Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ИСТОРИЯ ДОМА ЦЗИНЬ,

ЦАРСТВОВАВШЕГО В СЕВЕРНОЙ ЧАСТИ КИТАЯ С 1114 ПО 1233 ГОДЫ

АНЬЧУНЬ ГУРУНЬ

VIII. ИМПЕРАТОР СЮАНЬ-ЦЗУН

Имя цзиньского императора Сюань-цзуна было Сюнь; первоначальное имя Удубу. Он был внуком Ши-цзуна Улу и старший сын Сянь-цзуна Хутува 629. Имя его матери Лю-ши, от коей он родился в третье лето правления Дай-дин императора Ши-цзуна. Ши-цзун-хан воспитал его в своем дворце. В двадцать девятое лето правления Дай-дин он был возведен в достоинство князя Фын, а в первое лето правления Чэн-ань был назван И-ваном. В первое лето правления Чжи-нин, когда Вэй-шао-ван был умерщвлен от Хушаху, Тушань-мин и другие вельможи отправились за Сюань-цзуном Удубу в Чжан-дэ-фу. По прибытии их в Среднюю столицу, князья и чиновники поднесли доклад, коим убеждали Сюань-цзуна занять императорский престол. Сюань-цзун Удубу в день Нюан-янь-мудури (зеленого дракона) вступил на императорский престол в тронной Да-ань-дянь. Сделав Хушаху председателем государственного совета и исправляющим должность главнокомандующего, дал ему титул князя Цзе. В девятый месяц император Сюань-цзун повелел Сенату в производстве дел следовать форме, по коей производились оные при императоре Ши-цзуне. В сем месяце государь возвел в княжеские достоинства своих сыновей: Шэу-ли назвал Суй-ваном, а Шэу-чунь - Пу-ваном. Ко двору Цзинь прибыл из Монгольского государства посол Или-чжи. (Или-чжи, кажется, неправильно принято здесь за собственное имя посла; это испорченное на китайском языке монгольское слово, которое значит "посол".) Сюань-цзун переименовал лета правления Чжи-нин в первый год Чжэнь-ю, обнародовал прощение и, наблюдая различие, раздал награды чиновникам и народу внутри и вне столицы. В первый день прибавочного девятого месяца Сюань-цзун сделал поклонение солнцу в Жинь-чжэн-дянь и с сего времени в первый день каждого месяца постоянно делал поклонение. Сюань-цзун свою мать по смерти почтил титулом: Хуан-тай-хэу. Старший советник императорский Чжан-син-синь представил государю Сюань-цзуну доклад: (По кит. тексту: "Так как в это время еще не был утвержден наследник, и империя не видела будущего преемника престола, поэтому Чжан-син-синь..." и проч.) "Издревле государи, по восшествии своем на престол, утверждали наследников, коих преемственно по себе делали государями. Издавая указы они объявляли о сем во внутренних и внешних областях империи. Я заметил, что старший сын государев Шэу-чжун при шествии во дворец императорский берет знамя и зонтик наследника престола, но по прибытии во дворец, становится в ряд с прочими князьями. Сверх того, к нему уже назначены приближенные вельможи, (Адъютанты или вельможи, с боков стоящие.) но, между тем, доселе не утверждены для него церемонии. Говорят, кто не имеет определенного имени, тот не имеет приличного названия (титулования в разговорах). (По кит. тексту: "Это можно назвать, что он не имеет определенного имени и названия, а употребляемые в разговорах ему неприличны".) В древности ханьский государь Вэнь в первый год своего царствования прежде всего сделал наследником своего сына Ци, чем почтил храм предков и возвеличил жертвенник Шэ-цзи. Государь! Тщательно посоветуйся о сем с главными вельможами и, следуя древнему обыкновению, манифестом утверди престолонаследника, избери хороших вельмож и повели им быть его руководителями. Ты окажешь этим особое благодеяние для государства". Сюань-цзун-хан одобрил сие представление и сделал наследником своего сына Шэу-чжуна. В десятый месяц цзиньский генерал Чжу-ху-гао-ци был дважды разбит в сражении с монгольским войском на северной стороне Средней столицы. Чжу-ху-гао-ци, боясь за это казни, обещанной ему от Хушаху, выступил из стана и, окружив дом Хушаху, умертвил его. После чего Чжу-ху-гао-ци, взяв голову Хушаху, явился к Сюань-цзун-хану и сознался в своей вине. Государь простил его проступок и, повысив, сделал старшим помощником главнокомандующего. Вельможа Чжан-син-синь снова представил Сюань-цзун-хану доклад следующего содержания: "Наш [199] государь Вэй-шао-ван пять лет (В кит. тексте: шесть лет.) сидел на престоле. Нет закона, чтобы вассал восставал против государя. Но Хушаху, начавши бунт, вступил с войском в столицу и умертвил его. В то время только генералы Шань-ян и Шигунай вышли со своим войском на защиту государя и умерли в сражении. При воспоминании об их верности и благородстве вельможи, пользовавшиеся милостями у государя, должны краснеть от стыда. Государь! Ныне ты управляешь империей. Если правление будет хорошо, то подданные с любовью будут повиноваться, прославляя Шань-яна и Шигуная. Окажи милости их потомкам, возрадуй тем их души и сделай поощрение верным подданным. (По кит. тексту: "Ваше Величество только начинает управлять империей, н подданные ожидают преобразования. Прославив двух сих человек и оказав милости их потомкам, можно успокоить души умерших и возбудить правоту в империи".) В древности сунские вельможи 630 Сюй-сянь-цзы, Фу-лян и Се-хой, умертвив Ин-ян-вана, призвали Вэнь-ди из Цзян-лина и возвели на престол. Несмотря на это, Вэнь-ди казнил сих трех вельмож, но затем, помышляя о том, что они его призвали и сделали государем, оказал милости их женам и детям. Хушаху был большой злодей в государстве, целое поколение его ненавидит. Хотя он и погиб, но его преступления еще не вполне известны. Надлежит выставить его проступки и злодеяния, обнародовав о них внутри и вне империи, лишить его чинов и имени и казнить весь его дом; этим все будут довольны. Но если Ваше Величество не решитесь казнить его семейство, потому что он утвердил вас на престоле, то и тогда, подражая примеру Вэнь-ди, можно внушить страх другим". Приняв это представление, Сюань-цзун издал указ, коим, объявив о злодействах Хушаху, лишил его чинов, а Шань-яна и Шигуная прославил по смерти именами и оказал милости его детям. Монгольское войско взяло приступом цзиньский город Чжо-чжэу. (Чжо-чжэу находился в Чжилиской губернии.) Чжан-син-синь еще представил доклад следующего содержания: "С начатия войны мы не находили хорошего полководца. Ваше Величество, надлежит приказать вельможам, чтобы каждый из них представил известных ему людей. Если действительно найдутся способные люди, то, призвавши их, обещанием славы и почестей можно возбудить в них ревность, и они, без сомнения, не щадя своей жизни, будут служить отечеству. В древности Ли-му, когда был полководцем при дворе Чжао 631, свободно раздавал в войске чины и награды. Он не следовал указам государя, годами воюя вне государства и защищая места внутри империи. Таким образом на севере он истребил сильного неприятеля, а на западе выстоял против сильного княжества Цинь. И в настоящее время, назначив полководца, если не будем стеснять его законами и удерживать предписаниями, но, давши ему полную власть, позволено будет вполне показать свой ум и искусство, то можно будет надеяться на успехи в возвращении потерянного". Сюань-цзун-хан одобрил сие представление. В это время император назначил главнокомандующим Ван-шэу-синя и Цзя-най-ерр, из коих и тот и другой были без познаний и способностей и не знали военных правил. Чжан-син-синь, опасаясь, чтобы они не воспрепятствовали успехам, снова представил доклад следующего содержания: "В книге И-цзин сказано: "Хочешь ли устроить государство или создать дом, то не употребляй для сего людей низких". Так заповедал премудрый человек в предосторожность людям будущих веков. Ныне, при занятии многих мест неприятельскими войсками, жители оных пришли в страх и волнение. Встретить неприятеля и показать перед ним свое искусство никто не в состоянии, кроме мудрых. Ван-шэу-синь и Цзя-най-ерр безрассудны и к употреблению негодны; их вотще возвысили и употребили к должности, ибо от их участия в распоряжениях не может быть никакой пользы". Государь Сюань-цзун, приняв это представление, отставил сих двух человек от должности полководцев. В одиннадцатый месяц войско царства Ся подступило к цзиньской крепости Хой-чжэу 632. Генерал Тушань-шэу-ерр сразился с ним и заставил удалиться. Монголы взяли приступом крепость Гуань-чжэу 633, (Хой-чжэу находится в губернии Шань-си. Гуань-чжэу находилась на севере от реки Хуан-хэ и подведомственна губернии Хэ-цзянь.) при сем убит цзиньский чиновник цы-ши по имени Гао-шэу-ио. Сверх того, монголы отняли Хэ-цзянь-фу и Цан-чжэу. Цзиньский генерал Око с пятью тысячами войска отправился за хлебом в Тун-чжэу, но на дороге, встретив неприятеля, был разбит и рассеян. По этому случаю Чжан-син-синь представил государю Сюань-цзуну следующий доклад: "По военным законам, нет ничего важнее наград и наказаний. При отправлении на войну против неприятеля, воины, желая заслужить награды, с радостью идут вперед и, страшась наказания, не смеют обратиться назад. Таким образом, начальники и простые воины, жертвуя своей жизнью, совершают великие дела. В настоящее время Око претерпел поражение. За проступок его следует судить со всей строгостью. Если государь из великодушия не накажет его как следует, то я опасаюсь, что военные законы сделаются недействительными". "Министр! - отвечал государь. - Я знаю твое мнение и уже заключил Око в темницу". В это время монгольское войско уже подходило к Средней столице, в коей жил Сюань-цзун, и государь намеревался отправить посла просить мира. Начальствовавшие войском генералы, из страха не смея вступить в сражение, представляли, что они опасаются этим повредить примирению. Почему Чжан-син-синь сделал доклад следующего содержания: "Переговоры о мире и военные [200] стычки, - сии два предмета от начала не касались одно другого. Переговоры о мире производит назначенный для этого посол; начальники войск должны быть заняты производством военных действий. Прилично ли им отговариваться тем, что заключают мир? Со времен правления Чун-цин (Царствование императора Вэй-шао-вана.) доселе мы вообще медлили под предлогом заключения мира. Если бы наши войска постоянно шли вперед и, вступая в сражение, ослабляли силы неприятеля, то давно бы можно было заключить мир. Недавно приходил к нам монгольский посол, между тем, в то же время они разоряли Восточную столицу и опустошили места Хэдунские. Ныне, когда мы вознамерились отправить посла для заключения мира, наши полководцы прекратили военные действия. В таком случае, какая может быть польза от переговоров? Наши дела мало-помалу дошли до крайности, доставление провианта сделалось трудным, и успех или неудачи в заключении мира еще неизвестны. Возможно ли же, заперши ворота, сидя ожидать неприятеля? Ныне, когда скот и люди еще сильны, надлежит, избравши храбрых полководцев и отважных воинов, повелеть им под прикрытием перевозить провианты и в разъездах, делая стычки с неприятелем, ослаблять его силы. Таким образом можно будет провезти в столицу весь хлеб из ближайших мест и в непродолжительном времени можно успеть заключить мир". Хотя Сюань-цзун и одобрил это представление, но не мог им воспользоваться.

1213 год

Второе лето Чжэнь-ю. В первый месяц монголы взяли приступом город Чжан-дэ-фу, причем градоначальник Хуан-го-цзю-чжу умер в сражении. Сунское войско сделало нападение на Дай-чжэу. Дивизионный генерал Ши-мо-чжун-вэнь разбил и прогнал оное. Монгольское войско взяло приступом цзиньский город Хуай-чжэу, причем умер в сражении губернатор Сун-и. Во второй месяц от монгольского двора в государство Цзинь прибыли Иличжи и Чжаба. (Правильнее: "прибыл посол Чжаба". Китайский писатель, а за ним и маньчжурский переводчик приняли монгольское слово "эльчи" (по кит. выговору "иличжи" - посол) за имя собственное.) Император Сюань-цзун послал с ним в Монгольское государство своего вельможу Чэн-хая просить мира. После сего, когда из Монгольского государства снова прибыли Иличжи и Чжаба, Сюань-цзун-хан отослал к монгольскому государю Тай-цзу-тэмуцзину дочь государя Вэй-шао-вана. Тай-цзу взял ее в жены и из княжны сделал императрицей. Монгольское войско взяло цзиньскую крепость Луань-чжэу, причем умер в сражении цзедуши по имени У-гу-лунь Чжун-вэнь. В это время все северные округи и уезды (чжэу и цзюнь) губернии Шань-дун были проиграны монгольскому государству, оставались только Чжень-дин, Цин-во, Дай-мин, Дун-пин, Сюй-чжэу, Пи-чжэу и Хай-чжэу 634. Равно много было проиграно городов Чжэу и Сянь в губернии Хэ-дун. По уходе монгольского войска, Сюань-цзун, сделав вельможу Пуса-ань-чжэнь и других попечителями (сюань-фу-ши) уцелевших городов (в губерниях Шань-дун и Хэ-дун), послав их для собрания и успокоения оставшегося народа. По случаю заключения мира с Монгольским царством государь Сюань-цзун обнародовал прощение всем преступникам в империи, поручил местным начальствам дать должности и жалование детям и внукам умерших на войне. В пятый месяц Сюань-цзун-хан, решившись переехать в Южную столицу, обнародовал о сем указ. Чиновники и народ упрашивали его, чтобы не переселялся, но государь не принял их слов. Оставив в Средней столице своего сына м наследника Шэу-чжуна, сам государь выехал из оной. В седьмой месяц Сюань-цзун, по прибытии в столицу Бянь-цзин, хотел призвать к себе наследника. Вельможа Вань-янь Сулань считал это неприличным. Но вельможа Гао-ци говорил: "Когда государь поселится здесь, то и наследник должен быть при нем. И можешь ли ты поручиться за спасение Средней столицы?" "Я не говорю, - отвечал Сулань, - что непременно могу защитить ее. Но когда в Средней столице будет наследник, то его власть и сила может иметь особенную важность, границы будут защищаемы с твердостью, и для столицы не может быть опасности. В древности танский государь Мин-хуан, отходя в Шу, (Шу есть нынешняя область Сы-чуань.) оставил в Лин-у 635 наследника, чем и привязал к себе сердца подданных". Сюань-цзун-хан не принял его слов и призвал к себе наследника. Вань-янь Сулань представил доклад следующего содержания: "Наш прежний государь Вэй-шао-ван в свое царствование с доверенностью употреблял клеветников и льстецов и удалял верных и правдивых. От сего к нему ежедневно приближались низкие люди и удалялись умные. Взаимные отношения были прерваны, и, мало-помалу, попраны законы. В то время ветром сломило ворота, и пожаром истреблены были здания. Сии явления, без сомнения, показали верховное Небо для возбуждения страха. Тогда в докладах говорили Вэй-шао-вану: "Приблизь к себе мудрецов и удали людей низких, со страхом исправь самого себя и уничтожь тем несчастные предзнаменования Неба". Но Вэй-шао-ван не внял сим убеждениям и, таким образом, погиб. Люди, могущие избавить от беспорядков, исследуют причины, произведшие сии беспорядки, а способные к [201] прекращению злоупотреблений равно вникают в причины, от коих произошли злоупотребления. Когда будет возможно возвышать и понижать с совершенной ясностью, таким образом, будем в состоянии уничтожить правление Вэй-шао-вана, тогда можно будет определить время, в которое должны ожидать тишины и благоденствия. Но государь, воссевши на престол, не думает об этом. По обнародовании указа о том, что решился переселиться на юг, чиновники и народ попеременно, представляя доклады, увещевали остаться. В день отправления при беспрестанном ветре и дожде изломались носилки. (По кит. тексту: "Когда будем в состоянии возвышать и понижать с совершенным знанием (людей) и, таким образом, успеем уничтожить правление Вэй-шао-вана, тогда можно будет, с определением времени, ожидать тишины и благоденствия. Ваше Величество, вступивши на престол, о сем не думаете. Решившись переселиться на юг, когда обнародовали о сем указ, чиновники и народ попеременно, представляя доклады, убеждали остаться. В день отправления в путь не по времени дул ветер, и пошел дождь, и несколько раз ломались носилки".) Из сего можно было видеть волю Неба и желание народа! Но дело уже миновало; возможно ли возвратить его раскаянием? После чего остается только быть более и более осторожным. Не должно, правя по следам опрокинувшейся возницы, опрокидывать еще и другую". Потом он еще говорил: "В государстве нельзя ни одного дня быть без войска, а войску ни одного дня нельзя быть без пищи. Государь! Ради империи уменьши расходы во дворце. (Дословно: "Если ты думаешь о государстве, то уменьши расходы во дворце".) Местные начальства много произвели военных чиновников, не жалея о пустых тратах, делаемых без всякой пользы. Некто сказал, что чем более будет военных чиновников, тем большая будет сила и деятельность в войске. Но я думаю, что это неправда. Если, без выбора для сего людей отличных, будут заботиться о множестве, то можно ли употребить их в случае неожиданного нашествия неприятеля? По причине недостатка съестных припасов в Средней столице, государь принужден был приехать сюда. Но если, паче чаяния, и здесь случиться несчастье, подобное прежнему, тогда вельможи неизвестно, куда будут убеждать государя удалиться?" В десятый месяц при нападении монгольского войска на крепость Шунь-чжэу убит цзиньский генерал Ван-хой. Монгольское войско еще взяло город Чэн-чжэу. В одиннадцатый месяц монголы взяли приступом цзиньскую крепость И-чжэу и умертвили цзедуши Гао-люй-шаня.

1214 год

Чжэнь-ю третье лето. В первый месяц войско княжества Ся напало на Хуань-чжэу и завладело оным. Помощник главнокомандующего Пуча-ци-цзинь с войском покорился Монгольскому государству. В этом месяце помер сын и наследник государя Шэу-цзун. При отходе Сюань-цзун-хана для совершения жертвоприношения над наследником, чиновники палаты говорили ему: "Сегодня день дракона, в который нельзя сетовать". Но государь сказал им на сие: "Отец и сын суть ближайшие родственники. К чему делать предосторожности?" И на их представление не согласился. Во второй месяц император Сюань-цзун издал указ следующего содержания: "Всем подданным в государстве давать чины наравне с людьми поколения нюй-чжи. Если чиновники палаты будут делать различие между ними, то судить их как нарушителей указа". Шаньдунский чиновник сюань-фу-ши по имени Пуча-ань-чжэу, послал Пуча-лю-цзя и других против разбойника "красной одежды" Ян-ань-ерр, кои, поразив 30 тысяч его воинов, всех их побили. В третий месяц вельможа Чжань-син-синь представил доклад в четырех пунктах, кои были следующего содержания: "Не нужно более хватать злодеев, подобных Ян-ань-ерр, их нечего опасаться. В настоящее время дела, требующие поспешности, суть следующие. Во-первых, теперь хорошо привлекать к себе сердца людей. В прежние войны против злодеев наши войска убивали без различия злодеев и добрых, брали их имения и отнимали детей и жен. Таким образом, приводя в страх жителей, заставляли их снова убегать в горы и леса. Надлежит воспретить чиновникам притеснять людей хороших. Тогда народ может быть спокоен, и если неблагонамеренные люди не будут поступать коварно, тогда силы злодеев мало-помалу ослабеют. Во-вторых, со времени возмущения войска чиновники крепости Цзинь и Сянь 636 и люди благоразумные, собрав жителей, сохранивших верность, сами по себе изгоняют злодеев. Государь хотя и определяет таковых к должности в их прежних местах, но в непродолжительном времени снова посылает людей для смены их. Старые чиновники привыкли к народу, а можно ли знать, что вновь назначенные все имеют способности? От этого происходит замедление в делах при нечаянных случаях. Ныне в окружных и уездных городах оказывается недостаток в чиновниках. Надлежит назначать туда отставных чиновников, бывших полезными для народа, делая выбор оных по их способностям. Но если должность выше степени определяемого к оной чиновника, то назначить его к оной на время, а по выслуге утвердить его в настоящем чине той должности. В таком случае чиновники будут стараться выказать свои способности, и дела будут производиться без затруднений. В-третьих, из военных чиновников между десятью едва ли найдутся два, которые бы с храбростью выходили на сражение. Надлежит поощрить их производством наград за [202] заслуги тем, кои храбро вступают в бой, но не нужно переменять их должности. В-четвёртых, жалование и провиант для войск в губернии Шань-дун получаются продажей чинов. Но когда некоторые из покупателей являются с грамотами на чины, члены палаты чинов (герольдии) отсылают их обратно под предлогом, что по расчету степеней им не следует давать сих чинов. Если продают чины тем, коим не должно давать оных, то это вина продающих, а не покупающих. Толпы злодеев около моря еще не усмирены, поля и степи остались не возделанными, и в казенные магазины хлеб не собран. Если, сверх чаяния, не станет провианта для войска, тогда хотя бы и продавали чины, но кто будет верить этой продаже?" Император Сюань-цзун одобрил представление и во многом оному последовал. Вельможа Дэ-син представил императору, что, по древнему обыкновению, с половины лета государь перестает выходить в тронную, и вельможи являются к нему с докладами через четыре дня однажды. Сюань-цзун на сие сказал: "В спокойное время можно поступать таким образом, но ныне, при множестве дел, возможно ли оставить выход в тронную только потому, что это беспокойно для меня? Мне приятнее, если дела государственные не будут приведены в замедление". Монгольское войско осадило Среднюю столицу. Охраняющий столицу генерал Чэн-хой отправил к хану Сюань-цзуну гонца с известием о сем. Сюань-цзун дал войско генералам Юн-си и Цин-шэу и послал их на помощь. Генерал Ли-ин шел на помощь к Средней столице с войсками из Хэ-цзяна и Цин-цани 637 и вез съестные припасы из города Цин-чжэу. По прибытии в Ба-чжэу, Ли-ин напился пьян. Во время его нетрезвости напали на него монголы, и войско Ли-ина потерпело сильное поражение. Ли-ин погиб вместе с солдатами и потерял весь обоз со съестными припасами. Шедшие на помощь к Средней столице войска генералов Цин-шэу и Юн-си, услышав об этом, пришли в смятение и пошли назад. Вельможа Хэу-чжи представил хану Сюань-цзуну доклад следующего содержания:

"1. Присутственные места и палаты составляют связь порядка в государстве. Ныне по всем присутственным местам чиновники сюань-фу-ши, не следуя постановлениям, содержащимся в законах, от имени шести палат сами дают чины ниже третьей степени. Этим нарушают порядок, почему сие злоупотребление следует прекратить.

2. Ныне нельзя назвать малочисленным войско, находящееся под управлением четырех главнокомандующих. Но, при всем том, оно не может противостоять неприятелю, потому что при вступлении в бой с неприятелем в одном месте, прочие войска неподвижно смотрят на это, ни одного человека не посылая на подмогу, а при малейшем отступлении (сражающихся), бросив оружие, предаются бегству. Причиной сего, быть может, устарелость войска и трусость генералов. Государь должен обратить внимание на распоряжения полководцев.

3. Командовать войском при сопротивлении неприятелю и понуждать народ при перевозке хлеба -это две разные должности, и не годится к той и другой должности вместе определять одного. Но теперь на главнокомандующих постоянно возлагают сии две должности вместе. Люди, находившиеся при обозах, всякий раз, когда встречают неприятеля, прежде начатия сражения предаются бегству, и солдаты, пришедшие от сего в смятение, в отдельных отрядах бывают разбиты. Хотя бы передний строй войска и одержал победу, но из опасения неприятеля, задний строй непременно выступает вперед. При употреблении войска, его движениям нет определенных правил. Возможно ли теперь следовать только одной форме и не переменить худого? Я не знаток военного искусства, но о поражении войска говорю с вероятностью.

4. Жители Шун-чжэу, Бао-чжэу, Ань-чжэу и Су-чжэу 638 надеются на защиту реки Бо-гэу, вод И-шуй 639 и горы Си-шань. Но у них теперь большой недостаток в чиновниках, а находившиеся там при должностях чиновники слабы и неотважны. Надлежит без замедления избрать храбрых и умных людей и порознь вверить им управление.

5. Заблаговременно повелев войску охранять берег реки Чжан-шуй 640, от Вэй-чжэу до моря, укрепи область Шань-дун и доставь возможность земледельцам спокойно обрабатывать поля.

6. Ныне беспрестанно убегают чиновники округов и уездов Средней столицы, быть может, из страха быть захваченными от неприятеля, подобно прежним чиновникам. Но есть между ними и такие, кои бояться быть обвиненными за то, что при постоянном перевозе съестных припасов, изнурив силы народа, сделали замедление. Сверх того, по исполнении срока службы их считают наравне с чиновниками других мест, не переносивших беспокойств, что, конечно, для сих людей обидно. Государь! Повели членам палат при производстве в чины наблюдать различие.

7. Успехи войска не распространяются. Виной этому военные начальники. Считая неприятеля неопасным, они с небрежностью производят движения. Недавно Ли-ин, будучи главным командиром, напился пьян. Прежде, нежели он успел вытрезвиться, напал на него неприятель, и он был разбит. Думаю, что в этом нет заслуг Ли-ина. Его следует лишить наследственного чина и жалованья.

8. На северной стороне великой реки (Хуан-хэ) нельзя заниматься земледелием, и чиновники совершенно лишены жалованья и съестных припасов. Нет спокойствия, как между высшими, так и низшими, и все заняты мыслью предаться бегству. Сверх того, разбежавшиеся солдаты, возвратясь [203] обратно, с безумием производят насилия и грабежи, отчего сделалось невозможным жить народу. Надлежит оказать милости, чтобы немедленно призвать его.

9. Между военными чиновниками многие из наследственных дворян. Они с малолетства воспитаны в неге и гордости, не могут переносить трудов, трусливы и глупы. Можно ли на них полагаться? Ныне надлежит избирать людей, превосходящих других храбростью и повиновением, и употреблять их, не обращая внимания на их прежнюю незначительность. Государь! Последуй сему представлению, размыслив об оном со вниманием".

В пятый месяц монгольское войско взяло приступом Среднюю столицу. Охраняющий сию столицу главнокомандующий Чэн-хой умер, приняв яд. Жинь-тянь-чун и Гао-линь убиты при смятении войска, а генерал Лю-жань-чжэнь-цзун, вышед из столицы, бежал. Вельможа Ли-бинь представил императору Сюань-цзуну доклад в десяти пунктах следующего содержания:

"Во-первых, для поддержания престола надлежит употребить в службу всех князей. Я полагаю, что в прежнее время наше войско всякий раз, когда вступало в сражение с неприятелем, поражаемо было от того, что воины, пробывши долгое время в бездействии, забыли военную дисциплину. Военачальники, не имея способностей, не в силах уничтожить бедствия, и нет между ними таких, кои бы от полноты верности умирали. Наблюдая важность по наружности, они внутренне ищут средств для собственного успокоения. Отобрав искусных и храбрых воинов, они заставляют их следовать за собой, а людей слабых и робких посылают сражаться с неприятелем. Так как полководцы еще до сражения, приметя пыль от неприятеля, прежде других предаются бегству, то за ними всегда убегают и воины. При всем том, государь не только не придает их суду, но еще, прибавляя войска, заставляет нарушать законы. Казнохранилища и магазины мало-помалу опустели, народ обеднел, владения стеснены, а с того времени, как государь переселился на юг, у подданных, отдаленных и вблизи живущих от него, тем паче не стало твердости духа. Чиновники, управляющие местами на северной стороне реки, с беспокойством уклоняются только назад, и нет таких, коп бы помыслили подаваться вперед. В древности при династии Тан, в правление Тянь-бао, когда один за другим были потеряны города Ло-ян, Тун-гуань, танский государь ночью бежал в область Сы-чуань. В то время, если бы наследник престола не возвратился в Лин-у и вместе с военачальниками не устроил войска, то воины, последовавшие за государем на запад, до старости не могли бы возвратиться обратно, и все бы погибли в Сы-чуани. Ныне желательно, чтобы государь, избрав между князьями способнейших и умных и назначив их к управлению войском, повелел им охранять нужнейшие места на севере; чтобы предписал указом по всем местам обучать солдат военному искусству. Тогда все, слышавшие это в четырех концах империи, смело пойдут на смерть сами, и никто не будет обращаться назад. При противоборстве со врагом и искоренении бедствий ничего нет важнее сего. Людей можно воодушевить убеждениями, но нельзя заставить силой. Когда один выступит вперед, то за ним смело пойдут все. Посему-то в старину люди учили сперва собственным примером, а потом уже употребляли власть и силу.

Во-вторых, приобретши расположенность народа, нужно положить твердое основание в государстве. (По кит. тексту: "...нужно приобресть расположенность народа, чтобы сделать твердое основание империи".) Любовь государя к подданным состоит не в пожертвованиях, а в уничтожении их бедствий и попечении об их выгодах. Народу, пришедшему в смятение, легко оказать милости. (По кит. тексту: "...народу в трудных обстоятельствах легко оказать милость".) Когда водворят в нем спокойствие, согласно с его желанием, любовь и верность к государю умножатся в нем более прежнего. Государь! Мои желания состоят в следующем: умерив несколько оброки, сделай верным твои повеления; прекрати все бесполезные дела для народа; беспрестанно отправляя честных вельмож для ревизировки в округах и уездах, повелевай им при встрече со стариками спрашивать об их бедствиях; (По кит. тексту: "...призвав стариков, пусть спрашивают их о бедствиях".) назначь для управления верных и честных чиновников и отреши от должностей лихоимцев и жестоких; избавь от погибели бедных и дошедших до крайности; окажи милости сиротам и вдовам и доставь покой пришедшим из отдаленных мест. Тогда подданные, следуя вообще правоте и обязанностям, не будут колебаться в мыслях. Посему-то сказано: покоящийся народ может исполнять обязанности, а для народа бедствующего легко произвести беспорядок. Государь! Вложи слова сии в твое сердце.

В-третьих, собравши сколько можно более умных и способных людей, следует приготовить их для употребления на службу государства. (По кит. тексту: "Нужно более собрать способных, чтобы приготовить их на службу государству".) Желающие защищать себя от холода, непременно ищут соболей и лисиц, а желающие совершить дальний путь, по необходимости выкармливают хорошего коня. Хэ-нань и Шань-си суть два места, избранные государем для своего удаления. Надлежит в особенности утешить и оных чиновников и народ. Избери в оных людей честного поведения и любимых народом для употребления на службу. При обыкновенной жизни они могут изучить законы, и при встрече дел, требующих поспешности, их вдруг можно употребить на службу. Оказывая новые милости, перемени в [204] народе слухи и зрелища. Через сие неприметным образом приобретешь расположенность подданных империи.

В-четвертых, нужно избрать чиновников для управления округами и уездами и доставить спокойствие народу. (По кит. тексту: "...нужно избрать чиновников, управляющих округами и уездами, для доставления спокойствия народу".) Окружные и уездные чиновники суть люди, посредством коих государь производит правление, и народ продолжает свою жизнь. В настоящее время народ терпит бедствия от того, что чиновники необразованны и неспособны делать пользу. Живя корыстолюбием и грабительством, они сдружаются с непотребными людьми, посредством коих своевольно берут в подать вместо меры хлеба 10 тысяч мелкой монеты. Таким образом, для народа нет места приносить жалобы. С сего времени не следует определять к сим должностям людей, кои способности не превосходят других и не отличаются особенностями в правлении. Хотя родственники государя и старые вельможи суть люди знаменитые, но их не должно сделать чиновниками по округам и уездам. (По кит. тексту: "Положим, что государевы родственники, люди знаменитых домов и родовые дворяне, суть люди знаменитые. Но когда они не будут сделаны чиновниками по округам и уездам, тогда..." и проч.) Тогда умные люди, с радостью исправляя должности, будут вполне выказывать свои способности, а люди беспечные, со стыдом размышляя о сем, сами будут стараться быть хорошими.

В-пятых, похвалой людей верных и правдивых надлежит поощрять служащих. (По кит. тексту: "...нужно выхвалять людей верных и правдивых для поощрения служащих".) Верные и правдивые люди смело жертвуют вам жизнью, истощая свои силы, и хотя бы город был взят неприятелем, и тогда не отдадут себя на посрамление. Вельможи из палат на таковых ни мало не обращают внимания. К щадившим жизни они в особенности показывают свою любовь, являя им милости, между тем, как потомки умерших не получают наследственных достоинств. (По кит. тексту: "...по окончании дела вельможи нимало не обращают на таковых внимания. Щадившим жизнь они оказывают милости; напротив, умерших на службе не делают даже известными".) К чему же после сего будут стремиться подданные империи и чего будут бояться? Естественно, что они будут изыскивать средства к приобретению собственных выгод. Посему-то все служащие вполне уразумели невыгоды отдавать себя на смерть и все хитрости, какими можно освободить себя от оной при несчастии. В этом нет пользы для государя.

В-шестых, надлежит стараться увеличить сбор хлеба, сделав главным предметом промышленности земледелие. (По кит. тексту: "Надлежит стараться сделать главным земледелие, чтобы распространить собрание хлебов".) Это есть средство сделать войско сильным, а народ богатым, есть дело, требующее в настоящее время поспешности.

В-седьмых, нужно прекратить расточительность, возвысив бережливость. (По кит. тексту: "...нужно возвысить бережливость, чтобы умерить расточительность".) Ныне государство опустело, и много брошено пашен. Поэтому для избавления народа от крайности всего нужнее прекратить расточительность в потреблении.

В-восьмых, надлежит отрешить безнужных чиновников, а их жалованием пополнить жалование войску. (По кит. тексту: "Нужно уничтожить безнужных чиновников, чтобы их жалованием пополнить жалованье войску".) Со времени войны число народа из десяти частей умалилось до четырех или пяти, а число чиновников по областям (цзюнь) и уездам остается прежнее. Это противно законам внимательности к равновесию и прекращению злоупотреблений.

В-девятых, усовершить военную дисциплину, нужно приучить войско к сражениям и обороне. (По кит. тексту: "...нужно усовершить военную дисциплину, чтобы приучить войско к войне и обороне".) Издревле знаменитые полководцы рассчитывали победы над неприятелем по состоянию военного искусства. Тогда войско не будет уклончиво, хотя бы его посылали в огонь и в воду, и в ста сражениях стократно станется победителем. "Употребить в сражении народ необученный, - сказал Конфуций, - значит бросить народ". В военных правилах сказано: "Если не будет остро оружие, то войско будет отдано неприятелю; если войско не будет научено сражаться, то неприятелю будет отдан полководец; если полководец несведущ в военном искусстве, тогда будет отдан неприятелю государь; наконец, если государь не выберет полководца, то неприятелю будет отдано государство". Можно ли не вникать в это.

В-десятых, исправив крепости и рвы, надлежит приготовиться к защите и сопротивлению. (По кит. тексту: "Нужно исправить крепости и рвы, чтобы приготовиться к защите и обороне".) Для защиты государства надежных крепостей около столицы остается немного. Если не будем защищать и сих мест, тогда область Хэ-шо (место по северную сторону реки) равно не будет наша. Можно ли надеяться только на Хуан-хэ?"

Император Сюань-цзун был удивлен сим докладом. Вторично выпытывая Лю-бина, он дал ему следующие вопросы: "В каком случае можно защитить города на северной стороне реки? Народ и войско [205] теперь живут вместе. Какими средствами согласить их? Как распространить способ употребления денежных билетов? Наконец, посредством чего можно уравнять цену вещей?" Лю-бин отвечал: "Города и крепости могут быть крепки по выборе полководцев для охранения оных. Если войско не будет притеснять народ, то между народом и войском может быть согласие. Когда прием и выпуск будут соразмерны, тогда может распространиться употребление билетов. Наконец, при побуждении к земледелию и уменьшении податей может уравняться цена вещей". Сюань-цзун хотя и одобрил его слова, но не мог ими воспользоваться и только сделал Лю-бина главным прокурором.

В шестой месяц Сюань-цзун, услышав о возвышении цены на хлеб в столице Бянь-цзинь, спрашивал вельмож, каким образом поправить это. Когда все говорили, чтобы поставить цену законом, вельможа Гао-жули сказал: "Повышение и понижение цен на вещи в продолжении одного дня бывает различное. Если много покупателей и мало продавцов, то цена возвышается. Ныне из всех мест народ собрался в Хэ-нань. Возможно ли, чтобы при многочисленности покупателей не возвышалась цена? Если определить цену, то имеющие хлеб скроют оный и не будут выпускать для продажи, и перепродавцы равно не будут больше приходить в столицу Бянь-цзин. Тогда покупатели придут в крайность, и цена еще более возвысится. Всякое дело имеет свои трудности и удобства. Можно ли не знать этого? Ныне трудно приобретать хлеб, потому что его мало, и легко получить денежные билеты, потому что их много. Должно предупредить трудное и потом принять за легкое. Когда, по принятии мер к выпуску хлеба для продажи, торговлю будут производить посредством билетов, цена на хлеб сама собой может понизиться". Государь последовал сему совету.

В седьмой месяц государь Сюань-цзун утвердил печати: для чиновников шу-ми-юань - с изображением оленя, для чиновников сюань-фу-сы - с изображением рыбы; для тун-цзюнь-сы - с изображением тигра.

В восьмой месяц цзиньский вельможа Чжан-жу-ци, намереваясь снова отложиться, послал тайно человека для склонения вельможи Сунь-бан-цзо. Сунь-бан-цзо, удержав присланного, тайно донес о сем деле вельможе Вань-янь-би. Вань-янь-би, около своего дома скрыв в засаде солдат, пригласил к себе на пир Чжан-жу-ци. Обнося несколько раз чашу с вином, когда все напились, скрытое войско, на звук бубнов вышед из засады, умертвило Чжан-жу-ци. Его сообщников (более 10 тысяч человек) равно предали смерти. Сюань-цзун-хан весьма одобрил сей поступок и Вань-янь-би возвел в достоинство ми-го-гуна, а Сунь-бан-цзо сделал чиновником фан-юй-ши; прочих наградил по заслугам. Разбойники "красной одежды" произвели грабеж в Чэн-у 641. Цзиньский генерал Янь-чжан-тянь-чжэ, сразившись с ними, разбил и умертвил несколько сот человек. В девятый месяц Разбойник "красной одежды" Чжэу-юань-ерр, истребив цзиньский город Шень-чжэу 642, взял три уезда: Дун-лу, Ань-пин и У-цзи. Главнокомандующий губерний Чжэнь-дин, употребив хитрость, убил разбойника Чжэу-юань-ерр и более 500 человек его сообщников.

В десятый месяц войско царства Ся вступило в места Бао-аньские; цзиньский генерал Го-цзя-ну, давши сражение, разбил оное. Цзиньское пограничное войско снова поразило войско Ся, при нападении оного на город Янь-ань. Цзедуши Тушань-удянь доносил, что вельможа Можань-цзинь-чжун имеет намерение отложиться. Государь со скорбью сказал: "Я не пренебрег Можань-цзинь-чжуном. Но Цзинь-чжун, бросив Среднюю столицу и презрев изображения моих предков, их могил и всех царей, ушел со своей женой. Это уже составляет большой проступок". За сим он заключил Цзинь-чжуна в темницу. Спустя долгое время по заключении Можань-цзинь-чжуна в темницу, вельможа Сюй-гу говорил государю: "Конечно, Цзинь-чжун имеет большой проступок, когда государь заключил его в темницу. Но не зная его вины, все поражены страхом. Государь! Поручи правдивым и верным вельможам исследовать его дело. Если он действительно окажется виновным, то, обнародовав его преступления, успокой устрашенных подданных внутри и вне столицы". Сюань-цзун повелел исследовать дело, и так как оно оказалось истинным, то казнил Цзинь-чжуна и Ули-е и объявил об их преступлении внутри и вне.

Войско Ся овладело городом Линь-тао и взяло в плен генерала Хушила. Когда Сюань-цзун употребил потомка Конфуция Кун-юань-цо, то вельможи говорили ему: "Могила Конфуция находится в Шаньдунской губернии в городе Цюй-фу-сянь 643. Туда должно отправить человека для жертвоприношения". Сюань-цзун согласился на их слова и послал Кун-юань-цо для жертвоприношения (Конфуцию). Но после государь рассудил, что Кун-юань-цо есть потомок премудрого, и что в Шаньдунской области везде ходят разбойники, почему, если оставить его там для жертвоприношения, опасно, чтобы с ним не случилось нёсчастия, и чтобы не пересеклись с ним потомки. Затем, вызвав обратно Кун-юань-цо, сделал его чиновником тай-чан-бо-ши 644 в палате жертвоприношений. Ляодуньский злодей Пусянь-ван-ну объявил себя государем и первый год своего царствования назвал Тянь-тай 645. Войско Ся напало на цитадель Хэ-жун-чжай в Суйдэ 646, но цзиньское войско разбило оное. Потом оно вторично напало в Суй-дэ. Цзиньское войско снова поразило его. Цзиньский генерал Ила Табуе с десятитысячным отрядом разбил корпус Ся при Шу-ян-чжай 647, состоявший из нескольких десятков тысяч. Чиновник пин-чжан по имени Гао-ци со всеми вельможами явился к государю с поздравлением и говорил: "При величии и добродетелях государя, Табуе с малым числом войска возмог разбить великое число неприятеля". Сюань-цзун отвечал на сие: [206]

"Издревле возвышение государств основывалось на верности и мудрости вельможей. И ныне я возмог сделать успех равно силами полководцев и мудрых вельможей". Ила Табуе возвысил в жун-лу-дай-фу 648 Отложившиеся от Цзянь Лань-чжэу-цзи и Чэнь-сэн 649 пришли с восьмидесятитысячным корпусом войска Ся и осадили город Линь-тао-фу. Через полмесяца у осажденных, состоявших только из нескольких тысяч человек, оказался недостаток в провианте. При общем бедствии главнокомандующий городом Хутумэнь утешал страждущих тем, что успехам и неудачам, равно как и счастию и бедствиям вообще, причиной считал собственные поступки. (По кит. тексту: "...ежедневно говорил о следствиях возмущения и послушания, о счастии и несчастии; н все воодушевились его словами".) Он казнил 20 человек, имевших сношения с неприятелем, и выбросил их головы за крепость. Войско Ся обступило город с четырех сторон. Хутумэнь ночью вышел с войском из крепости и напал врасплох на стан неприятельский, отчего войско Ся пришло в смятение и обратилось в бегство. Цзиньцы, преследуя оное, во множестве его побили. Монгольское войско взяло приступом Чжан-дэ-фу; при сем убит начальник города по имени Селе.

1215 год

Чжэнь-ю четвертое лето. В первый месяц Злодеи "красной одежды" напали на Тай-ань, Дэ-чжэу и Бо-чжэу. Главнокомандующий западной частью губернии Шань-дун разбил их. В этом месяце монголы взяли Цао-чжэу; Сюань-цзун своего сына Суй-вана Шэу-ли объявил наследником престола. Во второй месяц монголы завладели всеми проходами горы Хо-шань 650. Сюань-цзун повелел указом написать на хартии имена умерших за правду вельможей и, воздвигнув храм, делать им жертвоприношения. В третьем месяце генерал Чжан-вэн, истребив войско Чжао-фу, взял обратно Энь-чжэу. В четвертый месяц генерал Чжан-хай взял обратно одиннадцать городов: Цинь-чжэу и другие, проигранные неприятелю. Сюань-цзун послал чиновников наградить военачальников и солдат по их заслугам. (По кит. тексту: "...повелел Чжань-кая повысить двумя степенями, а прочих чиновников и солдат наградить по заслугам".) Некто Хао-дин 651, присвоив себе титул государя, постановил чиновников и взял три округа - Тэн, Янь и Шань-чжэу; более десяти уездов - Лай-фу, Тай (Сянь) и другие 652. В восьмой месяц, когда войско Ся вошло в Ань-сай-пу 653, главнокомандующий Цин-шэу отправил против оного отряд, который и разбил войско Ся. Монголы взяли Янь-ань. По прибытии войска Ся к реке Цзе-е-цзуй, цзиньцы разбили оное. В девятый месяц монголы взяли Фан-чжэу. При нападении их на Дай-чжэу, начальник города Чэухэшан сразился с ними, но был разбит и взят в неприятелем. Монголы требовали от Чэухэшана подданства, но Чэухэшан не покорился и умер. В десятый месяц, по взятии монголами заставы Тун-гуань, сберегательное пограничное войско пришло в смятение и обратилось в бегство. Генерал Пулуху выступил с войском против монголов, но был разбит. Пулуху умер. В сем месяце Сюань-цзул, учредив приказ приглашения мудрецов, предписал указом чиновникам внутри и вне столицы следующее: "По отыскании людей способных, мужественных и сообразительных, могущих управлять городами, представлять о них мне. Если кто из них по употреблении окажется действительно хорошим, в таком случае награждать и того, кто его представил. Те, кои имеют дарования, но неизвестны другим, свободно могут приходить сами в приказ приглашения мудрых и объявить о себе". В одиннадцатый месяц сорокатысячный корпус Ся осадил город Дин-си-нянь 654. Во время приготовления оным военных (осадных) орудий, генералы Ши-чжань-хэси и Янь-ганьле с другими вышли с войском и, сражаясь всеми силами, разбили корпус Ся. При этом они побили две тысячи человек, несколько десятков схватили живыми, а остальные все обратились в бегство. По прибытии монгольского войска в место У-чи 655, корпус главнокомандующего Али-бусунь пришел в смятение и бежал. В двенадцатый месяц монголы взяли приступом город Пин-ян 656. Монголы вошли во все заставы в Дай-чжэу, Шень-сянь, Хэн-чэн, Пин-дин и Чэн-тянь-чжэнь 657 и напали на Тай-юань-фу. Генерал Угулунь-ли послал в столицу с известием о своем стесненном положении. Государь Сюань-цзун предписал приказом идти на помощь войску главнокомандующего из губернии Лу-чжэу 658, также войскам правлений сюань-фу-сы в Пин-яне, Хэ-чжун Цзянь-чжоу и Мэн-цзинь. После чего монголы, оставив осаду, ушли.

1216 год

Чжэнь-ю пятое лето. В первый месяц из царства Сун прибыл с поздравлением посол. При отправлении посла обратно, Сюань-цзун говорил министрам: "Я слышал, что на южной границе Энь-чжэу 659 появилось великое множество разбойников. Это народ их (сунских) владений, который, терпя [207] голод, производит беспорядки по берегам реки Цзянь-хуай 660. Для чего же еще Сунское царство завоевывает сии места?" При сих словах Гао-ци убеждал государя снарядить войско и посредством войны с Сун распространить владения. Но государь отвечал ему: "Мои намерения не таковы. Я бы доволен был и тем, когда бы возможно было сберечь владения, оставленные предками. Зачем начинать войны вне?" Во второй месяц сенаторы представили Сюань-цзуну, чтобы, по недостатку провианта для войска, отдать оному съестные припасы, отпускаемые по округам и провинциям на учащихся. Государь отвечал: "Исстари науки и военное искусство равно считались необходимыми. При существовании Средней столицы, восстановляя училища, не оставляли доставлять пропитание учащимся. Возможно ли теперь прекратить оное? Пусть выдают хлеб учащимся по-прежнему". В третий месяц Ши-хай, завладев местом Чжэнь-дин, отложился. Но генерал У-сянь со своим отрядом убил в сражении Ши-хая и более двухсот его сообщников; остальные все сдались. В четвертый месяц сунский двор не представил государству Цзинь положенной дани. Почему Сюань-цзун отправил генералов Цин-шэу и Саибу воевать против Южного царства Сун. Саибу разбил войско сунское при Синь-яне. В сем сражении восемь тысяч человек было убито и взят в плен сунский корпусный генерал Чжэу-гуань. Потом, снова встретив сунское войско при городе Лун-шань 661, побил оного великое множество. (В Лечжуань: "Встречаясь с сумским войском при горах Лун-шань и Ци-ли-шань, шесть раз вступал с ним и сражение и побил, и взял в плен великое множество".) За сим корпус Саибу перешел реку Хуай-хэ и истребил Гуань-чжэускую заставу Лян-гуань 662. В пятый месяц цзиньское войско, находившееся в губернии Шань-си, разбило войско Ся при Да-бэй-ча. Цин-шэу разбил сунское войско при Ни-хэ-ване; потом снова поразил оное при Фань-чэн-сяне 663. Сунцы взяли городок Лян-шуй-сянь 664. Монголы завладели уездом У-чэн-сянь 665 и убили военачальника Жинь-фу. В этом месяце возвратились корпуса генералов Цин-шэу и Саибу, ходившие на войну против Сун. Войско Ся напало на Хуан-хао-пэнь, но было разбито войском Цзинь. Нушила поразил сунское войско, пришедшее для нападения на Хай-чжэу. Войско Ся осадило Ян-лан-чжай. Цзиньское войско, собранное из разных мест, разбило оное.

В восьмой месяц начальник города Хай-чжэу по имени Нушила вступил с сунцами в сражение при Ши-циу 666, Лянь-шуй-сянь и Чжун-ту-цзо и везде поражал их. Кроме сего, Нушила разбил войско в сражении на их границе. Равно генерал Ли-юань беспрестанно одерживал победы над сунцами и взял их в плен во множестве. В девятый месяц войско Ся напало на крепость Кэ-жун-чжай при городе Суй-дэ. Цзиньский генерал Лошихой, вступив в сражение, разбил оное. Сюань-цзун лета правления переименовал в первый год Син-дин и обнародовал прощение в государстве. В десятый месяц монголы завоевали Цы-чжэу, Цзоу-пинь, Чан-шань и Цзы-чжэу. Кроме того, монголы взяли пять городов и губерний Шаньдуна: Бинь-чжэу, Ло-чжэу, Бо-чжэу, Цзы-чжэу и Синь-чжэу (И-чжэу) 667. В двенадцатый месяц монголы взяли город Ло-чжэу, причем убит в сражении дивизионный генерал. Монголы усмирили И-ду-фу. Военный губернатор города Хай-чжэу по имени Нушила против войска сунского отправил генерала Хань-би, который и разбил оное при Янь-цан. Когда монголы вторично напали на Синь-чжэу (И-чжэу), жители города, оставив оный, бежали. Монголы взяли Ми-чжэу, причем убит цзедуши Вань-янь-юй.

1217 год

Второе лето Син-дин. В первый месяц при нападении сунцев на Тан-чжэу с северной стороны реки Хуай-хэ, цзиньское войско, разбив их, захватило генералов Цзи-сюань-тао и Чэнь-гао. Главнокомандующий в Тан-чжэу и Дэн-чжэу по имени Вань-янь-сайбу, поразил сунское войско при горе Те-шань 668. Вань-янь-сайбу вторично разбил сунцев при нападении их на Сы-чжэу. Во второй месяц сунцы напали на проход Цин-кэу 669. Цзиньское войско, вступив в сражение, разбило их. Генерал О-кэ разбил сунский отряд при городе Фан-шань 670. Генерал Хуань-дуань вступил с сунцами в сражение при Гуан-чжэу и Син-янь и везде поражал их. Управляющий городом Хай-чжэу Нушила разбил сунское войско при горе Цзюй-шань 671. Когда Саибу подступал к Цзао-яну, сунцы, вышедши из города, вступили в сражение, но Саибу, разбив их, вдавил в окоп городской и побил более трех тысяч. После сего он осадил город и снова разбил отряд сунцев, состоявший из тысячи конницы и десяти тысяч пехоты, который пришел на помощь к Цзяо-яну. Генерал Алинь, сделав приступ к городу Цзао-цзио-пу 672, завладел внешней стороной оного. Защищавший город корпусный генерал У-юнь зажег город и вышел из оного с войском. Но Алинь с конницей пресек ему дорогу с лица и послал пехоту напасть с тыла, после чего сунское войско было разбито. Сам У-юнь и двести человек низших чиновников были взяты в плен. Чиновник из палаты шу-ми-юань из города Шэу-чжэу разбил отряд в окопе при реке Гао-лю-цяо. После сего, сравнявши окоп, (он) возвратился. Генерал Окэ, завладев дорогой через хребет Ци-пань-лин, (По кит. тексту: "...завладев частоколом сунского войска при горе Ци-пань-лин...") сражался с сунцами [208] при Пэй-цзя-чжуан, Хань-шань-лин и Лун-мэнь-гуань 673, всякий раз разбивая их. Сюань-цзун говорил сенаторам: "Я узнал, что изъявляющихся для покупки чинов на хлеб члены палаты чинов весьма многих отсылают без удовлетворения. Что же мы должны будем предпринять по совершенном прекращении съестных припасов?. (По кит. тексту: "Они не понимают, откуда проистекают выгоды и вред при нынешнем недостатке припасов".) Равно слышал, что при награде приобретших заслуги на войне непременно заставляют их представлять свидетелей из офицеров. Сии люди вообще из низшего класса. Могут ли они знать офицеров? Когда представляемые от них письменные свидетельства заслуживают доверия, им должно давать чины. При существовании Средней столицы я часто, оказывая милости, давал чины доставлявшим (в город) дрова и угли. Ужели я обманывал их? Но им равно препятствовали в получении чинов. Объявите членам палаты чинов мои слова, чтобы впредь они не смогли поступать таким образом". Генерал Я-у-да разбил сунцев при Юй-тай-цзюне. В третий месяц Окэ поразил сунское войско при Гуан-хуа-цзюне. Сунцы, отнимая крепость у Цзяо-цзио-пу, сделали нападение на цзиньское войско. Войско Цзинь пришло в беспорядок, и генерал Алинь был убит. В четвертый месяц генерал Чэн-и разбил сунское войско при Цзао-цзио-пу. Вельможа Хэу-чжи, предводительствуя войском, взял Ми-чжэу 674, а Чжу-шень возвратил городок Гао-ми. Корпус шань-иньский, разбив сунское войско при горе Цзи-гун-шань, взял Хэ-чжэу и Чэн-чжэу 675. За сим, по достижении им городка Хэ-чи-сянь, сунское войско, охранявшее заставу Хэй-гу-гуань, предалось бегству. В продолжение сей компании приобретено десять тысяч мер хлеба и множество военного оружия. Бунтовщики "красной одежды" ворвались в Сюй-ни, но цзиньское войско разбило их в сражении. Корпус, находившийся в Линь-тао, разбив бунтовщиков "черного знамени", взял городок Цзяо-сн-сянь 676. Он поразил также злодея Ли-цюань, пришедшего с войском на помощь. Когда цзиньское войско, находившееся на северной стороне реки (Хуан-хэ), разбив бунтовщиков "красной одежды", достигло Ми-чжэу, более десяти военачальников и семьсот человек простых воинов от бунтовщиков перешли в подданство. Они все были определены на их прежние места. В пятый месяц губернии Фын-сян главнокомандующий Вань-янь-люй-шань, разбив сунское войско при Бу-ло-во, взял несколько селений, принадлежавших городку Сян-лу-пу 677. Генерал Хуан-го Алуда при Цзюй-чжэу разбил войско бунтовщиков "красной одежды" Ли-цюань. Потом на южной стороне городка Жи-чжао-сянь 678, снова напав на него с трех сторон, гнал его на расстоянии сорока ли. Войско Ся из Дуань-чжэу (Цзя-чжэу) 679 вступило в Лу-чжэу. Главнокомандующий Чэн-ли, отрядив туда часть своего войска, разбил оное. Житель городка Лай-чжэу 680 по имени Цюй-гуй, убив губернатора Чжуань-ну, отложился со всем городом и назвал себя главнокомандующим. Губернии Шань-дун генералы Ван-тин-юй и Хуан-го Алуда, сразясь с ним, одержали победу. Чиновника тун-чжи по имени Бо-чжень и несколько десятков низших чинов они убили в сражении, а Цюй-гуй, Люй-чжун и другие, более десяти человек, схватив живыми, казнили, и, таким образом, места Лай-чжэу сделали спокойными. Главнокомандующий Чэн-и, находившийся в Гун-чжэу, дал войска генералам Чан-шэу и Цзи-сэн и послал их двумя дорогами воевать царство Сун. Когда Чан-шэу выступил через Янь-чуань-чжэнь, сунское пограничное войско, отступив, стало при горе Ма-тоу-шань. Потом, соединившись с войсками всех колен сунских, оно пошло навстречу корпусу Чан-шэу. Но Чан-шэу разбил его, равно как и четырехтысячный отряд в Ли-чуань-чжай, шедший на помощь. За сим Чан-шэу, проходя к городку Дан-чан-сянь, разбил двухтысячный отряд сунский при Се-гу и взял Дан-чан-сянь. Отселе корпус Чан-шэу пошел далее и разбил войско города Си-хэ-чжэу. На следующий день (после разбития) сунское войско построилось по берегу реки. Но Чан-шэу вступил в сражение со всем жаром, почему сунское войско и обратилось в бегство и, вошедши в город Си-хэ-чжэу, твердо охраняло оный, но не выходило из него. Войско Чан-шэу пошло обратно. Генерал Цзи-сэн, выступив через Те-чэн-пу 681, беспрестанно поражал сунское войско и свой отряд возвратил в целости. Войско города Шэу-чжэу разбило сунцев при реке Ши-хэ 682. Войско, находившееся на северном берегу реки, взяло обратно проигранный сунцами городок Хуан-сянь 683. Монголы вошли в Цзинь-чжэу и убили главнокомандующего Лю-чжун-хэна. Злодей Фын-тян-юй из Ши-чжэу с несколькими тысячами сообщников производил беспорядки в Линь-цюань-сяне 684. Главнокомандующий послал против него воевать своих полководцев, но они были разбиты бунтовщиками. Тогда жители округов и уездов, вблизи того места находившихся, согласясь между собою, решили встретить злодеев и дать сражение. На помощь к ним пришел с войском генерал Гун-шунь. После чего злодей Фын-тян-юй с несколькими десятками человек пришел в подданство. Гун-шунь предал всех их смерти. За сим оставшиеся злодеи, убежав, остановились при горе Цзи-цуй-шань. Гун-сюнь послал против них Ван-цзю-сы, который, истребив стан бунтовщиков, две тысячи человек из них убил на сражении и более пяти тысяч заставил покориться. (По кит. тексту: "Ван-цзю-сы не мог взять их, почему повелено было Ма-цзи-ляня, чиновника Бянь-сиу из палаты го-ши-юань 685, отправить для их призыва с императорским указом и подарками. Но Ван-цзю-сы перед его проходом, разрушив палисад, в коем они находились, умертвил из них более двух тысяч человек, остальные ушли в ущелья гор. Вскоре за тем некоторые из них, как то: Ань-го-юн и другие, всех более пяти тысяч человек, явились к Ма-цзи-ляню с покорностью".) [209]

Бунтовщики "красной одежды" напали на И-чжэу. Цзиньское войско разбило их и гнало до Бо-ли-цзяня. При сем генерал Ци-синь убит бунтовщиками в сражении. Один из императорских стряпчих представил Сюань-цзуну доклад следующего содержания: "По одержании нашим войском победы над сунцами, члены палаты доходов сверх права повысили чином Цзан-бо-шэня, который в то время отвозил съестные припасы в Си-чжэу. Его следует предать суду". Государь на сие ответил: "Во время войны много случается сему подобного, и не один Цзан-бо-син виноват в этом. Если теперь подвергнуть его суду, то другие равно не будут спокойны. Сверх того, когда мы будем разыскивать причину сего дела, то в преступлении будет замешан также главнокомандующий. В настоящее время, при чрезвычайности дел, возможно ли забыть о главном предмете из-за одного чина? Довольно повелеть палате лишить чина". Осенью в седьмой месяц войско Ся ворвалось в Кань-гу 686, но Цзя-гу-жуй разбил оное в сражении. В восьмой месяц монгольский государь Тай-цзу дал Мухури 687 и другим генералам несколько десятков тысяч пехоты, с коей они через хребет Тай-хэ-лин 688 вошли в места Хэдунские и взяли город Дай-чжэу. Генерал Чоу-хань истребил толпу злодея "красной одежды" Чжан-цзюя и, взяв Бинь-чжэу и Лу-чжэу, умертвил бунтовщика Ли-и. Монголы еще взяли Си-чжэу. В девятый месяц монголы, окружив в несколько рядов Тай-юань-фу, завладели рвом и валом, но начальник города Дэ-шэн, поставив частокол, сопротивлялся им. Дэ-шэн сражающимся воинам раздавал из своего дома серебро, шелковые материи и лошадей. Когда монголы, разрушив северо-западный угол крепости, шли вперед, Дэ-шэн заставил оный телегами, соединив их вместе. Монголы трижды поднимались на стены и трижды были отражены. Стрелы и камни низвергались подобно дождю. Наконец, войско, защищавшее парапет, не могло выстоять, и город был взят. Дэ-шэн, возвратясь домой, сказал тетке и своей жене: "Я несколько лет охранял сей город, но теперь, к несчастью, силы истощились". После сего он повесился. Его тетка и жена равно лишили себя жизни. Государь Сюань-цзун предписал наследнику престола следующее: "Военные действия производятся скоро, и каждое движение зависит от случая. Посему, чтобы не делать замедления, наперед доноси мне о всяком предприятии. С сего времени при действиях поспешных пусть доносят мне уже по совершении оных". В это время члены палаты шу-ми-юань представили доклад государю, которым просили, по недостатку провианта для войска в Хай-чжэу и по причине трудности перевоза туда съестных припасов, перевести войско из тех мест во внутренние области. Император Сюань-цзун спросил о сем вельможу Хэу-цзи. Хэу-цзи отвечал: "В Хай-чжэу весьма много гор, сверх того, он защищен морем, посему он и есть необходимое пограничное место. Причиной появления там в сии годы злодеев суть подарки, доставляемые им от сунцев. Когда, оставив это место, войско переселится на другое, то все места до Дун-пина будут неприятельские. По расширении владений неприятелем и по увеличении сил, трудно будет взять его. По моему мнению, не должно делать переселения. Ваше Величество намерено переселить войско только потому, что опасается недостатка продовольствия. Но я думаю, что когда, по тщательным соображениям, побудим земледельцев вовремя производить посевы и, заставив варить соль, будем променивать на хлеб, или, построив в Су-чжэу и Цянь-чжэу 689 соляные магазины, будем производить торговлю, тогда без отягчения народа получим необходимое. Притом, избрав хорошие места, на коих бы можно было завести военное поселение, и расселив по оным отряды, когда будем охранять оные и делать поиски, тогда и без переселения бедствия могут прекратиться". Государь, приняв его слова, оставил делать переселение. Монголы, взявши Фэн-чжэу, умертвили в оном цзедуши. Злодей "красной одежды" Ли-цюань завладел городом Ми-чжэу и схватил чиновника чжа-фу-ши по имени Хуан-го Алуда и цзедуши Сыцзяну. Монголы взяли городок Сяо-и-сянь. Ли-цюань еще овладел двумя городами Шэу-гуан-сянь 690 и Цзоу-пин-сянь. В десятый месяц вельможа Цун-тань из Пин-ян-фу сделал доклад императору следующего содержания: "Монголами взят шаньсийский город Тай-юань-фу, и войско неприятельское уже приблизилось к Пин-ян-фу. Военные поселения и уезды Хэдунские беспрестанно передаются потому, что недостаточно сберегательного войска и не приходят войска вспомогательные. (По кит. тексту. "Округов и уездов Хэдунских сберечь невозможно, потому что сберегательного войска мало".) Войска, охраняющего Пин-ян-фу, нет и шести тысяч. Но Пин-ян-фу есть славная опора для области Хэдунской и щит для мест Хэнаньских. Прошу Ваше Величество в Лу-чжэу совокупить войска из Бин-чжэу, Хуай-чжэу, Мэн-чжэу и Вэй-чжэу. Кроме того, прошу вызвать войска из Цзэ-чжэу, Цинь-шуй, Дуань-ши и Гао-пина 691 и, поставив их лагерем при горах, посредством слухов об оных доставить помощь Пин-ян-фу. Благоволите, государь, избавить из крайности". Вскоре после сего неприятельские войска подступили к Пин-ян-фу. Чиновник тикун 692 по имени Гао-юн вступил в сражение на северной стороне города и был взят в плен неприятелем. От Гао-юна требовали покорности, но он не покорился и умер. В следующий день монголы взяли город, правители города Цун-тань и Ли-гэ лишили себя жизни. Из Дин-чжэу чиновник цы-ши по имени Фань-до, бросив город, бежал. Сюань-цзун, по поимке Фань-до, предал его смерти. Сунцы напали на городок Лянь-шуй-сянь. Чиновник тикун по имени Лю-ин сразился и разбил их. Бунтовщик Ли-цюань завладел городом Ань-циу 693. Генерал Тянь-чжо дал войско генералам Ван-чжэну и Ван-тин-юю и послал их против него. Чиновник [210] тай-фу-шао-цзянь 694 по имени Бо-дэ-вань с отрядом Ван-чжэна своевольно напал на Ань-циу и был разбит, причем убит был чиновник тикун по имени Ван-сянь. Генерал Тянь-чжо представил доклад государю следующего содержания: "Бо-дэ-вань был послан для осмотра вблизи гор и рек удобных мест для военных лагерей. Но он не отправился в скором времени и, находясь в Ми-чжэу, своевольно поднял войско и был разбит, почему прошу судить его". Император Сюань-цзун нарядил чиновников, и проступок Бо-дэ-ваня был исследован. Но в это время был издан милостивый манифест, посему его преступление было отставлено. В одиннадцатый месяц монголы взяли Ли-чжэу. Начальники города Пуладу и Ван-лян-чэнь погибли в сражении. Генерал Цзягужуй разбил войско Ся при Чжи-гу-бао 695. В двенадцатый месяц вельможа И-ла-фу-сэн представил императору Сюань-цзуну доклад следующего содержания: "Во-первых, по соображениям, в настоящее время необходимо склонить наперед к подданству войско колена Фу 696 и, избрав из него людей любимых другими и способных, изъявить им милости и доверие. Когда они уверятся в нас, тогда нам можно будет проникнуть в область Ляодунскую. Теперь в северо-западной стороне большие бедствия, с южных сторон равно нельзя возвратить войска. Все съестные припасы получаются из владений Хэнаньских, от чего работа 697 и оброки стали чрезмерны, а силы народа истощились. Посредством заключения мира с царством Сунским надлежит утвердить за собой Хэ-шо и доставить продовольствие войску и скоту. В этом состоят главные расчеты настоящего времени. Во-вторых, разорив область Шаньдунскую, бунтовщики наполнили горы и степи. У нас мало войска и нет конницы. Когда царство Сунское доставит злодеям продовольствие и, обольщая их, наградит чинами, наши бедствия еще более увеличатся. Посему необходимо послать к ним способных чиновников для склонения их к покорности. Посредством наград и милостей (надо) заставить их возвратиться в их прежние места, (По кит. тексту: "...к прежним обязанностям...") а затем, избрав из них более мужественных, должно сформировать из них войско. Это равным образом средство к переселению врагов. Наконец, в-третьих, со времен правления Чэн-ань к войску неуклонно стали определять надзирателей и инспекторов. Сии инспектора при совещаниях не бывают согласны с генералами, а их ошибки не только не обсуждаются, но еще (их) поставили законом для других. Сии люди, ведя праздную жизнь, заставляют охранять себя искусных и храбрых воинов, а при непредвидимых и крайних случаях наперед заставляют сражаться воинов слабых и трусливых. Можно ли после сего не поражаться? Итак, полезнее уничтожить их должность". Сюань-цзун воспользовался сим представлением. Один из прокуроров доносил Сюань-цзуну на И-ла-ду следующее: "Главнокомандующий области Дэн-чжэу по имени И-ла-ду заставил солдат покупать песок и посыпать дорогу, по коей он ехал; употреблял тайно казенное серебро и имел у себя запрещенные книги, называя их императорскими указами; заочно поносит государя и, разделив свое войско на чреды, заставляет стоять оное во вратах на карауле; (...заставляет придворных солдат стоять во вратах на страже, а своих адъютантов заставляет оставаться по очереди при себе во время ночи".) приготовил регалии, сзади и впереди носимые, подобные царским, и, наконец, своим женам приготовил наряды, подобные тем, какие носят жены во дворце императорском". Сюань-цзун повелел председателям палаты чинов Абуханю и Себуши исследовать дело. По исследовании дело оказалось действительным, почему, предав казни И-ла-ду, обнародовал о сем внутри и вне. Сенаторы представили императору доклад следующего содержания: "Государственный совет управляет войском, а наследник престола ему покровительствует. В настоящее время просим Ваше Величество по всем губерниям разослать чиновников, к которым бы относились о выслужившихся и подвергшихся преступлениям. Они будут доносить наследнику престола, а сей - представлять Вашему Величеству. Уже после сего просим производить награды и наказания. (По кит. тексту: "Постановить на время по всем губерниям походные отделения государственного совета с тем, чтобы оные относились сперва о приобретших заслуги и нарушивших законы в государственный совет, который будет доносить о них наследнику, а сей - представлять Вашему Величеству. После сего уже, с разрешения Вашего Величества, будут производиться награды и наказания, а служащие по сей части будут только исполнителями повелении".) Между тем, военных чиновников следует обязать, чтобы они не делали обид и притеснений". Император согласился на сие представление. Сюань-цзун, поручив бумагу вельможе Люй-цзы-юю, послал его для заключения мира в царство Сунское. Но сунцы его не приняли, и он возвратился. Тогда Сюань-цзун, сделав своего зятя Пуса-ань-чжэня главнокомандующим левого крыла, дал ему 30 тысяч войска и послал воевать против царства Сун. Пуса-ань-чжэнь достиг с войском места Ань-фын 698, где семитысячный отряд сунский вступил с ним в сражение. Генерал Хулула, напав сбоку, разбил оный и, преследуя его до реки Фэй-шуй, побил более двух тысяч. Пуса-ань-чжэнь, по достижении Ян-цзы-цзян, пошел с войском обратно. Император Сюань-цзун повелел министрам следующее: в нашей столице множество нищих замерзает от холода, о чем я весьма болезную. Отдаю лес (По кит. тексту: "...бамбуковый лес...") из северного сада и повелеваю приготовить для них теплые жилища". [211]

1218 год

Третье лето Сун-дин. В первый месяц Сюань-цзун повелел указом воевать против царства Сунского, и генерал Я-ута разбил сунцев при селении Сянь-шань-пунь округа Хао-чжэу. Монголы утвердили за собой Тай-юань-фу, отчего северные области ослабели более прежнего. (По кит. тексту: "Монголы утвердили за собой Тай-юань-фу и через это состояние дел на северной стороне реки сделали затруднительнее прежнего. Посему император собрал всех чиновников и совещался с ними о средствах к продолжительному сопротивлению. Когда прибыли с донесением о победах, одержанных над сунцами, государь говорил с боков стоящим...") Император собрал всех чиновников для совещания о способах к противостоянию и охранению собственных владений. В это время прибыли с донесением о победах, одержанных над царством Сун. Тогда император говорил чиновникам: "Сего дела остановить нельзя. Я посылал в царство Сунское с предложением о мире. Но сунский двор не согласился на оный. Возможно ли нам и после сего не начать с ними войны?" Во второй месяц Сюань-цзун советовался с наследником о назначении главнокомандующего для производства войны на юге и, не находя способного для сего человека, со вздохом сказал: "Империя обширна, а при делах крайних не найти человека, которого бы можно было послать к оным. Могу ли я не сокрушаться об этом?" Я-ута, разбивши сунцев при Чу-чжэу, тысячу человек положил на месте. Кроме того, он разрушил крепость Сяо-цзян-чжай, где побил тридцать тысяч и более десяти тысяч взял пленными. Я-ута снова завладел окопом при горе Пин-шань, причем несколько тысяч человек предал смерти и более пятисот взял в плен. Генерал Ань-чжэнь, по вступлении в пределы сунские, истребил городок Лян-сянь 699 и взял в плен чиновника тун-чжи по имени Ли-шень-чжи. Главнокомандующий правого крыла Саибу и чиновник ду-цзянь 700 по имени Я-ута, овладев крепостью Бо-ши-гуань, побили более тысячи человек, охранявших оную. В третий месяц корпус области Шань-си разрушил крепость Ху-шэу-гуань 701, взял города Синь-юань и Ян-чжэу и разбил войско в Ци-кэу-цане. Генерал Хэда поразил сунское войско в крепости Хой-линь-гуань, причем положил чиновника тун-чжи по имени Чжан-ши. Улибу, по разбитии сунцев в Шан-цзинь-сяне 702, прошел до города Хао-чжэу. Здесь выступило против него сунское войско, но генерал Я-ута. напавши сбоку, смял оное. Хэда сразился с сунцами при Ма-лин-пу 703 и разбил их. Ань-чжэнь, поразив сунское войско при горе Ши-гу-шань, завладел городком Ма-чэн-сянь 704, причем взял в плен начальника города Чжан-ди. Засим Ань-чжэнь снова разбил сунцев при горе Ту-шань. Саибу разбил сунское войско в Лао-кэу-чжэнь и потом при горе Ши-ху-янь. Мятежник Ван-гун-си, приведя с собой сунцев, взял город И-чжэу. В третий прибавочный месяц войско Ся разрушило крепостицу Тун-тай-чжай 705. Причем Ван-цзя-ну погиб в сражении. В четвертый месяц, когда войско Ся стояло в крепостице Тун-тай-чжай, генерал Май-чжу, сделав нападение, разбил оное. Войско Ся снова напало на Тун-тай-чжай. Главнокомандующий Вань-янь Хэда выступил из Ань-сэ-пу и подошел к Лунь-чжэу. Две тысячи пехоты Ся, выступив из города, шли на сражение. Вань-янь Хэда, поразив их, побил несколько десятков человек и десять человек взял живыми. Потом, сделав приступ к Лунь-чжэу, разрушил северный угол крепости. Настал вечер, и он отступил от оной обратно. В пятый месяц главнокомандующий, находившийся в Фын-сяне, откомандировав часть войска, разбил сунцев при Хуан-ниу-пу 706. Император Сюань-цзун отправил к главнокомандующему Хэда указ следующего содержания: "Генерал! Ты способен к выполнению возлагаемых на тебя дел. Поэтому я поручаю тебе в управление места Тан и Дэн. Когда неприятель сделает нападение, а ты поразишь его, то не преследуй его далеко. Делай твердыми наши границы". При нападении бунтовщика Ли-цюань на Жи-чжао и Бо-син, Вань-ну разбил его в сражении. Злодей сделал после сего нападение на Цзи-мо 707, но Сэн-шэу, сразившись с ним, разбил его. Засим он взял обратно город Лай-чжэу. Вельможа Тан-ко-гэу-эрр, предводительствуя войском, взял обратно Тай-юань-фу.

В восьмой месяц Сюань-цзун, призвавши членов прокурорского приказа, говорил им: "Порученные мной Сенату дела в продолжении нескольких дней не исполняются. Когда я спрашиваю об этом, сенаторы постоянно выдумывают мне ложные ответы. Возможно ли, чтобы забывали о делах главные вельможи? Прокуроры обязаны доносить о несправедливостях чиновников по отделениям палат. Господа! С сего времени в подобных случаях и вы будете подвергнуты суду!" Засим он постановил, чтобы прокуроры дважды в месяц свидетельствовали предписываемые Сенату указы и от него делаемые доклады. Монголы завладели городом У-чжэу, причем убили чиновника пань-гуань 708 по имени Го-сиу. Кроме того, монгольское войско взяло городок Хэ-хэ-сянь 709, при сем убит начальник города Цао-тянь-и. В девятый месяц генерал Тянь-чэн поразил сунцев в Тун-бо 710. Монголы взяли город Дун-шен-чжэу и убили цзедуши Во-дэ-ва-гэ. В одиннадцатый месяц На-хэ-лу-гэ разбил войско злодеев "красной одежды" при горе Ди-шань. Монголы взяли город Цзинь-ань-фу. Председатель палаты строевых дел Нянь-гэ-чжэнь погиб в сражении. Со времени вступления в должность первого министра, Гао-ци, присвоив себе власть, по произволу употреблял свое могущество. (По кит. тексту: "...завладев властью и любовью государя, по произволу производил милости и наказание".) Сдружившись с Гао-жу-ли, Гао-ци взял под свое управление [212] дела, требующие соображений. Между тем, Гао-жу-ли принял в распоряжение часть корыстную. Тем, кто им покорялся - давали должности, а кто не вверялся им - отрешали от оных. При совещании о каком-либо деле, не соглашавшихся с их мнением и восставших против оного (В кит. тексте прибавлено: "...и восставших против оного, равно людей с дарованиями или равных им по достоинству...") они наружно выхваляли пред государем за их способности и, представляя необходимым дать им должность на северной стороне реки, посылали их туда на смерть. Сверх того, Гао-ци, захотев присвоить себе власть над войском, убедил хана Сюань-цзуна начать войну с царством Сун. Считая вовсе ненужным заботиться о северной стороне реки, все лучшее войско он поставил на южном берегу. Проходили дни и месяцы, но и при появлении неприятельских войск во всех пределах государства он не посылал на помощь в крайних случаях ни одного воина. Князь Ин-ван Шэу-чунь, второй сын Сюань-цзуна, решился открыть его преступления и, призвав к себе тайно Ван-а-ли, Шилула и Хулу, советовался о сем деле с ними. Они условились не объявлять о сем никому. Но Шилула и Хулу объявили о сем сенатору Нушибу. Нушибу известил Гао-ци. Ин-ван Шэу-чуня, опасаясь, что Нушибу и Гао-ци приятели, не открывал дела. Вскоре засим Гао-ци заставил своего раба Саибу умертвить свою жену, а это преступление сложил на самого Саибу. Он схватил Саибу и представил его в суд. Судьи, из боязни к Гао-ци не исследовав дела, казнили Саибу. Об этом происшествии узнал Сюан-цзун и за злонамеренные и буйные поступки предал Гао-ци смерти. Равно казнили сенатора Нушибу за открытие Гао-ци совещания Ин-вана Шэу-чуня. Вельможам Шилула и Хулу дал до семидесяти ударов палками и лишил чинов.

1219 год

Четвертое лето Син-дин. В первый месяц монголы напали на Хао-и-пу 711. Чиновник цы-ши по имени Алихо со всем усилием сопротивлялся им, но не мог превозмочь, и войско было разбито. Алихо и Кун-цзу-тан были захвачены неприятелем. Монголы склоняли Алихо к покорности. "Умру, - говорил им Алихо, - но не изменюсь в моем намерении". Монголы кричали, грозно повелевая ему стать на колени, но Алихо, обратясь к их государю, не сделал коленопреклонения. Почему Алихо расстреляли. Кун-цзу-тану также повелевали сделать поклонение, но и он не согласился. Посему и Кун-цзу-тана казнили. Сюань-цзун, узнав о сем, назвал по смерти Алихо славным полководцем лун-ху-бэй (защищавшимся подобно дракону и тигру) 712, а Кун-цзу-тана наградил титулом цзы-тань-дай-фу (примерным вельможей). Стотысячный корпус сунский, по завладении городом Дэн-чжэу, узнав о приближении вспомогательного войска, ночью зажег лагерь и ушел в города. Генерал Илада, нагнав его, отнял всю его добычу (В кит. тексте: "...отнял пленных...") и возвратился. В третий месяц находившийся в Линь-чжэу 713 главнокомандующий Вэй-лян, схватив двух изменников - Шань-чжуна и Ли-цзюня, предал казни, а их сообщника Ли-гуана заставил покориться. Бунтовщик "красной одежды" Юй-ман-ерр, завладев городом Хай-чжэу, поселился в оном. Военный губернатор Вань-янь-чэнь-ерр, отправившись туда с войском, разбил Юй-ман-ерра и взял обратно Хай-чжэу. Генерал Чао-мао поразил злодеев "красной одежды" в Цзао-цяне. Дуань-цзэн-шунь разбил войско изменника Чжэнь-цюаня при Тан-сяне 714. Войско Ся сделало набег на границы, но главнокомандующий Ши-чжань Хэси разбил оное в сражении. В пятый месяц амбань Пуча-шань-ерр разбил злодеев "красной одежды" при Ляо-чэне. При нападении злодеев "красной одежды" на Ляо-лин и Цзянь-шань 715, цзиньский дзедуши Ван-фу-лян, вступив в сражение, разбил их. Кроме сего, он разбил пришедшего на грабеж злодея Чжан-цзюя. Монголы овладели городом Ао-чжэу 716. При взятии ими Янь-чжэу, цзиньский цзедуши Вань-янь Вэй-кэ умер в сражении. В шестой месяц Монгольское царство, отправив генерала Ян-цзая, покорило города Дай-мин-фу, Кай-чжэу, Дун-мин, Чан-вань 717. Из Сунского царства перешел в подданство государства Цзинь некто Фан-цзы-синь. Его хотели поселить в Чжэнь-чжэу, но Сюань-цзун сказал: "Когда наш народ перебегает в царство Сун, оно доставляет ему пищу и одежду. Если мы не будем призирать лучшим образом их подданных, к нам обратившихся, опасно, чтобы они, убежав обратно, не обнаружили наших тайн". Он повелел доставлять Фан-цзы-синю съестные припасы и оказывать ему особенное внимание. Осенью в седьмой месяц сунское войско, соединясь с бунтовщиками "красной одежды", вступило в губернию Хэ-шо. Ему покорились жители всех городов. Один только военный губернатор Ван-фу защищался с твердостью в городе Цан-чжэу. Но когда в это время напал на Цан-чжэу злодей из И-ду по имени Чжан-линь, Ван-фу, отложившись, сдался Чжан-линю. Главнокомандующий из Линь-чжэу отправил против злодеев "красной одежды" в Чжан-дэ-фу чиновника цзун-лин 718 по имени Янь-лу и других, кои в сражении с злодеями захватили в плен чиновника злодеев ань-фу-сы по имени Ван-цзиу. Начальник бунтовщиков Ли-цюань напал на места Дун-пин-фу. [213]

Генерал Ван-пин-юй, разбив его в сражении, взял в плен цзедуши Чжан-линя. Император Сюань-цзун послал Чжун-дуаня и Ань-янь-чжэня в Монгольское царство просить мира. Чжун-дуань, отошедши в Чжень-дин, явился к монгольскому визирю и королю Мухури. Мухури, оставив у себя Ань-янь-чжэня, отправил Чжун-дуаня к государю Тай-цзу. Чжун-дуань, один перешед реку Лю-ша и миновав хребет Цун-лин 719, достиг города Си-чэна. Здесь, явившись к Тай-цзу, он объявил ему о желании примирения. Тай-цзу отправил с ним в Цзиньское государство Да-ху и других. В девятый месяц, когда сунское войско расположилось в городке Цзао-цзяо-пу, Вань-янь-и-ду напал и разбил оное. Войско Ся напало на Гун-чжэу. Чи-чжань-хэ-си послал против оного свой корпус, который в продолжении одного дня сделал более десяти нападений. Сясцы, отступив, заняли позицию при Южном холме. Они отрядили для нападения на город тридцать тысяч регулярного войска. Но Чи-чжань-хэ-си снова разбил оное и полонил генералов Лиу-да и Цзя-юя. Сясцы решились после сего призвать сорокатысячный корпус сунский. Хэ-си, узнав об этом, принял строгие предосторожности, как вдруг подступило неприятельское войско. Хэ-си со своими воинами разбил войско, подошедшее к городу, и побил оного несколько тысяч. При сильнейшем после сего напоре неприятеля на город, цзиньское войско, сражаясь насмерть, побило неприятельского войска до 10 тысяч. Сясцы, предав огню военное оружие, пошли назад. Тогда Чи-чжань-хэ-си, поставив часть войска в засаде, сам с остальным войском преследовал их и побил во множестве. (По кит. тексту: "Хэ-си, заранее поставив часть войска в необходимом месте для преграждения им пути, сам...")

1220 год

Син-дин пятое лето. Во второй месяц генерал Пуча-ань-чжэнь, прошедши с войском через Си-чжэу, разбил сунцев при горе Цзин-цзюй 720 и овладел крепостью Хуан-ту-гуань. Ань-чжэнь вошел в крепость Мэй-линь-гуань и взял городок Ма-чэн-сянь. Потом его войско, по достижении реки Ян-цзы-цзян, взяло Хуан-чжэу. Он взял в плен более семидесяти человек, мужчин и женщин императорского рода, и представил их государю Сюань-цзуну. Затем войско возвратил назад. Главнокомандующий Я-ута, разбив сунцев, возвратил город Сы-чжэу. Пройдя места Хао-чжэу, он дошел до города Гао-кэу, но здесь прекратились у него съестные припасы, почему он возвратился с войском в Си-чэн 721.

В третий месяц сунцы осадили Тунчжэу и Дэн-чжэу. Вань-янь Олунь сильно напал на них и заставил отступить. Император Сюань-цзун говорил министрам: "Ныне служащие при мне чиновники фын-эй 722 и фын-чжи стали невнимательны к делам внешним. Известно, что во времена государя Чжан-цзуна служащим при государе по истечении трех лет делали ревизию, после которой повышали их чинами или понижали. (По кит. тексту: "...по истечении срока, смотря на их успехи в разведывании внешних дел, делали им повышение или понижение". ) И в настоящее время, постановив законом испытания, следует возбудить через то во всех рвение".

В пятый месяц сунцы завладели городом Чу-циу 723, но цзиньское войско, разбив их в сражении, взяло город обратно. Главнокомандующий губернии Шань-си Вань-янь Саибу, по повелению императора отправясь с войском на помощь в губернию Хэ-дун, беспрестанно поражал сунское войско и взял обратно города Цзинь-ань и Пин-ян. Сюан-цзун хотел наградить Саибу, но прокурор Хулу сказал императору: "Вань-янь Саибу, дав свободу военачальникам и солдатам, кои своевольно производили грабежи и насилия, преступил желание государя пресечь беспорядки и доставить жизнь народу. За сие его должно подвергнуть суду". Государь не судил Саибу как человека заслуженного, но оставил награду. Сын старшего брата Саибу генерал О-лунь сразился с сунцами в пределах Тань-чжэу. Войско О-луня было разбито; убитых было более семисот человек. Но О-лунь скрыл это и представил императору, будто бы одержал победу. Тогда прокурор Налань объяснил государю это дело, но император опять за заслуги Саибу не судил его племянника. Похвалив Наляня за донос, повелел записать ему это в заслугу и при испытании чиновников взять во внимание.

В шестой месяц сенаторы донесли императору, что зять государев, чиновник ду-юй 724 по имени Пуса-ань-чжэнь, хочет отложиться. Император, рассмотрев доклад, признал оный несправедливым и скапал к Ин-вану Шэу-чуню: "Я вижу в этом докладе одни пустые слова, не имеющие вероятности. Чтобы осудить на казнь одного из первостепенных вельможей, непременно нужно сообразоваться с суждением о нем подданных настоящего и будущего веков". Он снова повелел исследовать дело, и когда оказалось действительным, то казнил Пуса-ань-чжэня и его двух сыновей. Его братьям оказал прощение за великие заслуги их деда Пуса-чжуна и отца Пуса-куя.

В седьмой месяц лагерь И-юн-цзюнь, отложившись от государства Цзиньского, овладел городком Дан-шань-сянь и в ночи напал на Юн-чэн-сянь 725, но Гао-вань, вступив в сражение, разбил оный. В [214] восьмой месяц линьхуайский главнокомандующий 726 поразил злодеев "красной одежды" в селении Фу-энь. В девятый месяц председатель врачебной управы Хэу-цзи и его помощник Чжан-цянь-ин при лечении императорского внука прописали ему лекарство, (По кит. тексту: "...лекарство, производящее помрачение...") действия коего внук императорский не мог вынести и от сего помер. Хэу-цзи и Чжан-цянь-ина приговорили к смертной казни, но Сюань-цзун сказал: "Хэу-цзи и его помощник достойны смертной казни. Впрочем, если бы это случилось с детьми моих дядей или братьев, в таком случае следовало бы поступить по законам. Но за моего внука я не хочу казнить людей". Засим, дав им по семидесяти ударов палками, лишил чинов. В одиннадцатый месяц корпус шаньсийский разбил войско Ся при Ань-сэ-пу. В двенадцатый месяц монголы овладели городом Цзин-чжао за крепостью Тун-гуань. Сверх того, взяли город Лу-чжэу. При сем генерал Вань-янь-лу-цзинь бросился со скалы и умер. Хао-шэу с несколькими всадниками выбрался из города, но монголы нагнали его. Хао-шэу, заняв позицию при одной песчаной горе и нападая на них со всем усилием, погиб в сражении. Пуса Лэоши убит в сражении внутри города, а Хэ-силе Цзылу был взят в плен неприятелем. Монголы требовали от него покорности, но он не покорился им и был умерщвлен. Генерал Му-цзя-цзяо-чжу истребил войско бунтовщиков из Шэнь-циу при Чэнь-ва. Генералы Сунь-юй и У-гу-чу склонили к подданству две тысячи бунтовщиков городка Тай-хэ-сянь; главных из них злодеев казнили, а прочим оказали прощение. Злодеи "красной одежды" ночью вошли в городок Мэн-чэн-сянь 727 и, побив множество народа и войска, ограбили оный и удалились.

1221 год

Шестое лето Син-дин. В первый месяц главнокомандующий Вэй-би разбил злодеев "красной одежды" при Чжан-цянь-дянь. В третий месяц чиновник ти-кун по имени Ли-ши-линь разбил войско Ся при горе Юн-му-лин. В пятый месяц Ши-цюань склонял государя начать войну с царством Сунским. Когда Сюань-цзун потребовал на сие мнение от всех вельможей, Ян-юнь-и сделал следующий ответ: "Все вельможи в советах руководствуются лестью. Во Вселенной существуют благоустройство и беспорядки, равным образом государство бывает (иногда) сильно и (иногда) слабо. В настоящее время твердят только о благоустройстве и не упоминают о беспорядках, напоминают о силе и ни слова - о слабости, говорят о победах и не говорят о проигрыше сражений; таким образом, уклонились в одну сторону. Вассал хочет говорить теперь о том и о другом. Цель нашей войны с царством Сун состоит не в желании приобресть его владения. Мы только опасаемся, что при грозе с запада и севера начнут теснить нас и с юга, и, таким образом, встретим неприятелей с трех сторон. Посему-то мы, пользуясь случаем, хотим наперед сделать движение, чтобы заблаговременно остановить приход неприятеля. Следовательно, если Сунское царство, потеряв места Хуайнаньские, не осмелились идти на нас, то это будет выгодой побед наших на войне. Но можно ли, согласно нашим расчетам, выгоды сделать непременными? Его южные области Цзяна (великой реки) обширны. Положим, что оно и не будет иметь области Хуайнаньской, но разве оно не в состоянии собрать несколько десятков тысяч войска и, дождавшись смутного времени у нас, выставить оное? Итак, если мы, начав войну, и одержим победу над неприятелем, то и тогда останемся при прежнем. Но каков может быть вред, когда мы не превозможем его? Натурально, что наша конница, сражаясь с пехотой, должна одерживать победы. Но вассал не смеет поручиться за лошадей. (В кит. тескте нет слова "лошадей", но но смыслу видно, что министр точно говорит о трудностях для лошадей.) Порядок дел настоящего времени отличен от времени нашего государя Чжан-цзуна. Во-первых, отличен по времени: при Чжан-цзуне воевали с царством Сун в зимнее время, а теперь мы идем летом. Во-вторых, отличен по выгодам земли: зимой убывают воды, а дороги сухи; летом воды прибывают, а дороги грязные. Наконец, в-третьих, отличен по действиям людей: при нашем Чжан-цзун-хане собраны были силы со всей империи, а войско колена Фу-бу сделано было передовым. Возможно ли сделать это теперь? Тем, кои советуют идти на войну, известна только легкость производства войны при Чжан-цзуне, но неизвестна трудность сражения в настоящее время. Возьмем для примера княжество Ся. В прежние времена наши пограничные солдаты со стрелами и луками в руках, встречая неприятеля, смело вступали с ним в бой. Подобрав одежду, они шли вперед, и неприятель не успевал убегать. (По кит. тексту: "В прошедшие времена наши стрелки из луков, находившиеся на западной границе, при встрече неприятеля, вступали с ними в рукопашный бон и, засучив рукава, вели перестрелку. Сясцы не успевали убегать".) Но теперь сясцы отнимают у нас города и берут в плен генералов, охраняющих оные, разбивают наши войска и уводят пленными полководцев. Столько боявшихся нас прежде теперь нас угнетают! Итак, если войско Ся изменилось, в сравнении с прежним, то ужели одно только сунское войско остается в состоянии, подобном прежнему? Желательно, [215] чтобы Ваше Величество, помышляя о выгодах побед, подумали и о вреде при поражении, и чтобы впоследствии не раскаивались, прельщаясь сладкими словами (По кит. тексту: "...чтобы не прельщались сладкими словами, и чтобы после не раскаивались". На доклад не было ответа".)". Император Сюань-цзун не принял его советов. Он сделал О-кэ главнокомандующим над войском трех губерний, а Ши-цюань - его помощником и послал воевать царство Сунское. Генералы О-кэ и Ши-цюань, вступив с войском из Шэу-чжэу, (Но кит. тексту: "...из Ин-чжэу и Шэу-чжэу...".) перешли реку Хуан-хэ и, разбив сунское войско при Гао-тан-ши, овладели городком Гу-ши-сянь 728. Отсюда войско пошло обратно и достигло реки Хуай-хэ. Когда войско готовилось к переходу реки, Ши-цюань отдал приказание, коим повелевал всему войску сжигать пшеницу. О-кэ со всеми генералами отклонял от сего Ши-цюаня, но Ши-цюань не слушал его убеждений. Простояли несколько дней. Наконец, О-кэ сказал Ши-цюаню: "Теперь в реке воды неглубоки, надобно скорее переправиться. Во время жаров, когда пойдут беспрестанные дожди и река разольется, тогда, при нападении на нас сунцев с тыла, мы не возвратимся целыми (По кит. тексту: "Теперь время жаров и дождей. Если случится разлитие вод, и сунцы нападут на пас...")". Но Ши-цюань сильно воспротивился. Ли-синь и другие досадовали на Ши-цюаня. Но Ши-цюань в гневе сказал им: "У нас один главнокомандующий - Окэ. Зачем вы хотите быть с ним соучастниками? Вы сами возвышены через меня. Притом я, чиновник палаты шу-ми-юань, могу подвергнуть вас суду (По кит. тексту: "В отношении к вам для меня нет невозможного".)". После сих слов все из страха ничего не говорили. В ту же ночь пошел сильный дождь, и на следующий день Хуан-хэ разлилась. Навели мост через реку, но когда переправлялись по оному, напали сунцы и разбили цзиньское войско. Мост разрушился, и войска потонуло в воде чрезвычайно много. Ши-цюань наперед переехал через реку на небольшом судне. Сюань-цзун, делая выговор убежавшим военачальникам, сказал: "С каким лицом я увижу Ян-юань-и!" Император издал указ, коим повелел казнить Ши-цюаня.

Бунтовщик Ван-ерр завладел городком Лин-ян-сянь. Чиновник тикун по имени Вань-цюань усмирил его войско, и город взял обратно. В седьмой месяц шаньданский 729 граф Вань-янь-кай обратно взял город Цзэ-чжэу. Ван-тин-юй поразил злодеев "красной одежды" при Цао-чжэу. В восьмой месяц император Сюань-цзун лета правления переименовал в первый год Юань-гуан и обнародовал милостивый манифест. При сем Сюань-цзун сказал министрам: "Теперь обнародовано прощение, но в непродолжительном времени будет совершаться казнь преступников. (По кит. тексту: "...но жизнь осужденных зависит от времени".) Поэтому немедленно должны отправить во все губернии гонцов, дабы они успели достигнуть назначенных мест в определенное время". В девятый месяц сунцы сделали нападение на Тан-чжэу. Генерал Цзя-гу-цзю-чжу, вступив в сражение, разбил их. В десятый месяц при нападении сунского генерала Чжан-хоя на Лин-цзы-чжэнь, Валудо, разбив его в сражении, взял в плен двух генералов. Монголы взяли Ху-би-пу и Линь-цзинь 730. В одиннадцатый месяц монголы взяли Тун-чжэу; при сем цзиньские цзедуши Ли-фу-хэнь и О-кэ сами себя предали смерти.

Трехтысячный отряд сунский, перейдя реку Хуай-хэ, достиг места Ляо-линь, где, нарубив тальник, запрудил реку Бянь-шуй и, таким образом, пресек дорогу, по коей привозили съестные припасы. Главнокомандующий Я-ута, откомандировав против сунцев тысячу солдат регулярного войска, разбил их, взял в плен семьсот человек и открыл сообщение. В двенадцатый месяц император Сюань-цзун говорил наследнику престола: "В продолжении ночи я размышлял о делах государственных и, зажегши светильник, замечаю оные. По наступлении дня, замеченные дела я привожу в исполнение. Равным образом и ты должен поступать". Своим приближенным чиновникам император отдал следующее повеление: "Служащие при мне Фын-юй и Фын-чжи, все молодые и образованные люди. Прежде я призывал ученых, кои ежедневно объясняли им древнее учение о взаимных отношениях государя с чиновниками, отца с детьми и научали обязанностям к высшим. В настоящее время надлежит опять возобновить это обыкновение". Чиновник ти-кун по имени Тан-гуа-фан, поразил войско Ся при Чжи-ху-пу.

1222 год

Второе лето Юань-гуан. В первый месяц монгольский генерал Ши-тянь-ин сделал нападение на Хэ-чжун-фу. Начальник города по имени Хэу-сяо-шу твердо защищал город. Чиновник ти-кун по имени У-дэ советовал выйти из города и покориться. Хэу-сяо-шу, рассердившись, казнил У-дэ. Его старший двоюродный брат Чжан-сянь также говорил ему: "Силы неприятельские велики. Выйдем и покоримся для сохранения своих детей и жен". Хэу-сяо-шу с гневом отвечал ему: "Мы дети простых матросов, получив столь великие должности, должны ли говорить о покорности". Привязав в столбу Чжан-сяня, он казнил его. Потом, совершив по нем обряды сетования и похорон, он выполнил обязанности [216] родственника. Государственный советник (шу-ми-юань) отправил пристава Олунь для совещания с Хэу-сяо-шу о военных делах. Хэу-сяо-шу вышел из города и соединился с Олунем. В это время монгольский Ши-тянь-ин взял Хэ-чжун-фу и, наведя по реке наплавной мост, открыл сообщение с Шань-си. Хэу-сяо-шу расположился при горе Лэ-ли-шань. По соединении всех войск, шедших на помощь, Хэу-сяо-шу ночью, напав на город, вошел на стену ("...сделав углубление в стене, взошел на оную".) и зажег на оной башни и караульни. Пламя осветило внутренность города. Монгольский Ши-тянь-ин пришел в большой страх. Оставив все тяжести, жалованные грамоты, печать и весь скот, с поспешностью бежал из города, но был убит в воротах Шуан-ши-мынь. Хэу-сяо-шу сжег наплавной мост и успокоил народ. Император Сюань-цзун, сделав Хэу-сяо-шу старшим генералам, дал ему чин фан-юй-ши. Сюань-цзун говорил министрам: "В прежнее время при представлении кем-либо о полезных делах вы, господа, убеждали меня выдавать сии представления за собственные указы. Для государя довольно, если будет следовать убеждениям других. Возможно ли приписывать себе хорошее мнение других?" В этот же месяц прибыло сто тысяч монгольской конницы, которая и осадила Хэ-чжун-фу. Главнокомандующий О-кэ дал пять тысяч войска амбаню Сунь-чаню и послал его на помощь к Хэ-чжун-фу. Чиновник шу-ми-фу-ши равно отправил на помощь генерала Ли-жень-чжи с тремя тысячами войска. По прибытии Сун-чана и Ли-жень-чжи со вспомогательными войсками, Хэу-сяо-шу условился с ними в ночи, при бое в бубны, напасть на неприятеля изнутри и вне города. По наступлении назначенного времени, Хэу-сяо-шу выступил с войском, но Сунь-чан и Ли-жень-чжи из боязни не делали движения, почему Хэу-сяо-шу возвратился назад. При нападении на город монгольского войска, все советовали выйти из города и защитить гору Ло-ли-шань, но Хэу-сяо-шу не согласился на это и приказал Чжан-сы-цзу пройти сквозь осаду и отправиться с донесением в столицу Бянь-цзинь. На другой день, по взятии монголами города Хэ-чжун-фу, начальник оного Хэу-сяо-шу умер в сражении. Во второй месяц Сюань-цзун издал следующий указ: "По древним законам, военных чиновников, подвергшихся преступлению, не употребляют в службу. Но в настоящее время, при чрезвычайности дел, с трудом приобретаются люди способные. Посему людей храбрых и могущих управлять войском, кроме важных преступлений, при всех других проступках, заслуживших ссылку, снова употреблять к должности по их способностям. Сенаторам предписывается рассудить о сем постановлении и свои мнения представить мне". Монголы, осадив Фын-сян-фу, сделали приступ к оному. Но генерал Ши-чжань-хэси со всем усилием сражался с ними. Посему монголы отступили. В пятый месяц чиновник цань-чжи-чжэнь-ши по имени И-фу доносил государю Сюань-цзуну следующее: "Мы составили войско из людей, принужденно покорившихся нам. Сие войско, будучи расположено по берегу реки Хуай-хэ, не исполняет высочайших повелений. Почему следует принять против него меры". "Люди в своих намерениях непостоянны, - заметил на сие государь, - они смотрят только на управление. Если при хорошем управлении и подданные отдаленных мест повинуются повелениям, что сказать о сих людях? В противном случае трудно было бы предостеречь и от людей, с боков стоящих. Посему остается показывать одно великодушие. Когда же и при сем невозможно достигнуть спокойствия, то тогда это уже будет изволение Неба".

В седьмой месяц император Сюань-цзун, призвав членов прокурорского приказа, говорил им: "Злонамеренные и коварные люди подчинены законам, почему наследование дел маловажных не должно составлять занятия государя. Но в непродолжительном времени я узнал, что в хлеб, выдаваемый помесячно служащим чиновникам и нижним чинам, много подмешивается плевел и земли. В хлебе, получаемом в оброк, бывает ли когда-либо земля и плевелы? Равным образом я узнал, что меры, по которым отпускают и принимают хлеб, не одинаковы. Такие поступки по всей справедливости непростительны. Между тем, прокуроры не вникают в это. Если обо всем заставляете напоминать вам, то для чего же назначены вы?" При разговоре государя с министрами ему доносили, что служивший при нем Тай-пин помер. Государь с удивлением сказал: "Я заранее намеревался дать Тай-пину чин, но всегда был удерживаем от этого другими делами. Теперь только дал оный, и через несколько дней он помер. Не небесное ли это изволение?" По сему же случаю он сказал министрам: "Во времена Вань-янь-ляна, при разговоре между собой двух телохранителей царских, один из них сказал, что богатство и знаменитость зависят от Неба. Между тем, другой говорил, что и то и другое зависят от государя. Вань-янь-лян подслушал их разговор и хотел дать чин пятой степени сказавшему, что все зависит от государя, но этот человек заболел и не успел получить чина. Конечно, Небо презрело мысль Вань-янь-ляна, что все им дается". В восьмой месяц пичжэусский военный губернатор На-хэ-лу-гэ с лишком с сотнею человек, убыв главнокомандующего Мэн-гу-гана, отложился со всем городом. Император Сюань-цзун предписал указом генералу Я-ута усмирить его. Я-ута с войском, окружив Пи-чжэу, поджег башни и караульни и убил более ста человек. Тогда находившийся внутри города Гао-сянь, видя невозможность защищаться, убил На-хэ-лу-гэ, взял его голову и, спустившись со стены, пришел с покорностью. Остальные жители города еще сопротивлялись, но когда [217] Я-ута сделал приступ к городу, то Лю-бинь и другие из находившихся внутри города, схватив четырех главных бунтовщиков - Янь-цзюня и других, со всеми жителями покорились. Засим Я-ута вошел в город и успокоил народ. Кроме сего, он призвал к покорности более восьмидесяти человек из бунтовщиков "красной одежды". (По кит. тексту: "Из злодеев "красной одежды" призвал к покорности 15 генералов (второй степени) и 139 человек низших чинов".) Когда Я-ута представил Сюань-цзун-хану о своих победах, император в чрезвычайной радости произвел его в следующий чин и дал в награду триста лан золота и десять кусков шелковой материи из дворцовых кладовых. В девятый месяц сунское войско вошло в округ Шэу-чжэу. Генерал Пухай, дав сражение, заставил оное отступить. Двенадцатого месяца в день Дин-хай император, по причине болезни, не выходил в тронную. В день Гэнь-инь болезнь императора усилилась. В сию ночь все приближенные чиновники удалились, при государе осталась одна только побочная жена покойного императора - княжна Чжэнь-ши. Государь, размыслив, что княгиня Чжэнь-ши в летах, и что поэтому на нее можно положиться, сказал ей: "Призови немедленно наследника и утверди его правителем государственных дел после меня". Кончив речь, он скончался во дворце Нин-дэ-гун. На престоле сидел 11 лет; от роду был 61 года. Чжэн-ши, скрыв его смерть, никому не объявила об оной. Императрица и все княгини пришли для посещения императора в его спальные покои. (По кит. тексту: "Императрица и княгиня Пан-ши пришли для посещения государя в его спальные покои".) Чжэн-ши наперед знала, что хитрая и злоумышленная княгиня Пан-ши досадовала на то, что ее сын Ин-ван Шэу-шунь, будучи старшим из царевичей, не получил престола. Почему, опасаясь, чтобы не произошло возмущение, ложно сказала, что государь переменяет одежду. Она просила императрицу и всех княгинь на время удалиться в другие покои. Введя их в другие комнаты, она замкнула дверь. Засим, призвав главных вельможей, объявила им оставленное императором завещание, на основе коего утвердили государем наследника. После сего она отворила двери и, впустив императрицу и княгинь, объявила им о трауре.

Комментарии

629. Сянь-цзун (Ваньянь Хутува, Юнь-гун) - второй сын императора Ши-цзуна. При жизни отца он был назначен наследником, но вскоре умер.

630. Династия Сун правила в Южном Китае в 420 - 479 гг. Иногда ее так и называют Южная Сун (Лю Сун). Князь Ин-ян (Лю И-фу) правил с 422 по 424 гг. Сменивший его император Вэнъ-дu (Тай-цзу, Лю И-лун) правил с 424 по 453 гг. Цзянлин - город в средней части провинции Хубэй, на левом берегу р. Янцзы.

631. Чжао - название одного из семи наиболее могущественных царств периода Чжань-го ("Воюющие царства" - 403 - 221 гг. до н.э.). Территория этого царства включала в себя (по современному административному делению) восточную часть Шаньси, южную часть провинции Хэбэй и территории провинции Хэнань, расположенные к северу от р. Хуанхэ. В 228 г. до н.э. царство Чжао было уничтожено царством Цинь.

632. Хойчжоу - крепость, находившаяся на правом берегу р. Хуанхэ, в районе современного уездного г. Цзинюань в провинции Ганьсу. Старый город был смыт р. Хуанхэ.

633. Гуаньчжоу - танский округ, находившийся в провинции Хэбэй, к югу от г. Тяньцзин. Наличие чжурчжэньского округа с таким названием не зарегистрировано. Если он существовал, то должен был находиться в том же районе, что и упомянутые здесь населенные пункты Хэцзянъфу (см. прим. 230) и Цанчжоу (современный уездный г. Цансянь в 90 км к югу от г. Тяньцзин).

634. Населенные пункты Чжэньдин (см. прим. 223), Цинчжоу (см. прим. 560), Вочжоу (современный уезд Чжаосянь) и Долин (см. прим. 306) находились в южной части провинции Хэбэй. Дунпин - город в восточной части провинции Шаньдун, в 100 км к юго-западу от г. Цзи'нань. Города Сюйчжоу, Пэйчжоу (см. прим. 565) и Хайчжоу (см. прим. 564) располагались в северной части провинции Цзянсу, недалеко от границы с провинцией Шаньдун. Необходимо отметить, что у Г.М. Розова допущена ошибка: нет административной единицы Цинво, а есть округа Цинчжоу и Вочжоу.

635. Линъу - район современного уезда в северо-восточном углу провинции Ганьсу. Здесь упоминается эпизод мятежа Ань Лу-шаня, когда император Мин-хуан (Сюанъ-цзун, Ли Лун-цзи) в 756 г. бежал в г. Сычуань и вскоре отрекся от престола в пользу своего сына. Его сын Ли Хэн (храмовое имя Су-цзун), вступил на престол в том же году в г. Линъу.

636. "Крепости Цзинь и Сянь". Здесь ошибка: "цзинь"(надо: "цзюнь") и "сянь" не топонимы, а названия административно-территориальных единиц. "Цзюнь" (синоним "чжоу") переводится на русский язык словом "округ", а "сянь" - словом "уезд". Таким образом, здесь идет речь о "чиновниках и благоразумных людях" окружных и уездных городов (без обозначения их названий), которые всегда в Китае имели крепостные стены.

637. Цинцан. Такой административно-территориальной единицы нет. Это два самостоятельных округа - Цинчжоу (см. прим. 560) и Цанчжоу (см. прим. 633).

638. Здесь, по-видимому, ошибка составителей маньчжурского варианта. Вместо округов Аньчжоу и Сучжоу должен быть один округ - Аньсучжоу (см. прим. 385).

639. Река Ишуй берет начало в горах Сишань, к западу от уездного г. Исянь. В пределах уезда Динсин она впадает в реку Цзюймахэ, которую также называют Байгоухэ (=Богоу). Что касается гор Сишань, то в провинции Хэбэй, по границе с провинцией Шаньси, имеется несколько горных районов, носящих это название, в том числе и знаменитые Западные горы (см. прим. 198), расположенные к западу от г. Пекин.

640. Чжаншуй (соврем. Чжанхэ) - река, берущая начало в юго-восточной части провинции Шаньси. Она имеет несколько истоков, носящих разные названия, текущих в юго-восточном направлении и сливающихся в одну реку - Чжаншуй. Это пограничная река между провинциями Хэбэй и Хэнань, от границы провинции Шэньси до места впадения в р. Вэйхэ. Река Вэйхэ (не путать с рекой Вэйшуй) течет в северо-восточном направлении и впадает в р. Хайхэ в 50 км от Бохайского залива, вблизи г. Тяньцзинь. Город Вэйчжоу находился на р. Вэйхэ, немного выше места впадения в нее р. Чжанхэ, на территории провинции Хэнань, в районе современного уездного г. Синьсян. Из контекста русского перевода Г.М. Розова следует, что надо было охранять берега р. Чжаншуй от г. Вэйчжоу до впадения ее в море. Это ошибка. В китайском тексте совершенно четко говориться, что охране подлежали берега рек Чжаншуй и Вэйхэ до впадения их в море. Округ Вэйчжоу в китайском тексте вообще не упоминается.

641. Чэнъу - район современного уезда в юго-западном углу провинции Шаньдун, в 50 - 60 км от границы с провинцией Хэнань.

642. Шэньцичжоу. Здесь ошибка: такого округа не было. Это обычное для китайских текстов сокращение, когда при перечислении равнозначных топонимов определяющая часть всех слов опускается, оставаясь только у последнего. Здесь должно быть: "города Шэньчжоу и Цичжоу". Эти окружные города, как и три перечисленных уезда, находились в южной части современной провинции Хэбэй: Шэньчжоу - в 100 км к востоку от г. Шицзячжуан, в районе современного уезда Шэньсянь; Цичжоу (см. прим. 267); Шулу - в 70 км к юго-востоку от г. Шицзячжуан; Аньин - в 25 км к северу от г. Шицзячжуан; Уцзи - в 50 км к северо-востоку от г. Шицзячжуан.

643. Цюйфу - современный уездный город в юго-западной части провинции Шаньдун, примерно в 100 км к югу от г. Цзи'нань, недалеко от железной дороги. Могила Конфуция находится в одном километре к северу от этого города.

644. Тайчан боши. В Китае при императорском дворе существовала палата (приказ, департамент) тайчансы, в ведении которой находились жертвоприношения, совершаемые императором, императорские храмы, императорские гробницы. В обязанности тайчан боши входило наблюдение за соблюдением обрядов при проведении церемоний. Боши - наставник, учитель: в современном языке - профессор.

645. В 1215 г. Пусянь Ванну объявил о создании на территории Южной Маньчжурии нового государства, которое первоначально было названо Великое Чжэнь (Восточное Чжэнь),а затем переименовано в Восточное Ся. Власть этого государства распространялась на значительную часть территории Южной и Восточной Маньчжурии, а также на соседние территории Северной Кори. В 1233 г. Восточное Ся было уничтожено монголами.

646. "Вторично напало на Суйдэ". Здесь ошибка. Надо: "вновь напало на Суйпин". Суйпин и Кэчжунчжай - небольшие укрепленные пункты, находившиеся в северной части провинции Шэньси: Кэчжунчжай - в 30 км к западу от уездного г. Суйдэ; Суйпин - немного южнее г. Кэчжунчжай, к западу от современного уездного г. Цинцзянь.

647. Шуянчжай (соврем. Шуянчжэнь) - небольшой укрепленный городок в юго-восточной части провинции Ганьсу, к северу от уездного г. Лунси.

648. Инъцин жунлу дафу - славный и высокочтимый сановник, отмеченный серебряным знаком на ярко-синем шнуре. Это один из самых высоких почетных титулов, присваивавшихся за выдающиеся заслуги. Он получил широкое распространение при монгольской династии Юань.

649. "Отложившиеся от Цзинь Лань-чжоу-цзи и Чэнь-сэн". Здесь ошибка, допущенная при составлении маньчжурского варианта. Надо: "Отложившийся от Цзинь Чэн Чэнь-сэн из Ланьчжоу и другие".

650. Хошань - небольшой водораздельный хребет между реками Фэньшуй и Циньхэ, простирающийся с севера на юг в средней части провинции Шаньси, к западу от уездных городов Хосянь и Хунчжао.

651. Хэ Дин в 1216 г. объявил себя императором династии Великая Хань в южной части провинции Шаньдун. Попытка не увенчалась успехом, и вскоре новоявленное государство было уничтожено чжурчжэнями.

652. Все упомянутые здесь населенные пункты находились в провинции Шаньдун, к югу и юго-востоку от г. Цзи'нань. Тэнчжоу (соврем, уезд Тэнсянь) располагается на самом юге провинции, в 20 км от границы с провинцией Цзянсу. Яньчжоу - округ в районе современного уезда Цзыян, в 120 км к югу от г. Цзи'нань. Шаньчжоу упоминался выше (см. прим. 266). Лайу - уездный город в 70 км к юго-востоку от г. Цзи'нань. Синьтай - город в 100 км к юго-востоку от г. Цзи'нань.

653. Аньсайцу. В справочниках имеются сведения о небольшом укрепленном пункте с таким названием, находившемся в провинции Шэньси (воеводство Суйдэцзюнь; см. прим. 283), в 40 км к северу от уездного г. Аньсай (70 км к северу от г. Яньань).

654. Динси - чжурчжэньский город. Находился он в 13 км южнее современного одноименного уездного города, расположенного в восточной половине провинции Ганьсу, в 40 км к северу от г. Лунси.

655. Мяньчи - уезд, созданный чжурчжэнями; название его сохранилось до наших дней. Одноименный уездный город находится в северо-западной части провинции Хэнань, в 60 км к западу от г. Лоян.

656. Пинъян - округ первого класса (фу). Его управление находилось в городе Линьфэн (современный уездный город в юго-западной части провинции Шаньси).

657. Все перечисленные здесь пункты должны были находиться в провинции Шаньси. Дайчжоу уже упоминался выше (см. прим. 221). Населенные пункты с названием Шэньсянь известны в провинциях Хунань и Сычуань, т.е. в районах, куда монголы в это время еще не проникали. Здесь, по-видимому, должен быть уездный город Шэньшань, который находился в южной части провинции, Шаньси (соврем. Фушань). Хэнчэн - небольшое укрепление на восточном берегу р. Хуанхэ, напротив г. Синцин (соврем. Иньчуань). Здесь имеется в виду другой г. Хэнчэн в провинции Шаньси. Город Пиндин находился в 80 км к востоку от г. Тайюань. Чэнтянчжэнь - город в 30 км к северо-востоку от г. Пиндин.

658. Лучжоу - район современного уезда Чанчжи в провинции Шаньси, в 60 км к западу от стыка с ней границ провинций Хэбэй и Хэнань. Хэчжун и Цзянчжоу (см. прим. 264) также находились в провинции Шаньси. Что касается Мэнцзина (см. прим. 248), то в китайском тексте упоминается округ Мэнчжоу, находившийся в этом же районе, но ближе к границе провинции Шаньси, в 55 км к северо-востоку от г. Лоян.

659. Сичжоу - город в южной части провинции Хэнань, на левом берегу р. Хуанхэ.

660. "По берегам реки Цзян-хуай". Это ошибка. В китайском варианте хроники написано: "вдоль реки Хуайхэ".

661. Луншань - горы (гора) в южной части провинции Хэнань, к северо-востоку от уездного г. Хуайхэ. ,

662. Лятуань - это не топоним. Сочетание "лян гуань" надо переводить как "две заставы". К западу и югу от г. Сянъян и к югу от г. Гуанчжоу (соврем. Гуаншань) простирается хребет Хуайяньшань - водораздел между реками Хуайхэ и Янцзы. В этом месте проходит граница между провинциями Хэнань и Хубэй. Возможно, две заставы, упомянутые в тексте, находились в этих горах, в районе округа Гуанчжоу.

663. Фаньчэнсянь. Наличие такого уезда в справочниках не зарегистрировано. Город Фаньчэн сохранился до наших дней и находится в северной части провинции Хубэй, к северу от г. Сянъян, на левом берегу р. Ханьшуй. Где-то здесь должна была находиться и местность Нихэвань.

664. Ляньшуйсянь - уезд, название которого сохранилось до наших дней. Город Ляньшуй находится в 30 км к северо-востоку от г. Хуайян, на левом берегу старого русла р. Хуанхэ, в северной части провинции Цзянсу.

665. Учэнсянь (в кит. тексте Мяньчэнсянь). Имеется около десятка уездов, названия которых по-русски транскрибируются "Учэн". Некоторые из них находились в районах возможных действий монгольских войск. Уезд Мяньчэн в справочниках не зарегистрирован. Трудно высказать какое-либо предположение относительно этой неувязки.

666. Шицю - небольшой населенный пункт (чжэнь) к югу от уездного г. Дунхайсянь (Синьхайлянь), в северной части провинции Цзянсу. Здесь же должен находиться и Чжунтуцяо.

667. В десятом - двенадцатом месяцах (конец 1217 - начало 1218 гг.) монголы нанесли удар по чжурчжэньской провинции Восточная Шандун (восточная половина современной провинции Шаньдун). Нападению подверглись следующие пункты (указываются только упоминающиеся впервые): Цзоупин -современный уездный город в 80 км к северо-востоку от г. Цзи'нань; Чаншань - современный уездный город в 85 км к востоку от г. Цзи'нань; Биньчжоу - современный уездный г. Биньсянь в 120 км к северо-востоку от г. Цзи'нань; Дичжоу - город в 110 км к северо-востоку от г. Цзи'нань, в районе современного уезда Хойминь; Ичжоу - современный уездный г. Линъи в 60 км к северу от г. Цзи'нань; Идуфу -современный уездный г. Иду в 130 км к востоку от г. Цзи'нань.

668. Тешань. В Китае есть несколько гор, носящих это название. Ближайшие к округу Сычжоу (см. прим. 599) горы Тешань находятся в северо-западном углу провинции Цзянсу, к северо-востоку от г. Сюйчжоу. От них до г. Сычжоу около 110 км.

669. Цинкоу . город на северо-востоке провинции Цзянсу, в 6 км к юго-востоку от уездного г. Ганьюй.

670. Фаншань - гора на территории уезда Юньсянь, на северо-западе провинции Хубэй.

671. Цзюйшань - горы в южной части уезда Дунхайсянь (Синьхайлянь) провинции Цзянсу.

672. Цзаоцзяопу - укрепленный пункт, находившийся в провинции Хубэй, между уездными городами Тяньмэнь и Цзиншань, примерно в 120 км к северо-западу от г. Ухань.

673. Выше сообщалось, что Око разбил сунцев у горы Фаншань в провинции Хубэй (см. прим. 670), а описанные здесь события произошли через 16 дней. Еще через 21 день его войска уже действовали примерно в 100 км восточнее Фаншаня, в районе современного уезда Гуанхуа. Таким образом, можно предположить, что упомянутые здесь населенные пункты находились в этом же районе.

674. Гаоми - уездный город в провинции Шаньдун, в 60 км к северо-западу от г. Циндао. При чжурчжэнях он входил в состав округа Мичжоу (см. прим. 265).

675. Из перечисленных здесь пунктов три встречаются впервые: 1) Цзигуншань - горы в южной части хэнаньского уезда Синьян (см. прим. 398); 2) Хэчисянь - город в юго-восточном углу провинции Ганьсу, в 45 км к востоку от уезда Чэнсянь (сейчас населенного пункта с таким названием нет); 3) Хэйгугуань -застава в горах Хэйгу. Горы Хэйгу находятся к западу от современного уезда Тяньшуй, в провинции Ганьсу.

676. Цзяосисянь - современный уезд Цзяосянь в 40 км к северо-западу от г. Циндао, в восточной части провинции Шаньдун.

677. Сянлупу - укрепление в южной части провинции Хэбэй, в горах Тайханшань (пограничный хребет, отделяющий провинцию Шаньси от провинции Хэбэй), к северо-западу от уездного г. Синтай.

678. Цзюйчжоу - современный уездный город Цзюйсянь. Жичжаосянь - город, название которого сохранилось до наших дней. Оба эти пункта находятся в восточной части провинции Шаньдун, недалеко от побережья Желтого моря, в 30 - 65 км от границы с провинцией Цзянсу.

679. Здесь Г.М. Розов в скобках дает правильное название округа. Округ Дуаньчжоу вообще не существовал, что не проверили составители маньчжурского варианта. Ошибка произошла из-за близости написаний иероглифов "дуань "и. "цзя". Округ Цзячжоу находился в районе" современного уезда Цзясянь, в северной части провинции Шэньси, вдоль правого берега р. Хуанхэ.

680. Лайчжоу - район современного уезда Есянь в провинции Шаньдун, на берегу залива Лайчжоувань. В названии залива сохранилось наименование старого танского округа.

681. Течэнпу - населенный пункт в юго-восточной части провинции Ганьсу, в 40 км к востоку от уездного г. Линьсянь.

682. Шихэ - река в юго-восточной части провинции Хэнань, правый приток р. Хуанхэ. Течет в северном направлении и впадает в Хуанхэ на границе с провинцией Аньхой. Район среднего течения этой реки находится всего в 100 - 150 км от упомянутого здесь округа Шоучжоу (см. прим. 557).

683. Хуансянь - населенный пункт в 80 км к западу от г. Яньтай (Чифу), на полуострове Шаньдун. Его название сохранилось до наших дней.

684. Линьцюаньсянь - уезд, входивший при чжурчжэнях в состав округа Шичжоу. Чжурчжэньскнй уездный г. Линьцюаньсянь находился к западу от современного уездного г. Линьяиь, расположенного в средней части провинции Шаньси.

685. Гошиюань - Академия государственной истории. Одно из важнейших центральных учреждений чжурчжэньского государства. При чжурчжэнях эта организация впервые была выделена в самостоятельное учреждение и получила название Гошиюань. В ее задачи входило проведение ежедневных систематических записей деяний императоров и других важнейших событий в жизни страны. После смерти очередного императора на основании этих записей составляли "Ши лу" ("Правдивые записи") о царствовании этого императора. Бяньсюгуань - составитель (исторических трудов) в Гошиюане. Обычно это был чиновник невысокого восьмого ранга первого класса.

686. Каньгу - чжурчжэньский окружной город, находившийся в провинции Ганьсу, примерно в 40 км к юго-востоку от г. Ланьчжоу.

687. Мухури (Му-хуа-ли, Мухали) - монгольский полководец, осуществлявший руководство военными действиями против чжурчжэней с 1218 г., когда главные силы монголов были заняты на западе. Резиденция его была в современном г. Пекин.

688. Тайхэлин - горы, находившиеся к востоку от уездного г. Шосянь, в северной части провинции Шаньси. Более точных сведений об этих горах нет. Возможно, это хребет Хэншань, простирающийся с северо-востока на юго-запад от границы провинции Хэбэй, или один из его отрогов. Занятый монголами округ Дайчжоу как раз находился за этим хребтом (на юго-восточных склонах).

689. "Сучжоу и Цяньчжоу". Это ошибка. Надо: "уездный город Суцянь". Город Суцянь находится в северной части провинции Цзянсу. При чжурчжэнях он входил в состав провинции Западная Шаньдун.

690. Шоугуансянь - уездный город в восточной части провинции Шаньдун, в 40 км от залива Лайчжоувань.

691. Циньшуй, Дуаньши и Гаопин - уездные города, входившие в состав округа Цзэчжоу чжурчжэньской провинции Южная Хэдун. Округ Цзэчжоу охватывал юго-восточную часть провинции Шаньси, прилегающую к провинции Хэнань. Управление округа находилось в городе Цзиньчэн (современный уездный город). Упомянутые здесь три чжурчжэньских уездных города располагались следующим образом: Циньшуй - в 65 км к северо-востоку от г. Цзиньчэн; Дуаньши - в 30 км к северо-востоку от г. Циньшуй; Гаопин - в 40 км к северу от г. Цзиньчэн. Горы, о которых говорится в тексте, это Тайханьшанъ - пограничный хребет между провинцией Шаньси и провинциями Хэбэй и Хэнань.

692. Тикун - начальник, управитель; глава самостоятельного, но не очень большого учреждения (архива, окружного казначейства и т.п.). Эта должность существовала в аппарате чжурчжэньского государства Цзинь и монгольской империи Юань.

693. Аньцю. При чжурчжэнях этот уезд входил в состав округа Мичжоу провинции Восточная Шаньдун. Современный г. Аньцю находится в 110 км к северо-западу от г. Циндао.

694. Тайфу шаоцзянь - заместитель начальника (директора) государственного казначейства.

695. Чжихубао (цу) - небольшой укрепленный городок в провинции Ганьсу в 25 км к востоку от г. Ланьчжоу. Он был построен сунцами до завоевания этого района чжурчжэнями.

696. Фу и (ниже в тексте летописи это племя названо Фу 6у). Здесь речь идет не о названии племени ("колена" у Г.М. Розова), а о своеобразной военной организации, существовавшей у киданей, чжурчжэней и монголов. В китайском тексте написано: "Цзю жэнь" - "люди цзю"; "люди из войска цзю". Иероглиф "цзю". по-видимому, киданьский и заимствован составителями для обозначения этой своеобразной организации. Чтение его спорно, а употребленное здесь "цзю" - это один из предлагаемых вариантов. Авторы маньчжурского текста читали его как "фу" не только в этом контексте, но и в ряде собственных имен (напр., Фули, Фулишэ). У чжурчжэней "вписка цзю" (цзю цзюнь) предназначались только для охраны границ. Особенностью таких войск было формирование их только из иностранцев, главным образом, киданей и кумоси. После этого уточнения текст становится вполне понятным.

697.' Трудовая повинность (государственная барщина) - одна из форм эксплуатации крестьян государством в Китае. Наряду с уплатой поземельною налога зерном и промысловой подати изделиями домашнего ремесла, крестьяне обязаны были отбывать трудовую повинность на строительстве ирригационных сооружений, дорог, укреплений, каналов, различных сооружений в столице и т.п. Существовала так называемая "триада повинностей". Продолжительность государственной барщины в разные эпохи колебалась в значительных пределах - от 12 - 20 до 30 и более дней. Эту повинность отбывали все трудоспособные крестьяне.

698. Аньфэн. В различных районах Китая существовало несколько уездных городов и других населенных пунктов, носивших это название. Здесь говориться о сунском уездном г. Аньфэн, находившемся к югу от р. Хуайхэ, в 30 км к юго-западу от уездного г. Шоусянь. Река Фэйшуй, в направлении которой чжурчжэни преследовали разбитый сунский отряд, берет начало в уезде Хэфэй (к юго-востоку от г. Аньфэн), течет в юго-западном направлении и впадает в оз. Чаоху; относится к бассейну р. Янцзы.

699. Лянсянь. Здесь не может быть сунский (позднее чжурчжэньский) уездный г. Лянсянь, находившийся в 90 км к юго-западу от г. Лоян. При династии Северная Вэй на территории современного уезда Чусянь (см. прим. 585) в провинции Аньхой существовал уезд Лянсянь. Возможно, так же назывался при чжурчжэнях и какой-нибудь населенный пункт в этом районе.

700. Дуцзянъ - генерал-инспектор. При династии Тан это был специальный чин, командируемый для ревизии в воинские части. Начиная с династии Сун, в каждую провинцию назначался дуцзянь для надзора за гвардейскими частями, гарнизонами, организацией обороны границ и обучением войск.

701. Хутоугуанъ - застава в горах Циньлин (хребет, пересекающий провинцию Шэньси с востока на запад южнее г. Сиань), в 50 км к северу от городов Синъюань и Янчжоу (см. прим. 316).

702. Шанцзиньсянь - самый крайний северо-западный уезд в провинции Хубэй. Уездный г. Шанцзинь находится в 15 - 30 км от границы с провинцией Шэньси. Фразу "прошел до города Хаочжоу" (см. прим. 299) надо понимать так: "затем войска были переброшены в район города Хаочжоу".

703. Малинцу. Зарегистрировано около десятка топонимов, в состав которых входят иероглифы "Малин". Здесь речь может идти о двух пунктах: 1) застава Малингуань (которую иногда называют "укрепление Малинчжай") - в провинции Шэньси, на границе с провинцией Ганьсу, южнее р. Вэйхэ; 2) застава Малингуань - в 115 км к востоку от уездного города Шицюань, находящегося в южной части провинции Шэньси, в 80 км от границы с провинцией Сычуань.

704. Мачэнсянь - современный уездный город в восточной части провинции Хубэй, в 40 км от границы с провинцией Аньхой. Что касается горы Тушань, то она находилась в провинции Аньхой, на территории уезда Хуайюань, на восточном (правом) берегу р. Хуайхэ, примерно в 250 км от г. Мачэнсянь.

705. Тунтайчжай - укрепленный пункт, находившийся в северной части провинции Шэньси, в 25 км к северо-западу от уездного г. Цзясянь.

706. Хуаннюпу - небольшая крепость в провинции Шэньси, почти на границе с провинцией Ганьсу, к югу от р. Вэйхэ.

707. Босин и Цзимо - населенные пункты провинции Шаньдун. Босин находился в северной ее части, в 60 км от берега залива Лайчжоувань, а Цзимо - в 40 км к северу от г. Циндао.

708. Паньгуапь - ассистент, инспектор, надзиратель. В данном случае имелся в виду инспектор войск округа (цзюньши паньгуань).

709. Хэхэсянь - населенный пункт в провинции Шаньси, в 140 км к северо-западу от г. Тайюань, недалеко от р. Хуанхэ.

710. Тунбо - современный уездный город в южной части провинции Хэнань, на границе с провинцией Хубэй.

711. Хаоицу - укрепление, находившееся в провинции Шаньси, в горах Люйлян (южная часть хребта), являющихся водоразделом рек Хуанхэ и Фэнхэ.

712. Полководец Лунхувэй (Лунхувэй цзянцзюнь) - самый высокий почетный воинский титул, учрежденный чжурчжэнями. Позднее был заимствован монголами, а затем китайцами (при династии Мин).

713. Линьчжоу - современный уезд Линьсянь на севере провинции Хэнань (в 50 км к западу от г. Аньян); известен со времени династии Сун. Незадолго до монгольского нашествия уезд был реорганизован чжурчжэнями в округ.

714. Цзаоцян и Тансянь - населенные пункты, названия которых сохранились до наших дней. Они находятся в провинции Хэбэй: Цзаоцян - в южной части, недалеко от границы с провинцией Шаньдун; Тансянь - к средней части, в 50 км к юго-западу от г. Баодин.

715. Лэлин - современный уездный город на севере провинции Шаньдун, недалеко от границы с провинцией Хэбэй. Упомянутый выше город Цзаоцян (см. прим. 714) находится в 130 км к западу от г. Лэлин. Что касается Цзяньшаня, то в справочниках этот населенный пункт не зарегистрирован. Здесь также допущена ошибка при переводе. В тексте: "Ван Фу-лянь, вступив в сражение...". Надо: "Ван Фу несколько раз атаковал". Иероглиф "Лянь" не составная часть имени, а слово, означающее "подряд, один за другим". Эта ошибка на совести составителей маньчжурского варианта.

716. Ючжоу - чжурчжэньский округ. Он находился в северной части провинции Шаньси, южнее того места, где Великая китайская стена подходит к р. Хуанхэ.

717. Дунмин и Чанъюань - населенные пункты, названия которых сохранились до наших дней. Они находятся в северной части провинции Хэнань: Дунмин - на правом берегу р. Хуанхэ, в 85 км, а Чанъюань -по левому берегу, в 50 км к северо-востоку от г. Кайфын.

718. Цзунлин - чиновник, ведающий снабжением армии продовольствием.

719. Эту фразу надо изложить так: "...пересек Люта ("плывучие пески", пустыня в низовьях р. Эдзин-гол - A.M.), перевалил через хребет Цунлин (Памир - A.M.) и достиг Западного края (Си юй, т.е. Средняя Азия - A.M.)". Данная ошибка также на совести составителей маньчжурского варианта. Появление в маньчжурском тексте реки Люта не случайно, т.к. в провинции Хэбэй, в южной части уезда Чанпин протекает река с таким названием (приток р. Байхэ). Что касается топонима Сичэн, то эта ошибка произошла от того, что иероглифы "чэн" (город) и "юй" (край, район) очень близки по написанию. В чжурчжэньской хронике, в биографии Угусунь Чжун-дуаня, сообщается, что путешествие продолжалось 1 год и 5 месяцев.

720. Гора Цзинцзюй входит в систему хребта Хуайяньшань и находится к юго-западу от г. Гуаншань. По хребту Хуайяньшань частично проходит граница между провинциями Хэнань и Хубэй. Застава Хуантугуань также находится в горах Хуайяньшань, к юго-западу от уездного г. Синьян.

721. Сичэн. Все топонимы Сичэн ("Западный город"), отмеченные в справочниках, находились слишком далеко от района, где действовали войска Хэшиле Яута. В "Цзинь ши" (гл. 117) упоминается г. Сичэн, не отмеченный в справочниках. Он находился в округе Сычжоу (см. прим. 599), на северо-востоке современной провинции Аньхой.

722. Фэнъюй - начальник над шестью дворцовыми службами, обслуживавшими императора и его семью. Эти шесть служб ведали пищей, лекарствами, одеждой, жилыми помещениями, конюшней и экипажами.

723. Чуцю - уезд, существовавший со времени династии Суй и до династии Мин. Уездный г. Чуцю находился в юго-западном углу современной провинции Шаньдун, в 20 км к юго-востоку от г. Цаосянь, недалеко от границы с провинцией Хэнань.

724. Фума дувэй - заведующий государевыми конями. Эта должность была учреждена в 130 г. до н.э. Начиная с III - V вв., всем, кому жаловались в жены дочери императора, присваивалось звание фума дувэй. Отдельно термин "дувэй "в древности имел значение "смотритель, надзиратель". При династии Тан он получил очень широкое распространение, появилась масса различных дувэев - начальников, как правило, не очень важных административных служб.

725. Даншаньсянь и Юнчэнсянь - уездные города, названия которых сохранились до наших дней. Находятся они в разных провинциях: Даншань - в северо-западном углу провинции Аньхой, почти на стыке границ провинций Аньхой, Цзянсу, Шаньдун и Хэбэй; Юнчэн - в 60 км к югу от г. Данчан, но уже в провинции Хэнань.

726. "Линьхуайский главнокомандующий". Надо: "командование войсками округов Линьчжоу и Хуачжоу" (см. прим. 713 и 253).

727. Населенные пункты Шэньцю, Тайхэсянь и Мэнчэнсянь при чжурчжэнях входили в состав провинции Южной столицы. Сейчас это одноименные уездные города. Шэньцю стоит на р. Инхэ в провинции Хэнань, примерно в 20 км от границы с провинцией Аньхой. Тайхэсянь и Мэнчэсянь находятся в провинции Аньхой в 65 км к юго-востоку и в 140 км к востоку от г. Шэньцю соответственно.

728. Город Инчжоу, упомянутый Г.М. Розовым в подстрочном примечании, находится к северу от р. Хуайхэ, западнее г. Шоучжоу (см. прим. 557), в районе современного уездного г. Фуян. Город Гушисянь находится в провинции Хэнань, в ее юго-восточном углу.

729. Шандан - уезд, входивший при чжурчжэнях в состав округа Лучжоу (см. прим. 658) провинции Южная Хэдун. Сейчас это район уезда Чанчжи в юго-восточном углу провинции Шаньси.

730. Укрепление Хубипу и уездный город Линьцзинь находятся в юго-восточной части провинции Шаньси, южнее места впадения р. Фэньшуй в р. Хуанхэ.

(пер. Г. М. Розова)
Текст воспроизведен по изданию: История золотой империи. Новосибирск. Российская Академия Наук. Сибирское отделение. 1998

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.