Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

БАЛЬТАЗАР РУССОВ

ХРОНИКА ПРОВИНЦИИ ЛИВОНИЯ

CHRONICA DER PROVINTZ LYFFLANDT

ЛИВОНСКОЙ ХРОНИКИ РЮССОВА

ЧАСТЬ II-я,

от первого магистра тевтонского ордена в Ливонии до последнего.

СОДЕРЖАНИЕ.

Герман Балк. Генрих фон Геймборг. Дидерих фон Гренинген. Андрей фон Стукланд. Эвергард, граф Зейненский. Анно фон Зангергузен. Борхарт фон Горнгузен. Юрген фон Эйкштат. Вернер фон Брейтгузен. Конрад фон Мандерн. Отто фон Роденштейн. Андрей. Вольтер фон Нордек. Эрнст фон Расборг. Конрад фон Фухтеванге. Виллекен фон Шурборг. Конрад фон Гертогенштейн. Больто фон Гогенбах. Генрих фон Думпесгаген. Бруно. Готфрид. Конрад фон Иокке. Эвергард фон Монгейм. Борхард фон Дрейлеве. Госвин фон Эрк. Арнольд фон Фитингоф. Вильгельм фон Фримерзен. Лоббе фон Ульзен. Вольдемар фон Бриггеней. Конрад фон Фитингоф. Дидерих Тирк. Синерт Ландер фон Шпангейм. Цизе фон Рутенберг. Франко фон Керсдорп. Гинрик Шунгель фон Букенорде. Гейденрик Финк фон Аверберге. Иоганн Остгоф фон Менгден. Тоган фон Вольдгузен. Бернгард фон дер Борх. Иоганн Фридах фон Лоринкгоф. Вольтер фон Плетенберг. Герман фон Бриггеней. Турнир в Ревеле. Споры между ревельцами и дворянством. Споры купцов с ремесленниками. Пожар в Риге. Плясуны на канате в Ревеле. Гогам фон дер Реке. Доброе старое время в Ливонии. Гинрих фон Гален. Ревель и Любек разлучаются. Пожар в Ревеле. Переговоры с московитами. Отношения к Швеции. Ландтаг в Перноне. Знамение кометы. Келарь Терпигорев в Дерпте. Война между орденом и архиепископом Вильгельмом. Вильгельм фон Фэрстенберг. Поводы к русской войне. Начало войны с русскими. Легкомыслие ливонцев. Новые переговоры. Потеря Нарвы и следствия этого. Русские осаждают Везенберг. Суетность везенбергцев. Потеря Дерпта и конец епископства. Как потеряны замки. Нужда в Ревеле. Краткий экстракт о причинах московитской войны против Ливонии. Готгард Кетлер. Немецкие послы отправляются в Россию. Татарские послы в Ливонии. Как уничтожилась ревельская торговля. Эзельское и курляндское епископства делаются датскими. Русские овладевают [196] Мариенборгом. Герцог Магнус Гольштейнский. Русские в Гарриене. Поражение Немцев у Эрмиса. Ландтаг в Пернове, падение Феллина, плен Фэрстенберга. Русские пред Венденом и Вольмаром. Ольденбокем спасает Витенштейн. Русские в Вике. Схватки пред Ревелем. Бунт крестьян. Ревель передается шведам. Бессилие магистра. Конец ордена. 1238 — 1561 г.

1. Герман Балк, первый магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1231 — 45 г.

После того как магистр Волквин совершил много рыцарских подвигов в Ливонии вместе с епископом Альбрехтом и, наконец, достиг в Пруссии у немцев того, что орден меченосцев в Ливонии должен был быть принятым в состав тевтонского ордена и слиться с последним, и после того как сам он пал в сражении и не мог вступить в тевтонский орден: то после его смерти был избран первым магистром (провинцальным магистром) тевтонского ордена в Ливонии в 1238 г. Герман Балк, коего некоторые называют Герман Фальке (сокол) может быть ради его славных подвигов, и который был перед тем 7 лет ландмаршалом в Пруссии. Этот магистр первый принес с собою в Ливонии одеяние тевтонского ордена, в которое был облечен. Тогда окончил свое существование орден меченосцев в Ливонии, и получило начало новое братство тевтонского ордена.

Во времена этого магистра, по воле императора Фридриха II, и чрез переговоры папы Григория IX, который имел тогда в Ливонии пышно обстановленного легата, город Ревель со всеми принадлежавшими к нему землями уступлен снова добровольно, но неохотно, королю датскому. В замен того король датский посвятил и подарил на вечные времена тевтонскому ордену в Ливонии всю землю Иервен и послал также ордену уважительное войско на помощь против язычников; с этим войском магистр Герман Балк ополчился против русских, которые постоянно наносили большой вред ордену, а в особенности епископу Герману дерптскому, из за отнятого у них дерптского замка. Из за этого магистр двинулся в Poccию с большим войском и подступил к Изеборгу (Изборск) и там сразился с русскими, многих из них убил, а остальных обратил в бегство. После того магистр и епископ Герман дерптский со всем войском стали лагерем под русским городом Псковом и хотели штурмовать город. Но русские в Пскове пожелали мира и предложили сдаться ордену, что и случилось с согласия Герполька, русского князя. Тогда замок и город Псков, оба были переданы магистру, и магистр разместил в замке и в городе братьев ордена и христиан, и все вместе хвалили и благодарили Бога за великое одоление, и после того [197] возвратились обратно в Ливонию. Но Александр, князь новгородский, снова отнял Псков от ордена, в лето 1244. Христиане, хотя и оборонялись рыцарски, однако, должны были, наконец, уступить. Тогда было убито 70 братьев ордена и много немцев, а 6 братьев взяты в плен и замучены до смерти. Этот магистр правил 6 лет и скончался в 1245 году.

Прим. перевод. По слиянии орденов, главный капитул тевтонского ордена избрал ливонским провинциальным магистром брата Германа Валка, который в средине 1237 г. прибыл в Ригу в сопровождении 60 превосходно вооруженных рыцарей. С Балком прибыл Дитрих фон Гренинген (Гренингенский). Он застал здесь папского легата, того самого Вильгельма, который уже был в Ливонии в 1226 г.

Рассказ Рюссова о Германе Балке весьма разнится от показаний Вартберга (см. выше стр. 91 и 92). Валк вступил в управление орденскими делами в средине 1237 года и позаботился прежде всего уладить отношения к Дании на основаниях акта о слиянии орденов. Он уступил обратно датскому королю Ревель с принадлежащими к нему землями, и хотя получил от этого короля в виде милостивого дара округ Иервенский, но, кажется, что сделка с датчанами крайне непонравилась бывшим меченосцам, по крайней мире Вартберг пишет, что Валк покинул Ливонда, вследствие неудовольствий с рыцарями, оставив своим заместителем Дитриха фон Гренингена. В котором именно году Валк покинул Ливонию — с точностию неизвестно, но едва-ли не в августе 1238 г., потому что 1 августа легат Вильгельм из Риги отправился в Ревель, чтобы присмотреть на месте за приведением в исполнение соглашения с датчанами. Из Ревеля отправился легат в Пруссию. Валк умер 5 марта 1239 г., и в том же месяце, именно 19 марта, умер и великий магистр тевтонского ордена знаменитый Герман фон Зальца, четвертый по порядку орденский магистр и основатель могущества тевтонского ордена.

Дитрих фон Гренинген оставался заместителем магистра два года, 1239 и 1240 г. Он и епископ Герман дерптский, а не Валк, начали войну с Псковом в сентябре 1240 года (см. выше стр. 135). Война была очень удачна для ливонцев; войсками, однако, предводительствовал не Гренинген, а рижский командор Андрей фон Фельфен (Фельфенский), так как сам Гренинген отправился в Венецию на выбор великого магистра тевтонского ордена вместо Зальцы. Рыцари и орденское войско взяли Псков, который и сдался им, но не с согласия воеводы Герполька (Гаврилы Гориславича), потому что этот воевода погиб при попытке выручить из осады Изборск, а скорее с согласия псковских же изменников, из которых псковский летописец называет какого то Твердилу Ивановича, правившего Псковом вместе с орденскими братьями, до самого того времени, когда Александр Невский стал в начале 1242 года под Псковом и взял [198] его штурмом, при чем погибло 70 рыцарей со множеством проcтых орденских ратников.

В 1241 году, как пишет Вартберг, магистром в Ливонии был" бывший рижский командор Андрей фон Фельфен, а Дитрих Гренинген остался, по прежнему, заместителем. Во время магистерства Фельфена произошло 5 апреля 1242 г. ледовое побоище на Псковском озере (см. выше стр. 136). — Александр Невский разбил ливонцев на голову, после чего магистр послал в Новгород послов мириться с русскими. Ливонцы отступились от всех своих завоеваний (Вот, Лугу, Псков, Летголу).

Андрей фон Фельфен был магистром до своей смерти, последовавшей в 1245 г.

2. Генрих фон Геймборг, второй магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1245 — 47 г.

В 1245 г. великий магистр прусский назначил магистром в Ливонию Генриха фон Геймборга. Во времена этого магистра правил Николай, четвертый епископ рижский, который выстроил в Риге монастырь босоногих — монахов. Этот магистр просил увольнения от своей должности по слабости здоровья, после двух лет правления.

Прим. перев. Гинрих фон Геймборг (по Вартбергу Генрих фон Гинненборг, Гинненбергский) был ливонским магистром с 1245 по 1250 год. Дитрих фон Гренинген, по свидетельству Вартберга, оставался и при нем заместителем, как и при его предшественнике Андрее Фельфенском.

3. Дидерих фон Грёнинген, mpemий магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1247 — 50 г.

В 1247 году великий магистр пруский Конрад, ланд-граф тюрингенский, прислал в Ливонию другого магистра, по имени Дидериха фон Гренингена, который ополчился со множеством народа против куронов, двинулся в их землю и, убив многих из них, оставался некоторое время в их стране, где выстроил Гольдинген и Амботен, и оставив много своего народа в этих замках, приказал всюду объявить куронам, что всем тем, которые чрез крещение примут христианство и которые подчинятся ордену и захотят платить ему дань — будет дарована жизнь. Но они неохотно хотели креститься, так что об этом было много ссор, и многие братья ордена были убиты прежде, нежели куронов могли покорить и обратить в христианскую веру.

Куроны, заметив как строго поступает орден, присоединились к Мивдову, литовскому князю, и совершенно отдались ему, а он был также врагом христиан. Этот князь собрал [199] множество народу и двинулся со всеми своими силами в Куронию к Амботену. Тогда магистр и Берварт, маршал, сделали засаду со своими людьми в лесу, и когда литовцы хотели штурмовать амботенский бург и не остереглись магистра, тогда магистр и маршал внезапно на них напали. Литовский князь обратился в бегство со всем своим войском, и при этом бегстве было убито более 1,500 литовцев, многие взяты в плен и отнят весь их обоз. У христиан же убито только 4 брата ордена и 10 иных людей. После такой победы магистр занял укрепленные места страны и еще более их укрепил, что стоило многих трудов, много братьев ордена при этом лишились жизни. После трехлетнего управления, магистр Дидерих отказался от дальнейшего управления, и впоследствии великий магистр отправил его легатом к папе по делам ордена.

Примеч. перев. Дитрих или Дидерих Греннинген действительно снова покорил Курляндию, которая, после гибели Волквина в 1236 году, отложилась от христианства, и действительно выстроил в Курляндии — Гольдинген и Амботен, но это происходило не в 1247 году, как пишет Рюссов, а в 1240 г., когда Дитрих был заместителем Валка. Около этого же времени для удержания в повиновении куронов были заложены замки Газенпот, Виндава, Донданген и Ашермюнде.

Около этого времени, когда орденцы, заключив мир с русскими, все силы свои обратили на Курляндию, между литовскими князьями начал возвышаться Миндовг (см. примеч. 2-е к летописи Вартберга, стр. 136 и сл.). По смерти своего отца Рингольда в 1238 г. Миндовг вел борьбу со своими четырьмя родичами и достиг первенствующего положения, подчинив своей власти верхнюю и нижнюю Литву.

Куроны, теснимые рыцарями и принуждаемые ими силою к принятию христианства, обратились к Миндовгу с просьбою защитить их от рыцарей и принять в свое подданство. Миндовг охотно согласился на предложение, вступил в Курляндию с большим войском, и в 1244 году осадил новопостроенный замок Амботен. Пять недель он безуспешно осаждал этот замок и потерпел совершенное поражение, когда Дитрих Греннинген, орденский маршал Бернгард фон Гарен (у Рюссова Верварт) с 30 рыцарями и 400 крещеных куронов зашли в тыл литовцам и внезапно напали на них. Миндовг бежал, понеся огромную потерю; следом за ним орденское войско вступило в литовские земли и, опустошив их, воротилось домой с большею добычею.

К 1246 г .завершено было покорение Курляндии и дележ курляндских земель: две трети их получил орден, а остальная треть была предоставлена местному епископу. [200]

4. Андрей фон Стукланд, четвертый магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1250 — 56 г.

В 1250 г. магистром в Ливонии объявлен Андрей Стукланд, который вел себя в отношении всех честно и великодушно. Во времена этого магистра восстали против ордена литовцы, самаиты и семигалы, надеясь совершенно изгнать орден из страны. Тогда магистр Андрей Стукланд быстро вооружился со своими братьями и рыцарством и пошел на встречу неприятелям, многих из них убил, пленил и выжег их земли, раззорил и опустошил и дошел до бурга, в котором жил король Миндов, вокруг все земли ограбил и обошел, и всех, кого нашел, избил и полонил; затем отправился в Самаитию (Жмудь), и там хозяйничал точно также, как и в Литве. После такого покорения он возвратился в Ригу с большою радостью и триумфом и привез с собою богатую добычу, из которой магистр отдал большую часть на славу Божию и бедным, а остальное разделил между своими воинами.

После того магистр со своими братьями и всем войском прошел по Семигалии, поступил и там также как в Литве и Самаитии, и также привез богатую добычу. Семигалы же прислали к магистру просить мира и предложили платить ордену налог и подать. Сошлись на том, что семигалы будут вести себя смирно и будут платить налог и ежегодную подать.

Король Миндов литовский также прислал к магистру Андрею и желал вести с ним переговоры. Магистр же, посоветовавшись со своими братьями и рыцарством, отправился к королю в назначенное место. И когда они любезно встретились и поговорили, то король приказал приготовить отличную трапезу и пригласил магистра в гости; во время обеда магистр вел много ласковых разговоров с королем, так что, наконец, магистр убедил короля обещать, что он примет христианство. И король пожелал, чтобы магистр выхлопотал у папы, дабы короля и его королеву тотчас после крещения короновали как христианского короля, что ему магистр Андрей Стукланд и обещал. Тогда король повеселел и обещал подарить ордену кусок земли. Король и магистр расстались дружески. По возвращении домой, магистр немедленно сообщил об этом папе Иннокентию, который тому чрезвычайно обрадовался и дал магистру полномочие короновать короля по христианскому обряду и обычаю.

В то время во главе управления рижским епископством находился Альбрехт, второй по имени, каноник бременский; он был пятым епископом рижским и администратором епископства любекского. Этот епископ Альбрехт и магистр Андрей Стукланд заказали две великолепные короны и, в сопровождении [201] епископа Генриха кульмского и других, а также и многих других духовных лиц и рыцарей, отправились с большою торжественностью в Литву к королю, который принял их с большею пышностью и богатым угощением. Тогда король Миндов и его королева Марта приняли христианство, крестились и были коронованы по христианскому обряду магистром и епископом Альбрехтом. И магистр отдал королю всю литовскую землю в ленное владение от имени папы. В то же время было крещено и много прочего народа. По окончании всего, епископы и магистр возвратились домой. Случилось это в 1245 году. Во дни управления этого магистра епископство рижское переименовано в архиепископство, и епископ Альбрехт, второй по имени, сделался первым архиепископом рижским, и получил верховную власть над всеми епископами в Ливонии, подобно тому как великий магистр в Пруссии достиг верховной власти над всем орденом как в Ливонии, так и в Пруссии, и пользовался ею. Этот магистр Андрей управлял шесть лет, потом отказался от звания магистра и уехал в Германию.

Прим. перев. Орденский брат Андрей фон Стукланд (вернее Андрей Стирлант, как его называет Вартберг) был действительно ливонским магистром с 1250 г. и исполнял должность эту до 1255 г.

Самым выдающимся событием времени магистерства Стирланта действительно было принятие католичества литовским князем Миндовгом. Событие это открывало блистательные виды для папы, и в самом деле оно могло бы повести за собою важные последствия, если бы папа имел дело с человеком не столь коварным и не столь хитрым, каким был Миндовг, в сущности такой же варвар, какими были все литовцы его времени.

Миндовг приобрел с 1238 года, по смерти своего отца Рингольда, первенствующее значение между своими родичами, из которых важнейшими были: дядя его Выкынт и двое племянников Едивид и Тевтивилл. Еще в 1247 г. Выкынт овладел Витебском, Тевтивил — Полоцком, а Едивид — друцкими землями. Это возбудило подозрительность Миндовга. В 1251 г., но кажется вернее, что в 1248 г., он послал дядю и племянников воевать к Смоленску, сказав им: "что кто возьмет, то пусть и держит при себе". Но этот поход был хитростию со стороны Миндовга (см. историю Poccии Соловьева, т. 3, стр. 221): он воспользовался отсутствием родичей, чтобы захватить их волости и богатство, после чего отправил войско, чтобы нагнать и убить их самих. Князья, однако, во время узнали о намерениях Миндовга, и убежали к Даниилу галицкому, за которым была сестра Тевтивила и Едивида. Миндовг послал сказать Даниилу, чтобы тот не вступался за изгнанников; но Даниил не послушался сколько по родству с последними, столько же и потому, что хотел воспользоваться этим [202] обстоятельством для обессиления Литвы: посоветовавшись с братом, он послал сказать князьям польским: "Время теперь христианам итти на поганых, потому что у них встали усобицы". Поляки обещали итти на войну, но обещания не исполнили. Тогда романовичи стали искать против Миндовга других союзников, и отправили Выкынта к атвягам и в Жмудь и к немцам в Ригу. Выкынту удалось серебром и дарами уговорить ятвягов и половину Жмуди подняться на Миндовга, немцы также прислали сказать Даниилу: "для тебя помирились мы с Выкынтом, хоть он и погубил много нашей братьи" — и обещались также итти на помощь изгнанникам. Обнадеженные этим романовичи выступили в поход: Даниил послал брата на Волковыск, сына — на Слоним, а сам пошел к Здитову, побрали много городов и возвратились домой. Потом Даниил отправил Тевтивилла с русью и половцами воевать земли Миндовга, но немцы все не двигались. Тогда Тевтивилл сам отправился в Ригу, где и принял католичество. Это было в 1248 году. Орден только после этого начал готовиться к войне.

Миндовг увидел, что ему вовсе не под силу бороться одновременно и с Романовичами и с орденом, потому и прибегнул к переговорам с магистром Стирдантом.

Переговоры, о которых упоминает Рюссов, происходили, по всей вероятности, в начале 1251 года. Миндовг условием перехода в католичество поставил получение от папы королевского титула, за это обещал признать над собою инвеституру папы и предоставить ордену участок земли в своих владениях для основания тут епископской кафедры.

Папа Иннокентий, получив от Стирланта и, конечно, от рижского епископа Николая донесения об этих переговорах, согласился в июне 1251 года на предлагаемые Миндовгом усдовия.

Иннокентий, пишет Рюссов, чрезвычайно обрадовавшись такому обороту дел, поручил Стирланту совершить коронование Миндовга по христианскому обряду и обычаю.

Коронование совершал в июле 1253 года, епископ кульмский Генрих (Гейденрейх) в присутствии магистра Андрея. Обряд коронования не совершил епископ рижский Николай, быть может, по своей болезни, потому что осенью 1253 года он умер, оставив по себе память человека вовсе не войнолюбивого, но много заботившегося о своем епископстве. Рижский капитул и прочие ливонские епископы избрали ему преемником бременского каноника и администратора любекского епископства Альберта (Альбрехта), который и вступил в управление рижским епископством с 1254 г. В следующем 1255 году епископ Альберт был возведен папою в сан архиепископа, и рижское епископство с того времени стало именоваться архиепископством.

Важнейшею причиною радости папы, кроме признания Миндовгом его главенства, были, конечно, открывавшиеся виды на учреждение в Литве соборной церкви и епископства, а равно и виды на присоединение к католичеству других русских земель. [203]

Неизлишне здесь вспомнить, что папы никак не покидали надежды так или иначе присоединить русских к католичеству. Еще в 1207 году, при жизни епископа Альберта, папа Иннокентий III-й писал к русскому духовенству и мирянам о посылке к ним легата, дабы "он дщерь возвратил к дщери и члены к голове,,. Затем папа Григорий IX писал в Россию от 16 ноября 1224 г. (после взятия Юрьева, см. Пр. Сб. I, стр. 270), чтобы русские поддерживали своими пожертвованиями епископов ливонского (рижского), зелонского и леальского (эстонского). Потом папа Иннокентий IV сделал попытку действовать и на князя Александра Невского. Однажды (см. ист. России Соловьева, т. Ш, стр. 197) явились к этому князю послы из великого Рима от папы, который велел сказать Александру: "слышали мы о тебе, князь, что ты честен и дивен, и велика земля твоя: поэтому прислали мы к тебе от 12 кардиналов двоих хитрейших — Галда и Гелмонта, да послушаешь учения нашего". Александр, подумавши с мудрецами своими, описал папе все случившееся от сотворения мира до седьмого вселенского собора, прибавив: "все это мы знаем хорошо, но от вас учения не принимаем". Иннокентий IV послал и письмо к Александру, в котором уговаривал русского великого князя обратиться к римской церкви, по примеру его отца, Ярослава, который будто бы, по свидетельству Плано-Карпини, обратился в латинство в орде (у Плано-Карпини такого свидетельства именно и нет).

В восточной России дело о присоединении к католичеству могло считаться для папы совершенно безуспешным, но за то богатые виды открылись папам в Западной России, когда князь галицкий Даниил, после поездки своей в орду в 1250 году, завязал сношения с папою Иннокентием IV о соединении церквей. Князь Даниил хотя и получил от Батые утверждение за собою всех своих земель, но глубоко оскорблялся татарским главенством и стал искать средств к свержению татарского ига. Другого средства не было, как созвать крестовый поход на изгнание татар, но о крестовом походе, о заключении союза с католическими державами не возможно было и думать, не принадлежа римской церкви. Папа крайне обрадовался предложениям Даниила, последовавшим, быть может, и по внушениям Альберта Зуэрбеера, назначенного папским легатом для северных стран вместо известного кардинала Вильгельма и видевшегося с князем Даниилом в 1247 г. еще до поездки его в орду. Папа немедленно же отправил доминиканского монаха Алексея (см. ист. России Соловьева, т. 3, стр. 217) с товарищем для бсзотлучного пребывания при дворе Даниила, поручил Альберту легатство и на Руси, позволил русскому духовенству совершать службу на заквашенных просфорах, признал законным брак Даниилова брата Василька на одной из родственниц, уступил требованию Даниила, чтобы никто из крестоносцев и других духовных лиц не мог приобретать имений в русских областях без позволения князя. [204]

Присоединение Миндовга к католичеству и коронование его последовало в 1253 г., след. в то самое время, когда вопрос о соединении церквей в Западной России был во всем ходу.

В 1253 году папа писал ко всем христианам Чехии, Моравии, Сербии и Померании, проповедуя крестовый поход на татар, в 1254 г. писал к христианам ливонским и прусским о том же, но все было напрасно: время крестовых походов прошло, и на татар никто не двинулся. Папа тогда предложил Даниилу королевский титул за соединение с римскою церковью. Но Даниил отказался от титула; в 1255 г. папские послы снова явились к Даниилу с короною и обещанием помощи. Даниил не хотел принимать, не полагаясь на пустые обещания, но был, однакоже, уговорен матерью своею и князьями польскими, которые говорили ему: "прими только венец, а мы уже будем помогать тебе на поганых". Даниил короновался в Дрогичине в 1255 г.

Событие это осталось, как известно, без всяких последствий: Даниил, не видя от папы никакой помощи, прервал с ним всякие сношения; впрочем, титул королевский остался навсегда за князем галицким.

Надежды папы на Даниила не осуществились, как не осуществились надежды и на Миндовга (см. выше в этом томе, стр. 94 и 140), о чем будет сказано ниже.

5. Эвергарт, граф Зейненский пятый магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1256 58 г.

В 1256 году звание магистра в Ливонии получил Эвергарт, граф Зейненский, который был управителем благочестивым и мудрым. Его приняли в Ливонии с большими почестями, и не успел он вступить в должность, как уже ополчился со своим народом против самаитов, отправился в их землю, и там грабил, жег, много народу избил и полонил, и затем с великой воинской славой снова возвратился в Ригу. Также он предпринимал поход в Курляндию и многие другие, сражаясь с врагами ордена. После двухлетнего управления, он заболел, велел себя отвезти в Германию, где и умер.

Прим. перев. По словам Вартберга (см. выше стр. 93), граф Зейненский Эвергарт или Эбергадт не был ливонским магистром, а был орденским наместником в Германии и был прислан в Ливонию в 1252 г. с полномочием от великого магистра для совместных, как кажется, действий с магистром Стирлантом, который был ливонским магистром с 1250 по 1255 г.

6. Анно фон Зангергузен, шестой магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1258 61 г.

В 1258 году великий магистр прусский Поппо послал в Ливонию нового магистра, которого звали Анно [205] Зангергузен. Этот магистр вел многократные войны с семигалами и самаитами и, после трехлетнего управления в Ливонии, был призван в Пруссию на должность великого магистра, в 1261 г.

Прим. перев. Показания Рюссова здесь значительно расходятся с показаниями Варгберга. После Андрея Стирланта ливонским магистром был действительно Анно, но не в 1258 г., а в 1255 г. Был он призван на должность великого магистра не в 1261 г., а в конце 1256 г.; заместителем его в Ливонии оставался на самое, впрочем, короткое время некто Людвиг, так как ливонским магистром в 1257 г. был уже назначен Борхарт Горнгузен.

7. Борхарт фон Горнгузен, седьмой магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1261 64 г.

В 1261 году звание магистра в Ливонии принял на себя Борхарт фон Горнгузен. Этот магистр однажды отправился осмотреть замки в Курляндии, и когда он находился недалеко от Мемеля, на него напали язычники, до тех пор прятавшиеся в лесу. С магистром же было не более 40 братьев ордена и 550 сопровождавших его воинов, с которыми он храбро оборонялся от язычников и последних много убил.

Из христиан тогда осталось только 12 братьев ордена, сам же магистр был ранен, и спасся бегством в Мемель вместе со своими людьми. Когда он выздоровел от ран, то возвратился со своими людьми в Ригу, и там ополчился против тех самых язычников, именно против самаитов, дабы отомстить за их проделку. Но самаиты просили о мире, который им и даровал на два года, по совету архиепископа рижского. Между тем магистр вел многие войны против других язычников.

Когда окончилось двухлетнее перемирие с самаитами, снова разгоралась война между литовцами, самаитами и орденом. После того, как обе стороны сразились на поле и с обеих сторон пало много народу, язычники одержали верх и оставили за собою поле битвы. Тут убито 33 брата ордена. Но магистр снова ополчился со множеством народа, прибывшего из Германии на службу ордену, и снова предложил литовцам и самаитам дать сражение; однако, они не смели подойти. Тогда магистр двинулся в Семигалию и, взяв там штурмом один бург, углубился далее в страну, выстроил бург, названный Доббеленом, посадил в нем много своих людей. Этому магистру было много хлопот с литовцами, самаитами, русскими и семигалами, которые все соединились с целью общими силами выгнать немцев из Ливонии. Под конец этот магистр Борхарт был убит на поле битвы у Дурбена литовцами и самаитами вместе со многими братьями [206] ордена и другими воинами, в 1264 году. В тот же самый раз язычники снова взяли замки Керзов и Доббелен. Этот магистр управлял 3 года и 6 месяцев. В битве-же при Дурбене погиб и маршал прусский вместе с 150 братьями ордена и многими дворянами. Кроме того 8 братьев ордена взяты в плен и 5 замучены до смерти.

Примеч. перев. Ворхарт Горнгузен был ливонским магистром с 14 апреля 1257 г., а не с 1261, как показывает Рюссов, и погиб не в 1264 г., а 13 июля 1260 г. в битве у озера Дурбы.

Этой, весьма важной по своим последствиям, битве предшествовали следующая обстоятельства.

На землях между Куришгафом и Фришгафом жили самы, племя родственное самаитам (самогитам). В их то земли в 1252 году Эвергард граф Зейненский, орденский ландмейстер (военноначальник), тот самый, что был послан в Ливонию с полномочием от великого магистра, основал замок Мемель (Мемельбург), для удержания в покорности окрестных язычников.

Этот то Мемель язычники и старались разрушить как замок, действительно для них опасный, и не раз осаждали его, но все безуспешно. Так ливонский магистр Анно фон Зангергузен в 1255 году должен был выручать Мемель из осады, при чем сам чуть не погиб.

В 1257 году, когда кенигсбергский командор Борхарт фон Горнгузен сделался ливонским магистром, он, вскоре по прибытии в Ригу, получил известие, что самаиты готовятся напасть на Мемель. С 30 рыцарями и 500 куронами, предводимыми Бернгардом Фон Гареном он на другой же день выступил в поход на выручку Мемеля, подоспел во время, отбил язычников, но сам был ранен. Самаиты запросили мира и получили его на два года, как сказано у Рюссова, до 1259 года.

В 1259 году военные действия возобновились. Миндовг в это время составил отважный план: поднять против тевтонского ордена всю Пруссию и вытеснить орденцев из Курляндии, но все еще таился и все притворялся усердным сыном папы (см. выше стр. 139).

Толпы литовцев-самаитов вторглись в Курдяндию. На встречу им вышли орденские отряды из Мемеля и Гольдингена, под начальством Бернгарда фон Гарена. Под Шодевом произошло кровопролитное сражение, в котором пало 33 рыцаря. Литовцы одержали верх, ограбили страну, и удалились в свои земли, но скоро в том-же 1259 году возвратились, и стали под Мемелем. Тогда сам магистр Борхарт выступил на выручку этого замка; литовцы не ждали его прибытия, но сняли осаду и чрез леса отступили в свои дома. Магистр не преследовал их и возвратился в Ригу.

Семигалы в это время, видя, что орденцы оставили Литву без преследования, отреклись от христианства и восстали против [207] ордена. В Риге магистр, по совещании с командорами, решил для удержания в покорности семигалов построить на ливонской границе замок Доблен. Зимою с 1259 на 1260 г. действительно замок был построен и снабжен гарнизоном и запасами. Так в Курляндии появился целый ряд укрепленных пунктов: Мемель, Георгенбург, Амботен, Доблен, а потом вскоре был отсроен и замок Карзов.

Весною 1260 г. Курляндию снова наводнили толпы литовцев, и, курляндские латыши находились в полном восстании. Для усмирения этого восстания, ливонский магистр обратился за помощью как к датчанам в Ревель, так и к орденцам в Пруссию. Помощь не замедлила: из Пруссии прибыл отряд рыцарей с крестоносцами под начальством орденского маршала Генриха Боталя, прибыл и датский отряд под начальством шведского герцога Карла. Сборным местом назначен был Мемель. Сюда направился и ливонский отряд под начальством магистра Борхарта.

Собравшись у Мемеля, христианское войско решилось двинуться на Георгенбург. Литовцы, рассеявшись по Курляндии и грабя деревни, стали сосредоточиваться у Дурбена, у озера того же имени. Предводители христиан, послe военного совета, решились напасть на язычников, но 13 июля 1260 г. были сами атакованы с двух сторон и потерпели решительное поражеше. Бой продолжался 8 часов. Простые ратники орденского войска бежали первые, литовцы умертвили 150 рыцарей, в том числе магистра Борхарта, орденского маршала Боталя и шведского герцога Карла. Из 14 рыцарей, попавших в плен, 8 были принесены в жертву богам и сожжены живыми, 6 других были замучены.

Последствия дурбенского поражения были в высшей степени неблагоприятны для ордена: курлянские новокрещеные отложились от христианства, и в Пруссии началось общее восстание. Миндовг с своей стороны также отрекся от христианства и королевского титула, в том-же 1260 г. вторгся в Пруссию (см. выше в этом томе, стр. 139), жестоко опустошая тамошния орденские владения.

8. Юрген фон Эйкштат, восьмой магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1264 67 г.

В 1264 году после Борхарта Горегузена, магистром в Ливонии был избран Юрген фон Эйкштадт, бывший коадьютором у Борхарта. И когда он захотел отомстить литовцам за смерть своего предшественника, то ему едва не пришлось испытать то же, что испытал его предшественник. Поэтому он был принужден заключить с литовцами мир. Между тем как магистр воевал с литовцами, эзельцы вновь отпали от христианства. За отпадение, магистр пошел на них войною, множество из них убил под рощей у Кармеля, и таким образом снова привел их [208] к повиновению. Во времена этого магистра христиане в Ливонии находились в большей опасности.

Прим. перев. По Вартбергу (см. выше, стр. 94), Юрген (т. е. Георг) Эйхштетский, после умерщвления магистра Борхарта, исполнял лишь должность магистра в течение одного года, до 1261 года.

Георг фон Эйхштет был зегевольдским командором и, при вступлении своем в должность магистра, застал орденские дела в положении весьма неблистательном: христиане не только в Ливонии, но и в Пруссии, вследствие восстаний туземцев, находились, как справедливо отметил Рюссов, в большей опасности.

Поражение, понесенное рыцарями при Дурбене, служило как бы сигналом для общего восстания в Пруссии и в Курляндии. И там, и здесь туземцы обнаруживали явные намерения не только возвратиться к прежнему положению своей языческой жизни, но и истребить всех пришельцев. Они, быть может, и успели бы в своих намерениях, еслибы сумели сообщить своим действиям необходимое в таких случаях единство. Но такого единства не было, потому орден, хоть и с трудом, хоть и не скоро, но в конце концев все таки осилил восстание.

Туземное курляндское население, соединившись с литовцами, к осени 1260 г., изгнало немцев из южной Курляндии и Семигалии. Северная Курляндия, защищенная укрепленными замками (бургами) Гольдингеном, Виндавою и Дондангеном, находились еще во власти рыцарей; но замки Георгенбург и Доблен должны были сдаться туземцам. Обратное взятие этих замков и новое покорение южной Курляндии сделалось главною задачею ливонского ордена.

Георг фон Эйхштет собрал войско, чтобы итти в Курляндию, но получил известие о восстании, обнаружившемся на Эзеле: эзельцы, поощренные примером куронов, напали на немцев. Собранное войско Георг отправил в Курляндию, а сам с вассалами архиепископа, с крещеными ливами, латышами и эстонцами, зимою 1260 года, когда пролив, отделявший Эзель от материка, покрылся прочным льдом, вступил на этот остров. Озлобленные рыцари не давали никому пощады, предавая огню все встречные деревни. Под Кармелем, в самой средине острова, произошло упорное сражение: эзельцы потерпели поражение и на третий день после сражения, в начале 1261 г., запросили пощады. Рыцари заключили с ними мир на ycлoвияx прежнего мира, заключенного в 1255 году. Эзельцы снова признали над собою власть немцев.

Между тем орденское войско, посланное в Курляндию, двигалось к Годьдингену и снова овладело замком Синтелисом (ныне - Дзинтерк, полумызок у Априкена), который за несколько месяцев тому назад был покорен литовцами. Орденское войско, где не проходило, жестоко мстило отпавшим туземцам: все дети [209] старше 11-ти летнего возраста были умерщвлены, все женщины уведены в неволю. Газенпот в начале 1261 года сдался добровольно, начальники орденского войска взяли в заложники детей газеннотских старшин и воротились в Ригу, куда прибыл с Эзеля и исправлявшей должность магистра Георг Фон Эйхштет.

Не успели рыцари отдохнуть с походов, как в Ригу пришла весть, что литовские толпы, предводимые самим Миндовгом, вторглись в Ливонию. Орденское войско тотчас же выступило в поход, но под Лениеварденом 3 Февраля 1261 г. потерпело сильное поражение. Исправлявший должность магистра Георг фон Эйхштет был ранен в этом сражении и, вследствие раны, уже не мог предводительствовать орденским войском. Больной, он сдал свою должность в средине 1261 года Вернеру фон Брейтгузену.

В Пруссии в это время кипела ожесточенная борьба. Крестоносцы из Германии и Польши устремились на помощь тевтонскому ордену, но под Покарвоном, после кровавой битвы, потерпели 22 января 1261 г. сильнейшее поражение. Пруссы осадили орденские замки Кенигсберг, Крейцбург и Вартенштейн, всюду истребляя христиан.

В этой крайности папа Урбан IV (Иаков Панталеон, бывший легатом в Пруссии) провозгласил 25 марта 1261 года в Германии крестовый поход на пруссов. Новое ополчение крестоносцев, предводимое орденским ландмейстером Гельмрихом фон Рехбергом, поспешило на выручку Кенигсберга и здесь одержало победу над восставшими туземцами. Война в Пруссии возобновилась с усиленною яростию; крестоносцы открыли наступательные действия. Пруссы стали, по прежнему, защищаться раздельно и, конечно, рано или поздно, но должны были пасть под ударами ордена, постоянно подкрепляемого крестоносцами.

9. Вернер фон Брейтгузен, девятый магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1267 69 г.

После Юргена фон Эйкштата на должность магистра в Ливонии был избран Вернер фон Брейтгузен. Этому магистру Вернеру причинили много хлопот король Миндов литовский, который сделался христоотступником и мамелюком, затем князь русский и, наконец, Трамат, князь самаитский, которые три князя составили союз, дабы изгнать из Ливонии орден вместе со всеми немцами. Когда же, однако, король Миндов пришел с войском из Литвы и, подойдя к Вендену, не нашел в Ливонии своего союзника, русского князя, тогда он в большой злобе возвратился обратно, не оставив нанести ливонцам ощутительный вред. После его ухода, является со всем своим войском русский князь, грабит и опустошает все епископство дерптское и берет город Дерпт, и когда он не мог скоро овладеть дерптским замком, и [210] магистр подошел со вспомогательным войском, то князь разграбил город Дерпт, совершенно выжег его и затем ушел обратно в Poccию. Магистр же и дерптский епископ, снабдив город снова людьми, последовали за русскими в их землю, грабили там и жгли и избили очень много русских. Тут магистр заболел; по этой причине он принужден был возвратиться в Ригу слабым и больным, хотя с великой славой и большей добычей.

Пока магистр воевал в Poccии, самаитский князь Трамат со всем своим войском ворвался в Вик, в глубину Эстонии, и нанес там чрезвычайный вред. Магистр, не смотря на свою слабость, приказал в Риге собрать войско из братьев ордена, граждан и слуг, дабы дать отпор Трамату на его возвратном пути. Когда же Трамат находился на обратном пути и хотел снова отправиться в Самаитию через епископство рижское, тогда два войска встретились у динаминдского монастыря при лунном свете, и ночью дали такое кровопролитное сражение, что место битвы от крови было совсем красное. Однако, немцы удержали поле сражения за собою и потеряли только 9 братьев ордена и немногих граждан и слуг, а Трамат бежал к королю Мендову в Литву. Этот магистр ходил также войною на куронов, в Курляндию, он сильно опустошил эту страну, убил много народу, взял три замка, в числе которых находился Грубин, и все три сжег до тла. Магистр Вернер, после двухлетнего управления орденом, испросил увольнение от должности, отправился в Германию и там водворился на покое.

Прим. перев. Сличив рассказ Рюссова о магистре Вернере фон Брейтгаузене (пишется иногда фон Брицдузен) с показаниями Вартберга (см. выше стр. 94), находим значительные разногласия, требующие пояснения.

Брат рыцарства Вернер был ливонским магистром не с 1267 г., как сказано у Рюссова, а с середины 1261 г., когда раненый Георг сложил с себя орденские дела. Далее Вернер управлял ливонским орденом не до 1269, а лишь до июля 1263 г.

Этому магистру действительно много хлопот причинили, как пишет Рюссов, "христоотступник и мамелюк" Миндовг и литовцы, и русский князь Дмитрий, сын знаменитого Невского. В 1262 г. русские князья (см. выше стр. 141) Ярослав (брат Невского) и Дмитрий Александрович впервые заключили союз с князьями Миндовгом литовским, Трейнятом жмудским и Тевтивилдом полоцким, чтобы вместе ударить на орден; ударили действительно, но не вместе, и тем дали возможность оправиться ордену. Миндовг, по уговору, стал под Венденом, но русские не пришли. Тогда Миндовг, разорив ливонские земли, возвратился домой. По удалении литовцев из под Вендена, русские осадили свою старинную отчину Юрьев (Дерпт), пожгли посады, забрали много [211] полону, но крепости взять не могли и ушли в свои пределы. Магистр не преслtдовал русских, как пишет Рюссов, но послал орденское войско под начальством гольдингенского командора Бруно в Курляндию, которое успело захватить в свои руки бурги Гробин, Меркес и Лазен.

Отсутствием орденского войска воспользовался князь жмудский Трейнята. В конце 1262 г. и начали 1263 г., зимою он предпринял сильный набег на Ливонию, пробрался далеко внутрь страны в округ Вик, пожигая и опустошая все встречное, и разграбил Пернов 3 Февраля 1263 г. Возвратный путь он предпринял чрез земли рижского архиепископства, но под Динаминдом, чрез неделю после ограбления Пернова, потерпел совершенное поражение, как то вполне верно и рассказано Рюссовым.

Кровопролитное динаминдское сражение не повлекло за собою никаких особенно выгодных для ордена последствий.

В средине 1263 г., магистр Вернер был ранен каким-то сумасшедшим братом рыцарства, затем был уволен от должности и отправился в Германию лечиться (см. выше стр. 94), а его место в том же 1263 году занял Конрад фон Мандерн, называемый также и Медемом.

10. Конрад фон Мандерн, десятый магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1269 72 г.

В 1269 г. звание магистра в Ливонии получил Конрад фон Мандерн; этот магистр выстроил прекрасный дом (замок) Виттевштейн в Иервене и дом (замок) Митов в Курляндии. Во времена этого магистра некий воевода убил короля литовского Мендова, как собаку, который таким образом стяжал достойную награду за свое отступничество. Этому магистру пришлось также иметь дело с русскими, куронами и самаитами, он с ними много раз сражался, и однажды потерял в битве 600 человек и 20 братьев ордена, а в другой раз 10 братьев. Этот магистр просил об увольнении от должности по причине своей старости, пробыв магистром три года, и отправился в Германии.

Прим. перев. Магистр Конрад фон Мандерн (Мандернский, так же Медем) управлял ливонскими орденскими делами не с 1269 г. по 1272 г., как показано у Рюссова, а с середины 1263 г. по 1267 год.

В его время, осенью 1263 г., погиб Миндовг (подробсти см. выше стр. 140) и в Литве стал княжить тот самый Тренята, который за несколько месяцев пред тем ограбил Викскую область и Пернов и был разбит под Динаминдом.

Во все время магистерства Конрада, ливонцы не воевали с русскими, но все внимание обратили на покорение курляндских туземцев. В 1265 г. Конрад, для удержания в покорности их, заложил замок Митаву. За год перед тем, в 1264 г., [212] Конрад сделал набег на Семигалию, но на возвратном пути попал у какой-то засеки на засаду туземцев, выдержал с ними упорный бой, и, потеряв 600 ратников и 20 рыцарей, лишь с большим трудом достиг до Риги, не кинув, однако же, полону и добычи. В другой раз в 1265 г., после уже основания Митавы, Конрад также попал на засаду близ этого нового замка, туземцы истребили его отряд, убили 10 рыцарей, но он сам спасся бегством в Митаву.

Основав в 1266 г. замок Вейсенштейн (ныне уездный город Эстляндской губернии), для защиты от вторжения новгородцев, магистр Конрад за преклонностию лет в 1267 г. отказался от магистерства и удалился в Германию. Великий магистр Анно и его капитул предоставили ливонским братьям избрать себе магистра. Выбор их пал на брата Оттона фон Люттенберга (называвшегося также и Роденштейном).

11. Отто фон Роденштейн, одиннадцатый магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1273 74 г.

В 1272 г. в сан магистра в Ливонии возведен господин Отто фон Роденштейн, который вел большую войну с русскими; и когда он отправился на поле сражения против неприятеля, то неприятель оказался сильнее и могущественнее, нежели предполагалось, и напал он на магистра весьма стремительно. Оба полчища сразились. Но магистр, при помощи Божией, одержал победу, убил более 5,000 русских, а остальных обратил в бегство - в этом сражении погиб также Адександр, епископ дерптский, со многими христианами. После такой победы, магистр двинулся в Poссию с 18,000 войском сухим путем и с несколькими тысячами на кораблях, грабил там и жег, взял замок Изеборг (Изборск), выжег два города и обложил большой город Псков; эта война и рознь, наконец, окончились переговорами с князьями московским и новгородским, затем последовал мир, и магистр со своим войском ушел из Poсссию обратно.

Год спустя, он принужден был бороться с литовцами и семигалами, которые напали на Эзель и опустошили эту область. Тогда магистр Отто Зифрид ревельский наместник датского короля, Фредерик епископ дерптский и епископ Герман леальский быстро ополчились и встретились с литовцами на льду, где сражались с такой силой, что обе стороны понесли большие потери. Тут убит магистр Отто с 52 братьями и 600 немцами, а епископ Герман леальский ранен:, литовцы одержали победу и уехали но льду на твердую землю с огромной добычей. Случилось это в 1274 г.

Примеч. перев. Оттон фон Роденштейн (он же Дюттенберг) правил орденскими делами с 1267 г., а не с 1272 г., как показано у Рюссова. [213]

Подробности о войне с русскими и о сражении при магольмской церкви (при речке Кеголе) уже изложены выше на стр. 142.

По заключении в 1269 г. мира с новгородцами, магистр Оттон получил известие, что на Эзель вторглись литовцы. Зимою 1269 г. он выступил к Эзелю и в начале 1270 года соединился с ревельским наместником Зигфридом и епископом дерптским, предполагая по льду из Вика перейти на Эзель. У Карузена на льду, при переходе чрез пролив между Моном и Вердером, стояли уже литовцы, укрывшись своими санями. Орденское войско атаковало литовцев 16 Февраля 1270 года. На литовские укрепления пошел сам магистр с главными орденскими силами, но был убит с 52 рыцарями. Тогда епископ дерптский Фридрих и епископ эзельский Герман с леальскими братьями повели атаку на литовцев, но также не удачно: Герман был тяжело ранен, и христианское войско понесло большую потерю. Литовцы, как справедливо замечает Рюссов, одержав победу, беспрепятственно воротились домой с огромной добычей. На место убитого магистра, братья рыцарства избрали в 1270 года брата Андрея Вестфальского.

12. Андрей, двенадцатый магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1274 года.

В 1274 году, тотчас после смерти магистра Отто, в разгаре войны, главою ордена явился Андрей, чтобы окончить эту войну с литовцами, самаитами и семигалами; но он вскоре, в том-же году, был убит литовцами, вместе с 20 братьями ордена. В это время управлял Иоанн ф. Лунен, второй архиепископ рижский.

Прим. перев. Брат Андрей Вестфальский не был магистром, а лишь заместителем (вице-магистром) и управлял орденскими делами лишь самое короткое время, потому что 21 сентября 1270 г. был убит в сражении с литовцами (гдв именно, у Вартберга не указано). После его смерти, ливонским магистром в конце 1270 г. был избран Вольтер фон Нортек (Нортек или Нордек близ Гиссена в Обергиссене). Показание Рюссова, будто во время Андрея рижским архиепископством управлял архиепископ Иоанн, несправедливо: архиепископ Альберт умер лишь при следующем магистре, 1 июля 1274 г.

13. Вольтер фон Нордек, тринадцатый магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1275 78 г.

В 1275 году звание магистра в Ливонии перешло к Вольтеру фон Нордеку, который магистр совершил много славных подвигов против самаитов и семигалов и одержал много побед, затем овладел замками Тарвейтеном и Мейзатеном, разрушил их и привел в повиновение себе семагалов, а землями поделился с [214] капитулом; после четырехлетнего управления, он отказался от должности и уехал в Пруссию.

Прим. перев. Вольтер фон Нордек был магистром не с 1275 по 1278 г., как показано здесь у Рюссова, а с конца 1270 г. по 1274 г. Он действительно в 1270 г. овладел замком Терветеном, в 1271 г. замками Мезотеном и Ратеном (Раден у Бауска) и покорил семигалов, принудив их снова принять христианство и платить дань. В октябре 1272 г. произошел раздел Семигалии между рижским соборным капитулом и орденом. Вольтер отказался от магистерства за болезнью, и уехал в Пруссию (в Марбург, в орденский капитул). Его место в начале 1274 года занял Эрнст фон Расборг (или Расбург).

14. Эрнст фон Расборг, четырнадцатый магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1278 79 г.

В 1278 г. магистром в Ливонии был сделан Эрнст фон Расборг, начавший строить великолепный дом (замок) Дюненборг, к великой досаде всех окрестных язычников. Потому они всеми силами старались воспрепятствовать этому делу, но тщетно: магистр ополчился со своими братьями и рыцарством, как только мог сильнее, и Элерт, датский наместник в Ревеле, пришел к магистру также на помощь.

С таким ополчением магистр двинулся в Литву, туда он внес убийства, грабеж и пожар, а вынес оттуда много добычи. Но литовцы скоро последовали за магистром в Ливонию, и дошли с войском до замка Ашерадена. Здесь противники сразились и дали битву. Но так как у язычников была огромная толпа, то христиане должны были потерпеть поражение. Тут убит магистр Эрнст вместе с 71 братом ордена и множеством дворян, и язычники овладели знаменем нашей Пресвятой Девы, которое нес рыцарь Генрих фон Тизепгаузен, и убили знаменосца. Датский наместник ревельский пытался вновь овладеть полем битвы, но был при этом ранен, и под ним убит его конь. Случилось в посту 1279 г.

Прим. перев. Магистр Эрнст фон Расборг основал динабургский замок в скором времени после своего вступления в управление орденскими делами. Года за два до этого, литовцы, во время одного набега, умертвили своего же земляка Сукса, принявшего католичество и постоянно сопровождавшего рыцарей в их походах. Рыцари, чтобы отомстить смерть им весьма полезного литовца, сделали набег в литовские земли и 1273 г., еще при Вольтере, нанесли литовцам сильное поражение при речке Дубена, впадавшей в Двину. Литовцы не оставались в долгу и постоянно тревожили орденские владения в Семигалии. [215] Магистр заложил динабургский замок как передовой пост против литовцев и русских. Место было выбрано весьма удачно и Рюссов справедливо замечает, что постройка замка внушила большую досаду окрестным язычникам, так как в Динабург явился довольно сильный немецкий гарнизон, мешавший набегам на Ливонию. Не нравилось появление новой крепости на Двине и полочанам.

Литовский князь Тройден, тот самый, который впоследствии после смерти Войшелка (см. выше стр. 144) сделался великим князем литовским, решился овладеть Динабургом. Вместе с русскими, он осадил новую крепость и стал разбивать стены ее большою метательною машиною. Осада была совершенно неудачна: литовцы и pyccкие отступили. Тогда магистр решился сам вторгнуться в Литву, пригласив на помощь датчан из Ревеля. На помощь магистру прибыл ревельский датский наместник Эйлард (Элерт) фон Оберг. Поход был удачен для рыцарей: они, разоряя литовские земли, дошли до Кернова на Вилии, бывшего столицею литовских князей, и с добычей возвращались домой, но у Ашерадена были окружены литовцами и потерпели сильное поражение. Ашераденское сражение происходило, по Вартбергу, 5 марта 1278 г., по другим же источникам 5 марта 1279 года. Кажется, что обозначение Вартберга вернее. В ашераденском сражении был убит магистр; в должность его вступил брат Гергод фон Каценельбоген.

1 июля 1274 г. умер рижский архиепископ Альберт II-й, почти все время управления своего архиепископством проведший в спорах то с Ригою, то с орденом из за даней, из за десятин, из за дележа земель, из за подсудности. Главною, а быть может, и единственною причиною этих споров была неопределенность отношений ордена к епископам и к рижскому архиепископу в частности.

Хотя споры и восходили на разрешение пап, но, разрешая частные случаи, папские буллы всетаки не определяли отношений ордена к епископам, а от этого и источник распрей не уничтожался. Впрочем, открытая вражда между орденом и рижским архиепископом обнаружилась гораздо поздние, лет чрез 20 после смерти архиепископа Альберта, преемником которому был архиепископ Иоанн.

15. Конрад фон Фухтеванге, пятнадцатый магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1279 81 г.

В 1279 г. должностью магистра в Ливонии был облечен Конрад фон Фухтеванге, который был также и ландмейстером прусским и занимал обе должности в одно и то же время. Во все время управления этого магистра продолжалась постоянная война между самаитами, семагалами и орденом. После трехлетнего управления, он отправился в Пруссию, где впоследствии получил сан [216] великого магистра. Таким образом этот магистр занимал три высшие должности тевтонского ордена.

Прим. перев. Вицеландмайстер ливонский (заместитель военноначальника) брат Гергард фон Каценельбоген донес великому магистру Герману фон Гельдрунгену о гибели ливонского магистра Эрнста фон Расберга в ашераденском сражении. Великий магистр, получивши в это время известие о гибели и орденского ландмейстера Конрада, постановил ландмейстерскую должность в Пруссии и Ливонии сосредоточить в руках одного полководца, Конрада фон Фейхтвангена.

Семигалы, ободренные ашераденскою битвою и умерщвлением магистра, незамедлили восстать на немцев, и весною 1279 года осадили орденский замок Терветен. Предводителем их явился один их старшина, по имени Намейзе, знакомый с бывшим магистром Вольтером фон Нордеком и водившийся с рыцарями. Этот то Намейзе, получив пощечину от какого то рыцаря, поклялся отомстить за то ордену. Зная злобу семигалов за обложение их данью в пользу архиепископа и ордена, он, немедленно-же после ашераденского сражения, поднял семигалов и явился во главе восстания.

Семигалы, осадив Терветен, выжгли предместье этого замка и умертвили всех христиан, бывших там, пощадив какого-то Вартольда, который выучил семигалов действовать из немецких самострелов, найденных в предместьи. Гарнизон Терветена защищался отчаянно, но когда семигалы начали действовать самострелами, то, видя невозможность дальнейшей обороны, рыцари в числе 15 человек, зажгли замок и бросились на осаждавших. Они были все перебиты, замок достался в руки семигалов, которые не замедлили отстроить его вновь.

В Эльбинге в это время собрался орденский капитул. Тут-то было постановлено послать на помощь в Ливонию орденский отряд под начальством Конрада, где ливонскими орденскими делами заведывал названный выше Гергард фон Каценельбоген. Конрад прибыл в Ливонию 13 июля 1280 г.

К этому именно времени и относятся дела под Добленом (см. выше статью "Доблен", стр. 8 и след.).

Два года провел Конрад в Ливонии, почти в беспрерывной войне с семигалами и литовцами, но, получив сведения о происшедших переменах и смерти многих сановников ордена, поспешил в Пруссию, где по смерти великого магистра Гартмана фон Гильдрунгена (19 авг. 1283 г.) он был избран великим магистром. Ливонским магистром по удалении Конрада, явлается Вилликен.

16. Вилликен фон Шурборг, шестнадцатый магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1281 87 г.

В 1281 году в Феллипе ливонским магистром был избран Вилликен фон Шурборг, которого многие называют также [217] Виллемом фон Эндорфом; этот магистр вел большие войны с литовцами, Самаитами и семигалами и убил их предводителя. Он выстроил Святую Гору в Семигалии и кроме того три замка Вольмар, Буртник и Трикатен. Наконец, в одном сражении семигалы одолели и убили его с 33 братьями ордена; 16 братьев были взяты в плен, из которых многи были привязаны нагими к лошадям и до смерти забиты дубинами; многие были привязаны к деревянным решеткам и таким образом были брошены в огонь и сожжены. Этот магистр управлял пять лет и пять месяцев.

Прим. перев. Виликен фон Шурберг (называвшийся также и фон Эндорфом), по вступлении в 1282 г. в должность ливонского магистра, преимущественное внимание свое обратил на покорение восставших против немцев семигалов, делавших вместе с литовцами беспрерывные вторжения и набеги на орденские владения. Чтобы затруднить такие набеги, магистр решился построить новый замок у Терветена. Все лето свозили строительные материалы в Митаву, откуда, когда наступила зима, их перевезли к Терветену и здесь на горе построили новую крепость (замок) Гейлигенберг. Семигалы не замедлили напасть на новую крепость, но были отбиты. Тогда они решились сделать набег на самую Ригу, но об их намерении какими то путями проведал гейлигенбергский командор и дал знать о том в Ригу. Рижане вооружились, но неприятель не показывался. Ночью (великим постом 1287 года) семигалы, воспользовавшись оплошностью рижан, не затворивших городских ворот, вошли в город, напали на орденскую конюшню, приспособленную для помещения войска, подожгли ее, перебили находившихся людей, и ушли домой. Тут пришла весть, что семигалы напали на Икскуль, выжгли посады. Магистр с отрядом рыцарей пошел к Икскулю и, не застав тут неприятелей, погнался за ними чрез леса и болота. Достигнув до Грозе (в нейбургском кирхшпиле), отряд рыцарей был окружен семигалами и 26 марта 1287 г. погиб. В свалке был убит и магистр.

17. Конрад фон Гертогенштейн, семнадцатый магистр тевтонского ордена, в Ливонии, 1287 89 г.

В 1287 году должность магистра в Ливонии стал исполнять Конрад фон Гертогенштейн, предпринимавший многократные походы против беспокойных самаитов, в отомщение им за смерть своего предшественника; он снова овладел бургом Доббеленом, которого лишился магистр Борхарт Горнгузен, и семигальскими крепостями Раттеном и Сидробеном, разгромил, сжег и разрушил их. Тогда семигалы снова были приведены в повиновение. Этот магистр управлял два года.

Прим. перев. Избранный, по смерти Вилликена, ливонский магистр Конрад фон Герцогенштейн (называется у [218] Вартберга Коно Гатгенштеенским, у Альнпеке — Гацигенштейнским). Собрав значительные по тому времени военные силы (до 6,000 ч.), он вступил в Курляндию, и постепенно овладел всеми укрепленными пунктами семигалов. Мужественно отбивались они от нападений, в марте 1289 года сделали даже набег к Дерпту, но дальнейшая борьба с падением и разрушением их укреплений в Доблене, Терветене, Раттене и др. оказывалась уже невозможною. Митавский командор предложил им покориться безусловно — и семигалы с 1280 г., ведшие ожесточенную борьбу с орденом, покорились. С окончательным покорением земель, составляющих нынешнюю Курляндскую губернию, орден приблизился к владениям литовских князей. Тевтонский орден к 1283 г. окончательно уже покорил пруссов — и приблизился также к литовским владениям, к Неману. Решительная борьба с литовскими князьями становилась на очереди, и не замедлила обнаружиться как на Немане, так и с курляндской границы.

18. Больто фон Гогенбах, восемнадцатый магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1289 — 94 г.

В 1289 г. должность магистра в Ливонии занял Больто фон Гогенбах; во времена этого магистра, между тем как в страна царствовал временный мир от русских, литовцев, самаитов и прочих язычников, снова поднялась и началась война зависти и честолюбия между орденом и епископами в Ливонии. Этот магистр управлял пять лет.

Прим. перев. После десяти летних тревог и ожесточенной борьбы в Семигалии, стоившей ордену больших, потерь (одних рыцарей погибло до 600), в Ливонии наступила тишина, и новый магистр Больт фон Гогенбах (по Вартбергу, Гальт см. выше стр. 96), сменивший Конрада (Коно, Куно) Герцогенштейна (Гатгеенштейна), мог, находясь в мире с соседями, заняться внутренними делами ордена. Тут последовало заключение различных сделок с епископами, но тут же начался и раздор между орденом и епископами.

Неопределенность отношений между орденом и епископами была едва ли не важнейшею причиною раздоров. По акту соединения орденов от 14 мая 1237 г., ливонский орден должен был признавать себя вассалом местных епископов, но в 1279 году император Рудольф распространил на ливонскую отрасль все права тевтонского ордена. Епископы не желали терять своих прав на главенство, но и орден не хотел уступать дарованного ему императором. К этому присоединились и запутанности от дележа земель. Орден стал жаловаться, что епископы не уважают их прав, епископы в свою очередь жаловались, что орден не исполняет своих вассальных обязанностей.

Епископа Николая в 1254 г. сменил епископ Альберт, возведенный в сан архиепископа в 1255 г. После его смерти [219] рижским архиепископом правили с 1274 по 1285 г. Иоганн 1-й фон Линен, и с 1285 по 1295 г. Иоганн II-й фон Фехтен. При учреждении рижского архиепископства, папа Инокентий IV подчинил прочие епископства этому архиепископству и утвердил за рижскою церковью ее владения, именно город Ригу и замки Торейду, Леневарден, Икскуль, Дален, Кокенгузен и пр. Впрочем, до конца ХIII-го столетия орден и епископы кое-как ладили между собою; открытая распря началась с 1296 г. и продолжалась до 1330 года, как о том будет упомянуто ниже.

19. Гинрих фон Думпесгаген, девятнадцатый магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1394 96 г.

В 1294 г. магистерского достоинства в Ливонии достиг Гинрих фон Думпесгаген, который заключил договор и мир с дерптским епископом Бернгардом. Но этот мир не долго сохраняли епископы, чрез что возникли большие и бесполезные войны. Этот магистр управлял два года.

Прим. перев. По договору с дерптским епископом Бернгардом II (1285 — 1303), между прочим, все крепости дерптского епископства предоставлялось занять орденскими гарнизонами для лучшей обороны епископства от вторжений псковичей.

20. Бруно, двадцатый магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1296 — 98 г.

В 1296 г. магистром в Ливонии был сделан Бруно, во времена которого магистра возникла большая война между орденом и третьим архиепископом, Иоанном фон дер Фехтэ, совместно с рижским капитулом. Потому что, как названный епископ совместно со своим капитулом и всем епископством соединился с литовцами и другими язычниками и ввел множество тех язычников в страну, так и магистр Бруно принужден был ополчиться с союзниками своего ордена. И когда оба полчища сошлись на поле и сразились под Трейденом, тогда рижское, епископское войско с неверными литовцами одержали победу, и убили магистра Бруно вместе с 60 братьями ордена; чрез это епископские люди и рижские бюргеры сделались очень дерзкими и обложили Ниэмюле— орденский замок, от которого были отбиты. Тут рижан погибло около 400, некоторые были убиты, другие оттеснены в воду, где должны были потонуть. Случилось это в 1298 г.

Прим. перев. Ливонский магистр Бруно был убит 1-го июня 1298 года.

Не излишне здесь привести некоторые подробности о предшествовавших этой катастрофе событиях. [220]

Известно, что, основав в 1201 г. Ригу, епископ Альберт старался привлеч в новый город, который он имел полное и неоспоримое право называть своим созданием, оседлое, и притом надежное немецкое население, которое бы могло защитить город от враждебных покушений туземцев и русских. Привлечь же такое население можно было не иначе, как предоставлением новому городу обширных прав и преимуществ, чтобы немецкому купцу и ремесленнику было из за чего бросать родину и переселяться в страну неведомую и притом явно враждебную пришельцам. Епископ так и сделал: построил город, обвел его крепкою стеною и дал немаловажные политически права и обширные преимущества в торге и промыслах всем немецким купцам и ремесленникам, которые составили первое городское население, первое бюргерство. Расчет умного епископа оправдался: в Ригу явились люди не без денег и не без заграничного кредита, люди, способные не только защищать свой город, но и принять деятельное участие совместно с епископом в его походах на эсто-латышские земли.

Пользуясь хорошо избранным географическим положением своего города, рижские бюргеры незамедлили повести прибыльную торговлю с русскими, населявшими обширные земли Двинского бассейна, а участвуя в епископских походах, приобрели и не без доходные земли. Рига была сборным пунктом пилигримов, приезжавших в Ливонию из Германии, а это дало возможность нанимать их в свою службу и посылать в походы вместе с рыцарями и епископскими вассалами. Одним словом, обстоятельства складывались весьма благоприятно для рижских бюргеров, которые скоро разбогатели и, что всего важнее, сплотились в массу, способную, в случае общей опасности, действовать единодушно.

Скоро после своего основания, Рига вступила в ганзейский союз, а это было вовсе не маловажное дело в те времена, потому что ганза ворочала всею торговлею севера и располагала далеко не маловажными средствами.

Рижские епископы (с 1255 года архиепископы) с капитулом имели свое местопребывание в Риге, так как сюда еще Альберт перенес свою кафедру из Икскуля после отстройки в 1210 году собора и монастыря (нынешняя Domkirche). Рижские бюргеры всегда признавали над собою главенство своего архиепископа и жили в ладу с ним, частно из благочестия, видя в архиепископе верховную власть, установленную папою, а частию и из благодарности за полученные от епископов и архиепископов права и преимущества, которых не бюргеры не имели. С своей стороны и архиепископ со своим капитулом, имея высшую судебную власть в городе и исправно получая половину всех доходов, судебных взысканий и штрафов, не имели повода быть не довольными бюргерами, своими детьми, как выражались в те времена епископы и католические и православные (епископ полоцкий, напр., называет своими детьми рижских ратманов, см. выше стр. 68). [221]

Орден меченосцев, а потом и ливонская отрасль тевтонского ордена имели также свое местопребывание в Риге; рыцари имели здтесь свой дом, т. е. замок для помещения своего конвента, имели и другие строения, построенные для разных орденских нужд как внутри, так и вне города; но нельзя сказать, чтобы рыцари и бюргеры жили в ладу между собою. Чуть лишь совершился первый раздел земель ливов и латышей между епископом Альбертом и орденом, как орденский магистр заявил пред папою свои притязания на треть города (см. выше стр. 35). Первый папский легат, епископ Вильгельм Моденский, кое-как уладил в 1226 году отношения ордена к городу, которые остались по своему существу без особенных перемен и по соединении орденов. Городу сильно не нравилось, что орденские земли подходят под самые стены Риги, что след. орден, если захочет, всегда может поставить бюргеров в затруднительное положение, пресекши подвоз съестных припасов в город, не нравилось и то, что орден имел значительные земли и по приморскому берегу; след. мог, если захочет, мешать и торгу. Как бы то ни было, но лет 50 прошло с 1226 года, в течение которых рыцари и бюргеры жили между собою если и не в дружбе, то без явного раздора, который появился, когда император Рудольф в 1279 г. распространил на ливонскую отрасль все права тевтонского ордена. Рыцари, основываясь на том, что Ливония есть имперский лен, стали с этого времени стремиться сделать Ригу подсудною себе, что, конечно, крайне не нравилось бюргерам, не без основания видевшим в подобных стремлениях опасность не только для своих привиллегий, но и для всех своих имуществ. Раздражение явилось, но, однако, не выходило наружу ни при епископе Иоание I-м фон Линене (1274 — 85), ни при архиепископе Иоанне II-м фон Фехтене (1285 — 95). В 1295 г. архиепископ Иоанн II-й умер и на его место в том же году был избран рижским архиепископом Иоанн III-й, граф Шверинский, который и вступил в управление рижским архиепископством со всеми правами главенства над Ригою, которые всегда принадлежали рижской церкви и были утверждены за нею папою Александром при учреждении рижского архиепископства.

В том же 1295 г. был избран магистром брат Генрих Динстелагский, тот самый, который заключил союз с дерптским епископом Бернгардом II-м. Он правил орденом очень не долго, потому что умер 28 сентября 1296 г., на его же место был избран брат Бруно, прибывший в Ригу лишь в августе 1297 года.

Тут то произошло событие, само по себе незначительное, но достаточное для того, чтобы произвести взрыв при напряженности отношений.

Город, для защиты от наводнений, выстроил на правом берегу Двины больверк и от него, для удобнейшей доставки дров в город, начал строить мост на близ лежавший остров. [222] Мост имел и раздвижную часть для пропуска судов. Работы еще не были кончены, как к мосту прибыл какой то корабль, раздвижная часть была покрыта досками и кораблю нельзя было подойти к городу. Орденские слуги разбросали доски, причем поссорились с рабочими, работавшими на мосту, и в ссоре побили их. Эта драка и послужила поводом к разрыву между городом и орденом.

Кажется, что все это дело происходило раннею весною 1297 года. В Риге не было еще магистра, но не было в городе и архиепископа Иоанна III-го, который в это время находился за границей.

Бюргеры, видя самоуправство орденских слуг, спросили командора орденского рижского замка, произошло ли оно с его ведома или нет. Командор дал ответ утвердительный. Тогда бюргеры заговорили о вознаграждении и о том, то подобное самоуправство произведет дурное впечатление в ганзейских городах. Командор не обратил на это внимания, и с своей стороны заявил, что велит разорить в пол дня все, что рижане настроят в десять дней. Заместитель магистра, управлявший делами ордена, пошел далее: велел бюргерам непременно разобрать мост и впредь до разобрания запретил подвозить в Ригу съестные припасы из окрестных, принадлежавших ордену, деревень, что равнялось объявлению города в осадном положении.

За отсутствием архиепископа, рижские бюргеры решились обратиться к папе с жалобою на орден. Соборный капитул между тем и некоторые из епископов явились посредниками в споре и устроили так, что орден и город заключили между собою перемирие на определенное время. Рыцари воспользовались этим перемирием, чтобы привести свой рижский замок в оборонительное положение и в возможность действовать из него по городу, стянули к замку из окрестных своих замков человек 500 вооруженного народа, и заняли городской госпиталь св. Георгия (ныне конвент св. Духа). За три дня до окончания перемирия, прибыл в Ригу архиепископ (новый магистр прибыл еще в августе) и, явившись в орденский стан, заявил, что бюргеры готовы сломать мост. "Не мост составляет причину вражды — ответил магистр — а двадцать лет тянущиеся пререкания между городом и орденом". Перемирие, однако, продолжили до 29-го сентября, впредь до прибытия из Любека и других ганзейских городов послов, которые уладили бы спор.

Но еще до этого орденские ратники произвели пожар в городе. В отместку ли за это, или просто из желания повредить ордену, но бюргеры, по видимому, с согласия архиепископа, разрушили орденские амбары вне города и орденский георпевский двор внутри города.

После этого о мире нельзя было и думать, — но, однакоже, перемирие продолжили еще до 11 ноября. Тут магистр узнал, что рижские бюргеры входят в соглашение о помощи с [223] эзельским епископом. Он немедленно же пошел на этого епископа и, овладев Леалем и островом Эзелем, лишил тем архиепископа большой поддержки. На дерптского епископа нельзя было также расчитывать, потому что магистр и с ним совладал очень скоро.

Архиепископ, оставленный без помощи от прочих епископов, не мог не видеть, что бороться ему одному с рижанами против ордена невозможно, что и ему грозит участь, постигшая эзельского и дерптского епископов. Он завел поэтому сношения с литовскими послами о помощи, и поручил соборному капитулу заявить ганзейским городам, что литовцы крестились бы, если бы орден не мешал тому. Раздразненный этим магистр занял архиепископские замки Кокенгузен и Трейден, захватил самого архиепископа в Трейденте и запер его в Феллине.

Рижане тогда разорили орденский замок, убили в нем несколько рыцарей, разорили и орденскую церковь.

Литовский князь Витень, приглашенный в Ливонию, охотно явился на помощь рижанам и, по обычаю литовцев, страшно разорил все встречное. Весною 1298 г. он снова появился в Ливонии, соединился с рижскими и архиепископскими людьми, изменою захватил замок Каркус, перебил там рыцарей и, рассеяв свои хищные толпы по Ливонии, стал жечь церкви, деревни, избивая, по тогдашнему обычаю, попадавшихся в руки мущин, и уводя в неволю женщин и детей. С награбленною добычею и многим полоном он возвращался домой. Магистр Бруно с отрядом рыцарей вышел на встречу Витеню, 1 июня 1298 г. сразился с ним у реки Лифляндской Аа и потерпел совершенное поражение. Литовцы убили магистра и с ним 60 рыцарей и, поделив добычу с рижанами (см. выше стр. 67), осадили орденский замок Нейермюлен.

21. Готфрид, двадцать первой магистр тевтоистго ордена в Ливонии, 1298 — 1307 г

В 1298 г., в самый разгар войны с рижским apxиепископством, в ливонские магистры был избран Готфрид. Во времена этого магистра в стране продолжался добрый мир ради внешних врагов, но внутренюю войну между орденом и епископами не могли и не хотели так скоро прекратить. Этот магистр управлял 8 лет. В это время в Риге был четвертыим apxиeпископом Иоанн, граф Шверинский.

Прим. перев. Готфрид фон Рогге был ливонским магистром с 1299 по 1309 год.

Почти все время магистерства Рогге прошло в переговорах, соглашениях и новых раздорах архиепископа с Ригою. После умерщвления магистра Бруно, литовцы осадили Нейрмюлен, но не имели уже прежней удачи. Кенигсбергский командор [224] Бертольд фон Бригафен разбил их 29 июня 1298 г. опустошил архиепископские имения, обобрал из архиепископского бурга серебряные сосуды и дорогие вещи на 6000 марок, потом и сам сделал набег на литовские земли, куда из за Немана вторгся и бранденбургский командор. Набеги эти, подобно многим предшествовавшим, не повлекли за собою никаких серьезных результатов. Apxиeпископ находился в плену, и рижский капитул, для его освобождения, обратился было за помощью к королю датскому Эриху VI. Тот обещал помочь на не безвыгодных, конечно, для себя условиях, но помощи однако никакой не подал.

Тем не менее со смертию Бруно дела приняли оборот для ордена не совсем благоприятный: папа, получив донесение о ливонских происшествиях от великого магистра и, конечно, от ливонского духовенства, 12-го января 1299 г. потребовал, дабы обе спорившие стороны прибыли в Рим к июлю месяцу на папский суд и дабы орден немедленно же освободил архиепископа с возвращением ему всех церковных имений.

Архиепископ Иоанн III-й был освобожден и скоро отправился в Рим, чтобы лично принести жалобу папе на орден. Эзельский епископ Конрад не замедлил также принести папе жалобу, что орден силою захватил и опустошил его епископство, ограбил в эзельском епископстве церкви и больницы, умертвив много народа. Не упустил также пожаловаться папе и епископ курляндский, обвиняя орден в том, что он грабил крещеных уже семигалов, церкви опустошал, издевался даже над святынею: дары топтал ногами, покров от чаши подарил какой то женщине на головной убор. Рига с своей стороны жаловалась на орден, что рыцари подрывают рижскую торговлю, что бюргеры должны добывать себе съестные припасы из дальних мест, так как орден не дозволяет провоза припасов в Ригу из ближайших окрестностей.

Иоанн III не дожил до папского решения по этим жалобам: он умер в июле 1300 г. Вследствие этого, папа Бонифаций VIII назначил 19 декабря 1300 г. преемником ему своего капелана Изарна Таккони, бывшего пред тем легатом в Дании. Новый архиепископ, приняв, повидимому, во внимание, что если в бывших распрях орден был виновен в открытии, без достаточных оснований, неприязненных действий с Ригою, то и покойный архиепископ был неправ, когд вошел в союз с язычниками, стал заботиться покончить дело мировою и предложил условия: обе стороны, т. е. орден и архиепископ, пусть бросят претензии на взаимные убытки, георгиевская церков в Риге пусть будет снова отдана рыцарям, но рыцарей в самом городе, чтобы не проживало больше 10 человек, чтобы они в самой Риге не занимали никаких башен и никаких укрепленных пунктов. Мост, подавший повод к распре, пусть остается, но с раздвижною частию для пропуска судов; торг пусть будет волен и беспошлинен для обеих сторон. За архиепископом должно, по прежнему, [225] оставаться право верховной власти над Ригою, но вопрос об орденских имениях в городской черте и о спорных имениях рижских бюргеров в Ливонии пусть решит папа. Условия эти папа одобрил с присовокуплением, однако, что орден не только должен отдать обратно архиепископу все его имения, но и вознаградить рижскую церковь за понесенные убытки.

Архиепископ Изарн прибыл в Ригу в 1301 г. Великий магистр Готфрид фон Гогенлоэ также прибыл в Ливонии с 50 рыцарями, чтобы окончательно помирить архиепископа с ливонским магистром Готфридом фон Рогге, и успел в том: apxиепископ помирился с орденом на вышеизложенных условиях, при чем было положено также, чтобы орден восстановил разрушенные замки эзельского епископа и чтобы на Эзеле никаких новых крепостей не возводил.

Мировая эта состоялась в июне 1302 года. Архиепископ затем начал хлопотать, чтобы помирить орден и с городом, но рижские бюргеры, лучше сказать магистрат и обе гильдии, никак не хотели мириться на условиях, предлагаемых архиепископом. Это упрямство, говорят, и было одною из причин, что Изарн в конце 1302 г. отказался от сана рижского архиепископа и выехал из Риги, будучи назначен папою лундским архиепископом. Целый год рижская архиепископская кафедра оставалась незамещенною и лишь 31 марта 1304 г. папа назначил рижским архиепископом чешского миноритского монаха Фридриха. Новый архиепископ виделся в Венеции с великим магистром тевтонского ордена Зигфридом фон Фейхтвангеном, обещал ему уважать права ливонского ордена, лишь бы только орден защищал ливонскую церковь от всех ее врагов и в том же году отправился в Ригу. Он был встречен и принят в Ливонии с большими почестями, немедленно же принял присягу на верность себе от города Риги и вассалов рижской церкви, и вступил в управление всем архиепископством без всякой помехи с чьей бы то ни было стороны. Ему удалось привести к соглашению орден и город Ригу на условиях, выработанных при его предшественнике. Акт этого соглашения не сохранился, но, кажется, что существенными пунктами его были: Рига, по прежнему, остается подсудною архиепископу, но Ливония остается под главенством папы. Орден должен возвратить Риге все городские имения и дома; между городом и орденским замком должна быть выстроена стена с воротами для пешеходов; в городе могут проживать орденские братья численностью не свыше 20 человек; в капитул орденские братья могут являться не свыше 30 человек. Орден не имеет права возводить в городе ни башен, ни других укреплений; мост на Двине остается, лишь бы он не мешал судоходству. Относительно 1,500 гаков земли в Курляндии и 400 гаков на Эзеле, требуемых городом от ордена, пусть решит папа. Рижские бюргеры должны непременно отказаться от союза с литовцами. [226]

Соглашение кое-как состоялось, но тут же и порвалось по следующему случаю:

В 1303 году литовские хищники напали на динаминдский монастырь, ограбили его, перебили монахов, воспользовавшись тем, что монастырь этот не был достаточно укреплен. Орден предложил динаминдскому абату продать монастырь за 4,000 марок. Абат согласился, сделка совершилась 26 мая 1305 года и орден немедленно же занял динаминдский бург и укрепил его сообразно потребности.

Надобно заметить, что Динаминд (замок и монастырь), находившийся при самом устье Двины, имел большое значение для рижской торговли и городу Риге совсем не все равно было: находился ли динаминдский бург в руках ордена, или в руках абата, подчиненного архиепископу. Еще гораздо ранее, именно в 1263 году, город Рига взял с тогдашнего динаминдского абата Вильгельма письменное обязательство никому не уступать, без согласия города, ни динаминдского бурга, ни приписных к нему земель в Семигалии и по реке Лифляндской (Трейденской) Аа. Как только динаминдский бург явился в руках ордена, то рижане тотчас же протестовали против сделки, совершенной между орденом и абатом, не только без согласия, но даже и ведома рижских бюргеров. Apхиепископ, говорят, по этому поводу сам советовал бюргерам не прерывать связей и союза с литовцами и не исполнять условий соглашения с орденом, именно вследствие занятия орденом динаминдского бурга. этого мало; архиепископ, не желавший, чтобы устья Двины находились в орденских руках, в сентябре того-же 1305 года, подал папе обширную резко написанную жалобу, в которой обвинял орден не только в непослушании ему, apхиепископу, как верховному владыке страны, но и в стремлениях взять верх над ним. Нет человека, писал архиепископ, который бы не был оскорблен орденом; орден есть самый заклятый враг не только рижской, но и всей римской церкви; своим поведением и поступками орден подрывает веру и нравственность: не строит для новокрещеных церквей, не назначает священников, так что туземцы остаются в неверии, по старому; не пускает ни одного монаха поселиться между новокрещенцами; хватает даже архиепископских миссионеров и запрещает им проповедывать евангелие между язычниками и новокрещеными. Отлученным от церкви братьям орден дает высшие места и назначения без духовного отпущения грехов; великого поста не соблюдает. Посягает на судебную власть apxиепископа и еще недавно изгнал из курляндского епископства всех каноников, заместив их своими, орденскими. Самопроизвольно поднимают рыцари оружие на христиан, умерщвляя тех, кто противится им. Так недавно, не смотря на заключенное соглашение, они перебили рижских бюргеров и многие тысячи народа умертвили при противозаконном взятии острова Эзеля. Язычникам орден продает оружие, железо и другие товары, находится с ними в постоянных связях: замок Динабург [227] продан им за триста марок и покинул им архиепископский замок (двор) в Полоцке. Орден захватил архиепископские замки Икскуль, Митаву и Кирхгольм, присвоил себе Лубанское озеро и землю Астигерве и еще недавно забрал в свои руки динаминдский apxиeпископский замок и монастырь.

Многие из этих обвинений были преувеличены, многие совершенно неверны, но некоторые были и справедливы. Орденский прокуратор при римском дворе отвечал в 1306 г. на эти обвинения и опровергал их довольно удачно: орден никогда не отступал от духовной подсудности архиепископу, не мешал проповедникам, не способствовал отпадению от хрисианства Семигалии. Многие из крещеных семигалов воротились в язычество от того, что apxиепископский капитул не озаботился постройкою для защиты их надежных бургов. Торгуют с язычниками не братья рыцарства, а рижские бюргеры. В Курляндии орденские каноники назначаются с согласия архиепископа, данного еще за 40 лет пред сим. Полоцк никогда не был во власти ордена. Динабург и Митава выстроены орденом, а вовсе не архиепископом. Динабург рыцари не продавали, а его русские разрушили. Икскуль, составляющий архиепископский лен, заложен ордену вассалом рижской церкви Иоанном Икскулем за 300 марок. На Эзель орден поднял оружие за то, что эзельский епископ вошел в союз с рижанами и литовцами. Впрочем, орден, согласно договора с архиепископом Изарном, уже возместил епископские убытки.

Весною 1306 года архиепископ Фридрих поехал сам к папскому двору, пребывавшему в это время в Авиньйоне, для личных объяснений, а между тем рижские бюргеры никак не могли забыть потери Динаминда. Хотя они и заплатили ордену 1000 марок за рыцарский Геориевский двор внутри города, но двора все таки рыцари им не сдавали, требуя, чтобы рижане отказались от союза с литовцами. Рижане же не только не хотели отказываться от союза, но напротив, подстрекнули литовцев сделать набег на орденские земли. Литовцы не заставили себя долго просить и в июне 1306 г. уже грабили ливонские владения, находя себе защиту под самыми стенами Риги, по всей вероятности, в литовсвом замке (см. выше стр. 97). Рыцари не могли подступиться к грабителям и, наконец, дали 700 марок рижанам, чтобы они только не помогали литовцам. Когда язычники стали под самой Ригой нещадно избивать попавшихся им пленных, то рыцари 2-го июля 1307 г. напали на литовцев и в свою очередь перебили с тысячу хищников.

Рижане и тут, однако, не думали отставать от своих союзников и прямо же заявили в 1309 г. епископам дерптскому, эзельскому и эстонскому (датскому) рыцарству, что не откажутся от союза с литовцами до тех пор, пока орден не отдаст Динаминда рижанам.

Папа Бонифаций VIII, в бурные времена своего папства, мало обращал внимания на ливонские дела; более серьезное [228] внимание на них обратил его преемник Климент V, но уже при преемники Рогге магистр Гергард Иорк.

22. Конрад фон Иокке, двадцать второй магистр тевтонского ордена в Ливонии, 1307 27 г.

В 1307 г. место ливонского магистра получил Конрад фон Иокке, который собрал большое войско из туземных заграничных воинов, кроме того ему на помощь было прислано из Пруссии много воинов, предводителем коих был некто по имени Кетельгедт; с таким ополчением магистр пошел в Poccию и осадил город Псков, взял и разграбил его, и привез с собою непомерно громадную добычу, принудив русских таким образом к миру. Этот магистр выстроил замок Мейзатен в Семигалии и многие другие замки.

Во время управления этого магистра в 1315 году была в Ливонии и во всех окрестных землях такая неслыханная, ужасная дороговизна на хлеб и другие необходимые продукты, что многие сотни людей умерли с голоду, которых бросали в большие крестьянские ямы и хоронили; даже доходило до того, что некоторые родители убивали своих детей и ели их, и некоторые родители от недостатка в хлебе запирали своих детей в жарких банях, чтобы дети задохлись. В то же время случилось, в Эстляндии, в одной деревне, называвшейся Пуггет, что работник с голоду убил своего отца и хотел его съесть, при этом был схвачен и под тяжелым наказанием был замучен до смерти. И если тогда случалось, что на виселице вешали вора, то его бедные люди ночью снимали и съедали. Этот голод и эта дороговизна продолжались три года по той причине, что хлеб, как рожь, так и ячмень, всякий год вымерзали на поле.

Во время этого магистра была также война между орденом и епископом эзельским, в которой магистр отнял от епископа дома (замки) Гапсель, Лоде и Леаль вместе со всем Виком. Наконец, этот раздор прекращен и улажен Изарном, пятым архиепископом рижским. После того Изарн оставил свое apxиeпископство и уехал в Италию, откуда прибыл.

Прим. перев. рассказ Рюссова о событиях, происходивших во времена магистерства Гергарда Иорке (Иокке) далеко не полон и далеко не верен. Во первых, магистр Иорке управлял ливонскими орденскими делами не с 1307 по 1327 г., как показано у Рюссова, а с 1309 по 1324 г., во вторых война со псковичами и осада Пскова были не в 1307, а в 1323 г. (см. выше стр. 98 и прим. 4 на стр. 143), далее архиепископом рижским во времена Иорке был не Изарн, оставивший Ливонию, как сказано в предыдущем примечании, еще в конце 1302 г., а Фридрих, затем ни [229] слова не сказано о распрях между орденом и архиепископом, продолжавшихся при Иорке.

У Вартберга (см. выше стр. 98 и 99) указаны важнейшая события, происшедшие во времена Иорке; не излишне, однако, привести здесь некоторые подробности о распрях между архиепископом и орденом, то стихавших, то снова разгоравшихся и тянувшихся до покорения орденом Риги в 1330 г.

Папа Климент V, возведенный на папский престол французским королем Филиппом IV, явился врагом всего тевтонского ордена. В 1309 году он поручил Иоанну, apxиепископу бременскому, и Францу Малиано, канонику лаонскому, исследовать на месте ливонские дела по жалобам архиепископа, а в следующем 1310 году (19 июня) издал, по ходатайству рижского архиепископа Фридриха против тевтонского ордена буллу, в которой на основании жалоб ливонских епископов, поданных еще в 1308 году, обвиняя орден в том, будто рыцари добивали раненых ратников и трупы их сжигали, будто сам магистр избег этой участи единственно по просьбе своего оруженосца. Обвинение весьма важное, ибо, по тогдашним понятиям, сжигание трупов противоречило учению о воскресении мертвых и составляло характеристичное различие между языческими и христианскими нравами. От обвинения в сжигании трупов недалеко уже было до обвинения в ереси и до участи, постигшей тамплиеров, подвергнуть которой тевтонский орден были не проч как рижский архиепископ, так и прочие епископы прусские и ливонские.

В марте 1312 года в Ригу прибыл папский следователь Франц Малиано и потребовал, чтобы орден очистил Динаминд и затем стал собирать обвинительные пункты на орден. Таких пунктов оказалось 230. Но эти обвинения не повели, однако, ни к каким серьезным результатам: рыцари добыли от эрц-абата Генриха фон Цистерца утверждение покупки динаминдского монастыря, а деньгами и богатыми подарками (папа получил 4,000 зол. гульденов) побудили папский двор к молчанию. В следующем 1313 году епископы ревельский и эзельский, эстонское дворянство и города Ревель и Дерпт (они еще в 1304 г. составили между собою союз) взялись быть посредниками между орденом и Ригою и действительно кое-как успели примирить соперников. Орден должен был снова отстроить Динабург, что он и исполнил в 1313 г. (см. выше стр. 98).

Папа Климент V-й умер 20 апреля 1314 г. На папский престол вступил Иоанн XXII, француз родом; в том же 1314 г., получив сведения, что римская церковь в принадлежащей св. Петру Ливонии пришла в упадок скорее от безбожия христиан, чем от враждебности язычников, что многие, желавшие принять христианство, отступились от своего намерения и новокрещенцы, за недостатком пастырей, впали опять в язычество, потребовал, чтобы вассалы архиепископа рижского (Розен, Икскуль, Тизенгаузен, Унгерн, Пален) явились в Авиньйон для объяснений о [230] положении дел. Вместе с тем папа приказывал ордену возвратить рижскому архиепископу Динаминд и прочие отобранные имения и прислать уполномоченных в Авиньйон для объяснений. Должны были прибыть в Рим также уполномоченные от епископа эзельского и от рижского капитула, равно и абат Цистерц должен был представить папе отчет и объяснение о продаже Динаминда, так как церковные имущества могут быт отчуждаемы лишь с папского разрешения.

Чрез некоторое время папа вызывал к своему двору и великого магистра.

Общий съезд к папскому двору последовал, однако, не ранее как в 1318 г., после того, как рижские бюргеры, не смотря на заключенное с орденом перемирие, напали (24 апреля 1316 года) на динаминдское предместие, перебили там не мало народа и начали таким образом новый раздор с орденом.

В 1318 году великий магистр Карл Трирский, ливонский магистр Гергард Иорк со всеми сановниками, архиепископ рижский со своими и некоторые прусские епископы прибыли в Авиньйон. Спорили долго, но однакоже орден оправдался от взводимых на него обвинений, и папа 25 июля 1319 года утвердил Динаминд за орденом.

В 1322 году ливонский магистр Гергард Иорк сложил с себя должность и когда в ордене возник спор о выборе преемника (см. выше стр. 99), великий магистр, для прекращения спора, прислал 19 июня 1322 года в Ливонию Конрада Кетельгода (Кессельгута) заместителем магистра.

Конрад Кетельгод управлял делами ливонского ордена два года, весьма беспокойные для ордена. В эти годы действующим лицом в Ливонии является знаменитый литовский князь Гедимин (см. выше стр. 146).

В 1322 г., едва ли не по приглашению архиепископа рижского, он вторгся в Ливонию, опустошил землю до Дерпта и, захватив до 1,000 человек в плен, завел сношения с Ригою и архиепископом о заключении такого же дружественного и торгового союза, какой существовал при предшественнике его Витенене (Витене). Но как Псков явился также союзником Гедимина (брат Гедимина, гродненский князь Давид сделался псковским князем), потому командоры венденский и динаминдский с четырьмя эстонскими вассалами от имени всей Ливонии заключили (28 января 1323 г.) наступательный и оборонительный союз с новгородцами против литовцев и их союзников рижан и псковичей. Немцы перебили псковских купцов на озере и опустошили часть псковской земли. Псковичи тотчас же послали за Давидом и в феврале 1323 г. опустошили землю до Ревеля. Следствием этого была война со Псковом (см. выше стр. 145). Конрад осадил Псков 13-го марта и потом 15 мая 1323 г., но серьезного ничего не достиг, напротив сам был разбит Давидом и вынужден был помириться с псковичами. [231]

В феврале и марте 1323 года, в то время, когда орден и псковичи находились в войне между собою, Гедимин сделал набег на Курляндию, опустошил земли от Мемеля до Семигалии и увел оттуда в плен тысячь 20 народа. Но тут разнеслась весть, что Гедимин желает принять католичество (см. выше стр. 99 и 147). Он написал письмо к папе (некоторые, впрочем, сомневаются в подлинности письма литовского князя), которое рижские бюргеры отправили в ганзейские города и папе. Весть о намерении Гедимина принять католичество разнеслась по Ливонии и побудила архиепископа, епископов эзельского и дерптского, наместника ревельского, города Ригу и Дерпт и орден отправить посольство к Гедимину в Вильну (6 августа 1323 г.). Посольство это было дружественно принято Гедимином 8 сентября того же года, но литовский князь, не отрекаясь от письма к папе, повел речь не о вере, а о мире, т. е. о вопросе самом существенном сколько для Риги, столько же и для Гедимина. Мир заключили 2 октября 1323 года, при чем главное условие состояло в том, что сухопутные и водяные сообщения Ливонии с Литвою делаются свободными для договаривавшихся сторон.

Кетельгод после этого уехал в Пруссию, а ливонским магистром избран брат Реймар Гане, о котором Рюссов не упоминает вовсе, но который управлял с 1324 года ливонскими орденскими делами по 1328 г.

Папа нарядил особое посольство к Гедимину. Легаты (Варфоломей, епископ алетский, и Бернард, абат пюйский) прибыли в Ригу 22-го сентября 1324 г., подтвердили мир, заключенный 2 октября 1323 года подлежавшим к сохранению по крайней мере в течение четырех лет, отправились к Гедимину, но решительно ни в чем не успели, потому что рыцари из за Немана, непризнававшие помянутого договора, еще до приезда легатов, вторгнулись в Литву и опустошили даже предместье Вильны (22 мая 1324 г.). Мстя за этот набег, литовцы разорили в Мазовии 80, а в Полоцком епископстве 37 деревень. О мире между тевтонским орденом и Литвою не могло быть и речи.

Неудачу папского посольства, уничтожение планов на счет присоединения Гедимину к католичеству, архиепископ Фридрих приписывал ордену, и не переставал враждовать с ним. Вражда с особенною силою обнаружилась в 1328 г., когда ливонским магистром явился гольдингенский командор Эвергард фон Мангейм, человек решительный и умевший располагать воинскими силами ордена.

Текст воспроизведен по изданию: Рюссов, Бальтазар. Ливонская хроника // Сборник материалов и статей по истории Прибалтийского края. Том II, 1879.

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.