Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ИБРАХИМ ЭФЕНДИ ПЕЧЕВИ

ИСТОРИЯ

(ИЗВЛЕЧЕНИЯ ПО ИСТОРИИ АЗЕРБАЙДЖАНА И СОПРЕДЕЛЬНЫХ СТРАН И ОБЛАСТЕЙ ПЕРИОДА 1520-1640 гг.)

Назначение садразамом Сийавуш-паши и посылка войск в Демиркапы через Дешт-и Кыпчак 113

Когда был вскрыт обман Синан-паши, печать уполномоченного падишаха была передана второму везиру Сийавуш-паше. Как раз в это время в Стамбул, пройдя через Кыпчакскую степь, прибыл гонец Осман-паши, санджакбек по имени Будак-бек. Осман-паша сообщал, что один из заблудших изменников по имени Мехмед-хан прибыл в страну Ширван. Он послал к санджакбеку Ширвана Зал Мехмет-беку человека с письмом, в котором писал: «Наш шах отправил в Стамбул Туркмен Ибрахим-хана и между нами установлен мир». И Зал Мехмет-бек, будучи весьма простодушным и не знающим козней человеком, вышел встречать прибывших. Изменники воспользовались этим случаем и предали беднягу Зал Мехмет-бека и многих его людей мученической смерти.

Его величество падишах был весьма опечален этим известием и приказал арестовать Туркмен Ибрахим-хана. Падишах повелел также беглярбеку Румелии 114выступить с войсками в Демиркапы. Три тысячи янычаров и полный оружейный завод со своим командиром, правый и левый агабеки 115Румелии, владельцы зеаметов 116 и тимаров санджаков Кёстендил 117, Силистры 118и Пигболу получили приказ следовать через Кыпчакские степи в Демиркапы. Было отправлено также 86 вьюков с деньгами.

Все они встретились в Кафе 119. Сардаром был назначен многоопытный в сражениях беглярбек Кафы Джафар-паша. 7 ша'бана 990 года (27.VII 1582) войска вступили из Кафы и двинулись на Демиркапы. В авангарде находились упомянутый Будак-бек и 6 тысяч отборных войск из Румелии.

О переходах и стоянках в Кыпчакской степи на пути следования из Кафы в Демиркапы

На четвертый день (30.VII 1582) и после выступления из Кафы войска достигли Керченского пролива. [52] Здесь было место впадения в Черное море реки Дон, протекающей мимо Азака. Место это шириной в 20 миль с большим трудом удалось преодолеть на судах, перевозящих лошадей. Отсюда, на четвертом переходе, достигли крепости под названием Темрюк 120расположенной на Таманской низине. На пятый день добрались до большой реки под названием Кубань. Черкесы приготовили плоты, на которых пересекли эту реку, уплатив за перевоз 5 акче за лошадь и 12 акче за повозку. Отсюда на четвертом переходе достигли области Кемрюк 121в Черкесском вилайете.

Тамошние люди были такими жуликами, мародерами и подлыми, что не пропускали ни одного человека, не отрезав у него рукав или подол. Они накладывали на глаза сурьму, но что такое деньги и золото — не ведали. Рассказывали, как один из них раздобыл где-то 40—50 золотых и отдал их другому за две андаза 122бязи.

Там выпал град, причем величина градин была больше, чем голубиное яйцо. Многие лошади и мулы, испугавшись этого града, бежали от своих хозяев, оставив их пешими.

Отсюда добрались до степи, именуемой Хейхат («Увы!») 123. Эта местность была предельно ровной и бесконечной — в ней ни оврагов, ни холмов! Травы здешние подобны шелку, здесь множество стад газелей. Они ежегодно меняют свои рога и трутся ими о твердую поверхность. Но так как в этой стране нет гор и камней, то они трутся о ранее сброшенные рога, добавляя к кучке вновь сброшенные и образуя из них отдельные небольшие кучи.

Преодолев_ в конце концов, за 20 дней эту бескрайнюю степь, войска достигли берегов одной реки 124. Отсюда за пять дней добрались до места, именуемого Бештепе 125, где имелись озерца питьевой воды и источники. Отсюда на пятом переходе добрались до реки, называемой Терек. Берега этой реки укрыты кронами очень высоких деревьев и каждое из них было похоже на растущий вверх стройный кипарис.

Отсюда добрались до места, именуемого Каратай. Подоспели черкесские беки, которые навели восемь мостов на реках Терек и Каратай. 126Через три дня по [53] безводью добрались до округа Шамхала, откуда был прямой путь до Демиркапы.

Осман-паша вышел с войсками Ширпана встречать прибывших. Больших торжеств не справляли. Через несколько дней приступили к подготовке к зиме. Кто-то полез в камышевые заросли и нарезал камыша для перекрытия шатров и для загонов для скота, а некоторые отрыли землянки и влезли в них, говоря, что сойдет и это (ин низ бегузеред). Каждый делал запасы как мог. Но продуктов было мало. Киле пшеницы и ячменя нельзя было достать и за 200 акче. Все люди и животные были вынуждены есть рис.

События, происшедшие по прибытии отправленных падишахом войск

Автор Рисале-и Бибиййя («Записка о Дербенте») Азиз 127приводит подробные сведения о Ширванской стране и Демиркапы. Мы сделали из нее краткое резюме и коротко расскажем о том, что нас интересует:

Когда османы завоевали страну Ширван, Осман-паша, возведенный в сан везира, был отправлен во главе огромного войска на охрану этого края. На следующий год сюда прибыло огромное количество татарских войск под командованием братьев и сына крымского хана. После того как эти войска разгромили и разграбили многие местности, прибыл сам Крымский хан во главе 100-тысячной орды которая навела ужас на Ширван, Карабаг и Муган. И вот теперь прибыли тысячи янычаров, оруженосцев, войска Румелии и Сиваса со своими беглярбеками. Все беки Шамхала, Дагестана и Гюрджистана были объяты страхом, когда увидели количество все прибывающих войск османов. И если со временем они не предпримут меры, то все придет к тому, что они потеряют не только Ширван, но и другие свои наследственные земли.

После того, как они соотнеслись друг с другом, они написали хану Гянджи Имамкули-хану послание, в котором сообщали: «Их очень много, этих людей, и ежегодно прибывает только одна или две их группы. Одна их прибывшая группа носит длинные, как у суфиев, одежды, а у других, как у детей, головы похожи [54] на тыкву. Не теряя времени надо объединиться и изгнать их, иначе через год —два они сами нас уничтожат!» Имамкули-хан дал знать упомянутым бекам, что он сообщит обо всем этом шаху Ирана.

К великому сражению Осман-паши с Имамкули-ханом

Год 990 (1582). Как только иранский шах узнал о договоренности беков Гюрджистана и Дагестана, он, не колеблясь ни минуты, назначил главнокомандующим Имамкули-хана и отправил в его распоряжение три тысячи воинов из числа своих личных гвардейцев. Он отрядил для похода четырех ханов и 30 султанов, поставив их во главе приблизительно 50-тысячной армии. А когда к ним присоединились войска Гюрджистана и Дагестана, то количество воинов стало огромным. Шах приложил много усилий, чтобы собрать все эти войска в одном месте. Создалась огромная армия под командованием Имамкули-хана.

Мученическая смерть бека Силистрии Якуб-бека и разгром его войск

Якуб-бек был главнокомандующим войск Румелии. Войска эти находились на равнине Ниязабад 128, близ места под названием Шабран 129. Через пару дней он собирался отправиться к сардару. В это самое время названный Имамкули-хан прибывает со своими войсками в Шемаху. Как только он узнал, что Якуб-бек находится поблизости, он тут же отобрал 6 тысяч вооруженных воинов и, передав их в распоряжение двух командиров — Рустам-хана и Данки-бека, послал против Якуб-бека. В это время османы были заняты подготовкой к смене стоянки. Как только они завидели врага, то сразу же оседлали коней и сбросив свои доспехи, бросились на него. По милости Господа враг был разбит, но Якуб-бек, получив смертельную рану, приобщился к сонму мучеников за веру. Там же погиб и его алайбек 130. Однако несмотря на это, газии проявили старание и стали гнать врага, но в это время двое неверных из Добруджи 131добрались до Рустам-хана и сообщили ему о смерти Якуб-бека и его алай-бека. [55] По этой причине произошло замешательство, заблудшие повернули назад и перебили мусульман. В этом сражении кто-то пал мучеником, а кто-то попал в плен, а всего османы потеряли 700—800 человек.

Сражение между Осман-пашой и Имамкули-ханом и поражение Имамкули-хана

18 раби второго 991 года (11. V 1583). Когда спасшиеся воины из Силистрии сообщили о поражении, Осман-паша, собрав всех воинов ислама, стал успокаивать их, обнадеживать и ободрять. И некоторые командиры выступили вперед и стали кричать, что врагу надо отомстить. Однако воины уже несколько месяцев не получали денег и вдобавок они терпели нужду в продовольствии. Осман-паша стал приносить им свои извинения и чтобы успокоить воинов, он стал говорить им ободряющие слова. Все воины единодушно заявили, что хотя «уже три — четыре месяца мы не просим у тебя улуфы, мы не ведем, даже ради видимости, никаких разговоров об этом и во имя падишаха и ради уважения к тебе мы миримся с этим, чего бы это ни стоило. У нас одна голова и во имя ислама мы можем пожертвовать ею!».

После таких разговоров, которые были в духе Осман-паши, войска выступили из Демиркапы и разбили лагерь 6 числа упомянутого месяца (29. IV.1583) в степи. На восемнадцатый день месяца (11. V 1583) лагерь был разбит в местности, называемой Бештепе. Как раз в это время показались вражеские полки. Осман-паша поставил на правый фланг войска под командованием беглярбека Сиваса и Румелии Черкез Хайдар-паши. На левый фланг были отправлены войска Румелии под командованием беглярбека Кафы Джафар-паши. Сам он остался в центре, выстроив перед собой колоннами янычаров, придав им 30 боевых крепостных орудий, после чего сел на своего коня.

Перед Осман-пашой выстроились в боевом порядке шахские гвардейцы. Имамкули-хан стоял перед Хайдар-пашой, а перед флангом Джафар-паши стояли Рустам-хан сын Хусам-хана и Ибн Бурхан. Этот Ибн Бурхан был изменником из числа ширванских беков. [56]

В свое время он служил османам, а затем переметнулся к врагам.

Начались стычки передовых отрядов, которые продолжались до самого вечера. В конце дня иранцы понемногу начали отступать, но османы из-за наступления сумерек на них нападать не стали ибо сочли нецелесообразным преследовать врага в кромешной тьме. Вместе с тем обе стороны зажгли факелы и продолжали сражаться до полуночи, дав этой стычке название «факельное сражение». После этого по согласию обеих сторон на всех флангах были выставлены караулы.

На следующий день, во вторник (12. V), по желанию сторон, сражение было отсрочено. В среду (13. V) утром все помолились и, не мешкая, изготовились к сражению. Вражеские полки, оседлав коней, приняли боевой порядок и битва разгорелась вновь. Когда на фланге Джафар-паши враг стал отступать, туда сразу бросились все как один газии и очень быстро лица врагов повернулись вспять. После этого воины со всех сторон бросились вперед, а глаза газиев, как у разъяренных львов, заволокла кровь.

Имамкули-хан закричал своим воинам: «Эй, вы, трусы? Почему бежите? Да не пойдет вам впрок шахский хлеб!». Но никто на этот зов не откликнулся и назад не поворотил. В конце концов и сам он бросился на запасного коня и, воскликнув: «Боже! Дай силу обиженному!» скрылся по ближайшей дороге.

К этому времени на поле битвы не осталось ни одного живого врага. Валялись только их трупы и когда стали считать отрезанные головы, то их оказалось 7500 штук и из них по повелению сардара соорудили башню.

Большинство участвовавших в этой битве врагов сопровождали семьи. Этим преследовалась следующая цель — когда рядом с мужчиной находятся его дети и жены, то ради своей чести он будет сражаться храбро. И, клянусь Аллахом, они на самом деле не проявили в битве никакой слабинки! Но с помощью всевышнего Господа победный ветер подул со стороны ислама. [57]

О пленении некоторых гюрджистанских беков и строительстве Шемахинскои крепости

Главнокомандующий безбожников Имамкули-хан написал бекам Гюрджистана письмо, в котором просил их быть готовыми к этому сражению. Но те задержались и к моменту разгрома иранцев смогли добраться только до округа Куба. А после нее дорога и троны для них оказались незнакомыми и, заблудившись, они оказались в горах. Все жители округа Кубы были мятежными, но из-за страха перед мечами иранцев они были вынуждены показывать свое дружелюбие. И они перебили большинство грузин и разграбили все бывшее у них имущество. Они захватили двух их беков и 15 знатных лиц и, связав их но рукам и ногам, увезли с собой. Отрубив головы у убитых ими бесчисленных грузин, они надели их на пики и доставили их к сардару османов. Сардар отправил эти головы сыну бека Зегама Левент-хана 132и, спросив у него — «вы выплачиваете харадж счастливому падишаху, а что же означает все это?», сделал ему суровое внушение.

Короче говоря, после сражения войска на три дня остановились на отдых близ города именуемого Шабран. После этого, двигаясь от стоянки к стоянке, прибыли в город Шемаху. 15 джумада второго 991 года (6. V 1583) здесь приступили к строительству крепости и построили ее за 40 дней.

После этого беки Гюрджистана и Дагестана, соревнуясь друг с другом, стали доставлять славному везиру различные подарки. Везир назначил наиболее видных беков на службу у Высокого порога. Затем благородный везир пожелал увидеть нефтяные промысла. Они находились в стороне Бакинской крепости и после того, как везир добрался до них с некоторым числом воинов, он отбыл в Демиркапы, гдо провел праздники рамазана (18. IX—17. Х 1583).

О возвращении Осман-паши в Стамбул и сражениях, которые он вел по пути

4 шаввала 991 года (21. Х 1583). После того, как храбрый Осман-паша привел в порядок дела в стране [58] Ширван и упорядочил дела крепостей и управление подданными, он пожелал вернуться в Стамбул. Он оставил вместо себя наместником (каймакам) Джафар-пашу и, вручив ему дела управления населением страны, на четвертый день праздника выступил в путь и, оставляя за собой переходы, разбил палатки на берегу кровавой в то время реки Серендже 133. Как раз в это время из Стамбула прибыли отправленные для ширванских воинов деньги.

Отсюда добрались до берега реки Терек и с превеликим трудом переправились через нее. Затем остановились на стоянке Бештепе. Затем на протяжении двух переходов совсем не было воды из-за чего люди очень страдали. После этого добрались до большой реки Кубань, где и остановились на отдых. Через три дня переправились через реку. Здесь был встречен шемахинский беглярбек, который вручил Осман-паше казну, доставленную из Стамбула. Осман-паша отделил деньги, предназначенные для каждого подразделения, и передал их воинам, следующим в Ширван. От них узнали, что по пути не будет ни свежего корма, ни сена для животных. По предопределению Господа, в ту ночь была такая стужа и разразилась такая жестокая буря, что многие люди замерзли и переселились в иной мир. Ежедневно гибло 700—800 верховых и вьючных животных. Короче говоря, в течение 12 дней искали пути в долине реки Кубань, пока, наконец, проход не был найден. Упомянутую реку перешли по льду. Для сардара из крепости Намрак 134доставили лодки-  на них переплыли реку. На четвертом переходе достигли Тамани. Здесь окончили свою жизнь те, кто простудился, переправляясь по льду через реку. Затем достигли Керченского пролива и снова переправлялись по льду. После нескольких дней отдыха в конце концов добрались до Кафы.

О строительстве крепости Реван и крепостей в его округе

Год 991 (1583). Исламские войска, переходя от стоянки к стоянке, достигли округа Реван. Эти места, разграбленные в результате налетов еще во времена [59] Лала Мустафа-паши, оставались до сего времени опустошенными. Но за последние год — два они стали намного благоустроенными и разрушений было почти не видно. Каждое село округа превратилось в поселок или городок, состоящий из 300 или 400 домов. Шах Кулу-хан, а вслед за шим его сын Мехмет-хан, прославившийся под именем Токмак-хана, управляли подданными по справедливости и благосклонно, чем достигли высокого уровня развития хозяйства. Народ проводил свои дни в удовольствиях и радости. Но когда люди узнали об очередном прибытии исламских войск, они разбрелись и впали в уныние.

Когда справедливый сардар вступил в город Реван и начал строительство крепости, он возвел вокруг расположенных в центре дворцов Токмак-хана широкие и мощные стены. Вся работа по возведению стен была завершена за 45 дней. Беглярбеком Ревана в ранге везира стал храбрый и мужественный Чегалазаде Юсуф-паша, выросший в гареме покойного султана Сулейман-хана и бывший к этому времени беглярбеком Вана.

О событиях, происшедших после строительства крепости Реван

После того, как были удовлетворены нужды крепости Шурагил — одной из самых нужных и значительных крепостей в округе Ревана — в воинах, оружии и инвентаре, войска направились в сторону крепости Каре, а оттуда добрались до Кара Ардахана 135. Были удовлетворены и здешние нужды в продовольствии п деньгах, после чего с беглярбеком Дийарбакыра было отравлено продовольствие и в Тифлис.

С событиях, случившихся в следующем году и завоевании Лори 136 и Гори 137

Год 993 (1585). С наступлением весны готовые к походу исламские войска присоединились к армии падишаха. Вскоре после выступления была взята и отремонтирована крепость Лори. Сюда был назначен беглярбек и были удовлетворены все его просьбы. [60] Затем были завершены дела по снабжению крепости Гори всем необходимым. Все пограничные с Гюрджистаном крепости были обеспечены войсками и всем необходимым и были восстановлены.

О набегах Хасап-паши сына садразама Мехмет-паши и захвате им добычи

Тот же год. По прибытии в крепость Гори под командование упомянутого Хасап-паши были переданы войска Мехмет-паши сына беглярбека Сиваса и Румелии садразама Синан-паши и другого Мехмед-паши, бывшего беглярбеком Карамана. Газиям армии падишаха, желающим участвовать в набеге, было дано разрешение на это. Они совершили рейд вглубь Гюрджистана на расстояние трех — четырех переходов. Ими были захвачены бесчисленные ценные трофеи и очень много пленных. Они даже увели с собой пять тысяч жителей вместе с их домашним скарбом. А что касается ценных вещей, добытых воинами, то их перечислить было невозможно.

Прибытие исламских войск в Тифлис и получение хараджа от Александр-хана

После того, как исламские войска захватили добычу и достигли желаемого, они снялись с этой стоянки и прибыли в Тифлис, где удовлетворили все потребности крепости. Войска доставили полученные от Александр-хана обязанные им 30 тысяч вьюков шелка, какое-то количество юношей и девушек, несколько светлых соколов и несколько тетеревятников.

Этот Александр-хан жил своими убеждениями и был умным и способным человеком. На камне его перстня был написан следующий бейт ширазца Хафиза:

Не вечны ни жизнь Хизра, ни государство Искандера!
Не борись за этот подлый мир, дервиш!
(Не умр-и Хизр беманд не мулк-и Искендер
Низа' бар сар-и дунйа макун дарвиш)

На большинстве языков неверных Искендер именуется Александром и это, по их мнению, имеет хотя [61] бы малое отношение и причастность к Великому Искендеру (Александру).

Назначение везира Осман-паши сардаром в Иран

Год 992 (1584). Падишах назначил сардаром везира Осман-пашу и сказал ему: «Имея такого, как ты, несообразно посылать кого-то другого сардаром в Иран». После этого Осман-паша выехал из Стамбула и 10 шаввала (15. Х 1584) перебрался в Ускюдар. Через некоторое время паша прибыл в Кастамонию, где провел всю зиму. С наступлением весны началась подготовка к походу на Тебриз и в ша'бане 993 года (29. VII—26. VIII 1585) войска прибыли в Арзрум. Затем двинулись на Тебриз. На Чалдыранской равнине пашу встретил беглярбек Вана Чагалазаде Юсуф-паша с 1000 нагруженных продовольствием рабов и 6000 воинов из гарнизона Вана.

Сражение Чагалазаде Юсуф-паши с сыном шаха угонщиком овец Хамза Мирзой

Когда войска остановились у села, называемого Суфийан 138, было сообщено о подходе врага. В связи с этим упомянутый Юсуф-паша изготовился для встречи с врагом. В итоге он захватил в плен диванбека иранцев и снес головы примерно ста врагам. Но Юсуф-паша был изумлен мужеством плененного диванбека и тем, что он с горсткой людей совершил героизм. Диванбек сказал паше: «Я вижу — ты прекрасный человек и храбрец и если ты послушаешься моего совета, то раскаиваться не будешь. Наш шахзаде (принц) Хамза Мирза выбрал среди всех воинов владыки Ирана 17 тысяч храбрецов, с мечей которых течет кровь, и он уже прибыл в окрестности летовок Уджана для разгрома ваших войск и ослабления тетивы вашей силы. Сейчас он где-то на подходе и готовится сразиться с вами. Я убежден, что из вас никто живым не спасется, и я вас заранее об этом предупреждаю».

После этого Юсуф-паша отправил диванбека к сардару и попросил у него войск. Сардар послал ему на выручку беглярбека Дийарбакыра Махмуд-пашу с [62] с войсками. К этому времени прибыл и сын шаха.

Со времени от полудня и до вечера шло страшное и невиданное сражение. С обеих сторон было отрублено множество голов и погибло огромное количество воинов. Враг окружил воинов Дийарбакыра и сделал все для того, чтобы не смог спастись ни один человек. Но исламские войска упорно, как скала, сдерживали все вражеские атаки. И в конце концов противники разошлись в разные стороны.

О побоище в городе Тебризе и его причинах

26 числа благословенного месяца рамазана (22. IX 1585) войска прибыли в Шамб-и Газан. Хамза Мирза бежал, но городские бродяги и нищие оставались в городе. В тот день некоторые беглярбеки вошли в город и вступили в жаркие схватки. В ту же ночь три — четыре отряда тебризских бродяг ворвались в расположение лагеря исламских войск и, перебив спящих и беспечных разграбили его. Они помогли бежать из Тебриза тем, кто не успел этого сделать ранее. На следующий день город оказался пустым. Воины ислама слонялись по городу и стали сзывать жителей, гарантируя им безопасность. Те, кто остался, обрекли покой и как во времена султана Сулейман-хана стали вести беззаботную жизнь. Но такое положение долго не протянулось. Однажды 10—15 воинов ислама отправились в баню. Чернь, которая не склоняла головы и перед своим шахом, и бродяги, именуемые «табризскими сиротами» (Тебриз йетимлери), напали на моющихся в бане мусульман и выпустили из них кровь подобно мыльной воде. Когда об этом узнал сардар, он воскликнул: «Эй, изрубите их всех мечами!» И воины по приказу сардара ворвались в город и началось безжалостное побоище. В течение трех дней и трех ночей были перебиты все, кого нашли — будь то сеййид, шериф, купец или ремесленник.

Но отдав такой необдуманный приказ, сардар совершил ошибку, о чем впоследствии сожалел но это, увы, было раскаянием поздним. Его второй аман жителям, осуждение воинов и призыв к населению вернуться в город и даже казнь некоторых людей, повинных в гибели населения, ни к чему не привели. [63]

Разгром некоторых беглярбеков иранцами

Пришло известие, что сын шаха Хамза Мирза выступил из Уджана с 30-тысячным войском и движется против исламской армии. Против иранцев снова были отправлены Чагалазаде и Мехмет-паша во главе войск Вана и Дийарбакыра.

Наутро они вышли навстречу войскам сына шаха. Два больших полка иранцев справа и слева подошли к войскам ислама. Еще один полностью оснащенный полк готовился выйти в тыл полку Дийарбакыра. Исламские воины, сняв головные уборы и вынув из ножен мечи, бросились на врага. Враг был разбит, но и османы понесли потери. А когда Чагалазаде и Мехмет-паша повернули назад, то иранцы бросились на них снова и османы потеряли 800 человек убитыми и плененными.

Возведение крепости Тебриз

2 шаввала 993 года (27. IX 1585). Уже после взятия города Тебриза сразу же было начато строительство крепости и с помощью Господа оно было завершено в течение 36 дней. Окружность крепости составила 10700 аршин в длину. Высокий сардар посетил эти места только один раз. Его здоровье очень ухудшилось и он уже ни разу не садился на коня и не встречался с войсками. Тебризский округ в виде жалованья (арпалык) вместе с округом Дийарбакыра он передал беглярбеку сирийского Триполи Хадиму Джа-фар-паше на условиях, что он через три года будет переведен на пост беглярбека Будина 139.

В Тебризе было оставлено семь или восемь тысяч человек для охраны крепости. В ней пока что не было построено ни одного здания. Только для беглярбека был выделен шахский сад и выстроен особняк. На случай, если с ним может что-то произойти, он испросил у падишаха разрешение на передачу дел Чагалазаде и, вручив ему полномочия сардара, он передал ему также свое завещание. [64]

Отъезд сардара из Тебриза и его смерть

После завершения всех дел в Тебризе сардар вместе с исламскими войсками выехал в сторону Шамб-и Газана. Но в это же время появился шахзаде Хамза Мирза с огромным иранским войском и захватил часть обоза, в том числе 40 груженых верблюжьих караванов, принадлежавших Чагалазаде. В том же бою погиб кетхуда Узун Мехмет-паши Хосров-Кетхуда, назначенный беглярбеком Чилдыра. Во время бегства беглярбек Дийарбакыра Мехмет-паша и беглярбек Карамана Мурад-паша упали в колодец и были схвачены. Враги окружили Мехмет-пашу и прикончили его, а Мурад-паша был взят в плен, так как его не узнали.

В это время садразам и сардар Осман-паша уже скончался, но его люди о его смерти никого не оповещали. Чагалазаде, находясь в арьергарде, выполнял свои функции. Но все же о смерти сардара узнали даже иранцы. Они стали веселиться и восклицать: «Ваш злой сардар умер!».

Когда подошли к Шамб-и Газану, был отдан приказ остановиться на привал. Но все воины оставались наготове, при оружии, в ожидании врага. Затем было объявлено, что на следующий день назначается отдых. Но на заре следующего дня стало видно, как перед ними выстроились конные отряды врага. Сразу же был отдан приказ о построении полков. В это время со стороны врага появился ранее плененный ими кетхуда чавушей Дийарбакыра Калыч-Чавуш, который, пройдя к Чагалазаде сообщил от имени заблудших следующее: «Как вы знаете — ваш сардар умер. Дороги, по которым вы пойдете, затоплены, а проходы — перекрыты. Если вы сейчас обратитесь с просьбой с пощаде (аман) и великодушии и склоните головы перед послом нашего шаха, то вы обретете богатство обоих миров. Но если вы сейчас не подчинитесь, а потом, повесив свои мечи на шеи, заявите, что «пощада и великодушие принадлежат прекрасному шаху!», то ни одному из вас пощады не будет!».

И заносчиво гордясь, враги, преследующие исламские войска, проследовали через препятствия. Но исламские [65] войска внезапно повернули назад набросились на врагов и погнали их перед собой. Враги сами попадали в запруды и проходы, сами попадали в ямы, которые отрыли для исламских воинов. Османские воины набросились на завязших, как свиньи в грязных топях, иранцев и каждый воин прикончил четырех-пятерых врагов, а часть их была взята в плен газиями. После этого обе стороны разошлись и иранцы больше не нападали.

Отсюда перебрались в Ванский вилайет и желающим было дано разрешение возвратиться домой.

О городе Тебризе

Тебриз является большим городом, основанным посреди двух известных летних пастбищ, называемых Уджан и Кызылдаг, и со времени своего появления является административным центром страны Азербайджан.

Джафар-паша с помощью некоторых соблазнительных обещаний привлек сюда народ и расселил, и, когда в городе, в соответствии с османскими законами была проведена перепись, то в нем насчитали 80 тысяч домов. Однако после переписи сюда приехало еще много народу и город возрос еще на такое же количество. В самом городе есть 19 соборных мечетей, возведенных во времена прошлых султанов. Каждая из них построена из мрамора различного цвета и каждая была облицована разрисованными камнями, так, как будто каждая из них была образцом китайской живописи.

В городе есть 21 баня с услаждающими человеческую душу фонтанами, 200 караван-сараев, нарядные базары в которых более 12 тысяч лавок, множество садов и парков, каждый из которых является частицей рая и в которых множество павильонов с разрисованными скамейками, фонтанами и водоемами, чья красота не оставляет людей равнодушными.

Осада исламских войск, находящихся в Тебризе

Во время строительства крепости Тебриза ныне покойный садразам Осман-паша был сильно болен и [66] поэтому не смог полностью обеспечить крепость продовольствием и другими необходимыми припасами. И целому подразделению бойцов в крепости оставалось только уповать на Господа.

Не успели они как следует обосноваться в крепости и должным образом укрепиться, как вдруг появился сын шаха с 30 тысячами воинов и осадил крепость. Именно в этот момент у Джафар-паши заболели глаза. Во время осады в течение трех месяцев он не смыкал глаз и теперь от мучений не мог отличить дня от ночи. За эти три месяца запасы продовольствия иссякли и люди стали есть мясо лошадей и вьючного скота. Но закончилось и это. Короче, положение с каждым днем становилось все хуже и хуже.

Однажды, когда глазная боль немного утихла, Джафар-паша созвал командиров осажденного гарнизона и сказал, что надежда на спасение в руках только самих осажденных. Когда все согласились с этим, Джафар-паша назначил командиром правого крыла храброго бека Сачлы Ахмеда. Он приказал ему отобрать тысячу воинов, посадить их на коней и вручить им красное знамя.

Во главе левого крыла он поставил храбреца из числа янычаров по имени Дели Осман и также вручил им знамя. На следующий день Джафар-паша приказал открыть ворота перед каждым из отрядов и бросил этих воинов на подавление позиций иранцев. В крепости имелось более 150 пушек и осадных орудий. Все они были заряжены и были готовы открыть огонь. Всех, у кого были ружья, он выстроил на стенах крепости. После этого все вдруг с возгласом «Аллах велик!» бросились в атаку. Открыли огонь из пушек н ружей. Вражеским войскам, находившимся в окопах и вокруг крепости, был нанесен такой удар, что от них не осталось и следа. Находившиеся в авангарде воины захватили семь ханов 30 видных военных и, отрубив 300 вражеских голов, возвратились назад. В руки газиев попало много продовольствия, оружия, пороховых погребов и других добытых в окопах трофеев.

Один из газиев сипахи по имени Дели Фаик, получив из рук Джафар-паши знамя, собрал вокруг себя многих воинов. Во время второй атаки его люди захватили трех знатных иранцев в ранге султанов, причем [67] один из них был даже с женой. Выл еще один газий по имени Дели Фырлак, который тоже нанес врагу тяжелые потери.

В это время с тысячами воинов прибыл один видный хан, который разбил шатер вблизи от Хамзы Мирзы. Враги стали готовить ночную вылазку. Однако огнем мортир их атака была сорвана. Большая часть атакующих сгорела под стенами крепости, а другие обгорели так, что стали хуже, чем мертвецы.

Атакующие навели на стены 40 штурмовых лестниц, но газии втащили эти лестницы на стены крепости. Видя, что таким путем ничего не получается, враги стали делать подкоп. Но в это время появился один из видных предводителей афшаров 140по имени Али Кули. У него была красавица дочь. Хамза Мирза пристал к нему с требованием выдать дочь за него. Это бесстыдное требование очень задело Али Кули и он зарубил свою дочь и решил бежать к османам. После этого Али Кули вместе со своим сыном подошел к крепостной стене и сказал: «Отведите меня к вашему паше и получите от меня все, что хотите!» Его подняли на стену и он сообщил что враги уже 20 дней ведут подкоп и сейчас траншея дошла до фундамента дворца паши. По указанию Али Кули газии стали копать и вскоре добрались прямо до середины подкопа.

Случилось так, что копавшие в это время сделали перерыв на обед. И не мешкая ни минуты, без лишних разговоров, Дели Осман с группой храбрецов бросился в подкоп и группа вышла на поверхность прямо перед соборной мечетью Узун Хасана. Здесь они увидели, что Хамза Мирза вместе со своими застольниками сидят неодетые и пьют вино. С возгласом: «Да здравствует красавец шах!» они бросились на иранцев. Хамзе Мирзе удалось вскочить на коня и ускакать. Газии не знали, что это был Хамза Мирза, иначе ему не удалось бы так легко спасти свою душу.

Был разграблен весь его лагерь и все, что там было ценного, попало в руки газиям. Одного его любимца и красавицу-возлюбленную газии доставили в крепость.

За два дня до этого Дели Осман со своими людьми совершил вылазку и, захватив прямо в постели одного известного хана по имени Шахрух, доставил его в крепость. [68] За эти подвиги Дели Осману определили жалованье в 100 акче, а Дели Фаику и Сачлы Ахмеду — по 80 акче.

Я (т. е. автор. — 3. Б.) видел этого Дели Фаика. Он был с нами во время захвата крепости Янык-кале 141. Это был высокий серьезный старик с мягкой бородой, открытым челом и приветливым лицом.

Однако вернемся к нашему рассказу. Сын шаха постеснялся вернуться днем и пришел ночью и осаждал крепость еще два месяца. На сей раз иранцы пустили на крепость два потока воды, пытаясь утопить мусульман, но газии отвели эту воду и никакого вреда она не причинила.

Так газии продержались в осаде 11 месяцев и ни один день спокойным не был. Но однажды утром враг не появился и газии удивились этому и вдруг увидели, как подходит лавина османских войск под командованием Ферхат-паши^ который снова стал сардаром. На следующий день войска вошли в Тебриз, доставив тысячу вьюков продовольствия. Однако на всякий случай войска не стали задерживаться в Тебризе. Оставив провизию, они вернулись и остановились в местности Кумла 142. Ферхат-паша выстроил здесь прочную крепость. А в Тебризе после этого наступили спокойные дни.

Прибытие сардара Ферхат-паши в Тебриз

Газии, находившиеся в Тебризе, отражая день и ночь вражеские атаки, устали. Сардар, подготовив в Арзруме все необходимое для войны, выступил в поход с целью вызволения Тебриза и уничтожения войск врага. Прихватив с собой достаточное количество продовольствия, он вдохнул жизнь в души осажденных. В течение нескольких дней он восстановил в крепости все разрушенное и усилил ее мощь, возведя много новых башен. Он отправил войска в некоторые окрестные вражеские округа, где все встретившиеся иранцы были перебиты, а их дети взяты в плен. Были посланы войска и в Гюрджистан, где были собраны харадж и бадж 143у тех, кто был подчинен ранее. В это же время прибыли Александр-хан со своим хараджем и подношениями, а также вместилище хитрости Симон 144со [69] своей податью и баджем, чем они оба подтвердили свою верность.

Пополнение военными припасами и всем необходимым крепостей Демиркапы, Ширвана, Тифлиса и Ревана

Когда исламские войска отдыхали в Тебризе, сардар разослал в разные концы войска и проявил много стараний для выполнения неотложных дел. Он проявил усердие в пополнении военными припасами и продовольствием только что отвоеванных у иранцев крепостей Демиркапы, Ширвана, Тифлиса и Ревана. На посты беглярбеков он назначал старательных людей и полностью удовлетворил все нужды на местах, после чего отбыл на зимовку в Арзрум.

Взятие Гянджи и заключение перемирия с иранцами

Год 995 (1587). С наступлением весны исламские войска снова возвратились в места своих стоянок. Высокий везир отправился на завоевание Гянджи и Барды и вскоре они были взяты. Были подчинены также окрестные поселки и села. Беглярбеком сюда был назначен валий Анатолии Хадим Хасан-паша. Впоследствии, в правление султана Мехмет-хана 145, он стал садразамом и был тем самым везиром, который был убит своими завистниками.

Как раз в это время к сардару прибыли доверенные послы шаха Ирана 146. Они запросили мир на условии оставления заложником племянника шаха Хайдар Мирзы. В связи с этим сардар возвратился на зимовку, где сообщил придворным о положении дел, и падишах склонился заключить перемирие на этих условиях.

Сражение Джафар-паши с султаном Гавхардана и захват его

Прошло два месяца после возвращения Ферхат-паши из Тебриза. По дороге из Тебриза в Багдад находился большой поселок под названием Гавхардан. Здесь имелось пять тысяч домов и это был город с [70] 12 мечетями. Городом и прилегающими 30 селами владел местный человек в звании султана. Однако этот старательный султан постоянно нападал на мусульман. Однажды из-за его выходок беглярбек Багдада Мехмет-паша сын Солак Ферхат-паши даже бросил на Гавхардан пушки, но захватить город ему не удалось.

Газии, служившие в Тебризе, каждые три — четыре месяца совершали набег на Гавхардан и возвращались оттуда с различной добычей. В связи с этим султан Гавхардана задумал на свою голову овладеть без ведома шаха Тебризом, истребить мусульман и оказать этим услугу врагам.

Он бросил свои войска на Тебриз, но с помощью Господа, подавшись за ухом, сам лишился головы. Он был вдребезги разбит, бежал и заперся в своей крепости. Джафар-паша немедленно бросил своих воинов против него и на пятый день осады Гавхардан был им захвачен. Все, что было захвачено там, он сделал своим имуществом. И все время, пока Тебриз находился в руках османов, Джафар-паша владел этим краем в качестве мюлка.

Крупное сражение Джафар-паши с войсками Ирана

Год 998 (1590). Когда Джафар-паша, обретший силу после присоединения к нему получивших опыт в сражениях тебризских воинов, стал управлять округом, простиравшимся на расстояние нескольких дней пути от Тебриза, местные ханы и султаны вдруг приободрились. Но горящее в их сердцах усердие стало причиной того, что сгорели только их собственные жилища.

Примерно 15 ханов и султанов, сговорившись, собрали 15 тысяч воинов и сошлись в местности, именуемой Турна Чайыры (Журавлиный луг). Отсюда они послали Джафар-паше пучок журавлиных перьев одну палицу, стрелу, лук и головной платок йемени. В приложенном письме они говорили: «Если ты мужчина, возьми оружие и выходи против нас, а если не выйдешь, тогда, как баба, напяль на голову платок и пряди себе в уголке на прялке!».

Джафар-паша послал им графин, стоимостью в [71] один алтун 147чашу и мужское платье, а в ответном послании написал: «Добро пожаловать и мы с помощью всевышнего Господа выступим против вас и не думайте, что мы пряхи!». Одновременно он придал здешним бекам часть своих войск и вскоре было отобрано значительное число храбрецов. После этого он выехал из города и разбил свой шатер в поле. На следующий день он перебрался через реку, которая разделяла стороны, и разбил лагерь сразу за переправой. Иранцы же остановились на позициях, упиравшихся в гору.

В течение трех дней и ночей шло такое сражение, что описать его невозможно. В конце концов ветер победы подул в сторону мусульман и подорвал силы врагов. После этого газии ислама захватили лагерь врага и полностью насытились. В руки газиев попало много луноликих красавцев и статных наложниц, из которых выбрали 15 самых игривых и отправили как подарок во дворец падишаха. В Стамбул были отправлены также некоторые редкие красавицы.

Джафар-заде получил грамоту на визират, меч в золотых ножнах и два почетных кафтана.

Бунт войск, находившихся в Тебризе, и их истребление

Истребление тебризских рабов 148Джафар-пашой — дело редкостное и удивительное и подобное не случалось не только в Османском государстве, но и в правление предыдущих султанов, такое не описано ни в одной исторической книге и не передавалось рассказчиками. По этой причине, чтобы понять все подробности этого, необходимо рассказать о нем детально.

Учитывая условия тех времен, Джафар-паша был вынужден чеканить наполовину низкопробные шахи 149. По этой причине тебризские рабы стали роптать, заявив, что «половина наших вознаграждений вылетела в трубу!». Джафар-паша был вынужден успокоить их тем, что стал выплачивать их вознаграждения в пяти-и десятикратном размере. После этого в течение примерно года они не роптали.

Покойный ныне султан Сулейман отложил в казне [72] 40 тысяч золотых акче для расходов на нужды крепости Ван. Джафар-паша половину этих денег перевез в Тебриз, однако это не помогло. Однажды собралась большая толпа рабов, которые заявили, что они не согласны на чеканку шахи такой пробы и по этой причине подняли восстание.

Дворцовые служащие и охрана паши сумели как-то усмирить их. Но они не успокоились и с каждым днем все больше распалялись. Паша два месяца не показывался никому на глаза. Более того, рабы договорились и поставили на место везира своего предводителя, который заставил дефтердара стоять перед ним навытяжку и вносить в реестры все, что ему вздумалось. Оскорбляя его, он приговаривал: «Писец, пиши вот так!».

Освободившиеся тимары они разбазарили и повышали жалованье всем, кто этого хотел. Заявив, что личные рабы паши живут в довольствии, они стали кричать, что те не имеют прав ни на что, и отобрали у тех все, что они имели. После этого, испугавшись, что паша сумеет уйти из Тебриза, доберется до Стамбула. где станет жаловаться на них падишаху, они замуровали двое из трех ворот внутренней крепости (цитадели) и стали обходиться только одними воротами. Ежедневно они выставляли к этим воротам 50 человек в качестве наблюдателей.

Затем появились люди, пожелавшие перемирия В саду. близ крепости, организовали угощение. Было повышено месячное жалованье восставших рабов. Заявив, «все, что было — прошло!», стороны подписали обоюдно принятое решение. Договорились, помирились, стали лобзать друг друга, после чего дали еще более серьезные клятвы в том, что своих слов не нарушат. И как только согласие нарушалось, старшие сразу же давали об этом знать паше. Так прошло две недели.

Печаль крепко засела в сердце паши, который день ото дня все более мрачнел. Однажды он снова решил дать в саду пир. С вечера он послал туда своих поваров и продукты.

Дом, в котором жил хранитель печати (мюхрдар) паши Ридван Ага, одной стороной соприкасался со стеной дворца паши, а другой — с крепостной стеной. Паша приказал пробить в стене брешь. Его дворцовая [73] стража состояла из целого полка сильных и храбрых удальцов. Они погрузили на лошадей имущество и по одному пробрались через эту брешь. Короче, до полуночи большая часть его людей вышла наружу. К обеду они разместились в крепости Махалле, которая была построена Ферхат-пашой.

Той же ночью Джафар-паша сообщил обо Всем своему кетхуде и тот с утра пригласил на пир всех господ и предводителей рабов. Все они вместе веселились и забавлялись на пиру. Они радовались, что с рабами заключено перемирие что прекратилась междоусобица и взаимное недоверие.

Когда на следующий день рабы узнали, что произошло, они собрались вместе и в первую очередь пошли к кетхуде. Но как это все произошло — они так и не поняли. Они увидели, что кетхуда еще более злой и грустный, чем они сами. Он сказал им, что его господин оскорбляет его нещадно, выкрикивает в его адрес непристойности, короче, представлял пашу рабам человеком беспомощным и каким-то невменяемым. Здесь были почти все предводители, главари и старшины рабов. Когда они увидели, что кетхуда паши еще более расстроен, чем они сами, они вовсе не уловили, что им устроена ловушка. Более того, Джафар-паша за несколько дней до этого притворно стал разносить кетхуду за нерадивость и пригрозил выгнать его совсем. Поэтому рабы и представить себе не могли, что кетхуда мог быть в курсе всех этих событий.

Тогда рабы решили задержать Джафар-пашу и доставить его в крепость. Они сели на коней и разбившись на группы, стали искать его, но никаких следов обнаружить не смогли. Через некоторое время они узнали, что паша находится в крепости Махалле. Они выбрали из своей среды авторитетных людей и отправили их к паше. Эти представители сказали паше:

«Разве мы не договорились, что наши клятвы и слова означали: «все, что было — прошло!»? Коль скоро была такая договоренность, то что означает содеянное вами? Зачем вы предприняли такие оскорбительные действия?».

Паша сказал: «Клятва моя и слово мое остаются в силе! Но ваши разбойники изменили клятве и решили застрелить меня из ружья!». После этого он протянул [74] им список с именами более 50 разбойников и добавил: «Пока эти люди находятся среди вас, я к вам не выйду и в крепость не приду. Если хотите, то передайте их мне и я воздам им должное, после чего приду к вам. Самое крайнее, на что я соглашусь — выбросьте их из крепости, чтобы я почувствовал себя в безопасности».

Начались переговоры двух сторон по этому делу, несколько-раз обменивались представителями и в конце концов было решено изгнать этих людей из города. На этих условиях паша был приглашен ими в крепость.

Однако Джафар-паша заранее спланировал свои действия. Он послал тайные сообщения бекам, находившимся на востоке, и писал им: «Я узнал, что в таком-то месте собираются враги и подготовился напасть на них. Однако среди тебризцев есть такие беспутные, которые несомненно предупредят врагов об этом. И чтобы, боже упаси, об этом не разузнали, в такой-то день и в таком-то месте присоединитесь к нам, чтобы мы, с помощью Всевышнего, могли указать им подобающее для них место. В тех краях есть такое вражеское племя, которое владеет весьма большим богатством. Как только мы завершим наши дела, мы тотчас же отправимся грабить их и есть надежда, что мы захватим много добычи». Последовав этому призыву Джафар-паши, беки связались друг с другом и, договорившись, собрались так скрытно, что об этом не узнала ни одна живая душа.

В это же время из Тебриза один за другим прибывали люди, приглашавшие Джафар-пашу в крепость. Паша встречал каждого прибывшего очень учтиво, дарил им кафтаны и раздавал пригоршнями золото. В конце концов он сказал: «В такой-то день мы прибудем туда и пусть они прибудут встречать нас». Однако он тут же отправился к берегам Аджису 149аТуда же прибыли беки. Чтобы встреча сторон выглядела достоверной, они провели ночь на берегу Аджису, а на следующий день стали готовиться к въезду в Тебриз.

Обо всем этом тебризцы не знали ничего. Да и сами воины пребывали в ожидании набега на вражеские земли, а их командиры тоже ни о чем не подозревали [75]. В ту ночь паша послал своему кетхуде распоряжение, в котором говорил: «Вместе со мной находятся люди разных рангов. Ради уважения к падишаху пусть рабы, находящиеся в крепости, наденут прекрасные наряды и выйдут встречать нас. Под предлогом торжеств пусть обе стороны не палят из ружей и пусть не будет запален ни один фитиль». Одновременно паша тайно приказывал кетхуде — как только рабы выйдут из крепости, надо тут же закрыть ворота, после чего открыть огонь из больших пушек, находящихся в Кара-куле.

Когда утром паша выехал верхом на коне, его глаза заволоклись кровью. Таким паша был всегда, когда вступал в сражение. Подоспели беки со своими полками. И сразу же впереди показались тебризцы. Они двигались строем и все были разодеты.

Прибывшие беки спешились, облобызали руку паши и стали ждать его приказаний. Паша сказал им: «Падишах повелел истребить тебризских рабов и вы должны выполнить это распоряжение!». И в это самое время большие крепостные пушки открыли огонь. Паша взял в руки свой дротик, двинул своего коня на подходящие полки тебризских рабов и на глазах у воинов сразил несколько из них. Говорят, что в тот день паша лично убил семерых рабов.

Воины набросились на рабов. Более тысячи легковооруженных воинов и почти 800 его конных гвардейцев перебили там сто с лишним рабов. Когда подвергшиеся нападению рабы в ужасе повернули назад, к городу, то увидели, что ворота уже заперты. Только тогда они поняли, что произошло и тотчас же бросились бежать в сторону гор.

Джафар-паша разбил перед городом шатер и приказал ловить всех, кто выступал против него. Всех схваченных рабов он приказал тут же умертвить. После этого он приказал открыть ворота и разрешил своим людям и воинам разгромить дома тебризцев и захватить их имущество. В их руки попало очень много добычи и денег. Много семей тебризцев были схвачены и их затем продали как пленных. Короче, в тот день было убито 800 человек, более 1200 бежали и спрятались. Примерно три тысячи человек признали [76] свою вину и дали клятву не совершать более таких проступков и их простили и отпустили.

Командир левого крыла Сачлы Ахмет скрылся в Нахичеване. Паша разными посулами заставил его явиться и он был отправлен в Дийарбакыр с заданием. А когда тот выполнил его и вернулся в Тебриз с большими деньгами, паша сам отрубил ему голову.

Некоторые детали, дополняющие рассказ о Джафар-паше

Дафар-паша был беглярбеком Тебризского округа ровно восемь лет. То, что он сделал с иранцами, не сделал ни один сардар, находившийся с войсками в этих краях. Отсюда он был отправлен в Багдад и после полуторалетнего управления Багдадом, был назначен правителем эялета Ширвана, а затем с этого поста был уволен.

Как говорят, после отстранения с поста правителя, он стал собираться покинуть Ширван. Вместе с ним должен был уехать и его дефтердар, который тоже был отстранен от должности. Но у дефтердара остались долги ширванским рабам. Поэтому рабы восстали и напали на стоянку паши. Паша не стал даже приближаться к толпе и принял только около десяти предводителей рабов. Но и им он ничего не обещал. Внезапно он схватил свой кинжал и убил пять или шесть человек. Сам он уже собрал свои вещи и готовился к отъезду. Рабы же заявили: «Посмотрим, как он завтра выедет из города, и он увидит тогда, чго с ним произойдет!» Кроме этих слов они высказали людям паши еще многие слова.

Наутро паша выстроил своих телохранителей расставил по сторонам вооруженных конников, но никто на его пути не показался и даже не посмел посмотреть ему в глаза.

В лице и глазах Джафар-паши всегда можно было видеть нечто удивляющее, он всегда был в состоянии воина, который ничего не страшится. Он никогда не думал о том, что будет в конце дела, и никогда ничего не читал. Он прибыл из Ширвана в Стамбул вместе со своими тремя тысячами приближенных и слуг. Был [77] отправлен в Белград, и с ним там встречался и он говорил мне, что происходит из венгерского рода. После одного из сражений Джафар-паша попросил падишаха снова назначить его наместником в Тебриз и его просьба была удовлетворена. И весь Иран затрясся, когда узнал, что Джафар-паша снова прибыл в Тебриз.

Перемирие с Ираном и прибытие сына шаха в качестве заложника

Год 1000 (19. Х 1591—7. Х 1592). Поскольку обе стороны пожелали перемирия, Ферхат-паша остался в Арзруме. После неоднократного обмена посольствами иранцы прислали в качестве заложника сына брата шаха и его любимого племянника Хайдара Мирзу. По этому поводу покойный поэт Баки Эфенди 150сказал такой бейт:

Пусть возрадуются аджамы (иранцы),
                         снова поздравляю тебя!
Прибывает эмир Хайдар — свет очей царей Ирана!
Шадиман олсун аджемлер гёзлерин айдын олсун!
Мир-и Хайдар нур-и чешм-и Хюсрев-и Иран гелур!)

Но судьба его оказалась плачевной, он заболел чумой и умер. Его похоронили близ гробницы Аййуба Ансари 151и над его могилой соорудили высокую гробницу. Однако некоторые фанатики не сочли возможным оставить его останки в Османской стране и, вскрыв его могилу, они увезли их в Иран. А та большая гробница до сих пор пустует.

Взятие иранцами Тебриза вопреки перемирию

Год 1012 (1603). Валий Арзрума везир Саатчи Хасан-паша был назначен сардаром тамошних разбойников. В начале этого года в Стамбул стали прибывать жалобы и вопли Хасан-паши и беглярбека Ревана Шереф-паши. В них сообщалось, что заблудшие сочли момент подходящим и захватили Тебриз.

А произошло это так: После того, как крепость Карныйарык и приписанные к ней земли хасс попали [78] под управление османов, их передали тебризским рабам в качестве оджаклыка 152. Тем не менее, этими местами со времен своих дедов опять-таки в качестве оджаклыка владел один из курдских беков Алааддин-бек. Теперь этот Алааддин-бек, устав от нападений тебризских наемников вышел из повиновения и взбунтовался.

Тогдашний тебризский беглярбек Сархош Али-паша двинулся во главе наемных войск против Алааддин-бека и осадил крепость Карныйарык. На помощь осаждающим подошли также глава курдов Хаккари 153Зекерия-бек со своими войсками и кетхуда Шереф-паши Осман Кетхуда с половиной войск Нахичевана. После месяца осады крепость, наконец, была взята. Затем племянник упомянутого Алааддин-бека Сейфеддин-бек и хан Абдал-бек отправились к шаху Ирана с воплями о помощи и сообщили ему о том, что все войска османов покинули Тебриз и сейчас в крепости никого нет.

Узнав об этом, шах, не колеблясь, выступил с войсками, останавливался на отдых только через три-четыре перехода, и преодолев месячный путь между Исфаханом и Тебризом за 6 или 10 дней, достиг Тебриза и в течение 18 дней осаждал крепость.

Сархош Али-паша, взявший в плен Алааддин-бека, узнал об осаде Тебриза заблудшими и о том, что среди осаждающих находится сам шах. Он тут же напал на иранцев и с помощью Всевышнего разгромил передовые полки иранцев. Когда же некоторые полки заблудших с возгласами: «Шах! Шах!» бросились на него, паша отрубил голову упомянутому Алааддин-беку. Но иранцы, в конце концов, одержали победу. Сархош Али-паша попал к ним в плен. Были пленены также подчиненные Джафар-паше командиры Халил-паша и Махмуд-паша.

Когда их доставили к шаху, они были казнены как люди Джафар-паши. А Сархош Али-пашу доставили к Тебризу и, показав его осажденным, сказали: «Вот в каком положении ваш паша. Он — наш пленник! От кого вы теперь ждете помощи?». По этой причине мусульмане капитулировали и сдали крепость иранцам. А шах, противореча данной им самим пощаде (аман), проявил свою бесчеловечность и причинил [79] сдавшимся ужасные мучения. Вслед за этим таким же образом погиб Сархош Али-паша, которого шах сделал даже своим собеседником.

Назначение сардаром Саатчи Хасан-паши и его смерть

Тот же год. Когда черная весть о падении Тебриза достигла Стамбула, там обсудили создавшееся положение и после переговоров сардаром был утвержден Саатчи Хасан-паша. Он в это время собирал войска в Анатолии. А заблудший шах, захватив Нахичеван, осадил Реван, и осада эта длилась уже несколько месяцев.

Вскоре Хасан-паша умирает, так ничего и не сделав.

Взятие иранцами Нахичевана

Год 1013 (30. V 1604—18. V 1605). После взятия Тебриза заблудший шах послал на Нахичеван Зулфикар-хана. Нахичеван входил в округ Ревана и на здешнего беглярбека Шериф-пашу была возложена обязанность охраны крепости. У него было 300 воинов. Видя, что в случае осады крепость не выдержит, он вывел из нее всех наемников и хотел поджечь крепость и привести ее в негодность. Но когда иранцы напали на крепость, находившиеся в ней наемники заявили, что они и раньше были рабами шаха и, не подчинившись приказу Шериф-паши, сдали крепость Зулфикар-хану.

Захват крепости Реван иранцами

Тот же год. Когда положение приняло такой оборот, заблудший шах, соблазнив обещаниями некоторые племена в Тебризском крае, собрал их к себе. К шаху со своими войсками прибыли также Левент-хан сын Александр-хана и Ливасат-хан сын Симона.

После этого шах вместе с ними отправился на осаду Ревана. Осада эта продлилась ровно 9 месяцев и 10 дней. Было сделано много подкопов и вылазок. Кроме бывших при осаде пяти крупных орудий шах [80] приказал доставить сюда новые орудия. Каждое орудие выстреливало камнями весом 90 окка 154. Камни, которые падали в крепость, продавались мусульманам за три куруша, и они делали из них ручные мельницы. Газии, бывшие в осажденной крепости, стали болеть из-за потребления в пищу мяса верблюдов и лошадей и многие совсем от этого обессилели.

Однажды проклятые взорвали подкоп и скрытно ворвались в крепость. Рано утром пространство между цитаделью и внешней стеной заполнилось заблудшими. Мусульмане растерялись и враги, пользуясь этим, изрубили мечами 1800 воинов. Тут же стало известно о смерти сардара Саатчи. Мусульмане опустили руки и через 10 дней они сдали иранцам и цитадель.

Шах оказал большой почет Шериф-паше и назначил его мутаваллием гробницы имама Ризы в Мешхеде. Паша, всю жизнь боявшийся быть смещенным, ободрился и стал спокоен. Воинам своим он сказал: «Кто хочет — пусть служет мне, а кто не хочет — пусть уходит к османам».

Мехмет-паша сын Хызыр-паши вместе с 300 — 400 воинов с семьями добрался до Карса. После этого шах разрушил крепость Ревана до основания.

Вторичное назначение Чагалазаде сардаром его смещение и смерть

Год 1013. Как только стало известно о смерти Саатчи Хасана-паши, сардаром в Иран был назначен Чагалазаде. Он быстро завершил экипировку войск и выступил походом в страну Ширван. Его сын Махмуд-бек был беглярбеком Ширвана.

Когда воины узнали, что им предстоит поход на Ширван, они нагло заявились к сардару, стали вести себя весьма вызывающе и сказали ему: «Если ты пойдешь походом в сторону Каспийского моря, то встретишься со своим отцом, а если будешь сардаром в походе по суше, то увезешь своего сына!». Они взбунтовались и, забросав его шатер камнями, свалили его и заставили повернуть войска на Тебриз. Однако, [81] добравшись до округа Тебриза, на город в наступление не пошли.

А шах с войсками двигался в одном переходе перед ними. Когда шах снимался со стоянки, сардар здесь делал остановку.

У беглярбека Сиваса Сары Ахмед-паши было около 25 тысяч воинов из племени Джелали. Кроме того, у Кёсе Сефер-паши и Аладжа Атлы Хасан-паши имелось 10 тысяч конных войск. Они договорились и вместе пошли к сардару и стали просить у него разрешения:

«Мы отправимся и доберемся с войсками до шаха и сделаем все, что в наших силах, а милость в руках Господних! Если мы осилим шаха и разобьем его войска, то власть и почет — ваши, а честь падишаху! Если же шах победит нас и подрубит наш корень, то снова власть у падишаха! Ибо погибнет много людей из племени Джелали и змея будет поймана руками врагов. В обоих случаях выгода будет на стороне нашего падишаха и нашего государства».

Однако сардар не разрешил им выступить. И хотя они очень настаивали, это оказалось бесполезным. Сардар своему слову не изменил и зиму провел в Ване. Управление Ваном он возложил на упомянутого Сары Ахмед-пашу. Однако вскоре Ахмед-паша заболел и умер и сардар передал Ванский округ Зинджиркыран Али-паше, который приложил много усилий для сбора войск. Он делал все, чтобы привлечь к службе беков племен, живущих в Ванском округе, и их воинов.

Но когда сардар находился в крепости Ван в ожидании подхода войск, заблудший шах отправил в поход огромную армию под командованием Аллахверди-хана, который погубил османов и полностью разгромил их армии. В происшедшем сражении были пленены Хандан-Ага и два его сына. Сардар кроме бесполезного и вредного приказа обстрелять иранские войска из орудий, никак себя не проявил и своими неудачными и глупыми действиями открыл пути для разгрома.

Когда сардар увидел такое, он испугался осады крепости Ван и, погрузившись на корабль, отбыл в крепость Адилджеваз. Однако полагая, что климат Адилджеваза окажется для него губительным, сардар [82] забрал у валия этого саджака Эмира Шах-бека всех лошадей и мулов и отправился в Хасанкале 155. Округ Арзрума он передал Кёсе Шерефу, а Хасан-кале входил в этот округ. Поэтому Кёсе Шереф полностью обеспечил крепость всем необходимым.

Сардар вызвал своего сына Махмуд-пашу из Ширвана и отправил его в Дийарбакыр, а в Ширван назначил валием Ахмед-пашу сына Хусейн-паши.

Иранцы, полагая, что сардар находится в Ване, готовились осадить крепость, но узнав, что тот отбыл в Адилджеваз, шах бросил туда всю свою конницу. Когда они достигли Арджиша, им сообщили, что сардар уехал из Адилджеваза и отсюда иранские войска повернули назад.

Вскоре сардар Чагалазаде был смещен с поста, а через несколько месяцев умер.

Захват иранцами Гянджи и Ширвана

Год 1014 (19. V 1605—8. V 1606). На следующий год заблудший шах направился на Гянджу. Ее беглярбеком был Мехмед-паша — кетхуда Сары Ахмед-паши. Город был в осаде ровно семь месяцев. Ожесточенные сражения не затихали ни днем, ни ночью. В конце концов Мехмед-паша, отчаявшийся получить помощь, был вынужден сдать крепость на условиях амана.

После этого иранцы двинулись на Ширван. Здешнюю крепость они осаждали тоже семь месяцев, и ее защитники, тоже не получившие помощь, также сдали крепость врагу. И хотя заблудший шах обещал пощаду, он не выполнил своего слова и перебил больше половины воинов ислама.

Таким образом, все, что было завоевано воинами ислама за 10—12 лет, полностью было потеряно. Этот безбожный, шах все отвоевал в течение двух лет.

Взятие иранцами Тебриза и Нахичевана произошло в правление султана Мехмет-хана, а другие города были взяты ими в правление Султана Ахмеда 156.

Поход высокого везира Мурад-паши на Иран

Год 1019 (1610). С наступлением весны высокий везир выступил с исламским войском в поход на Иран. [83]

И пока, преодолевая переходы, войска подходили к Тебризу, жители этого города, бросив свои жилища, разбежались в разные стороны, и сардар увидел лишь опустевший и заброшенный Тебриз. А прибывшие воины ислама тоже разрушили многие строения и подо жгли множество зданий и сооружений,. После этого войска ушли оттуда и зазимовали в Дийарбакыре.

Назначение сардаром Насух-паши и заключение перемирия с Ираном

Год 1021 (1612). В это время шах Ирана прислал в Дийарбакыр способного и толкового посла в чине казы-хана, что соответствовало чину казыаскера 157у османов. Насух-паша, взяв посла с собой, отправился в Стамбул и заставил его облобызать руку счастливого падишаха.

Было заключено перемирие на условиях внесения иранцами ежегодно 200 вьюков шелка и различных ценных товаров стоимостью 100 вьюков акче. Товары, причитающиеся за этот год, были переданы в казну падишаха, и посол отправился в свою страну.

Назначение садразамом второго везира Мехмед-паши, осада им крепости Реван и отвод войск

В пятницу 13 рамазана 1023 года (пятница, 17. Х 1614) был казнен Насух-паша.

Год 1024 (1615). Упомянутый Мехмед-паша был назначен сардаром Иранского направления. Он отправился в поход и в течение двух месяцев осаждал крепость Реван. Когда крепость вот-вот должна была сдаться, шах пошел на хитрость и послал людей с предложением заключить перемирие. Этим путем он получил несколько дней отсрочки и сумел заделать все бреши в крепостной, стене. Видя, что крепость ему уже не покорить, сардар был вынужден согласиться на перемирие. Мир был заключен на условиях выдачи иранцами половины количества шелка и ценных товаров, о которых было договорено во время Насух-пашн.

В свое время, когда крепость Реван была захвачена [84] османами, они создали здесь склады продовольствия, оружия, арсенал и других необходимых войскам припасов. Все это было подарено шаху.

Переправа крымского хана через море и набег татар на иранские земли

Год 1027 (1618). Было повеление падишаха о походе большого количества татарских войск на Иран. И около 30 тысяч охотящихся за врагом татарских воинов переправилось из Крыма в Трабзон.

Когда об этом сообщили сардару, тот повелел татарам совершить поход на Иран. И татары выступили в поход с целью разгрома городов и сел в округах Дзегам, Гянджа и Нахичеван. Они очень быстро учинили врагам разгром. Захватив 30 тысяч пленных, множество добычи, верховых лошадей и бесчисленные трофеи, они доставили все это сардару, который пребывал на равнине Челик.

Поход исламских войск из Дийарбакыра в Иран и разгром войск, достигших Ардабила

Год 1027 (1618). Как только подошло время похода, сардар отправил воинов ислама против врага. Но пока войска добирались до Тебриза, обе стороны обменивались послами.

Послом Ирана был перебежавший на их сторону дефтердар Хаким Осман который сообщил, что злонамеренный Карчигай-хан со своими заблудшими войсками стоит вблизи Ардабиля, куда он был назначен шахом с охранными целями. Посол сказал: «Если туда срочно будет послано 10—15 тысяч мобильных войск, да еще совершит вылазку татарский хан, то нет никаких сомнений, что вражеские войска будут полностью разгромлены, а Ардабил будет разграблен и сравнен с землей».

Эти слова он говорил так уверенно, что заставил сардара и некоторых его сподвижников поверить в эту неосуществимую затею.

Баки-паша, бывший дефтердаром войск, был человеком много повидавшим, знающим, умным и здравомыслящим везиром. Он категорически возражал против [85] такого похода и сказал, что последствия его окажутся плачевными. Он сказал: «Расстояние между Тебризом и Ардабилем равно примерно 8 переходам и на этом пути устанут и выбьются из сил не только кони и скот, но и люди. Как же уставшие воины могут напасть на врага, его ожидающего? И откуда известно, что враг будет застигнут врасплох?».

Но ни его возражения, ни возражения тех, кто его поддержал, во внимание не приняли. В конце концов, по настоянию беспечного кетхуды сардара, упомянутого Хаким Османа и тогдашнего беглярбека Халеба Абаза-паши, было принято решение идти на врага.

Короче, в ту ночь собрались все командиры, чтобы обсудить этот вопрос. В шатер сардара пригласили и татарского хана. Большинство воинов уже стало проявлять алчность: кто приобрел коня кто мула, а также мешки, в которые они будут собирать захваченную добычу.

И вот татарские войска, войска Румелии со своим беглярбеком, все видные беглярбеки Анатолии и их войска изготовились к походу. Во главе всей армии стал сардар везир Быйыклы Хасан-паша. Войско, наконец, тронулось в трудный путь, не останавливаясь даже на кормежку скота. И более чем восьмидневный, путь был преодолен за два с половиной дня!

Но Карчигай-хан уже заранее знал о походе османов и посадил все свои войска в засаду за горой. И когда на рассвете показались османские войска, иранцы внезапно выскочили из засады и с криками бросились на них. Несмотря на такой длительный переход, усталость коней и скота, бессонницу и упадок сил, воины все же быстро построились и встретили атакующих. Сражение длилось около трех часов. Но у лошадей, игравших в битве главную роль, совсем не осталось сил, и иранцы выиграли сражение. Однако и бежать было невозможно, ибо кони и скотина были неподвижными.

В этом сражении пали смертью мучеников сардар Хасан-паша, беглярбек Румелии Арслан-паша и Мустафа-паша — муж беглярбека Дийарбакыра Афифе-хатун. Хаджи Мехмет-паша и Ришванлы Мустафа-паша попали в плен. Пленено было множество других видных и рядовых воинов. Однако крымский хан сумел [86] вовремя бежать и спастись.

Это было такое дурное событие, что подобного и не вспомнишь!

Продвижение османских войск до равнины Сараба 158 и заключение перемирия

Основные силы османов со всеми обозами достигли Сараба, расположенного в обширной долине, и здесь был разбит лагерь. Сараб находится недалеко от Ардабиля, и войска готовились добраться до него на следующий день.

Когда иранцы узнали об этом, они сразу же прислали парламентеров. Одновременно они полностью опустошили Ардабил и увезли с собой покрывала и светильники с гробниц шейха Сефи 159и других знатных покойников. Были назначены послы и с нашей стороны. В итоге переговоров были приняты условия мира, продиктованные Насух-пашой. Были подписаны совместные документы и окончательно решено, что ежегодно османы будут получать 200 вьюков шелка и 100 вьюков различных редких предметов.

После этого османские войска снялись с этой стоянки и возвратились на родину.

Присылка шахом продовольствия после перемирия и возвращение его посла с текстом соглашения о десятимесячном перемирии

Год 1027 (1618). Не успело османское войско покинуть пределы земель Ирана, как шах Аббас с целью закрепления установленного перемирия послал для османской армии 800 верблюжьих вьюков провизии. Вся она была распределена среди воинов. Сверх этого для садразама было послано восемь верблюжьих караванов с замороженными плодами, халвой, различными фруктами, отборными лимонами, гранатами, мукой, рисом, а также сахарные головы весом от 5 до 10 окка.

Этими подарками шах демонстрировал видимость дружбы и добрых намерений. Главе и кетхуде янычаров, Баки-паше и кетхуде садразама — каждому шах [87] послал от трех до пяти караванов различных подарков.

Все эти подарки привез и вручил посол шаха по имени Мирза Мехмет Хусейн. А когда он возвращался, то ему было вручено письмо за подписью и печатями садразама и некоторых видных везиров, подтверждающих условия перемирия.

Убийство Карчигай-хана грузинским беком Мавравом (Моурави?) и подчинение Гурджистана

Мелик по имени Маврав 160, будучи кетхудой, всего Гюрджистана, был большим владыкой и внешне показывал себя другом и помощником шаха Аббаса. В то время шах по необходимости послал в Гюрджистан трех ханов вместе с их войсками. На самом деле все грузины были против шаха. В этих их действиях была большая доля желания Маврава отомстить иранцам. И вот теперь Маврав, найдя возможность, прикончил Карчигаи-хана и бывших с ним ханов и отрубил головы почти двум тысячам их воинов.

27 рамазана 1034 года (3. VII 1625) некоторые мелики Гюрджистана вместе с сыном Маврава, прихватив с собой голову Карчигаи-хана и головы и языки других иранцев, с карнаями, под 200 или 300 знаменами прибыли в лагерь османов и от имени Маврава обратились со следующей просьбой: «Такого случая османам до сих пор не выпадало. Не мешкая во времени и не пренебрегая, двигайтесь с войсками ислама в нашу сторону. Нет никакого сомнения, что все области Карабага, Гянджи и Ширвана подчинятся вам, как только вы появитесь. Нет надобности говорить, что они мусульмане-сунниты, отвернувшиеся от иранцев. После этого станет возможным легко захватить Ардабил и Мешхед и ввергнуть в несчастье все области Ирана. Не тратьте совершенно времени на доставку верблюдов, мулов, продовольствия, пушек и припасов. Все это есть и здесь в достаточном количестве. С помощью Господа в руки османов попадает столько добычи и всего прочего, что все это станет притчей во язьцех до самого Судного дня!».

Когда эти грузины прибыли в присутствие Хафиз-паши, я при этом присутствовал, Паше вручили письмо [88] Маврава и они сами подробно перевели паше содержание письма.

Покойный Хафиз-паша был удивительным человеком. Я часто пользовался его благами и видел его милости. Но то, что я пишу, — чистая правда и не связано ни с неприязнью, ни с выдумкой. Всевышний Господь свидетель — паша не дал грузинам определенного ответа. Много раз они приходили и просили дать положительный, ответ. Но паша не сказал ни «пойду» и ни «не пойду!». Даже я, ваш покорный слуга, несколько раз настаивал на том, что такой удобный случай больше не подвернется. Но он ответил: «Счастливый падишах уполномочил нас завоевать Багдад. Мы не уполномочены идти на Гюрджистан и Ширван». Я же настаивал: «Если падишах узнает о появлении Маврава и допустил бы возможность такой смуты среди самих врагов то он сразу бы поручил это дело вам. Может быть он действительно принял бы во внимание трудности этого похода. У нас в таких делах есть опыт. И если вы упустите этот шанс, то потом будете мучиться до самого Судного дня!» И опять не подействовало!

В конце концов он возразил так: «Вы еще не поняли моего характера. Если я не буду уверен в том, что что-то не получится, я этим заниматься не буду и не сделаю в этом направлении ни шага!».

Я снова стал настаивать: «Неужели великие падишахи и их везиры, совершившие успешные походы и одержавшие победы, выступали в поход только после того, как заранее были уверены в том, что одержат победу? Сардару надобно быть решительным, а уж дальше надо уповать на Господа! Или вы уже теперь твердо знаете, что в походе на Багдад одержите победу и окажетесь победителем?». Он ответил: «С помощью Господа я считаю именно так и могу сказать, что в этом я совершенно не сомневаюсь!».

Надо признать, что мы тоже уверовали в то, что быстрая победа в походе на Багдад будет добыта несомненно. Но всевышний Господь победы ему не даровал. И было горько и обидно, когда он, став сардаром, в один миг казнил Маврава, его сына и около 40 его людей! Если бы шах даже отдал тысячу вьюков акче или подарил бы целую процветающую страну за [89] такое то он и то не совершил бы такое страшное зло, которое содеял сардар, не убоявшийся Аллаха и не отказавшийся от кровопролития.

К этому времени шел сороковой год владычества шаха (1627-й год). За все эти 40 лет он более страшного удара, чем этот, не получил. Из-за Маврава погибли семь самых выдающихся его ханов. В Иране не было больше таких ханов и все они отдали свои жизни в битве с Мавравом. Один из них был Карчигай-хан, другой хан Ширвана Йусуф, третий Эмиргюне и другие.

Прибытие Дишленк Хусеин-паши с войсками к сардару. Поход против Абаза-паши и его мученическая смерть

Год 1036 (1626). Для того, чтобы возглавить войска и привести их к высокому сардару, необходим был способный везир. Заменявший тогда сардара Гюрджю Мехмет-паша из-за страха, что главой войск могут назначить его, уполномочил на это способного опытного везира Дишленк Хусейн-пашу. И прибытие Хусейн-паши с большим войском в Халеб весьма обрадовало везира и он стал вести подготовку к походу на Багдад.

Но в это время от командиров на границах стали поступать письма с мольбой о помощи. В письмах говорилось об осаде иранцами крепости Ахиска и отмечалось, что, если помощь не будет оказана, то положение станет угрожающим. , Поэтому сардар до своего отъезда отправил на помощь семь своих бег-лярбеков с войсками их эялетов и назначил их командующим упомянутого Хусейн-пашу. Сардар отправил также повеление (буйрук) Абаза-паше, чтобы он присоединился к войскам Хусейн-паши, когда тот прибудет в Арзрум. И тот, повинуясь приказу, стал готовиться к походу.

Но затем Абаза-паша подумал что войско это на Ахиску не пойдет, а прибудет в Арзрум, чтобы завлечь его в ловушку и извести его душу. И, поверив в это, Абаза-паша организовал званый обед, пригласив на него прибывших командующего и его беглярбеков. [90] Одновременно он вооружил своих воинов, приказав им ждать его сигнала.

И командиры, совсем не предполагая со стороны Абазы какой-то пакости, спокойно прибыли на угощение, а их воины в это время беспечно слонялись по рынкам и лавкам. Именно в этот момент воины Абазы выскочили из ворот крепости и учинили в лагере Хусейн-паши разбой и грабеж и, нахватав в течение часа все, что сумели, скрылись. Захватчики унесли множество вещей и денег.

Когда ничего не подозревавшие воины Хусейн-паши узнали об этом, они бросились на коней, верблюдов и даже на вьючный, скот и помчались туда, где находился сардар. Но увидели они его только через два дня. Сардар узнал о содеянном, но ничего уже поделать не мог. И хотя он решил взять Арзрум и уничтожить бандита, но, не имея пушек и оружия (была только одна пушка, присланная грузинским медиком Мавравом), не мог исполнить свои замыслы. А тут еще наступила зима, и он в полном расстройстве повернул назад.

Назначение садразамом и сардаром Хюсрев-паши и взятие им крепостей Арзрум и Ахиска

Год 1038 (31. VIII 1628—20. VIII 1629). Когда это печальное известие дошло до падишаха суши и морей, он сразу же приказал назначить сардаром своих войск и садразамом Хюсрев-пашу, храбрости и полководческому таланту которого он верил. Каймакамом к нему был назначен Реджеп-паша.

В это время пришло сообщение о том, что Абаза Мехмет-паша, испугавшись подготовки Реджеп-паши к походу, решил обратиться к иранскому шаху и сдать ему крепость Арзрум. Поэтому сардар, оставив в тылу пушки, арсеналы, амуницию и другие тяжести и взяв только легкое вооружение, выступил с несколькими тысячами янычаров и после ускоренного броска прибыл к Арзруму, где разбил лагерь. 7 числа месяца мухаррама 1038 года (6. IX 1628) он осадил Арзрум. В тот же день он установил матрисы, а на следующий день подоспели и пушки. Кроме [91] этого сардар прибег к военной хитрости. Одна из них заключалась в том, что он установил приятельские отношения с разбойниками, находящимися в крепости и тамошними легко вооруженными бродягами. Он стал давать им различные обещания и разбойники группами по пятьдесят человек покинули крепость и подчинились сардару. Каждому, кто бежал из крепости, выдавалось все, что обещалось. Поэтому возникла возможность перехода большинства находившихся в крепости людей на сторону османов. Из-за этого Абаза-паша был вынужден направить к сардару людей из числа вельмож, улемов и шейхов Арзрума с просьбой о пощаде. Сардар сказал: «Прощение является закятом 161победы» и даровал им аман. Таким путем он изгнал Абаза-пашу из крепости падишаха и она, как и раньше, перешла в руки исламских воинов.

После завершения этого дела сардар послал людей к крепости Ахиска, и она тоже была захвачена.

Поход падишаха

Год 1044 (27. VI 1634—16. VI 1635). Войска прибыли в окрестности Арзрума. Здешний валий Халил-паша был героем, заслужившим похвалу врагов и иранцев. Но поскольку придворные Муртаза-паша и Силахдар-паша все время порочили его имя перед падишахом, последний стал относиться к нему с недоверием.

Из Арзрума по карсской дороге направились на Реван и, преодолевая переходы, разбили лагерь близ Ревана. Воины стали изыскивать пути, чтобы миновать участки, простреливаемые иранцами, и чтобы не попасть под огонь иранских пушек, войска остановились вдали от крепости.

Героическое поведение покойного ныне падишаха

Близ крепости Реван протекает большая река 162. Река эта в то время сильно вздулась. По этой причине мост через нее навести было невозможно, и войска были вынуждены перебираться через нее вброд. В этот момент один из телохранителей (солак) падишаха был унесен водой. Увидев это, падишах бросил своего коня [92] наперерез и, настигнув несчастного, схватил его за шиворот. Затем он поднял его словно яблоко одной рукой и так нес до самого берега.

Наутро разбили палатки. Затем падишах приказал установить матрисы и 20 больших пушек, которые беспрерывно, ночью и днем, стали осыпать ядрами крепость. Ни один вражеский воин не мог поднять головы и никто не мог показаться на улицах города — таким сильным был огонь этих пушек.

На девятый день осады иранские ханы, находившиеся в крепости, запросили пощады. Командир иранских стрелков (тюфекчи) Мир Абдулфаттах рано утром пришел из крепости и облобызал прах у ног падишаха. Как было принято у османов, он был награжден почетным кафтаном, и падишах разрешил ему и всем желающим вернуться на свою родину или в Иран. А для того, чтобы в пути они не подверглись нападению и ограблению, их сопровождали караульные.

Хан области Реван, сильный и уважаемый муж этого края Эмиргюне-хан сдал крепость на условии, что он останется на службе падишаха. Он преподнес падишаху достойные его подарки. Падишах со своей стороны также удовлетворил хана: он преподнес ему эялет Халеб, а его кетхуду Мурад Агу назначил беглярбеком сирийского Триполи.

События, происшедшие после захвата Ревана

После того, как крепость Реван перешла во владение падишаха, он назначил ее мухафизом 163Муртаза-пашу и передал под его командование 10 тысяч воинов, оставив им достаточное количество продовольствия и денег. Крепость была оснащена надлежащим количеством оружия. Все рухнувшие и разрушенные места в крепости были восстановлены.

Взятие крепости Ахиска везирем Кенан-пашой

После завоевания крепости Реван везиру Кенан-паше передали достаточное количество войск для захвата крепости Ахиска. Он одержал победу и Ахиска вместе с прилегающими землями была завоевана. [93]

Поход падишаха в сторону Тебриза

После удовлетворения нужд крепости Реван, а также войск, отправленных в Ахиску, падишах быстро двинул войска на Тебриз и на 16-й, день прибыл в город. Все четыре стороны от этого города, этот цветущий край и все соседние области были сравнены с землей исламскими войсками, которые не оставили здесь камня на камне. Все без исключения воины захватили достаточное количество добычи.

После того, как падишах осмотрел всемирно известные дворцы и особенно роскошное здание именуемое Шах Сарайы, все они, по приказу падишаха были разрушены, чтобы это было свидетельством не только поражения врага, но также и победы ислама.

Падишах три дня пребывал в главном городе страны Азербайджан. После полного разрушения и разгрома Тебриза и его окрестностей войска возвратились в Реван. В это же время прибыл гонец Кенан-паши, который сообщил о взятии крепости Ахиска, что обрадовало падишаха и всех его воинов.

О положении Эмиргюне-хана

После взятия Ревана Эмиргюне-хан отправился в Халеб, куда он был назначен валием. По пути он рассорился со своим кетхудой Мурад Агой и, улучив момент, убил его. Когда об этом узнал падишах, он передал эялет Халеба Кючюк Ахмет-паше, а Эмиргюне-хану повелел прибыть в Стамбул. И он, нисколько не колеблясь, направился по следам падишаха и нагнал его в Измите. 164Отсюда они вместе отправились в Стамбул.

Эмиргюне-хан в правление падишаха 165пользовался многими благами и почетом. Кроме назначенных ему пожалований в ранге везира, он получал также из казны довольствие на каждый день, даже деньги на вино. Кроме того, на каждый праздник или торжество он получал от падишаха полные сумы денег.

Комментарии

113 Дешт-и Кыпчак — одно из названий Кыпчакской степи.

114 Румелией назывались владения османов в Европе.

115 Агабек — начальник корпуса янычаров.

116 Зеамет — ленное пожалование с годовым доходом от 20 тыс. до 100 тыс. акче.

117 Кёстендил — санджак на западном побережье Черного моря (совр. Констанца).

118 Силистра (Силистрия) — город в Болгарии, на берегу Дуная.

119 Кафа — средневековая Феодосия.

120 Темрюк — город у впадения р. Кубани в Азовское море.

121 Кемрек — крепость локализовать не удалось. М. б. станица Крымская Краснодарского края?

122 Андаза — мера длины, 60 см.

123 Степью Хейхат называлась Кыпчакская степь.

124 Речь идет о реке Кубани.

125 Бештепе это современный Пятигорск.

126 Рекой Каратай могла быть река Сунжа.

127 Идентифицировать автора сочинения не удалось.

128 Ниязабад — средневековый порт на Каспийском море (севернее Сумгаита).

129 Шабран — средневековый город, локализуется близ районного центра Дивичи.

130 Алайбек — командир полка (алай).

131 Добруджа — историческая область на севере Болгарии.

132 Речь идет о царе Кахетии Леване II (1520—1574).

133 Речь идет о притоке Терека реке Сунже.

134 Может быть это Темрюк?

135 О Кара-Ардахане см. прим. 76.

136 Лори — область в юго-восточной Грузии.

137 Гори — город в Грузии.

138 Село Суфийян — находится по пути из Тебриза в Маранд.

139 Будин — часть Будапешта, расположенная на правом берегу Дуная.

140 Афшары — тюркское племя, проживающее в Южном Азербайджане, Кермане, Хузистане и в районе городов Казвин и Хамадан.

141 Янык-кале — турецкие названия крепости Янова (совр. Дьер, Венгрия).

142 Кумла находилась на месте нынешнего Кум-тепе в округе Тебриза.

143 Харадж — в османское время налог (дань) с покоренного немусульманского населения. Бадж — торговая, базарная пошлина, взимаемая со всех видов товара. Размер баджа колебался от двух акче до 1/5 стоимости товара.

144 Симон I, царь Картли, принявший ислам. Валий иранцев в Картли. В 1600 г. был взят османами в плен и увезен.

145 Речь идет о султане Мухаммаде III (правил в 1595—1603 гг.).

146 Шахом Ирана в это время был Аббас I.

147 Алтун — османская золотая монета, равная по весу европейскому дукату (около 3,5 г).

148 Рабами именовалось воинство, рекрутируемое османами в провинциях. К рабам (куллар) относились также и пехотинцы из янычаров.

149 Шахи — иранская мелкая серебряная монета, равная четверти или 1/200 тумана. Вес ее в течение веков падал с 2 до 0,75 г. Имела хождение и в Османской Турции.

149а Аджису — река, впадающая в оз. Урмия, южнее Маранда.

150 Баки Махмуд Эфенди (1526—1600) — самый выдающийся поэт Турции XVI в. При жизни именовался «султаном поэтов» (Султан аш-Шуара).

151 Абу Аййюб Халид ибн Зейд аль-Ансари (?—672) — знаменосец пророка Мухаммеда. В 672 г. во время осады арабами Константинополя умер и был похоронен под стенами города. В 1458 г. над его могилой была построена гробница. В 1723 г. над ней были возведены два минарета.

152 Оджаклык — вид условного земельного пожалования за военную службу, доходы которого передавались как по наследству, так и третьим лицам.

153 Курдское племя Хаккари проживает ныне в одноименной области в Турции.

154 Окка — мера веса, равная 1282 г.

155 Хасанкала — город к востоку от Арзрума.

156 Османский Султан Ахмед I правил в 1603—1617 гг.

157 Казыаскер (казы-хан) — войсковой казий,

158 Сараб — город в Южном Азербайджане.

159 Шейх Сефи ад-Дин Исхак (1252—1334) — основатель суфийского ордена сефевийе, основатель династии Сефевидов, которые правили Ираном с 1501 г. до середины XVIII в.

160 Речь идет о Георгие Саакадзе, моурави Тифлиса, Цхинвали и Двалети.

161 Закят — предписываемый шариатом налог на имущество и доходы, который может идти на нужды мусульманской общины и распределяется среди бедных и неимущих мусульман.

162 Речь идет о реке Занги.

163 Мухафиз — хранитель, губернатор крепости.

164 Измит — город на берегу Мраморного моря в азиатской части Турции.

165 Султаном в это время был Мурад IV (правил в 1623— 1640 гг.).

Текст воспроизведен по изданию: Ибрахим Эфенди Печеви. История. Баку. Элм. 1988

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.