Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

 КЛОД ГЮГО

ЗАПИСКИ ОБ ИНДИИ

На основе путешествия драгунского капитана г-на Гюго в 1769, 1770, 1771 и 1772 гг.

ГОД MDCCLXXV

NOTTES SUR L'INDE. D'APRES UN VOYAGE FAIT PENDANT LES ANNEES 1769, 1770, 1771, ET 1772. PAR M. HUGO CAPITAINE DE DRAGON.

ANNEE MDCCLXXV

Часть II и последняя

Для нас не существует иной заботы, кроме стремления приумножать славу нашего Отечества, приносить ему счастье и процветание [137]

ГЛАВА I

О других европейских владениях в Индии от Персидского залива до мыса Коморин

Португальские владения

Португальцы — первые европейцы, обосновавшиеся в Индии. Они издавна господствовали там и вели торговлю, приносившую значительные прибыли. Нередко голландцы перехватывали эту торговлю и зачастую вытесняли их. Сейчас португальцам остались лишь воспоминания об их былом могуществе да несколько владений, день ото дня становящихся все более обременительными.

В Бассоре, на севере Персидского залива, у них сосредоточена часть торговли. Участие португальцев там невелико по сравнению с другими нациями, но все же время от времени они посылают туда несколько торговых судов. Там у них есть фактория.

На пути от Баосоры к Гоа расположен мыс Диу, где есть португальское поселение и значительный гарнизон.

За Диу следует Даман, где, как и на мысе Сен-Жан 1, у португальцев есть фактория.

В глубине Камбейского залива, в провинции Гузаратт 2, находится город Суратт. Он расположен на реке Тапти, в устье которой свободно заходят суда. Там они укрываются от всех ветров, кроме юго-восточного, из-за которого они покидают рейд. Торговля там очень [138] оживленная, но из-за препятствий и неприятностей, чинимых мараттами, португальцы в ней почти не участвуют.

Гоа является центром португальских владений в Индии, и безусловно это — самое лучшее место, которым когда-либо владела европейская нация. К этому острову примыкает обширная легко охраняемая территория, весьма удобный порт и река, которая тоже служит стоянкой для фрегатов и судов среднего размера. Это поселение стоило португальцам огромных средств, так как они построили там форты и много зданий. Еще и поныне португальцы содержат там 2600 солдат европейских регулярных войск, включая кавалерию, пехоту, и более 4000 монахов, которых они оплачивают, как солдат. Монахи вооружены мушкетами и при появлении врага обязаны подняться на крепостную стену. Прежде Гоа было резиденцией вице-короля, но вот уже несколько лет, как там пребывает только генерал-губернатор.

Сейчас в Гоа торговля больше не ведется. Поэтому город кажется заброшенным. Гавань удобна для кораблей, поскольку там много весьма дешевого продовольствия. Но там следует остерегаться трех вещей: оказаться обманутым, заколотым кинжалом и заразиться кожными болезнями. Здесь удивительно красиво и недорого делают золотые и серебряные украшения.

Все укрепления разваливаются. Форт Агвада не выдержал бы и 4 часов под обстрелом 84-пушечного корабля.

Форт “Три Волхва”, защищающий часть реки, — в несколько лучшем состоянии. Однако если падет форт Агвада, он долго не продержится. Этот порт легко захватить в сабельном бою с тыла при одновременном обстреле с моря. Справа от обоих фортов имеются еще три, но они грозны только с виду! Солдаты там плохие, способных офицеров нет. Все они плохо оплачиваются, задавлены нищетой и ослаблены болезнями. Таковы, в общем, препятствия, которые придется преодолевать тем, кто захочет стать хозяином Гоа. Город очень большой, Он расположен более чем в одном лье от фортов. Его защищает только река, омывающая плохо построенные стены, на которых находятся башни на определенном расстоянии друг от друга. На стенах расставлено несколько дюжин пушек.

В городе множество мужских и женских монастырей, [139] для обитателей которых свобода была бы столь же привлекательной приманкой, как само поселение — для любой европейской нации, желающей прочно укрепиться в Индии.

Население состоит из канаратцев-христиан, которым португальцы так же безразличны, как и все остальные.

Нужно немного денежных средств, немного доброты и решительности, и месяцев через пять на 1800 лье вдоль побережья португальцам уже негде будет водрузить свой флаг.

В 7 лье от Гоа португальцам принадлежит мыс Рамас, который они снова отобрали у Айдер-Али-Кама. Там у них есть довольно скверный форт и гарнизон.

На пути от Манголора в Канегоне находится португальский опорный пункт с гарнизоном, насчитывающим около 50 солдат. Далее идут Ангедивские острова, тоже принадлежащие португальцам. Их жители едва могут прокормить себя, и единственным их занятием является вязание хлопчатобумажных чулок 3, которые они привозят в Гоа для продажи матросам заходящих туда судов.

В Манголоре, во владениях Айдер-Али-Кама, у португальцев есть фактория, во главе которой стоит фактор. Здесь они приобретают рис и другие продукты для пополнения запасов продовольствия. Фактор является судьей всей христианской общины. Это — самое важное право на всем Индийском полуострове, остающееся за португальцами.

Примерно в 46 лье от Манголора расположен Каликут. У португальцев там резидент. А от Каликута до мыса Коморин более чем на 100 лье вдоль побережья у них не осталось ничего, кроме воспоминаний о былых владениях, которые ныне занимают голландцы.

Видимо, все помыслы португальцы отдают теперь своим американским владениям. Вопреки прежнему положению они делают область Рио Женере 4 постепенно все более неприступной. Они даже не хотят, чтобы к берегу приставали корабли других наций, и в 1770 — 1771 гг. обстреляли наши корабли, зашедшие туда.

Владения в Мозамбике приносят португальцам значительную выгоду: отсюда они вывозят негров в свои американские колонии и в Индию, и это приносит большой доход. Хотя португальцы не очень любят, чтобы [140] заходили в их порты, все же под благовидным предлогом кораблям удается там пришвартоваться и вывезти на Иль-де-Франс кафров, ценящихся гораздо выше негров, которых нам приходится вывозить с Мадагаскара.

Голландские владения

В Индии у голландцев лишь несколько небольших владений, расположенных в основном в известной нам части страны — от Бассоры до мыса Коморин.

Голландцы ведут весьма оживленную торговлю в Бассоре, где у них фактория, так же как в Бендер-Абасси и в Суратте.

От Камбейского пролива до Кочина 5 на протяжении почти 200 лье вдоль побережья голландских владений нет, если не считать небольшой фактории в Кранганоре 6. Однако Кочин, видимо, окупает ранее принадлежавшие им владения, которые они вынужденно или добровольно оставили.

Они владеют рекой Кочин 7, по которой более чем на 200 лье в любое время года ходят суда измещением 200 — 250 тонн.

Город Кочин построен со свойственной голландцам опрятностью. Форт воздвигнут неудачно, но он достаточно прочен, чтобы оказать сопротивление чернокожим (я имею в виду короля Траванкора, находящегося по соседству). Поблизости есть тиковые леса, пригодные для строительства. Сюда приходят корабли, оставляя голландцам немалые деньги. Кроме того, голландцы здесь приобретают перец, сандаловое дерево и ракк. Кочин является также довольно крупным рынком для индийских товаров. По реке сюда привозят из глубинных районов всевозможные хлопчатобумажные ткани, которые голландцы продают на чужие суда. В Кочине много евреев; они создают удобства находящимся здесь иностранцам. Жаль, что при наличии такой прекрасной реки в Кочине нет порта.

В устье реки скалистая отмель, из-за чего даже при морском приливе 60-тонные корабли с грузом не могут в нее войти. На реке строят небольшие суда, которые ходят в глубь страны. Стоянка на рейде так далека от [141] берега, что, когда на море буря, связь кораблей с берегом становится весьма затруднительной.

В Кочине есть губернатор, Совет и гарнизон человек в триста, которым положено квартировать в городе. Губернатор Кочина не является военным (как это принято во всех европейских владениях в Индии). Но тем не менее губернатор Монс (десять раз он повторил мне в течение получасовой беседы, что раньше был мелким писарем в Негапатаме 8 и Мазулипатнаме 9) вызывает к себе тех военных или гражданских лиц, которыми недоволен, и тогда наказывает их, угощая палкой, сколько считает нужным.

В Индии у этой нации все подчинено правилам этикета. Военный высшего ранга полностью подчинен гражданскому лицу. Степень допустимой роскоши регулируется в зависимости от положения; приказчик, например, не имеет права носить зонт, как это делает купец. Генерал 10 в Батавии ест всегда один. Все повозки должны останавливаться, чтобы пропустить карету еддлера 11 (или советника, который, возможно, десять лет назад сам ездил на запятках).

Губернатор Цейлона получает все только через третьих лиц, и люди разного положения могут к нему приблизиться лишь на определенное расстояние. Несмотря на всю эту кичливую пышность, которой они наслаждаются в течение своей жизни, а также на богатства, которые они накапливают, редко бывает, чтобы они умирали не от отравления.

У голландцев много больших кораблей, предназначенных для торговли индийскими товарами. Плавают они в основном в Бенгалию. на Коромандельское побережье, на Цейлон, в Китай, Японию, Пеку 12 и т. д. Их торговля значительно оживленнее, чем у любой другой нации. В мореплавании они очень медлительны и в своих владениях ведут себя весьма осторожно. Для моряков существуют правила, отступать от которых они не могут. Например, установлены маршруты следования для определенных широт, стоянки судов, их парусность при некоторых переходах. Если капитан не будет следовать этим предписаниям, он получит внушение, а иногда за это его могут уволить. Если же по его вине корабль затонет, его подвергают, как правило, казни. Генеральные штаты 13 предоставляют губернатору [142] Батавии всю полноту власти. Ему подчинены все заморские голландские владения. Он может объявлять войну, заключать мир и т. п. Не удивительно поэтому, что человек, обладающий такой властью погибает от яда.

Далее за Кочином, в Каликулане 14. имеется фактория, охраняемая несколькими солдатами.

Еще дальше — Коислан 15, который содержат в хорошем состоянии. Там великолепная фактория, а также форт, который внушает уважение калерам, в стране которых эта фактория расположена (Калеры — это разбойники Индии. Все, что попадает в их страну без специального разрешения, бывает дочиста разграблено, а затем выставлено на побережье.) Коислан — последнее голландское владение на западном побережье.

Английские владения

Самым отдаленным английским торговым пунктом в той части страны, которую я посетил, является Бассора, где есть фактория. Там, как и в других местах, дела у англичан идут хорошо.

От Бассоры по побережью Персидского залива в Гоммероне, или Бендер-Абасси, у них есть еще одна фактория. Англичане ежегодно ее расширяют. Расположена она на том же месте, где находилась другая, которую разрушил граф д'Эстен. Англичане держат там гарнизон из белых и чернокожих солдат.

Они — хозяева Суратта. Местный Набаб весьма им предан. В главном форте у них. есть гарнизон. Торговля там целиком в их руках. Шведы и французы имеют несомненные доказательства этого. Весь северный берег Камбейского залива — под английским флагом. Однако у них бывают стычки то с Набабом Камбея, то с кастами мараттов и патаннов 16, что приводит к потерям белых солдат. Но англичане об этом умалчивают. Когда я возвращался на корабле на мыс Доброй Надежды, я увидел человек десять сильно изувеченных солдат, которые направлялись в Лондон, чтобы обосноваться там как инвалиды. Этой милостью наградила их Беллона 17 в 1771 г. в сражении с камбейскими войсками. А сотня их товарищей, не считая чернокожих, которых она тоже не обошла этой милостью, уже больше не нуждались в [143] мусокуме 18. В ноябре того же года из-за военных столкновений с Танжуром англичане были вынуждены пойти на уступки Набабу Камбея. Однако мне доподлинно известно, что они собираются возместить себе это, как только на юге окончится война с Танжуром.

Кроме фактории в Камбейском заливе, следуя вдоль Конканского побережья, мы видим принадлежащий англичанам остров Бомбей, куда они вкладывают большие средства на строительство укреплений. Там я не был и поэтому сообщаю лишь о том, что слышал. (В 1770 г. корабль французского флота “Эндьен” стоял в этом порту, и его начальник, наверное, доложил двору о Бомбее.) На основании того, что мне рассказывали англичане, могу сообщить, что в 1771 г. Бомбей совсем не был защищен и они очень боялись нападения с Иль-де-Франса. В январе 1772 г. на острове Бомбей насчитывалось 900 белых солдат и 6000 сипаев. Там находились также военно-морская часть, 3 командира в чине бригадиров и 12 полковников. Мне доподлинно известно и то, что между гражданскими и военными было много недоразумений. Я понял это при встрече с главным инженером, полковником Киттином, полковником Кеем и несколькими советниками; не обращая на меня внимания, они устраивали друг Другу яростные сцены, отстаивая каждый свои интересы.

Фактически остров совсем не защищен от неожиданного нападения. Если сговориться с мараттами, можно сыграть с англичанами злую шутку. Площадь острова — 3 лье, и там произрастают только овощи. Жителям его приходится привозить все продовольствие из Бакайма 19, который находится неподалеку на материке. Если в Бакайме будут умные люди, они легко смогут заставить бомбейцев поголодать. Иногда в порту стоят два-три сено 20, снаряженных по-военному.

Остров является центром всей английской торговли, хотя с некоторых пор владения на Ганге, видимо, всё больше привлекают внимание Англии. В Бомбее есть Высший совет, другой Совет в Мадрасе и третий — в Каликоте 21. Все три совета независимы друг от друга, сами решают свои дела, приказы получают непосредственно из Англии и отчитываются перед директорами в Лондоне. Каждый Совет в Индии имеет свое войско и свои средства. Однако Бомбей сам себя не содержит и [144] существует за счет средств, изымаемых из Бенгалии. Все английские фактории от Моки до мыса Коморин и вдоль Персидского залива подчиняются Бомбею. А те, которые находятся в глубине страны и на Коромандельском побережье, подчиняются Мадрасу. Бенгальские же владения подчиняются Совету в Каликоте.

От Бомбея до Онора английских владений нет. Онор находится на побережье Канары и принадлежит Айдер-Али-Каму. По мирному договору 1769 г. англичане содержат там факторию. Она обнесена стеной с несколькими контрфорсами. Там 50 сипаев или топасов под командой белого сержанта и 6 пушек. Хотя эта фактория с виду и невелика, она имеет основное значение для англичан по следующим причинам:

1. Через нее англичане получают непосредственную информацию о том, что происходит у Айдер-Али-Кама.

2. Эта фактория служит складом для их товаров и местом хранения свинца и пушек, которые англичане продают Набабу.

3. Отсюда англичане вывозят в Китай некоторое количество сандалового дерева и перца.

4. Наконец, нахождение в этом месте дает англичанам возможность воспользоваться первым же переворотом в стране Канара, овладеть которой они страстно желают, поскольку они в 1767 г. уже владели Канарой и знают эту страну. Манголор же является главным объектом их вожделений.

Онор находится примерно в 18 лье от Карвара и в 40 от Манголора. Два форта защищают рейд. Еще один, значительно больший форт защищает устье великолепной реки, оттуда также ведется разведка на суше. В этих фортах имеются пушки и отряды сипаев. Английская фактория расположена в центре, у рейда. По берегам реки у англичан прекрасные арсеналы.

Айдер-Али-Кам никогда не полюбит англичан, хотя он и заключил с ними торговые соглашения. Если мы будем вести себя и впредь так, как сейчас, он, быть может, установит с ними и дипломатические отношения. Однако я имею основания утверждать, что Айдер сильно ненавидит англичан и совсем их не боится! Стоит только нам захотеть, и англичане перестанут быть в нем так заинтересованы. Для этого надо совсем немного. Optimum aliena insania frui 22. [145]

Во время последней войны англичане отобрали у нас Монт-Делли и сохранили его за собой. Там у них довольно скверный форт с 8 пушками, который охраняет один сержант с 12 солдатами. Рядом с фортом находится алдея под названием Рамтелли. Английские маклеры ведут там оживленную торговлю. В Монт-Делли английские суда запасаются дровами и водой и отсюда сообщают в Телличерри о судах, идущих от северной части побережья. Для этого комендант форта отправляет чернокожего на тонне к губернатору Телличерри.

Примерно в 6 лье от Монт-Делли протекает река Дермапатам, на южном берегу которой у англичан два небольших форта. На острове Дермапатам, подчиняющемся Телличерри, у них есть форт с 4 бастионами, возле которого нет ни одной возвышенности. Его артиллерию, кажется, составляют 48 пушек с ядрами от 8 до 12 фунтов. Большая часть их стоит на брустверах. Этот форт в хорошем состоянии. Когда я проезжал мимо, там не было и сотни белых или чернокожих гарнизонных солдат, а обычно их там человек триста. Командует ими капитан из гарнизона Телличерри. Его сменяют каждые три месяца. В форт входят по винтовой каменной лестнице, через маленькую дверцу у самой земли, и он хорошо защищен куртиной и флангами бастионов. Высота вала, как мне показалось, 40 пье.

Между Дермапатамом и Телличерри есть еще три форта и укрепление, мимо которого надо пройти. Однако, как только будет взят форт Дермапатама, все остальные форты спустят флаг. Они не выдержат и четырех пушечных выстрелов, поскольку все они с дефектами, а на расстоянии мушкетного выстрела от них есть господствующие над ними возвышенности.

Телличерри — довольно крупная алдея, населенная черными и белыми. Торговля там оживленная, судя по количеству стоящих там английских кораблей, а также арабских и мараттских судов, совершающих каботажное плавание. Рейд там большой протяженности. Он прилегает к рейду Маэ.

В восточной части Телличерри имеется плохой форт с 10 пушками. Охраняют его один офицер и несколько белых солдат и сипаев.

Форт, где размещаются местные власти, находится в северной части этой алдеи. Вокруг форта на протяжении [146] 1/8 лье построены стены в 7—8 пье высотой. На этой территории между фортом и его стенами живут самые именитые люди этой колонии.

Форт с правительственными зданиями образует прямоугольник и, хотя он хорошо оснащен пушками, никакой угрозы не представляет. Внутри, вокруг укрепления, сделана насыпь, а снаружи, только в южной стороне, — сухой ров шириной 12 пье. Высота стены на этой стороне — 18 пье, но там нет ни бруствера, ни ската, а вдоль нее только небольшой подземный ход. Вся площадь форта застроена арсеналами, казармами, жилыми и правительственными зданиями. Исключение составляет небольшой плац, на котором также размещены ядра и бомбы.

Со стороны моря, т. е. с запада, ступенчатая терраса с бруствером, где стоят 12 небольших пушек. Северная часть форта состоит из огромного сводчатого каменного бастиона, служащего пороховым складом. На этом бастионе — шест для флага. Правительственное здание такой же высоты, как бастион и круговая галерея с платформами, построенная из хорошего тесаного камня; на ней можно установить 20 пушек 12-го калибра. На бастионе стоят 16 пушек 24-го калибра.

Там есть довольно хороший арсенал с оружием и боевыми припасами. Все это ранее принадлежало нам, а теперь, к сожалению, нет. Я прожил в этой колонии два месяца и прекрасно знаю, что там внутри и снаружи. Знаю и все, что принадлежит англичанам в этой части страны. Правительственный зал украшен трофеями и ружьями в козлах, с большим вкусом расставленными вдоль стен. Англичанам пришлось всего лишь перевезти их из Маэ в Телличерри! Между тем запалы не заткнуты, кремни и огниво в прекрасном состоянии, и вот уже 11 лет, как на складах у англичан в Телличерри наши пули и наши ядра.

Если бы мне было дозволено отобрать обратно все эти печальные трофеи!

Справа от этого бастиона, с северной стороны, есть насыпь, через которую проведена коммуникация с упомянутой выше группой укреплений. На насыпи стоят 20 пушек разного калибра, которые предназначены для салютов по случаю прибытия и отбытия судов.

У этого форта подъемного моста нет. Туда можно [147] проникнуть в трех местах: с главного входа в восточной части по обычной каменной лестнице, с юга — вход для повозок и животных, который ведет к плацу и к католической церкви, построенной на берегу моря и окруженной пристройками форта; третий вход — с запада, через губернаторский сад. На первый этаж губернаторского дома ведут восемьдесят три ступени. Разрушение такого здания огнем из пушек даст большое преимущество.

К западу от насыпи, о которой я упомянул, примерно в пол-лье от моря, есть островок, на котором водружен английский флаг. Охраняет его один солдат, и нужен этот остров англичанам только потому, что он находится на фланге их владений. Но они его удерживают (хотя и без артиллерии), так как стремятся захватить все.

У англичан несколько кордегардий по краям насыпи. На дороге, ведущей в Маэ, у них есть форт Моеллан 23, который постепенно разрушается. Местным жителям этот форт еще представляется внушительным, поскольку он оснащен пушками и там находится гарнизон из 50 солдат с одним офицером. Однако та сторона, которая обращена к морю, обветшала настолько, что артиллерию невозможно ввести в действие даже для салютов. С северной и восточной сторон перед фортом — возвышенности.

Таковы укрепления Телличерри, расположенного в 2 лье от Маэ. Именно здесь все английские суда запасаются продовольствием. Несмотря на то что это место весьма дорого обходится англичанам, они стремятся его сохранить, а для этого приходится содержать там войска. Телличерри окружен наирами, маппелами и канаратцами, которые по первому сигналу могут перерезать англичан. В январе 1772 г. в Телличерри было 1500 солдат, в том числе 300 европейцев.

Высадка десанта там была бы затруднена, поскольку защита его огнем с кораблей из-за удаленности их стоянки была бы слабой. Однако было бы легко высадиться между Маэ и фортом Моелан и в течение двух часов штурмом захватить этот форт.

Содержание Совета и военных в Телличерри обходится в 200 тысяч рупий в месяц, а колония приносит в год не более 90 тысяч рупий. Следовательно, каждый [148] год приходится затрачивать дополнительно на содержание Телличерри 360 тысяч ливров на наши деньги.

Далее, в 8 лье от Телличерри, у англичан есть фактория в Каликуте во главе с какером 24, в распоряжении которого несколько сипаев. Англичане используют ее для закупки перца и сандалового дерева, а также чтобы быть в курсе событий при дворе Саморина, а теперь и при дворе Айдер-Али-Кама.

После Каликута англичане имеют фактории только в Ангинге 25. Оттуда отходят с Малабарского побережья в Европу все их корабли. Там стоит гарнизон из 600 белых и чернокожих солдат. Расположение этой колонии почти такое же, как в Телличерри.

Чтобы добраться сухопутным путем до Коромандельского побережья, не подвергаясь опасности, надо следовать через Ангингу. Если запастись подорожной от главы фактории, то калеры, в чьей стране она находится, пропустят вас и не ограбят.

Стоянка судов на рейде Ангинги находится в пол-лье от форта, который очень красив, в хорошем состоянии и имеет четыре бастиона правильной формы. В центре форта возвышается хороший дом, который, так же как и форт, заново белят раз в два года. Если приближаться с северной стороны, то форт этот виден за 3 лье, так как берег очень пологий. Можно различить подступы из краснозема и горы в глубине. На западной куртине форта на брустверах стоят 9 больших новых пушек, защищающих рейд и охраняющих от десантов.

Владельцы этой фактории вывозят много сандалового дерева. Кроме того, через Мадуре 26 и Триченаполи 27 есть сообщение с Мадрасом и всем Коромандельским побережьем, отстоящим от Ангинги на 5—6 дней пешего пути. Это имеет довольно важное значение, когда навигация прерывается из-за муссонов.

Во всех английских владениях в Индии гражданские лица почитаются больше, чем военные и моряки. Мне, имевшему возможность трезво судить обо всем непосредственно на месте, показалось, что такое предпочтение существует как в обществе, так и в военных операциях. Это так же, как у нас в Европе к простым кавалеристам относятся с большим уважением, чем к младшим пехотным офицерам. Говоря по правде, военные в Индии — люди не утонченные; старший возчик или [149] мастер-плотник становится там капитаном и т. п. Впрочем, если они полезные и способные люди, а к тому же патриоты, то почему же не отдать им должное, т. е. не оказать им уважение и честь по заслугам? Высокопоставленные англичане мне говорили, что эти люди проявляют храбрость на войне, но, находясь на гарнизонной службе, предаются самому грязному разврату. Отчего же это? Оттого ли, что гражданские не принимают их в свое общество? Думаю, такое поведение объясняется тем, что, будучи отстраненными от общества, они возмещают себе это негритянскими женщинами, бутылкой, шумными спорами и азартной игрой. К тому же им хорошо платят и их хорошо одевают, причем прапорщик получает здесь больше, чем капитан во Франции.

С некоторого времени создается впечатление, что правительство хочет обратить внимание на состав военных в Индии. На всех кораблях, прибывающих из Европы, бывает по 3 — 4 молодых человека благородного происхождения, которых по приезде направляют в разные полки в качестве волонтеров. Они привыкают к месту, а потом, когда освобождаются посты, им эти должности предоставляют. Основаны также школы, где их бесплатно обучают восточным языкам. Те же возможности открываются и перед гражданскими служащими. Школы эти у них общие. Однако мне кажется, что англичане, стремясь улучшить состав военных, подрывают стимул к продвижению по службе. Солдат, ставший офицером, приобрел практические знания на месте, добившись этого чина за 12 — 20 лет. Он привык воевать с индийцами, привык к климату и к образу жизни в Индии. Его добросовестная служба, за которую он получил повышение, является примером для ближайших товарищей, рождает у них стремление верно служить и подражать ему. Если же у них не будет надежды стать офицерами, будут ли они столь преданно служить? Нет! В Маэ я встретил 10 англичан-дезертиров! И поведут ли тогда юноши солдат в бой? Вот что последует, если у солдат не будет перспективы и они падут духом, что так свойственно этим людям!

Почти все высшие офицеры набираются из королевских войск, посланных в Индию. Они составляют себе за короткое время значительные состояния. Так же как гражданские служащие, они не способствуют [150] процветанию Компании. Мне известно, какие методы они применяют, но умолчу об этом. Я — француз, а не инспектор английских финансов! Могу сказать, и это истинная правда, что когда какому-нибудь офицеру или служащему надоедает жить с негритянкой, метиской и т. п., он обращается к своему доверенному лицу в Англии с просьбой прислать ему женщину. Тот, кто выбирает, бывает не слишком разборчив. Но нареченная садится на корабль и прибывает. Играют свадьбу. И нередко на жене второразрядного служащего можно видеть бриллианты и жемчуга на 100 тысяч франков, а то и больше. А восемь лет назад у такого служащего не было и 100 гиней. Это кажется невероятным, но все это истинная правда. Бывает и так, что супруга губернатора Бомбея, Мадраса или Каликоты до свадьбы имела возможность услаждать своих соотечественников. Но разве это имеет значение теперь, когда ей оказывают такие огромные почести! Причем большие, чем суверенным особам в других частях света. Если положение такой дамы меняется (это происходит в случае смерти ее мужа), она не становится объектом насмешек: иначе, согласно английским свободам, ей должны возместить ущерб. Так сами военные создают условия, из-за которых их не принимают в обществе.

Не следует, однако, думать, будто бы все. дамы в Индии таковы. Там есть женщины, которые с полным основанием заслуживают всяческого уважения.

Обычно член Совета получает пост губернатора по старшинству, но на Коромандельском побережье и в Бенгалии бывают исключения из этого правила. Несколько англичан говорили мне, что это объясняется нынешним состоянием дел здесь.

Что касается английских моряков, то я не склонен считать их самыми искусными из всех европейцев на море. Напротив, я полагаю, что они самые неблагоразумные. Их команды более многочисленны, чем наши. С самого детства они привыкают к морской среде, которая гораздо привлекательнее для них, чем для французов, поскольку каждый имеет право заниматься торговлей в свою пользу, в зависимости от чина. Эта нация, рожденная посреди океана, особо заинтересована в том, чтобы соединить свою жизнь с ним. И не следует удивляться той легкости, с которой они предпринимают [151] далекие путешествия. Однако я не согласен с тем, что английские моряки храбрее и искуснее наших. Их просто больше, вот и все. Меня невозможно убедить в обратном, поскольку все это я видел своими глазами.

Англичане вознаграждают за любые заслуги вне зависимости от чина. Тот, кто нанес вред Англии, платит за это собственной кровью. Состояния создаются быстро, так как правительство позволяет частным лицам пускать в оборот их капитал. Пусть Франция последует этому примеру, и тогда посмотрим!


Комментарии

1 Правильно: Санту-Жоан — небольшой мыс близ Дамана.

2 Правильно: Гуджарат; в XVII в. — провинция Могольской империи. В 70-е годы XVIII в. принадлежала маратхскому правителю — гаеквару Бароды.

3 Чулки в то время были у европейцев принадлежностью мужской одежды.

4 У Гюго ошибочно Rio genere вместо Rio de Janeiro (Рио-де-Жанейро).

5 Правильно: Коччи (у европейцев — Кочин); этот город принадлежал голландцам с 1663 г.

6 Правильно: Коттаналур (“Деревня западного дворца”) (у европейцев — Кранганор). В XVI в. был крупным портом. Это было первым на индийской территории местом поселения христиан и евреев. Когда в 1523 г. Коттаналур был захвачен португальцами, он уже переживал период упадка. Коттаналур стал голландским в 1662 г., но после разрушения его Типу Султаном в 1790 г. это место уже не обозначалось даже на самых подробных картах.

7 Река, впадающая в залив близ г. Кочина, называлась Перияр (“Большая река”).

8 Правильно: Нагапаттанам (“Город змей”): был самым ранним португальским поселением на Коромандельском побережье. В 1660 г. его захватили голландцы, и до 1781 г. он считался центром их владений в Индии.

9 Правильно: Мачхлипатан (“Рыбный город”) — в прошлом весьма крупный порт на Коромандельском побережье. Он был объектом вооруженных столкновений между англичанами и голландцами и не раз переходил из рук в руки. В 1750 — 1759 гг. находился во владении французов, а с 1759 г. стал английским портом, но большого значения уже не имел.

10 Имеется в виду генерал-губернатор Нидерландской Индии.

11 Правильно: едлер — знатное лицо.

12 Правильно: Пегу — государство и столица монов (таиланг) в Бирме в древности. Ко времени написания этой рукописи Пегу был захвачен бирманским государством Авой. С тех пор Пегу стал постепенно терять свое значение как центр бирманской морской торговли.

13 Высший орган власти в Нидерландах.

14 Правильно: Чалакуди — ныне деревня, расположенная неподалеку от Коттаналура.

15 Правильно: Коллам (у европейцев — Килон). С 1662 г. был голландским владением.

16 Правильно: патаны. Так называли в Индии мусульман, пришедших из афганских земель, и их потомков.

17 Беллона — богиня войны у древних римлян.

18 Правильно: машак (хинди) — кожаный мешок, в котором в индийской армии носили воду. Автор хочет сказать, что эти воины были убиты.

19 Правильно: Васай (“Поселение”) (у европейцев — Бассейн). Первоначально принадлежал независимому государству Гуджарат, с 1534 г. находился под господством португальцев, в 1739 г. захвачен маратхами и стал центром, их владений, расположенных между реками Банкот и Даман. Позднее, в 1780 г., Васай был временно (на два года) захвачен англичанами и окончательно перешел к ним только после завоевания всех маратхских владений в 1818г.

20 У Гюго senot, правильно: senau. Французское произношение голландского snaauw (снау) — род брига.

21 Имеется в виду Калькутта.

22 Латинская фраза, Означающая: “Лучше всего было бы воспользоваться чужим безумием”.

23 Установить, какое место здесь подразумевается, оказалось невозможным. Ниже Гюго пишет это название через одно “л”.

24 Гюго пишет: kaker, имея в виду квакера.

25 Правильно: Анчутенно (“Пять кокосовых орехов”) (у европейцев — Андженго). Одно из первых владений англичан в Индии, приобретенное в 1684 г. Фактория и форт были построены в 1695 г. В первой половине XVIII в. Анчутенно имело довольно большое значение, но уже с конца XVIII в. пришло в упадок. В настоящее время это небольшой рыбачий поселок.

26 Правильно: Мадурай — некогда независимое княжество. В 40 — 70-е годы XVIII в. Мадурай последовательно было захвачено Майсуром, маратхами, английской Ост-Индской компанией и ее ставленником навабом Арката. В описываемый Гюго период в Мадурае, освободившемся от английского господства, происходила борьба между разными князьками и вождями.

27 Правильно: Тируччираппалли — большая крепость на скале, считавшаяся ключом к Южной Индии. За эту крепость в 1749 — 1761 гг. боролись майсурцы и маратхи, а также французский и английский ставленники на трон Арката. По Парижскому мирному договору 1763 г. крепость Тируччираппалли отошла к Мухаммаду Али, навабу Арката, т. е. фактически к английской Ост-Индской компании.

Текст воспроизведен по изданиям: Клод Гюго. Записки об Индии. М. Наука. 1977

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.