, и за ним числится неуплаченной часть платы за голову его, это с него не взимается.

И не взимается поголовная подать с дряхлого старца, который не в состоянии работать, и у которого ничего нет; точно также не взимается ничего со слабоумного. Ни с верблюдов, ни с рогатого крупного скота, ни с мелкого. принадлежащего зиммиям, зекят не взимается. В этом отношении мужчины и женщины равны.

Абу-Юсуф говорит со слов Суфьяна, слышавшего от 'Абдуллы-ибн-Тауса, передававшего со слов своего отца, слышавшего от 'Абдуллы-ибн-'Аббаса, [1311] который сказал: нет у зиммиев никакого имущества, кроме оставленного им из милости (Или же (согласно значению 'а ф в): кроме того имущества, которое было милостиво оставлено им как оказавшееся излишним для мусульман после удовлетворения их потребностей).

Абу-Юсуф говорит: не взимается зекята ни с какого имущества, принадлежащего (зиммиям) мужчинам и женщинам, за исключением того, что они разносят при торговле своей, и тогда с них следует половина десятины; она не взимается с капитала, пока он не дойдет до 200 дирхемов или 20 мискалей золота, или же пока не окажется предметов для торговли на эту сумму.

Ни одному зиммию нельзя наносить удары, добиваясь от него уплаты поголовной подати, ни выставлять их на солнце или иным образом, ни подвергать их тела каким-либо пыткам; но с ними надо поступать милости-

во, заключая их в тюрьму, пока они не уплатят того, что должны, и они не выйдут из тюрьмы, пока поголовная подать не будет получена с них сполна. Правителю не дозволено оставить ни одного христианина, еврея, огнепоклонника, сабейца и самаритянина, не взыскав с него поголовной подати, и да не окажет он снисхождения ни одному из них, простив ему часть следуемого. И не дозволено одного оставить, а с другого взыскать; это нельзя сделать, потому что их жизнь и их имущество охраняются (лишь) при условии уплаты поголовной подати, так что поголовная подать находится на положении хараджных денег (Т. е. подобно тому, как харадж платится за те земли, которые мусульмане из снисхождения оставили зиммиям, так и поголовная подать есть выкуп за оставленные из милости жизнь и имущество). Что касается больших городов, как то [1312] Мединет-ас-Селама (Багдада), Куфы, Басры и подобных им, то по моему мнению государю следует для каждого большого города выбрать человека праведного, добродетельного, надежного, на богобоязненность и честность которого он полагается, и дать ему помощников, которые соберут к нему последователей различных вер, евреев, христиан, огнепоклонников, сабейцев и самаритян, и он будет взимать с них по разрядам, как было сказано, 48 дирхемов с состоятельного, такого, как меняла, торговец бумажными и льняными тканями, владелец имения, купец, практикующий лекарь. И с каждого, у кого есть ремесло или торговля, дающая ему пропитание, с занимающегося каждым ремеслом и каждой торговлей он взыщет, сообразно с ремеслом или торговлей их, 48 дирхемов с состоятельного, 24 дирхема с человека среднего достатка. Если кому ремесло его дает возможность уплатить 48 дирхемов, он возьмет с него эту сумму, а если кто в состоянии уплатить 24 дирхема, он возьмет их с него. И (взимается) 12 /Стр. 71/ дирхемов с тех, кто работает собственноручно, как то портной, красильщик, сапожник, башмачник и подобные им.

Когда поголовная подать будет собрана у заведующих ею, они доставят ее в государственную казну.

Что касается ас-Севада, то прикажи твоим чиновникам для сбора хараджа, чтобы они послали от себя людей, в богобоязненности и честности которых они уверены; пусть они придут в селение и прикажут начальнику его собрать имеющихся в нем евреев, христиан, огнепоклонников, сабейцев и самаритян, и когда они соберут их, то посланные взыщут [1313] с них сообразно описанным тебе разрядам. И при-кажи им сообразоваться с тем, что я установил и определил, чтобы они не переходили за указанные пределы и чтобы они ничего не требовали с того, относительно которого не видно, чтобы с него следовала поголовная подать, и чтобы они не совершали несправедливости и не притесняли. Если начальник деревни скажет им: “я войду с вами в соглашение о подлежащих подати и уплачу вам это”, пусть они не соглашаются на его предложение, ибо (в таких случаях) чаще всего последствием такого (соглашения) оказывается потеря для поголовной подати. Быть может, начальник деревни помирился со сборщиками на 500 дирхемов, а в селении столько зиммиев, что если собрать с них поголовную подать, она дойдет до 1,000 дирхемов или большей суммы. Так поступать не дозволено и не подобает. На ряду с убытком, который терпит при этом подать, быть может начальник селения взыщет налог с находящихся в его округе зиммиев так, что на одного из них придется менee 12 дирхемов, а между тем эту цифру уменьшать нельзя. Или, быть может, среди них окажутся такие состоятельные, которые должны платить 48 дирхемов.

Собранное заведующие хараджем передают вместе с хараджем в государственную казну, ибо это есть достояние (всех) мусульман...

Абу-Юсуф говорит: о повелитель верующих, — да подкрепит тебя Бог! — тебе следует приказать мягко обращаться с зиммиями (т. е. покровительствуемыми) Мухаммеда, твоего пророка и сына твоего дяди (Последнее выражение не следует понимать буквально; Мухаммед был сын 'Абдуллы, а 'Абдулла — брат 'Аббаса, родоначальника 'аббасидов. Ар-Рашид был потомком 'Аббаса в шестом поколении) [1314] и (приказать) обращать внимание, чтобы с ними не поступали несправедливо, чтобы их не обижали, не обременяли их не по силам их, ничего не отбирали от их имущества, сверх того, что следует с них по праву. Ведь о после Божием передают, что он сказал: кто поступает несправедливо с заключившим договор или обременяет его сверх сил, против того я буду возражать (В день страшного суда Мухаммед за одних будет ходатайствовать перед Богом, а против других возражать). — 'Омар-ибн-ал-Хаттаб, при кончине своей, сказал между прочим: я завещаю халифу, моему преемнику, зиммиев (т. е. покровительствуемых) посла Божьего; пусть он соблюдает заключенный с ними договор, сражается за них и не обременяет их сверх сил. — Хишам-ибн-'Урва рассказал нам со слов своего отца, слышавшего от Са'ида-ибн-3ейда, что он проходил около людей, выставленных на солнце в одной из местностей сирийских, и спросил: что они сделали? Ему сказали: они выставлены на солнце из-за поголовной подати. Он неодобрительно отнесся к этому, явился к их начальнику и сказал: я слышал, как посол Божий сказал: кто мучит людей, того будет мучить Бог. — Один из наших учителей рассказал нам со слов '"Урвы, слышавшего от Хишама-ибн-Хаким-ибн-Хизама. что тот, застав 'Ияда-ибн-Ганма в то время, когда тот выставил на солнце зиммиев из-за поголовной подати, сказал: 'Ияд, что это такое? ведь посол Божий сказал: те, кто мучат людей в этом мире, подвергнутся мучениям на том свете. — Хишам-ибн-'Урва рассказал нам со слов своего отца, что 'Омар-ибн-ал-Хаттаб, возвращаясь из своего [1315] путешествия в Сирию, встретил по Сирийской дороге вы-ставленных на солнце людей, головы которых поливали оливковым маслом. Он спросил: в чем их вина? — Ему ответили: с них следует поголовная подать, они не уплатили ее, и их пытают, пока они не уплатят ее. — 'Омар спросил: а что они говорят и чем оправдываются в неуплате подати? — Ему ответили: они говорят, что не имеют средств. — Так отпустите их, сказал Омар, и не требуйте с них того, что они не в силах сделать, ибо я слышал, как посол Божий сказал: не мучьте людей, ибо тех, кто мучит людей в этом мире, Бог накажет /Стр. 72/ в день воскресения мертвых. — Затем он приказал освободить их... (За этим рассказом в тексте еще три в том же духе, опущенные в переводе).

Рассказал мне 'Умейр-ибн-Нафи' со слов Абу-Бекра, что 'Омар-ибн-ал-Хаттаб, проходя мимо дверей одного дома, у которых стоял, прося подаяния, нищий, дряхлый старик с испорченным зрением, ударил его сзади по плечу и сказал: ты из каких людей получивших Откровение? Тот ответил: еврей. 'Омар спросил: что тебя довело до такого состояния, в каком я тебя вижу? Тот ответил: требование поголовной подати, нужда и года. Тогда 'Омар взял его за руку, привел его в свой дом, наделил его кое-чем из своего дома, затем послал за хранителем казны и сказал: посмотри на этого и на подобных ему! Клянусь Богом, мы не оказали ему справедливости. съев его молодость и оставляя его беспомощным в дряхлости. Садакат назначен для нуждающихся и для бедных. Нуждающиеся — это мусульмане, а этот [1316] принадлежит к числу бедных из людей, получивших откровение. И 'Омар сложил с него и с подобных ему поголовную подать. Абу-Бекр говорит, что был свидетелем этого поступка 'Омара и видел этого старика...

Глава об одеянии зиммиев и внешнем виде их.

Абу-Юсуф говорит: при этом следует налагать печати на шеи зиммиев во время сбора с них поголовной подати, пока не будет окончен смотр их; затем эти печати ломают, как то делал 'Осман-ибн-Хунейф (См. Ан-Нававий, 407), если они попросят сломать их. И следует приказать, чтобы не допускали ни одного из них походить на мусульман по одежде, по верховому животному и по внешности; обязать их, чтобы они носили на поясницах пояс, подобный грубому шнурку, которым каждый из них будет подпоясываться; чтобы их калансувы были пикейные (Мударраба. См. Dozy, Supplem. aux dict. Arabes); чтобы они приделали к седлам своим, к луке и спинке, подобие гранаты из дерева; чтобы они клали ремни сандалий своих двойными и не выкраивали, как выкраивают мусульмане; чтобы запретили их женщинам ездить на кожаных седлах (в тексте ***, мн. ***, в словарях Лэна и Дози); чтобы запретили им строить новые храмы или церкви их в городе, кроме тех, которые они выговорили по договору, став зиммиями, так что храм или церковь принадлежат им. Что находится в таких условиях, оставляется им и не разрушается. То же правило применяется к храмам огнепоклонников. Зиммиям дозволят жить в городах и рынках мусульманских, продавать и покупать, /Стр. 73/ причем они не будут продавать ни вина, ни [1317] свиней и не будут в городах выставлять на показ своих крестов. Их калансувы пусть будут высокими пикейными. Прикажи твоим правителям. чтобы они обязали зиммиев соблюдать такую внешность. Так приказывал 'Омар-ибн-ал-Хаттаб своим правителям обязывать зиммиев соблюдать такую внешность, прибавляя: дабы их по внешности можно было отличить от мусульман.

Абу-Юсуф говорит: рассказал мне 'Абд-ар-Рахман-ибн-Сабит-ибн-Субан со слов своего отца, что 'Омар-ибн-'Абд-ал-'Азиз написал одному из своих правителей: ни под каким видом не оставляй креста заметного (с улицы) не сломав и не истребив его; пусть ни еврей, ни христианин не ездит на седлах лошадиных, но пусть ездит на седлах ослиных; пусть женщины их не ездят на кожаных седлах, но пусть садятся они на ослиные седла. Отдай строжайший приказ об этом и издай от своего имени запрещение, чтобы христианин не носил ни кабы (См. выше, стр. 62, Примеч.), ни атласного платья, ни чалмы. Мне рассказывали, что многие из тех христиан, что при тебе, стали снова носить тюрбаны, перестали подпоясываться кушаками, отличаются роскошью и изобилием и забыли о скромности. Клянусь моей жизнью, если это делают около тебя, то не иначе, как вследствие твоей слабости, вялости и поблажки; возобновляя прежнее, они знают, что ты за человек. Так вникни во все то. что я запрещаю, и отучи тех, кто это делает. Мир с тобой! — Абу-Юсуф говорит: рассказал мне 'Убейдулла со слов Нафи', слышавшего от Аслама, клиента 'Омара, передававшего об 'Омаре, что он предписал своим [1318] правителям налагать печати на шеи зиммиев. — Камиль-ибн-ал-'Ала рассказал мне со слов Хабиба-ибн-абу-Сабита, что 'Омар-ибн-ал-Хаттаб послал 'Ослана-ибн-Хунейфа для измерения земли ас-Севада, и он обложил каждый джериб возделанной или невозделанной земли одним дирхемом и одним кафизом и наложил печати на неверных ас-Севада, причем было снабжено печатью 500 тысяч неверных по разрядам в 48, 24 и 12 (дирхемов подати). Покончив смотр, он сдал их дихканам (Персидские помещики, начальники деревень), и эти печати были сломаны. — Рассказал нам 'Убейдулла со слов Нафи' слышавшего от Аслама, клиента 'Омара, что 'Омар-ибн-ал-Хаттаб предписал относительно неверующих; убивайте того, по которому прошлась бритва (Относится к взятым в плен), и не взимайте (поголовной подати) ни с женщины, ни с ребенка и не взимайте поголовной подати иначе, как в размере четырех динаров или 40 дирхемов. И он обложил каждого из них муддом пшеницы и приказал налагать на их шеи печати. — Рассказал мне ал-А'маш со слов 'Умары-ибн-Умейра или Му-слима-ибн-Субейха-абу-д-Духа, слышавшего от Месрука, передававшего слова Му'аза-ибн-Джебеля: когда пророк послал меня в Йемен, то приказал брать по динару с каждого совершеннолетнего.

Глава о церквях, храмах и крестах.

/Стр. 80/ Что касается твоего вопроса, повелитель верующих, о положении зиммиев, о том, как были оставлены им храмы и церкви в городах и столицах, а не разрушены, когда мусульмане завоевали их, и как [1319] позволили им выносить кресты во время праздников их, то дело в том, что между мусульманами и зиммиями был заключен мирный договор с условием уплаты поголовной подати, и города были сданы с условием, чтобы ни храмы, ни церкви их не разрушались ни в пределах города, ни вне его, чтобы им была дарована жизнь, чтобы (мусульмане) сражались за них и защищали их против тех врагов, которые будут обижать их, * и чтобы они могли выносить кресты во время праздников их (Фраза от звездочки, по замечанию издателя арабского текста, находится не во всех рукописях). На этих условиях зиммии уплатили поголовную подать мусульманам: на этих условиях был заключен мирный договор, и была написана договорная грамота при условии, чтобы они не строили нового храма или церкви. На этих условиях была занята вся Сирия и ал-Хира, за исключением небольшой ее части. Поэтому храмы и церкви были оставлены и не разрушены. Абу-Юсуф говорит: рассказал мне один ученый со слов Мекхуля Сирийца, что Абу-'Убейда-ибн-ал-Джаррах, вступив в Cирию, заключил с зиммиями мирный договор с условием: что их церкви и храмы будут оставлены, но они не будут строить ни новых храмов, ни новых церквей; что они будут указывать путь заблудившемуся (мусульманину) и строить через реки мосты на свои средства; что они будут содержать проходящих мимо них мусульман в течение трех дней, не будут ни бранить мусульманина, ни бить его, что они не будут поднимать своего креста в присутствии сборища последователей ислама: что они не будут выпускать свиней из домов своих в места, гдe есть мусульмане; что они будут зажигать [1320] сигнальные огни для воинов идущих по пути Божьему и не будут указывать (врагу) на слабые места мусульман; и не будут бить в свои била ни до азана мусульман, ни во время азана (Здесь разумеется призыв к первой утренней канонической мо-литве мусульман. Условие имеет целью доставить мусульманам возможность обращаться утром к Богу в общественной молитве раньше людей других вероисповеданий); что они не будут выносить хоругвей в дни своих праздников; не будут носить оружия в день своего праздника и не будут выделывать его в домах своих. Если они сделают что-либо из этого, то будут наказаны, и с них будет взыскано. И мир был заключен на этих условиях. Тогда они сказали Абу-'Убейде: назначь нам один день в году, когда мы будем выносить наши кресты без хоругвей, день нашего самого большого праздника. Он сделал это и исполнил их просьбу. Мусульмане не нашли возможным не исполнять выговоренное, и на этих условиях города были сданы. Когда же зиммии увидели, как честно соблюдают мусульмане данные им обещания, и как они хорошо обращаются с ними, то они стали жестокими противниками врага мусульман и помощниками мусульман против врагов их. Жители каждого города, заключившего мирный договор с мусульманами, послали /Стр. 81/ от себя людей раздобыть известия о румах, о их царе и о том. что они хотят предпринять. И пришли к жителям каждого города посланные ими и сообщили им, что румы собрали такую армию, какой еще не видывали. Тогда старшины каждого города пришли к тому эмиру, которого Абу-'Убейда назначил своим наместником над ними, и известили его. а наместник каждого города, поставленный Абу-'Убейдой, [1321] написал Абу-'Убейде, извещая его об этом, и известия стали приходить к Абу-'Убейде одно за другим. Абу-'Убейда и мусульмане сочли свое положение опасным. Тогда Абу-'Убейда написал каждому наместнику из назначенных им в тех городах, с населением которых он заключил мирный договор, приказывая им возвратить зиммиям собранные с них поголовную подать и харадж и предписал сказать им: “мы возвращаем вам ваши деньги потому, что до нас дошло сведение о собранных против нас войсках; вы же выговорили у нас, чтобы мы защищали вас, а так как мы не в состоянии сделать это, то возвращаем вам то, что взяли с вас. Мы будем придерживаться заключенных с вами и написанных между нами и вами условий, если Бог дарует нам победу над врагом”. Когда же мусульмане сказали им это и возвратили им те деньги, которые были собраны с них, то зиммии сказали: да вернет вас Бог к нам и да дарует вам победу над ними! Если бы (на вашем месте) были румы. они не возвратили бы нам ровно ничего и взяли бы то, что осталось у нас, не оставив нам ничего.

Абу-'Убейда имел обыкновение соглашаться на заключение мира с ними именно на этих условиях и даровать им то, чего они просили, желая этим привязать их к себе, и с той целью, чтобы о них прослышали жители тех других городов, население которых еще не просило мира, и поспешили бы попросить заключение мирного договора.

Денег, пленных и пожитков, захваченных Абу-'Убейдой в селениях около городов, он не возвращал владельцам, а распределял, за исключением пятой [1322] части; осталъные четыре он делил между мусульманами.

И столкнулись мусульмане и многобожники и вступили в ожесточенный бой. С обеих сторон было множество убитых. Затем Бог помог мусульманам против многобожников, предал их (во власть мусульманам) и обратил их в бегство. Мусульмане произвели такое побоище, какого многобожники не видывали. Когда же жители тех городов, население которых не заключало мира с Абу-'Убейдой, увидели, какому избиению подверглись их товарищи многобожники, то послали к Абу-'Убейде, испрашивая мира, и он даровал им мир на тех же условиях, на каких даровал первым, с прибавкой выговоренного ими условия, по которому, если у них окажутся румы, пришедшие воевать против мусульман и очутившиеся у них, то эти румы получат пощаду и удалятся со своими пожитками, имуществом и семьями в страну румов, причем (мусульмане) не будут им в этом препятствовать. Абу-'Убейда согласился на это, они уплатили ему поголовную подать и открыли ему ворота городов. Абу-'Убейда пошел назад, и каждый раз, как он проходил мимо города, жители которого еще не заключили с ним мира, начальники города посылали просить мира, он соглашался на это, делая им те же уступки, как и первым, и писал взаимно их обязывающую грамоту о мирном договоре. И каждый раз, как он проходил мимо одного из тех городов, население которых уже раньше заключило с ним мир, и правители которых от его имени возвратили зиммиям взятое с них, жители выносили ему навстречу те возвращенные им деньги, на условии уплаты которых в виде поголовной подати [1323] и хараджа был заключен мир, и устраивали для его встречи рынки и базары (Б и я 'а т собственно: вещь, которая продается. Для мусульман было весьма важно чтобы при прибытии их к городу там было собрано и выставлено на продажу достаточное количество съестных припасов и фуража). И он оставил их на условиях, выговоренных раньше, не изменяя их и не убавляя. И написал Абу-'Убейда 'Омару о бегстве многобожников, о том. что Бог доставил в добычу мусульманам, о мирном договоре, заключенном с зиммиями, о просьбе мусульман разделить между ними города, население их, землю и находящиеся на ней деревья и посевы, и о том, что он отказал им в этом, пока не напишет об этом 'Омару, и тот /Стр. 82/ не отпишет ему своего мнения. Тогда 'Омар написал ему: я рассмотрел ту дарованную тебе Богом добычу, которую ты описал, и тот договор, на основании которого ты заключил мир с населением городов и столиц, и посоветовался об этом с сподвижниками посла Божьего; каждый из них высказал об этом свое мнение. Мое мнение согласуется с книгой Божией (Кораном). Всевышний Бог сказал (Коран, LIX, 6-7. Речь обращена к мединцам и дело идет о дележе добычи, взятой с еврейского племени Бану-Надир, жившего близ Медины. Добыча, вместо того, чтобы быть розданной всем участникам похода, была присвоена Мухаммедом и роздана мухаджирам): “ради того, что Бог даровал в добычу от них (Т. е. от надиритов) своему послу, вы не пускали вскачь ни коня, ни верблюда (Селение надиритов было близ Медины, так что войска шли туда пешком); но Бог дает своим послам власть над чем хочет, и Он всемогущ. То, что Бог даровал своему послу в добычу от жителей этих селений” (Т. е. селений надиритов. В тексте Абу-Юсуфа опущена часть текста Корана до указанных вслед за этим слов. Опущенное место гласит: “принадлежит Богу и послу Его, родственникам его, сиротам, бедным и путникам, дабы оно не стало достоянием тех из вас, которые богаты; то, что вам дал Посол, берите, и воздерживайтесь от того, от чего он отстранил вас, и бойтесь Бога; подлинно, Бог страшно наказывает. (И эта добыча принадлежит) недостаточным беглецам (мухаджирам), которые были лишены своих жилищ и имуществ, добиваясь награды от Бога и благоволения Его и помогая Богу и послу Его; то “люди правдивые”. Кор. LIX, 7 — 8) до слов: [1324] “то люди правдивые”, а это первые мухаджиры. “Те, которые избрали себе это жилище (Речь идет о мединцах в Медине) и веру до них. любят того, кто выселился к ним, (Т. е. мухаджиров, бежавших из Мекки) и не чувствуют в своих сердцах нужды в том, что было дано (другим) и предпочитают их самим себе, даже будучи в нужде. Те, кто охраняет себя от собственной скупости, преуспевают” (Коран, LIX, 9) Это — ансары. “Те, которые пришли после них” (Т. е. приняли ислам после мединцев (Кор. LIX, 10)) — дети Адама, красные и черные (Под красными разумеются светлолицые расы, под черными — темнолицые. Согласно другому толкованию под красными разумеются не-арабы, под черными - арабы. Персы и греки назывались красными по причине их румянца). Бог сделал тех, которые (приняли ислам) после них, участниками в этой добыче до дня воскресения мертвых. Так утверди то, что дал тебе Бог в добычу, в руках тех, кто взял ее; наложи на зиммиев поголовную подать по мере их сил: ты разделишь ее между мусульманами, а зиммии будут возделывать землю, ибо они более знакомы с ней и лучше обрабатывают ее. Ни тебе, ни мусульманам, которые с тобой, нет возможности взять зиммиeв и раздать их, потому что ты заключил с ними мирный договор и взял с них поголовную подать по мере сил их, ибо Бог ясно объяснил нам и вам, сказав в Своей книге (Коран. IX, 29): “сражайтесь против тех из получивших откровение, которые не [1325] верят ни в Бога, ни в день страшного суда и не считают запрещенным то, что запретил Бог и посол Его, и не веруют верой истинной, пока они не уплатят поголовной подати собственноручно ('Ан иедин. Об этом выражении Дози (Suppl. aux dict. arabes II, 849) говорит, что оно объясняется комментаторами столь противоречиво, что они лучше бы сделали, признавшись, что не понимают его. Буквально: от руки. Я принял значение “собственноручно”, так как весьма вероятно, что в основе такого требования лежало, кроме желания унизить зиммиев, стремление избежать обмана со стороны посредников. Это стремление привело позже к накладыванию печатей. См. выше, совет Абу-Юсуфа избегать посредничества начальников селений) и унижаясь”. Следовательно, когда ты взял с них поголовную подать, тебе больше ничего не следует с них и у тебя нет власти (над ними). Подумал ли ты, если мы возьмем население это и раздадим его, что останется тем мусульманам, которые явятся после нас? Клянусь Богом, они не найдут человека, которого они могли бы заставить работать, (Я читаю: юкаллифунаху. В тексте: юкаллимунаху = с которым бы они поговорили) и не будут иметь вовсе возможности пользоваться плодами труда его. Подлинно, мусульмане (теперешние) будут питаться на счет этих (зиммиев), пока будут в живых; а когда мы умрем, и они умрут, то сыновья наши будут питаться на счет их сыновей вечно, пока будут существовать, так что они будут рабами последователей мусульманской веры, пока мусульманская верa будет оставаться преобладающей. Так обложи их поголовной податью, не позволяй уводить их в плен и запрети мусульманам поступать с ними несправедливо, наносить им вред и поедать их имущество, за исключением случаев, когда это разрешается, и честно соблюдай те условия, о которых ты договорился с ними в числе всего того, что ты пожаловал им. Что касается выноса [1326] крестов в дни их праздника, то не мешай им делать это вне города, без хоругвей и без знамен, как они просили у тебя, один день в году; но в городе, среди мусульман и мечетей их, пусть кресты не выставляются на показ.

Тогда Абу-'Убейда разрешил им один день в году, в день их праздника, что в посту их. а что касается других дней, то зиммии не выносили своих крестов. Что же касается мирного договора, заключенного с жителями, то их храмы и церкви остались как были, их не разрушали и в этом отношении не притесняли их. Вот что произошло в Сирии между мусульманами и зиммиями (Затем рассказывается о походе Халида в Ирак. Перед Хирой он говорит: (стр. 84,з) “Я приглашаю вас признать Бога и ислам; если вы это сделаете, то у вас будут такие же права и обязанности, “как и у мусульман; если же вы откажетесь, то уплатите нам поголовную подать; если же вы откажетесь, то ведь я пришел к вам с людьми, для которых смерть желательнее, нежели для вас жизнь. Жители заключают мирный договор с тем, что они будут платить поголовную подать, что ни храмы, ни церкви, ни замки их не будут разрушены, что им дозволят бить в била и выносить кресты в день их праздника, что они не будут давать ложных (о неприятеле) показаний, что будут кормить и поить прохожих мусульман дозволенной им пищей и питьем в течение трех дней. Затем приводится текст грамоты, в котором кроме поголовной подати, упоминаются следующие условия: зиммии не будут оказывать сопротивления; не будут помогать язычникам против мусульманина араба или перса; не будут указывать врагу на слабые места мусульман. Мусульмане обязаны защищать их. (Стр. 85 текста). Если старик зиммий окажется неспособным к работе, заболеет, или, будучи богатым, обеднеет, и его единоверцы будут подавать ему милостыню, то с него поголовная подать не взимается, и он будет содержаться со своей семьей на счет мусульманской казны. Если раб примет ислам, то он оценивается самой высокой ценой, и она выдается хозяину его. Одеяние оставлено зиммиям прежнее, но они не могут носить воинские доспехи и должны отличаться по одеянию от мусульман. Поголовная подать собирается сборщиками туземными. (Стр. 86). После рассказа о дальнейших успехах Халида сообщается о полученном приказе от 'Омара идти в Cирию на помощь Абу-'Убейде. Халид отправляется из 'Айн-Темра и проходит через страну таглибитов, через ан-Накиб и ал-Каватиль, жители которых заключили с ним мир на тех же условиях, на каких заключило его население 'Аната, а именно: ни храмы, ни церкви не будут разрушены; бить в била будут в какой угодно час дня и ночи, за исключением времени совершения мусульманских молитв; кресты в дни их праздника будут выносить; мусульман будут содержать в течение трех дней. (Стр. 87). Дальше Халид идет через Каркисию и заключает с жителями ее мирный договор подобный вышеизложенным). [1327]

/Стр. 87,6/ И были оставлены их (Жителей Каркисии) храмы и церкви и не были разрушены вследствие мирного договора, заключенного мусульманами с зиммиями. Этот договор Халида не был отвергнут ни Абу-Бекром, ни правившими после него 'Омаром, 'Османом и 'Алием. Абу-Юсуф говорит: по моему мнению не следует ни разрушать, ни изменять обеспеченное договором; надо оставить это дело в том положении, в каком оставили его Абу-Бекр, 'Омар, 'Осман и 'Алий; ведь они не разрушали ни одной постройки, выговоренной в договоре. Что касается новопостроенных храмов и церквей, то они подлежат разрушению. Это дело рассматривал не один из прежних халифов, замыслив разрушить храмы и церкви, находящиеся в городах и столицах; тогда жители городов предъявляли те договорные грамоты, на основании которых был заключен мирный договор между мусульманами и ними. Законоведы и преемники сподвижников отвергали этот проект халифов и упрекали их за такой замысел, вследствие чего они и воздерживались от исполнения своего желания. Мирный договор должен быть признан действительным, как признавал его 'Омар-ибн-ал-Хаттаб, до дня воскресения мертвых. Затем — как тебе заблагорассудится. Но ведь ты оставил им храмы и церкви согласно тому, что я сообщил тебе. [1328]

/Стр. 88,3/ Рассказал нам Сулейман со слов Ханаша, слышавшего от 'Икримы, передававшего от Ибн-'Аббаса, что иноплеменники спросили его, могут ли они построить новые храм или церковь в столичных мусульманских городах. Он ответил: что касается городов, основанных арабами, то зиммиям нельзя строитъ там заново ни храма, ни церкви, ни бить в била, ни держать напоказ вино, ни заводить свиней. Что касается всякого города, основанного иноплеменниками и открытого Богом арабам, жители которого отдались в их власть, то иноплеменники имеют право на то, что значится в их договоре, а арабы обязаны честно исполнять его.

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.
Rambler's Top100