Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ЕВАГРИЙ СХОЛАСТИК

ЦЕРКОВНАЯ ИСТОРИЯ

ЦЕРКОВНОЙ ИСТОРИИ

ЕВАГРИЯ СХОЛАСТИКА И ПОЧЕТНОГО ПРЕФЕКТА,

КНИГА ТРЕТЬЯ.

ГЛАВА 1.

О царствовании Зенона и его жизни.

Между тем Зенон 1, по смерти сына, стал управлять царством один и как бы думал, что не значит иметь во власти все, не направляясь по произволу ко всем встречным удовольствиям; а потому с самого же начала предался приманкам сластолюбия до того, что ничем не удерживался от постыдного и беззаконного, но так сроднился с этим, что совершать пороки скрытно и без свидетелей считал делом низким, а явно и как бы на глазах — делом царским и приличным только самодержцу 2 . Конечно, он судил худо и рабски. Самодержец познается не из того, что ему пришлось управлять другими; но сперва из того, что он владеет и управляет самим собою, не дозволяя ничему худому проникать в свое сердце и являясь недоступным для порочных пожеланий; так что [126] представляет в себе живой образ добродетелей, располагающий подданного к подражанию. Напротив тот, кто открыл свое сердце удовольствиям, неприметно для самого себя, мало по малу делается презренным рабом, пленником без выкупа, и бывает принужден постоянно менять господ, как делают негодные рабы. Подлинно, бесчисленные господа его суть удовольствия, которые, держась одно другого и следуя одно за другим, никогда не прекращают своего владычества над ним; ибо настоящее удовольствие не остается навсегда, но делается поджогою и предначатием другого, пока самодержец, став самодержцем истинным, не свергнет с себя того мятежного владычества удовольствий и не начнет господствовать, вместо того, чтобы терпеть тягостное господство, — либо пока, раболепствуя до последнего издыхания, не сойдет в ад.

ГЛАВА 2.

О набегах Варваров как на востоке, так и на западе.

Такой образ жизни вел Зенон, при начале своего царствования. А между тем его подданные и на востоке и на западе терпели величайшие бедствия; ибо с одной стороны опустошали все переезжие Варвары 3, с другой множество Гуннов, или древних Массагетов 4 делали набеги на Фракию, без всякого сопротивления переходя Дунай; остальное же с насилием, по обычаю Варваров, отнимал сам Зенон 5. [127]

ГЛАВА 3.

О тирании Василиска и бегстве Зенона.

Когда же против Зенона восстал брат Верины, Василиск 6, — ибо его не любили родственники, так как ровно все отвращались от бесчестной его жизни 7; — то у него не нашлось нисколько присутствия духа: потому что порок труслив и чужд надежды; он обнаруживает свое малодушие чрез самое подчинение удовольствиям. Итак, Зенон поспешно предался бегству и такую великую власть уступил Василиску без боя. Затем он в самой стране Исаврийцев, которая произвела его на свет, выдержал осаду 8, имея при себе супругу Ариадну, убежавшую от своей матери, и еще несколько людей, остававшихся ему верными. Таким-то образом Василиск получил римский венец, и, наименовав сына своего Марка Кесарем 9, пошел путем противоположным тому, по которому шли — Зенон и его предместники 10.

ГЛАВА 4.

О том, что Василиск вызвал из ссылки Тимофея Элура и, по его убеждению, разослал окружные послания об отвержении халкидонского Собора.

По просьбе некоторых александрийских граждан, Василиск вызвал из ссылки Тимофея Элура, который прожил там восемнадцать лет 11. В то время константинопольскую епископскую кафедру занимал Акакий 12. Итак, Тимофей, прибыв в столицу, стал убеждать Василиска 3, чтобы он разослал ко всем [128] иереям окружную грамоту и предал анафеме как деяния халкидонского Собора, так и книгу Льва. Это послание читается так:

Окружное послание Василиска.

«Самодержец, Кесарь Василиск, Благочестивый, Победитель, Великий, всегда Август, и Марк, светлейший Кесарь — Тимофею, благоговейнейшему архиепископу великого города Александрии. Мы желаем, чтобы законы, какие, в защиту православной апостольской веры, постановлены бывшими до нас благочестивейшими царями, право служившими блаженной, бессмертной и животворящей Троице, — чтобы эти законы, как всегда спасительные для всего мира, не упразднялись ни в какое время, или лучше сказать, мы объявляем их законами своими. Всякому попечению о делах человеческих мы предпочитаем благочестие и ревность но Боге и Спасителе нашем Иисусе Христе, который сотворил и прославил нас. Притом мы уверены, что согласие паств Христовых составляет спасение как их самих, так и всякого подданного, и служит твердым основанием и непоколебимою стеною нашего царствования. Посему, справедливо движимые в сердце божественною ревностью и в начаток царской нашей власти, принося Богу и Спасителю нашему Иисусу Христу единство святой Церкви, определяем, чтобы основание и утверждение человеческого благоденствия т. е. Символ 318 святых отцев, древле [129] собиравшихся по внушению св. Духа в Никее, — чтобы этот Символ, в который с верою крестились и мы, и предки паши, один только был употребляем и содержим народом во всех святейших Божиих церквах, как единственное определение веры, без заблуждений, довлеющее и для отсечения всякой вообще ереси, и для совершенного единения святых Божиих церквей. — Повелеваем также, чтоб имело силу и то, что для утверждения самого этого Божественного Символа сделано 150 святыми отцами в царствующем сем городе против богохульников Святого Духа, равно как и все то, что постановлено в митрополии ефесской против нечестивого Нестория и позднейших его единомышленников. А что нарушило единение и порядок святых Божиих церквей и мир всего мира, как-то: книгу Льва и все, постановленное в Халкидоне для определения веры, или изложения символов, все, сказанное в смысле толкования, или учения, или рассуждения, и сделанное, как нововведение, против вышеупомянутого святого Символа 318 святых отцев, — все то как здесь так и везде, в каждой церкви, где будет найдено, повелеваем всюду находящимся святейшим епископами, предавать анафеме и огню. Такие же распоряжения касательно всех еретических догматов делали и до нас благочестивой и блаженной памяти цари — Константин и Феодосий Младший. Быв таким образом упразднены, эти догматы да изгоняться совсем из единой [130] и единственной вселенской православной апостольской Церкви, потому что они преступают вечные и спасительные определения 318 святых и 150 блаженных отцев, изложивших в Ефесе исповедание веры о Святом Духе. Итак да не будет позволено никому ни из священных лиц, ни из мирян каким-нибудь образом преступать божественное законоположение того святого Символа. Пусть со всеми нововведениями, допущенными в Халкидоне, вопреки божественному Символу, будет анафематствуема ересь тех, которые не исповедуют, что единородный Сын Божий истинно воплотился и вочеловечился от Духа Святого и от Святой Приснодевы Богородицы Марии, а говорят, что Он имел тело или небесное, или призрачное и мнимое. Вообще пусть будет анафематствуема всякая ересь и все, что когда-либо, как-либо и где-либо во вселенной, мысленно или словесно введено нового к нарушению того божественного Символа. А как царскому попечению свойственно с дальновидностью утверждать спокойствие подданных — не на настоящее только время, но и на будущее: то повелеваем, чтобы повсюду находящиеся святейшие епископы подписались под этою нашею священною окружною грамотою, ясно тем свидетельствуя, что они держатся только святого Символа 318 отцев, определительно утвержденного потом 150 святыми отцами, а после них и теми, которые собирались в митрополии ефесской, т. е. что должно держаться [131] одного святого Символа 318 и 150 отцев, как правила веры, анафематствуя всякое положенное в Халкидоне преткновение православному народу, и совершенно изгоняя его из святых церквей, как действительное препятствие общему и нашему благоденствию. Тех же, которые и после этого священного нашего определения, данного, как мы уверены, согласно с волею Божиею, и доставляющего вожделенное единение святым Божиим церквам, осмелились бы допущенное в Халкидоне нововведение касательно веры или произносить, или называть, или выражать в разговоре, либо в учении, когда бы, как, и где бы то ни было, — тех, как действительных виновников смятения и нестроения в святых Божиих церквах и между нашими подданными, как врагов Бога и вашего спасения, подвергаем ответственности законов, которые касательно такого злочестия еще до нас постановлены блаженной и священной памяти царем Феодосием, и которые подтверждаются этим нашим священным окружным посланием; именно: если виновные будут епископы или клирики, повелеваем низложить их, а когда монахи или миряне, — подвергать их ссылке, лишению имущества и крайним наказаниям. Таким образом, всегда покланяемая нашим благочестием святая и единосущная, зиждительная и животворящая Троица, которой мы и ныне послужили как очищением упомянутых плевелов, так и утверждением правых и [132] апостольских преданий святого Символа, будет милостива и благоприветлива к нашим душам и ко всякому нашему подданному, и всегда станет помогать нам в управлении и умиротворении дел человеческих».

ГЛАВА 5.

О тех, которые одобрили окружное послание Василиска и отвергли Собор (халкидонский).

На это окружное послание, как пишет ритор Захария, изъявил согласие Тимофей, незадолго пред тем, сказал я, возвращенный из ссылки, также — антиохийский предстоятель Петр, по прозванию Сукновал 14, вместе с Тимофеем находившийся тогда в столице. При этом они определили, чтобы и Павел взошел на архиепископский ефесский престол. Захария говорит также, что под окружным посланием подписались — преемник Ювеналия иерусалимский епископ Анастасий 15 и другие весьма многие; так что отвергших книгу Льва и Собор халкидонский нашлось до пяти сот. Он упоминает и о прошении, которое подано было Василиску собиравшимися в Ефесе азийскими предстоятелями. Нечто из него состоит в следующих выражениях: «по всему благочестивейшим и Христолюбивым владыкам нашим, Василиску и Марку, всегда победителям Августам». И не много ниже: «во всем вы являетесь царями благочестивейшими и Христолюбивыми, которые разными противоборствуют ненавистной и [133] враждебной вере». Потом еще ниже: «страшное ожидание суда, ревность божественного огня и справедливое негодование вашей тихости скоро поразит противников, которые в каком-то гордом безумии решаются метать стрелы против всемогущего Бога и вашей, утверждаемой верою власти, и ни мало не щадят нашего смирения, но постоянно нападают на нас с порицаниями и клеветами, будто мы, быв вынуждены какою-то крайностью и насилием, подписались под вашим священным и апостольским окружным посланием, которое между тем подписано нами с совершенною радостью и готовностью». Еще ниже: «итак, не дозволяйте предлагать ничего другого, кроме вашего священного окружного послания, зная, что иначе, как мы сказали, весь мир снова придет в смятение, — и тогда беды, которые принес с собою Собор халкидонский, будут казаться малыми, хотя они были соединены с бесчисленными убийствами, с неправедным и беззаконным пролитием крови православного народа». Потом ниже: «свидетельствуемся пред Спасителем нашим, Иисусом Христом, что мы молимся о невмешательстве вашего благочестия в то праведное, каноническое и церковное осуждение и отлучение, которому подверглись они, особенно же, которому подвергся тот, кто большими происками достиг епископства и несовестливо нес его в царствующем городе». Далее Захария от слова до слова пишет и следующее: после того, как [134] окружное послание и царские грамоты были разосланы, в столице зараженные лжеумствованием Евтихия и проводившие монастырскую жизнь, поспешно собрались к Тимофею, думая воспользоваться им, как бы находкою, и надеясь в окружном послании найти собственное учение. Но когда Тимофей в обличение им сказал, что Бог-Слово по плоти подобосущен нам, а по божеству единосущен Отцу, они возвратились восвояси.

ГЛАВА 6.

О том, что Тимофей Элур, получив опять александрийский престол и восстановив в церкви ефесской патриаршее право, предал анафеме халкидонский Собор.

Тот же Захария говорит, что Тимофей 16, отправившись из столицы, прибыл в Ефес и возвел на архиепископский ефесский престол Павла, который хотя уже был рукоположен, по древнему обычаю, епископами той епархии, но потом оставался низверженным с своего престола. Тимофей возвратил ефесской церкви и право патриаршее отнятое у ней, как я говорил, Собором халкидонским. Выехав же отсюда, прибыл он в Александрию и от приходивших к нему постоянно требовал, чтобы они анафематствовали Собор халкидонский. Впрочем, Захария рассказывает, что от него отступили как некоторые сообщники его, так со многими другими и Феодот, один из числа рукоположенных Феодосием в Яффу, — тот самый Феодот, коего некоторые [135] поставили епископом иерусалимским, когда Ювеналий отправился в Византию.

ГЛАВА 7.

О том, что Василиск, устрашенный возмущением, которое произвели монахи по внушению Акакия, разослал окружное послание, противоположное прежнему.

Между тем константинопольский предстоятель Акакий, болезнуя об этом, возмутил монахов и жителей столицы против Василиска, как еретика 17, — и Василиск тогда же отменил прежнее свое окружное послание и написал указ, чтобы оно, данное по неосмотрительности, признаваемо было недействительным. Вследствие сего он разослал противоположное прежнему окружное послание, которым халкидонский Собор утверждался. На это так называемое противоречащее окружное послание (antegkuklia) Захария не обратил внимания, и весь этот ход дел изложил пристрастно. Но оно от слова до слова таково:

Противоречащее прежнему окружное послание Василиска.

«Самодержцы, Кесари, Василиск и Марк определяем: — во всех кафолических и апостольских православных церквах невредимо и непоколебимо господствовать и непременно соблюдаться той апостольской и православной вере, которая издревле господствовала в кафолических церквах, и господствовала до [136] нашего царствования, которая господствует в наше царствование и должна господствовать всегда, в которую мы крестились и уверовали, и, кроме ее, не искать ничего другого. Поэтому, что в наше царствование было прежде сделано касательно веры и порядка церковного чрез окружные ли то послания, или как иначе, объявляем не имеющим силы и недействительным, соглашаясь вместе с тем на анафематствование Нестория, Евтихия и всех других еретиков и единомышленников их. В рассуждении этого предмета повелеваем не быть ни соборному, ни другому исследованию, но оставаться твердым и непоколебимым нынешнему нашему определению. Приказываем также — те епархии, в которых право рукополагать епископов принадлежало престолу сего царственного и славного города, возвратить благоговейнейшему и святейшему патриарху и архиепископу Акакию. Хотя существующие ныне боголюбезные епископы и могут оставаться на своих престолах; но по смерти их чтобы никто не предъявлял притязания на право рукоположения, которое принадлежит седалищу сего царственного и славного города. Это священное наше определение конечно имеет силу священного постановления». — Так было дело.

ГЛАВА 8.

О возвращении Зенона.

Между тем Зенон, как говорят, видел во сне, будто святая и [137] многоподвизавшаяся первомученица Фекла возбуждала его и обещала ему восстановление власти. — Поэтому он выступил в поход против Византии. Подкупив дарами тех, которые держали его в осаде, он изгнал Василиска, царствовавшего уже второй год 18. Василиск искал убежища в священных храмах 19; но Зенон выдал его врагам. Вот почему огромнейший, отличающийся высотою и красотою храм в Селевкии Исаврийской посвятил он первомученице Фекле и украсил его многими и царскими дарами, которые хранятся там и до сих пор. Между тем Василиск был отведен в каппадокийскую область на смерть, — и на станции Акусе умерщвлен вместе с женою и детьми 20. Зенон издал закон в отменение того, что было постановлено тираном Василиском в окружных его посланиях; при чем как Петр, по прозванию Сукновал, был изгнан из Церкви антиохийский 21, так Павел — из Церкви ефесской.

ГЛАВА 9.

О том что, по смерти Василиска, азийские епископы, желая умилостивить Акакия, издали покаянную грамоту, в которой отрекались от того, в чем погрешили пред халкидонским Собором.

Между тем азийские епископы, желая умилостивить Акакия, обратились к нему с просьбою и, прося прощения, прислали покаянную грамоту, в которой говорили, что они подписались под окружным посланием (Василиска) по необходимости, а не по доброй воле, [138] и клялись, что дело было действительно так, а не иначе, и что они веровали и веруют согласно с халкидонским Собором. Сущность их грамоты такова: «Послание или прошение, посланное Акакию епископу константинопольскому от епископов азийских. Акакию, святейшему и благочестивейшему патриарху святейшей церкви царствующего города Константинополя, нового Рима». Потом несколько ниже: «кстати прибыл к нам представитель вашего лица». И не много спустя: «этою покаянною грамотою свидетельствуем, что мы дали свои подписи не по убеждению, а по необходимости, изъявляя согласие буквами и словами, а не сердцем; ибо при ваших благоприятных Богу молитвах и по воле Вышнего, веруем так, как научены тому преданием вселенских светил 318 и 150 св. отцев. Веруем вместе во все, что право и благочестно определено в Халкидоне собиравшимися там святыми отцами». — Ритор Захария взвел на них такую клевету, или сами они солгали, говоря что подписались против воли, — сказать не могу.

ГЛАВА 10.

О епископствовавших в Антиохии

После Петра, антиохийский престол получил Стефан 22, которого, как пишет ритор Иоанн, дети антиохийцев умертвили тростником, заостренным наподобие стрел. После [139] Стефана, кормило этой кафедры принял Каландион 23. Он всех, приходивших к нему, убеждал анафематствовать Тимофея вместе с окружным посланием Василиска.

ГЛАВА 11.

О том, что царь Зенон хотел было Элура подвергнуть гонению, но, ради старости, помиловал его, и что, по смерти Элуровой, александрийцами, рукоположен был Петр Монг, но по воле царя, александрийский престол занял преемник Протерия Тимофей.

Зенон намерен был изгнать Тимофея из Александрии; но, узнав от кого-то, что он уже — старик и едва не на праге общей для всех пристани, оставил свое намерение. И в самом деле, Тимофей скоро потом заплатил общий всем долг природе, и александрийские епископы собственною своею властью избрали Петра, по прозванию Монга 24. Это событие дошло до сведения Зенона и возбудило в нем негодование. Поэтому Петра он приговорил к смертной казни и вызвал преемника Протериева Тимофея, по случаю какой-то народной тревоги, проживавшего в Канове. Таким образом Тимофей, по повелению царя, опять занял свой престол 25.

ГЛАВА 12.

Об Иоанне, который, после Тимофея, овладел кормилом александрийской церкви, и о том, что Зенон изгнал его, как клятвопреступника, и александрийскую кафедру вручил Петру Монгу.

По желанию некоторых, пресвитер и [140] эконом честного храма Св. Предтечи и Крестителя Иоанна, Иоанн был отправлен в столицу с просьбою о том , чтобы, в случае смерти епископа, дозволено было жителям Александрии избрать в предстоятели церкви кого они захотят. Но, по словам Захарии, царь открыл, что Иоанн думал достать епископство самому себе, и потому последний, дав клятву никогда не искать александрийского престола, возвратился восвояси. Царь же повелел — после смерти Тимофея быть епископом тому, кого изберут клир и народ. Спустя несколько времени Тимофей умер 26, — и александрийский престол, при помощи денег, как говорит Захария, и с пренебрежением данной царю клятвы, занял Иоанн 27. Узнав об этом, царь повелел прогнать его и, по совету некоторых, написал к александрийцам воззвание, которое назвал Энотикон, и в котором александрийский престол приказал отдать Петру, если только он даст подписку принять в общение и сообщников Протерия.

ГЛАВА 13.

О том, что Петр Монг принял Энотикон Зенона и присоединился к сообщникам Протерия.

Это определение, составленное по совету епископа столицы Акакия, взял с собою Пергамий, назначенный в Египет префектом. Прибывши в Александрию и нашедши, что Иоанн бежал, он отправился к Петру и стал убеждать его принять воззвание Зенона и тех, [141] которые были не согласны с Петром. Петр принял вышеупомянутое воззвание Зенона, подписался под ним, и обещал принять в общение с собою противную партию. Потом, во время народного празднества в Александрии, когда все приступили к так называемому Энотикону Зенонову, Петр действительно принял в общение протериан и, произнесши в церкви какое-то воззвание к народу, прочитал и самое воззвание Зенона. Вот оно.

ГЛАВА 14.

Так называемый Энотикон Зенона.

«Самодержец, Кесарь Зенон, Благочестивый, Победитель, Триумфатор, Величайший, всегда Август — благоговейнейшим епископам, клирикам, монахам и народу, в Александрии, Египте, Ливии и Пентаполисе. В той уверенности, что начало и утверждение, сила и необоримое оружие нашего царствования есть единая, правая и истинная вера, которую, по божественному вдохновению, изложили собиравшиеся в Никее 318, и подобным образом утвердили сходившиеся в Константинополе 150 св. отцев, мы денно и нощно все свои молитвы, всю заботливость и законы направляем к тому, чтобы чрез эту веру повсюду умножалась святая, Божия, кафолическая и апостольская Церковь, неразрушимая и бессмертная мать наших держав и чтобы [142] благочестивые народы, пребывая в мире и единомыслии касательно Бога с боголюбезнейшими епископами, богочестивейшими клириками, архимандритами и монахами, приносили благоприятные моления о нашем царствовании. Ибо когда великий Бог и Спаситель наш Иисус Христос, воплотившийся и родившийся от Святой Девы и Богородицы Марии, одобрит и милостиво примет единодушное наше славословие и служение Ему; тогда и враги наши будут сокрушены и попраны, и все народы преклонят свои выи под нашу по Боге державу, тогда дарованы будут людям мир и блага, проистекающие из мира, и благорастворение воздуха, и плодородие земли, и все другое полезное. Поелику же эта неукоризненная вера так хранит и нас и дела римские; то богочестивейшие архимандриты, пустынники и другие почтенные люди приносили нам просьбы и со слезами умоляли об устроении единения святых церквей, и о том, чтобы одни члены Церкви пришли в связь с другими; так как ненавистник добра давно уже усиливается расторгнуть их, зная, что, если станет бороться с целым телом Церкви, то будет побежден. Отсюда именно произошло, что из бесчисленных родов в продолжение стольких лет много людей рассталось с жизнью: и одни отошли отсюда не сподобившись бани пакибытия; другие подверглись неизбежному для людей переселению, не получив [143] божественного причащения; совершены тысячи убийств, и потоками крови осквернена не одна земля, но — и воздух. Кто же не желал бы такое положение дел переменить на лучшее? Потому-то у нас было расположение дать вам знать, что ни мы, ни повсюду находящиеся церкви, не содержали, не содержим, не будем содержать, и не знаем, кто бы содержал другой символ или учение, другое вероопределение или веру, кроме упомянутого св. Символа 318 отцев, утвержденного упомянутыми 150 святыми отцами. А если бы и нашелся такой, считаем его человеком нам чуждым; ибо только этот символ, как мы сказали, спасает наше царство. Да и все народы, сподобляясь спасительного просвещения, крещаются под условием исповедания его одного. Ему следовали и все святые отцы, собиравшиеся в Ефесе, и низложившие нечестивого Нестория с бывшими потом его единомышленниками. Этого Нестория вместе с Евтихием, как людей, мысливших несогласно с вышеупомянутыми отцами и мы предаем анафеме, принимая притом и 12 глав, изреченных некогда блаженной памяти епископом святой, кафолической александрийской церкви, Кириллом. Исповедуем также, что единородный Сын Божий и Бог, истинно вочеловечившийся Господь наш Иисус Христос, единосущный Отцу по божеству и подобосущный нам по человечеству, сошедший и воплотившийся [144] от Святого Духа и Марии Девы и Богородицы, есть один, а не два; — говорим: есть один и в чудесах, и в страданиях, которые претерпел во плоти добровольно. А мнения тех, которые разделяют Его, или сливают, или в воплощение вводят призрак, отнюдь не принимаем; потому что безгрешное по истине воплощение от Богородицы не прибавило Сына: Троица осталась Троицею, и по воплощении одного из Троицы, Бога-Слова. Итак, зная, что ни святые, повсюду православные церкви Божии, ни боголюбезнейшие предстоятели, их иереи, ни наше царство не принимали и не принимают другого символа или определения веры, кроме вышеупомянутого святого учения, мы присоединились к нему безбоязненно. И это написали мы вам не как нововведение относительно веры, а как слово для удовлетворения вас. Кто же мыслил или мыслит что-либо другое теперь, или в иное время, на халкидонском, или на ином каком Соборе, того анафематствуем, а особенно Нестория и Евтихия с их единомышленниками. Итак, присоединитесь к духовной матери Церкви, чтобы с вами пользоваться в ней божественным общением по упомянутому единственному только вероопределению 318 отцев; ибо всесвятая матерь наша Церковь выжидает случая обнять вас, как своих детей, и сильно желает услышать сладкий ваш голос. [145] Притеките же к ней. Чрез это вы и привлечете на себя благоволение Господа, Спасителя и Бога нашего I. Христа, и заслужите величайшую похвалу от нашего величества». По прочтении этого, все александрийцы присоединились к святой, кафолической и апостольской Церкви.

ГЛАВА 15.

О том, что александрийский епископ Иоанн, прибыв в Рим, возбудил Симплиция против Зенона и убедил его написать Зенону о случившемся.

Между тем Иоанн, о котором мы упомянули выше, убежав из Александрии 28, прибыл в старейший Рим и произвел там смуты: он разглашал, что низложен с своего престола за вероучение Льва и халкидонского Собора и что на его место взошел другой, противник этого вероучения. Такая весть встревожила епископа старейшего Рима Симплиция 29, и он писал к царю Зенону. Но Зенон, отвечая ему, обвинял Иоанна в клятвопреступлении и говорил, что за это именно, а не за другое, он лишен епископии.

ГЛАВА 16.

Об антиохийском епископе Каландионе и о том, что он был приговорен к ссылке по подозрению в содружестве с Иллом и Леонтием, также о том, как Петр Сукновал соединился с Монгом и с епископами константинопольским и иерусалимским.

Антиохийский предстоятель Каландион, в своих письмах к царю Зенону и [146] константинопольскому предстоятелю Акакию, Петра называл прелюбодеем и говорил, что он в бытность свою в Александрии предал анафеме халкидонский Собор. Но, спустя несколько времени, сам он был осужден на заключение в Фазис; так как его подозревали в соучастии с Иллом 30, Леонтием 31 и Пампрепием 32, которые домогались похитить власть у Зенона.— А Петр Сукновал, бывший антиохийским епископом до Каландиона и Стефана 33, опять, как было сказано, получил свой престол. Он подписал Энотикон Зенона, и соборное послание прежде всего послал епископу александрийскому. К нему присоединился и константинопольский предстоятель Акакий; к нему же послал соборное свое послание и иерусалимский епископ Мартирий 34. Но некоторые впоследствии отпали от общения с ним, и потому-то он всенародно предал анафеме халкидонский Собор. Узнав об этом, Акакий константинопольский сильно вознегодовал и послал некоторых людей произвести исследование случившегося. Но Петр, желая уверить их, будто он ничего подобного не делал, составил бумаги, в которых кое-кто засвидетельствовал, что они ничего подобного не знают за Петром.

ГЛАВА 17.

О том, что написал Петр Акакию, который принимал халкидонский Собор.

Этот Петр, как человек переметчивый, [147] непостоянный и применяющийся к обстоятельствам, вовсе не держался известного образа мыслей. Он то предавал анафеме халкидонский Собор, то говорил противное и всячески вступался за него. Этот-то Петр наконец написал послание константинопольскому предстоятелю Акакию. Оно от слова до слова таково: «Вышний Бог да вознаградит твою святыню за столь многие труды и беспокойства, которыми ты в течении долгого времени охранял веру св. отцев, утверждая ее непрестанным проповеданием. В ней мы последовательно находим и Символ 318 св. отцев, в котором крестились, в который веруем, и который утвержден собравшимися в Константинополе 150 св. отцами. Непрестанно руководя всех, ты привел к единению святую Церковь Божию; ибо самыми сильными доказательствами убедил нас в том, что на святом и вселенском Соборе, в Халкидоне, не было допущено ничего противного, что он согласен с постановлениями св. отцев никейских и подтвердил их, — и мы, не нашедши ничего нового, согласились с ним и приняли его. Однакож нам сделалось известным, что некоторые монахи, по ненависти к нашему братству, довели до вашего святого слуха некоторые клеветы, не мало огорчившие вашу святыню. И во-первых — будто мы останки святого отца нашего, блаженного архиепископа Тимофея, перенесли в другое место, что противно и Богу [148] и законам. Потом они перешли и к другой клевете, самой невероятной, которая еще злее первой. В самом деле, как мы могли предать анафеме святой халкидонский Собор, который с верою утвердили? Но вашему боголюбию не безызвестно, от вас не утаилось, как склонен к подозрениям и легкомыслен наш народ и как любят новости наши монахи. Из них-то некоторые, соединившись с людьми злонамеренными, отступившими от Церкви, стараются увлечь за собою и мирян. Но мы, при содействии ваших молитв, против этого зла придумали средство врачевания — средство, нимало не враждебное святому халкидонскому Собору, зная, что на нем не допущено никакого нововведения. Кроме того, для убеждения людей простых и в защиту себя, мы позаботились, чтобы то же самое говорили и те, которые собираются вместе с нами. Таким образом это зло, при усильных моих стараниях, скоро было прекращено. Уведомляю также твою святыню, что монахи даже и теперь не перестают посеивать плевелы: они избирают в орудие себе людей, никогда не живших ни в одном монастыре; бродят там и сям, распространяя различные толки и о нас и о мире в Христовой Церкви; и не дают вам никакой возможности действовать в святой Божией кафолической Церкви канонически и благоприлично. Они производят то, что вверенный нам народ скорее управляет [149] нами, чем повинуется нам, и (вообще) хотят делать то, чего ее терпит Бог. Мы уверены, что ваша святыня сообщит о всем священнейшему владыке вселенной и устроит то, что его тихость предпишет им, ради церковного мира, образец достойный и Бога и царя, дабы таким образом все успокоились».

ГЛАВА 18.

О том, как александрийский епископ Иоанн убедил римского папу Феликса послать отлучение Акакию константинопольскому.

Между тем убежавший в Рим Иоанн не переставал перетолковывать преемнику Симплиция епископу римскому Феликсу 35 дела Петровы и наконец, как говорит Захария, убедил его послать Акакию отлучение 36 за общение его с Петром. Это отлучение, как повествуется у того же Захарии, передали Акакию некоторые из людей, проводивших монашескую жизнь в обители так называемых неусыпающих; но Акакий не принял его, так как оно было произведено не канонически. Так пишет Захария; но, мне кажется, он ничего не знал о ходе сих дел, а передавал только неверные слухи. Поэтому я постараюсь изложить дело, как оно было. Когда Иоанн представил Феликсу донос на Акакия, будто он незаконно находился в общении с Петром и дозволял себе другие неканонические действия; тогда Феликс послал к Зенону епископов [150] Виталия и Мизина с просьбою — утвердить халкидонский Собор и изгнать Петра, как еретика, также послать к Феликсу Акакия для оправдания в обвинениях, представленных на него Иоанном, о котором мы часто упоминали.

ГЛАВА 19.

О том, как игумен обители неусыпающих, Кирилл, посылал кого-то в Рим к Феликсу, чтобы расположить его к осуждению того, что осмеливались и допускать вопреки вере.

Прежде, чем те епископы прибыли в столицу, игумен обители, так называемых, неусыпающих, Кирилл, послал кого-то к Феликсу, укоряя его за недеятельность в такое время, когда допускаются столь важные погрешности против правой веры. Феликс написал Мизину и его товарищам, чтобы они ни на что не решались прежде, чем переговорят с Кириллом и узнают от него, что им нужно делать.

ГЛАВА 20.

О том, что писал Феликс Зенону и что — Зенон Феликсу.

Феликс писал им и другие замечания, писал и Зенону как о халкидонском Соборе, так и о гонении, которое Онорих воздвиг в Африке 37, отправил также послание к Акакию. Но Зенон отписал ему, что напрасно тревожат его слова Иоанна, — человека, который, дав [151] клятву никогда и никоим образом не восходить на александрийский престол, и презрев ее, вменив ее ни во что, дозволил себе всякое святотатство; — что Петр восстановлен не без испытания, но после того, как собственноручно подписался, что принимает веру собиравшихся в Никее 318 св. отцев, которой последовал и святый халкидонский Собор. Вот собственные слова Зенона: «Ты должен признать за несомненное, что и наше благочестие, и упомянутый святейший Петр, и все святейшие церкви принимают и чтут святейший халкидонский Собор, который в вере согласен с Собором никейским». В тех же деяниях находятся послания к Феликсу как от вышеупомянутого Кирилла и других архимандритов столицы, так и от епископов и клириков Египетской области, — о Петре, как еретике, и его сообщниках. — Между тем монахи обители неусыпающих, прибыв к Феликсу, обвинили Мизина и его товарищей в том, что до прибытия их в Византию имя Петра тайно читали в священных диптихах, а после прибытия и до сих пор провозглашают его явно, и что таким образом Мизин и бывшие с ним вошли в общение с Петром. То же, в своем послании, говорили и Египтяне — как о Петре, так и об Иоанне, что он, быв православным, рукоположен законно, а Петр только двумя подобными ему злочестивыми епископами, [152] и что, с бегством Иоанна, православные подверглись всякого рода угнетениям, что об этом Акакий был извещен некоторыми приходившими в столицу людьми, и что он во всем содействовал Петру.

ГЛАВА 21.

О том, что монах обители неусыпающих, Симеон, прибыв в Рим, обличал епископов, посланных от Римской церкви в Константинополь, утверждая, будто они имели общение с еретиками, и что посему как те епископы, так и все, имевшие общение с Петром, были отлучены Римлянами.

Эти доносы, в преувеличенном виде, представил Феликсу Симеон, посланный Кириллом, монах обители неусыпающих. Он обвинил Мизина и Виталия в общении с еретиками 38, так как (при них) имя Петра было всенародно провозглашаемо в священных диптихах, и говорил, что еретики много людей простых ввели этим в обман, разглашая, что Петр принят в общение и римским престолом. На разные вопросы Симеон отвечал, что бывшие с Мизином не хотели входить в сношения ни с одним из православных, не дозволяли, чтобы последние подавали им какие-нибудь грамоты, и не производили никакого следствия о том, что было дерзко допущено против правой веры. Приведен был и пресвитер Сильван, находившийся при Мизине и Виталие в Константинополе, и [153] подтвердил слова монахов; было также прочитано послание Акакия к Симплицию, в котором сказано, что Петр давно отлучен и стал сыном ночи. По этим причинам Мизин и Виталий были лишены священства и отлучены от святого общения, о чем приговор всего собора состоялся слово в слово такой: «Петра, как еретика, давно осужденного определением священной кафедры, отлученного и преданного анафеме, церковь римская не принимает. Да если бы он и не был виновен ни в чем другом, все не мог бы управлять православными даже потому, что получил рукоположение от еретиков». К этому было присоединено и следующее: «из самого дела видно, что Акакий константинопольский заслуживает величайшую укоризну; так как в письме к Симплицию, назвав Петра еретиком, он не объявил об этом царю; хотя должен был сделать это, если только имел расположение к Зенону. Впрочем, он гораздо более любит Зенона, чем веру». — Но обратимся к дальнейшим событиям. Акакий написал послание к Египетским предстоятелям, клирикам, монахам и всему народу, пытаясь тем прекратить раскол. Об этом он писал и александрийскому епископу Петру. [154]

ГЛАВА 22.

О смутах в Александрии и в других местах за халкидонский Собор.

С усилением раскола в Александрии, Петр не замедлил предать анафеме — как послание Льва и деяния халкидонского Собора, так и тех, которые не принимали сочинений Диоскора и Тимофея, и стал убеждать некоторых епископов и архимандритов — присоединиться к нему. Не могши же иных склонить к этому, он весьма многих изгнал из их монастырей. Из числа их Нифалий, прибыв в столицу, рассказал о всем Зенону, который чрезвычайно смутился и послал в Александрию одного из своих телохранителей Козму с тем, чтобы он, ради единения в Церкви, представил Петру как можно более угроз, что то есть Петр своею жестокостью произвел (в Церкви) великое разделение. Козма, нимало не успев в выполнении своего назначения, возвратился в столицу, и только изгнанных монахов возвратил в их жилища. Тогда царь немедленно послал (в Александрию) Арсения, назначенного правителем Египта и военачальником. Прибыв в Александрию вместе с Нифалием, Арсений начал говорить Александрийцам о единении и, не могши склонить их к тому, отправил некоторых в столицу. Пред Зеноном много было толков о халкидонском Соборе; однакож из этого ничего [155] не вышло; потому что Зенон вовсе не был согласен с халкидонским Собором.

ГЛАВА 23.

О Фравите и Евфимии — епископах константинопольских, об Афанасие и Иоанне, — александрийских, о Палладие и Флавиане — антиохийских и о некоторых других.

В это время Акакий константинопольский отошел в общий всем путь, — и епископскую его кафедру занял Фравит 39. Он отправил к александрийскому Петру соборное послание, — и Петр отвечал ему взаимно, говоря то же самое о деяниях халкидонского Собора, что было выше упомянуто. Но, после четырех только месяцев епископствования, Фравит перешел отсюда, — и на его место рукоположили Евфимия 40. Он-то уже получил соборное послание Петра к Фравиту, — и анафема деяниям халкидонского Собора, которую он нашел в этом послании, сильно встревожила его, и заставила отречься от общения с Петром. То и другое послание, т. е. Фравита к Петру, и Петра к Фравиту, сохранились: но по причине длинноты их текста, я не даю им места. Тогда как Евфимий и Петр противостали друг другу и готовились друг против друга созвать Соборы, Петр скоропостижно умер, — и его престол занял Афанасий. Он пытался соединить разномыслящих, но не мог, потому что партии разделялись различными мнениями. После сего Афанасий 41 отправил соборное [156] послание к Палладию 42, который был епископом в Антиохии после Петра и в отношении к халкидонскому Собору поступал подобно ему. Точно то же делал и Иоанн 43, получивший александрийский престол после Афанасия. Когда же, по смерти предстоятеля антиохийской Церкви Палладия 44, престол его занял Флавиан, то послал в Александрию антиохийского священника Соломона — с тем, чтобы тот доставил Иоанну соборное послание и испросил у него обратно такое же для себя. После этого Иоанна александрийский престол получил другой Иоанн 45. В таком положении находились дела до времен Анастасия, который низложил Евфимия. Я должен был предоставить все это в связи, для ясности и удобнейшего припоминания.

ГЛАВА 24.

Об умерщвлении Армата, родственника царицы Верины.

Между тем Зенон, по наущению Илла, умертвил и родственника царицы Верины Армата 46, которого, когда он был послан Василиском против Зенона, последний подкупил дарами и приобрел себе в нем союзника, вместо врага, а его сына Василиска в городе Никее провозгласил кесарем 47. Но, как скоро Армат прибыл в Византию, Зенон коварно лишил его жизни, а сына его Василиска из Кесарей произвел в священника, — и этот священник впоследствии удостоен был сана архиепископского. [157]

ГЛАВА 25.

О восстании Скифа Феодорика и о его смерти.

Против Зенона восстал Феодорик 48, родом Скиф. Собрав свои войска во Фракии, он отправился в поход против Зенона и, опустошив все, что ни встречалось ему, почти до пролива Понтийского, едва не овладел столицею. Он, конечно, и овладел бы ею, если бы некоторые из самых приближенных к нему людей, быв подкуплены 49, не замыслили умертвить его. Узнав о злодейском замысле своих подданных, он отправился в обратный путь; но, спустя немного времени, присоединился к числу отошедших (из этой жизни). Я расскажу и то, как он умер. — По обычаю Варваров, пред его шатром было повешено копье. Однажды, для упражнения телесных сил, он приказал привести себе лошадь и, по привычке обходиться без конюха, сам бросился на нее. Но лошадь — неукротимая и ретивая — в то время, как Феодорик еще не успел сесть на нее верхом, став на дыбы, начала пятиться назад. Тогда Феодорик, борясь с нею, и однакож, не смея осадить ее уздою, чтобы не упасть, сидел на седле не твердо и, качаясь туда и сюда, наткнулся на острие копья, так, что оно вошло в него и ранило его в бок. От этого он слег в постель и чрез несколько дней скончался от раны. [158]

ГЛАВА 26.

О восстании Маркиана, и о том, что случилось с ним.

После сего, поссорившись с Зеноном, хотел лишить его власти Маркиан 50, сын Анфимия, который был правителем Рима, родственник Льва, царствовавшего до Зенона, потому что имел в замужестве за собою младшую его дочь Леонтию. Около дворца произошла сильная схватка и, хотя многие пали, как с той, так и с другой стороны, Маркиан однакож обратил в бегство своих противников и мог бы овладеть дворцом, если бы не упустил удобного случая, отложив дело до завтра. А случай, что — птица; пока — у ног, может быть, и поймаешь ее. Но лишь вырвалась из рук, улетает в воздух и смеется над своими ловцами, не думая когда- либо возвратиться к ним. Вот почему живописцы и ваятели, изображая случай, спереди покрывают его волосами, а сзади обривают голову до кожи. Этим они очень остроумно выражают, что случай удобно схватить за волоса, когда он настигает нас; а находясь впереди, он решительно не уловим, потому что тогда гонящемуся не за что ухватить его. То же случилось и с Маркианом. Упустив благоприятный случай, он после уже не мог возвратить его; потому что на другой день был выдан сообщниками и, оставшись один, [159] убежал в храм св. Апостолов. Отсюда однакож извлекли его силою и сослали в Кесарию каппадокийскую. Здесь он собрал около себя несколько монахов и был обличен в намерении уйти. Посему царь выслал его в Тарс Киликийский, где он был пострижен и рукоположен в пресвитера. Это происшествие красиво описано Евстафием Сирским.

ГЛАВА 27.

О тирании Илла и Леонтия.

Тот же Евстафий пишет, что Зенон строил множество козней теще своей Верине 51 и наконец выслал ее в Киликию. Впоследствии же, когда Илл устремился к верховной власти, Верина переселилась в так называемую Папириеву крепость и там скончалась. Дела Илла весьма красноречиво описал Евстафий. Он рассказывает, как Илл избегал замыслов Зенона и как Зенон отдал Илла на смерть тому, кого поручено было умертвить самому Иллу 52 — в возмездие за неудачу в отсечении ему головы; как он, желая скрыть свои замыслы против Илла, объявил его начальником восточных войск; и как Илл, приняв к себе в дружбу Леонтия, знатного человека Марса и Пампрепия, жил в восточных областях. Потом Евстафий рассказывает о происходившем в Тарсе киликийском провозглашении Леонтия и о том, чего достигли они своим тиранством, когда [160] против них с войском римским 53 и чужеземным выслан был Феодорик 54, родом Готф, человек у Римлян знаменитый. Евстафий же очень искусно описал и то, что Зенон подверг некоторых людей страшной казни, за их приверженность к себе 55, и что Феодорик, заметив устрояемые Зеноном против себя козни, пошел на старейший Рим 56. Другие же говорят, что он предпринял этот поход по совету Зенона, и одержав в битве верх над Одоакром 57, покорил Рим под свою власть и назвал себя царем.

ГЛАВА 28.

О Маммиане и его делах.

Во время царствования Зенонова, рассказывает ритор Иоанн, некто Маммиан из простого ремесленника сделался человеком знатным и достиг сенаторского достоинства. Он в городском предместии Дафне, где прежде были виноградники и годные для хлебопашества земли, прямо против публичной бани, построил так называемый антифорон и поставил в нем медную статую с надписью: «Маммиан друг города»; потом в самом городе воздвиг два царских портика чрезвычайно изящной архитектуры и отделал их блестящими, полированными камнями; между портиками же, как бы для соединения их, построил тетрапилон, величественно украсив его колоннами и медными изваяниями. Царские [161] портики уцелели и до нас, и вместе с своим именем поныне сохраняют остатки прежних своих украшений; ибо пол в них наслан проконнесским мрамором. Впрочем остальные части этих зданий не имеет ничего замечательного. Хотя прежние развалины их недавно еще восстановлены; но это нисколько не прибавило им красоты. Что же касается до построенного Маммианом тетрапилона, то мы не находим и малейших следов его.

ГЛАВА 29.

О смерти Зенона и наречении царем Анастасия.

Когда Зенон, после восемнадцатилетнего царствования, умер от падучей болезни бездетным 58; тогда брат его Лонгин, достигший высокого значения 59 (в государстве), возымел надежду получить верховную власть. Однакож надежда его не исполнилась; потому что Ариадна возложила венец на Анастасия, который в то время еще не достиг сенаторского достоинства, но принадлежал к так называемой школе силенциариев 60. Евстафий повествует, что от начала царствования Диоклитиана до смерти Зенона и наречения царем Анастасия прошло 207 лет 61; от единодержавия Августа 532 года и 7 месяцев 62; от владычества Александра македонского 832 года и около 7 месяцев 63; от основания римского царства и от Ромула 1032 года и 7 месяцев 64; наконец от взятия Трои 1636 лет и 7 месяцев 65. Этот [162] Анастасий, родом из Эпидамна, что ныне называется Диррахием, вместе с престолом Зенона получил и руку его супруги Ариадны. Первым его делом было — выпроводить на родину брата Зенонова Лонгина, который был в достоинстве магистра или, как говорили в старину, начальника дворцовой стражи; потом — и многих других Исаврийцев, которые будто бы просили его об этом 66.

ГЛАВА 30.

О царе Анастасие и о том, что церкви по всему миру наполнились смутами и многие епископы подверглись изгнанию по тому поводу, что царь Анастасий не хотел нововведений в положении церквей.

Анастасий, как человек, расположенный к миру, решительно не хотел никаких нововведений 67, особенно в положении церквей, и всеми мерами старался о том, чтобы святейшие церкви не были возмущаемы и чтобы все его подданные, с прекращением всяких распрей и споров за церковные ли то дела или гражданские, наслаждались глубоким миром. Халкидонский Собор в то время не был ни явно признаваем в святейших церквах, ни вовсе отвергаем, — и каждый из предстоятелей распоряжался так, как ему заблагорассудилось. Только некоторые из них весьма мужественно отстаивали, что было изложено на том Соборе, и не дозволяли ни выбросить какой-нибудь слог из его определений, ни допустить в них перемену хотя бы одной буквы, и [163] с великою горячностью волнуясь, никак не принимали в общение тех, которые отвергали его постановления. Другие же не только не признавали халкидонского Собора и его определений, но и предавали анафеме как самый Собор, так и книгу Льва. А некоторые утверждались на Энотиконе Зенона и также вели между собою распри то об одном, то о двух естествах, — те, увлекшись в обман изложением царских грамот, а эти с особенным усердием стараясь о мире; так что все церкви распались на части и их предстоятели не хотели иметь общение друг с другом. Отсюда произошло чрезвычайное множество разделений и на Востоке и на Западе и в Ливии: ни восточные епископы не имели единения с западными и ливийскими, ни те — взаимно с восточными. Дело дошло до величайшего беспорядка; ибо как восточные предстоятели не входили в общение между собою, так и распоряжавшиеся престолами в Европе и Ливии не благоприятствовали ни взаимному единению, ни единению с предстоятелями вне их границ. Видя это, царь Анастасий стал изгонять из церквей тех епископов, которые вводили что-либо новое, если то есть открывал, что кто-нибудь или провозглашает халкидонский Собор вопреки местному обычаю, или предает его анафеме. Поэтому-то из столицы, как написано, он изгнал сперва Евфимия 68, потом Македония 69, которого место занял Тимофей 70, а из Антиохии — Флавиана 71. [164]

ГЛАВА 31.

Послание палестинских монахов к Алкисону о Ксенее и некоторых других.

О Македоние и Флавиане палестинские монахи писали к Алкисону слово в слово так: С смертью Петра, они опять разделились между собою: Александрия, Египет и Ливия остаются при своем образе мыслей, а весь прочий Восток — также при своем; потому что Западные не иначе соглашаются принять восточных в общение с собою, как если последние, предав анафеме Нестория, Евтихия и Диоскора, присоединят к этим Петра Монга и Акакия. При таком состоянии церквей, рассеянных по всему миру, число последователей Евтихия и Диоскора до крайности уменьшилось и, когда оно было готово исчезнуть с лица земли, так чтобы вовсе не существовать, — некто Ксеней, по истине отчужденный от Бога (o tou Qeou xenoV), не знаю, с какою целью или по какой вражде с Флавианом, — многие говорят, будто по поводу веры,— возмутился против него и стал поносить его Несторианином. Когда же Флавиан провозгласил анафему как Несторию, так и его мудрованию, Ксеней, оставив Нестория, стал указывать на Диоскора, Федора, Феодорита, Иву, Кира, Элевферия, Иоанна и других, не знаю, где и откуда собранных, из которых одни действительно [165] остались верными учению Нестория, другие же, одумавшись, предали его анафеме и умерли в общении с Церковью. Если не предашь, говорил Ксеней, анафеме всех их, как единомышленников Нестория; то ты — Несторианин, хотя бы тысячу раз изрекал анафему Несторию и его мудрованию». Между тем посредством писем он убеждал сообщников Диоскора и Евтихия, соединиться с ним против Флавиана и требовать от него анафемы не самому Собору, а вышеупомянутым лицам. Флавиан долго противился и этим, и другим, к ним присоединившимся, именно — епископу второй Каппадокии Элевзину, епископу Лаодикии сирийской, Никию и предстоятелям иных мест. Какие были причины их нерасположения к Флавиану, рассказывать не наше дело, а других. Наконец Флавиан уступил вздорчивости своих противников, думая тем успокоить их, и письменно предав анафеме означенные выше лица, отослал анафематизм к царю; потому что против него, будто против последователя учения Несториева, враги успели восстановить и царя. Ксеней не удовольствовался и тем, но стал требовать от Флавиана другой анафемы самому Собору и тем, которые допускали два естества в Господе: — естество плоти и естество Божества. Когда же Флавиан не внял ему, Ксеней начал снова обвинять его в ереси Нестория. Поэтому случаю происходило много смут, — и Патриарх издал изложение веры, в котором объявил, [166] что принимает Собор в отношении к отлучению Нестория и Евтихия, а не в отношении к определению и учению веры. Однакож опять стали порицать его за то, будто он в тайне держится учения Нестория, если только не предаст анафеме самого Собора и тех, которые допускали в Господе два естества — плоти и Божества. Кроме того льстивыми речами они переманили к себе Исаврийцев и, издав краткий образец веры, в котором объявляли анафему Собору и епископам, допускавшим во Христе двойство естеств и свойств, отказались от общения с Флавианом и Македонием и присоединились к другим, подписавшим краткое их исповедание. В то же время требовали они письменного изложения веры и от епископа иерусалимского 72, — и этот, изложив свое верование, отослал его к царю чрез самих последователей Диоскора; а они представили Анастасию то изложение веры, в котором заключалась анафема допускавшим во Христе двойство естеств. Посему иерусалимский епископ, утвердившись в той мысли, что ими сделан подлог, издал другое изложение веры без анафемы. Да и неудивительно; они часто подделывали даже книги св. отцев 73, и немало книг Аполлинариевых 74 ложно надписали именами Афанасия 75, Григория чудотворца 76 и Юлия 77. Этими-то особенно книгами и вовлекают они многих в свое нечестие. Требовали они также письменного изложения веры и от Македония, — и Македоний изложил ее, [167] утверждая, что знает одну только веру 318 и 150 св. отцев, и предавая анафеме Нестория, Евтихия и тех, которые допускают в учении двух сынов или двух Христов, и разделяют естества, не упоминая впрочем ни о ефесском Соборе, низложившем Нестория, ни о Соборе халкидонском, низложившем Евтихия. Монастыри, находившиеся в окрестностях Константинополя, вознегодовали на это и отложились от епископа Македония. Вместе с этим Ксеней и Диоскор, присоединив к себе множество епископов, сделались крайне упорными в нападении на тех, которые отказывались анафематствовать Собор; так что не уступавших им до последней крайности, разными кознями подвергли ссылке. Чрез них-то именно сосланы были Македоний, епископ Пальты Иоанн и Флавиан.» — О всем этом говорится в том послании.

ГЛАВА 32.

Об изгнании Македония константинопольского и Флавиана антиохийского.

Но были и другие причины, в тайне тревожившие Анастасия. В то время, когда Ариадна хотела облечь его в порфиру, управлявший архиерейскою кафедрою Евфимий не прежде на это согласился, как Анастасий представил ему собственноручно написанное, страшными клятвами утвержденное удостоверение в том, что он, получив скипетр, сохранит веру в [168] целости и не произведет никакого нововведения в святой Божией Церкви. Это удостоверение Евфимий отдал Македонию, доверенному хранителю священных сосудов, и произвел то, что в народе стала носиться молва, будто Анастасий держится манихейского образа мыслей. По сему, как скоро Македоний взошел на епископский престол, Анастасий хотел было обратно получить свое исповедание — под тем предлогом, что унижает его власть, когда упомянутый автограф скрывают в церкви. Но Македоний весьма смело воспротивился этому и утверждал, что не предаст веры. Тогда царь прибег к всевозможным проискам, чтобы лишить его кафедры. В самом деле на суд, в качестве клеветников, приведены были дети, которые себя самих и Македония ложно обвинили в студодеянии. Однакож обнаружилось, что Македоний был оскоплен, и клеветники обратились было к другим уловкам, но наконец, по совету начальника дворцовой стражи, Келера, Македоний был тайно низложен с своего престола. Что же касается до низложения Флавиана, то прибавляют и нечто другое. Есть у нас глубокие старцы, у которых сохранилось в памяти то, что случилось с Флавианом. Они говорят, что монахи области, по имени Кинигии и те, которые жили в первой Сирской провинции, по убеждению Ксенея (а Ксеней был предстоятелем Иераполиса, соседственного с Антиохиею, и по-гречески назывался Филоксеном), [169] собравшись вместе, в большом смятении и беспорядке ворвались в город и стали насильно требовать от Флавиана, чтобы он предал анафеме халкидонский Собор и книгу Льва. Между тем как Флавиан отказывался от этого, а монахи с большим усилием настаивали, — городская чернь поднялась и перебила множество монахов; так что они в огромном числе нашли себе гроб в Оронте, и их трупы погреблись в волнах его. Случилось и другое происшествие, не маловажнее этого. Монахи Целесирии, которая теперь зовется второю Сириею, принимая участие в Флавиане, потому что он проводил монашескую жизнь в одном монастыре, находившемся в поле, и называвшемся Тилмогнон, неожиданно явились в Антиохии с намерением защищать Флавиана; в следствие чего произошло не мало зла. И так, за первое ли собрание, или за второе, или за то и другое вместе, Флавиан был изгнан и осужден на жительство в городе Петрах, лежащем на самых крайних пределах Палестинских.

ГЛАВА 35.

Об антиохийском епископе Севере.

После изгнанного Флавиана, на епископский престол Антиохии взошел Север в 561 году от основания города, в месяце Дие, 6 Индикта текшего тогда круга; а в настоящее время, когда мы пишем это, идет 641 год. [170] Север был родом из Созополиса, одного писидийского города. Первоначально он обучался правоведению в Берите 78; потом, оставив изучение законов, принял св. крещение в храме Леонтия, дивного мученика, которого с особенным усердием чтут в городе Триполисе, находящемся в приморской Финикии, — и стал проводить монашескую жизнь в одном монастыре, лежавшем между городом Газою и крепостью Маиумою, где Петр Иверянин, бывший предстоятелем Газы и посланный вместе с Тимофеем Элуром в ссылку, вел тот же образ жизни и заставил много говорить о себе. И вот однажды Север вступил в состязание с Нифалием, который, хотя поначалу был на его стороне, что то есть во Христе одно естество, но потом последовал халкидонскому Собору и тем, которые проповедовали два естества в Господе нашем И. Христе. Нифалий и находившиеся при нем из своего монастыря изгнали Севера со многими другими, которые держались его мыслей. Север отсюда отправился в столицу ходатайствовать как за себя, так и за тех, которые подверглись изгнанию вместе с ним, и по этому случаю, как заметил описатель его жизни, стал известен царю Анастасию. Потом он написал соборное послание, в котором определенно предал анафеме халкидонский Собор. Об этом палестинские монахи пишут к Алкисону так: «соборное послание Тимофея, ныне епископа константинопольского, [171] здесь в Палестине было принято, отлучение же Македония и Флавиана не принято. Не принято и соборное послание Севера: напротив те, которые принесли его сюда, справедливо подвергшись бесчестию и оскорблениям, предались бегству; потому что против них восстала вместе с монахами и городская чернь». В таком положении находилась Палестина. Что же касается до Антиохийцев, то некоторые из них вдались в обман, в том числе и епископ Берита, Марин; другие, быв только вынуждены необходимостью и насилием, согласились на соборное послание Севера, в котором содержалась анафема как Собору халкидонскому, так и прочим лицам, исповедовавшим два естества или свойства в Господе — плоти и божества; иные хотя и уступили необходимости, но потом опять обратились к своим убеждениям, и между ними были епископы, подчиненные Апамее; а некоторые и вовсе отказались от согласия с Севером, и в числе их были Юлиан бострийский, Епифаний тирский и, как говорят, некоторые другие епископы. Ныне и Исаврийцы, одумавшись, сознаются в прежнем своем заблуждении и Севера с его сообщниками предают анафеме. Некоторые же из подчиненных Северу епископов и клириков, оставив свои церкви, бежали, и в числе их — живущие здесь Юлиан бострийский и Петр дамасский, также и Мама, когда он узнал самолюбие этой партии, хотя был, кажется, одним из двух [172] Диоскоровых экзархов, которые оглашали Севера. И немного ниже: «а здешние монастыри и самый Иерусалим, да и другие многие города с их епископами касательно правой веры пребывают, слава Богу, в единомыслии. О всех их и о нас, святейший владыка и честнейший отец наш, моли Господа, да не впадем в искушение».

ГЛАВА 34.

Об отлучении, которое послано было Северу Космою и Северианом.

Между тети как это послание говорит об отделении от Севера иереев, подвластных Церкви апамейской, мы, если угодно, присоединим к нему и те известия, которые дошли до нас по преданию от отцов, хотя история и поныне ничего не говорит об этом. Епископ нашей, омываемой Оронтом Епифании, Косма и епископ ближайшего города Аретузы Севериан, быв смущены соборным посланием Севера, отреклись от общения с ним и послали ему грамоту низложения в то время, как он епископствовал еще в Антиохии. Эту грамоту вручили они некоему епифанскому протодиакону Аврелиану. Последний, боясь Севера и его столь высокого епископского значения, как скоро прибыл в Антиохию, оделся в женское платье и, пришедши к Северу, неприличными, свойственными женщине приемами и всеми мерами показывал вид, будто он — женщина, и, имея опущенное с [173] головы на грудь покрывало, со слезами, рыданиями и мольбами вручил приблизившемуся Северу низложение, под видом просьбы. Затем, скрывшись от всех и ускользнув из толпы, следовавшей за Севером, убежал и тем спас себя прежде, чем Север узнал содержание низложения. Однакож Север не смотря на то, что получил низложение и узнал что в нем содержалось, оставался на своем престоле до смерти Анастасия. Сведав о случившемся с Севером, Анастасий (и нельзя не заметить, что при этом случае он поступил человеколюбиво) приказал военачальнику ливанской Финикии Азиатику низвергнуть Косму и Севериана с их престолов за то, что они дерзнули послать Северу грамоту отлучения. Азиатик прибыл в восточные области и, нашедши, что многие защищают учение Космы и Севериана и что их города мужественно отстаивают своих епископов, донес Анастасию, что без кровопролития нет возможности низвергнуть их с престолов. Анастасий при этом показал столько человеколюбия, что ясно писал Азиатику — не переступать границ умеренности, и хотя бы дело было великое и важное, не проливать ни капли крови. В таком-то положении везде находились дела церквей до конца царствования Анастасия, которого иные, как противника халкидонскому Собору, исключили из священных диптихов, а в Иерусалиме, еще при жизни, предали анафеме. [174]

ГЛАВА 35.

Об уничтожении тирании Исаврийцев.

К настоящему повествованию, согласно с данным нами прежде обещанием, не неуместно присоединить в нашей истории рассказ и о других достопамятных происшествиях из времен Анастасия. Родственник Зенона, Лонгин, прибыв в свое отечество, как было сказано выше, стал открыто готовиться к войне с самодержцем. Но, несмотря на то, что он там и сям собрал множество войска, в котором находился и Конон, бывший епископ епархии в сирской Апамее, который, как Исавриец, ополчился с Исаврийцами, война была окончена: ополчившиеся с Лонгином Исаврийцы побиты все до одного; а головы Лонгина и Феодора Скифом Иоанном 79 были отосланы в столицу. Царь приказал воткнуть их на копья и выставить в так называемых Сиках, лежащих против Константинополя. Византийцам, терпевшим много зла от Зенона и Исаврийцев, приятно было такое зрелище. Другой же Лонгин, по прозванию Селинунций, главная опора заговора, и с ним Инд, были взяты Иоанном, по прозванию Горбатым, и отосланы к Анастасию живыми 80. Это обстоятельство весьма много ободрило как Царя, так и Византийцев, когда по большой константинопольской дороге и чрез конское ристалище торжественно проводили [175] Лонгина и Инда, скованных и по рукам и по ногам железными цепями. С тех пор дары, называвшиеся исаврийскими, стали вносить в царскую казну. Они состояли в золоте, которое ежегодно отвешивалось Варварам, весом в 5000 литр 81.

ГЛАВА 36.

О том, что переезжие Варвары заключили мир с Римлянами.

Но и переезжие 82 Варвары, не без вреда для самих себя, домогались власти над римскою Империею, когда опустошали Месопотамию 83, обе Финикии и Палестину. Они были поражаемы каждым из римских военачальников, и наконец успокоились, заключив целым народом мир с Римлянами 84.

ГЛАВА 37.

Об осаде Амиды и построении Дары.

При царе Каваде 85 нарушили союз и Персы. Оставив свои жилища, они напали с войском сперва на Армению и, взяв местечко, по имени Феодосиополис 86, отправились к укрепленному городу Месопотамии, Амиде 87, который, после продолжительной осады 88, также заняли. Но римский Царь в скором времени и с великим трудом возобновил упомянутый город 89. Кто хочет знать эти происшествия подробно и исследовать обстоятельно, тот пусть прочтет Евстафия, который очень умно, с [176] немалым трудом и весьма красноречиво представил и описал их. Он свою историю довел до этого времени и присоединился к отшедшим, закончив се двенадцатым годом царствования Анастасиева. По окончании сей войны, Анастасий одно месопотамское местечко, Дару 90, лежавшее на самых границах римской империи и составлявшее как бы рубеж того и другого государства, из деревни обратил в город, который окружил крепкою стеною, украсил различными зданиями, церквами и другими священными домами, царскими портиками, публичными банями и другими предметами, составляющими украшение знаменитых городов. По словам некоторых, местечко Дары получило свое название от того, что Александр македонский, сын Филиппа, здесь на голову разбил Дария 91.

ГЛАВА 38.

О длинной стене.

Тот же Царь совершил величайшее и достопамятное дело — построил на выгодном месте во Фракии, так называемую, длинную стену 92. Она более, чем на двести восемьдесят стадий 93, отстоит от Константинополя, на четыреста двадцать стадий, будто залив, обхватывает то и другое море и город вместо полуострова делает почти противолежащим Херсонесу островом, представляя собою безопасную переправу из так называемого Понта в [177] Пропонтиду и в море Фракийское и вместе удерживая как набеги Варваров со стороны известного Евксинского Понта, Колхиды, Меотийского озера и Кавказа, так и прилив их со стороны Европы.

ГЛАВА 39.

О том, что Анастасий уничтожил так называемый хрисаргирон.

Царь ознаменовал себя и другим величайшим и священным делом — совершенным отменением так называемого хрисаргирона 94. Об этом следовало бы говорить языком Фукидида, или даже более того возвышенным и красноречивым. Но я буду рассказывать, полагаясь на убедительность не слов, а самого дела. На римском государстве, столь великом и обширном, лежала жалкая, богоненавистная, недостойная самих Варваров, а тем менее приличная государству римско-христианскому пошлина. Не могу сказать, почему доселе не обращали на нее внимания, — Анастасий первый уничтожил ее царскою своею властью. Наложена же она была как на многих других, пропитывавшихся подаянием, так и на женщин, торговавших телесною красотою или вообще блудом по тайным и малоизвестным местам в городе, и предававшихся распутству в непотребных домах, — да и на срамных мужчин, бесчестивших не только свою природу, но и государство; так что сбор этой пошлины был как бы законом, который [178] объявлял, что желающие могут безбоязненно предаваться студодеянию. Производители сего сбора, в каждое четырехлетие, беззаконный и бесчестный прибыток вносили в высшее правительственное место. И это место составляло не маловажную часть правительства; оно имело собственное свое, так называемое, казначейство и своих советников, людей не незнатных, которые свою должность, равно как и прочие, почитали службою. Узнав об этом, Анастасий поставил сенату на вид и справедливо заметил, что такое дело для него кажется ненавистным и страшным беззаконием, и, повелев однажды на всегда прекратить его, предал огню самые бумаги, относившиеся ко взысканию упомянутой пошлины. Потом, желая это дело вполне посвятить Богу, так чтобы и из его преемников никто не мог возобновить постыдной старины, он показал вид, будто ошибся, и стал обвинять себя в опрометчивости и крайнем безрассудстве. Увлекшись тщеславием, говорил он, я не подумал о выгодах государства и безумно, неосмотрительно уничтожил столь важный, издавна открытый и утвержденный временем, источник дохода; я не размыслил ни об угрожающих опасностях, ни о военных издержках, тогда как войско есть живая стена государства, ни о расходах на богослужение. — Таким образом, нисколько не обнаружив внутреннего своего намерения, он объявил, что хочет опять открыть упомянутый [179] источник дохода. При том он позвал к себе поставленных над этим людей и начал выражать пред ними свое раскаяние, будто бы не знает теперь, что ему делать и как поправить свою ошибку, предав огню все бумаги, которыми определялось производство сбора пошлины. Когда же те не притворно, а самым делом, сокрушались о незаконном прибытке, проистекавшем для них из того источника, и начали представлять к восстановлению его величайшие затруднения,— Анастасий ободрил их и дал совет — всеми мерами разузнать и расследовать, нельзя ли по находящимся всюду, записным книгам восстановить порядок производства сбора. Потом, назначив каждому из них деньги на издержки, послал их собирать документы и приказал — каждую бумагу, которая могла служить к уяснению дела, где бы она ни была найдена, отсылать к нему, чтобы со всею осмотрительностью и отчетливостью восстановить производство сбора. Спустя несколько времени, получившие это поручение возвратились, и Анастасий казался веселым и чрезвычайно обрадованным (да он действительно был обрадован, потому что достиг того, чего домогался), и стал расспрашивать их, как и у кого были найдены бумаги и остается ли что-нибудь в этом роде. Те утверждали, что собрать бумаги стоило им больших трудов, и клятвенно заверяли Царя, что в целом государстве нет более ни одной такой, которая открывала бы это. Тогда Анастасий из [180] принесенных бумаг немедленно развел большой огонь и пепел приказал бросить в воду, желая совсем истребить упомянутое дело, так чтобы от него не оставалось ни золы, ни пепла, никаких следов преданного огню делопроизводства. Но дабы не подумали, будто мы превозносим похвалами отменение пошлины, не зная того, что пристрастно повествуют об этом древние, я, пожалуй, представлю и это, и лживость их мыслей докажу преимущественно из их оснований.

ГЛАВА 40.

О том, что написал Зосима о хрисаргироне и о царе Константине.

Зосима — один из тех, которые держались нечистого и скверного служения языческого, человек, ненавидевший Константина за то, что он первый из царей, оставив гибельное языческое суеверие, обратился к вере Христианской, говорит, будто Константин прежде всех придумал пошлину, называемую — хрисаргирон, и постановил законом взносить ее каждое четырехлетие. Зосима 95 высказывает бесчисленное множество и других хулений на благочестивого и великодарного Константина и при всяком удобном случае изобретает разные слишком невероятные вещи, на пример: — будто Константин и сына Криспа предал страшной смерти 96, и супругу свою Фавсту лишил жизни, заперши ее в бане, без меры [181] натопленной, и будто очищения от таких отвратительных убийств искал он у своих иереев, но не получил, потому что иереи всенародно объявили ему, что очищения для него нет. Тогда он встретился с одним, прибывшим из Иберии Египтянином и, поверив ему, что Христианская вера изглаживает всякое преступление, принял то, что преподал ему Египтянин. Далее — будто с этого времени Константин, оставив отеческую веру, положил начало, как выражается Зосима, нечестию 97. Но что это — ложь, я докажу ясно, — и прежде буду говорить о хрисаргироне.

ГЛАВА 41.

Опровержение клевет Зосимы на Константина и на Христиан.

Ты говоришь, гибельный и убийственный демон, что Константин, желая построить город, равный Риму, первоначально для построения такого города избрал место между Троадою и Илионом и уже положил основание, вывел высокие стены; но, нашедши, что местность Византии гораздо удобнее, обнес ее стенами, и прежний город расширил и украсил такими великолепными зданиями, что Византия не многим стала уступать Риму, который в продолжении столь многих веков только мало по малу достиг до толикой огромности. Ты говоришь также, что Константин народу византийскому раздавал общественный хлеб и тем, которые переселились в Византию, жаловал [182] большое количество золота на постройку частных домов. Ты пишешь еще и так слово в слово: «по смерти Константина, верховная власть перешла к единственному его сыну Констанцию 98, когда т. е. умерли оба его брата. Но Магненций 99 и Вретанион 100 стремились тоже к верховной власти, и Констанций только льстивыми словами отнял ее у Вретаниона. Как скоро то есть оба войска сошлись, Констанций первый обратился к воинам с речью, напоминая им о щедрости своего родителя и о том, что с ним вместе они много раз ходили на войну и были почтены от него величайшими дарами. Услышавши это, воины совлекли с Вретаниона порфиру и в одежде частного человека свели его с трона». Но он ничего неприятного не потерпел от Констанция, хотя ты и злословишь его вместе с отцом. После сего я решительно не понимаю, как один и тот же человек был столь щедр и высокодарен и вместе столь мелочен и скуп, что наложил на Византийцев такой постыдный сбор! А что Константин не убивал ни Криспа, ни Фавсты, и что тайны нашей веры принял не от какого-либо Египтянина, послушай, что рассказывает Евсевий Памфил, процветавший во времена Константина и Криспа и обращавшийся с ними. Ты же напротив писал и не по слухам, и не на основании истинных сказаний, потому что жил гораздо позднее,— при Аркадие и Гонорие, до которых довел свою историю, а может быть, и после них 101. Вот [183] что слово в слово пишет Евсевий в 8 кн. своей церковной истории: «по прошествии немногого времени царь Константин, во всю свою жизнь кроткий, попечительный о подданных и сердечно расположенный к слову Божию, по общему закону природы, скончался, оставив после себя самодержцем и Августом родного сына своего Констанция». И не много ниже: «сын его Констанций тотчас был провозглашен совершеннейшим Царем и Августом, — провозглашен войсками, а еще прежде их — самим Царем всех Богом, и показал в себе подражателя отеческому благочестию к нашему учению». В конце же повествования Евсевий прилагает к Константину такие названия: «а Константин, украшенный всеми доблестями благочестия, величайший, победитель, с своим сыном Криспом, царем боголюбезнейшим и во всем походящим на отца, получил в свою власть Восток». Евсевий, современник Константина, конечно, не стал бы так хвалить Криспа, если бы он был умерщвлен отцом. А Феодорит в своей истории говорит, что, Константин принял крещение в Никомидии под конец жизни, отлагая принятие его до сего времени потому, что желал получить его в реке Иордане 102. Ты говоришь также, проклятый и пребеззаконный человек, будто с появлением христианства римская Империя ослабела и стала решительно разрушаться. Но либо ты не знаешь, что было в древние времена, либо намеренно [184] искажаешь истину. — Напротив, ясно до очевидности, что римская Империя, с появлением нашей веры, распространилась. Посмотри, сколько македонских городов 103 разрушено Римлянами со времени пришествия к людям Христа Бога нашего. Им покорилась также Албания 104 и Иверия 105, Колхида 106 и Аравия 107. Кай Кесарь 108 в 185 олимпиаде в великих битвах победил Галлов 109, Германцев 110, Бриттов 111 и к владениям римским, как об этом повествуют историки, присоединил до 500 населенных городов, — Кай Кесарь, который первым, после консулов, стал единовластвовать, предваряя и предустанавливая на место многобожия и многоначалия, почитание единоначалия, ради приближившегося единоначалия Христова. Скоро потом была присоединена к империи и вся Иудея 112 с соседственными ей странами; так что народная перепись, в которую записали и Христа, была первая, чтобы Вифлеем возвестил людям исполнение о Нем пророчества. Ибо Михей так предсказал об этом городе: и ты Вифлееме, доме Ефрафов, еда мал еси, еже быти в тысящах Иудиных? Из тебе бо мне изыдет старейшина (Мих. 5, 2.), который упасет народ мой — Израиля. По рождестве же Христа Бога нашего к римским владениям присоединен и Египет 113, когда Кесарь Август 114, при котором родился Христос, разбил на голову 115 Антония 116 и Клеопатру 117, и поставил их в необходимость лишить жизни самих себя. На их место Кесарь Август [185] префектом Египта поставил Корнелия Галла, который первый после Птоломеев 118, как повествуют историки, управлял Египтом. Сколько отнято также у персов Вентидием 119 и полководцем Нерона 120 Карбуланом, Траяном 121, Севером 122 и Каром 123, Кассием 124, Оденатом пальмирским 125, Аполлонием и другими! Сколько раз покоряемы были города — Селевкия 126 и Ктезифон 127! Сколько раз переходила из рук в руки — Низиба 128! Наконец к римским владениям были присоединены Армения 129 и земли соседственных с нею народов, — об этом вместе с другими ты и сам рассказываешь. Едва было — не забыл я, что пишешь ты о делах Константина, который, исповедывая нашу веру, управлял римскою Империею доблестно и мужественно. Но что потерпел твой Юлиан, чтитель твоих оргий, оставивший государство с такими ранами 130? Если же из предсказанного о конце мира что-нибудь начало сбываться или уже сбылось; то это — по распоряжению, превышающему твои понятия. Не хочешь ли, исследуем, как оканчивали свое царствование цари, державшиеся суеверия языческого, и те, которые исповедовали нашу веру? Не предательски ли умерщвлен первый единовластитель, Кай Юлий Кесарь 131? Не пал ли под мечами некоторых воинов другой Кай, внук Тиверия 132? Не убит ли кем-то из домашней прислуги Нерон 133? Не то же ли потерпел Гальба 134, равно как Оттон 135 и Вителлий 136, которые все трое царствовали только [186] шестнадцать месяцев? Царя Тита 137 не отравил ли ядом брат его Домициан 138? А сам Домициан — не подвергся ли страшной смерти от руки Стефана 139? Что потом скажешь о Коммоде 140? Не расстался ли он с жизнью от Наркиса 141? Не подобную ли участь испытали Пертинакс 142 и Юлиан 143? Антонин сын Севера 144 не умертвил ли своего брата Гету и потом сам не подвергся ли тому же от Марциала 145? А Макрин 146? Не пойман ли он был у Византии своими воинами, как пленник, и не был ли убит ими бесчестным образом? Также: не был ли заколот вместе с своего материю Аврелий Антонин 147, родом из Эмесы? Не подвергся ли подобной смерти вместе с матерью преемник его Александр 148? А что сказать о Максимине 149, которого умертвили его собственные воины, или о Гордиане, который умер также от своих воинов по наветам Филиппа 150? Скажи, не врагами ли умерщвлены Филипп 151 и после него Декий 152? Не своими ли полками преданы смерти Галл 153 и Волюциан 154? Что? Не подобным ли образом погиб и Эмилиан 155? А Валериан 156,— не был ли взят и отведен Персами в плен? Наконец с умерщвлением Галлиена 157 и закланием Карина 158, верховная власть перешла к Диоклитиану 159 и к тем, кого он взял к себе в соцарственники. Но из них Максимиан Геркулий 160, сын его Максентий 161 и Ликиний 162 совсем погибли. Напротив с тех пор, как всехвальный Константин получил верховную власть и с благоговением посвятил Христу [187] славный город своего имени, смотри, сделай милость, был ли умерщвлен врагами или своими гражданами хотя кто-нибудь из царей этого города, кроме Юлиана — твоего жреца и повелителя, и был ли кто-нибудь из них похитителем царской власти, кроме Василиска, который низложил Зенона, а после Зеноном же низложен и предан смерти? Я соглашусь с тобою, если укажешь на Валента 163, который христианам причинил столько зла. А на кого-нибудь другого из царей не скажешь и ты.— Пусть никто не думает, что это не относится к церковной истории: напротив, это полезно и нужно; потому что языческие историки любят искажать события. Однакож обратимся к остальным делам Анастасия.

ГЛАВА 42.

О золотом жаловании.

Совершив упомянутые мною дела по-царски, Анастасий произвел другие недостойно прежних. Он выдумал так называемую хрисотелию (Плату золотом, вместо прежних податей натурою) 164 и увеличил военные издержки к отягощению областных жителей. Кроме того лишил курии 165 сбора податей, поставив в каждом городе так называемых синдиков, и это сделал, говорят, по совету Марина Сириянина, который был в достоинстве самого высшего государственного сановника, называвшегося в старину начальником Двора 166. Чрез [188] это доходы курий расстроились и благосостояние городов пало; тогда как исстари в росписях, городов записывались люди знатные, которые в курии каждого города составляли как бы сенат.

ГЛАВА 43.

О тирании Виталиана.

Против Анастасия восстал Виталиан 167, родом Фракиянин. Опустошив Фракию и Мизию до городов Одессы и Анхиала, он пошел к столице с бесчисленным воинством Гуннов. Царь выслал против него Ипатия. Когда же этот, быв выдан своими воинами, попал в плен и отпущен за большой выкуп 168, — начальство над войском получил Кирилл. Битва сперва находилась в сомнительном положении. Потом, после многократных перемен нападения и отступления, когда Кирилл начал было уже одолевать, неприятели снова сделали натиск, — и римские войска произвольно дали тыл. Таким образом Виталиан, в Одессе взяв Кирилла в плен и истребляя все огнем и мечем, дошел до так называемых Сиков, с тою единственно мечтою, что возьмет самую столицу и овладеет царством. В Сиках он раскинул свой шатер. Тогда Царь выслал против него с морскими силами Марина Сириянина, о котором мы упомянули выше. Оба войска стали одно против другого, имея позади себя одно — Сики, другое — [189] Константинополь, и сначала оставались спокойны. Потом, после нескольких стычек и перестрелок между тем и другим войском, у так называемых мест Вифарии, завязалась упорная морская битва, — и Виталиан, поворотив корму, и оставив многих из своего войска, обратился в бегство. За ним и прочие его сообщники побежали с такою поспешностью, что на другой день не осталось ни одного врага ни у Анаплы, ни у столицы 169. После того Виталиан, как говорят, спокойно жил несколько времени в Анхиале. Между тем сделало набег и другое племя Гуннов, прошедшее Каспийскими воротами. Тогда же, в третий уже раз, во время бурной ночи, Родос потерпел страшное землетрясение.

ГЛАВА 44.

О том, что, когда Анастасий к трисвятой песни хотел прибавить: распныйся за ны, — в народе произошло смятение и волнение, и что испугавшись этого, он притворным смирением тотчас переменил мысли народа. Также о кончине Анастасия.

Когда Царь к трисвятой песни хотел прибавить: распныйся за ны, в Византии произошло величайшее возмущение, как будто бы этим прибавлением совсем отвергалась вера христианская. Вождем и главою этого возмущения был Македоний с подвластным ему клиром: так пишет Север в письме к Сотерику. Это письмо писал он еще до получения епископского престола, во время своего пребывания в столице, после того, как вместе с другими лицами, о чем уже прежде сказано, был изгнан из монастыря. Я думаю, кроме вышеупомянутых причин, Македоний и за это был изгнан из константинопольской церкви. — Через это, при необузданном буйстве черни, много знатных особ подверглось крайней опасности и много великолепных частей столицы сделалось добычей пламени. А одного селянина, проводившего монашескую жизнь, чернь найдя в доме Марина Сирианина, отсекла ему голову за то, будто прибавление в трисвятом было сделано по его совету, и, воткнув ее на копье, со смехом кричала: вот враг Троицы! Все опустошающее и всякую силу превозмогающее возмущение простерлось до того, что Царь, поставленный в крайность, вышел на конское ристалище без короны и послал глашатаев объявить народу, что он готов сложить с себя верховную власть, но что всем не возможно принять ее, — множества она не терпит и что после него будет только один правителем царства. Видя это, народ как бы по божественному мановению, тотчас затих и стал просить Анастасия — надеть корону, обещая успокоится. После этого происшествия Анастасий немного пожил и переселился в другую жизнь; правив римскою империею 27 лет 5 месяцев и столько же дней 170

КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ КНИГИ ЦЕРКОВНОЙ ИСТОРИИ ЕВАГРИЯ

Комментарии

1. Зенон (?-491), имп. с 474 г. [в 475 - 477 гг. вне столицы - А.]

2. Малх Филадельфиец со своей стороны, сообщает следующее о Зиноне: "Зинон не имел от природы той жестокости, какая была у Льва. Гнев его не был неутомим и не оставался в нем навсегда, как у Льва. Он был честолюбив: действовал только из-за славы, чтобы дивились ему, больше напоказ, чем для пользы. Он не был опытен в делах, не имел тех познаний, при которых можно управлять царством. К корысти не так был падок, как Лев, не выдумывал на богачей небывалых преступлений; однако ж и он не был выше этой страсти." (Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец., переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. отр. 11 с. 241) Но он же затем сообщает и более нелицеприятные сведения о Зиноне: "Общественная казна была тогда в крайней нужде: в ней не было никаких остатков. Все что оставлено Львом при кончине его, издержано скоро Зиноном, который как попало раздавал много денег своим любимцам и не заботился разузнавать, не были ли государственные доходы каким-нибудь образом расхищаемы." (Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец, переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. отр. 7 с. 237)

3. Никаких больших войн с персами в это время не было, видимо, Евагрий имеет в виду обычные набеги арабов, принявшие значительные размеры вследствие борьбы с Иллом и Леонтием и вызванного этим обстоятельством беспорядка.

4. Каких-либо значительных набегах гуннов или других кочевых племен в это время не было и быть не могло, во всяком случае по сообщению Иордана, даже места, занимаемые некогда гуннами заняли гепиды. (Иордан. О происхождении и деяниях готов. 264. Последнее издание - Спб.,1997 г. с.111 ). Скорее всего Евагрий имеет в виду многочисленные столкновения с фракийскими готами Теодориха Триариева и паннонскими готами Теодориха Тиудимирова. Хотя в хронике Иешу Стилита уже Анастасий говорит послам Кавада, что у него войны с гепидами и блеммиями, так что возможно, Евагрий имеет в виду набеги именно этих племен. (Иешу Стилит. Сирийская хроника. (20.,// Пигулевская Н.В. Месопотамия на рубеже V-VI вв. ТИВ. т.31. 1940 г. с.135)

5. Как пишет об этом Малх: "Севастиан (фаворит Зинона - А.К.) всем торговал, как на рынке; не позволял, чтобы при царском дворе что-нибудь делалось не за деньги. Все должности он продавал; вырученные деньги частью брал себе, частью давал царю. Кто подбавит к цене, того и предпочтут. Ни одно дело при дворе не производилось без взятки. Если Зенон давал какую-нибудь должность людям, находившимся при нем, то Севастиан, как торговец должностями, покупал ее у них за безделицу, и продавал другим дороже, а украденное давал Зинону." (Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец., переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. отр. 11 с. 241)

6. Феофан сообщает, что Василиск произвел этот переворот при помощи Верины. (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.95) Также Феодор чтец (кн. I, 28) указывает на ее поддержку. Кандид Исавр сообщает: "Зинон обманутый Вириною, убежал из столицы и оставил царство вместе с супругою и матерью. Вирина, надеясь сочетаться браком с магистром Патрикием и возвести его на престол, употребила хитрость и заставила бежать зятя своего; но и сама была обманута в своих надеждах; ибо сановники провозгласили царем брата ее Василиска." (Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец., переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. с. 476)

7. Иешу Стилит считает, что эта нелюбовь к Зинону объясняется тем, что он был исавром. По этой причине: "Зенон всем своим землякам давал посты чести и могущества, за что был особенно ненавидим ромеями." (Иешу Стилит. Сирийская хроника. (12.,// Пигулевская Н.В. Месопотамия на рубеже V-VI вв. ТИВ. т.31. 1940 г. с.132) Прокопий Кесарийский называет другую причину: "И вот, когда он царствовал уже год и восемь месяцев, практически все, особенно же дворцовые воины, возненавидели его из-за страшной скупости." (Прокопий Кесарийский "Война с вандалами" кн. 1; гл.VII,19. Последнее издание - с.195)

8. Малх рассказывает интересный эпизод, относящийся к войне, которую вел Зенон в Исаврии, обороняясь от полководцев Василиска: "Царь Зинон, узнав о поражении своего войска, убежал в крепость, стоящую на холме, которую туземцы называют Константинополем. Услыхав это имя, Зинон вздохнул и сказал спутникам своим; "Итак человек игралище божества! Оно и мною играет! Гадатели предсказывали мне, что в июле месяце мне надлежало, по необходимости, быть в Константинополе; и я думал, что войду в Константинополь; а ныне, изгнанник, всеми оставленный, пришел я на этот холм, и нашел здесь, несчастный, это самое имя!" (Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец., переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. отр. 11 с. 240)

9. Василиск короновался 9 января 475 г., вместе с сыном Марком, объявленным соправителем, и женой Зинодией, провозглашенной августой.

10. Имеются в виду монофизитские указы Василиска.

11. Феодор чтец так рассказывает об этом событии: "Василиск своим указом вызвал Элура; вышел и Сукновал из монастыря Неусыпающих, где он дотоле скрывался. Вообще все, бывшие врагами Халкидонского Собора, теперь смело восстали на него. Элур собрал беспорядочную толпу александрийского народа и, в сопровождении ее вышедши с песнопением из дворца Василискова, сел на осла и, сидя на нем, ехал в церковь. Но доехав до так называемого октагона, он вдруг упал всем телом и, переломив себе ногу, со стыдом воротился назад." (кн. I, 30)

12. Акакий занимал патриарший престол Константинополя с 472 по 489 г.

13. Феодор чтец упоминает Зинониду как основную виновницу еретических указов Василиска. (кн.1, 29)

14. Феофан передает такую историю о том, как этот Петр занял место епископа, еще в те времена, когда Зинон был магистром милитум Востока: "Зенон, придя в Антиохию, нашел в ней епископом священного Мартирия. Зинона сопровождал Петр белильщик, священник храма мученицы Вассы в Халкидоне. Он, склонив Зинона на свою сторону, подкупил некоторых последователей Апполинария (т.е. монофизитов), и произвел бесчисленные беспокойства против веры и епископа Мартирия, предал проклятию тех, кои не говорят, что Бог распят, и произведя разделение в народе антиохийском, прибавил к трисвятой песни и это: "Распныйся за ны", что с тех пор доныне соблюдается теопасхитами. Мартирий явился к императору Леону, был им принят с великою честью, благодаря предстательству Геннадия, епископа Константинопольского. Но возвратясь в Антиохию и найдя народ мятущимся, чему много содействовал Зенон, отказался от епископского сана в церкви, говоря: "От церковного чина непокорного, народа мятежного и церкви оскверненной, я отказываюсь, удерживая за собой одно священническое достоинство". Когда он удалился, то Петр Белильщик тотчас вступил на Антиохийский престол, и немедленно рукоположил отлученного от церкви Иоанна, в епископы Апамейские. Известясь о сем, Геннадий все представил царю, который и приказал заточить Петра Белильщика. Петр услышав об этом, бежал, и тем избавился от ссылки." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.89-90)

15. Анастасий I, патриарх в 458-478 гг.

16. Феофан рассказывает об этом так: "... Василиск, вопреки Собору послал его в Александрию, а Петра Белильщика в Антиохию, снабдив обоих особым повелением и поощряя того и другого против истины. Коль скоро Тимофей Салофакиол, епископ Александрийский, услышал, что идет Тимофей Элур, тотчас удалился в один Конопский монастырь, где и прежде проводил жизнь отшельническую. Здесь Элур довольно наделал зла многим, но Тимофею не мог ничего причинить, потому что все любили его. Когда Элур въезжал в Александрию, то приверженцы его кричали ему: "Потребил еси врагов своих, отче!" А этот нечестивец в ответ им: "Воистину потребих". Этот же безбожник предал проклятию Собор Халкидонский. Антиохийский епископ, Юлиан, видя все это, не перенес и умер от горести. Что до Петра Белильщика, то он лишь только снова занял престол, немедленно обратился к проклятиям и возмущениям, от чего происходили убийства и грабежи, особенно по случаю прибавления к пению Трисвятого." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.96)

17. Феофан рассказывает об этом так: "Василиск же особым указом всенародно отверг Халкидонский Собор, что приказал сделать и Акакию Константинопольскому. Но народ, сбежавшийся со всего города, с женами и детьми, в церковь, вопреки Василиску, не допустил до этого. Тогда Акакий облекся в черные ризы и покрыл престол свой и алтарь черными покровами. Тут великий Даниил сошел со столпа и с боговдохновенной ревностью прилепился к Акакию и народу, присутствуя в церковных собраниях." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.96) Возможно, что он заимствовал этот рассказ из Феодора чтеца, у которого сообщено то же самое, почти слово в слово. кн. I, 32-33) Малх сообщает лишь: "Василиск, царь восточных римлян, заставлял епископов платить деньги. Едва он не изгнал из Константинополя епископа Акакия; но был отражен множеством так называемых монахов. Жадность его к деньгам была чрезмерная. Он не брезговал принимать их и от таких лиц, которые отправляют самые низкие ремесла. Взыскание налогов заставляло всех проливать слезы." (Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец., переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. отр. 8 с. 240) Феодор Чтец сообщает о дальнейшем развитии конфликта между Василиском и жителями Константинополя: "Василиск, запретив сенату общение с Акакием и боясь раздражения народного, вышел из города; потому что народ грозился сжечь город. Между тем Даниил, взяв с собой монашествующих и множество народа, пошел туда, где находился Василиск, - и один монах Олимпий тогда весьма смело говорил с ним. Василиск, узнав, что против него идет Зенон из Исаврии, взял свою жену Зинониду и стал оправдываться в церкви перед Акакием, клиром и монахами, возвратил (константинопольскому) престолу его права и вторым указом отменил прежние определения." (кн. I, 33-34)

18. По разнообразным источникам это дело выглядит приблизительно так: "... Патрикий, магистр, любовник Вирины, погиб вследствие гнева Василиска. Вирина, враждуя за то против брата, деньгами помогла Зинону снова получить царство, и терпела от брата крайнее притеснение. Когда бы Армат не увел ее из храма, то она была бы предана смерти." (Кандид Исавр// Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец., переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. с. 476) " ... Илл и Трокунд, державшие в осаде Зинона, так как Василиск не исполнял обещанного им, а сенат не мог долее сносить тяжести правления его, по разврату и безумию его, о чем писал к ним, примирились с Зиноном и, взявши его, отправились к царствующему граду. Узнав о том, Василиск выслал против Зинона родного внука своего, Арматия (Армат или Арматий, не был внуком Василиска, но состоял в связи с его женой - см. Малх, отрывок 9. - А.К.), военачальника Фракийских войск, равно как и жителей Константинополя, заставив его поклясться святым крещением, что он не изменит ему. Арматий, встретившись с Зиноном при Никее Вифинской, такой навел на него страх, что чуть было не заставил его бежать со всем Исаврским войском, помогавшим ему; но потом и этот Арматий, как почти всегда водится, ослепленный дарами Зенона и обещанием сана главного военачальника, а сыну его, Василиску, кесарского и соправителя, пошел с ним против Василиска." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.98) Кандид Исавр упоминает, что переход Арматия на сторону Зенона произошел при посредстве Илла. (Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец., переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. с. 477)

19. Как пишет об этом Феодор чтец: "Василиск же, пришедши в церковь, и положивши царский венец на божественном жертвеннике, со злочестивой женой своею Зинодией, укрылся в крестильнице." (гл. I, 35) Источники почти единодушно говорят об обманном выведении Василиска из крестильни, но по-разному описывают этот обман. Прокопий Кесарийский: "... Василиск, покинутый всеми, бежал в тот же храм, что и прежде. Но Акакий, иерей города, отдал его в руки Зенону, обвинив в безбожии, а также в том, что он, будучи сторонником учения Евтихия, произвел большую смуту и ввел много новшеств в христианское учение." (Прокопий Кесарийский "Война с вандалами" кн. 1; гл. VII, 22. Последнее издание - с.196) Под "тем же" самым храмом Прокопий разумеет храм Святой Софии, где Василиск укрылся после гибели флота в сражении против вандалов. (там же, кн.1; гл. VI, 26 с.194 ) Кандид Исавр сообщает: "Он был оттуда выведен обманами Армата..." (Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец., переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. с. 477) Феофан же пишет, что Зинон "приказал взять Василиска, давши ему слово, что не обезглавит ни его, ни детей его". (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.98)

20. Касательно обстоятельств и места смерти Василиска и его семьи также существуют разночтения. Феофан рассказывает об этом так: "... спустя недолго заточил его в Кукуз в Каппадокии, приказав заключить в башне с женою и детьми и уморить голодом; другие же говорят, что его, вывезши из города, убили". (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.98) Феодор чтец сообщает: "Василиск и Зинонида сосланы были в Вусамы и там среди многочисленных страданий умерли". (кн. I, 36) Кандид Исавр: "заточен в Каппадокию и потом умерщвлен со всем семейством" (Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец., переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. с. 477) Прокопий Кесарийский: "Василиска же вместе с детьми и женой он отправил в Каппадокию, повелев им следовать туда зимой без хлеба и одежды, лишенными всякого ухода. Страдая от холода и голода, они нашли утешение во взаимных объятиях и погибли, обнимая дорогие для них существа". (Прокопий Кесарийский "Война с вандалами" кн. 1; гл. VII, 22. Последнее издание - с.196)

21. Феофан пишет об этом так: "Зинон ненавидел Петра Белильщика за его содействие Василиску; посему, по определению Восточного Собора, был низложен, а на его место избран Иоанн, который, однако, чрез три месяца изгнан; после этого в антиохийские епископы поставлен Стефан, муж благочестивый. Петр же сосланный в Питиус (ныне Пицунда), обманув проводников своих, бежал к святому Феодору Евхаитскому". (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.99)

22. Феофан пишет об этом так: "Когда в том же году умер антиохийский епископ, Стефан, то Зенон приказал на его место рукоположить другого Стефана, которого враги веры, ослепленные яростью по расположению к Белильщику, в крестильнице святого мученика Варлаама закололи острыми камышовыми палками и бросили в реку Оронт. Зенон, мстя за дерзость против Стефана, велел Константинопольскому епископу посвятить другого епископа в Антиохию, который и поставил Каландиона..." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.101) Малала же сообщает, что епископ был убит собственным клиросом во время совершения литии за городом в месте, называемом Варлаиас. (кн.15., II) Причем как его, так и Каландиона ошибочно называет несторианами. Феофан говорит об этой клевете: "Стефан ... оклеветан был перед Зеноном единомышленниками Петра Белильщика, в том, что он держится Нестория: но Восточный собор, сошедшийся по повелению царя, в Лаодикии, возвратил ему престол, как невинному". (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.99) Стефан II занимал антиохийскую кафедру с 484 по 486 гг. После него один год правил Стефан III (487 г.).

23. Каландион 489-492 гг.

24. Тимофей Элур умер 31 июля 477 г. (Gutshmid, Die Patriarchen von Alexandrien (Кleine Schriften. II 453) Феофан пишет о Монге так: "... возведен Петр Монг, человек злой и вредный, враг истины, уже раз отлученный от Церкви. Он рукоположен был епископом тоже отлученным. Некоторые монахи, движимые божественной ревностью, изгнали его, после тридцатишестидневного разбойничьего правления, и снова достойно посадили на престол Тимофея Салофакиола." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.99) Петр Монг занимал престол в 477-490 гг.

25. Низложение Петра произошло 4 сентября 477 г. См. Ю.А. Кулаковский. История Византии. 395-518 гг. Спб., 1996 г. с.344 прим. 2. Тимофей II с перерывами занимал кафедру в 460-482 гг.

26. В июне 482 г. См. Ю.А. Кулаковский. История Византии. 395-518 гг. Спб., 1996 г. с.345.

27. Феофан так пишет о нем: "муж благочестивый, поборник Православия, бывший пресвитером и экономом Александрийской церкви". (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.101-102) Иоанн Талайя занимал престол александрийский в 482 г.

28. Феофан так пишет об этом: "В том же году приверженцы Петра Монга склонили деньгами и обманом, Зенона изгнать Иоанна Тавеннисиота, епископа Александрийского, потому что он рукоположен был против воли его, и возвратить от Евхаитов в Александрию Петра Монга. Тогда Зенон издал окружное послание, разосланное повсюду, и как некоторые говорят, внушенное Акакием Константинопольским, а Петру Монгу приказал, еще до возвращения в Александрию, поладить с Симплицием Римским и Акакием. Почему Акакий и предписал Александрийцам принять Монга, несмотря на то, что весь церковный причт и народ умоляли его не оставлять их, что они готовы умереть за него, зная, на что покусится Петр, благоразумно и без всякого шума удалился." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.103)

29. Еще до выхода Энотикона Акакий писал к папе, прося его поддержки против Петра Монга. Поэтому папа воспринял это низложение и восстановление Петра на александрийском престоле как прямую измену православию самого Акакия. Но папа умер 10 марта 483 г. Поэтому в дальнейшем Евагрий повествует о преемнике Семплиция, Феликсе.

30. Илл, столь способствовавший возвращению Зенона на престол имел все основания не доверять ему. После того, как Зенон расправился с другим своим благодетелем, Арматом (см. Малх Филадельф. фргм. 9, Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец., переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. с. 239) он произвел несколько покушений на Илла. (Иешу Стилит. Сирийская хроника. р.12-16.,// Пигулевская Н.В. Месопотамия на рубеже V-VI вв. ТИВ. т.31. 1940 г. с.132-133) После этого Илл бежал в Антиохию, начал мятеж против Зенона и короновал Леонтия с помощью Верины, которую с этой целью вызволил из заключения. После поражения в решающем сражении, укрылся в крепости в Исаврии. После четырехлетней осады, благодаря предательству крепость пала. Илл был казнен и его голова выставлена в предместье Константинополя, Сиках.

31. Леонтий Сириец - стратилат, был послан к Иллу Зеноном в Антиохию, с приказанием доставить Илла в Константинополь, а в случае сопротивления убить. По словам Иешу Стилита (Иешу Стилит. Сирийская хроника. (14-18.,// Пигулевская Н.В. Месопотамия на рубеже V-VI вв. ТИВ. т.31. 1940 г. с.133) был соблазнен золотом Илла, и открыл ему поручение императора. Он же пишет, что когда Леонтий "воцарился в Антиохии", то делами заправлял и дальше Илл, и думал "убить Леонтия, если они победят Зенона". По версии Феофана, Леонтий отправился с Иллом в Антиохию с самого начала, в качестве помощника магистра Востока. Он же сообщает, что Леонтий был коронован в Тарсе Киликийском, в храме святого Петра. (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.101-102) После поражения мятежа и предательства погиб вместе со своим патроном, после сдачи крепости Папирии в которой укрывался.

32. Пампрепий - по словам Малха Филадельфа, происходил из Фив Египетских. После какого-то темного дела в Египте приехал в Константинополь, где "не скрывал приверженности своей к эллинскому верованию, обнаруживал его смело и тем возбуждал подозрение, что он был сведущ и в других статьях тайной науки." Был приближен к себе Иллом, назначившем ему от себя содержание. Бежал из Константинополя вслед за Иллом и находился при нем во время мятежа в качестве чародея, по сообщению Феофана, был изрублен на куски как обманщик разочарованным Иллом уже во время осады Папирии. (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.103; Иешу Стилит. Сирийская хроника. (15.,// Пигулевская Н.В. Месопотамия на рубеже V-VI вв. ТИВ. т.31. 1940 г. с.133; Малх Филадельф. фргм. 22. // Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец., переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. с. 274-276)

33. Феофан рассказывает об этом так: "Император Зенон, освободясь от возмутителей, изгнал Каландиона из Антиохийской церкви и заточил в Оазис, а на его место возвратил Петра Белильщика, равно как изгнал Нестора Римлянина из Халкидона, Евсевия из Самосата, Юлиана из Мопсуэтии, Павла из Константины, Мана из Имерии и Андрея из Феодосиополя, будто бы за их приверженность к бунтовщикам, в самом же деле за отвержение мировой его грамоты. Петр Белильщик, войдя в Антиохию, много наделал зла, именно: предал проклятию собор, изгнал невинных епископов, виновных же воротил, совершал беззаконные рукоположения и тому подобное. Сперва прибавил он к Трисвятой песни: "Христе царю, распныйся за ны", но возвратившись, исключил: "Христе царю". Далее, Ксенай, сатанинский слуга, учил не поклоняться образу Господа и других святых. Родом он был перс, по определению же судьбы раб, бежавший от своего господина и при Каландионе отвращавший от веры окрестные Антиохийские селения; будучи сам не крещен, назывался, однако, церковником. Каландион прогнал его, но Петр Белильщик посвятил его в Иерапольские епископы, переименовав в Филоксена. Потом узнав, что он не крещен, сказал: "Вместо крещения довольно с него и рукоположения." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.105-106)

34. Мартирий 478-486 (473-482 гг.)

35. Феликс III - 483-492 гг.

36. Феофан рассказывает об этом так: "... Восточные епископы писали к Акакию, укоряя его за то, что он принял в общение Монга, но он, не обращая на то внимания, бесстыдно принуждал всех иметь общение с Монгом. Однако жители столицы и всего Востока жаловались Феликсу, римскому епископу по кончине Симплиция, на Акакия, как на виновника всех зол. Между тем Иоанн Александрийский также прибыл в Рим с той же жалобой. Феликс, созвав собор в храме верховного апостола Петра, послал в Константинополь двух епископов и синдика с грамотами к Зинону и Акакию, в которых умолял изгнать Петра Монга , как еретика." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.104)

37. Прокопий Кесарийский так рассказывает об этом гонении на христиан: "Гонорих был самым жестоким и несправедливым гонителем христиан Ливии. Он принуждал их принимать арианскую веру, если же обнаруживались не желающие подчиняться ему по доброй воле, тех он сжигал живыми или предавал смерти разными другими способами; многим он велел отрезать язык до самой гортани, они еще в мое время жили в Византии, пользуясь сохранившимся у них голосом, не испытывая таким образом никакой неприятности от подобного наказания." (Прокопий Кесарийский "Война с вандалами" кн. 1; гл. VIII, 3-4. Последнее издание - с.197)

38. На такое поведение посланников папы проливает свет сообщение Феофана: "В сем году посланные из Рима, по приказанию Зенона и Акакия, были задержаны в Авиде (Абидосе), грамоты у них отобраны, сами же посажены в заключение, и царь грозил им смертью, если они откажутся от общения с Акакием и Петром." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.104) И под следующим годом: "... Зенон, по совету Акакия, заставил всех Восточных епископов подписаться под мирной грамотой касательно общения с Петром Монгом, посланных же от Феликса из Рима обласкал, подкупил и убедил, вопреки своему наказу, вступить в общение с Акакием, хотя православные три раза свидетельствовали против этого, именно: в первый раз, привязав удочку к веревочке, привесили ее одному из них на площади, во второй пустили в них книгой, в третий же вложили ее в короб с огородной зеленью. Феликс, услышав, что сделали его посланные, отлучил их, равно как и Акакия, который, однако сам носил это отлучение с собой, и, избегая заключенных в Авиде, прибыл в обитель Дия; но монахи ее подали Акакию послание Феликса, когда он, в день воскресный, находился в ризнице. Сопровождавшие Акакия одних из монахов, подавших оное, убили, а других, наказав, бросили в темницу. Акакий равнодушно принял отлучение свое и имя Феликса вычеркнул из поминовения." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.104-105)

39. Феофан рассказывает об этом так: "По смерти Акакия, Фравит ... писал к Феликсу, что он готов с ним вступить в общение, а с Петром Монгом ни коим образом. Монгу же, напротив, писал, что с ним желает общения, но с Феликсом Римским ни за что. Феликс, получив письмо к Монгу, перехваченное православными, с бесчестьем отослал посланников Фравита, когда они пришли к нему с соборными посланиями". (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.105). Его также называют Фраит или Флаит (489-490).

40. Евфимий - патриарх с 490 по 496 г. По свидетельству Феофана: "По кончине Фравита константинопольское принял пресвитер Евфимий, попечитель бедных в Неаполе, и тотчас собственноручно исключил имя Монга из поминовения, а имя Феликса Римского вписал". (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.105) Ниже он же сообщает, что: "Феликс получил соборное послание Евфимия и приобщился к нему, как к православному, однако епископом не признал его, так как Евфимий не исключил из поминовения имени Акакия и, следовавшего за оным, Фравита." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.106-107)

41. Афанасий II Келит - 489-496 гг.

42. Палладий - 496-505 гг.

43. Иоанн I - 496-505 гг.

44. До своего рукоположения - пресвитер церкви святой первомученицы Феклы в Селевкии. (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.107)

45. Иоанн II - 505-516 гг.

46. По сообщению Малха Филадельфа, убийство было совершено Оноульфом, который был когда-то облагодетельствован Арматом. Малх Филадельф. фргм. 9. // Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец., переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. с. 239) Малала передает еще по этому поводу рассуждение Зенона, что нарушивший клятву Василиску (в том, что будет ему верен), не будет верен и Зенону. (кн. XV., II) Он же пишет, что Василиск (сын Армата) стал сразу епископом в Кизике. Феофан же рассказывает об этом так: "Так рассудив, Зенон приказал умертвить его, как клятвопреступника, что и сделали на лестнице во дворце, когда он шел на ипподром, а сына его, кесаря, велел посвятить в чтецы. Он спас его для Ариадны, как двоюродного брата который впоследствии был отличным епископом в Кизике." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.99)

47. См. прим 16.

48. Имеется в виду Теодорих Триариев, гот, начавший свою службу еще при Аспаре и унаследовавший после Аспара командование над федератами. Формальным поводом к войне против Зенона было требование выдать наследство Аспара, которому Теодорих приходился родственником, и назначить Теодориха магистром милитум. Не получив ничего, он опустошил Фракию и овладел Адрианополем, после чего Лев согласился на его требования и был заключен мир. (Малх Филадельф. фргм. 2. // Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец., переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. с. 230-232). Во время переворота, устроенного Василиском, Теодорих принял сторону узурпатора. После восстановления на троне Зинона опять осадил столицу (в 477 г.) Зенон попытался противопоставить ему Теодориха Тиудимерова, но готы помирились между собой. Их союз продлился недолго, вскоре Зенон опять поссорил Теодорихов, обласкав Теодориха Тиудимерова. В ответ на это последовал третий поход на Константинополь (в 481 г.) который, видимо и имеет в виду Евагрий. Кроме того, по сообщению Малха, Теодорих предлагал свою помощь в борьбе против Маркиана и просил впустить его в город. (Малх Филадельф. фргм. 21. // Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец., переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. с. 272-273).

49. "Он (Зенон - А.К.) отправил Пелагия с большой суммой денег, для выдачи их, частью Теодориху, частью готскому войску, и для обнадеживания их в получении от него немалых подарков. Пелагий, частью угрозами, частью обещаниями, частью наконец множеством денег, насытив природную алчность варваров заставил их удалиться." (Малх Филадельф. фргм. 21. // Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец., переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. с. 273).

50. Феофан так рассказывает об этом мятеже: "В сем году Маркиан, сын Анфимия, царствовавшегов Риме, супруг Леонтии, дочери Верины, сестры же царицы Ариадны, восстал в Византии против императора Зенона, потому что Леонтия, жена его, родилась по воцарении Льва, Ариадна же еще до воцарения его. В разгоревшейся жестокой войне между Зеноном и Маркианом, последний вспомоществуемый братьями своими, Ромулом и Прокопием, одержал блестящую победу и заставил воинов Зенона скрыться во дворец, как в крепость, которым чуть было не овладел; но он не воспользовался своим успехом, а предался пиршеству и сну, и ночью многих лишился из своих союзников, так как магистр Илл склонил их к себе дарами. На другой день так был он разбит, что искал убежища в церкви Апостолов, где по приказанию Зенона, посвящен Акакием в пресвитеры и сослан в крепость Папурий в Каппадокии. Что до братьев его, Прокопия и Ромула, то они схвачены были Иллом ночью, во время купания, в Зевксиппе, но успели потом бежать от него и прибыли в Рим." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.100) Кандид Исавр сообщает кроме того: "Маркиан, сосланный в Каппадокию, бежал оттуда и произвел беспокойства в Галатии, где Анкира, но был пойман и переведен в Исаврию." Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец., переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. с. 478).

51. Феофан так рассказывает об этом: "В сем году магистр Илл присоветовал царю Зенону изгнать из города свекровь свою, Верину. Под каким-то предлогом он услал ее в Халкидон, откуда вскоре потом в крепость Папурий, к Маркиану и Леонтии, дочери ее. Но Верина писала к дочери своей, Ариадне, прося возвращения из ссылки. Царица обратилась с просьбой к Зенону, но тот отвечал ей: "Проси об ней патрикия Илла". Ариадна призвала Илла и просила его со слезами, но он не согласился, сказав: "Ты хочешь поставить другого царя на место своего мужа". Тогда Ариадна разгневалась и сказала царю: "Либо Иллу оставаться во дворце, либо мне". Царь отвечал: "Разумеется тебе. Делай с Иллом, что можешь!" (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.101) Кандид Исавр сообщает кое-что, проливающее свет на то, почему Ариадна была вынуждена просить за мать Илла: "Некоторый алан хотел убить Илла: поразив его, он объявил, что Эпиникий, домашний человек Верины, побудил его к убийству Илла. Эпиникий был выдан Иллу, и когда ему были обещаны забвение преступления и награда то он объявил злоумышления Верины против Илла. Зенон выдал Верину Иллу, который послал ее в одну крепость в Киликии и содержал под присмотром." Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец., переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. с. 478).

52. Феофан так рассказывает об этом покушении: "Замыслив убить его, она (Ариадна - А.К.) поручила спальнику Урвикию приискать кого-нибудь на то. И когда он всходил по лестнице ипподрома, то схоларий, по имени Спаникий, подговоренный на совершение убийства, занес было уже меч над головой его, но мечник магистра, подскочив, принял удар в плечо свое; однако же, конец меча отрубил правое ухо Иллу. Зенон приказал казнить убийцу, уверяя магистра Илла, что он ничего не знал о происшедшем, в самом же деле он только не успел в намерении своем". (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.101) Иешу Стилит несколько иначе рассказывает об этом покушении: "Зенон же, зная что он (Илл - А.К.) фальшив и жаждет власти, приказал одному из воинов его убить. Много дней тот, которому это было приказано, искал и не находил случая сделать это тайно. Наконец, он встретил Иллуса внутри двора, извлек меч и поднял его, чтобы поразить его, но сейчас же один из воинов, следовавших за Иллусом, поразил его ножом в руку, и выпал меч из его руки и обрезал ухо Иллусу. Зенон, для того чтобы не открылся обман его против Иллуса, тотчас приказал относительно воина, чтобы ему сняли голову без допроса. Это обстоятельство особенно заставило Иллуса предполагать приказанное Зеноном." (Иешу Стилит. Сирийская хроника. (13.,// Пигулевская Н.В. Месопотамия на рубеже V-VI вв. ТИВ. т.31. 1940 г. с.132-133)

53. Римской частью войска командовал Иоанн Скиф, Иешу Стилит, например, вообще упоминает только его. (Иешу Стилит. Сирийская хроника. (15-17.,// Пигулевская Н.В. Месопотамия на рубеже V-VI вв. ТИВ. т.31. 1940 г. с.133)

54. Имеется в виду знаменитый Теодорих Тиудимеров или Амал. Феофан рассказывает о нем так: "В сем году Февдерих (Теодорих - А.К.), сын Валамеров (традиционная ошибка, Теодорих приходился Валамеру племянником), сделался известным между варварами и римлянами, как человек храбрый, умный и нечуждый образования; ибо он, находясь заложником в Византии, посещал лучших учителей, между тем как отец его, после сыновей Атиллы, повелевал готами в царствование Льва. Зенон, призвав его из Фракии в Византию, сделал консулом и военачальником фракийским и послал его, с Иоанном Скифом, против Илла." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.103) Этот поход произошел в 484 г.

55. Про подобные поступки Зенона Феофан, например, рассказывает следующее: "Он приказал без всякой вины отобрать имение у Патрикия, ученого, благочестивого, мудрого и добродетельного мужа, а его самого посадить в темницу и в ней стражам лишить его жизни. Узнав о случившемся, Аркадий, начальник города, стал порицать императора, который, когда донесли ему об том, приказал убить его при входе во дворец: однако, Аркадий, предуведомленный о том, бежал в церковь и, таким образом, исторгнут из челюстей смерти, но дом его был обращен в государственную собственность." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.106) Малала рассказывает также об убийстве Пелагия по темному предсказанию о том, что после его смерти будет царствовать силенциарий. Также укоризны Аркадия он приписывает именно этому случаю. (кн. XV., V) Так как Пелагий имел сан патрикия, скорее всего, Феофан принял титул за имя, тем более что ниже он сам упоминает имя Пелагия.

56. В 486 и 487 гг. Теодорих, по неизвестной причине предпринимал походы по Фракии и угрожающе подходил к Константинополю. Поход его в 487 г. окончился предложением императора направиться в Италию.

57. Теодорих дважды разгромил войска Одоакра - в конце сентября 489 г., в сражении на "Веронских полях" и 11 августа 490 г. на р. Адде. (Иордан. О происхождении и деяниях готов. 264. Последнее издание - Спб., 1997 г. прим. 757 с. 359)

58. Зенон скончался 9 апреля 491 г. Феофан пишет: "... Зенон, пораженный падучей болезнью, умер, беспрестанно повторяя имя Пелагия, невинно убиенного им." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.107)

59. По словам Феофана: "Он не оставил по себе ни одного сына, а только брата, Лонгина, бывшего уже дважды консулом и председателем Сената, но человека безумного, жестокого и невоздержанного. Содержа при себе в Византии множество исавров и Лонгина магистра и друга, он надеялся, с помощью их, овладеть царством; но Ариадна, Сенат и все войско провозгласили царем Анастасия силенциария и, таким образом, Лонгин обманулся в своем предположении." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.107) Далее он же сообщает: "... когда воцарился Анастасий Диррахиец Дикор, восстал против него Лонгин, брат Зинонов, которого он, однако схватил и послал в Египет в заточение в Александрию, где велел постричь в священники." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.108)

60. Схола силенциариев - одно их отборных подразделений, размещавшихся обычно в столице, охранявшие императора и поддерживающие порядок во дворце.

61. Диоклетиан Гай Аврелий Валерий (245 - 03.12. 316) рим. имп. с 17.11.284 по 01.05.305. Евагрий приводит здесь отсчет от правления Диоклетиана, так как по его правлению (напр. в Египте) вели летоисчисление, начинавшееся с 29.08.284 г.

62. Цезарь Август стал императором в 27 г. до Р.Х.

63. Александр Македонский (356-13.06.323 до Р.Х.) стал царем в 336 г. По современной датировке, Евагрий ошибается на 5 лет. (см. Э.Бикерман Хронология Древнего мира. М., 1976 г. с.195)

64. Традиционная дата (варроновская) основания Рима 753 г.

65. Сейчас падение Трои датируется 1225 г. (см. Э.Бикерман Хронология Древнего мира. М., 1976 г. с.243)

66. Феофан так сообщает об этом: "... император Анастасий выгнал из Константинополя исавров за произведенные ими большие беспорядки ..." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.108) Феодор Чтец: "Так как исавры стали совершать в Константинополе много дел бесчестных и бесчеловечных; то Анастасий всех их выгнал из города". (кн.2., 9) Малала же сообщает, что Анастасий, узнав о том, что исавры собираются уйти обратно, послал на них воинов, которые их перебили (кн. XVI., I). Скорее всего, под исаврами в данном случае разумеется стража экскувиторов, набранная из исавров еще при Льве.

67. Евагрий, очень хорошо относящийся к Анастасию, опускает некоторые факты его правления. Так, Феодор Чтец сообщает: "Епископ Евфимий воспротивился было этому избранию (Анастасия на царство - А.К.), называя Анастасия еретиком, недостойным царствования над христианами: но Ариадна и Сенат принудили Евфимия к согласию. Впрочем он не иначе допустил это, как с условием, - то есть, если Анастасий представит письменное обещание, что за символ веры примет определения Халкидонского Собора, что он и сделал" (кн.2., 6). Причины, по которым патриарх вынужден был так поступить, проясняет Феофан, рассказывая еще о времени, когда Анастасий был силенциарием: "Православнейший Евфимий изгнал из церкви Анастасия силенциария, который впоследствии дурно правил царством, как еретика и единомышленника Евтихиева: заметив бесчинство его в церкви, он опрокинул седалище его в ней и грозил, если не уймется, остричь ему голову и пустить на посмеяние народу." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.106) Его симпатии монофизитам вполне прослеживаются по другим источникам. Он возвратил из ссылки, хотя и не восстановил на престоле Петра Белильщика, велел выгнать, даже не приняв Иоанна Тавеннисиота. (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.108) Кроме того, в этой ереси обличают императора попытки ввести монофизитское прибавление "Распныйся за ны" к Трисвятой песни. (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.120)

68. Поводом к низложению Евфимия послужили якобы имевшиеся сношения патриарха с мятежными исаврами. Как сообщают Феодор Чтец и Феофан, до низложения Анастасий приказал отобрать у Евфимия грамоту, в которой обещал ему перед вступлением на престол держаться вероисповедания православного и прознавал Халкидонский Собор. Затем последовали два покушения на жизнь патриарха, который избегнул их первый раз благодаря синдику храма Св.Софии Павлу, а второй раз переодевшись в мирское платье. После его низложения "Народ возмутился за Евфимия и с крестным ходом отправился было к конскому ристалищу, но ничего не мог сделать, потому что царь готов был употребить против него силу." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.110) После низложения Анастасий отправил его в ссылку в Евхаиту. Его преемник, св. Македоний дал ему слово о неприкосновенности от имени царя и дал ему денег на жизнь в ссылке, которые занял у Анастасия.

69. При своем восшествии на патриарший престол (496-511) св. Македоний II был вынужден принять Энотикон Зенона. И некоторое время пытался привести к его принятию и население столицы и константинопольское монашество. Но после требования Анастасия анафематствовать Халкидонский Собор, а затем попытки прибавления к Трисвятой песни - его отношения с Анастасием окончательно разладились и патриарха без суда, тайно, опасаясь народного волнения ночью выслали сначала в Халкидон, а затем в Евхаит.

70. Тимофей занимал патриарший престол с 511 по 518 г. Прославился тем, что не входил ни в одну церковь, пока оттуда не будут вынесены изображения Македония.

71. Место Флавиана (506-512 гг.) занял монофизит Север (512-518), давший клятву не анафематствовать Халкидонский Собор и нарушивший ее в самый день своего рукоположения.

72. В это время патриархом иерусалимским был Илия II (494-517 гг.)

73. Сейчас считается, что этот подлог был сделан задолго до того, прямыми учениками Апполинария, и многие искренние монофизиты были обмануты этими книгами. Имеются в виду подложный отрывок из творений св. Афанасия Александрийского, где читаются слова: miajusiV tou Qeou Logou sesarxwmenh, 4-5 посланий под именем Юлия Римского, H xata meroV pistiV ходило под именем св. Григория Неокесарийского Чудотворца. (см. В.В. Болотов. Лекции по истории древней церкви. М., 1994 г. ч. IV с. 148)

74. Апполинарий Лаодикийский - ересиарх, утверждавший, что соединение природ во Христе произошло путем замещения Божественным умом человеческого. Вследствие этого, он и его последователи считали, что во Христе одна природа. Поэтому монофизитов иногда, особенно в начале полемики с ними, называли апполинаристами. Учение его анафематствовано на Втором Вселенском Соборе.

75. Св. Афанасий Александрийский - патриарх Александрийский (328-373).

76. Св. Григорий Чудотворец, епископ Неокесарийский.

77. Юлий I, папа римский 337-362.

78. В Берите была одна из самых известных школ правоведения.

79. Иоанн Скиф после захвата мятежных исавров в 497 г. выдал их для казни жителям, страдавшим от их набегов. Поэтому они были казнены не в Константинополе. Иоанн Скиф за эту победу был удостоен консульства на 498 г.

80. Лонгин был захвачен только в 498. Иоанн Кирт (Горбатый) был удостоен за это консульства на 499 г.

81. Эти выплаты были установлены императором Зиноном в награду за свое восстановление на престоле.

82. Имеются в виду арабы.

83. Феофан так описывает набег на Месопотамию: "В сем году арабы, называемые скинитами, чинили набеги на страны около Евфрата. Евгений, военачальник тех стран, муж дела и слова, сразился с ними в первом городке Сирии и одержал победу. Побежденные, из племени родоначальника Наамана, заключили союз с персами. Тогда же Роман, военачальник Палестины, муж отличнейший в совете и делах военных, разбил Агара, сына Арефы, внука Фалаванова, и взял великое множество пленных. Незадолго перед этим сражением, этот же Роман поразил и обратил в бегство другого скинита; по имени Гамала, который до прихода его нападал на Палестину". (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.111) Ниже он же сообщает: "В сем году, по кончине Агара, сарацины сделали новый набег на Финикию и Сирию; брат его, Вадихарим, бурей нападал на все места, а и того быстрее, захватив добычу, скрывался, так что Роман, преследуя их, никак не мог догнать". (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.113)

84. Феофан сообщает: "... Анастасий заключил мир с Арефой, сыном Фалавана, и отцом Вадихарима и Агара, и, таким образом, вся Палестина, Аравия и Финикия начали наслаждаться глубокой тишиной и спокойствием". (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.113)

85. Война с Персией началась в 502 г. Формальным поводом послужил отказ императора Анастасия в выполнение договора 441 г. выплатить деньги на охрану Каспийских ворот. Иешу Стилит так описывает события, последовавшие сразу по восшествии Анастасия на престол: "Когда персидский посол оповестил Кавада, своего господина, относительно перемен в ромейском государстве, он послал ему сказать, чтобы тот поспешил отправиться и потребовал обычное золото, или сказал царю: "Принимай войну". Итак, вместо того, чтобы сказать, как должно, слова мира и спокойствия и порадоваться с (Анастасием) началу этого устроения, которое действительно было ему дано от Бога, он словами угрозы раздражил сознание благочестивого Анастасия. Этот же, когда услышал его гордые речи и узнал о его дурном нраве, что он обновил отвратительную ересь маздакизма, зарадушкан, которая учит, что женщины должны быть общими и что каждый может жить с кем хочет, и что он делал зло армянам, подвластным ему, за то что они не почитали огонь, он презрел его и не послал ему золота, но послал ему (сказать): "Как Зинон, царствовавший до меня, не посылал, так и я не пошлю тебе (золота), пока не вернешь мне Нисибию. Немалые войны и у меня с варварами, называемыми гепидами, и с теми, которые называются блеммиями, и со многими другими. И я не оставлю ромейские войска, чтобы кормить твои". Ниже он еще объясняет поведение императора: "Те же, кто осуждают его (Анастасия - А. К.) за то, что он не дал золота, пусть осуждают того, кто требовал насильно не принадлежащее ему. Если бы он просил миром и уговором, то ему было бы послано, но он ожесточился подобно фараону и угрожал войной." (Иешу Стилит. Сирийская хроника. (19-21.,// Пигулевская Н.В. Месопотамия на рубеже V-VI вв. ТИВ. т.31. 1940 г. с.135) Он же сообщает, что Кавад вторично пытался заставить Анастасия выплатить деньги во время мятежа исавров: "Когда услыхал об этом (о мятеже исавров - А.К.) Кавад, он решил, что время подходящее и отправил послов к ромеям, предполагая, что они испугаются и пошлют ему золото, потому что восстали против них исавры. Анастасий послал ему (в ответ): "Если ты просишь взаймы, я тебе пошлю, если же по обычаю, то я не пренебрегу войсками ромейскими, занятыми войной с исаврами, для того, чтобы быть помощью персам." (Иешу Стилит. Сирийская хроника. (23.,// Пигулевская Н.В. Месопотамия на рубеже V-VI вв. ТИВ. т.31. 1940 г. с.135) Феофан передает только вторую попытку Кавада. (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.113) По версии же Прокопия: "... Кавад, не имея возможности вернуть царю эфталитов деньги, которые он был ему должен (за восстановление на престоле - А.К.), попросил римского автократора Анастасия одолжить ему эту сумму. Тот, собрав на совещание некоторых из своих придворных, спросил у них, нужно ли это делать. Они не советовали ему вступать в эту сделку, указывая, что невыгодно укреплять дружбу (исконных) врагов с эфталитами и что гораздо выгоднее (для римлян) ссорить их между собой. Поэтому Кавад безо всякой иной причины решил начать войну со всей поспешностью и, предупреждая молву о своем появлении, вторгся в Армению." (Прокопий Кесарийский "Война с персами" кн. 1; гл. VII, 1-2. Последнее издание - М., 1993 г. с.22)

86. Как передает Феофан "... взял Феодосиополь, который предан был ему изменой Константина, сенатора и предводителя иллирийского отряда." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.114) Малала сообщает, что Константин и его солдаты впоследствии умерли в Персии. (кн. XVI, I) Иешу Стилит сообщает: "Он (Кавад - А.К.) взял его (Феодосиополь - А.К.) немного дней спустя, так как правитель этой земли, по имени Константин, восстал против ромеев и предал город, потому что имел какую-то вражду к императору. Кавад ограбил город, опустошил и сжег его, также опустошил все селения северной стороны, а прочих оставшихся взял в рабство. Константина он сделал военачальником, оставил в Феодосиополе отряд и ушел оттуда." (Иешу Стилит. Сирийская хроника. 48.,// Пигулевская Н.В. Месопотамия на рубеже V-VI вв. ТИВ. т.31. 1940 г. с.148) Несколько ниже он упоминает о том, что дукс Мелитены Евгений уничтожил весь отряд, оставленный в Феодосиополе (52). Иешу Стилит, противореча Малале, сообщает, что этот Константин перебежал обратно к римлянам в июне 503 г. По приказу Анастасия он был отставлен от дел и рукоположен в священники. (Иешу Стилит. Сирийская хроника. 74.,// Пигулевская Н.В. Месопотамия на рубеже V-VI вв. ТИВ. т.31. 1940 г. с.160)

87. По сообщению Иешу Стилита, Амида была осаждена в октябре 502 г. (Иешу Стилит. Сирийская хроника. 50.,// Пигулевская Н.В. Месопотамия на рубеже V-VI вв. ТИВ. т.31. 1940 г. с.149). Прокопий говорит: "Амидяне, жившие в мире и при благоприятном течении дел, не имели у себя солдат и вообще не были подготовлены к войне, однако они нисколько не хотели уступать неприятелю и, сверх ожидания, стойко переносили опасности и нужду". (Прокопий Кесарийский "Война с персами" кн. 1; гл. VII, 4. Последнее издание - М., 1993 г. с.22). Относительно того, что Амида была не готова к осаде, Феофан сообщает: "... римское войско было незначительно; один лишь Алипий подавал некоторую помощь, муж во всех отношениях почтенный и любитель мудрости, который в особенности заботился о снабжении жизненными припасами и всем необходимым для продовольствия городов". (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.114)

88. Осада города продолжалась с октября по 11 января 503 г. По сообщению Иешу Стилита, город пал так: "Амидяне же, положившись на свою победу, впали в пренебрежение и не стерегли стену с прежней тщательностью. В десятый день месяца Канун второго (январь) стерегшие стену выпили из-за холода много вина, а когда наступила ночь, они заснули и впали в глубокий сон; другие оставили свои места, потому что шел дождь, и отправились укрыться домой. По причине ли этой небрежности, как мы полагаем, или по предательскому сообщению, как говорят люди, или по наказанию Божию, но персы овладели стеной с помощью лестницы, не открыв ворот и не пробив стены." (Иешу Стилит. Сирийская хроника. 53.,// Пигулевская Н.В. Месопотамия на рубеже V-VI вв. ТИВ. т.31. 1940 г. с.151) Феофан рассказывает так: "Наконец, кто-то сдал персам Амиду, осаждаемую варварами более трех месяцев; она предана была им ночью со стороны той башни, которую защищали монахи. Здесь неприятели, с помощью лестниц, вошли в город ..." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.114). Прокопий Кесарийский подробно рассказывает об этом, но совершенно иначе: "Немного дней спустя некий перс увидел вблизи одной из башен плохо скрытый выход старого подземного хода, заваленный, да и то весьма непрочно, мелкими камнями. Ночью он пошел туда один, попытался проникнуть в проход и оказался внутри укреплений. Утром он все рассказал Каваду. С наступлением ночи Кавад сам явился сюда с немногими людьми, имея при себе заранее приготовленные лестницы. И тут судьба послала ему благоприятный случай. Охрана башни, возле которой находился подземный ход, была возложена на самых целомудренных христиан, которых обычно называют монахами. Случилось так, что в тот день они справляли какой-то ежегодный праздник Господень (видимо, Богоявление - А.К.) Когда наступила ночь, они, утомленные празднеством и сверх обычного насытившись едой и питьем, заснули сладким и спокойным сном, совершенно не подозревая о случившемся. И вот персы мало-помалу проникли по подземному ходу внутрь укрепления, поднялись на башню и, застав там монахов все еще спящими, всех их перебили." (Прокопий Кесарийский "Война с персами" кн. 1; гл. VII, 20-24. Последнее издание - М., 1993 г. с.24).

89. Крепость была отбита зимой 504-505 гг. После того, как персы взяли город штурмом в нем осталось в живых немного жителей. Во время осады персы перебили всех мужчин, и великое множество женщин умерли от голода. Император предпринял большие усилия для восстановления города. Месопотамия была освобождена от налогов, с большим трудом был наложен подвоз хлеба из Эдессы. Один императорский евнух ездил по Месопотамии, раздавая нуждавшимся деньги.

90. Постройка крепости Дара была начата еще до окончания войны, в 505 г. "... император приказал построить стену вокруг селения Дара, которое находится на границе. Выбрали каменщиков из всей Сирии, и они отправились туда строить. Персы же вышли из Низибии и препятствовали им". (Иешу Стилит. Сирийская хроника. 90.,// Пигулевская Н.В. Месопотамия на рубеже V-VI вв. ТИВ. т.31. 1940 г. с.167). Как сообщает Феодор Чтец: "Царь Анастасий построил город Дару и, построив его, видел во сне апостола Варфоломея, который говорил ему, что он будет сам хранить сей город. По этой причине Анастасий перенес туда и положил там остатки его". ( кн.2 frg. 57)

91. Дарий III, персидский царь в 336-331 гг. до Р.Х.

92. Постройка стены была завершена в 505 г.

93. Примерно 80 км.

94. Хрисаргирон - подать, выплачиваемая золотом или серебром (откуда и получила свое название) раз в четыре года. Налог на средства производства. Ввиду сложности точного определения его размеров, при сборе хрисаргирона были многочисленные злоупотребления. Евагрий не совсем прав, рассматривая этот налог только как налог на людей сомнительных профессий.

95. Отдаленные по времени от себя события Зосима заимствовал в основном из "Всеобщей истории" Евнапия - язычника и неоплатоника, умершего в 414 г. Понятно отношение последнего к св. Константину и предвзятое описание событий Евнапием.

96. Об убийстве Криспа (в 326 г. по современной датировке) также сообщают Евтропий: "начал он преследовать своих родственников и, в частности, сына своего, мужа выдающегося, а также сына сестры своей, юношу достойного нрава, убил, а вскоре и с женой своей поступил так же ..." (Евтропий. Краткая история от основания Города. 6.1 Последнее издание - Римские историки IV века. М., 1997 г. с.69) Секст Аврелий Виктор: "Из них старший по возрасту (Крисп) неизвестно по какой причине по приказу отца был лишен жизни ..." (Секст Аврелий Виктор. О цезарях. гл. XLI., 10. Последнее издание - Римские историки IV века. М., 1997 г. с.120) Он же уточняет в книге "О нравах римских императоров": "Между тем Константин, достигнув благодаря удивительной удаче в войнах единоличного управления всей Римской империей, приказал, - как полагают, - по настоянию жены своей, Фаусты, убить сына своего, Криспа. А затем, когда мать его Елена, сильно тоскуя по внуку, стала его жестоко упрекать, он убил и жену свою Фаусту, столкнув ее в горячую воду в бане." (Секст Аврелий Виктор. О нравах римских императоров. гл. XLI, 11-12. Последнее издание - Римские историки IV века. М., 1997 г. с.154)

97. Недостоверность этой истории легко доказать, сопоставив сообщение Зосимы с другими языческими историками - предполагаемое убийство Криспа и Фасты произошло гораздо позднее издания Миланского эдикта (313 г.). Более того, по сообщению Феофана "Он (Константин - А.К.) во-первых, издал закон отдавать идольские храмы служителям Христа. (Сей закон подписал с ним вместе и Крисп, сын его)" (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.13). Касательно же смерти Криспа, Феофан просто сообщает, что тот "умер как христианин" (там же, с.17).

98. После смерти св. Константина у него оставались три сына: Константин II, Констант и Констанций, разделившие между собой управление империей.

99. Магненций - узурпатор, после убийства Константа захвативший власть над западной частью империи (350-353). После поражения своих войск в битве при Мурсе (351 г.) и еще одного поражения бросился на меч.

100. Вретанион - командир пехоты в Иллирии (по другим сведениям - в Паннонии). Объявил себя императором после гибели Константа и был лишен власти всего через несколько дней.

101. Труд Зосима был создан около 498 г. Основными источниками для Зосимы служили Евнапий и Олимпиодор. Патриарх Фотий так отозвался о его истории: "Можно сказать, что Зосим не писал истории, а только списал Евнапиеву. ... В остальном изложении Зосим почти одинаков с Евнапием, особенно в клеве на благочестивых государей." (Византийские историки Девксипп, Евнапий, Олимпиодор, Малх, Петр патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан византиец., переведенные с греческого С. Дестунисом. Спб., 1860 г. отр. 11 с. 73)

102. Существует две традиции относительно крещения св. Константина. Согласно другой он был крещен в Риме папой Сильвестром I (314-335).

103. Не совсем понятно, что имеет в виду Евагрий. Македония в качестве провинции была присоединена к Римской империи в 148 г. до Р.Х. о каких-либо местных восстаниях также ничего не известно.

104. Имеется в виду закавказская местность по берегам р. Кирос. Была покорена в 65 г. до Р.Х. Помпеем, во время 3-й Митридатской войны.

105. Страна на центральном Кавказе, прямо и полностью не была покорена империей. Со времен Парфянских войн была союзным полузависимым государством.

106. Колхида - область по берегам р. Фасис. Не была завоевана римлянами, являясь зависимой областью.

107. Имеется в виду, очевидно не основная часть Аравии, а провинция Аравия, выделенная как таковая при новом делении на провинции Диоклетианом из бывшей Иудеи.

108. Гай Юлий Цезарь (13.07.100-15.03.44 до Р.Х.)

109. Галлия была завоевана Юлием Цезарем в 58-51 гг. до Р.Х.

110. Имеются в виду столкновения с германцами в ходе галльской войны.

111. Юлий Цезарь совершил походы в Британию в 55 и 54 гг. до Р.Х. Римская провинция Британия была организована на острове уже в 43 г. от Р.Х., при императоре Клавдии.

112. Иудея была присоединена к империи в качестве клиентеллы с 63 по 40 г. до Р.Х. и с 37 г. до Р.Х. по 6 г. от Р.Х. С 6 г. входила в провинцию Сирия как часть. Поэтому, хотя фактически Иудея была присоединена к империи гораздо раньше, формально Евагрий прав.

113. Египет был присоединен к империи и стал провинцией в 30 г. до Р.Х.

114. Август (23.09.63 до Р.Х.-19.08.14 по Р.Х.). Первый римский император с 27 г. до Р.Х.

115. Имеется в виду поражение флота Клеопатры и Антония в морском сражении при мысе Акциум в 31 г. до Р.Х.

116. Марк Антоний (82-30 гг. до Р.Х.)

117. Клеопатра VII (69-30 гг. до Р.Х.) правила Египтом с 51 г. до Р.Х.

118. Птолемеи - династия, правившая в Египте с 325 г. до Р.Х. по 31 г. до Р.Х. Основана одним из диадохов - Птолемеем I Сотером.

119. Вентидий Басс, Публий - легат в войске Марка Антония, победивший парфянского царевича Пакора в 39 г. до Р.Х. (Тацит. История. V, 9)

120. Клавдий Нерон Тиберий - римский император с 54 по 68 г. от Р.Х.

121. Марк Ульпий Траян (18.09.53-07.08.117), римский император с 28.01.98 г.

122. Александр Север (1.10.208-18/19.03.235), римский император с 10.03.222.

123. Марк Аврелий Кар, римский император с сентября 382 по июль 283 г.

124. Скорее всего имеется в виду Авидий Кассий, полководец Марка Аврелия Антонина.

125. Септимий Оденат, правитель Пальмиры ок.250-266/267 г. от Р.Х.

126. Селевкия - город на Тигре, основанный Селевком I Никатором. Была столицей государства Селевкидов и некоторое время парфян. Значение Селевкии окончательно упало в 165 г. после разрушения ее Авидием Кассием.

127. Ктесифон - город на р. Тигр, возник на левом берегу реки, напротив Селевкии из парфянского военного лагеря. Окончательно стал столицей Парфии, а затем Сасанидского государства после разрушения Селевкии.

128. Нисибис - важный город и крепость на римско-персидской границе, в северной Месопотамии. Был захвачен римлянами в 163 г. и утерян в 363 г., после поражения Юлиана, по мирному договору перешел к персам в качестве выкупа за римскую армию, оказавшуюся в безнадежном положении.

129. Впервые часть Армении (т.н. Малая Армения) была присоединена к империи и стала провинцией в 66 г. до Р.Х. Остальная часть Армении - Великая Армения постоянно переходила из рук в руки как в войнах Римской империи с Парфией, так и с царством Сассанидов.

130. По мирному договору 363 г. империя потеряла в качестве выкупа за отступление армии "пять областей за Тигром: Арзакена, Моксоэна, Забдицена, а также Регимена и Кордуэна с 15 крепостями, а кроме того города Нисибис, Сингара и Кастра Маврорум". (Аммиан Марцеллин. Римская история. кн. XXV, 7 Последнее издание - Спб., 1994 г. с.344)

131. Гай Юлий Цезарь был убит на заседании Сената в 44 г. до Р.Х. Главную роль в этом заговоре играли Кассий и Брут, приближенные к себе Цезарем бывшие сподвижники Помпея.

132. Имеется в виду Гай Цезарь Германик Калигула (31.08.12-2401.41). Император с 18.03.37. Отец его, Германик, был усыновлен Тиберием, поэтому Евагрий называет его внуком Тиберия. Он был зарублен Хереем и трибуном Корнелием Сабином.

133. Клавдий Друз Германик Цезарь Нерон (15.12.37-9.06.68), император с 13.10.54. Во время мятежа против него, возглавляемого Отоном и Гальбой сенат объявил его низложенным, преторианская гвардия отказалась выступить на его стороне и он "... с помощью своего советника по прошениям, Эпафродита, вонзил себе в горло меч". (Гай Светоний Транквилл. Жизнь двенадцати цезарей. Нерон., 49. Последнее издание - М., 1991 г. с.222-223)

134. Сервий Сульпиций Гальба (24.12.3 г. до Р.Х.-15.01.68 г. от Р.Х.), император с 08.06.68. Был зарублен прямо на Форуме сторонниками Отона.

135. Марк Сальвий Отон (28.04.32-16.04.69), император с 15.01.69. После поражения своих в войск в сражении при Бетриаке, против очередного претендента на престол Вителлия, закололся.

136. Авл Вителлий (7.09.12-21.12.69), имп. с 3.01.69 г. Был убит восставшими сторонниками Веспасиана.

137. Флавий Веспасиан Тит (30.12.39-13.09.81), император с 24.06.79. Светоний просто сообщает, что он умер от лихорадки.

138. Тит Флавий Домициан (24.10.51-18.09.96), император с 14.09.81.

139. Стефан - управляющий Домициллы, бывший под судом за растрату, заколол Домициана в его спальне. Кроме него в убийстве участвовали корникуларий Клодиан, вольноотпущенник Максим, декурион спальников Сатур.

140. Марк Аврелий Клавдий Антонин Коммод (31.08.161-31.12.192), император с 17.03.180.

141. Опасавшиеся казни префект Квинт Эмилий Лет и наложница Коммода Марция сначала дали ему яд, который не подействовал, а затем, по их приказанию, его задушил атлет, с которым он обыкновенно боролся - видимо, его Евагрий и имеет в виду.

142. Публий Гельвий Пертинакс (1.08.126-28.03.193), император с 1.01.193 г. Был убит во время мятежа преторианской гвардии.

143. Дидий Север Юлиан (133 или 137-193) император в 193 г. (занимал престол 66 дней). Был низложен сенатом и убит рядовым солдатом во время мятежа Септимия Севера.

144. Марк Аврелий Север Антонин Каракалла (4.04.186-8.04.217), император с 4.02.211. После смерти его отца, Септимия Севера, который объявил своими преемниками обоих братьев, бежал в лагерь преторианской гвардии и побудил солдат к мятежу. Преторианцы ворвались во дворец и убили его брата Гету.

145. Мавциал - конюший, убивший Каракаллу по договоренности с префектом претория Макрином.

146. Марк Оппелий Север Макрин (164-8.06.218), император с 11.04.217.

147. Марк Аврелий Антонин Гелиогабал (204-11.03.222), император с 8.06.218. Вместе с матерью Юлией Симиамирой был убит преторианцами.

148. Марк Аврелий Север Александр (1.10.208-18/19.03.235), император с 10.03.222. Был убит при солдатском бунте в Майнце вместе с матерью Юлией Маммеей.

149. Гай Юлий Вер Максимин (ок.172/73-10.05.238), император с марта 235 г. Был убит вместе со своим сыном взбунтовавшимися солдатами при осаде Аквилеи.

150. Здесь имеется в виду Марк Антоний Гордиан III (20.01.225-11.02.244), император с июля-августа 238 г. Был умерщвлен по приказу бывшего префекта претория Филиппа Араба, его преемника.

151. Марк Юлий Павел Филипп Араб (ок. 200-сент. 249 г.) Император с марта 244 г. Погиб в битве с войсками императора Деция под Вероной.

152. Гай Мессий Квант Деций Траян (195-251), император с 249 по 251 г. Погиб в сражении против карпов и готов в сражении у Абрутий в Мезии.

153. Гай Вибий Требониан Галл Август, император в 251-253 гг., вместе со своим сыном и соправителем Волусианом был убит в Интерамне, в походе на очередного претендента на престол Эмилиана.

154. Гай Вибий Афиний Галл Вельдумниан Волусиан, император в 251-253 гг. см. прим. 127.

155. Марк Эмилий Эмилиан, император в 253 г., был убит на третьем месяце своего правления.

156. Публий Лициний Валериан (ок.193- после 260), император с сентября 253 по осень 259 г. Попал в плен к персам в сражении при Эдессе и умер в плену.

157. Публий Лициний Эгнаций Галлиен (218- весна 268 г.), император с сентября 253 г. Был убит у Медиолана во время восстания командира конницы Авреола.

158. Марк Аврелий Карин, император с июля 283 до лета 285 г. Был убит после поражения в сражении при Марге с войсками Диоклетиана.

159. Гай Аврелий Валерий Диоклетиан (245-03.12.316), император с 17.11.284 по 01.05.305.

160. Марк Аврелий Валерий Максимиан (ок.250-310), император с 1.04.286 по 1.05.305.

161. Марк Аврелий Максенций (ок.280-28.10.312), император с 28.10.306 г. После поражения в сражении у Мульвийского моста при отступлении утонул в Тибре.

162. Лициний - соправитель Константина Великого с 308 по 324 гг. После того, как начал преследование христиан был разбит в сражении Константином и убит во Фракии.

163. Флавий Валент (328-9.08.378 г.), император с 28.03.364 г. Поддерживал арианство.

164. Имеется в виду замена поземельной подати, взимавшейся до него натурой уплатой деньгами. Малала совсем по-другому оценивает это мероприятие: "Блаженной памяти император Анастасий установил хрисотелию югов для всех плательщиков, чтобы солдаты не взыскивали натурой на свое пропитание." ( Малала.,394)

165. Имеется в виду старый способ взимания налогов через городскую курию. Декурионы - первоначально просто полноправные граждане полиса. Во времена Империи были обязаны собирать налоги, за что отвечали своим состоянием, как когда-то в классическую эпоху отвечали им перед своим народным собранием.

166. Префектом претория.

167. Виталиан, сын Патрикиола, участвовал в войне с персами в 503-506 гг. (Johan. Antioch. c.103; Zacharias, 7,13, p.137). Занимал должность комита федератов (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.123). Евагрий пропускает первый поход Виталиана на Константинополь. По свидетельству Феофана первый поход закончился договоренностью о созыве собора в Ираклии Фракийской в присутствии Папы Римского, также было договорено о восстановлении на своих престолах Македония и Флавиана. "Ормизд, епископ Римский, по настоянию Теодориха, приверженного к Виталиану, отправил послами епископа Еводия и архидьякона Виталиана на собор, назначенный в Ираклии. До двухсот епископов из различных стран собралось было, но осмеянное беззаконным царем и Тимофеем, епископом Константинопольским, принуждены были разойтись, ничего не сделав". (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.126) В 516 г. Анастасий лишил Виталиана звания магистра армии во Фракии и передал этот пост Руфину. В ответ на это Виталиан двинул свой флот к Константинополю. Та часть рассказа, где Евагрий сообщает о битвах с Ипатием и Кириллом относится к первому походу Виталиана.

168. Феофан пишет, что Ипатий был отправлен из плена не за выкуп, а "... патриций Секундиан, зять Анастасия по сестре, а отец Ипатия, пал к ногам Виталиана и упросил его со многими слезами возвратить ему сына, заключенного в Мезии." (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.125-126)

169. Причиной поражения флота Виталиана Малала называет применение огненосных судов. (402-409)

170. Малала (402-409) и Феофан (Летопись византийца Феофана., М., 1884-1887 гг. с.128) передают сон, который император видел перед смертью: "... император Анастасий видел в сновидении страшного мужа со свитком в руках; раскрыв и отыскав в нем имя василевса, он сказал ему: "Вот за твое злочестие стираю четырнадцать лет", и стер их. ... Призвав снотолкователя, Прокла, он рассказал ему виденное, и гадатель сказал им, что они оба в скором времени умрут". Император умер 9 июля 518 г.

 

Текст воспроизведен по изданию: Церковная история Евагрия, схоластика и почетного префекта. СПб. 1853

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.