Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

МАРКО ПОЛО

КНИГА О РАЗНООБРАЗИИ МИРА

DIVISAMENT DOU MONDE

КНИГА ПЕРВАЯ

ГЛАВА XL

Как странствуют по пустыне

Из Кобиана восемь дней едешь пустынею; сушь тут великая; нет ни плодов, ни дерев, а вода горькая и скверная; еду и питье можно с собою везти; только скотина пьет охотно здешнюю воду.

Через восемь дней приезжаешь в область Тонокаин 97.

Городов, замков тут много; здесь же северная граница Персии. Большая тут равнина, и стоит на ней древо сол 98; христиане прозвали его сухим деревом. Расскажу вам, что это за дерево. Оно и велико, и очень толсто; листья у него с одной стороны зеленые, а с другой — белые. На нем орехи, словно каштаны, но внутри пусты. Дерево твердо и желто, как букс 99. На сто миль кругом нет других дерев.

В одну только сторону, в десяти милях, есть дерева. Рассказывают здешние люди, что было тут сражение между Александром и Дарием 100. Много всякого добра в городах и в замках, и нет тут ни большой жары, ни большого холода; все в меру. Народ молится Мухаммеду. Мужчины очень красивы, но в особенности — женщины.

Оставим эту страну, расскажем о другой, Милект, где горный старец обитает.

ГЛАВА XLI

Здесь описывается горный старец и его асасины 101

В стране Мулект 102 в старину жил горный старец. Мулект значит [жилище] арамов 103. Все, что Марко рассказывал, то и вам передам; а слышал он об этом от многих людей. Старец по-ихнему назывался Ала-один 104. Развел он большой, отличный сад в долине, между двух [218] гор; такого и не видано было. Были там самые лучшие в свете плоды. Настроил он там самых лучших домов, самых красивых дворцов, таких и не видано было прежде; они были золоченые и самыми лучшими в свете вещами раскрашены. Провел он там каналы; в одних было вино, в других — молоко, в третьих — мед, а в иных — вода. Самые красивые в свете жены и девы были тут; умели они играть на всех инструментах, петь и плясать лучше других жен.

Сад этот, толковал старец своим людям, есть рай. Развел он его таким точно, как Мухаммед описывал сарацинам рай: кто в рай попадет, у того будет столько красивых жен, сколько пожелает, и найдет он там реки вина и молока, меду и воды. Поэтому-то старец развел сад точно так, как Мухаммед описывал рай сарацинам; и тамошние сарацины верили, что этот сад — рай. Входил в него только тот, кто пожелал сделаться асасином. При входе в сад стояла неприступная крепость; никто в свете не мог овладеть ею; а другого входа туда не было.

Содержал старец при своем дворе всех тамошних юношей от двенадцати до двадцати лет. Были они как бы его стражею и знали понаслышке, что Мухаммед, их пророк, описывал рай точно так, как я вам рассказывал. И что еще вам сказать? Приказывал старец вводить в этот рай юношей, смотря по своему желанию, по четыре, по десяти, по двадцати, и вот как: сперва их напоят, сонными брали и вводили в сад; там их будили.

ГЛАВА XLII

Как горный старец воспитывает и делает послушными своих асасинов

Проснется юноша и, как увидит все то, что я вам описывал, поистине уверует, что находится в раю, а жены и девы во весь день с ним: играют, поют, забавляют его, всякое его желание исполняют; все, что захочет, у него есть; и не вышел бы оттуда по своей воле. Двор свой горный старец держит отлично, богато, живет прекрасно; простых горцев уверяет, что он пророк; и они этому поистине верят.

Захочет старец послать куда-либо кого из своих убить кого-нибудь, приказывает он напоить столько юношей, сколько пожелает, когда же они заснут, приказывает перенести их в свой дворец. Проснутся юноши во дворце, изумляются, но не радуются, оттого что из рая по своей воле они никогда не вышли бы. Идут они к старцу и, почитая его за пророка, смиренно ему кланяются; а старец их спрашивает, откуда они пришли. Из рая, отвечают юноши и описывают все, что там, словно как в раю, о котором их предкам говорил [219] Мухаммед; а те, кто не был там, слышат все это, и им в рай хочется; готовы они и на смерть, лишь бы только попасть в рай; не дождутся дня, чтобы идти туда. Захочет старец убить кого-либо из важных, прикажет испытать и выбрать самых лучших из своих асасинов; посылает он многих из них в недалекие страны с приказом убивать людей; они идут и приказ его исполняют; кто останется цел, тот возвращается ко двору; случается, что после смертоубийства они попадаются в плен и сами убиваются.

ГЛАВА XLIII

Как асасины научаются злодействовать

Вернутся к своему повелителю те, что спаслись, и рассказывают в точности, как дело сделали; а старец устраивает пир да веселье великое; смельчаков он хорошо знает; за каждым из посланных он отряжает особых людей, и они ему доносят, кто смел и ловок в душегубстве. Захочет старец убить кого-либо из важных или вообще кого-нибудь, выберет он из своих асасинов и, куда пожелает, туда и шлет его. А ему говорит, что хочет послать его в рай и шел бы он поэтому туда-то и убил бы таких-то, а коль сам будет убит, то тотчас же попадет в рай. Кому старец так прикажет, охотно делал все, что мог; шел и исполнял все, что старец ему приказывал. Кого горный старец порешил убить, тому не спастись. Скажу вам по правде, много царей и баронов из страха платили старцу дань и были с ним в дружбе.

Рассказал-вам о делах горного старца и его асасинов, а теперь опишу, как и кем он был уничтожен.

Но вот что я позабыл и теперь доскажу: у старца таких, что повиновались ему и по его обычаю жили, было во всей стране — от Дамаска в одну сторону до Курдистана в другую.

Довольно об этом, расскажем о его погибели.

Это было в 1262 г. 105 Алау, царь восточных татар, узнал обо всех злых делах, что творил старец, и решил уничтожить его. Набрал он из своих князей и послал их с большою ратью к той крепости 106; три года осаждали они ее и не могли взять; будь там продовольствие, никогда бы не взять ее, но через три года нечего было там есть. Так-то был взят и убит старец Ала-один вместе со всеми своими; с тех пор и поныне нет более ни старца, ни асасинов. Кончились и владычество старца, и злые дела, что творил он в старину.

Теперь оставим это и пойдем далее. [220]

ГЛАВА XLIV

Здесь описывается Сапурган

От той крепости 107 едешь по прекрасным равнинам и долинам, по странам, где и травы, и пастбища славные, где плодов много и всего вдоволь. Останавливаются тут войска охотно; всего здесь вдоволь. Страна эта тянется на шесть дней пути; есть тут и города, и крепости 108, а народ молится Мухаммеду. Кое-где еще пустыни миль в пятьдесят — шестьдесят; нет там воды, и нужно с собою ее брать; а скотина остается без пойла, пока не выйдет из той пустыни и не придет в такое место, где есть вода.

Через шесть дней приезжаешь, как я сказал, к городу Сапурган 109; там всего вдоволь. Лучшие в свете, скажу вам, тут дыни и много их. Сушат их вот как: нарежут тонкими ломтиками, выложат на солнце и сушат; и делаются они слаще меду. Ими торгуют, развозят во все окрестные страны. Много тут также всякой дичи, и зверей, и птиц.

Оставим этот город и расскажем о Балке 110.

ГЛАВА XLV

Здесь описывается большой и знатный город Балк

Балк — большой, знатный город, а прежде он был и больше, и еще лучше. Татары и другие народы грабили его и разрушали; в старину, скажу вам, тут было много красивых дворцов, много прекрасных мраморных домов; все они разорены, разрушены. В этом городе Александр женился на дочери Дария 111. Рассказывали мне в этом городе, что здешний народ молится Мухаммеду. До самого этого города — земли царя восточных татар, и тут же пределы Персии на восток и северо-восток.

Оставим этот город и поговорим о стране Догана 112. От Балка двенадцать дней едешь на северо-восток и восток, и нет тут жилья, потому что народ со страху, от злых людей, и войск, и всяких собраний, бежал в горные крепости. Воды, скажу вам, тут довольно, есть и дичь, и львы 113, а еды во все двенадцать дней тут нет, и, кто сюда едет, берет с собою продовольствие и для слуг, и для коней.

ГЛАВА XLVI

Здесь описывается соляная гора

Проедешь двенадцать дней — тут замок Тайкан 114; большой там хлебный рынок. Славная страна; к югу высокие горы, и во всех есть соль; отовсюду, за тридцать миль вокруг, приходят за этою самою [221] лучшею в свете солью. Соль твердая, ломают ее большими железными заступами; и так ее много, что хватит на весь свет до скончания мира.

От этого города на северо-восток и восток едешь по славной стране; жилых мест много, а плодов, хлеба, виноградников вдоволь. Народ молится Мухаммеду, злые разбойники. Засиживаются по кабакам и пьют охотно; вино у них вареное и очень хорошее. Голов ничем не прикрывают; вокруг головы обматывают веревку ладоней в десять. Славные они охотники и дичи бьют много. Одеваются в кожи битых зверей, и другой одежды у них нет; на этих кожах они спят, из них же делают и одежду, и обувь; кто зверя бьет, тот и кожу умеет выделывать.

Через три дня — город Скасем 115 какого-то князя, а другие его города и городки — в горах. Через этот город протекает большая река. Много тут дикобразов; охотники ловят их собаками; а дикобразы соберутся вместе, да и пускают в собак иглы, что у них на спине и по бокам, и поранивают их во многих местах. Скасем — большая область, и язык тут особенный. Здешний народ скот свой пасет в горах; там у них большие, славные жилья 116, так как горы земляные, то пещеры они роют без всякого труда.

От этого города, о котором сейчас говорил, три дня едешь, где жилья нет; и ни еды, ни питья там нет. Все это странники везут с собою. А через три дня — область Баласиан 117; о ней расскажу вам теперь.

ГЛАВА XLVII

Здесь описывается большая область Баласиан

В Баласиане народ — мусульмане; у него особенный язык. Большое царство; цари наследственные, произошли они от царя Александра и дочери царя Дария, великого властителя Персии. Все они из любви к Александру Великому зовутся по-ихнему, по-сарацински, Зюлькарнем 118, что по-французски значит Александр.

В той области водятся драгоценные камни балаши 119; красивые и дорогие камни; родятся они в горных скалах. Народ, скажу вам, вырывает большие пещеры и глубоко вниз спускается, так точно, как это делают, когда копают серебряную руду; роют пещеры в горе Шигхинан 120 и добывают там балаши по царскому приказу для самого царя; под страхом смерти никто не смел ходить к той горе и добывать камни для себя, а кто вывезет камни из царства, тот тоже поплатится за это и головою, и добром. Посылает их царь со своими людьми другим царям, князьям и знатным людям, одним как дань, другим по дружбе; продает он их также на золото и серебро, и [222] делает так царь потому, что балаши очень дороги и ценны. Позволь он всем вырывать их и разносить по свету, добывалось бы их много, подешевели бы они и не были бы так ценны, поэтому-то царь и смотрит за тем, чтобы никто их не добывал без его позволения.

В этой стране, знайте еще, есть и другие горы, где есть камни, из которых добывается лазурь 121; лазурь прекрасная, самая лучшая в свете, а камни, из которых она добывается, водятся в копях, так же как и другие камни. Есть здесь горы, где, скажу вам, богатые серебряные копи.

Страна холодная; водятся тут, знайте еще, хорошие кони, борзые; по горам во всякое время ходят неподкованные. В горах водятся красивые сероголовые сокола [Faico sacer], летают они быстро; есть тут и балабаны [Faico cherrug], и всякой дичи, зверей и птиц, много. Пшеницы тут вдоволь; есть у них и отличный ячмень без шелухи. Оливкового масла тут нет, а делают они масло из сезама 122 и орехов.

В этом царстве узких проходов, неприступных мест много и вражеских нападений народ не боится. Города их и крепости — на высоких горах, в неприступных местах. Люди здешние — отличные стрелки и охотники; одеваются всего больше в звериные кожи, потому что сукна дороги. Знатные мужчины и женщины носят вот какие штаны: у иной на штаны, что на ногах, пойдет более ста аршин 123 бумажной материи, у другой — восемьдесят, у третьей — шестьдесят, а все это для того, чтобы задница казалась потолще; толстых женщин мужчины очень любят.

Рассказал об этом царстве, оставим его и поговорим о другом, к югу, в десяти днях пути отсюда.

ГЛАВА XLVIII

Здесь описывается область Басиан

От Баласиана на юг в десяти днях — Пасиай 124. Тут особенный язык. Народ — идолопоклонники, молятся идолам, цветом черны, знают много заговоров и колдовства. В ушах мужчины носят кольца и серьги, золотые и серебряные, с жемчугом и с драгоценными камнями. Они лукавы и по-своему умны. Страна эта очень жаркая. Народ питается мясом и рисом.

Оставим эту страну и расскажем о другой, Шесинмюр 125, на юг отсюда в семи днях пути. [223]

ГЛАВА XLIX

Здесь описывается область Шесмюр

В Кесимюре народ также идолопоклонники, говорит особенным языком. Просто удивительно, сколько дьявольских заговоров они знают: идолов своих заставляют говорить, погоду меняют заговорами, великую темь напускают. Кто всего этого не видел, и не поверит, что они заговорами делают. Это самые главные язычники, от них и начинается идолопоклонство.

Отсюда можно дойти до Индийского моря. Люди черны и худы, а женщины хотя и черны, да хороши. Едят они мясо и рис. Страна умеренная, не очень тут жарко и не очень холодно. Городов, городков здесь довольно; есть леса и пустыни, а укрепленных проходов столько, что народ никого не боится, живет самостоятельно; у них свой царь; он и творит суд и расправу.

Есть у них отшельники по их обычаю: живут они в уединении; насчет еды и питья очень воздержанны и очень целомудренны; всего грешного по их вере остерегаются сильно. Народ здешний почитает их за великих святых; живут они подолгу, а от греха воздерживаются из любви к своим идолам. Много у них аббатств и монастырей ихней веры.

Кораллы, что привозятся из нашей страны, здесь продаются более, нежели в других местах.

Оставим эту область и эти страны, но вперед не пойдем; если идти вперед, так взойдем в Индию, а этого теперь не хочу; на возвратном пути по порядку расскажу все об Индии, а теперь вернемся к Балдашиану, а то некуда идти.

ГЛАВА L

Здесь описывается большая река Бадасиана

Из Бадасиана двенадцать дней на восток и северо-восток едешь по реке 126, принадлежит она брату бадасианского владетеля. Много там городков, поселков. Народ храбрый, молится Мухаммеду.

Через двенадцать дней другая область, не очень большая, во всякую сторону три дня пути; называется она Вахан 127. Народ — мусульмане, говорит своим языком, в битвах храбр. Владетель зовется нон 128, а по-французски это значит «граф»; подчинен он бадакшанскому царю. Много тут и зверей диких, и всякой дичи.

Отсюда три дня едешь на северо-восток, все по горам, и поднимаешься в самое высокое, говорят, место в свете. На том высоком месте между двух гор находится равнина 129, по которой течет славная речка. Лучшие в свете пастбища тут; самая худая скотина разжиреет [224] здесь в десять дней. Диких зверей тут многое множество. Много тут больших диких баранов 130; рога у них в шесть ладоней и поменьше, по четыре или по три. Из рогов тех пастухи выделывают чаши, из них и едят; и еще из тех же рогов пастухи строят загоны, где и держат скот.

Двенадцать дней едешь по той равнине, называется она Памиром; и во все время нет ни жилья, ни травы; еду нужно нести с собою. Птиц тут нет оттого, что высоко и холодно. От великого холоду и огонь не так светел и не того цвета, как в других местах, и птица не так хорошо варится.

Оставим это и расскажем о другом, что впереди на северо-восток и восток.

Через три дня, как я говорил, сорок дней едешь на северо-восток и восток все через горы, по склонам гор, и во всю дорогу нет ни жилья, ни пастбищ. Продовольствие путники везут с собою. Страна эта зовется Болором 131. Люди тут живут в горах. Они идолопоклонники и дики; живут охотою; одеваются в звериные кожи. Люди злые.

Оставим эту страну и поговорим об области Каскар 132.

ГЛАВА LI

Здесь описывается царство Каскар

Каскар в старое время был царством, а теперь подвластен великому хану. Народ здешний — мусульмане. Городов, городков тут много. Каскар — самый большой и самый знатный. Страна тянется на северо-восток и восток; народ тут торговый и ремесленный; прекрасные у них сады, виноградники и славные земли. Хлопку тут родится изрядно. Много купцов идут отсюда торговать по всему свету. Народ здешний плохой, скупой; едят и пьют скверно.

Живут тут несториане; у них свои церкви и свой закон. Народ здешний говорит особенным языком. Эта область тянется на пять дней пути.

Оставим эту страну и поговорим о Самаркане 133.

ГЛАВА LII

Здесь описывается большой город Санмаркан

Санмаркан — город большой, знатный; живут там христиане и сарацины, подданные племянника великого хана; а племянник во вражде с дядею и много раз воевал с ним. Город на северо-запад.

Вот какое чудо случилось там. Нужно знать, что еще не так давно кровный брат великого хана Жагатай 134 обратился в христианство [225] и владел и этою страною, и многими другими. Христиане в Самарканде тому, что царь их стал христианином, очень радовались и выстроили большую церковь во имя Иоанна Крестителя, так ее и назвали. Взяли они у сарацин их прекрасный камень, да и положили его под столб, что подпирал крышу посреди церкви.

Случилось, что Жагатай помер, и узнали о том сарацины; уже прежде они злились, что их камень у христиан в церкви, и сговорились они силою отнять его; а было их вдесятеро больше против христиан, и нетрудно им было то сделать. Пришли самые знатные из сарацин в церковь Св. Иоанна и говорят христианам, что возьмут свой камень; а те отвечают, что за камень дадут все, что сарацины пожелают, и просили оставить камень; если камень вынуть, так и церковь разрушится. Сарацины на это сказали, что ни злата, ни богатства не хотят, а свой камень.

И случилось вот что: царем стал племянник великого хана; упросили его сарацины приказать христианам, чтобы те через два дня вернули камень сарацинам. Получили тот приказ христиане, разгневались и не знали, что делать. И было тут вот какое чудо: настал тот день, когда камень нужно было вернуть, и столб на нем по воле Господа Нашего Иисуса Христа сам собою поднялся с камня на три ладони, да и держался так, как будто камень был под ним. С тех пор и до наших дней столб все в том же положении.

Это почитали и почитают за самое великое в свете чудо.

Оставим это, пойдем вперед и расскажем об области Яркан 135.

ГЛАВА LIII

Здесь описывается область Шаркан

Яркан — область в длину пять дней пути.

Жители — мусульмане; есть также несториане; все они подданные племянника великого хана; о нем выше было говорено. Всего тут вдоволь, а, впрочем, нет тут ничего такого, о чем следовало бы упоминать в нашей книге, а потому оставим это и расскажем вам о Хотане 136.

ГЛАВА LIV

Здесь описывается большая область Хотан

Хотанская область на восток и северо-восток; тянется она на восемь дней пути и принадлежит великому хану; живут тут мусульмане, и много здесь городов и городков. Самый знатный город и столица всего царства называется Хотаном, и страна зовется так же. Здесь всего вдоволь: хлопку родится много, у жителей есть виноградники [226] и много садов; народ смирный, занимается торговлею и ремеслами.

Рассказали вам об этом, теперь расскажем о другой области, Пеин 137.

ГЛАВА LV

Здесь описывается область Пеин

Область тянется с востока на северо-восток на пять дней пути. Народ почитает Мухаммеда и подвластен великому хану. Городов, городков тут много. Пеин — самый знатный город и столица царства. Есть здесь река, где водятся яшма и халцедон. Всего тут вдоволь; хлопку много. Народ торговый и занимается ремеслами.

Есть у них вот какой обычай: коль от жены муж уйдет на сторону дней на двадцать, жена, как только он ушел, берет себе другого, и, по их обычаям, это ей дозволено, а муж там, куда пошел, женится на другой.

Все эти области, о которых вам рассказывал, от Кашгара досюда и еще далее, принадлежат к Великой Турции 138.

Оставим это и расскажем об области Чиарчиан 139.

ГЛАВА LVI

Здесь начинается об области Чиарчиан

Чиарчиан — область в Великой Турции, на северо-восток и восток. Народ — мусульмане. Городов, городков тут много. Есть здесь река, где водятся яшма и халцедон; возят их в Катай, и много от них прибыли. Камней тут много, и все отличные. Страна песчаная; пески между Хотаном и Пеином, и от Пеина досюда также пески; зачастую вода тут дурная, горькая, хорошая да пресная попадается только кое-где.

Когда на эту страну нападает враг, народ, забрав жен и детей и весь скот, уходит в пески, за два или три дня пути, туда, где они знают, что есть вода и можно прожить со скотом. Куда ушли — никак не узнать; дорогу, по которой они шли, ветер заметет песком, и не увидеть, где шли люди и скот. Так-то они спасаются от врагов; когда же сюда приходит дружеское войско, угоняют только скот, не хотят, чтобы войско забрало и поело их скотину; а нет той вещи, которой войско не забрало бы.

Из Чиарчиана песками идешь пять дней, вода тут горькая, дурная, кое-где только пресная и хорошая, и нет тут ничего, о чем следовало [227] бы говорить в нашей книге. Через пять дней есть город, стоит он в начале большой пустыни; тут забирают припасы для переходов по пустыне.

Оставим это и расскажем о том, что впереди.

ГЛАВА LVII

Здесь описывается город Лоб 140

Лоб — большой город в начале пустыни. Там, где в нее входят, называется она пустынею Лоб и тянется на восток и северо-восток 141. Лоб принадлежит великому хану. Жители — мусульмане. Кому дорога через пустыню, тот останавливается тут на неделю — самому отдохнуть, да и скоту дать набраться сил, а через неделю, набрав харчей на целый месяц и себе, и для скота, выходят из города в пустыню.

А пустыня та, скажу вам, великая; в целый год, говорят, не пройти ее вдоль; да и там, где она уже, еле-еле пройти в месяц. Всюду горы, пески да долины; и нигде никакой еды. Как пройдешь сутки, так найдешь довольно пресной воды; человек на пятьдесят или на сто хватит ее; так по всей пустыне: пройдешь сутки и найдешь воду. В трех-четырех местах вода дурная, горькая, а в других хорошая, всего двадцать восемь источников. Ни птиц, ни зверей тут нет, потому что нечего им там есть.

Но есть там вот какое чудо: едешь по той пустыне ночью, и случится кому отстать от товарищей поспать или за другим каким делом, и, как станет тот человек нагонять своих, заслышит он говор духов, и почудится ему, что товарищи зовут его по имени, и зачастую духи заводят его туда, откуда ему не выбраться, так он там и погибает. И вот еще что: и днем люди слышат голоса духов и чудится часто, точно слышишь, как играют на многих инструментах, словно на барабане.

Так-то вот, с такими трудностями переходят через пустыню. Оставим теперь пустыню, расскажем о тех областях, что за нею.

ГЛАВА LVIII

Здесь описывается Тангут 142

Как проедешь тридцать дней по той степи, о которой я говорил, тут город великого хана Сасион 143. Страна зовется Тангутом; народ молится идолам, есть и христиане-несториане, и сарацины. У идолопоклонников свой собственный язык. Город между северо-востоком и востоком. [228]

Народ здешний не торговый, хлебопашеством занимается. Много у них аббатств и много монастырей, и во всех множество разных идолов; народ приносит им большие жертвы и всячески их чествует. У кого дети, тот, знайте, откармливает барана в честь идола; в конце года или в праздник идола тот, кто выкормил барана, ведет его вместе с детьми к идолам, и там они все поклоняются идолам; барана после того жарят и, изжарив, несут с великим почетом к идолу; баран стоит перед идолом, пока они справляют службу и читают молитвы о спасении сынов; идол, говорят они, ест мясо. Кончат службы и молитвы, возьмут то мясо, что было перед идолом, и понесут его домой или куда захотят; созовут родичей и чинно и торжественно едят мясо, а как поедят, кости соберут хорошенько в ящик.

Тела мертвых идолопоклонников всюду сжигают; скажу вам еще, когда мертвого несут из дома туда, где его станут сжигать, по дороге родные его строят деревянный дом, покрывают тот дом шелковыми и золотыми тканями, перед ним, когда проходят, останавливаются и вдоволь преподносят тут вина и пищи мертвецу; а делают это, говорят, для того, чтобы и на том свете мертвецу был такой же почет; а когда принесут его туда, где сжигают, вырезывают родичи из бумаги людей, коней, верблюдов и монеты в безан 144; все это тут же сжигается, и говорят, что на том свете у покойника рабов, скота, овец будет столько же, сколько они сожгли бумажных. Скажу вам еще, когда несут сжигать покойника, перед ним играют на всевозможных инструментах.

И вот еще что, как помрет идолопоклонник, призывают астролога и рассказывают ему, где и когда покойник родился, в какой месяц, день и час, а тот выслушивает все это, начинает дьявольскую ворожбу и, погадав, говорит, в какой день покойника следует сжигать. Иной раз покойника не сжигают целую неделю, а то месяц и шесть месяцев; и во все это время держат его в доме, и, прежде нежели колдун не скажет им, что можно сжигать, родные ни за что не сожгут. Пока покойник в доме, перед тем как его сжигать, держат его так: кладут его в ящик из досок толщиною в ладонь, прочно сколоченный и хорошо расписанный, а чтобы в доме от тела не воняло, сверху прикроют его тканями, надушенными камфорой и другими пряностями.

Да вот еще что: родные покойника из того же дома во все дни, пока он в доме, кормят его; приносят питье и еду, точно как бы живому, ставят перед ящиком, где тело, и оставляют до тех пор, пока мертвец, как они думают, не наестся. Душа его, говорят они, принимает пищу. И держат его так вплоть до того дня, пока не сожгут. Делают они и вот еще что: знахари иной раз говорят родным, что выносить покойника в двери почему-либо нехорошо, тогда родные [229] выносят покойника в другие двери, а часто, чтобы вытащить покойника, разламывают стену. Так вот, как я описал, сжигают покойников все идолопоклонники в свете.

Оставим это и расскажем о другом городе на северо-востоке, в конце степи.

ГЛАВА LIX

Здесь описывается Камул

Камул 145 теперь область, а в старину был царством. Городов и замков тут много, а главный город зовется Камулом. Страна эта между двух степей; с одной стороны — большая, с другой — поменьше 146, в три дня пути. Жители — идолопоклонники и говорят особенным языком; живут земледелием; еды и питья у них обилие; хлеб продают прохожим странникам. Народ веселый, то и дело что играют на инструментах, поют, пляшут да ублажают свою плоть.

Гостям-иноземцам всегда очень рады; женам приказывают исполнять все желания иноземца; сами уйдут по своим делам и дня два-три домой не приходят, а гость там что пожелает, то и делает с женою; спит с нею как бы со своею женою; поживает в свое удовольствие. И в этом городе и в этой области жены любятся так, а мужья не стыдятся. Жены и красивы, и веселы, и любят потешиться.

Случилось, когда еще царствовал Мангу-хан 147, татарский царь, узнал он, как в Камуле отдают жен иноземцам, и приказал он, чтобы никто не смел под страхом наказания принимать к себе в гости иноземцев. Узнали в Камуле тот приказ и очень огорчились, собрались на совет и вот что порешили: взяли большие подарки, понесли их к Мангу-хану и стали его просить, чтобы позволил им жить, как деды завещали, а деды им говорили, что боги их любят за то, что иноземцам они отдают и жен, и всякое доброе, и хлеба у них оттого много, и всякий труд спорится. Услышал это Мангу-хан и сказал: хотите срамиться, так живите по-своему, и согласился, чтобы жили они по-своему. И держались они всегда этого обычая, и поныне держатся.

Оставим Камул и расскажем о других областях на севере и северо-востоке, и те земли, знайте, великого хана.

Комментарии

97 Города Тун и Каин (т. е. Фердоус и Кайен) расположены у южной границы Хорасанской области (северо-восточная часть Ирана). Следовательно, Марко Поло либо не относил Хорасан к Ирану (что было неверно и для его времени), либо включал его в Тонокаин, но этого нельзя доказать, так как Марко не называет ни одного хорасанского города, даже такого прославленного в средние века, как Нишапур (М.).

98 Предполагается, что слово «сол» взято не из восточных языков, а от итальянского «солнце» (sole); «деревом солнца» называли чинар (Б.).

99 Букс, или самшит, — дерево с очень плотной древесиной (М.).

100 Одна из многочисленных легенд, связанных с именем Александра Македонского. Войска его действительно проходили через Северо-Восточный Иран (в 330 г. до н. э.), но последнее сражение между ним и персидским царем Дарием III Кодоманом, после которого Дарий был убит, происходило почти за год до этого более чем за тысячу километров от города Тун (М.).

101 Горным старцем крестоносцы называли главу одной из сект мусульман-исмаилитов, которого в горах Северного Ливана арабы величали Шейх-уль-Джебель. Асасины (хашишин) — фанатичные члены тайной организации этой секты, которые назывались «жертвующими собой» («фидаи»). От слова «хашишин» произошли слова на нескольких западноевропейских языках, все со значением «убийца», иногда также «злодей», «разбойник», «предатель» (М.).

102 Мюлект, Мульцете, Мулехет и др. — от арабского слова «мульхид» (мн. число — «мелахида») — еретик (Б.).

103 Арабское «харам» — запрещенный, незаконный (Б.).

104 Ала-ад-Дин, глава секты исмаилитов, или асасинов, убитый в 1255 г., ему наследовал его сын Рукн-ад-Дин, сдавшийся в 1256 г. монголам. Главные замки асасинов находились в Кухистане, и в особенности в горах к югу от Мазандерана (Мазендерана) (Б.).

105 Поход Хулагу на исмаилитов произошел в 1256 г., но военные действия против исмаилитов монгольские авангарды начали на три года раньше, с марта 1253 г. (М.).

106 речь идет о важнейшей крепости асасинов — Аламуте. Предполагают, что эта крепость была построена близ одной из вершин западного Эльбурса, которая поднимается на 3689 м над уровнем моря, на высокой скале. Однако точное положение разрушенной крепости Аламут до настоящего времени не установлено (М.).

107 речь здесь идет не об Аламуте, а о какой-то крепости на «большой равнине», где стоит «древо сол»; т. е. Поло возвращается к теме гл. XL (М.).

108 Комментаторы обращают внимание на то, что путь из Восточного Кухистана (области Тонокаин) в район Шибаргана обязательно должен был пролегать близ крупнейших во время путешествий Поло городов северной полосы Иранского нагорья — Нишапура, Герата, и странно, что Марко о них не упоминает. Никто из комментаторов, однако, не дал удовлетворительного объяснения этому факту.

109 Сапурган, Сопурган, Сопунга, Шапурган, ныне Шибарган, — город в низовьях Р. Сари-Пуль в Северном Афганистане (М.).

110 Балх — древняя Бактра, завоеванная Александром Македонским, после 250 г. до н. э. — столица недолговечного Греко-Бактрийского царства, существовавшего около 120 лет. В середине VII в. н. э. Балх был завоеван арабами, утвердившими здесь ислам, затем — турками-сельджуками (середина XI в.), а позже — монголами Чингисхана, который в 1221 г. разрушил и сжег город. Снова он был отстроен лишь во второй половине XIV в., при Тимуре. Ныне на этом месте — Вазирабад (Пакистан) (М.).

111 Александр Македонский женился в Бактре на дочери побежденного им персидского царя Дария III Кодомана, красавице Роксане.

112 Догана (Гана, Сана) — местоположение не определено (Б.).

113 Львами Марко Поло здесь, как и во многих других местах, называет вообще всех крупных кошек — львов, тигров, барсов, леопардов. Поэтому по его «Книге» нельзя судить о действительном распространении в Азии львов в XIII в. (М.).

114 Тайкан (Сайкам, Таихас и др.), современный Талукан, — селение на северо-востоке Афганистана (М.).

115 Скасем (Сказем, Сказунен, Сканс) — современное небольшое селение Кишим в Северо-Восточном Афганистане.

116 Здесь верно отмечается характерная до нашего времени двойная оседлость горцев — зимняя и летняя: на летних пастбищах строится постоянное жилище, а не ставится временное, переносное жилье (юрта, шатер и т. д.), как у кочевников-скотоводов в других областях (М.).

117 Баласиан (Балашан, Бадасиан, Балашам, Балаксиам и др.) — припамирская область Бадахшан на границе Таджикистана и Афганистана.

118 Арабское Зюлькарнейн — «двурогий», прозвище Александра Македонского (Б.).

119 Балахш — рубин (Б.).

120 Сигинан, Сигуман, Сичинан и др., т. е. Шугнан — историческая область на правом берегу Пянджа (М.).

121 Лазурит (ляпис-лазурь) — добываемый в Бадахшане с древнейших времен драгоценный камень.

122 Сезам — кунжут, однолетнее субтропическое масличное растение, из семян которого получают высококачественное масло.

123 в тексте не «аршин», а «брасов» — старинная мера длины (более двух аршин).

124 См. примеч. 81.

125 Шесинмюр (Кещемур, Шесмюр, Кесимюр и др.) — современный Кашмир.

126 Река Пяндж.

127 Историческая область Вахан (Вокан, Вошам, Вохан) расположена на обоих берегах верхнего Пянджа, между Ваханским хребтом и Гиндукушем.

128 Очевидно, тибетский титул ноно, даваемый младшему брату или вассальному владетелю (Б.).

129 Равнина «между двух гор» — это Алайская долина, расположенная между Алайским и Заалайским хребтами и являющаяся одним из лучших пастбищных районов высокогорной Центральной Азии (М.).

130 Дикий баран — архар (Ovis ammon). Его памирская разновидность, отличающаяся очень крупными размерами и мощными рогами, названа в XIX в. в честь Марко Поло — Ovis Poli (М.).

131 Географическое положение Болора всего правдоподобнее определить так: восточная окраина Памира, т. е. Сарыкольский хребет и параллельные ему хребты Аксайбаши, Кашгарский, Кандартаг и Раскем в верховьях рек, составляющих Тарим (М.).

132 Кашгар. В тексте, очевидно, под страной Кашгар понимается не вся Кашгария (южная часть современной китайской провинции Синьцзян, расположенная в бассейне оз. Лобнор), а только ее западная предгорная область с центром в Кашгарском оазисе (М.).

133 Самаркан, Сармакан, Санмаркан, т. е. Самарканд.

134 Джагатай (Чагатай), сын Чингисхана (т. е. дядя, а не брат Хубилая), умер в 1242 г. Есть известие о его вражде к исламу и мусульманам, но других преданий о принятии им христианства нет (Б.).

135 Яркан (Шаркан, Кархам и др.) — Яркенд, город и оазис в Кашгарии, на р. Яркенд, одной из составляющих Тарим, близ западной окраины пустыни Такла-Макан (М.).

136 Хотан — город и оазис в Кашгарии, на р. Юрункаш, одной из составляющих р. Хотан (системы Тарима), близ южной окраины пустыни Такла-Макан. «Большой областью Хотан» Марко Поло называет, вероятно, цепь предгорных оазисов на речках по обе стороны Хотана, приблизительно от р. Кильян-Карасу на западе до р. Чиры на востоке (М.).

137 Пеин (Пен, Пеим, Пим и др.) — нынешний город Керия (Юйтянь).

138 Великая Турция в данном случае — Восточный (Китайский) Туркестан.

139 Чиарчиан (Сиарсиан, Каршиан и др.) — Черчен, город и оазис в бассейне оз. Лобнор. Областью Черчен Марко Поло называет, по-видимому, группу оазисов в районе песков Кумкатты, о которых он говорит как об убежище для местных жителей при вражеских набегах (М.).

140 До сих пор не удалось достаточно убедительно отождествить «город Лоб» с каким-нибудь определенным населенным пунктом, реально существовавшим в средние века. Комментаторов XIX в. вводило в заблуждение совпадение названий города Лоб и бессточного перемещающегося озера Лоб (Лобнор), по направлению к которому течет река Черчен (М.).

141 «Пустыней Лоб» Марко Поло назьшает Гоби.

142 См. примеч. 124 к путешествию Рубрука.

143 Сасион (Сашион, Шачжоу и др.) — г. Шачжоу (Дуньхуа) в низовьях Данхэ, крупнейшего притока Сулэхэ в Северо-Западном Китае (М.).

144 Марко Поло, как и другие средневековые авторы, называл так арабский динар. См. примеч. 98 к путешествию Карпини.

145 Камул (Хамул, Хами) — город и оазис на северо-восточной окраине Гашуньской Гоби, в юго-западном предгорье хребта Карлыктаг; важный этап на Великом шелковом пути из Восточной в Среднюю Азию (теперь в китайской провинции Синьцзян) (М.).

146 «Большая степь», «великая пустыня Лоб», как она называется в некоторых текстах, — это Гашуньская Гоби; «степь поменьше» — неопределенный пустынно-степной участок к северу, северо-востоку или востоку от хребта Карлыктаг (М.).

147 См. примеч. 62 к путешествию Карпини.

Текст воспроизведен по изданию: Джованни дель Плано Карпини. История монгалов., Гильом де Рубрук. Путешествия в восточные страны., Книга Марко Поло. М. Мысль. 1997

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.