 Лучшим временем для нападения на Шахрисябз считался август, ибо жители в это время заняты уборкою хлеба, а главное — воды для наводнения окрестностей крепости в это время года мало. Залогом успеха была при этом, конечно, неожиданность нападения, а для этого требовалось соблюдение двух условий: строгой тайны до времени и затем быстроты движений. 6-го августа войска, [479] назначенные в экспедицию, получили приказание готовиться к походу и выступили двумя колоннами: правая (полковника Михаловского) из батальона пехоты, двух сотен казаков, 10 орудий и 6 ракетных станков двинулась 7-го числа к Джаму; левая (подполковника Соковнина) из 4 рот, 0,5 сотни казаков, 2-х горных орудий и 2-х ракетных станков, выступила 9-го числа через горы, каратюбинским ущельем. 11-го августа колонна Михаловского дошла уже до садов Урус-кишлака в 2,5 верстах от Шахрисябза, а несколько часов спустя пришла туда колонна Соковнина.
В 9 часов утра, 12-го августа, Абрамов с ротою пехоты, 20-ю казаками и 2-мя ракетными станками, офицерами генерального штаба и некоторыми начальниками частей выехал на рекогносцировку Китабских укреплений. Осмотрев их с высокого кургана Алимбек (в 350 саженях от наружной стены) и предположив атаковать стену двумя штурмовыми колоннами по обе стороны ворот Раватак, Абрамов указал места для пробития двух брешей. Затем предпринята была рекогносцировка для выбора места брешь-батарей.<...>
Под градом пуль, с криком “ура”, лестницы были поставлены частью к бреши, частью к самой стене. Массы неприятеля успели занять гребень атакуемой стены, но тотчас бежали, как только показались на ней первые штыки. Большая часть штурмующей колонны направилась с Михаловским по указанному направлению влево, на большую дорогу в цитадель и, встретив группу саклей со складом клевера, подожгла их и тем осветила себе дорогу; другая, с майором Полторацким, кинулась вправо по стене, сбросила с башни два орудия, зажгла сакли, и вернулась к бреши, куда в это время уже подоспел и резерв. Собрав на бреши рассыпавшихся солдат и пристроив их к резерву, Полторацкий пошел на соединение с Михаловским.<...>
В 8 часов утра все уже было кончено. За усталостью войск, движение в г. Шарь было отложено до следующего дня, хотя с занятием Китаба город этот прислать депутацию с изъявлением покорности.
По показаниям пленных, мы имели дело лишь с 8 тысячами защитников, но Джура-бий и Баба-бий (по словам новых беков, присланных впоследствии бухарским эмиром) могли бы выставить до 13 тысяч вооруженных, как делали это не раз против эмира, если бы движение нашего отряда не было так неожиданно, и если бы они имели время приготовиться.
Потерю шахрисябцев одними убитыми в день штурма определяют до 600 человек.
С нашей стороны убито: обер-офицеров 1, нижних чинов 18; ранено: генерал 1, штаб-офицеров 4, обер-офицеров 3, нижних чинов 101. Из них тяжело ранены 59 человек, легко 42; из офицеров смертельно ранен один Соковнин; раны генерала Абрамова и других офицеров не были опасны.
Трофеи наши состояли из 4 значков, 29 орудий, множества фальконетов, холодного оружия и значительного склада артиллерийских припасов.
Полный текст
Метки к статье: 19 век Центральная Азия Российская империя
Подписывайтесь на нас 👉 Мы в МАХ | Мы в Telegram | Мы в Дзен
Если Вы заметили в тексте опечатку, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter
|
