Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ИОАНН ДИАКОН

ИСТОРИЯ ВЕНЕТИЙЦЕВ

ISTORIA VENETICORUM

КНИГА III

[1.] Между тем, когда прошло от воплощения Спасителя нашего … лет, окончил [свои] дни дукс Иоанн и оставил власть дукса своему отцу. Тот спустя год после похорон сына, был без вины жестоким образом зарезан негоднейшими людьми (a pessimis hominibus), когда, отмечая праздник в монастыре святого Захария [и] отстояв вечернюю службу (peracto vespero), выходил из церкви. Его тело монахи (moniales) с ревностной заботой похоронили в атрии той же церкви. Управлял же он народом венетийцев на протяжении… лет. После этого до верховной власти [дукса венетийцы] вознесли некоего мужа по имени Урсон (864 г.). Имена же убийц, совершивших то злодеяние, суть следующие: Иоанн Градоник со своим племянником, Пётр, сын Стефана Кандиана, Стефан из Сабула, Доминик, сын Фалерта, Урс Грунгарий, два брата, сыновья Салбиана, и многие другие, чьи имена нам неизвестны. Однако кротость Божья не пожелала надолго оставить это преступление неотомщённым. Во время праздника святого Сикста были убиты Иоанн Градоник с двумя [своими] сыновьями, Стефан из Сабула [и] Иоанн Лабреселла. А Пётр Кандиан, Пётр Клетенсий, Пётр Флабианик и Доминик Фалетр /p. 19/ были отправлены по решению (per) еквилегского епископа Петра, градского архидиакона Иоанна и Доминика Массона в ссылку в Константинополь. Прочие же, а именно Стефан Кандиан с племянником Иоанна Градоника, а также все соучастники (conscii) выше названного злодеяния были приговорены к изгнанию из отечества и к ссылке во Франкию, [после чего] они [уже] никогда не имели возможности вернуться (redeundi aditum). Наконец (tamen), один из них, а именно Урс Гругнарий, оставшийся в Венеции, испустил дух, охваченный (conquasatus) 190 [злым] демоном.

[2.] Выше названный дукс Урс 191 выступил с военным флотом против вождя склавов Доммагоя, но тот, увидев множество венетийцев, уклонился от битвы [и] заключил мир. После этого, получив [от склавов] заложников, дукс вернулся в Венецию.

[3.] Именно в то время окончил [свои] дни торкелльский епископ Деусдед, убитый в Альтине двумя своими прислужниками (servitoribus). Когда об этом услышал дукс, он повелел одного из них повесить возле реки Сил, а второго – на Торкелльском болоте 192. Возглавлял же торкелльскую церковь выше названный епископ в течение … лет.

Церковь святой Богоматери и девы Марии, уже почти разрушившаяся из-за [своей] древности, была отстроена сыновьями Патриция Марина.

[4.] В то же время был убит император Михаил 193 (24 сентября 867 г.). Императорами стали Василий и его сын Константин 194.

[5.] В те дни дуксу венетийцев Урсону было сообщено, что [морское] войско сарракенов находится возле Таранта. Тогда он выступил во главе военного флота, чтобы сразиться с ними. После долгого и упорного сражения сарракены оказались побеждённые, а венетийцы вернулись [домой] победителями.

[6.] Между тем войском Лодовика, короля франков и лангобардов, был захвачен город Бари (Baris) (2 февраля 871 г.). Именно этим городом – когда должность городского гастальда 195 (gastaldio) исполнял Бандон – племя сарракенов владело около 30 лет. На тридцать первый год благодаря милости Господней была изгнана (reddita) нечестивость 196, которую [сарракены] внушили некогда христианским гражданам. Захвачен же был [город] за четыре дня до февральских нон, в день, когда празднуется очищение (purificatio) Богородицы девы Марии.

[7.] На следующий год (872 г.) в месяце мае сарракены снова, приплыв с острова Крит, разграбили некоторые города далмациан, а также напали на Брацийский город в той же области. Когда об этом было сообщено дуксу Урсону, он поспешил отправить небольшой корабль с 14 людьми, которые должны были выяснить, сильно ли желание сарракен напасть на Венецию и каковы их силы (fortitudo). [Однако] когда [эти люди] вышли из Града, чтобы отправиться в Истрию, на их корабль внезапно напали разбойники склавы, которые прятались в порту Сильвода. После упорного сражения склавы понесли большие потери, но, в конце концов, корабль венетийцев всё-таки был захвачен склавами и все венетийцы, которые находились на нём, были убиты. А выше названные сарракены, разорив города, о которых мы сказали, с огромной добычей вернулись обратно в свои [земли].

[8.] В то же самое время, пока император Лодовик пребывал в Беневенте, а его войско осаждало Тарант, которым, захватив, владели сарракены, вождь лонгобардов Адельхиси задумал свергнуть императора (25 августа 871 г.). Но когда он не смог полностью (facile) совершить это злодеяние (nefas) 197, он связал [Лодовика] клятвой, что он ни сам никогда более не придёт в его земли (regione) – если только его не вызовут, – ни войско не будет посылать [против Адельхиси]. После этого, вернувшись в Беневент (сентябрь 871 г.) и выступив против сарракен, которые находились в Террацине в Кампании, [Лодовик] храбро сразился [с ними] и убил одиннадцать тысяч из них, после чего вернулся в Италию.

[9.] Также в то время скончался патриарх Витал, который управлял градской церковью в течение … лет, [и] на его место был выбран диакон, господин Пётр, муж выдающейся святости [и] сведущий в литературном искусстве (gramatice artis). Он, [однако], посчитав себя недостойным столь высокого сана, до того как был выбран, бежал в Италию; но позднее вернувшись в ответ на мольбы [венетийцев], он против собственной воли принял верховную власть понтифика.

[10.] Тогда же в Вероне скончался благочестивый император Лодовик (12 августа 875 г.).

[11.] А в Торкелле умер епископ Сенатор, который управлял альтинской церковью в течение … лет, [и] вместо него на его престол был рукоположен Доминик, аббат альтинского монастыря, который прежде был монахом [монастыря] святого Иллария, но потом, покинув [этот монастырь] и подвергнув себя кастрации за совершённое преступление, долгое время прожил в Сполете. Его вопреки постановлению дукса выдающийся патриарх Пётр отлучил от церкви (sub anathematis vinculo coartaret), но [потом сам], лишившись благосклонной [поддержки] дукса, оставил [свой престол и] бежал в истрийскую область.

[12.] Приблизительно в то время сарракены, подойдя [к Венеции], попытались захватить Град. Однако /p. 20/ нечестивость сарракен не смогла одолеть отчаянно (fortiter) сражавшихся граждан. После того, как они [уже] два дня осаждали выше названный город, [об этом] было сообщено дуксу, господину Урсу; тот тотчас отправил с военным флотом против [сарракен] своего сына Иоанна. Сарракены же, осознав расклад сил (sorte), тотчас отступили от города, разграбив [только] кумакльскую виллу.

[13.] Патриарх, господин Пётр, оставив Град [и] прибыв в Ривоальт, получил убежище в церкви святого Юлиана, в своей вотчине (sui patrimonii), и там оставался в течение целого года. Однако он никак не мог договориться 198 с дуксом по поводу избрания торкелльского [епископа]. Наконец, [поняв], что он не может противостоять дуксу, [Пётр] тайно покинул Венецию и решил идти в Рим; его папа, господин Иоанн 199 с почётом приняв, в течение целого года удерживал подле себя.

[14.] В то же время дукс, господин Урс сделал своего сына Иоанна своим соправителем. Тогда же ужаснейшие (pessime) племена склавов и далмациан стали опустошать истрийскую область. Они разграбили там четыре города, а именно Умак 200, Новый Город 201, Сипиар 202 и Руиний 203. Затем дуксу, господину Урсу было сообщено, что они намереваются напасть на Град; [тогда] он прибыл в выше названный город с тридцатью [военными] кораблями. Затем перейдя в Истрию, он храбро напал на этих склавов [и] нанёс им такое [сокрушительное] поражение, что никто из них, спасаясь, не смог вернуться в [своё] отечество. И поскольку [дукс Урс] обрёл победу при поддержке небес (celitus), он отпустил на свободу [всех] склавов, пленённых в этом сражении, и восстановил церковное имущество (ecclesiarum res), разграбленное в выше названной области, после чего с победной славой вернулся [к себе] во дворец. В силу этих обстоятельств был уничтожен договор, который когда-то был заключён между склавами и венетийцами.

[15.] В то же время вождь сарракен Саудан 204, который ранее уже был захвачен и до тех пор содержался в темнице в городе Баре (Varensi), был отпущен на свободу дуксом лонгобардов Альдегиси и спустя некоторое время снова вернулся в Тарант (876 г.), впоследствии принеся много бедствий христианам.

[16.] Потом, когда скончался негоднейший дукс склавов Домогой, дукс, господин Урс и его сын Иоанн утвердили мир и согласие со склавами. Впрочем, [дукс Урс] отправил войско против нарретанских [склавов], с которыми он был в ссоре (iurgium habebat).

[17.] В то же время скончался оливольский епископ Доминик, который занимал оливольский престол в течение … лет. Вместо него был рукоположен архидиакон, господин Иоанн, сын Марина Патриция.

[18.] Между тем, патриарх Пётр, находившийся в Риме, вместе с папой Иоанном прибыл в Равенну, где был собран собор семидесяти епископов (877 г.); [папа] пригласил двух епископов, а именно Петра эквильского и Льва капрульского, а также тех епископов, которые [будут] избраны от этой области на этот собор, чтобы полюбовным образом разрешить спорное дело, возникшее между дуксом Урсоном и патриархом. Однако эти епископы были избраны [на собор] с опозданием и прибыли в Равенну, когда собрание уже закончилось, в силу чего они были отлучены папой от единения [с церковью], однако по требованию дукса они [потом] были освобождены [от этого отлучения].

[19.] Приблизительно в это время король франков Кароль 205, которого раннее папа Иоанн помазал королём Италии (25 декабря 875 г.), прибыл в Павию (Papiam) и захватил королевскую власть (regnum invasit) (сентябрь 877 г.); папа, отправившись к нему, был с должным почётом принят.

[20.] А патриарх Пётр, уйдя в Болонию, некоторое время там оставался, [после чего] снова отправился в Парму, а потом, [надеясь] на любовь господина папы, устремился в Павию. В те же дни король Баварии (Baiovarorum) Карлеманн 206, с огромным войском вторгнувшись в Италию, обратил в бегство Кароля. Кароль же, намереваясь уйти во Франкию, был задержан болезнью (infirmatus) и скончался по дороге (6 октября 877 г.). А господин папа вернулся в Рим,

Он оставил патриарха Петра в Павии. Тот, задержавшись там на несколько дней, отправился в Тарвизий и, где его принял с подобающим уважением епископ этого города Ландон. Там после того, как он и выше названный дукс обменялись посланниками, наконец, был укреплён прежний мир [между ними], и этот выдающийся понтифик вернулся обратно в Венецию; [там] по требованию дукса он несколько дней оставался во дворце 207 по той причине (ea ratione), что пресвитер Доминик, избранный [главой] торкелльской церкви, – из которого [собственно и] разгорелась вражда между ними 208, – [хотя] в дни патриарха Петра и не имел епискольного посвящения, однако, обитая в доме епископа, имел возможность пользоваться имуществом его церкви. Спустя несколько дней [Доминик], договорившись (aput condictum) с понтификом [Петром], дружеским образом (aput condictum) встретился [с ним и] пригласил его [к себе] на пир в торкелльскую церковь. После этого патриарх, вернувшись в Град, утвердил трёх избранных епископов, а именно Иоанна оливольского, Льва метамавского и Иоанна [епископа] Нового Города. Спустя немного времени патриарх, отправившись в Ривоальт, получил убежище в базилике святого Иоанна. [После этого] он [уже] недолго продолжал жизнь телесную (corporis sospitatem): [ведь] он [скончался] в этой церкви, подавленный тяготами (molestia preventus), [и] его святая душа вознеслась к [небесной] славе. /p. 21/ Он управлял градской церковью в течение четырёх лет и шести месяцев. Он был привлекателен на вид и красив лицом, возрастом же был не более сорока лет. Его тело венетийцы, с величайшим почётом доставив в Град, похоронили в атриуме перед церковью святой Евфемии. После [Петра] управление градской церковью унаследовал Виктор, пресвитер базилики святого Сильвестра.

[21.] В те же дни Седесклав, из рода Тибимира, прибыв в Константинополь и получив поддержку от императора (imperiali fultus presidio), захватил власть (ducatum) над ск[л]авами, а сыновей Догомоя принудил [отправиться] в изгнание.

[22.] В то же самое время господин, дукс Урс, провозглашённый императорскими посланниками протоспатарием, получил богатейшие дары и отдал свою дочь по имени Фелиция в жёны Родоальду, сыну дукса Болонии Иоанна. А аббатисса Иоанна, [другая] дочь господина, дукса Иоанна, позаботилась от основания отстроить монастырь святого Захария, уже почти совершенно разрушившийся из-за [своей] древности.

[23.] Тогда же Виктор, избранный патриархом, был посвящён [в этот сан] за 8 дней до февральских календ (23 января). Он также против [собственного] желания утвердил Доминика, избранного торкелльским [епископом], поскольку в день своего посвящения [сан] был принуждён государем (principe) 209 [дать] клятву, что он утвердит того избранника, на которого [дукс] ему укажет. Однако патриарх сказал [Доминику при этом]: «Горе тебе, поскольку беспечно ты относишься к этому сану! Или неизвестно тебе, что сказано: «Если кто-либо кастрирует сам себя, то должен быть низвергнутым из клира»? И чтобы ты поверил, что я это по принуждению делаю, [то знай: я тебе говорю, что] в день Суда, если только ты не раскаешься, ты будешь держать ответ (rationem reddas) за этот сан, поскольку ты сам нисколько не противился, чтобы тебе отрезали член».

[24.] Приблизительно в то время в 22 день месяца мая с неба полил кровавый дождь. Тогда же умер глава оливольской церкви Иоанн, который управлял выше названной церковью в течение … лет; в управлении этим престолом ему наследовал пресвитер Лавренций.

[25.] В те дни некий склав по имени Бренамир, убив Седеск[л]ава, захватил его власть (ducatum).

[26.] А господин, дукс Урс в то время в ответ на просьбы императора Василия отправил в Константинополь 12 колоколов (campanas), которые император поместил в церкви, заново им отстроенной, и с этого времени греки стали владеть колоколами.

[27.] В то же время умер господин, дукс Урс (881 г.) [и] оставил власть на своего сына Иоанна. Был же этот Урс человеком большой мудрости и благочестия, а также был миролюбив. Он построил Гераклианский дворец в Новом Городе. В его времена в Ривоальте люди получили возможности осушить (cultandi) болота и построить дома на восточной стороне (contra orientem) [острова]. Также по его решению был насыпан (composita) остров, который называется Дорсумдур. Занимал же он выше названную должность в течение 17 лет, [после чего] умер и был похоронен в монастыре святого Захарии.

[28.] А дукс Иоанн, [полагаясь] на щедрость римского понтифика [и] желая захватить и кумакльское владение (comitatum), отправил в Рим своего брата Бадовария. Когда тот прибыл в Равенну, кумакльский комит Марин отправил против него вооружённых людей и [Бадоварий], раненный в голень, был захвачен [ими]. Тогда выше названный комит взял с него клятву, что тот не раскроет это коварство, и отпустил [домой]. Однако [Бадоварий], вернувшись в Венецию, тотчас скончался. По этой причине господин, дукс Иоанн, отправив против Кумакльской крепости военный флот, захватил её население и, установив там правителей (iudicibus) согласно своему желанию (velle), вернулся во дворец; также он, чтобы отомстить за смерть брата, приказал устроить грабежи среди равеннцев 210.

[29.] Приблизительно в то время в месяце июле [на ночном небе] была видима звезда наподобие факела, двигавшаяся с востока [на запад, и такая яркая], что она освещала почти всё небо (mundum). После этого появления людям казалось, что они слышали [звук, идущий] с неба наподобие звука ворот, когда они открываются и закрываются, и потому говорили, что небеса открылись и закрылись. Тогда же с этого света [к Господу] перешёл патриарх Виктор, который управлял градской церковью в течение 18 лет и был похоронен в атрии святой Евфемии. Ему наследовал его брат Георгий, который прожил [епископом] не более одного года, 6 месяцев и 21 дня. В управлении церковью [Георгию] наследовал Витал младший.

[30.] А господин, дукс Иоанн, охваченный телесной немощью, по требованию (adclamante) народа выбрал себе наследником своего младшего брата Петра. Позже, когда [Иоанн] поправился, он пожелал иметь [Петра] своим соправителем. Но тот не долго оставался [соправителем] брату, но поражённый немощью испустил дух и был похоронен рядом с выше названным братом Бадоварием. [Пётр умер], будучи не более 25 лет [от роду].

[31.] Господин, дукс Иоанн в месте, которое называется «Винеа контра», отстроил от основания церковь святых Корнелия и Киприана. Тогда же от этого мира перешёл [к Господу] император Василий (886 г.). Выше названный дукс Иоанн другого своего младшего брата по имени Урс сделал своим соправителем. Ведь господин, дукс Урс имел четырёх сыновей, а именно Иоанна, Бадовария, /p. 22/ Урса и Петра, и все кроме Бадовария были увенчаны властью дукса.

В то же самое время в пределах Венеции [с неба] текла дождевая вода в таком количестве, что она залила все церкви и дома.

[32.] После, поскольку господин, дукс Иоанн всё ещё был охвачен немощью, а его брат Пётр отказался от власти, венетийцы в 17 день месяца апреля утвердили себе дуксом Петра по прозвищу Кандиан в его собственном доме (887 г.). Ему господин, дукс Иоанн, милостиво пригласив его во дворец, отдал меч (spatam), жезл (fustem) и кресло и, утвердив [таким образом] его своим наследником, [сам покинул дворец и] вернулся в свой собственный дом.

[33.] Итак, унаследовав власть (ducatu), дукс Пётр с достаточно почтением отнёсся (egit) к господину, дуксу Иоанну и его брату.

Он тотчас отправил войско против нарретанских ск[л]авов. [Однако] оно вернулось без особых успехов; тогда он сам лично в месяце Августе выступил в морской поход с 12 кораблями. Направившись к горе ск[л]авов, он подступил к месту, называемому Мукулес. Будучи с небольшим числом [людей], он всё же обратил в бегство противостоявших ему склавов, убив [при этом] многих из них, а пять кораблей [склавов], которые там находились, он избрубил топорами. Однако затем при нападении склавов он был убит там вместе с семью другими [венетийцами] в восемнадцатый день месяца сентября; все прочие [венетийцы] возвратились невредимыми.

[34.] Этот Пётр обладал властью дукса 5 месяцев. Он был мужем воинственным и храбрым, мудрым и достаточно щедрым; он так часто посещал церковь, что он никогда не отказывался от [исполнения] святых обязанностей (divino careret officio). Его тело трибун Андрей, отбив (sublatum) у склавов, доставил в Град, и там оно было похоронено в церковном атрии. Он был заурядной внешности (mediocris), 55 лет [от роду].

[35.] Тогда господин, дукс Иоанн, хотя был всё ещё болен, по просьбе народа вернулся во дворец. Однако, не желая [там] дольше оставаться, он дал народу возможность, чтобы они утвердили себе дуксом, кого пожелают. Тогда все единодушно (pariter) выбрали себе [дуксом] знатного мужа Петра, сына трибуна Доминика (888 г.). Этот Пётр был сыном Ангеллы, племянницы прежнего дукса Петра, который, как мы сказали [выше] 211, был убит в монастыре.

[36.] В это самое время умер патриарх Витал, который управлял градской церковью в течение 3 лет, 3 месяцев и 14 дней; ему наследовал патриарх Доминик. А господин, дукс Иоанн снова вернулся к себе домой и остался там до конца своей жизни.

[37.] Между тем, Италию вторглось языческое и кровожаднейшее племя унгров 212 (899 г.): опустошая всё [вокруг] грабежами и пожарами, они убили огромное множество людей, а некоторых сделало [своими] пленниками. Против них король Беренгарий 213 направил войско [числом в] 15 тысяч человек, однако из них лишь немногие вернулись [из похода]. Унгры же, пройдя Тарвизий, Патавий, Бриксию и другие местности, достигли Павии и Медиолана и опустошили всё вплоть до горы Иов. Также войдя в Венецию на конях и на кораблях, сделанных из шкур (pelliciis navibus), они сожгли сначала Новый Город, [откуда] бежал народ, а затем Эквил, Фин, Клою, Капутаргел и опустошили морское побережье. Также, напав на Ривоальт и Метамавк в день страстей святых апостолов Петра и Павла (29 января), они прошли через местность, называемую Альбиола, [но] тогда господин, дукс Пётр, защищаемый божьей помощью, [во главе] военного флота обратил выше названных унгров в бегство. Продолжалось же бедствие 214 в Италии и в Венеции в течение одного года. Король Беренгарий, дав заложников и дары, позволил унграм покинуть Италию вместе со всей добычей, какую они захватили.

[38.] Именно в то время перешёл от этого мира [к Господу] патриарх Доминик, который управлял градской церковью в течение 7 лет и 11 месяцев; наследником ему стал Лавренций.

[39.] Приблизительно тогда же на девятом году своей власти господин, дукс Пётр вместе со своими [людьми] начал строить [укреплённый] город на Ривоальте, и тогда император Лев 215 возложил на него сан протоспатария. Стены выше названного города [на Ривоальте] протянулись от крепости, [находящейся] в начале (capite) канала, до церкви святой Марии, которую называют «Де Юбианико». Там была протянута огромная железная цепь, которая одним концом была закреплена на краю выше названной стены, а другим – на углу церкви святого Грегория, которая расположена на другом берегу [канала], и таким образом [стало так], что ни один корабль не имел возможность проникнуть [в Венецию], если только цепь не отвязана (dissoluta). Прожил же выше названный дукс Петр, будучи дуксом, 23 года, после чего умер и был похоронен в монастыре святого Захария (912 г.). На его похоронах венетийцы очень сильно горевали [о Петре], поскольку он, исполненный всяческой добродетели, с почётом утверждал власть дукса.

[40.] В верховном управлении ему наследовал /p. 23/ господин Урс по прозвищу Патрициак, который вскоре, после того как стал дуксом, своего сына по имени Петр отправил в Константинополь к императору Льву. С почётом приняв, император его сделал протоспатарием и, одарив большими дарами, позволил [ему] вернуться домой. [Пётр же], возвращаясь же [и] желая пройти через земли хроатов, был обманом захвачен в плен вождём склавов Михаилом (Michahele); у него были отняты все [императорские] дары (bonis), а сам он, подвергнутый изгнанию, был переправлен к вулгарскому королю по имени Симеон. Потеряв [сына], отец [дукс Урс] сильно горевал о нём, но не успокоился, пока не выкупил [его], дав дары [Симеону] через своего посланника, метамавкского архидиакона Доминика, позднее ставшего епископом.

[41.] В те дни скончался император Лев [и] власть унаследовал его сын Константин 216 (912 г.).

[42.] В то же время окончил земную [жизнь] патриарх Лавренций, который управлял градской церковью в течение 12 лет, 9 месяцев [и] 24 дня, и был похоронен в атрии святой Евфемии. Ему наследовал патриарх Марин.

[43.] А выше названный дукс Урс, [уже] обладая властью на протяжении 20 лет и [уже] став стариком, нисколько не ценя земные [радости], благоговейно принял монашеское облачение (coenobitalem habitum) в монастыре святого Феликса и там окончил [свою] жизнь. Он был [человеком] выдающегося ума, преданный святости, ревнитель справедливости, щедрый в подаяниях и укреплённый всяческими добродетелями.

[44.] После его ухода [в монастырь] знатнейший муж Пётр, по прозвищу Кандиан, принявший власть дукса, попытался полностью по примеру своего предшественника управлять подданным ему народом. Когда жители комакльского острова необдуманно захватили нескольких венетийцев, он, не вынеся [их] столь чудовищного коварства и отправив туда войско, огнём уничтожил их крепость (castrum) и [многих] из них убил, а остальных – и мужчин, и женщин – [пленниками] доставил в Венецию. Он долго продержал их под стражей, пока они не покорились его власти, дав присягу в верности, и не поклялись, что и впоследствии они, как его подданные (proprii) будут во всём подчиняться ему.

[45.] В те же дни почил оливольский епископ по имени Доминик; ему наследовал Пётр, сын Петра Трибуна.

[46.] А выше названный дукс Пётр Кандиан отправил в Константинополь к императорам Константину и Роману 217 своего любимого, соимённого сына [Петра]; [Роман и Константин] сделали его протоспатарием, после чего [Пётр] с большими дарами вернулся в Венецию. А выше названный дукс, прожив после возвращения сына не более пяти лет, был взят от этого света [к Господу]. Ему наследовал Пётр, сын дукса Урсона, тот самый, который жил изгнанником у булгарского короля.

КНИГА IV.

[1.] Кажется уместным сделать отступление о том, каким образом выше названный Роман овладел верховной императорской властью. В действительности, император Лев, о котором мы выше упоминали (III.39, 41), по [уже] общепринятому обычаю послал войско против сарракен, а во главе этого войска первым начальником (eductorem) поставил Романа, который тогда исполнял обязанности делонгария 218. Между тем император Лев скончался [и] его сын Константин при всеобщем согласии (electione) унаследовал власть; он тотчас отправил к Роману своих вестников с приказом, чтобы тот вместе с войском возвращался в Константинополь. Передают, что [Роман] ответил этим [вестникам], что он вовсе не собирается возвращаться в Константинополь и подчиняться власти [Константина], если только его [самого] не изберут верховным придворным сановником (consiliarium) и как бы отцом [Константина] 219, а также пообещал, что в противном случае он будет без колебания всеми силами бороться, чтобы самому стать императором. Вскоре он подкрепил [свои] слова делом, [когда] вступил в город, называемый Авит, и отдал строгий приказ, чтобы никто не посылал [оттуда] никакого продовольствия в Константинополь 220. И потому случилось так, что граждане 221, едва не погибнув (consumpti) от голода, согласились принять его на императорском совете во дворце, как он [того] требовал 222. [Роман] отдал в жены Константину свою дочь. Тогда же он короновал императорской короной себя и трёх своих сыновей, а именно: Христофора, Стефана и Константина, и таким образом во дворце оказалось пять императоров одновременно. Впрочем, старший сын Романа Христофор, прожив [после этого] недолгое [время], лишился власти вместе с жизнью.

[2.] В те же дни скончался дукс Пётр Бадаварий, который обладал [этой] властью в течение трёх лет; [ему] наследовал Пётр Кандиан, сын выше названного дукса Петра [Кандиана].

[3.] А четыре выше названных [римских] императора не могли придти к согласию (repugnantes animos) между собой, и братья Стефан и Константин, решившись убить своего зятя (cognatum) Константина, [сына Льва], насильно постригли в монахи запрещавшего [им это сделать своего] отца Романа 223, выслав [его] на острова, которые называются Паонарии 224 (декабрь 944 г.).

Совершив такое злодеяние со своим отцом, они снова попытались так или иначе погубить выше названного Константина, [о чём я сейчас] поведаю. Ведь как передают, в Константинопольском [императорском] дворце существовал древний обычай, согласно которому у каждого императора были /p. 24/ [свои особые] воины, которые, [определяя очерёдность] жребием, охраняли дворцовые опочивальни и которые на эолийском языке 225 именуются литториями 226. Когда же в одно и то же время власть между собой разделили сразу три императора, то у каждого из них во дворце были свои собственные воины, подчинявшиеся [непосредственно] каждому [из них]. Во главе же всех этих [воинов] был евнух по имени Галл 227; с ним в один из дней двое братьев, то есть Стефан и Константин, тайно составили такой план (tali ordine consiliati), что они, [не подавая вида], как бы обыкновенным образом придут на трапезу и неприятными (duris) речами вызовут раздражения у [своего] зятя Константина, после чего (mox) они подадут условленный знак начальнику [охраны] и тот раскроет двери для прохода (aditum exeundi panderet) [их] собственных воинов, которые [тогда] либо заколют Константина или с позором изгонят (eliminaret) из дворца, а воинам Константина [начальник], напротив, запретит проход [в обеденный зал], чтобы они не могли приди на помощь (favere) [Константину]. Выше названный Галл охотно пообещал [им] исполнить это.

[4.] Однако проведение Божье, которое именно Константина установило во власти, не пожелало оставить неизвестным для него этот несущий гибель заговор. Ведь всё тот же Галл через некоторое время по божественному внушению решился (studuit) раскрыть Константину доверенный ему план [братьев] и поклялся [ему], что, когда [братья Стефан и Константин] кивком подадут [ему условленный] знак, он впустит [в обеденный зал] воинов Константина [сына Льва], которых он [прежде] пообещал запереть, а воинов [Стефана и Константина], которых он [должен был] впустить, [наоборот] запрёт. Так и было сделано. И когда на следующий день (25 января 945 г.) [три императора] пришли на трапезу и выше названные братья стали оскорблять (injurias imponerent) [своего] зятя, [то] Константин, уверенный в преданности [ему] Галла, тотчас в ответ на оскорбления, высказанные ему, стал [также] оскорблять [братьев]. Тогда те, кивнув [как было условлено], сказали, [обратившись к начальнику охраны]: «Да неужели, Галл, мы не можем вызвать (habere) кого-нибудь, кто мог бы покарать этого [наглеца], оскорбившего нас?». Тот ответил: «Можете» и внезапно позвал (promovit) воинов Константина, [чтобы те пришли] на помощь своему сеньору (senioris). Они, войдя [в зал], тотчас схватили обоих братьев и, по приказу Константина сделав их клириками, отправили к [их] отцу [Роману], которого сами [братья ещё прежде] изгнали [из дворца] (exiliaverunt).

[5.] [А Роман], когда увидел их, прибывших к нему, издеваясь [над ними], сказал: «И откуда же прибыли (delati) ко мне, одинокому изгнаннику (in hac mea exilii solititudine), столь благочестивые и прекрасные клирики? Однако вы, не постыдившиеся изгнать [собственного] отца, не будете совместно [со мной] выносить кару изгнания, так как вы не получите сочувствия в бедствии от того, кого не пожелали иметь соучастником во [властном] почёте 228». И в скором времени [Роман] через вестников передал своему зятю Константину такие слова: «Не позволяй, я прошу, [моим] сыновьям быть в одном месте изгнания со мной, поскольку тех, кого не смог объединить (capere) один дворец, [тем более] не объединит единое изгнание». Тогда император Константин приказал одному из них, а именно Стефану, отправиться в ссылку на остров, называемый Преконсий 229, а другому, то есть Константину, – на остров Суматрапи 230. При этом спустя немного времени некий императорский воин отрубил Константину голову на том острове [Суматрапи].

[6.] [Однако] рассказ (ratio) о греческих императорах заставил нас некоторым образом отклониться от линии (serie) нашей истории, [и потому] ныне необходимо вернуться к [прежнему] порядку [повествования].

Итак, дукс Пётр Кандиан, о котором вы говорили выше, на шестом году своей власти отправил против нарретанских склавов тридцать три [военных] корабля, которые венетийцы называют «гумбариями»; во главе этих [кораблей] были поставлены Урс Бадоварий и Пётр Росол. [Однако] они без успеха вернулись [в Венецию]. Тогда [Пётр Кандиан] снова приказал (studuit) отправить против тех [склавов] такое же количество [кораблей]. [На этот раз посланные] вернулись в отечество (ad propria), заключив мирный договор [со склавами].

[7.] В то самое же время скончался оливольский епископ Пётр, который управлял своим епископатом в течение … лет; ему наследовал [епископ] Урс.

[8.] Выше названный дукс Пётр имел трёх сыновей, из которых того, кто звался Петром, он по просьбе (suggerente) народа выбрал себе в соправители. А тот, презрев (flocti pendens) отцовские увещевания, стал строить козни против [отца], так что в некий день воины обоих партий (parcium) 231 сошлись на ривоальтской площади, чтобы устроить настоящее побоище (959 г.). Но [битвы не произошло], поскольку большая часть народа [Венеции] подчинилась немощному и старому отцу, а сына пожелала предать, [после чего] отец, движимый милосердием, стал (caepit) просить [венетийцев] не убивать [его сына]. Однако, желая удовлетворить [требование] народа, [Пётр Кандиан], приказал, чтобы [его сын Пётр] покинул отечество. Затем епископы, а также весь клир вместе со всем народом, выразив единодушие, дал клятву, что никогда, ни при жизни [его] отца, ни после [его] смерти (hobitum), не утвердит (haberent) [снова] дуксом [молодого Петра].

[9.] Изгнанный из отечества [Пётр] в сопровождении диакона Георгия и пресвитера Георгия, а также вместе с 12 своими личными рабами отправился к маркиону (marchionem) Хвидону, сыну короля Беренгария. [Хвидон], с почётом приняв [Петра], переправил (presentavit) [его] к [своему] отцу, королю Беренгарию. [Беренгарий] /p. 25/ также с почётом принял [Петра и] предложил ему отправиться вместе с ним в поход против марки 232 (marchiam) [городов] Сполета 233 и Камерина 234. [Но] тот отказался (rediens) [и], получив о короля разрешение (licentia) на отмщение венетийцам, вернулся в Равенну; там ему сообщили, что в порт, который называется Примарий 235, [вскоре] приплывут (fore) семь венетийских кораблей, снаряжённых (honerate) для торговых дел [и] намеревающихся [далее] отправиться в город Фан. Тогда, получив [под своё командование] шесть равеннских кораблей, он, как враг, напал на [корабли венетийцев] и захватил их без [каких-либо] преград. После этого [Пётр] вернулся в Равенну.

[10.] Между тем скончался дукс Пётр, его отец, который возглавлял дукат в течение семнадцати лет. Передают, что он прожил не более двух месяцев и 14 дней после изгнания сына [из Венеции].

Соответственно, в год воплощения Господа нашего Иисуса Христа девятьсот пятьдесят девятый всё множество венетийцев, сойдясь с епископами и аббатами, предало забвению [свою] клятву 236 [и], снарядив почти тридцать кораблей, поспешило в Равенну, чтобы утвердить в должности дукса выше названного Петра, [сына Петра Кандиана]. [Венетийцы], встретившись с ним, со всей (tali) пышностью препроводили [его] во дворец и, присягнув в верности, снова выбрали [его своим] правителем (principem).

[11.] Немного времени спустя [дукс Пётр], когда выпал удобный случай, отказал в супружеском ложе своей жене Иоанне и силой принудил её облечься в монашеское одеяние в монастыре святого Захарии. Сына же, которого она ему родила, звавшегося Витал, он посвятил в клирики, а впоследствии сделал градским патриархом. Потом [Пётр] взял себе в жёну сестру маркиона Гугона по имени Хвальдерада [и], получив по праву приданного вместе с ней (a qua) множество рабов и служанок, а также великие дары, приказал вызвать (acquirere) из Италийского королевства иноземных воинов, чтобы он мог вместе с ними защищать и владеть [всем] указанным имуществом.

Также [о нём] передают, что он был [человеком] совершенно неустрашимым, а потому даже преданных [ему людей] он больше обыкновенного подавлял [своей] суровой волей (virtutis rigore), а чужих, противостоящих ему, [непременным] мщением подчинял [себе]. Так, он нанёс сильнейшее поражение жителям феррарского замка (castelli), а опитергинскую крепость приказал полностью сжечь в огне; также суровым образом и в других случаях он поступал с теми, кто был против него (se obiurgantibus). И поскольку поистине я никак не могу описать все деяния, [совершённые] им, то мы постараемся [по крайней мере] подробно рассказать о его гибели.

[12.] На восемнадцатом году его власти (977 г.) он вместе со своими малолетним сыном, которого ему родила выше названная Хвальдерада, был убит при следующих обстоятельствах (tali ordine). Венетийцы, [поскольку уже] в течение долгого времени испытывали ненависть к нему за его суровость и упорно изыскивали (sedule machinarent) возможность уничтожить [его], в один из дней, изъявив единодушие, решились восстать против него. Однако не посмели проникнуть [к нему] во дворец, так как знали, что [Пётр всегда] окружён (stipatum) вооружёнными, хотя и немногочисленными, воинами. Наконец, измыслив совершенно никудышный, [как показали дальнейшие события], план, они, приготовив зажигательную смесь со смолой, решились поджечь собственные дома, стоявшие вдоль (circa) канала [и] напротив дворца, так чтобы (quatinus) подвижные языки пламени могли попасть на соседний [с домами] дворец и сжечь [его]. И случилось так, что в этот день [в возникшем пожаре] были сожжены не только дворец [дукса], но и церкви святого Марка, святого Феодора и святой Марии «Де Юбиниако», а также [ещё] более трёхсот строений (mansiones).

[13.] А дукс [Пётр], после того как не смог долгое время вытерпеть во дворце жар огня и удушье дыма, попытался с небольшим числом [своих людей] выбраться наружу через двери храма (atrii) святого Марка; [на улице] он обнаружил нескольких знатных венетийцев, пережидавших там опасность вместе со своими семействами (una cum generis afinitate); [Пётр], увидев их, обратился [к ним] с такими словами: «А вы, братья, пожелали придти, чтобы окончательно меня уничтожить? Если я как-то провинился [перед вами] в словах или в общественных делах, то, молю, сохраните мне жизнь (meae insperate vitae spacium), а я вам обещаю, что удовлетворю любое ваше желание». В ответ на это (tunc) они стали утверждать, что он ужаснейший преступник и достоин смерти, непоколебимыми голосами крича, что [теперь] у него не будет никакой возможности спастись. И тотчас ему со всех сторон ударами кинжалов стали наносить тяжёлые раны, [так что его] божественная душа, покинув телесную темницу, освобождённая устремилась наверх [на небеса]. А [его] сына, которого кормилица спасла от гибели в пожаре, проткнул копьём насквозь какой-то негодяй; также были убиты воины, про которых было известно, что они поддерживают [дукса Петра]. Остывшие тела обоих, то есть отца и сына, позорным образом (ob ignominiam) сначала на небольшом кораблике были доставлены на продовольственный рынок, но потом по требованию некоего благочестивого мужа по имени Иоанн Градоник были переправлены в монастырь святого Иллария.

[14.] Исполнив это нечестивейшее злодеяние, [венетийцы] собрались в церкви святого Петра и там /p. 26/ единогласно постановили вознести на верховной власти дукса мужа по имени Пётр Урсоил, славного своим происхождением и нравами (977 г.). [Однако] тот, с самого детства стремясь только к тому, чтобы быть угодным Богу, не хотел (contempnebat) принимать столь высокую должность, боясь, что из-за стремления к мирскому почёту он лишиться стремления (propositum) к святости. [Но] в результате настойчивых (inportune) уговоров народа он, в конце концов, согласился принять верховную власть, [ожидая] не [приобретение] людской любви, но [полагая тем принести] пользу всему государству. После этого ему все присягнули в верности. Он изъявил желание пока проживать в своём [прежнем] доме, так чтобы он мог [подобающим образом] отстроить [сгоревшие в пожаре] церковь святого Марка и дворец [дукса].

У него была супруга, Фелиция 237 и именем, и обстоятельствами жизни (merito) 238, родившая ему только одного сына 239, который звался так же, как отец, а также был совершенно схож с ним [своими] делами. Передают, что святая мать [Фелиция] узнала о его зачатии от явившегося [к ней] ангела (angelico inditio) и после этого она [сначала] с согласия мужа сделала супружеское ложе неприкосновенным, посвятив его Бога, а потом [и вовсе им] пожертвовала 240.

Дукс [Пётр Урсоил] стал управлять делами венетийцев здраво и справедливо (bene et utiliter), тщательнейшим образом во всём соблюдая суровую законность (censura legis) и вызывая уважение (pollere) благодаря всем [своим] добродетелям. Он приказал за собственный счёт подобающим образом восстановить сожжённый дворец и церковь святого Марка.

[15.] Между тем, сын выше названного дукса Петра градский патриарх Витал по совету неких венетийцев отправился в Саксонию к императору Оттону второму 241. Император, приняв его с почётом, сказал [ему]: «Для чего, отче, ты пожелал предпринять столь [долгий] путь, чтобы предстать передо мной?». Тот ответил: «Вынудила меня [к этому] гибель моего родителя; я пришёл к твоей милости, дабы ты стал благодетелем [мне] и утешителем моего несчастья и моей бедности». Тогда Кесарь, тщательно разузнав об обстоятельствах этого преступления, попросил патриарха оставаться при его [дворе] некоторое время и благочестивым образом проявил сострадание к его (suas) жалобам.

[16.] В то же самое время в Рим к апостольскому престолу (limina) отправился господин Хварин, блаженный аббат монастыря святого Михаила, который находится, насколько известно, в пределах Аквитании в месте, называемом Куссан. На обратном пути [из Рима] он, побуждённый (fultus) страхом перед Богом и святым Марком, посетил Венецию и там остался на несколько дней ради проповеди (orationis studio), а также в ответ на просьбы дукса, господина Петра. Его господин дукс окружил подобающей любовью и намеренно стал вести с ним благочестивые разговоры, а аббат, видя, что дукс нисколько не ценит земные [радости] и занял [свой] высокий пост не в силу честолюбия, но дабы утешить [своих] подданных, поддержал его, сказав [ему]: «Если хочешь быть совершенным, оставь мир и своё властное положения и поскорее удались в монастырь, чтобы служить Богу». А дукс ответил ему: «Превосходный отче, повелитель 242 моей души, как сильно я желаю подчиниться твоим требованиям! Но я прошу немного времени, чтобы я мог найти удобный повод [для этого]. [Не сейчас], но позднее я страстно желаю служить Богу в твоём монастыре и подчинённый твоей власти». И они [между собой] договорились, утвердив точный день, когда аббат возвратится, чтобы принять [дукса Петра под свою власть в монастыре]. После этого, [Хварин], получив позволение, удалился в свой монастырь.

[17.] А выше названный дукс не переставал с плодотворным рвением заботиться о возложенном на него благополучии государстве, хотя некоторые [венетийцы, те самые], по совету которых, как мы сказали, патриарх отправился к императору, стали бороться против его власти, так что [даже] стремились предать его жестокой смерти. Однако он был настолько преисполнен милостью добросердечия и благочестивой добродетели, что [наперёд] узнал, – хотя никто [специально] не выслеживал, – что те нечто враждебное против него тайно измысли, [но] он никакому своему врагу не желал отплачивать каким-либо недостойным образом и со спокойным духом и страхом Божьим всё терпимо переносил.

[18.] Между тем в установленный день выше названный аббат [Хварин] вернулся в Венецию под тем предлогом, что он собирается идти в Иерусалим. Дукс Пётр охотно его принял и в первую же ночь сентябрьских календ (13 сентября 976 г.) без ведома жены, сына и всех [ему] преданных [людей] тайно покинул Венецию вместе с Иоанном Градоником, а также вместе со своим родичем (genero) Иоанном Мавреценом. Сев на лошадей недалеко от монастыря святого Илария, они уже со сбритыми бородами как можно скорее устремились в путь, так что, на третий день придя в Медиоланскую землю (ruram), они увидели [на своём пути] город Вергел 243. На следующий день [после их ухода] народ венетийцев стал искать своего пропавшего пастыря, [но] нигде не найдя его, [венетийцы] стали изнывать от горя.

Действительно, [дукс Пётр] был кормильцем бедняков, восстановителем церквей, покровителем клириков и монахов, [в общем], любезным для всех. Из собственных богатств он пожертвовал во дворце тысячу ливров для возмещения убытков 244 венетийцев, другую тысячу он раздал бедным в виде милостыни. На алтаре [в церкви] святого Марка он приказал поместить [резную] плиту, [сделанную] с удивительным искусством из серебра и золота в Константинополе. Также он увёз с собой большую часть своих сокровищ, что отстроить выше названный монастырь [святого Михаила]. Соответственно, правил он, будучи дуксом, /p. 27/ в течение двух лет и одного месяца. Ему было не более пятидесяти лет, когда он сложил с себя светскую славу [дукса венетийцев] 245.

[19.] После его ухода (976 г.) на должность дукса был избран Витал по прозвищу Кандиан, муж всяческой рассудительности и добродетели. Когда об этом услышал патриарх Витал, находившийся [тогда] в веронской марке, то он прибыл в Венецию. По требованию дукса он вместе со своими вестниками (нунциями) отправился в область тевтонов, чтобы заключить мир между императором и венетийцами, поскольку [император] из-за убийства дукса Петра стал ненавидеть и проклинать [венетийцев]; [патриарх Витал], укрепив союз [с императором], вернулся в [Венецию].

А выше названий дукс [Витал Кандиан], страдая от телесных мук, за четыре дня до того, как окончить [свою] жизнь, решил стать монахом и удалиться в монастырь святого святого Иллара. А правил он, будучи дуксом венетийцев, в течение одного года и двух месяцев и был похоронен в том же монастыре [святого Иллара] (977 г.).

[20.] В должности [дукса] ему наследовал Трибун по прозвищу Мений; хотя ему не хватало мирской хитрости (saeculari sollertia), он, однако, обладал огромными богатствами (maximis fortunae copiis). В его времена золотая Венеция (aurea Venetia) была запятнана опасными делами, [совершёнными] некими негодяями (ignominiorum). Ведь случилось так, что старейшины (majores) венетийцев сначала стали плести интриги против дукса, а потом, перессорившись между собой, загорелись друг на друга бесстыдной ненавистью.

Тогда возник сильнейший раздор между Мавреценами и Колопринами, знатными венетийскими семьями (proceres), [который привёл к тому], что Стефан Колоприн вместе с толпой (afinitate) своих сыновей и родичей, с согласия и по воле вышеназванного дукса [Трибуна Мения], однажды напал на Мавреценов, желая полностью уничтожить [их семейство]. Однако они, по воле Бога предвидя, что он способен на такое гнусное деяние, нашли возможность всем им спастись. Лишь один из них, а именно Доминик Маврецен, безвинным был схвачен (detentus) на оливольской площади святого Петра и подвергнут долгим пыткам. Тело его полуживое, позорным образом обнажённое было доставлено на небольшой лодочке в монастырь святого Захария. В [монастырской] церкви он был оплакан родичами, находившимися там, и спустя два часа испустил дух. Смерть его вызвала величайшую скорбь у его [близких], так что они стали ожидать подходящего момента, чтобы отомстить [Стефану Колоприну] за это преступление.

[21.] Также приблизительно в то же время император Оттон второй, прибыв в Италию (980 г.), решил разорвать союз с венетийцами из-за убийства [ими] дукса Петра Кандиана. К нему выше названный дукс Трибун направил вестников, желая умилостивить его своими подношениями. [Ведь император Оттон] даже милостиво восстановил и [утвердил] навечно письменный договор с дуксом и народом Вероны 246.

[22.] После этого он, посетив Равенну, поспешил прибыть в Рим (март 981 г.); там ему донесли, что племя сарракен, наводя ужас, опустошило земли в Калабрии и уже желает вторгнуться в апулийские области 247. [Император] решился выступить против них в поход. Он опрометчиво устремился в те местности, рядом с которыми находилось множество сарракен, а после постановил вывести для сражения христианское войско, [состоящее всего] из четырёх когорт. Не зная, что все основные силы сарракен скрылись в горных расщелинах (anfractus), [но] видя немногочисленность [врага] 248, император отдал приказ совершить нападение и, [ожидая] лёгкой победы (facili certamine), храбро начал битву и помощью Христа полностью (audacissime) разгромил [сарракен]. И когда уже христианское войско собиралось вернуться с победной славой в собственный лагерь (tentoria), множество язычников, спустившись с гор, внезапно обрушилось на них и устроило страшную резню, так что все, кому не удалось устремиться в бегство, погибли, жестоко израненные (14 июля 982 г.) 249.

[23.] А император, с большим трудом [пробившись] через ряды варваров, едва смог выйти на морское побережье; напуганный коварством (inportunitate) врагов, он доверился бушующему морю (fluctivagum mare intravit): там не далеко от берега стояли на якоре два греческих корабля, которые на языке греков называются «заландрии». Он неузнанным вступил (susceptus) на них с двумя своими слугами (vernaculis).

Передают даже (nam), что его три дня продержали связанным под охраной, и хотя он [сначала] совершенно отрицал, что он является императором, греки благодаря [собственной] сообразительности [догадались об этом] и неизвестно каким способом (inditiis) заставили его признаться. Опознав его, они решили доставить его в Константинополь; [а император], поняв это, сказал [им]: «И я желаю того же всей силой ума (affectu mentis), поскольку скорее соглашусь (gestio) прожить изгнанником у ног святых Августов 250, нежели, лишившись всего своего имущества (bonis), выносить этот позор моего [нынешнего] бесчестия. Единственное позвольте мне, прежде чем вы отплывёте [в Константинополь], забрать с собой свою жену и остатки моего имущества». Тогда были вынесены на самый край морского берега двенадцать ящиков, полных сокровищами. Греки, увидев это /p. 28/ и отбросив всякое сомнение, поверили, что он твёрдо решил отправиться вместе с ними [в Константинополь]. Когда это произошло, [император Оттон], выхватив меч, бросился в море и, быстро плывя, невредимым достиг желанного края берега, на котором стоял метский епископ Цессон с несколькими другими [людьми]. Так [император] благополучно избежал (liberatus) двух опасностей и вместе с женой прибыл в Рим. После этого, посетив Папию и прочие города Италии, он пришёл в Верону (июнь 983 г.).

[24.] [Между тем] выше названный Стефан Колоприн, ожидая со стороны Мавреценов [какого-либо] опрометчивого поступка (temeritas), – [ведь] они желали отомстить за смерть родича, хотя [та и произошла] по решению дукса – тайно покинув Венецию с двумя своими сыновьями и несколькими родичами, поспешил прибыть [к императору] 251. Когда он встретился (valedicens) c императором, тот спросил его, почему он решил покинуть отечество (propria); [Стефан Колоприн], объясняя причины (exponeret) [своего] прибытия [к нему] серьёзными жизненными несчастиями (infortuniis viae seriae), стал убеждать Кесаря в том, что, если он захочет принять его помощь и советы, то легко сможет завоевать Венецию, которую [Оттон уже] давно жаждал [подчинить своей власти]. Но сверх этого дух императора [ещё] больше воспылал желанием совершить это нечестивейшее и негоднейшее злодеяние, [поскольку Стефан Колоприн] пообещал, что, если [его] отечество будет побеждено и [император] отдаст ему должность дукса, то он выплатит [Оттону] сто ливров чистейшего золота. Император, услышав такие [слова], отдал приказ, безусловный для выполнения всем подчинённым его власти, чтобы никто ни под каким предлогом никакого из венетийцев не призывал прибыть в какую-либо область его империи, а также чтобы никто из подвластных ему не осмеливался вступать в пределы Венеции. Тогда же он строго приказал всем венетийцам, находившимся при его [дворе] (secum), чтобы они вместе со своими вестниками (нунциями) надёжным образом (sollerti studio) сторожили [те] места, про которые известно, что оттуда в изобилии поступает продовольствие для удовлетворения нужд венетийцев.

[25.] И потому стало так, что Стефан Колоприн вместе со своим сыном Домиником оставался в Патаве 252, Урс Бадоварий охранял (previderet) реку Атес 253, Доминик Сильвон вместе с Петром Трибуном находился в Мистринских областях, Иоанн Беннат словно ветрогон (nugigerulus) носился между всеми [им], Марин Колоприн исполнял те же обязанности в Истрийской областе (comitatu), а охрана Равенны была поручена Стефану младшему, сыну выше названного Стефана [Колоприна]. А выше упомянутый дукс Трибун, [неспособный] долго не выносить неотомщённым коварство [этих] предателей, приказал разграбить их дома [в Венеции] и держать под стражей [их] жён, чтобы они не могли сбежать.

[26.] А император с такой злой свирепостью стремился покарать (destructionem) венетийцев, что его нельзя было смягчить никакими мольбами или дарами. И он снова всем своим [подданным] приказывал, чтобы никто не осмеливался иметь дело (parcere) с кем-нибудь из венетийцев, прибывшим куда-нибудь в пределы его империи. Сделав все эти распоряжения, [Оттон] решил посетить 254 (viscere) в Риме; [однако] там он, недолго пробыв в здравии (incolumes), но внезапно заболев лихорадкой, скончался (7 декабря 983 г.) и был похоронен в соборе (curte) святого Петра недалеко от церкви святой Марии. Бесспорным является узнанное одним духовным (spiritualis) монахом 255 – ему об этом объявил ангел [Божий], – что [император] нашёл неожиданную смерть из-за бедствия, [которое он доставил] венетийцам. Таким образом Венеция, два года находившаяся под грузом этого несчастья, милостью Божьей была от [него] избавлена.

[27.] А выше названный Стефан Колоприн озаботился (satagerunt), чтобы вместе с сыновьями и прочими [своими людьми] прибыть в Папию, где находилась Августа Адхелеида 256: [Все] они, встав [перед Адхелеидой] на колени, стали настойчиво умолять [позволить им] невредимым остаться в её королевстве, поскольку почти все [остальные] правители в Италии считают их достойными смерти из-за того, что они предали своё отечество. [Однако] после внезапной смерти Стефана Колоприна в Тицине 257 Августа [Адхелеида] решила по совету (praecibus) мархиона Угона сыновей [Стефана Колоприна] вместе со всеми другими их вестниками (нунциями), прибывшими [к ней], [оправить в Венецию] к дуксу Трибуну, поскольку они не нанесли никакого вред (perverse deliquissent) ни ей, ни кому-либо другому [и, относясь к ним] с любовью, [считала, что они] заслужили [возможность] вернуться в Венецию.

[28.] А дукс Трибун, хотя и против воли, но [подчиняясь] приказу и просьбе императрицы, явил [им] свою милость, [позволив прибыть в] отечество, а также сверх этого, чтобы их не убил внезапно кто-либо из [их] врагов, им дали клятву [в том] четыре поручителя (juratoribus), и они, успокоенные, остались в Венеции. Маврецены же не выразили никого [протеста] (taciti), видя всё это, [тем не менее] ничуть не изменили своего решения отомстить за смерть родича. [И вот], в один из дней, когда три брата, сыновья Стефана Колоприна, по обыкновению на небольшом судёнышке из дворца [дукса] направлялись к себе домой, [неожиданно напав], их зарезали четыре Маврeцена, залив их кровью воды канала. Какой-то их человек, вытащив из воды (limpha) 258, доставил их тела несчастной 259 матери и жёнам. На следующий день они были похоронены в монастыре святого Захарии. Двое из них были мирянам, третий же, а именно Иоанн, имел сан (sortem gessit) священнослужителя. И хотя дукс утверждал, что непричастен к этому злодеянию, некоторые, /p. 29/ тем не менее, посчитали его виновным в этом преступлении.

[29.] На тринадцатый год своей власти дукс [Трибун] отправил своего сына Маврикия в Константинополь, [но] в то же самое [время], охваченный немощью, за шесть дней до того, как скончаться (obscuresceret), не по своей воле, а по требованию народа стал монахом в общине святого Захарии. Он управлял венетийцами в течение 13 лет и пяти месяцев. Был похоронен в том же монастыре [святого Захарии].

[30.] В год воплощения господнего девятьсот девяносто первый народ венетийцев вознёс на отцовскую должность тридцатилетнего Петра, отпрыска выше названного дукса, господина Петра Урсиула 260. [Пётр] мало отличался от [своего] святого (divino) отца и характером, и делами (bonitate et actu), а оба они превосходили (exellebant) почти всех прежних дуксов [своим] человеческим разумением (hominis peritia). Именно [Пётр] не только привёл в прежнее [благополучное] положение дела отечества, примирив (consolidando) [всех жителей Венеции], но и насколько возвысил [наше] государство, что в его времена, как говорили, Венеция [своей] красотой и богатством стала превосходить всех [прочие] соседствующие области.

[31.] В начале своего правления (honoris) он, отправив [дружественные] посольства, умиротворил и сделал своими надёжными союзниками (amicos) и императоров в Константинополе, и всех сарракенских вождей. Также он направил [своих] вестников (nuncios) в Саксонию к королю Оттону третьему, [бывшему тогда] весьма одарённым ребёнком 261: [Пётр] создал с ним союз 262 столь крепкой дружбы и привязанности (amoris et amicitiae), поскольку впоследствии [всё], что казалось ему возможным [сделать для императора], он охотно (ad votum) [и] без промедления совершал. Тогда же дукс действенным образом (potenter) избавил своих [подданных] от давления (oppressione) кроатских склавов: он первым отказался выплачивать им уже [ставшую] обычной дань (censum). [Также] его хвалят за то, что он, заключив дружественные союзы с италийскими правителями, никогда их не нарушал (semper manuisse). При этом [дукс] всегда был готов упорно защищать [венетийцев] во всех случаях, когда кто-либо из этих [италийских правителей] опрометчиво стремился сделать в отношении них что-нибудь обременительное и сверх заключённого договора. Что [тут] ещё можно сказать? Он стремился управлять своими [венетийцами] мирным и справедливым образом, а когда чужаки (extraneis) восставали против его власти, он принимал соответствующие меры (vicissitudinem reconpensabat).

Я попытаюсь рассказать подробным образом (serie) о том благополучие, которого достигла Венеция в дни его [власти].

[32.] В его время было очевидно, что большая часть Града, который, как известно, [позднее] станет столицей всей новой Венеции, сильно обвешала от старости, [а потому] выше названный повелитель [Пётр] заново и в высшей степени надёжно отстроил от основания и до верхушек укреплений; также он приказал там возвести себе дом в той [части города, которая располагается] возле западной башни и проявил большое усердие в том, чтобы обновить стены и своды [городских] церквей. [Наконец], в то же самое время он приказал в Новом Городе, который именуется Эраклианой, возвести дом с часовней (capella) [удивительной] красоты.

[33.] Между тем [развивался конфликт с] веронским 263 епископом Иоанном. [Этот епископ] ещё во времена дукса Трибуна противозаконно захватил имущество, принадлежащее венетийцам (Venetiquorum ducatus), и всё ещё продолжал насильно удерживать [его] в своей власти. Его не смогли напугать ни королевский приказ, ни личные [дукса] угрозы, [требовавшего], чтобы [епископ Иоанн] вернул несправедливо удерживаемое [им имущество] и заключил мир с дуксом Петром. Дукс – с досадой, но не проявляя враждебности – решил стерпеть [отказ Иоанна], поскольку [тогда] веронская марка ожидала личного прибытия дукса Гейнрика 264. Ведь, когда дукс [Гейнрик] прибыл [в Верону, Пётр] озаботился через своих вестников (interrnunciis) попросить его [разрешить это спорное дело]. Тот же, притворившись верный союзником (amicitiae foedere) [дукса Петра], поклялся, что он [искренне] желает по закону вынести решение (legem facere ad suum) относительно епископа Иоанна и прочих противников [дукса Петра]. Однако он, несмотря на то, что он дал устное обещание, на деле 265 очень быстро изменил сказанному [им]. Впрочем (itaque), дукс Петр, предполагая обман [с его стороны], без промедления отправил в дворец Аквисграна 266 к прославленному королю Оттону своё посольство, которое по порядку изложило ему обстоятельства этого дела. Король же, выслушав [всё], полностью изобличил [преступные] действия выше названного дукса Гейнрика и, [составив] официальное постановление (preceptali instituone), приказал, чтобы всё похищенное [епископом Иоанном] имущество было возвращено под власть дукса Петра. Также он правил к нему своего знатного воина Брунона, чтобы тот разрешил дело между им и еписокопом по закону и королевской воле (legis censura regiaque auctoritate). [Однако] епископ не проявил к нему никакого уважения (flocti pendens) и не пожелал ни увидеть [Брунона], ни встретиться [с ним] для беседы. А дукс, господин Пётр, когда [всё] это узнал, то, получив от королевского вестника и своих [придворных] спасительный совет, издал для своих [подданных] безусловный для выполнения приказ, чтобы никто из них ни под каким предлогом не осмеливался отправляться ни в выше названную, ни в истрийскую область (marchiam) 267, а также не вести никаких взаимных торговых дел [с жителями этой области]. Когда всё это свершилось, королевский вестник [Брунон] вернулся обратно в своё [отечество].

А предпринятое дуксом [Петром] противостояние [с Вероной] так долго продолжалась, что действительно не только уменьшились богатства (peculia… consummerentur) этой области из-за недостатка соли, но также [её] жители, поддавленным несчастным бедствием [и] лишённые поддержки венетийцев, /p. 30/ стали усердным [и] униженным образом просить у дукса [Петра заключить с ними] мир, которому они [ранее] не следовали.

[34.] Однако (itaque) дукс [Пётр] отложил заключение мира с вышеназванной областью, узнав, что король Оттон собирается прибыть в Италию (996 г.). Он тогда решил снова послать в Германию (Teutonicam) своих вестников, которые, [отправившись], встретили короля, уже идущего в Авсонию 268, среди альпийских ущелий (март 996 г.). Он с почётом принял их и охотно выслушал [их рассказ о том], какие бедствия (nefas) причинил дукс [Пётр] своим врагам; кроме того [Оттон] пообещал, что он никогда [и] никоим образом не заставит [дукса Петра] заключить мир [с веронцами], пока он сам [того] не пожелает. После этого [Оттон], прежде чем вступить на равнину Италии, ласковыми словами убедил 269 дукса [Петра], чтобы тот без промедления отослал в Верону своего сына, который тогда ещё не получил причастия христианской веры. Дукс по совету своих преданных [людей] согласился сделать это. Когда юный [сын дукса] прибыл в Верону, его подобающим образом (officiose) встретил король и, приняв [его] в свои объятия, укрепил святым помазыванием (chrismatis unctione) 270, [при этом], лишив отеческого имени, дал ему [новое] – Оттон, то есть сделал своим тёзкой.

[35.] Туда же [в Верону] прибыли выше названный епископ Иоанн, а также глава тарвизианского престола Розон (Rozo) с некоторыми другими [другими], чтобы добиться мира (ad pacem interpellandam) [с дуксом Петром]; [однако] король запертил им заключать его, пока всё, что было обещано господину дуксу Петру, не будет в достаточной мере на деле удовлетворено. Кроме того, он заставил епископа Иоанна по закону (cum lege) вернуть землю (terram), [которая принадлежала] дуксу и которой [епископ Иоанн] владел неправомерно.

[36.] В то же время возник раздор между жителями (cives) Вероны и войском тевтонцев, [в результате которого] некоторые тевтонцы были убиты на городских улицах, заколотые (interemti) веронцами. Среди прочих погиб очень знатный юноша по имени Карл, причинивший своей смертью великую скорбь королю и своим родичам (conpatriotis). Потому король решил жестоко отомстить веронцам. Однако они спаслись благодаря вмешательству Одберта, епископа [Вероны].

[37.] Оттон, сын выше названного дукса Петра, получив от короля различные дары (muneribus… foeneratus), вернулся в Венецию. Тогда господин дукс [Пётр], снизойдя на уже давние просьбы, заключил мир со [своими] недругами, хотя епископ Иоанн продолжал испытывать злобу (severitas) [на него] за потерянное имущество.

[38.] В то же самое время в Ривоальте скончался оливольский епископ Марин, который возглавлял [свой] епископат в течение … лет; ему наследовал Доминик по прозвищу Градоник.

[39.] А король Оттон, посетив Брисцию 271 и прочие города Италии, прибыл в Папию (апрель 996 г.). Там его признали (conlaudaverunt) [своим] королём вожди Италии, присягнув [ему] на святом евангелии (euangelorum sacraria). Там же [в Папской области] узнав, что скончался глава апостольского престола Иоанн 272, он решил вознести на эту должность своего племянника Брунона, сына дукса Оттона 273, что и было исполнено позднее (3 мая 996 г.) 274. Затем [король], проплыв на судне по Аррипдану 275, прибыл в Равенну. Пробыв там некоторое время (май 996 г.) 276, он приказал выколоть глаза Редульфу, комиту Аримини 277, а также Геримунду и его (sui) брату Раймунду за то, что они незаконно отбирали имущество у церкви и бедняков. После этих событий король устремился в город сынов Ромула (Romulidam urbem) 278 и там по требованию множества римлян был помазан и посвящён в императоры (21 мая 996 г.) выше названным апостольским [главой] Бруноном, который позднее 279 назывался Грегорием. После этого он, ненадолго покинув Рим, чтобы легче перенести зной летней [италийской] погоды, некоторое время пробыл в приальпийской (alpes) камеринской области (marchiae) 280. После он по тускской дороге вернулся в Папию (1 августа 996 г.) и для всех [своих] подданных издал эдикт 281, согласно которому венетийцы будут [свободно] передвигаться (perventi… forent) повсюду в подвластных ему землях (in imperio suo), нельзя причинять им вред и взимать с них какой-либо дополнительный налог (imposito gravamine) за проживание. После [император Оттон] отправился через куманское озеро 282 обратно за горы [в Германию].

[40.] Приблизительно в это же время вождь (iudex) кроатов из-за того, что дукс [Пётр] отказался [выплатить] ему дань, начал [нападать и разорять] венетийцев, причиняя [им] большой ущерб. Поэтому господин дукс, снарядив, отправил [против кроатов] шесть кораблей, которыми командовал Бадоварий по прозвищу Брагадин. Он, захватив один из [кроатских] городов, который называется Исса 283, доставил в Венецию пленников обоего пола. И этим он сделал так, что венетийцы и склавы [стали испытывать] сильнейшую ненависть [друг к другу]. [Кроаты] снова стали дерзко [от] дукса требовать дань; и дукс на бесчестье их приказал им: «Я не собираюсь через каких-нибудь вестников посылать эту [дань], но я не откажусь, при таких [обстоятельствах] жизни (vita comite) лично придти, чтобы заплатить [тебе всё, что тебе причитается] 284».

[41.] В то же самое время грек Иоанн, глава плацентинской 285 церкви, вернувшись из Константинополя с посланником (legato) греческого императора, прибыл в Рим. Он, желая захватить пустующий апостольский престол 286 – [ведь] папа (pastore) [Григорий] был изгнан [из Рима] из-за безрассудства Иоанна Кресценция 287, − нисколько не убоялся выступить против императорской воли (imperiale decretum). /p. 31/ Григорий же, который по заслугам был определён [императором стать главой] этой церковь, [покинув Рим,] переходил из одного города Италии в другой, ожидая прибытия императора.

[42.] В то же время выше названный дукс [Пётр] своего сына Иоанна отправил в Константинополь; [там] его император не только одарил блистательными дарами, но и осыпал различными почестями (honoribus).

[43.] А император [Оттон], когда узнал о нечестивейшем преступлении, совершённом греком Иоанном 288, не поленился немедля вернуться в Италию (январь 998 г.). Решив из Тицина добраться до Равенны на корабле, он попросил своего возлюбленного кума (compatri), дукса венетийцев Петра, чтобы тот согласился отправить из (ultra) ферарского замка ему навстречу своего сына Оттона. Дукс, охотно согласившись, отправил сына с парадными (decoratis) кораблями, среди которых один особенно выделялся размерами и красотой 289. Император, взойдя вместе с юным [Оттоном] на этот [корабль], прибыл в Равенну (февраль 998 г.). Пробыв там недолгое время, он одарил сына дукса богатыми дарами и разрешил [ему] вернуться обратно в Венецию.

[44.] [После этого император] поспешил отправиться в Рим, чтобы подавить самоуверенность (arroganciam) [своих] врагов. [Когда] те узнали, что [император вскоре] прибудет в Рим, [то] один из них, а именно Иоанн Кресценций, спрятался вместе со своими [близкими] в крепости (castello) святого Ангела, а другой, то есть грек Иоанн, укрылся в неприступной башне недалеко от Рима, где, [впрочем], после прихода императора ему недолго позволили пробыть – его захватили его [собственные] воины, выкололи ему глаза, отрезали уши, а также вырвали ноздри и отрубили язык – обезображенный, с остриженными волосами, он был доставлен в Рим [и помещён] в один из монастырей. Но поскольку такое наказание посчитали недостаточным за [его] преступление, [то] позднее святое собрание вынесло решение о низложении с него [священного сана] [в силу того, что] он предал [свои] священные обязанности, и римляне его обезображенного, посадив на осла задом наперёд 290, под крики глашатая возили по городским районам Рима.

После этого все римские жители (cives) вместе с войском тевтонцев решились штурмовать (expugnare) чрезвычайно укреплённую крепость святого Ангела. Захватив её с большим трудом 291, они на глазах у всех обезглавили пленённого (in sumitate) [и] умолявшего жалобным голосом о прощении Иоанна Кресценция (29 апреля 998 г.). [Тело его] было подвешено [за ноги] над землёй (projecto tellure), [как и тела] других, которые, лишившись возможности спастись, по приказу императора были преданы (suspensi) той же казни на горе Гаудий 292.

По завершении этих [событий], император три года управлял италийский королевством, в течение которых, [впрочем], он, много путешествуя (peregens), посещал германское королевство.

[45.] В те же времена [жители] области далмациан ещё не подчинялись власти дукса венетийцев, как и иатеранцы. Их кроатские и наррентанские вожди привыкли подвергать частым грабежам, так что [однажды] нарентанцы, захватив сорок из них 293, увели вместе с собой, заковав в оковы. Поэтому почти весь народ далмациан, однажды собравшись вместе, передал через своих вестников дуксу венетийцев Петру, что если он сам пожелает придти или прислать войско, которое освободит их от жестокости ск[л]авов, то и они сами, и города их навеки [и] неизменно останутся преданными его власти и наследников его.

[46.] Узнав об этом, дукс Пётр, поддержанный на совете своих [приближённых], без какого-либо промедления приказал снарядить военный флот.

[Итак,] на седьмом году своей власти в праздничный день Вознесения Господнего (26 мая 998 г.) 294 [дукс Пётр] пожелал прибыть вместе со своими [людьми] на службу мессы в оливольской церкви святого Петра. Доминик, епископ этого храма (loci), облачил его в триумфальные одежды, и дукс, выступив вместе с флотом, в тот же день прибыл в эквильскую гавань. Отсюда, распустив (libratis) паруса и пользуясь западным ветром, они направились в Град. [Здесь] их встретил патриарх, господин Витал, который шёл во главе толпы народа и пышно одетых клириков, и изъявил покорность, приличествующую для его господина 295; при этом он вложил в правую руку 296 [дукса] победоносный (victrici) знак святого Гермахоры 297.

[47.] После этого проплыв по морским волнам в Истрийскую область, они, убрав паруса, расположились провести ночь на острове 298 [напротив] города Парентины 299. [Здесь] их встретил достопочтенный епископ Андрей, который изъявил дуксу Петру приветствие и покорность (famulamina). Он смиренно просил его, чтобы [дукс Пётр] не отказался посетить храм (oraculum) святого Мавра. Удовлетворяя просьбу [епископа Андрея], во главе большого воинского отряда (multo milite stipatus) вошёл в город [Парентину] и исполнил священные службы в церкви святого Мавра. Продолжив отсюда поход, они, плывя на вёслах (remigantibus nautis), пожелали быть гостеприимно принятыми (grata ospicia habere) в монастыре святого Андрея, находившемся в городе Пола 300. Туда без промедления прибыл со множеством клириков и простых жителей (civium) Бертальд, превосходнейший глава (antistes) Полы, и обоими 301 почестями восславил дукса.

[48.] Затем по широкой глади 302, подняв паруса, они перенеслись в город Абсар 303. Там, [чтобы выразить свою] радость по случаю прибытия столь важного гостя, собрались не только жители (cives) [Абсара], но почти все [обитатели] из соседних крепостей, не только римских, но и склавских. И /p. 32/ все поклялись [дуксу Петру в верности], решив оставаться под властью правителя [венетийцев]. После этого торжественно отпраздновав праздник Пятидесятницы (5 июня 998 г.), [все] исполнили благодарственные гимны (modulamina) в честь выше названного дукса. Затем [дукс] приказал всем, кому позволял возраст, идти [в поход] вместе с ним, и они, получив солдатское жалование, продолжили намеченный путь.

На следующий день, прежде чем [дукс] вступил в Иатар 304, глава (prior) этого города вместе с епископом и прочими [людьми], охваченные радостью, встретили (recaeperunt) [его как] своего владыку; [затем все] вошли в город, где все старейшины (majores) той области, собравшись вместе, объявили, что они желают подчиняться власти правителя [венетийцев]. Среди них [туда же] прибыли вместе с главами своих городов епископы [островов] Векла и Арба 305 и одинаковой клятвой (voto) поклялись на святом Писании евангелистов, что они должны будут по мере их знания и возможностей (iuxta illorum scire et posce) служить господину, дуксу Петру. Кроме того епископы в тех же клятвах подтвердили, что в праздничные дни, когда они по обычаю в церкви возглавляют торжественную процессию, они станут в благодарственных молитвах прославлять имя правителя [венетийцев] после [имён греческих] императоров.

[49.] Между тем король кроатов 306, догадавшись, что дукс прибыл, чтобы напасть на его племя, попытался через вестников умиротворяющими речами умилостивить его; [однако] господин дукс, полностью отвергнув их (parvipendens), приказал тем вестникам возвращаться обратно [к своему королю] и вместе со войском обоих народов 307 стал решать, куда могут прибыть враги и с помощью каких средств можно будет без сильного ущерба (indemnis) захватить их самые укреплённые местности. Тогда же от некоторых [своих воинов] (quorumdam relatione) он узнал, что сорок знатных нарентанцев, завершив торговые дела, собираются из Апулии вернуться в своё [отечество]. [Дукс] приказал без промедления отправить десять кораблей, полных воинами, к острову, который называется Каза 308. Те, прибыв туда, после непродолжительной 309 битвы захватили [тех нарентацев] и поспешили к городу Траор 310.

[50.] А господин дукс во главе и тех, и других воинов, то есть далмациан и венетийцев, на шестой день покинул выше названный город [Иатар] и подошёл к острову, находившемуся недалеко от города Белграда 311. Отсюда он милостиво изволил (placuit) отправить жителям [этого города] посольство, [которое им объявило], что если они пожелают изъявить добровольную покорность (famulicium persolvere) и присягнуть ему на верность, то он проявит по отношению к ним милость, а если нет, то пусть они будут твёрдо уверены, что он захватит их силой. Услышав это, [жители Белграда] очень испугались мести (periculum) со стороны своего господина, то есть короля склавов, [если они сдаться дуксу Петру,] но, [одновременно], они понимали, что не смогут оказать отпор столь сильному правителю 312. Итак, выбирая между двумя опасностями, они не знали точно, что им делать. Наконец, подавленные страхом перед господином дуксом, [несмотря] на присутствие воинов короля [склавов], они присягнули и изъявили покорность [дуксу Петру]. [Затем] выдающийся дукс отправился дальше и ему без колебаний присягнули встретившиеся [на пути] жители (colones) острова Левиграды 313.

[51.] Когда же он достиг Траора, то получил 314 присягу от епископа и жителей (cives) [этого города]. Там же он обнаружил своих воинов, прибывших с победой, которых, как мы сказали, выше он отправил из Иатара [для захвата нарентанцев]. Также [туда] к нему прибыл брат короля по имени Суригна 315, который немного ранее был обманут братским коварством и лишён королевской власти (regni diadema). Он не только связал себя клятвой [верности] с дуксом, но и оставил в качестве заложника своего возлюбленного сына, юного Стефана.

Отсюда [из Траора] выше названный дукс отправился в Спалентину 316, знаменитый и крупный город, который тогда считался столицей (metropolis) всей Далмации. Его принял вместе со множеством горожан, клириков и светских людей, архиепископ, по священному обычаю увенчанный митрой (инфулой), и по завершении торжественной мессы все добровольно согласились дать [дуксу Петру] клятву верности.

[52.] [Тогда же] один из наррентанских вождей узнал, что сорок его [соплеменников] были захвачены в плен. Он долго через вестников умолял господина дукса, чтобы тот отпустил их. С ним был заключён договор, что прежде, чем дукс покинет их области, и этот наррентанский вождь сам, и все [прочие] их старейшины согласятся удовлетворить его требования, [а именно] они не будут более требовать прежней дани и не будут причинять вреда никому из венетийцев, проходящим [через из земли]. Тогда дукс позволил уйти пленникам, удержав и оставив с собой только шестерых из них, [как заложников], чтобы тот [нарентанский вождь] не нарушил договорённости.

[53.] По завершении этих дел дукс продолжил [свой] поход, чтобы подчинить другие [города] этой страны (regionis). [Сам] пожелав остановиться в церкви святого Максима, он [отправив] сильный отряд, покорил и подчинил своей власти обителей острова Курзулы 317, которые отказывались исполнять его приказания. После этого, следуя по обету с Божьей помощью тому, чего он [и сам] сердечно желал, [дукс] решился напасть на гнусных обитателей острова Ладестина 318, из-за бешенства которых венетийцы, проплывавшие через этот остров (illa loca), очень часто подвергались грабежу и лишались своих богатств. Этот /p. 33/ остров был окружён скалистыми мысами, [и] хотя был проход для подплывающих [к нему], однако он пугал высотою [своих] гор, на одной из которых [к тому же] был построен [город], укреплённый стенами и башнями, [так что] все считали его неприступным.

[54.] Однако выше названный дукс, собрав множество кораблей, проник в одну из гаваней этого острова [и] объявил [его] жителям, чтобы они, прекратив упорствовать, подчинились ему, либо пусть знают, что он захватит их силой. Они, подавленные страхом, попросили мира, на что им было объявлено, что никакой мир между ними и дуксом невозможен, пока они сами не разрушат свой город и не покинут [его], навсегда [оставив] необитаемым. Решительно отказавшись исполнить это, они замыслили дать отпор столь большому войску [дукса]. Тогда [наш] повелитель приказал своим [воинам] готовиться к сражению и сурово покарать [врага]. Но поскольку высокорасположенное место [города] делало для нападающих подъём [весьма] тяжёлым, враги малодушно (procul virtute) старались, сколь могли долго, сдерживать [приближающихся воинов дукса], метая копья. Однако ведомые всемогущим Богом большая часть [нашего] войска, [пройдя] боковыми тропами остальную часть горы [и] атаковав с того места, где были проходы в укреплениях, захватила башни, где хранились запасы (vascula) воды. [Люди], оборонявшие их, после весьма [продолжительного] сражения были подавлены и, наконец, сдались 319: они сложили оружие и на коленях умоляли пощадить их. И дукс, ревнитель благочестия, распорядившись сохранить им жизнь, приказал только опустошить их город.

Когда это было исполнено, [наш] правитель победителем вернулся в церковь святого Максима. Там его встретил архиепископ Рагузы 320 вместе со своими [людьми] и все принесли присягу правителю [венетийцев], явив полную покорность 321. После этого, вновь посетив на обратном пути все выше названные города, [дукс Пётр], наконец, с великим триумфом вернулся в Венецию.

[55.] Между тем император Оттон, надумав в третий раз посетить италийское королевство, решил держать путь по водам огромного куманского озера (июнь 1000 г.). В Куме 322 его встретило множество лонгобардов, среди которых находился диакон Иоанн 323, вестник выше названного дукса Петра, который, не зная [ещё] о победе своего повелителя (seniorem), сообщил императору, что его повелитель [Пётр] выступил в поход, чтобы покарать диких склавов. Когда же этот Иоанн вместе с императором прибыл в город Тицин, то от неких вестников (referentibus) он узнал о победном возвращении своего господина [из похода]. Ему, уже желавшему вернуться в своё [отечество], император велел передать тайное послание для его повелители, что [император], высоко ценя и уважая (dilectionis gratia) столь [знатного] и [своего] кума, если будет возможно, желает тайно придти в какое-либо место среди владений [дукса] и лично побеседовать с ним 324. Дукс же, в волнении (avide) выслушав это [послание], однако нисколько не поверил, что такое возможно, что повелитель столь многих королевств, не поставив в известность своих [людей], способен с лёгкостью проникнуть на чужую территорию (aliena jura). И, не пожелав обсудить это [дело] ни с кем из своих [людей], [дукс Пётр] сохранил его в тайне 325.

[56.] А выше названный Кесарь [Оттон], покинув город Тицин (ноябрь 1000 г.), отправился через горы (alpes) Тусции согласно своему желанию в римскую землю, а потом во время поста, который предшествует пасхальным торжествам, решил уйти в Равенну. К нему дукс Пётр направил того же самого диакона Иоанна; он был радушно принят [императором], но, тем не менее (inportune), тревожился [поскорее] вернуться обратно [к дуксу] из-за того, о чём [император] сказал раньше 326. И потому случилось так, что указанный диакон Иоанн ездил туда-сюда, занимаясь (ventilaretur) этим важным делом.

Наконец, император получил от дукса полезный совет, [как поступить,] и, торжественно отпраздновав день пасхи, объявил всем своим старейшинам (majoribus), что он желает принять очистительное питиё в монастыре святой Марии, находившемся на острове, который называется Понпосия, и пробыть там [в монастыре] несколько дней. Находится же этот остров, обтекаемый с одной стороны морем, а с другой – течением Эрипдана, недалеко от Венеции. После этого, [между императором и дуксом] было установлен [день], когда [император] посетит и храм (oraculum) святого Марка, и [своего], давно любимого кума. Затем [император], взойдя на корабль с несколькими близкими [людьми], которым он доверил тайну, отправился в выше указанный монастырь. Отказавшись переночевать [в самом монастыре] и оставив аббата и монахов, он приказал приготовить ему небольшое жилище для приезжих (ospiciolum), которое, как он заранее предвидел, было в монастыре. Он притворился, что запрётся там на три для того, чтобы пить целебное питьё.

[57.] Когда же наступила ночь, он взошёл на небольшой корабль, который для него тайно приготовил выше названный диакон Иоанн, ожидавший его на краю острова. Также на этот корабль поднялись комит Гецилин, который позднее стал дуксом байовариев 327, тарвизианский комит Раймбальд, воинственнейший муж Тевперн, камерарии 328 Райнард [и] Тамон, личный (unicus) капеллан [короля] Вальттер и Фредерик, который позднее (в 1001-1003 гг.) стал архиепископом Равенны.

Они плыли всю ночь /p. 34/ и весь день и на следующую ночь достигли церкви святого Сервула, которая, как известно, находится недалеко от дворца дукса: там тайного прихода столь важной персоны ожидал могущественный дукс Пётр. И поскольку в сумраке четвёртой ночи 329 они едва могли друг друга увидеть, то после объятий и нежнейших поцелуев, [приветствовавших] нового гостя, дукс так сказал [императору]: «Не угодно ли тебе осмотреть монастырь святого Захария? [Ведь] тебе лучше [сейчас] идти туда 330, до того, как утром [я] смогу подобающим образом принять тебя в стенах моего дворца». [И] следом за этим они оба взошли на корабль: один отправился в свой дворец, а другой – в выше указанный монастырь. После того, как для него был открыт проход в тот монастырь, он вступил в церковь, но пробыл там недолго: как было условлено, он прибыл во дворец и, осмотрев все пышные покои (dequoritate) [дукса], изъявил желание остановиться (retrudi et servari) вместе с двумя своими [приближёнными] в восточной башне. Он, дабы не быть узнанным, был одет в самое скромное одеяние.

[58.] А выше названный Гецелин вместе с остальными ожидали дукса возле (ante) храма святого Марка, возвращавшегося с утренней [церковной] службы. Чтобы окружающие [люди] не догадались о тайне, они передали [дуксу] приветствие от императора (ex imperiali parte). Дукс у них спросил, как здоровье императора и где он [сейчас] находится. Те ответили, что он остался как гость в монастыре в Пампосии. [Дукс], целовав их, попросил их остановиться у него во дворце, а сам пошёл к императору. У дукса не было возможности (fas) оставаться в выше указанной башне вместе с императором целый день, иначе кто-нибудь из венетийцев мог бы догадаться о смысле (capacitate) происходящего. [Поэтому дукс] открыто вышел к завтраку вместе с другими [приближёнными], а потом снова потрапезничал и побеседовал вместе с Кесарем [Оттоном].

[59.] Для укрепления оков совершенной веры Кесарь принял из святой купели крещения тогда ещё оглашенную дочь дукса 331. На вечное пользование (perpetua scriptione) [император] даровал дуксу, своему куму, паллий, который венетийцы по условиям договора оценили (persolvebatur) в свыше пятидесяти ливров [золота], а также нерушимым образом пообещал ему [помогать] во всех делах, пока он правит. Однако дукс ни о чём не пожелал просить [его] за исключением того, чтобы имущество его церквей и всех венетийцев оставалось неприкосновенным, но сохранялось под [их] властью 332 во всё его время.

На другой день, когда [император] решил покинуть [Венецию], дукс хотел одарить его разного рода сокровищами (fortunis), однако тот не пожелал ничего брать, сказав: «Я не хочу входить во искушение (crimen) [принять что-либо от тебя], чтобы никто не утверждал, что я прибыл сюда из-за жадности, а не из-за любви к тебе и к святому Марку». Однако под давлением настойчивых просьб [дукса], хотя и неохотно, он принял в дар кресло из слоновой кости с такой же (suo) скамьёй, а также серебряную трубу (siphum) и кувшин дорогой 333 работы. Поцеловавшись [на прощанье] и оба заплакав, они расстались.

[60.] А Гецилин и другие выше названные [мужи] получились возможность [покинуть Венецию] не в тот день, а на следующий. Император же, поднявшись на корабль только с двумя [приближёнными] и выше названным диаконом Иоанном, тайно [глубокой] ночью вернулся в выше названный монастырь [святой Марии]. Утром он внезапно явился ко [всем] ожидавшим [его], [после чего], отплывая на корабле вместе с выше указанным Иоанном в Равенну, объявил всем, что он вернулся из Венеции 334. Все были поражены, с трудом поверив в это. А дукс, между тем, спустя три дня приказал народу венетийцев собраться [у него] во дворце: открыв [венетийцам] обстоятельства этого дела, он восхвалил благочестие (fidem) императора не меньше, чем ум (pericia) своего повелителя (senioris).

[61.] В то же самое время император, узнав, что против него восстали жители Беневента, выступив против них, силой подчинил [их] своей власти и многих уничтожил. После этих событий он снова вернулся в Равенну, а потом отправился в Папию. Там он узнал, римляне собираются, восстав против него, сбросить его власть 335. Он направил против них своего патриция Занона вместе с войском, а сам на корабле тотчас вернулся в Равенну (ноябрь 1001 г.).

[62.] Тогда же Кесарь с диаконом Иоанном послал в дар своему куму, дуксу [Петру] два императорских украшения из золота, удивительной работы – одно из Павии, другое – из Равенны. Дукс ему в ответ через того же диакона [Иоанна] отправил в Равенну кресло, украшенное удивительными, резными дощечками из слоновой кости. Тот, с радостью (avide) его приняв, оставил на сохранение в том же городе 336.

[63.] Потом, желая снова посетить столичный (validam) город [Рим], но боясь интриг его жителей, [император] вступил в крепость, называемую Патерн (январь 1002 г.). Там, к несчастью, он недолго пробыл в качестве гостя, но, ещё будучи в цветущем возрасте 337, тяжело [заболев] 338, окончил земную 339 жизнь (24 января 1002 г.). Вместе с другими [людьми] архиепископ Колона 340 [Гериберт] унес его останки и доставил их во дворец Аквисграна, чтобы [Оттон] мог ожидать судный ему день вместе с предшественником своим блаженной памяти Карлом 341. /p. 35/

[64.] После [Оттона] по установленному обряду был коронован (regnorum… diadema) Генрик 342 (6 июня 1002 г.), королевский дукс, происходивший из королевского рода; но при этом в Тицине королевскую корону 343 (regni coronam) при поддержке лангобардов незаконно захватил Ардоин, сын комита Дадона. Однако большая часть [лангобардов, не признав его королём], ожидала прибытия [в Италию] Генриха.

[65.] В год воплощения Спасителя нашего тысяча четвёртый, на десятом году власти господина Петра, дукса венетийцев и далмациан, соправителем своего родителя стал Иоанн, славный сын дукса. Он, уже [вступив в] третий возраст 344, достигнув восемнадцати лет 345, был полон сил, совершенно [сходный] c отцом и умом, и добродетелью. При этом он старался подражать (obtemperare) благочестивым нравам [своего] отца, так что под родительским руководством всё отечество 346 оставалось единым (uno foedere).

[66.] В тот же год множество сарракен, вторгнувшись в области Апулии, обложило со всех сторон осадой город Вар 347, которым управлял императорский 348 представитель (capatanus) Грегорий. Услышав об этом, выдающийся дукс Пётр приказал готовить большое войско и, выступив из Венеции в торжественный день святого Лаврентия (10 августа 1002 г.), отправился в поход против [сарракен].

Подняв паруса и проплыв по широкому морю, он обошёл различные земли и за 8 дней до сентябрьских ид (6 сентября 1002 г.) приблизился к выше названному городу. Оба 349 сарракенских войска, увидев, что к христианам пришло неожиданное спасение, вооружившись – одни, [сев] на коней и стоя на берегу, другие, поднявшись на корабли, − стали дерзко вызывать христиан на бой. Однако господин дукс Пётр с Божьей волей (divina propiciatione) благополучно вместе со своими [людьми] проник в гавань выше названного города. Жители вместе с императорским представителем Грегорием, встретив подобающим образом, предложили [ему] остановиться в городском дворце. Господин дукс начал убеждать [их], каким образом они могли быть спасти свой город от диких язычников. Прежде всего, он, [доставив запасы продовольствия], спас жителей, измученных голодом, от недостатка пищи.

[67.] После этого, он убедил их сразиться с нечестивейшим племенем в открытом бою. Приказав выступать вперёд под его победоносным знаменем, он одним велел сражаться [в сухопутном бою] в городских предместьях, а другим – подняться вместе с ним на корабли, [после чего] начал морское сражение. И потому случилось так, что на протяжении трёх дней сарракены были теснимы то [ударами] мечей, то метанием огня (igneis iaculis) 350. Под покровом [же] третьей ночи 351 войско язычников бежало прочь [от города]. Также немного позднее бежали и прочие сарракены, обитавшие [в Апулии] и кровожадной властью подчинившие себе эти местности. И потому [их] жители благоговейно почитали имя господина дукса Петра, который, вооружившись не мирским, но Божьим страхом, освободил их от вражеского господства 352.

[68.] Мне кажется, будет правильным рассказать о том, что было явлено одному из этих сарракен по воле Бога (divinitus) в день, когда все [истинно] верующие справляют праздник Успения Богородицы. [До прибытия дукса Петра в Вар случилось так, что этот сарракен], находясь на самой высокой (munitissima) башне монастыря святого Бенедикта 353, расположенного недалеко от города [Вара], увидел сверкающую звезду, стремительно летевшую по западной части неба (ex… climate) и упавшую в городскую гавань. Он рассказал об этом Иерониму, духовному отцу и руководителю выше названного монастыря, [а тот] сразу понял, что [скоро] к жителям [город] придёт на помощь святая Мария, [чьё имя?] означает «морская звезда». Без сомнения Пречистая Родительница исполнилась в приходе дукса венетийцев Петра, приведя его в [Вар] с западной стороны и даровав ему победу над противником (de oste… triumphum) в праздничный день своего Рождества.

[После всего] дукс Пётр отправил отсюда в Константинополь своих вестников и, приняв от императорского представителя многочисленные дары, без потерь вернулся в Венецию.

[69.] В это же самое время король Гейнрик отправил с войском в Италию дукса Оттона 354, [который] сразился с незаконным королём Ардоином недалеко от Альп, на поле, называемом Витал 355; [во время этой битвы] было много погибших с обоих сторон. Когда об этом стало известно королю Гейнрику, то на следующий год он [сам] во главе ещё большего войска вторгся в Италию (1004 г.) и, изгнав Ардоина из Вероны, решительным образом подчинил своей власти всех лангобардов.

[70.] По просьбе [Гейнрика] дукс венетийцев Пётр отправил в выше названный город к нему своего сына, мальчика удивительной красоты 356; [Гейнрик] совершил над ним обряд помазывания святым елеем (liquore) и, вручив превосходные дары, отпустил обратно к отцу. После [Гейнрик], решив быстро [объехать] остальные города Италии, в Папии медиоланским епископом был коронован [как король лангобардов] (14 мая 1004 г.). Узнав там, что горожане строят козни против /p. 36/ его власти 357, он опустошил весь город огнём и убийствами, после чего по Куманского озеру отправился в [Германское] королевство, находящееся по ту сторону гор (июнь 1004 г.).

[71.] В то же самое время выдающийся дукс Пётр по настоятельному требованию императоров Василия и Константина направил в царственный город [Константинополь] своего возлюбленного сына, дукса Иоанна, дабы он [там] сочетался браком. Императоры, приняв [Иоанна] достойным образом, решили отдать ему в жёны [девушку] царского рода, дочь их знатнейшего патриция по имени Агриропол 358. Дабы приблизить день сочетания [браком] со столь высокородной девицей, а именно племянницей императоров, императорским решением выше названному дуксу было приказано встретиться с этой девушкой в часовне и там они получили благословение пастыря этого города 359, а императоры возложили им на головы золотые короны 360. Оба императора возложили на них правую руку, [после чего] они прошли в богато украшенные покои (aulam… tali decoritate), где, оказалось, [уже] собрались пирующие (convivantium cetus). При этом вышеназванные императоры обеспокоились столь блестяще и приятно устроить [обстановку] в этом зале (thalamum), что пирующие гости на протяжении трёх дней приобщались к радостям праздничной трапезы. Проведя таким образом [праздничный пир] во дворце, называемом Икономий; [по окончании торжеств], каждый [из гостей], уходя, получил дары. А молодой дукс решил пожить со своей прелестной супругой (sponsa) [некоторое время] во дворце, который он получил в качестве приданного.

[72.] Император Василий упорно настоял на том, чтобы [дукс] не покидал [Константинопля], пока он сам с Божьей помощью не вернётся из земель булгар, против которых он выступил в поход с мощным войском (valida manu). [Легко] подчинившись его уговорам, дукс [Иоанн] стал ожидать его возвращения. Когда же [Василий] вернулся [из похода], он возвёл дукса в сан патриция, а малолетнего Оттона, брата [Иоанна], [также] прибывшего [в Константинополь], почтил дарами. После этого дукс, получив приданное, то есть [множество] различных богатств, а равно и императорские дары, попросил позволения вернуться в своё [отечество]. Ведь было тогда достаточно встреч с родителями, которые оплакивали молодую знатную девицу, отправлявшуюся в далёкие земли, как в изгнание.

Итак, дукс, исполнив все, что желал, (pro votis omnia consecutus), поднялся на корабль вместе с прекрасной молодой женой и приказал своим [людям] взрыхлить морские просторы 361. Повсюду на всём пути до родной [Венеции] и греки, и другие народы не отказывались проявлять покорность [дуксу].

[73.] Когда же было сообщено о прибытии обоих сыновей [их] достопочтенному отцу, уже давно ожидавшему [их], тот, вознеся благодарность Царю небесному, решил встретить их множеством кораблей недалеко от побережья [Венеции]. И они, [вернувшиеся] в целости [и] окружённые таким торжеством, они были приняты в отеческие объятия возле дворцовой насыпи (tribunal). Также [дукс] отец приказал устроить и для своих людей, и для чужеземцев множество пиров [в] покоях такого же [великолепия, как и в Константинополе]. По истине никто из наших не может вспомнить, чтобы так когда-нибудь выражалась радость.

А госпожа Мария, греческая жена дукса (ductrix), немногими днями позже родила в Венеции сына, зачатого [ещё] в Константинополе, которого выдающийся дукс Пётр, приняв из святой крестильной купели, нарёк Василием в честь его дяди императора.

[74.] Приблизительно тогда же указанный дукс Пётр ради спасения своей души и на радость всему отечеству даровал венетийцам тысячу пятьдесят либров денариев, а также со всей тщательность довёл [до завершения] начатое [строительство] дворца. Там среди прочих украшений он приказал простроить удивительной красоты часовню, отделанную не только мрамором, но и золотом.

[75.] Между тем дукс Пётр, считая, что почти всё желаемое [им] исполнено, стал больше [времени], чем обычно, уделять управлению народа, подчинённого законной справедливости. Но божественное проведение, подчиняя всё равной власти, [дукса], вознесённого на вершину счастья, суровым образом обратило на путь его добродетели (sue virtutis). Ведь в то же самое время (1006 г.) на середине неба засверкала звезда комета, чьё появление всегда предвозвещает [какое-нибудь] бедствие (flagicium) и после которой по всем областям Италии и Венеции последовала великая чума (1007 г.). Во время неё погибли внезапной смертью люди 362 обоего пола. Среди них [умерла] госпожа Мария, греческая жена дукса, а через шестнадцать дней Иоанн, её прекрасный муж, – о несчастье! – они [вдвоём] были похоронены в одной усыпальнице (mausoleo) в монастыре святого Захарии.

[76.] Их смерть (funere) оплакивали не только страдающие родители и братья (fraterna societas), но и всё отечество погрузилось в слёзы и страдание. Ведь они оба были столь славны добродетелью, что были благими и для Бога, и для людей.

На протяжении шести 363 лет народ Венеции оставался под управлением отца, но, чтобы получить утешительное спасение от такой скорби, венетийцы единодушно потребовали вознести в достоинство дукса другого сына господина Петра, а именно царственного юношу (puerum) Оттона. Тот же, хотя и достиг [только] цветущего возраста 14 лет, /p. 37/ однако до такой степени был полон разумностью, что про него говорили, что он следующий после другого брата 364 только возрастом, но не добродетелью 365.

[77.] Помимо этого дукс [Пётр] пожелал распределить отеческое имущество (munus) среди своих детей так, чтобы по праву завещания каждый получил свою долю. Желательно указать их имена, написав по порядку. Первый из них получил Господнее имя 366 [и] вполне хорошо отвечал [этому имени] и обликом, и врождённым свойствами (viribus). Второй именуется Урс: он таким образом исполняет обязанности священнослужителя, что про него справедливо будет сказать, что он – гордость клириков. Третий по порядку – Оттон, выше названный юноша, одноимённый [императору и] ставший соправителем отцу. Четвёртый именуется Витал: этот по собственному рвению выбрал себе удел священнослужителя. Пятый имеет имя Гейнрик: внешний облик этого юноши подобен сиянию солнца. Также у этого плодовитого отца есть четыре дочери, первая из которых по имени Гицела вступила в почётное супружество с сыном короля склавов Стефаном, о котором мы сказали ранее 367; трёх остальных [дукс] отдал в монастырь Всемогущему Богу.

Итак, устроив подобающим образом [дела своих детей], он решил отказать в ложе своей родовитой 368 супруге Марии на том основании, чтобы [из-за рождения нового ребёнка] в [их] семейном кругу (familiaritatis conversatione) не возникло никакого разногласия. После этого всё [своё] богатство, какое оставалось, он раздал церквям и беднякам, ничего не оставив себе, кроме знатного положения 369.

[78.] В год от воплощения Господа нашего Иисуса Христа тысяча восьмой, когда умер глава альтинской церкви Валерий, который управлял епископской кафедрой в течение двадцати лет без пятнадцати дней, по решению клириков и мирян (populo) его престол наследовал Урс, выше названный сын дукса Петра. Нравы этого юноши я желаю кратко упомянуть в моём повествовании (meo famine). Ведь он был верой благочестив, обликом прекрасен, умом острожен и так предан изучению наук, что он всеми был признан достоиным этого столь высокого сана. Для совершения его рукоположения [в епископы] Пётр, дукс и его прославленный родитель, приказал тщательнейшим образом восстановить весь храм святой Марии и церковь, уже почти разрушенную от древности.

 

Комментарии

190. Букв. «сотрясаемый [злым] демоном».

191. Иоанн попеременно называет дукса то «Урсом, то «Урсоном».

192. Или «на [берегу] торкелльского залива» (in Torcellensi lacuna).

193. Император Михаил III Мефис («Пьяница») (842-867 гг.). Иоанн, ничего не сообщая ни о смерти императора Михаила II, ни о воцарении императора Феофила (829-842 гг.), по-видимому, смешивает и считает за одного двух императоров, именовавшихся Михаилом, деда и внука.

194. Императоры Василий I Македонянин (867-886 гг.) и Константин Македонянин (886-879 гг.).

195. Правитель, назначающийся королём, в данном случае имеется в виду правитель города, возможно, Иоанн Диакон так передаёт арабский титул султана.

196. Имеется в виду ислам.

197. Адельхиси удалось пленить императора, после чего он продержал Людовика под стражей в течение месяца.

198. Букв. «заключить мир».

199. Римский папа Иоанн VIII (872-882 гг.)

200. Совр. г. Умаго.

201. Совр. г. Читтаннова.

202. Совр. г. Червере.

203. Совр. г. Ровиго.

204. Возможно, это тот самый Бандон, о котором говорилось выше (III.6).

205. Император Карл II Лысый (875-877 гг.), сын Людовика I Благочестивого.

206. Карломан, король Баварии (876-880 гг.) и Италии (877-880 гг.), внук Людовика I Благочестивого.

207. То есть не преступал к своим обязанностям епископа.

208. То есть между дуксом Урсоном и епископом Петром.

209. То есть дуксом Урсом.

210. Вероятно, имеются в виду равеннцы, находившиеся в Венеции.

211. См. III.1.

212. Имеются в виду венгры.

213. Король Беренгарий I (888-912 гг.), по матери внук Людовика I Благочестивого.

214. Букв. «гонение».

215. Император Лев VI Мудрый (886-912 гг.).

216. Император Константин VII Багрянородный (912-959 гг.).

217. Император Роман I Лакаприн (920-944 гг.), соправитель Константина Багрянородного.

218. Лиупранд называет должность Романа «делонгарин тис плоос», т. е. начальник флота.

219. Император Роман действительно носил титул «василеопатра», то есть «отец императора».

220. Это деталь в рассказе Иоанна напоминает подробности экономической блокады Венеции, которую согласно хроники установил император Оттон второй (см.: IV, 24).

221. Т. е. жители Константинополя.

222. Иначе о захвате власти Романом рассказывает Лиупранд (III, 26).

223. Лиупранд пишет, что Стефан и Константин низложили своего отца Романа, «не вынося… справедливой отцовской строгости» (V, 21).

224. Совр. Принцевы острова в Мраморном море.

225. Т. е. по-гречески.

226. Возможно, от латинского слова «ликтор» (lictor).

227. Согласно Лиупранду начальника дворцовой стражи звали Дьяволин (V, 22).

228. В оригинальном тексте игра слов: habere consortem in honore, no habeatis consolatorem in dolore.

229. Совр. остров Мармара (Проконнесос) в Мраморном море.

230. Совр. остров Самотраки (Самофракия) в Эгейском море.

231. То есть сторонники Петра Кандиана и сторонники его сына Петра.

232. «Маркой» изначально назывались пограничные области в Каролингской империи (от древнегерм. «marcha» – «граница»), в хронике Иоанна по сути уже имеет значение «область», «округ».

233. Совр. г. Сполето.

234. Совр. г. Камерино.

235. Порт в одном из устьев реки Пад (По).

236. О том, что они не будут делать своим дуксом Петра.

237. Felicia – по латыни «счастливая».

238. Иоанн, видимо, хочет сказать, что обстоятельства жизни её соответствовали её имени.

239. Иметь только одного ребёнка – в Средние века случай исключительный.

240. Т. е. отказалась от сексуальным контактов с мужем, возможно, стала монахиней.

241. Император Оттон II Рыжий (973-983 гг.)

242. Lucrator – букв. «добытчик», lucratores multarum gentium (т.е. «те, что подчиняют многочисленные народы» – так называли апостолов.

243. Совр. г. Верчелли.

244. Возможно, речь идёт об убытках, понесённых венетийцами во время пожара в 977 г.

245. В 1731 г. дукс Пётр Урсоил был канонизирован.

246. Вероятно, автор в данном случае нарушает последовательность событий: прибытие императора Оттона в Италию состоялось в декабре 980 г. – тогда он отказал прибывшим к нему послам венетийцев заключать мирный договор; мирный же договор с Вероной Оттон утвердил только спустя два года, 7 июня 983 г., когда прибыл в этот город (об этом см. ниже: IV, 23).

247. Калабрия (полуостров на юге Италии) и Апулия находились в это время под властью византийцев.

248. Букв. «тех, кого он смог увидеть» (illos quos cernere valebat).

249. Так называемая битва при Стило.

250. То есть у императоров, правящих в Константинополе. В этот момент византийский империей правили два брата Василий II Болгаробойца (976-1025 гг.) и малолетний Константин VIII (963-1028 гг.).

251. Учитывая указание Иоанна о двухлетнем бедствии, которое претерпела Венеция (см.: IV, 26), встреча Оттона и Стефана Колоприна должна была состоятся в 981 г.

252. Совр. г. Падуя.

253. Совр. река Адидже в Северной Италии.

254. Viscere. Это может быть искажённая форма глагола visere, либо глагола videre – в этом случае перевод будет: «решил увидеть Рим».

255. Монах, не входящий в общину, живущий вне монастыря.

256. Мать императора Оттона II.

257. Другое название Павии (Папии).

258. Кажется, при описании этого убийства Иоанн использует поэтические обороты.

259. Orbate – букв. «осиротевшей», то есть потерявшей сыновей.

260. Выше он был назван Петром Урсоилом.

261. В 991 г. Оттону III исполнилось только одиннадцать лет.

262. Официальный договор между Венецией и императором Оттоном III был заключён 19 июля 991 г.

263. В оригинальном тексте указано «белонский» (belonensis).

264. Вероятно, имеется в виду Генрих II Строптивый, герцог (дукс) Баварии (955-976 гг. и 985-995 гг.), которому тогда подчинялась Верона.

265. Faciendi voluntatem – букв. «действие, [которое первоначально] желал совершить».

266. Совр. г. Аахен, столица сначала империи Карла Великого и Каролингов, а потом Священной Римской империи.

267. Истрийская марка в эти годы также входила в число владений Генриха Баварского.

268. Древнее поэтическое наименование Италии.

269. Букв. «мягкой просьбой поручил» (dulci praece demandavit).

270. Речь идёт об обряде конфирмации (миропомазания).

271. Совр. г. Брешия.

272. Римский папа Иоанн XV (985-996 гг.)

273. Оттон Вормский, дукс Каринтии (978-985 гг. и 1002-1004 гг.), который был внуком Оттона I и, соотвественно, приходился императору Оттону III двоюродным братом.

274. Брунон под именем Григория V стал первым римским папой (996-999 гг.) германского происхождения.

275. То есть по Эридану – совр. река По.

276. 1 мая 996 г. Оттон, находясь в Равенне, дал дуксу Петру разрешение на свободное устройство трёх гаваней (portuum trium).

277. Совр. г. Римини.

278. Т. е. в Рим.

279. Т. е. после избрание его римским папой.

280. Совр. г. Камерино. По всей видимости, Иоанн Диакон называет «Альпами» Апеннинские горы.

281. Этот эдикт не сохранился.

282. Совр. озеро Комо.

283. Совр. г. Паг.

284. Т. е. идти на тебя войной.

285. Совр. г. Пьяченца.

286. Стал римским папой под именем Иоанна XVI.

287. 29 сентября 996 г. патриций Иоанн Кресценций поднял восстание против папы Григория и тот бежал из города.

288. Иоанн действительно был по происхождению греком, родом с юга Италии, тогда подчинявшегося Византии.

289. По всей видимости, Иоанн Диакон пишет об этом, как очевидец.

290. Букв. «повернув [его] лицо к хвосту»

291. Её осаждали на протяжении недели: с 24 по 29 апреля 998 г.

292. Букв.: на «Радостной» горе.

293. Вероятно, имеются в виду сорок знатных лиц. См. ниже, когда дукс Пётр захватит сорок нарретанских богатых купцов.

294. Исследователи спорят относительно даты ниже описанного похода Петра Урсоила. В отечественной историографии Соколов (Н. П. Соколов. Образование Венецианской колониальной империи. Саратов, 1963) обосновывает, что поход состоялся в 1000 г.

295. Т. е. для дукса Петра.

296. Букв.: «украсил правую руку».

297. По-видимому, речь идёт о штандарте (хоругви) с изображением святого Гермахоры.

298. Совр. о. святого Николая.

299. Совр. г. Пореч.

300. Совр. г. Пула.

301. Вероятно, имеются в виду церковные и мирские прославления (гимны).

302. Vastum aequor – поэтическое выражение (см.: Verg. Aen. II, 780).

303. Совр. г. Осор.

304. Совр. г. Задар.

305. Совр. острова Раба и Крка.

306. В этом момент в Хорватиии было два короля – Крешимир III (1000-1030 гг.) и Гоислав (1000-1020 гг.) Трпимировичи, свергнувшие своего старшего брата Светослава Суронью (о встрече дукса Петра Урсоила с последним см. ниже: IV, 51). Хотя Иоанн ничего не пишет об этом, но, вероятно, именно начавшаяся междуусобица внутри хорватской королевской семьи и дала возможность совершить Петру Урсоила этот поход.

307. То есть венетийцев и далмациан (см. ниже: IV, 50).

308. Совр. о. Кацца.

309. Букв.: «лёгкой».

310. Совр. г. Трау (Трогир).

311. Совр. г. Биоград-на-Мору.

312. То есть дуксу венетийцев Петру.

313. Совр. о. Новицола.

314. Букв.: «укрепился».

315. Светослав Суронья, король хорватов (997-1000 гг.).

316. Совр. г. Сплит.

317. Совр. о. Корчула.

318. Совр. о. Хвар.

319. Deiecti animo – букв. «пали духом».

320. Совр. г. Дубровник.

321. Соколов, как и другие исследователи, полагает это известие сомнительным: «Дубровнику незачем было покупать венецианскую помощь, да еще такою ценой, как отказ от собственной свободы. Не могли этого дубровчане сделать и под влиянием страха перед венецианским флотом, так как он даже и не показывался в водах Дубровника». Соколов полагает, что Иоанн Диакон «мог стать жертвой дезинформации, может быть даже официальной», а причиной прибытия к дуксу Петру Урсоилу посольства жителей Рагузы во главе с архиепископом стал захват воинами дукса нарретанских торговых судов (IV, 51-52).

322. Совр. г. Комо.

323. Автор хроники.

324. Букв.: «воспользоваться присутствием и остроумием».

325. Букв.: «в молчании, в своём сердце».

326. Т. е. о своём желании встретиться с дуксом Петром.

327. Генрих V, герцог (дукс) Баварии (1004-1026 гг.).

328. Камерарий – придворный чиновник высокого ранга, хранитель камеры (королевской сокровищницы).

329. То есть последней четверти ночи.

330. Чтобы скрыть свой приезд в Венецию.

331. Т. е. стал её крёстным отцом. Ср.: IV, 34.

332. Букв.: «в своём состоянии».

333. Букв.: «редкой».

334. Тайное посещение Венеции Оттон состоялось в конце марта−начале апреля 1001 года.

335. Собственно, римляне восстали под предводительством тускуланского комита Григория.

336. То есть в Равенне.

337. На момент смерти Оттону III было 22 года.

338. Как сообщает Титмар Мерзебургский: «внутренности [императора] покрылись язвами, которые мало-помалу лопались»

339. Букв.: «телесную».

340. Совр. г. Кёльн.

341. Имеется в виду Карл Великий, также похороненный в Аахене. За два года до своей смерти Оттон вскрывал усыпальницу Карла и осматривал его останки.

342. Император Генрих II Святой (1002-1024 гг.).

343. Надо понимать буквально: Ардоин короновался железной короной лангобардских королей.

344. То есть стал юношей (ephebus), миновав возраст мальчика и подростка.

345. Dum tercia etas octavo decimo anno ephebum forebat.

346. То есть Венеция.

347. Имеется в виду древнеримский Бариум (совр. г. Бари), один из крупнейших городов Апулии. Согласно Барийский анналам город был осаждён с мая по начала октября (а. 1003).

348. Имеется в виду византийский император.

349. То есть и сухопутное, и морское.

350. Возможно, речь идёт о применении в морском сражении «греческого огня».

351. Букв.: «в молчании третьей ночи».

352. Букв.: «от преследования», то есть жители Апулии, жившие под властью мусульман, уподобляются христианским мученикам.

353. По всей видимости, монастырь был захвачен сарракенами.

354. Оттон I Вормский, герцог (дукс) Каринтии (978-985 гг. и 1002-1004 гг.), отец римского папы Григория V.

355. В окрестностях Вероны.

356. Имеется в виду самый младший сын дукса Петра, чей облик «подобен сиянию солнца» (V, 77); после конфирмации он получил имя своего крёстного отца и стал зваться «Гейнрик».

357. В городе начались волнения против Гейнриха.

358. Будущий императора Роман III Аргир (1028-1034 гг.).

359. Вероятно, имеется в виду константинопольский патриарх Сергий II Мануилит (1001-1019 гг.).

360. То есть молодые люди были повенчаны.

361. То есть отправляться в путь.

362. Букв. «некоторое [представители] человеческого рода» (humanae conditionis nonnulli).

363. Возможно, здесь пропуск слова «десяти» − к 1007 г. Пётр был дуксом Венеции уже 16 лет.

364. Непонятно, о каком брате в данном случае говорит хронист: об умершем Иоанне или о втором сыне дукса Петра Урсе (о нём см. ниже: IV, 77).

365. То есть добродетелью он первый, а не второй.

366. Иоанн – от древнееврейск. «Йоханан» («Яхве милостив»). Данное замечание хрониста примечательно тем, что, исходя из него, можно предполагать, что Иоанн знал древнееврейский.

367. Сыном Светослава Суроньи; см. IV, 51.

368. Generosa – можно понять и как «происходящая из знатной семьи», и как «плодовитая детьми».

369. Возможно, имеется в виду, что дукс Пётр оставил только часть богатств, необходимых для репрезентации своего статуса.

 

Источник: Istoria Veneticorum Iohanni Diaconi. Fonti per la storia dell'Italia medievale: Storici italiani dal Cinquecento al Millecinquecento ad uso delle scuole, 2. Bologna. 1999

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.