Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ИСТОРИЯ ПОХОДА РАСА МИКАЭЛЯ СЭХУЛЯ

Эта хартия, написанная и отправленная от одного бедного и убогого, ничтожного и презренного, который пребывает в монастыре Израилевом, то бишь Нарга 1, местопребывании алтаря святой троицы, да достигнет господина его и возлюбленного, главу дома царского Микаэля со словами: бог да пошлет тебе помощь от святилища своего рукою Михаила, ангела милости, и царствие от Сиона да подаст тебе на крыльях Михаила, возлюбленного твоего, и да попомнит тебе все жертвоприношения твои предстательством святого Михаила, ангела жизни. Врагов же твоих силою креста своего да сокрушит господь наш Иисус Христос, искупление души твоей. Когда придет он, то с овцами благословенными да поставит тебя, а стадо козлищ, которые слева, да удалит от тебя. И да скажет тебе: «Приди ко мне, благословенный отца моего, наследуй царствие мое» (ср. Матф. 25, 31-34). Аминь. Отче наш иже еси на небесех.

Я же дивлюсь сугубо силе мужества твоего, ибо слышал я, что искоренил ты из места их, удела диавола, отца их, этих язычников, что живут по ту сторону Геона 2, и изжарил их, как тук тельца, в поминовение возлюбленного твоего, святого Михайла 3, и сделал уды их вратами дома твоего, и оградою дома твоего, и пищею псам твоим. Сколько, сколько же повествовать мне, о господине, ибо спрашиваю я тебя: не из-за тебя ли печалились женщины чад царства 4 которые ходили с тобою в страну смерти 5, ибо казалось им, что не найти им уда отныне, когда видели они уды, расстеленные пред тобою, как снопы. Из-за этого огорчались они понемногу каждый день, ибо казалось мне, что не любят тебя женщины из-за этого.

А еще дивлюсь я многому мягкосердечию твоему, ибо победил ты язычников, а после сего полонил, и связал, и вверг в [210] дом заточения, а потом отпустил оттуда и отослал в страну их. О господине! Сделав это, разве не уподобился ты отцу твоему, то бишь Христу, поступавшему так же, ибо он в день бедствия победил, творя чудеса, и посрамил врагов своих. В это время трепетали ангелы из-за деяний, коих не было прежде и не будет потом. И покорился он бичеванию от отца милости и милость испрашивал от отца, говоря: «Отче! Прости им, ибо не знают, что делают» (Лук. 23, 34). В то время, когда претерпевал он бичевание, как сказал один мудрец из мудрецов, удержал он отца милости, и после этого жили тысячи евреев в мире и спокойствии долгое время, то бишь 40 лет, а после сего не минуло их прежнее наказание назначенное, и были искоренены они из удела своего, то бишь Иерусалима святого. Ты же, господине, показал силу власти твоей и многое терпение, ибо любит человека, попущая ему 6, погублять врагов своих.

О господине! Помяни же многую милость божию к тебе от времени вхождения твоего в Гондар и доныне, не говоря уже о том, что было прежде в стране твоей. Да не покажется тебе, что все., что было тебе, было по другой причине, а не по многому терпению твоему, ибо слушал ты отца твоего, то бишь Христа, который сказал: «Довольно для раба, чтобы он был как господин его, и довольно для ученика, чтобы он был как учитель его» (ср. Матф. 10, 25). А коли так, то у тебя довольно терпения. Прибавь же к терпению твоему терпение и к благости твоей благость, дабы обрел ты царствие отца твоего, Христа.

Я же жажду увидеть лик твой, придя к тебе, [а] печаль моя [в том, что] не поговорить [мне] с тобою и не двинуться ни туда, ни сюда. Окружили меня враги мои, то бишь старость, слабость, болезнь, бедность — вот те, кто окружил меня, чтобы не пришел я к тебе. Немного и ты знаешь, что окружили меня, но не наказать тебе их, как наказал ты язычников, что по ту сторону Геона, и не отрезать тебе уды их, то бишь отчаяние в надежде, как отрезал ты уды тысячам язычников. Ныне, о господине, сделай по обычаю твоему и отрежь уды врагам моим. Да будет притеснен всякий притеснитель сего монастыря твоего, взошедший на гору надменности и спустившийся в бездну лжи. Так вопроси же о деяниях братии его, есть ли у них другая печаль, кроме твоей печали, что печалятся они? Ты — добрый человек, ибо охранял его доныне доброй охраной. Ныне же, о господине, не оставляй его, ибо без тебя не проживут угнетенные и дня единого. Меня же устрашили юноши, которые пришли, говоря: «Послал нас глава князей Микаэль». И пришли они ко мне, и разграбили дом мой, и погубили скот мой, и искоренили наместников, и осадили дом мой, чтобы не выйти было мне для пропитания. Ты же, господине, по милости твоей облегчи печаль мою. Бог да облегчит твою печаль по милости своей и беды твои каждодневные. Аминь. Отче наш иже еси на небесех. [211]

Напишем историю побед и подвигов, историю величия и богатства, историю милости и щедрости сего благоверного царского любимца, главы дома царского Микаэля, следующего по стопам святого Михаила, ангела дольнего и горнего, по пути доброты и помощи, ибо не уклонялся он от приказа царского ни в деяниях своих, ни в речах, немногого из многих любимцев у царей, как говорится: если бы надеялись мы на тысячи тысяч любимцев. А мы скажем и напишем: не сыскать нам ни хартий, ни чернил, ибо невозможно перечислить все. Наше же знание ничтожно, и не достичь нам глубины добродетелей его, но немногое из многого напишем мы и поведаем.

На 21-й год от рождения и на 14.-й год от воцарения рога Эфиопии, оплота верных Адьям Сагада, то бишь Иясу младшего, пошел он с войском своим многотысячным на запад и сражался с западными необрезанными, то бишь мусульманами. Необрезанными же называю я их не потому, что плоть у них не обрезана, а потому, что необрезанные они сердцем и не наставлены в словах Писания, которое гласит: «Обрезание — это обрезание в сердце по духу» (ср. Рим. 2, 29). И сошелся он в битве жестокой с мусульманами 30-го [дня] месяца магабита 7, в год святого Иоанна-евангелиста 8, благовестника радости и веселия, сказавшего: «Покайтесь, ибо приблизилось царствие небесное» (Матф. 3, 2), в понедельник, на второй день после праздника святого воскресенья. И был побежден царь христиан, и там в стране мусульманской остались многие верные: одни остались убитые мечом и копьем, другие — попаленные огнем, третьи — павшие в бездны пропасти, четвертые остались в плену, став рабами мусульман. И в это время остался там еенец царства, и бежал царь и вошел в стан нагой в нужде великой и бедствии, в тяжкой печали и страдании. И усилились горе, печаль и рыдания в Эфиопии в монастырях святых отцов. И тогда исполнились слова Иеремии-пророка, сказавшего: «Рахиль плачет о детях своих и не хочет утешиться» (Иер. 31, 15), ибо Рахиль подобна Эфиопии, а дети означают верных, что остались в земле мусульманской. И после сего пребывал царь в горести и печали о потере сего венца царства в земле мусульманской 10 лет, а потом заболел и умер. Одни говорили, что зельем диавольским убили его присные, когда возрос он и изменил устав суда 9. Правда это или ложь — знает лишь бог, ведающий тайное.

И когда услышал об этом на полпути сей князь, глава вельмож Микаэль, который шел из страны своей в столицу, чтобы принести царю дары и подношения, то дрожал он и катался по земле с плачем и рыданиями о смерти господина своего, ибо верен он был господину.. Сугубо же опечалился он о нем, когда сказали ему, что убили его присные. И пришел он быстро, тяжко страдая от холода и дождя, ибо тогда было время дождей, и [212] вошел в столицу, и встретил царицу опечаленную и удрученную, и много горевал, и плакал с нею сугубо. Царица же сказала ему: «Раз умер сын мой, отныне не буду я пребывать в мире сем, а уйду в монастырь. Ты же проводи меня подобру-поздорову». И этот князь увещевал ее и говорил ей: «Оставь эти мысли, но давай воцарим сына его, ибо таков обычай человеческий». И, сказав это, увидел он поблизости [сего] дитятю и спросил о его возрасте. И сказала она ему так: «От роду ему четыре года». И сказал он: «Будет он достоин царствия отца своего, ибо он — сын первородный. А когда помажут его помазанием царства, прибавится ему благодати и в облике и в разумении, как бывало с отцами его прежними царями». И, сказав это, увенчал он его венцом царства и усадил на престол царский, и стал он царем, как отцы его прежние.

И когда делал все это глава столицы Микаэлы 10, то не говорил он в сердце своем: «Что нам пользы в этом царе-младенце, разумом скудном и обличьем малым», но говорил: «Кто дерзнет на господина моего, царя, сына господина моего, царя, когда я сам пребываю с ним? Если найдется такой человек, что дерзнет покуситься на него, я умру с ним!» И когда говорили ему люди мудрые: «Зачем ты воцарил младенца, не ведающего ничего?», то говорил он им: «Подождите немногое время, ибо явится скоро возрослость его и в разуме, и в облике. Подати же, которые поступают ему, пусть останутся как подати отцу его, дабы не презирали его люди и не говорили: "По малолетству его достанет с него [прошлых] податей отца"». И стало ему так.

И еще поведаю я вам дело дивное, чудесное и благое. Вот чудо, сотворенное этим мужем, главою князей, ради сего царя-младенца. Сказал он себе об этом царе-младенце: «Чего недостает ему изо всех благ этой земли? Вот кабы найти для него венец царства I честной, ибо им бы возвеличился он, обрел бы честь, славу и грозу». И тогда начал он разузнавать о венце царства, что пропал за многие лета, и того ради расточал он имение многое по всем четырем концам сего света и оставил сон и дремание, так что исхудал плотью и изнемог. И говорил он: «Не дам сна очам моим и веждам моим дремания, доколе не найду места Господу, жилище Сильному Иакова» (Пс. 131, 4-5). Место Господу означает венец царства, который дал бог царю земному, ибо как царь в венце пребывает бог, ему же слава, а царю земному уделил он его по благости своей.

Жилище же означает то же самое, а Сильный Иакова означает бога царя земного, ибо цари Эфиопии — потомки Иакова-Израиля, которым уделено от образа его пакибытия. И в великих трудах и тяготах, страданиях и воздыханиях обнаружил он местонахождение сего венца царства, что пребывает он в земле йеджу, где переходил он из места пленения в место пленения. И тогда дал он много добра человеку, который [213] принес это благовестие, ибо с малолетства не любил он стяжания добра и сокровища не ставил ни во что.

А после этого в год святого Марка-евангелиста поднялся он из места своего, вышел из дома своего и отправился по дороге в Ласту в землю йеджу вместе с войском своим, печалясь и радуясь. Радость его была о венце царства, о котором услышал он известие верное, а печаль-оттого, что говорил он: «К чему будут все труды, если неверно то, что услышал я?» С такими мыслями пришел он в страну, по имени Мазала, страну бедствий и место несчастий, и не было людей, которые бы жили там. А люди, что жили там, кроме разве юношей, охотившихся на зверей, боялись ее и не ходили по дорогам ее, ибо были там тысячи погибелей. А если скажет мне говорящий: «Что это за бедствия такие, которыми страшишь ты душу нашу?», то я скажу: «О брат мой, не произноси на меня слов, а пойди туда, и узнай сам, и испытай беды те. Рог веры, Иоанн старший, отец Иясу старшего и предок сего помазанника Иоанна младшего 11, когда был он в земле Ласта, не прожил там и дня единого, но в тот же день, когда прибыл туда, и возвратился оттуда, ибо страшны те беды, ужасны и пугающи». Это же украшение юношества Микаэль поставил там шатер, и разбил свой стан в том месте, и прибывал там 24 дня, и не превозносился этим подвигом своим.

О глава начальников Микаэль! Поведай же мне, разве не лучше твой подвиг деяний изрядных Сисоя, ибо авва Сисой, когда посетила его гордыня из-за тягот отшельничества, то подвига его благодать и привела в пустыню и свела с одним мужем, который был в пещере авва Антония 12, ибо остался он там по причине охоты на зверей. И сказал этот муж авве Сисою: «Иди ко мне; с тех пор как пребываю я в этой пустыне один 11 месяцев и доныне, не видал я человека, кроме тебя сегодня». Или же разве не советовала пречестная Анна, матерь Самуила пречестного: «Да не хвалится сильный силою своею, да не хвалится богатый богатством своим, не хвалящийся хвались тем, что разумеешь и знаешь господа» (ср. Иер. 9, 23-24). Я же дивлюсь смирению твоему и поражаюсь деяниям твоим, изумляюсь мудрости твоей.

Ныне же, ибо достаточно с нас этого, возвратимся к прежнему повествованию нашему и скажем так: и в это время, когда услышали они известие о том, что влечет ревность о царстве по дорогам их страны в землю йеджу Микаэля, главу священства Эфиопии, стали поджидать его враги и разбили свои палатки напротив. Он же узнал и сказал: «Что это вижу я на [реке] Каха напротив лика моего?» И поведали ему люди его, что это люди, которые поджидают его, чтобы сразиться. Тогда он много смеялся и отправил к ним посланца сказать: «Что мне с червями ли и гусеницами сражаться?» И еще выказал он им презрение словами посланца: «Не стану я воздавать вам должного. Глаза мои не видят вас для сражения в стране [214] вашей. Если уж сражаться с вами, то долг мой — не самому идти на вас, а послать одного раба из рабов моих. И тогда не устояли бы вы пред лицом его, а стала бы тесна вам земля и бежали бы вы и убегали. Но не стану я воздавать вам должное. Поднимайтесь с места, где пребываете вы, забирайте палатки ваши и идите по домам!» И тотчас содрогнулись они и постыдились, затаились и попрятались, унося палатки. Страну же свою они оставили, бежали в другую страну и ушли. И когда во сне видели они лик сего князя, то пугались весьма и дрожали до времени пробуждения своего, запутавшись в сети бедственной. И после того как сделал он это, начал он расспрашивать про венец царства у людей той страны, расспрашивая иногда с кротостью, а иногда с устрашением и раздавая людям добро, чтобы разузнать место, где пребывает венец царства. А еще обещал он, и подавал надежды, и говорил им: «Не только то, что я дал вам, но дам вам все, что в руках моих, а недостанет этого добра — то не только свое добро [дам вам], но и [добро] убитого мною врага».

И такими речами нашел он венец царства в руках одного язычника, по имени Гуангуль, и заключил с этим язычником союз, и дал ему много добра, без числа. А этот язычник, когда увидел благость его и презрение к имению, пришел на то место, то бишь Мазала, к этому главе благих Микаэлю с сим венцом царства, чтобы отдать его. И было это не от человеков, а от бога, ибо обычаем всегдашним язычников было, когда услышат они известие об этом князе, не приближаться к нему. И не только не приближались они, но и не жили близ страны его, а уходили с мест своих и бежали в другую страну, ибо сей князь был бичом язычников. Но бог всемогущий сделал так, как гласит Писание: «Нет ничего невозможного для бога» (ср. Иер. 32, 17). Когда нашел сей венец царства этот князь, то возрадовался весьма, и показалось ему, что вошел он в царствие небесное.

Как назвать сего главу князей Микаэля? Не Константином ли, который послал родительницу свою в Иерусалим с многотысячным войском искать древо креста Сына, покуда не найдет его? 13. Ему подобен сей князь, ибо отправился он с благими помыслами в землю йеджу искать для царя венец царства, покуда не нашел и не заполучил в руки. Как еще назвать нам Микаэля, это украшение дома царства? Не Гераклием ли, который ходил походом в область персидскую ради поисков креста Эммануилова 14, ибо он нашел его и возвратил на место прежнее. И сей князь ходил походом в землю йеджу ради поисков венца царства, пока не нашел и не возвратил на место его прежнее. Как назвать нам Микаэля, первородного среди юношества? Не Авраамом ли переселенцем, который вывел из дома блуда благодать духа святого, и провел по дорогам пустыни, и привел, и уразумел таинства? А сего князя имя природное, данное при крещении, «проводник в область [215] чуждую» 15, и ему дан венец царства. Отныне довольно, оставим мы эту речь, ибо сему князю не скончать похвал за все дни жизни нашей, коли излагать подробно, как отправляли его каждый раз посланцем цари, его повелители 16.

Возвратимся же к прежнему повествованию нашему и скажем: Обернул он его в парчу и принес в свою страну, радуясь и веселясь. И восклицало войско его справа и слева, спереди и сзади, ибо обрело его спустя 24 лета после потери. А если спросит вопрошающий: «Отчего увез он его в свою страну, г. не отвез по дороге на Бегамедр? Разве не ближе оттуда до Гондара?», то мы скажем: когда была такая мысль в сердце его, пришли к нему посланцы, то бишь судья Авессалом из Сан ко и военачальник Ментесенот Кенфу из Замара, по повелению от царя и царицы и сказали: «Иди по дороге в свою страну, в область свою, а из страны своей приходи сюда по обычаю твоему дорогою твоей всегдашней, когда захочешь». И потому пошел он в свою страну, и прибыл в Дабра Аксум 17, и вошел в церковь святилища Сиона, и молился там молитвой благодарственной за то, что сотворил ему бог многие чудеса и дивы дивные. И вышел он оттуда и пошел в землю Сараве, чтобы собрать подати царские. И пришел туда, и отказались давать подати витязи Сараве. И встретился он с витязями в земле Сэраю 18 и устроил сражение 10-го [дня] месяца тэра 19, то бишь в канун праздника спасителя нашего, [канун] того дня, когда крестили спасителя во Иордане в пример верным.

Сей же Микаэль, глава могучих, когда сражался с теми витязями земли Сараве, сидел на престоле удобном с локотниками справа и слева, шутя и болтая с отроками ближними, что при шатрах и при покоях. А все сильные юноши пошли воевать и захватывать в полон юношей Сэраю, врагов его. И в таких обстоятельствах, когда пребывал он в одиночестве с немногими отроками, появились тысячи слонов, страшных видом и огромных обличьем, ибо та местность была местностью слонов, потому что была пустынной, и от сотворения и доныне не ступала там нога человека до сего дня. И в это время, когда увидел страшный вид слонов и услышал глас их, подобный звуку грома, глава могучих Микаэль, не сошел он с престола и не шелохнулся от локотников справа и слева, но сказал этим отрокам, что были с ним: «Пойдите и убейте этих слонов». И пошли эти отроки, увенчанные даром его — щитом веры, и вовсе перебили всех слонов. И никого не осталось, ни одного слона, который бы поведал весть о бедствии слонов их ближним слонам, которые пребывали в другой земле пустынной. И наполнилась эта страна пустынная телами слонов, и некуда было ступить ноге человеческой из-за обилия тел слоновьих.

А те сильные юноши сего главы начальников Микаэля, которые гнали людей Сараве, убивая их и захватывая в плен, возвратились, похваляясь и говоря: «Нет юноши, нам подобного, ибо многие подвиги совершили мы, и господин наш [216] похвалит нас, ибо не найдется юноши, подобного нам!» Так говорили они, а когда прибыли к господину своему, то устыдились, увидев дело дивное и поразительное, какого не было прежде и не будет впредь, ибо превыше того, что сделали они, все то, что сделал он один. Ибо слава сего главы премудрых Микаэля манит нас всегда, и притягивает канатом сладости, и погружает нас в пучины безумия, и побуждает нас оставить написание повествования, которое мы начали. Что делать нам, чтобы избежать сего повествования похвального? Кабы нам ныне возможно было возвратиться к повествованию нашему прежнему, как обычно! Если бы сладость похвал не погружала нас всякое время в безумие!

И скажем мы: если ты спросишь: «Почему так сказали царь и царица, чтобы не приходил сей глава благих по дороге на Бегамедр в этот город, по имени Гондар?», то ответим мы тебе и скажем тебе, что царю и царице присоветовали князья, говоря: «Когда пойдет сей великий князь Микаэль по дороге, то возмутится князь Бегамедра и по этой причине погибнет и разорится эта страна». А если ты спросишь меня: «Почему так сказали эти князья?», то я отвечу тебе: ибо ненавидели они его и помогали врагам его за мзду, ибо исполнилось над ними слово Премудрости Иисуса сына Сирахова: «Мзда и дары ослепляют очи премудрых» (Сир. 20, 29). И не попомнили они слов Давида, сказавшего: «Кто не принимает даров против невинного, не поколеблется вовек» (ср. Пс. 14, 5). И потому сказали они: «Пусть идет он по дороге своей страны», ибо лучшего не придумали. Сей же глава смирения и послушания Микаэль пошел в свою страну, ибо не было у него обычая преступать приказ царский ни в каком деле. И, прибыв в Загара, сказал он: «Пойду послезавтра к царю, господину моему, взяв этот венец царства». Так закончился год Марка.

А потом в год Луки-евангелиста 20-го [дня] месяца магабита 20, в пятницу, умер глава премудрых Вальда Леуль, брат царицы, и потому была в столице печаль сугубая. А после сего советовалась в год Иоанна-евангелиста и держала совет царица с сыном своим, говоря: «Послушай, сын мой, и пойми, что нет у нас родичей, ни у меня, ни у тебя, а брат мой единственный, который был с нами, умер и погребен. Ныне лучше нам призвать Микаэля, любимца нашего, ибо он будет помогать нам во всем». И сказал ей царь, сын ее: «Ей», и возрадовался весьма, и возлюбил сей совет родительницы отца своего. И в это время отправил посланца царь с родительницей отца своего к нему, главе деяний Микаэлю, говоря: «Приходи к нам быстро, ибо остались мы одни, а возлюбленный твой Вальда Леуль умер у нас, и отныне некому нам помочь и не с кем посоветоваться. Ты же будь нам вместо него помощником и советчиком. И потому говорим мы тебе: приходи быстро». Это послал царь с царицей, родительницей отца своего. А еще послал он один потаенно, что родичи матери его замыслили [217] против него, говоря: «Собрались родичи мои убить меня, как убили отца моего, потому поспеши прийти ко мне» 21. Царица же, родительница отца царя, послала к нему с сыном своим эти первые слова, ибо помышление се уповало на помощь сего князя, возлюбленного души ее, Микаэля.

И когда он услышал это, то опечалился, поднялся и пошел по дороге смирения к господину своему, царю, и пришел дорогою смирения и кротости. А если ты скажешь: «Что это за приход к царю по дороге смирения?», то я скажу тебе: он не покрыл, как господин, главы своей одеждою, но препоясал [одеждою] чресла, чтобы почтить сей венец царства 22, и не превозносился пред этим венцом, а был как один из воинов, что всегда служат пред царем. И потому говорю я, что пришел он дорогой смирения. И когда он был в пути, приходили к нему каждый день гонцы царя и царицы со словами, о которых я говорил прежде. И когда увидел он частые приходы посланцев к нему, разгневался он, говоря: «Ведь говорили мне прежде, что правда то, что сотворили эти люди с первым царем, ибо по обычаю своему такому покушаются они на царя второго!» И потому вошел он быстро в Гондар. И в тот день, когда вошел в Гондар сей глава князей, началось волнение от родичей матери и отца Иоаса, царя царей. Но гораздо больше были радость и веселье в сей столице, ибо этот князь привез царю венец царства спустя много лет после того, как пропал он. И сей князь вошел с благодатью к господину своему, царю, и преподнес ему и дал этот венец, и поведал о многих трудах и бореньях за этот еенец. И обрадовался царь, и восславил этого князя, и сказал: «Наконец, наконец будешь ты самым великим, кроме разве меня!», и дал ему должность. И в это время отправил сей князь Микаэль гонцов и призвал иереев, которые пришли, и собрались, и исполнили подобающее царству по уставу. И этим венцом венчали [царя] на царство, как еще не венчали, и облачили его в одеяние царства, как еще не облачали, и говорили все при кликах, трубных гласах и барабанном бое: «Жив, жив отец царственный! Ибо от воцарения твоего, как при отцах твоих, не притесняли ни жену, ни мужа!» 23.

И говорили они меж собою: «Какое же воздаяние будет сему князю за службу царскую и послушание?» Одни говорили: «Прибавят ему к должности великой должность», а другие говорили: «К границе удела его дадут ему удел», а третьи говорили: «Украсят его парчой». А один человек, ничтожный средь людей и смиренный среди народа, сказал: «Всего этого недостаточно для воздаяния за службу царскую главе князей Микаэлю, а достаточное сокрыто глубоко в сердце моем». А если скажете вы мне: «Что это?», я скажу вам: повелел царь, сказав: «Пусть провозгласят слово указа в окрестностях столицы, трубят в рога и выкликают громким голосом: воистину та должность, что находится в руках его, то бишь главы над князьями, не прейдет от него к другому, а коли сам он прейдет [218] по обычаю всякой твари, да будет она за детьми его и детьми детей его до седьмого колена. А если не будет от семени его сына мужеска пола, а будут все женщины, то пусть выходят замуж, и мужья их вместо женщин да будут назначены на эту должность, ибо жена и муж по уставу — плоть едина».

Митрополит, архиереи, протоиереи и иереи закляли властью священства, что дал им бог: «Тот муж, что разрушит сию стену завета, тому не будет дано причастие, и не будет он называться христианином. Это таинство завета все иереи да запишут в каждом храме» 24. И наконец, желал бы я записать это и послать и Иерусалим, чтобы увидел его и прочел патриарх тамошний и повелел бы, чтобы не царствовал царь, который нарушит сию стену завета, ибо сам он по уставу отеческому — отец всем и слово его — всякому уставу печать.

Объяснение этому имеется в книге «Слава царей» 25, которая гласит: был один змей великий, который правил Эфиопией. И люди эфиопские обожествляли его, и поклонялись ему, и приносили жертвы. И так жили они много лет. Благой же господь бог, который не смерти грешника хочет, но чтобы обратился тот (ср. Иез. 33, 11) и возвратился к нему с покаянием, подвигнул одного человека, по имени Ангабо, чтобы убил тот этого змея, и убил он его. А после этого искали они творца своего, и обрели его, и обратились к почитанию его и обожанию. И исполнилось слово Писания, которое гласит: «Нет бога, кроме меня» (Ис. 45, 5). И возлюбили они его весьма и сказали ему: «Будь поставлен царем над нами и будь помазанником, ибо приблизил ты [нас] прежде к лику царя несвергаемого и непреходящего. Так будь же нам путеводителем. Если же сойдешь ты путем обыденным, то бишь во смерть, то дети твои да будут нам царями, и венец царствия твоего не отлучим мы от потомства твоего мужского и женского, но будем служить мы им всем, как служим тебе». И, сказав это, воцарили по слову этого завета сего мужа верного, который убил этого змея, в коем пребывал диавол вместе с воинством своим. И жил он так и родил одну дочь. А те люди собрались к ней и нарекли ее именем царицы Южной, то бишь царицы Эфиопии, ибо Эфиопия находится к югу от Иерусалима, и стала она царицей для людей Эфиопии. И когда пребывали так эти люди Эфиопии, стали они говорить между собою: «Как будет царствовать над нами и повелевать нами женщина, когда мы — мужи могучие?» — и отказались подчиняться ей. И пробудился тот змей, что умер много времени тому назад. А если ты скажешь: «Как же пробудился он, когда ты сам сказал, что умер он много времени тому назад? Не другой ли змей явился? Что это за дело такое?», то я скажу тебе: «Не другой змей явился, но лежали кости того змея посреди страны Эфиопии, возвышаясь как гора. И когда разгневался господь из-за нарушения завета, ибо не любит господь нарушения завета, то ожило и наполнилось кровью то тело прежнее. И потому говорю я, что [219] пробудился он». И в это время сильно задрожали они, и устрашились помышлением сугубо, и пришли к ней, и обновили свой завет с нею, и преподнесли ей дары подобающие. Змей же после этого не пробуждался.

Не видите ли, братья, как любил господь верных завету, а изменяющих завету гнушается он и презирает. И когда жила она так, то услышала весть о мудрости Соломона-царя и отправилась к нему, дабы услышать мудрость его. И по причине ничтожной 26 понесла от него и родила сына, и стал он царем над людьми Эфиопии. Не видите ли, братья, как любит бог праведника? Ибо когда эти люди говорили: «Чем изменять нам слову завета нашего, и по этой причине наведет на нас господь грозный гнев змея, лучше нам сделать женщину царицей», тогда сделал он другим способом мужчину царем, ибо родила она мужчину царя от царя. И доныне пребывает потомство ее, коему уделено от бытия ее, в царях, и не прейдет царствие их к другому. Так говорили те, о ком мы рассказываем вам, относительно платы за службу сего главы князей Микаэля.

Возвратимся же к прежнему повествованию нашему, от которого отвлекла нас гроздь похвалы сему князю, и замедлили мы писание, что взялись писать, ибо знаем мы, что не скончать похвал смирению и службе царям сего князя, [лишь] утомимся мы попусту. И расскажем мы, как усугубили мятеж родичи отца и матери царя и для сражения заострили они копья, и наточили мечи, и натянули луки. И вошел сей князь благодатный к царю, и встал пред ликом его, и сказал: «О царь, прославлена душа моя пред тобою! Поведай мне помышление твое, которое тебе угодно, и не скрывай от меня тайны. Какова речь твоя: что лучше для всех родичей твоих, чтобы не сражались они меж собою?» И сказал царь: «Знаю я, что были притесняемы родичи матери моей доныне, которые с малолетства моего пребывали со мною. А притеснители — родичи отца моего, ибо не подобает им пребывать со мною. Пусть они идут в страну, куда назначен каждый из них. А не назначенные люди Квары пусть идут в свою страну!» 27. Такое сказал царь сему главе князей Микаэлю. И, выслушав, отошел он от лика царского с великой славой и многой благодатью, немного печалясь, ибо люди Квары были его союзниками. Но хоть и был он опечален приказом царским, целования крестного превозмочь не мог, ибо сей князь не хотел преступить приказа царского. И призвал он их в дом свой и поведал им, что сказал царь царей Иоас. И вышли они от княжеского лика главы князей Микаэля, печалясь, и плача, и истязая плоть в сокрушении. Но, вместо того чтобы последовать в изгнание, стали отговариваться они: «Завтра или послезавтра уйдем мы». Тогда разгневался глава князей Микаэль и помрачнел лицом, и раздался глас его сословами гневными, а еще переменился он очами и построжал языком. И, услышав это, рассеялись эти родичи отца царя и стали как прах пред лицом ветра. Наместники пошли в [220] страны, им назначенные, но не ужились с людьми, которые жили там. И в это время умножился мятеж, а ныне же да закончится, чтобы не творились мятежи, что творились. Аминь.

А если вы скажете мне: «Что это за мятежи тогдашние, что не творились доныне издревле?», то я скажу вам: князь Дамота Евсигний, то бишь Эшете 28, и войска его многотысячные, как листья лесные, павшие наземь во время града, брат наместника Иебаба Евсевия из земли Квара, был изгнан и бежал. И там занедужил он и заболел, и внезапно сокрыт был могилою 29. И когда пребывали так царь и царица, князья и войско, послал царь к наместнику Бегамедра Такла Иясусу, то бишь Йе-Марьям Барья 30, говоря: «Приходи ко мне и входи в столицу мою». И, услышав это, этот князь не сказал: «Ей», но сказал: «Нет». И посылал царь и второй раз и третий, а тот отказался и не послушался. И разгневался царь, и сместил на, местника Бегамедра, и назначил брата матери своей, по имени Биреле, в Бегамедр вместо него. И вышел этот князь возмутившийся в дерзновении своем и убил того князя верного, брата матери царской. И в это время усугубился мятеж в стране и в столице, и печалился царь, и гневался, и повелел этому главе князей Микаэлю словом указа при звуках труб: «Собирай войско, ибо я иду дорогою сражения отомстить врагу за брата матери моей!» И сказал сей глава князей Микаэль: «О господин мой, царь царей! Это дело не хорошо, ибо сейчас время дождей, а не время жары. Господь же наш сказал в книге благовестия своего: "Чтобы не случилось бегство ваше зимою, или в субботу" (Матф. 24, 20)». Все это было в год Иоанна-евангелиста, и закончился месяц зимы.

А на 2-й год, Матфея, собрал царь все войска, что были в четырех сторонах Эфиопии, страны царствования своего, и поднялся со многим величием и грозою царь царей Иоас 14-го [дня] месяца тахсаса 31 и пошел дорогою битвы по чину, подобающему прежним царя, и 24-го [дня] этого месяца прибыли они в страну по имени Фарка. И смутилось войско царское, и умножился вопль людской меж собою там. А причины для этого не было никакой, но показалось им, что пришло на них войско врага царского, когда и не подозревают они об этом. И в это время все войско царское обратилось в бегство, кроме сего единственного главы могучих Микаэля. Он же не обратил тыла, мужался, встал пред царем и сказал, похваляясь силою бога: «Пока не паду я пред ликом господина моего, никто не повредит ему. У меня к вам одна просьба и желание: нападайте на меня!» О братья мои! Сей Микаэль — не башня ли или гора, коя не поколеблется отнюдь во время битвы нисколько. А царь, мне кажется, заподозрил людей дома своего, и родичей, и войско, ибо бежали они, оставив его. Он отправился в путь и возвратился назад. И в это время все называли Микаэля золотом испытанным, которое не посрамишь и не исказишь ничем.

И 27-го [дня] этого месяца 32 прибыл царь с войском своим [221] в страну, коей имя Мачаэ Нафас 33, чтобы справить праздник рождества господа нашего Иисуса Христа. А 30-го разнеслась весть о приходе мятежника, то бишь Йе-Марьям Барья, на царя, чтобы сразиться с ним в дороге на узком перевале, то бишь Чачахо. И когда услышал это сей глава могучих Микаэль, то сказал царю, ибо не пристало царю выходить в день битвы в среду сражающихся: «Сиди здесь и не вставай с места своего, пока я не пришлю к тебе гонца. Я же пойду, ибо мне это пристало». И, сказав это, поднялся он и пошел дорогою сражения на перевал Чачахо.

О брат мой! Когда ты слышишь «Чачахо», да не покажется тебе это малым делом, ибо тесен он сугубо, и это — крест тяжкий. И когда взбирались на него домочадцы его и отроки воинства его, что пребывают при шатрах, то дивился я в помышлении своем: «Кто вы? Уж не пчелы ли или мыши летучие? Уж не ветры ли или стрелы лука?» Ибо тому, кому не найти слов для восхваления их, а он говорит: «Нашел, нашел!», и тому, кому не одолеть пути с ними, а он говорит: «Одолел, одолел!», я скажу: «Не перестанешь ли? Зачем труждаться по-пустому в речах, кои не сбудутся тебе?» Ныне же он благое сделал, ибо перестал и умолк. И не потому, что смог, а потому, что не смог, и не сбылось ему мечтание его, ибо мечтание его — «И я буду с этими отроками!» — сокрылось и пропало от него. О грозной же славе и благодати величия сего главы могучих Микаэля что поведать мне вам, ибо не могу я повествовать, но распаляют они сердца внутренним жжением. Око, которое не видело его в этот день в земле Чачахо, да не говорит: «Я — око, которое видело все». Если ты скажешь: «Я — око», мы скажем: «Что ты видело, коли говоришь, что ты — око? Коли ты не видело грозную славу и благодать величия Микаэля, главы христиан, в этот день в земле Чачахо, то ты не око, а камешек окатанный!» А если ты мягкое и не утеряло имени своего, то мы скажем: «Ты слепо, ибо нет у тебя блеска видения». О братья мои! Сколько повествовать мне? Уж не кажется ли помышлению разума вашего, что лишь в этом величие Микаэля, первенца юношества? Если скажете вы: «Да», то я скажу вам: «Не только в этом, но есть и другое величие. Если хотите увидеть его, идите с ним в день битвы». А если скажете вы: «Идти-то мы не пойдем, но ты поведай нам», то я скажу вам: «Не произносите слов попусту, ибо невозможно мне поведать вам — другой этого не поймет».

Так встретился он для битвы на поле, то бишь Чачахо, с этим мятежником, то бишь Йе-Марьям Барья. Этот же мятежник, ибо казалось ему, что будет он победителем в битве с царем, поспешил занять эту страну, то бишь Чачахо. А это страна пресловутая. А если скажете вы мне: «Как так говоришь ты?», я скажу вам: прежде подняла она одного мятежника, по имени Амха Иясус, и подбила его на мятеж, и поссорила с царем Масих Сагадом, то бишь Бакаффой 34, по имени крещения [222] Ацма Гиоргисом 35. И не помогла она ему, но убила его с позором и бедствиями многими. А еще взрастила она одно древо горькое, то бишь Айо, и научила его мятежу, и поссорила с царем, которого упоминали мы прежде, и с сыном его, Адьям Сагадом, то бишь Иясу младшим, и не помогла ему, но сделала так, что в бедствиях он скончал свою жизнь, перелетая с горы на гору (ср. Пс. 10.,1), питаясь падалью и пия воду смрадную. Сие древо горькое, то бишь Айо, от корня чресел своих породил отрасль горькую, то бишь Йе-Марьям Барья, и излил на него воду мутную, воду диавольскую, то бишь мятеж, и принес плод горький, то бишь гордыню, ибо корень, то бишь Айо, был горек. Как гласит Писание: «Дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые. Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые. Всякое дерево, не приносящее плода доброго, срубают и бросают в огонь» (Матф. 7, 17-19).

И с этим деревом худым, то бишь Йе-Марьям Барья, что возросло в земле Чачахо, а не в земле Тигрэ, лоле божием, встретилось сие древо доброе, то бишь Микаэль, что возрос в земле Тигрэ, поле послушания божиего, в жестокой битве. И прежде всех пал один монах, по имени «Эфиоплянин», ибо он черен, как сказано в книге истории аввы Псоя 36 о сатанинской гордыне. Этот монах был сотоварищ бесам, ибо весь был одержим ими, и говорил он про то, что не сбудется, как о том, что сбудется. И говорил он всем те речи, что наговаривали ему друзья его, бесы: «Эта речь моя неложна, ибо обрел я ее у бога за то, что заслужил я ее деяниями изрядными». И таким образом совратил он этого мятежника простодушного, ибо не разумел тот Писания, как бесы совращают людей простодушных таким же образом. И дал он ему много добра, и считал его не за человека, но причислял его к одному из ангелов. И так пребывал он с ним долгое время. В этот день, день битвы, пришли мятежник и войско его на конях, окропившись водою молитвы, куда подмешал слюну диавольскую этот монах, в землю вражды и раздоров, чтобы убить царя и войско царское. Зрите, братие, простодушие одних и других! Так скажите же мне, есть ли среди вас человек, который слышал, чтобы горсть воды обратила вспять царя с войском его в день битвы? Не бесы хитроумные подчинили людей, разума не имеющих, стали господствовать над ними и сделали их простодушными. И ныне [было] так.

Отныне лучше нам возвратиться к прежнему повествованию нашему, ибо всегда сладостно прославление сего главы мудрых Микаэля, чтобы оставили мы описание деяний, за которое взялись. И ныне так же. Горькое же бытие этих мятежника и монаха отвлекло нас и побудило оставить [описание] многих деяний. И говорим мы: пал этот монах прежде всех, а потом пали и погибли люди из войска мятежника, тысячи, и несть им числа. И бежал мятежник в далекую страну, и [223] переплыл озеро, и жил в стране языческой. А войско Микаэля, главы могучих, захватило руку его правую, то бишь Руме 37. Что повествовать мне вам о бедствиях, которые постигли его, ибо не было таких прежде и не будет потом! Но достаточно нам для завершения речи нашей сказать, что погиб он с позором.

И в этот день сей глава тысячного войска Микаэль прибыл с войском своим в страну, чье имя Гарагара, и ночевал там. А 1 тэра 38 поднялся царь из местности, где оправил праздник рождества господа нашего Иисуса Христа, и прибыл в страну, чье имя Шоляге. И поднялся оттуда и пошел с войском своим туда, где был мятежник, враг его. А 21 тэра, в понедельник, прибыл в страну по имени Макалат и ночевал там. А затем на следующий день пришел один дружинник этого главы праведных и верных Микаэля, по имени Василид, который Ало 39. И говорили люди, которые известны как люди верные, что пришел он к царю, чтобы убить его. И, услышав об этом, сей помощник угнетенных Микаэль не пренебрег, но отмстил ему, и призвал ученых законников, и поведал им все, и присудили они его к смерти. И по этому приговору погиб этот Василид, который Ало, в тот день 30-го 40. Зрите, братие, как свершил благое сей глава верных Микаэль, ибо не стал он говорить в сердце своем: «Это мой человек. И по этой причине да будет избавлен он от смерти», но соблюл чин суда царя небесного и царя земного 41. Найдется ли верность, большая этой верности пред царем?

А затем пребывал там царь с войском своим четыре дня. А на 5-й день, в пятницу, 28-го [дня] этого месяца 42, захватили мужи могучие и привели этого мятежника, то бишь Йе-Марьям Барья. И в тот день, когда постигла беда мятежника Руме, постигла беда и мятежника Йе-Марьям Барья, ибо не стерпел господь его мятежа и превозношения, преступления и гордыни, презрения к царю. А 29-го [дня] этого месяца, в день субботы еврейской 43, повернул царь со своим войском оттуда, и поднялся оттуда, и прибыл в страну по имени Ацгуна. И в этот день схватили мужи могучие и привели присных, которые были с мятежником Йе-Марьям Барья в мятеже его, мятежных братьев его, то бишь Ябо Барья, Вальда Гиоргиеа, Асрата; и дружинника его Гэрма, который Фэкре, и союзников его, то бишь Хенца Крестоса, и Авессалома, и Ияэля. И поступил с ними царь, как поступил он с первыми мятежниками, то бишь Руме и Йе-Марьям Барья 44, по суду государевому, который свершили восемь законников.

О братья мои! Беда, что постигла этих людей, да не постигнет возлюбленных ваших, ни друзей ваших. Я же, подобает или не подобает мне наставлять вас, скажу: вот, не отказывайтесь повиноваться царю, по повинуйтесь [ему] во всех побуждениях ваших, ибо гласит Писание: «Противящийся царю противится богу» (ср. Рим. 13, 2). Сей же глава верных Микаэль не любил людей, непокорных царю, но сокрушал их, как [224] сокрушил ныне этих мятежников. Я же грешен пред царем небесным, и не подобает мне наставлять других. Советую же я вам доброе, но бог да подаст вам ведение, дабы соблюсти сей совет. То же, что осмеливаюсь я наставлять вас, не вмените мне во грех, ибо любовь ваша опьянила меня до того, что стал я наставлять вас, людей высших. Но простите мне прегрешения мои, как да простит вам бог прегрешения ваши, ибо говорите вы: «Прости нам грехи и беззакония наши, как мы прощаем должникам нашим» (ср. Матф. 6, 12).

И после всего этого поднялся царь со своим войском из места, где было это все, в радости и веселии, чтобы войти в город свой, то бишь Гондар святой. И когда шел он туда, 13-го [дня] [225] месяца якатита 45 прибыл в город, имя которому Гебнет в Кафаре. И там подняли волнение люди в алло, родичи матери царя, и люди Дамота с князем своим Василидом объединились с людьми валло. И один из них, которого звали Лубо, послал к царю, говоря царю так: «Пусть сей глава мудрости и богатства Микаэль с должностью своей идет в страну свою, то бишь Тигрэ, где родился он и вырос. Без этого не управить путь царствия твоего!» И, сказав это царю, совратил он его, и вынудил согласиться и сказать: «Да будет, как ты сказал».

Это дело подобно случившемуся прежде. А если скажешь ты: «Что это за дело, что случилось прежде?», я скажу тебе, что враг наш, сатана, из-за того, что унаследовали мы место величия, нашел змия, которого отправил к Адаму и жене его под видом почтения, а сам пребывал внутри его, и стала плоть его плотью змия. И повел он речь свою на языке змия, и совратил он жену и мужа, и поссорил их с богом, и заставил покинуть счастливый рай Адама и жену его, который подобал им, когда пришел к ним враг свирепый во плоти змия, чтобы обмануть их и победить преступить заповедь бога. Им бы сказать ему: «Не изменим мы слову заповеди бога, властелина заповедей, ибо много благодеяний сотворил он нам. Ты же не о нас печалишься, говоря это нам, но чтобы низвергнуть нас во глубину бедствий твоих, ибо завидуешь ты нам, что унаследовали мы место твое!» Если бы они сказали ему это, то был бы побежден он и бежал бы от них посрамленный. Они же оставили все это, и были обмануты словом ничтожным, и изгнаны были из счастливого рая, ибо истинной показалась им речь, что сказал он им.

Так же и ныне, когда воплотился [диавол] в плоть их и повел речь на языке их, этих людей окаянных, то бишь Лубо и Василида, и этим обманул и совратил сего младенца помазанного. Подобало бы ему сказать слово гневное: «Удалитесь от лица моего, ибо вы — бесы! Скажите мне, что плохого сделал мне Микаэль? Но когда был я мал, воцарил он меня и охранял меня по чину царства, воспитал меня и взрастил. И, делая так, не говорил он: "Раз воспитал я тебя и довел тебя до возрослости, то подчиняйся мне!", но как раб господину мне служит и подчиняется!» Сей же царь оставил все это и последовал за ними по дороге заблуждений, когда сказали они ему: «Если ты не сделаешь так, отберет он царство твое и воцарится сам», ибо показалось ему эта речь их истинной. Но что возможно сказать нам, кроме того, что эта речь не принесла добра.

И когда услышала это царица, матерь отца его, то вскричала и сказала: «О сын мой! Что ты делаешь и кто займет место Микаэля? Оставил бы ты это дело и не слушал речей этих родичей твоих, людей валло, и было бы лучше для тебя, ибо это навлечет на тебя беды тяжкие. Подобает тебе сказать мне, что если то, что я сказала тебе, неистинно, то этот день будет свидетельством!» И, выслушав этот совет родительницы отца [226] своего, презрел он его и сказал: «Нет», и казалось ему, что на то божия воля. А затем сказали эти люди мятежные через посланца этому главе вельмож Микаэлю верному: «Царь, мол, говорит тебе: иди в страну твою!» И когда услышал это глава князей Микаэль от посланца этих людей, одержимых бесами, то сказал: «Добре, я пойду. Если скажет мне царь: "Приходи", я приду; если скажет: "Уходи", я уйду. Если скажет мне: "Отруби руку свою рукою своею и брось", я отрублю и брошу. Если скажет мне: "Выколи свет очей твоих раскаленной иглой", я сделаю, как он прикажет мне; если скажет мне: "Отруби себе шею острым топором", я отрублю; если скажет мне: "Пронзи внутренности свои острым копьем", я сделаю, как он прикажет мне. Если скажет он мне: "Камнем ли снизу, камнем ли сверху раздроби все кости твои, что удерживают плоть и кровь твою", я сделаю, как он мне прикажет. Если он скажет мне: "Удавкою сдави горло твое и повесься на ветвях смоковницы, что растет на площади, где провозглашаются указы" 46, я удавлюсь и повешусь. И другие муки, которые знает царь или не знает, приму я и претерплю, если скажет он мне. И все, что приказал он мне, сделаю я, ибо я — раб царя. Но хотел бы я знать, какой вред причинил я царю?»

Так говорил глава князей Микаэль, когда посылал к царю посредников, то бишь настоятеля Дабра-Либаносского, восседавшего на престоле светоча мира аввы Такла Хайманота 47, и близкого царю превосходного деяниями акабэ-саата, и четырех законников, которые разбирают дела судебные по знанию Писания, то бишь по слову писаному. Эти же окаянные люди, кони, бегущие туда, куда тянет их по желанию своему за узду диавол 48, услышав это слово добродетельное главы вельмож Микаэля от посредников, сказали: «Не притесняет тебя помазанник, но иди в страну свою, землю Тигрэ!» И после сего сказал глава князей Микаэль: «Никуда я не пойду и не выйду из столицы, ибо я царю не повредил и на меня он не гневается. Вы же — ближние мне, а не господа мне. С чего мне подчиняться вам? Разве я не глава вам, а вы — не воины, что под началом моим? Если бы счел нужным царь и присудил по суду мне повиноваться вам, тогда бы и подобало мне!». Таким образом началась битва и произошло сражение и многое волнение в столице.

Сила же и победа были главе князей Микаэлю, а тем — поражение. И говорившие: «Мы выведем другого» — сами вышли из столицы. Кто погиб, тот погиб, а уцелевшие бежали в трепете и заблудились, убегая, и тесен им стал простор земли, и казалось им, что она умалилась, а небо обрушилось. И когда видели они человека, который бежал по своим делам, казалось им, что хочет он схватить их и убить. И от многого бега большинство не могло бежать и падало с ног совсем. Пребывавшие на конях падали с конских спин, ибо соскальзывали с конских спин от великого трепета, ибо устрашающа грозная [227] битва сего главы вельмож Микаэля. Я же дивился и смеялся, говоря: «Зачем им кони, коли они не нужны для битвы? А кроме битвы, если не бегут они от битвы, то зачем им кони?» Речь эта кончается удивлением, ибо дивно это. А еще, когда спали они ночью на ложе и видели эту грозную битву в видении, то бишь во сне, то содрогались и падали с ложа, и ночная беда была хуже того, что случилось днем. Удивительно это, ибо зачем искать ложе, если не спать на нем и не почивать, но сидя проводить долгую ночь? Когда же ели они пищу и пили питье, то давились, ибо обуяны были трепетом и исполнены страхом сердца их от грозной битвы сего начальника юношества Микаэля. И с таким позором достигли они страны своей и вошли в дома свои. И когда пришли они туда и рассказали об этом позоре своем женщинам, то те смеялись над ними. А девы той страны, когда услышали об этом поражении их в день битвы, презрели их. И в это время окрепла церковь и успокоились четыре стороны света.

Глава же князей Микаэль по слову клятвы и по целованию крестному помирился с царем и отдал полностью все добро, что было в доме царя, господина своего, дабы помышление его оставило месть и злопамятство. А еще в это время послал он в Скит Эфиопский, то бишь Вальдевва 49, посланцев, и призвали они монахов, что были общниками ангелам. Эти же монахи, услышав это, не сказали тогда: «Не выйдем мы из пустыни, ибо сейчас время поста», ибо знали они, что господь, одевшись плотью, спустился в мир с богом-отцом для примирения с родичами матери своей, детьми Адамовыми, как гласит Писание: «Один избранный меж богом и людьми, ибо он творит мир меж одним и другим и уничтожает стену вражды».

Возвратимся к прежнему повествованию, ибо увлекло нас житие этих монахов, чудное сладостью, и оставили мы писание наше, что взялись писать. И говорим мы: не стали говорить они: «Не выйдем из пустыни», но пришли все, собравшись, и вошли в Гондар. [Микаэль] возрадовался весьма и сказал: «Наконец-то, наконец пришли эти монахи, что устроили жизнь свою то ангельскому подобию, ибо укрепится по словам их то дело, о котором договорились мы, и не порушится завет, который заключили мы, я и царь!» А затем, когда он встретился с ними, то сказал: «Послушайте, отцы мои, я заключил союз с царем и установил с ним мир, но дело крепится по словам вашим, ибо тогда будет оно прочным и непреходящим. Поэтому и позвал я вас. Ныне же, отцы мои, закляните меня клятвой крепкой и отлучением вашим, что не выйду я из воли и из приказа царского, а царя закляните отлучением вашим, что, когда скажут эти чуждые люди: "Мы придем сюда", он скажет им: "Не приходите" — по мудрости своей, и пусть пребывают они в Каха, где были. И он пусть не встречается с ними через посланцев мира, а пусть, встречается через посланцев вражды. Прежде, когда поссорился я с царем, это он притеснил меня, а [228] я не притеснял его. Но случилось все это из-за этих окаянных людей, ибо предпочел он мне этих ближних моих. Ныне, о отцы мои, сделайте, чтобы было установлено это таким образом!»

Всю эту речь прекрасную поведал монахам глава христиан Микаэль голосом смиренным, а не голосом надменным. Эти же монахи, выслушав все это, вышли от него, и пошли к царю, и поведали царю все то, что сказал он им. Царь же, выслушав все это, согласился и сказал: «Да будет, как он сказал и как вы говорите». И еще сказал он: «Прежде не было ненависти и раздоров меж мною и меж ним, но враг мой, ненавистник прекрасного, из-за ничтожной причины поссорил меня с ним. Ныне же да будет, как вы сказали», И эти монахи, услышав это из уст царя, возрадовались весьма, ибо показалось им, что сопряжены сердца обоих в одно ярмо, то бишь любовь. А затем заключили они крепкий завет, прибавив к нему слово отлучения, и завершили исход распри, то бишь вражды, как гласит Писание: «Исход распри заключается клятвою» (ср. Евр. 6, 16) 50. А затем прекратили и завершили все это дело таким образом.

Еще, эти окаянные, любящие битвы жестокие и боящиеся жезла, собрались и собрали войско, превосходившее прежнее в семь раз, многотысячное, и пришли с надменностью, говоря: «Отныне никто не возможет против нас, и никто не устоит пред нами, и никто не станет сражаться с нами, ибо нас семь тысячью тысяч». И прибыли туда таким образом и окружили город, то бишь Гондар. Приход этого чуждого народа был в день страданий и смерти, на которую обрек себя Христос по милости своей, ибо все дела этого скверного народа суетны. Разве поступают так люди христианские и говорят: «Убьем людей спасителя в день распятия его!»? Люди в этот день идут в церковь и плачут о грехах своих. Эти же люди — не люди, а животные, о которых говорил смиренномудрый Давид и сказал: «Человек, который в чести и неразумен, подобен животным» (Пс. 48,21).

И когда услышал обо всем этом сей глава вельмож Микаэль, стал советоваться с душою своей и разумением, ибо был он основателен: «'Сегодня пятница, и не пойду я в битву, ибо это день пребывания господа моего на древе крестном». И на следующий день, то бишь в день субботы еврейской, сказал он: «Ныне не пойду я сражаться с врагами моими, ибо это день пребывания господа моего в гробнице». А в воскресенье он сказал: «Ныне не пойду я дорогою сражения с врагами моими, ибо в этот день явлено было воскресение господа моего. И богатый и бедный, малый и великий радуются в этот день весьма. А кто не делает так, как делаю я, будет причислен к иудеям, врагам спаса нашего!» И, сдумав эту думу с разумением своим и душою, взмолился он к господу и сказал: «Господи! как умножились враги мои! Многие восстают на меня; многие говорят душе моей: "нет ему спасения в боге". Но ты, господи, щит предо мною...» (Пс. 3, 2-4) и до конца [псалма]. И еще сказал он:[229] «Спаси, господи; ибо не стало праведного, ибо нет верных между сынами человеческими...» (Пс. 11, 2) и до конца. И снова сказал он: «Господь-свет мой и спасение мое: кого мне бояться...» (Пс. 26, 1) и до конца. Еще сказал он: «Вступись, господи, в тяжбу с тяжущимися со мною...» (Пс. 34, 1) и до конца. И снова сказал он: «Помилуй меня, боже, по великой милости твоей...» (Пс. 50, 3) и до конца. И еще сказал он: «Поспеши на помощь мне...» (Пс. 21, 20) и до конца. И снова сказал он: «Боже! именем твоим спаси меня...» (Пс. 53, 3) и до конца. Еще сказал он: «Боже! язычники пришли в наследие твое...» (Пс. 78, 1) и до конца. И снова сказал он: «Господи, боже спасения моего...» (Пс. 87, 2) и до конца. Еще сказал он: «Боже отмщений, господи...» (Пс. 93, 1) и до конца. И снова сказал он: «Услышь, боже, молитву мою, и вопль мой да придет к тебе...» (Пс. 101, 2) и до конца. Еще сказал он: «Возвожу очи мои к горам...» (Пс. 120, 1) и до конца. И снова сказал он: «Много теснили меня от юности моей...» (Пс. 128, 1) и до конца. Еще сказал он: «Господи! Ты испытал меня и знаешь...» (Пс. 138, 1) и до конца. И снова сказал он: «Буду превозносить тебя, боже мой, царю...» (Пс. 144, 1) и до конца. Еще сказал он: «Готово сердце мое, божие...» (Пс. 107, 2) и до конца.

И после сего в понедельник, то бишь на следующий день после дня воскресения спаса нашего, вышел сей глава князей Микаэль с войском своим с великой грозою и многим величием туда, где были его супостаты, чтобы сразиться с ними, и повстречался с ними в битве. Тут бежали они и мчались по обычаю своему и не задержались нисколько из-за страха своего и трепета безмерного, ибо снискали они напасть худшую, нежели прежняя. Мне же кажется, что не один глава дома царского Микаэль с войском своим навел на них страх и поселил трепет неколебимый в сердца их, но пребывал с ним святой Михаил-архангел с воинством своим. И он навел на них страх и трепет, как сделал прежде с людьми Сирийскими, ибо люди Сирийские пришли с царем своим в гордыне и превозношении, говоря: «Кто противостанет нам и кто сравнится с нами?» Они взяли [с собою] все имущество свое и приготовили всю утварь домашнюю, чтобы навсегда устроить дома свои, окружить Самарию и убить людей вместе с царем их, а уцелевших от убиения пленить. Люди же Самарии пребывали в великом горе и бедствии от жестокого голода, ибо тогда был голод. И до того усилился голод, что люди ели друг друга от великого голода этого. И в это время послал царь посланцев бедствия к пророку божию Елисею и пригрозил ему смертью. И предрек пророк, что помилует бог творения рук своих: и в тот день, когда предрек пророк, бог, помощник смиренных, ибо утишил он ради смиренных глас гнева своего, ниспослал [архангела Михаила] на людей Сирийских. И- трепет вошел в сердца их, и поселился в них страх., И поднялись они оттуда и пустились в путь домой, бросив все имущество принесенное и дома [230] приготовленные. А когда бежали и убегали, то слышали глас гнева божия, пугались и содрогались, ибо вещал им бог гласом гнева своего: «Быстро, быстро уходите за превозношение ваше!» И так прибыли они в страну свою. А в это время люди Самарии, когда по причине случайной услышали известие об этом, спустились к Йордану и нашли там все это имущество и приготовленные дома, расставленные по порядку. Возрадовались они весьма и начали уносить это по мере сил и возможностей. И пришли они в дома свои, радуясь, и таким образом спаслись от голода жестокого (ср. IV Книга царств б-7).

Так и эти слабые, словно юноши, купили коней сильных, и наелись хлеба, и много отучнели, ибо, вкушая его много дней, стали превозноситься 51. Еще изострили они копья, и наточили острые мечи, и напрягли луки, и погрузили продовольствие на ослов. И таким образом прибыли на конях в область дальнюю, и не осталось никого в домах их, как у людей Сирийских, о которых написано. И так прибыли они сюда и напротив города устроили стан великий. И когда вышел глава князей Микаэль для сражения с этими людьми, то показалось мне, что поднялся святой Михаил-архангел, и пошел к богу, и встал пред ликом его, и просил дозволения помочь главе князей Микаэлю в этот день. Бог же, любящий притесненных и не любящий притеснений, дал дозволение ему творить да желанию своего разумения. В это время обратилось естество святого Михаила-архангела в естество сего Микаэля, главы князей. И когда раздался глас гнева божия в гласе Михаила вышнего, а глас гнева Михаила вышнего раздался в гласе Микаэля нижнего, то глас гнева Микаэля нижнего потряс землю, на которой стояли эти дерзкие. И потому у этих дерзких людей закружились головы, и пропало разумение, и исчезло понимание, и помрачились очи, и ослабели руки, и запинались ноги, и не знали они, что делать. И когда не могли они таким образом бежать и убегать, то дрогнули, заколебались и ушли посрамленными, оставив все имущество принесенное и дома приготовленные. И обогатились их конями, купленными за многое добро, и питались пищею, ими оставленной, ибо не могли они воссесть на коней от многого трепета во время бедствий и несчастий. Сколько повествовать нам об оставленных сокровищах, но отдохнем и завершим речь.

Так, оставив все имущество, ушли они обездоленными по домам своим. И, придя в дома свои, ни одного дня не жили в домах, но спустились в земли низменные, ибо боялись весьма и трепетали. Чуть не метилось и не казалось мне в то время, что таков обычай их всегдашний — покупать коней, и шить шатры новые, и одевать домочадцев в одеяния [новые], и готовить продовольствие и доспехи воинские, как прежде заведено, и что поднимут они дома свои по подразделениям своим, и придут снова, и отдадут нам все это целиком во второй раз, как отдали нам прежде, и уйдут нагими, и пойдут в свою страну, и [231] войдут в дома свои, ибо таков их обычай. Но кому приходить, ибо из бежавших людей, которых здесь было много, тысячи тысяч: погибли по дороге и пали. Кости их белели, как град, усеявший виноградник, так что издалека видно было для глаза то место погибели, где пали они. А добра и сокровищ откуда было взять им и принести, ибо все добро, что имели они, они принесли нам и отдали. И, сделав так, ушли они скоро. Но мы будем жить — так же, ибо не прейдет их позор.

Возвратимся же к прежнему повествованию нашему и к восхвалению сего главы вельмож Микаэля, ликом светлого, ростом высокого, помышлением кроткого и смиренного, рукою щедрого, с ликом в суде непосрамленного, с языком чистым ото лжи, который не смотрит ни на младенца, ни на возросло-го, когда служит помазаннику 52. И когда он возвратился с битвы, усугубилась радость у всех в этой столице, ибо переменил он смерть на жизнь. И таким образом уподобился он отцу своему, то бишь Христу, который умер ради людей заблуждающихся. А если ты скажешь: «Что это ты такое говоришь?», я: скажу тебе: «Если бы не вышел из столицы глава князей Ми-каэль на битву с этими мятежниками, вошли бы они в эту столицу и погубили бы нас мечом и копьем. Когда укрылись мы в крепости нашей, сей глава князей Микаэль не допустил им убить нас, но пошел к ним, говоря: "Умру за весь народ!"». А когда говоришь ты: «Он же не умер, а остался жив, так зачем говоришь ты о смерти?», то я скажу тебе: «Он бы воистину умер, если бы сказал: "Не буду умирать" — и не вышел бы в битву из крепостных стен, ибо отец его, Христос, — жив, и в живом отце своем, Христе, он остался жив, как гласит Писание: "Жизнь моя конечна, а в жизни Христа я буду жить" (ср. Гал. 2, 20)». И в такой радости и веселии вошел он в дом свой.

А затем ради чуда, сотворенного ему от бога, молился он молитвой благодарения и говорил: «Превознесу тебя, господи, что ты поднял меня...» (Пс. 29, 2) и до конца. Еще сказал он: «Благословлю господа во всякое время...» (Пс. 33, 2) и до конца. И снова сказал он: «Милость и суд буду петь тебе...» (Пс. 100, 1) до конца. Еще сказал он: «Благослови, душа моя, господа и вся внутренность моя — святое имя его...» (Пс. 102, 1) до конца. И снова сказал он: «Славьте господа, ибо он благ, ибо вовек милость его. Да скажет ныне дом Израилев: ибо вовек милость его...» (Пс. 117, 1-2) до конца. Еще сказал он: «Хвали, душа моя, господа...» (Пс. 145, 1) до конца. И снова сказал он: «Хвали, Иерусалим, господа...» (Пс. 147, 1) до конца. Еще сказал он Песнь пророков и молитву Моисея «Пою господу, ибо он высоко превознесся» до того места, где говорится: «Влага стала как стена» (Исх. 15, 1-8).

И в тот день, когда были побеждены и бежали эти люди, любящие битвы и боящиеся жезла крепкого, услышали мы, что пребывали дружинники царские в битве на стороне мятежников и были захвачены в плен. Их захватили, привели и [232] представили сему главе Эфиопии Микаэлю. Он же спросил их, говоря: «Разве вы не дружинники царские? Как же оказались вы вместе с мятежниками на поле битвы?» И сказали они: «Да, мы дружинники царские, мы и вправду были на стороне мятежников в битве, ибо царь послал нас к родичам своим, людям валло, и союзникам своим, людям Дамота, сказав: "Идите скоро и сразитесь с Микаэлем, врагом моим, а не то не будет нам ни счастья, ни здравия!". И не были мы в этой области, но отослал он нас в область другую». Таковы были свидетельства дружинников царских. Тогда печалился он сугубо, и скорбел явно, и оставил надежду на любовь с царем, и стал советоваться, что лучше для него самого, сей глава советников Микаэль, и сказал: «Пусть стережет дом царский войско мое, ибо в это смутное время кто бы ни сделал зло царю, подумают на меня». И, сказав это, стал охранять дом царский с великим тщанием, ибо был осмотрителен.

Комментарии

1 Нарга — небольшой остров на оз. Тана, единственными обитателями которого были монахи монастыря Дабра Эсраэль, т.е. «монастыря Израилева».

2 По давней эфиопской любви к библейской топонимике здесь именем райской реки Геон называется река Абай — самая большая и знаменитая река Эфиопии.

3 Архангел Михаил весьма популярен в Эфиопии и потому наряду с наи более чтимыми святыми он имеет не только свой ежегодный, но и ежемесячный праздник, справляемый каждое 12-е число каждого эфиопского месяца. И по сей день существуют в стране так называемые «общества» святого Михаила, члены которых вскладчину устраивают в такие дни совместные трапезы — «поминовения», или «поминки» Михаила. Именно такие праздничные «поминки» и имеет в виду наш автор, выставляя таким образом политическую и военную борьбу своего героя с его оромскими соперниками чуть ли не как религиозный подвиг, совершаемый в честь его святого покровителя — архангела Михаила.

4 Чада царства — это то же самое, что и «чада военные». См. коммент. 194 к «Истории царя царей Адьям Сагада и царицы Берхан Могаса».

5 Эфиопская армия тех времен и в походе «в страну смерти» состояла отнюдь не только из одних воинов. Вместе с воинами шли и их молодые родственники — мальчики, которые служили им оруженосцами и прислужниками и от младых ногтей приучались к военному ремеслу на практике, а также жены или временные подруги воинов. Именно эти последние и имеются здесь в виду.

6 Здесь текст явно неисправен, однако благодаря тому, что далее автор почти дословно повторяет этот же пассаж, можно восстановить пропущенную здесь переписчиком строку. В результате получается следующее: «Ты же, господине, показал силу власти твоей и многое терпение [и] благое сделал себе, ибо потому и не спаслись они от руки твоей. Бог ведь любит человека претерпевающего, попущая ему погублять врагов своих...».

7 6 апреля 1744 г. «История царя царей Адьям Сагада и царицы Берхан Могаса» дает хотя и другую, но близкую дату — вторник, 1 миязия, т.е. 7 апреля 1744 г.

8 См. коммент. 119 к «Истории царя царей Адьям Сагада и царицы Берхан Могаса».

9 Как мы видим, здесь в отличие от «Истории царя царей Адьям Сагада и царицы Берхан Могаса» причина смерти Иясу II указывается, хотя и предположительно.

10 Микаэль, призванный в свое время в Гондар царицей Ментевваб, что бы заменить ее брата, Вальда Леуля, занимавшего должность бехт-вадада и носившего поэтому титул раса (т. е. «главы»), получил и должность и титул покойного Вальда Леуля. Этимологию этого титула («глава») наш автор всячески обыгрывает на всем протяжении своего произведения, называя его «главою» чего угодно: и «главой дома царского», и «главой вельмож», и «главой столицы» (что в принципе входило в его функциональные обязанности бехт-вадада). Но далее, войдя во вкус, автор прибавляет к слову «глава» самые различные определения: от «главы священства» до «главы царя». Последнее, хотя и звучало двусмысленно, вполне точно указывало на реальное положение Микаэля как фактического правителя Гондарского царства.

11 Здесь упомянуты два одноименных царя: Иоанн, отец царя Иясу I, царствовавший с 1667 по 1682 г., и Иоанн II, возведенный на престол расом Микаэлем Сэхулем в 1769 г.

12 Имеется в виду Сисой Великий, подвижник из Скита Египетского, память которого церковь отмечает 6 июля.

13 Имеется в виду римский император Константин Великий (274-337), соорудивший большое количество христианских храмов в Палестине, Риме и Константинополе. Видимо, поэтому и возникла христианская легенда об обретении матерью его, Еленой, «честного креста» (т. е. того самого голгофского креста, на котором был распят Иисус Христос), на которую ссылается наш автор.

14 Имеется в виду Гераклий, византийский император (610-641), много боровшийся с персами. Церковное предание монофизитов приписывает ему возвращение «честного креста», якобы похищенного и увезенного персами. Предание это, видимо, было почерпнуто эфиопами из арабской христианской всемирной истории ал-Макина «Благословенное собрание».

15 Это совершенно вымышленная этимология имени «Микаэль».

16 Это славословие Микаэлю рифмовано.

17 Под Дабра Аксумом имеется в виду Сионский кафедральный собор богоматери в городе Аксуме.

18 Сараве и Сэраю — это геэзское и амхарское название одной и той же области.

19 16 января 1767 г.

20 27 марта 1767 г.

21 Это послание Иоаса является совершенно неправдоподобной выдумкой автора, так как поскольку Иоас был для своих оромских родичей со стороны матери единственным возможным источником власти и влияния на государственную политику, то злоумышлять против него мог кто угодно, только не они.

22 В Эфиопии существовало (и существует) много способов ношения традиционной одежды — шаммы — белого плаща, в зависимости от положения человека в обществе в каждом данном случае. В присутствии нижестоящих он закутывал плащом голову, так что видны были только глаза. В присутствии же весьма высокопоставленных особ, например царя, он обматывал плащ вокруг пояса, оставляя торс обнаженным, как раб. Здесь, как мы видим, Микаэль и способом ношения своей одежды воздает венцу царские почести.

23 Эти клики рифмованы.

24 Имеется в виду запись на чистых листах напрестольного Евангелия (или, как его называют эфиопы, «золотого Евангелия»), которое необходимо присутствует в каждом храме. На специально оставленных чистых листах велись записи о наиболее важных событиях из жизни храма и прихода, а также указы о земельных пожалованиях храму, крупных вкладах частных лиц и т. п.

25 См. коммент. 360 к «Истории царя царей Адьям Сагада и царицы Берхан Могаса».

26 Здесь имеется в виду легенда о том, каким образом премудрому царю Соломону удалось склонить к любовному союзу царицу Савскую. Прямо сделанное предложение царя она как честная девушка с негодованием отвергла, но со смехом согласилась уступить его домогательствам в том случае, если царь сможет уличить ее в краже. Царица была богата, сама прибыла к Соломону с роскошными подарками, и одна мысль о присвоении чужого была ей смешна. Хитроумный царь, однако, имел свой план действий. Он накормил ее острыми яствами на вечернем пире, а затем притаился у спальни царицы, ожидая, когда ночью она захочет пить и выпьет его воду. Так и случилось, а когда пойманная с поличным царица пыталась отговориться тем, что речь идет о безделице — чаше воды, Соломон глубокомысленно заявил, что вода — это самое дорогое на земле, ибо без нее невозможна жизнь. Так, по легенде, было положено основание царствующей династии Соломонидов в Эфиопии.

27 Между оромскими родичами Иоаса со стороны матери и его родичами со стороны матери его отца, царя Иясу II, которые были родом из Квары, трения существовали давно. Со смертью Иясу II и воцарением Иоаса его» оромские родичи решили, что теперь настал их час, и стали весьма активно воздействовать на молодого царя с целью отстранения кварасцев. Вот Иоас и выполняет их желание и избавляется от кварасцев, отправляя тех из них, кто был ранее назначен наместниками, в области их наместничества, а не имевших назначения также не оставляет в Гондаре, а отсылает на родину — в область Квара.

28 Эфиопы обычно имели два имени: одно, данное имя при крещении, и второе, которым их называли в быту. Как правило, это были разные имена, и в исторических анналах один и тот же человек может фигурировать под двумя именами. Так, Евсигний — это христианское имя дедж-азмача Эшете.

29 Дж. Брюс, прибывший в Эфиопию вскоре после происшедших событий, описывает их несколько иначе: «После смерти Вальда Леуля Эшете, зная о намерениях государыни [Ментевваб] поставить его на место раса, решил устроить смотр своим войскам, чтобы узнать, какими средствами он рас полагает для поддержки своих притязаний. Дамотцы, агау, [жители] Гутто и Майчеу, вышли внезапно, чтобы присоединиться к нему, а Варання Фасилю было поручено привести джави. Эшете вышел из Буре с небольшой свитой, чтобы идти в Гутто на место встречи, и по дороге остановился на равнине Фагитта у церкви св. Георгия. Но в тот вечер, когда он расположился там, ему сообщили, что все джави вышли по своей доброй воле, чтобы присоединиться к нему и сопровождать его в Гондар. Этот знак привязанности ему весьма понравился, и он подумал, что это доказательство их признательности ему за ту снисходительность, с которой он обошелся с ними после их поражения. Он установил седалище под деревом перед домиком, где остановился, и сидел, наблюдая прохождение войск. Хубна Фасиль, галлаский военачальник, который командовал своими соплеменниками, используя свое правовое начальника приближаться к нему, пронзил Эшете ударом копья и убил на месте. Тотчас остальные галласы набросились на свиту, рассеяли ее и провозгласили Варання Фасиля наместником области Дамот и агау» [27, т. VI, с. 301-302].

30 Такла Иясус — христианское имя Йе-Марьям Барья.

31 21 декабря 1768 г. «История царя царей Иоаса» дает другую, хотя и близкую дату — 13 тахсаса, т.е. 20 декабря 1768 г.

32 4 января 1769 г.

33 Видимо, имеется в виду местность Нафас Мауча. Наш автор перевел этот амхарский топоним на язык геэз, отчего и получилось такое название — Мачаэ Нафас.

34 Это происшествие подробно изложено в «Истории царя царей Масих Сагада, раба царя царей бога, троичного и единого» [17, с. 308-321].

35 Христианским именем этого царя было Ацма Гиоргис, царским именем — Масих Сагад, а имя Бакаффа, под которым он и вошел в эфиопскую историю, было, собственно говоря, даже не именем, а оромским прозвищем, которое означает «неумолимый». Это прозвище он получил в бытность свою претендентом на престол, когда скрывался и нашел убежище среди оромских племен. Впоследствии си вполне оправдал это свое прозвище.

36 Имеется в виду «История» скитского монаха аввы Псоя, известная в эфиопском переводе, который был подробно разобран Робером Бейло в его докладе на VIII Международной конференции по эфиопским исследованиям [26]. (Текст этого доклада по непонятной причине не вошел в двухтомные «Материалы» этой конференции.) В этой «Истории отца нашего святого Псоя», между прочим, рассказывается и о встрече святого с дьяволом, которого он сначала принял за эфиопа, потому что тот был черен. Эта инвектива против монаха, сторонника Йе-Марьям Барья, и приписывание ему прозвища «Эфиоплянин» объясняется его действительным именем — Тэкуре, которое по-амхарским буквально означает «черный». Этот авва Тэкуре упоминается и в «Истории дедж-азмача Микаэля» (с. 186).

37 Этот Руме, феодал из Ласты, который служил то Микаэлю, то Йе-Марьям Барья, упоминается в «Истории дедж-азмача Микаэля» как Роме.

38 7 января 1769 г.

39 Дж. Брюс несколько иначе рассказывает историю этого человека, которого он называет Алло Фасилем. Правда, он утверждает, что Алло Фасиль был не человеком Микаэля, а «офицером дома царского», который «обычно развлекал монарха наподобие шута» [27, т. VI, с. 323]. В вину же Алло Фасилю, за которую тот был казнен, Дж. Брюс ставит предательское убийство наследственного властителя Ласты, возводившего свое происхождение еще к загвейским царям [27, т. VI, с. 323-329]. С этим рассказом Дж. Брюса в общем согласуется и сообщение «Истории дедж-азмача Микаэля»: «В этот день присудили к смерти сановники Алло Фасиля и отдали его кровникам, и убили [те] его, ибо прежде убил он предательски Ялеу Айкара, который пришел добровольно» (с. 189).

40 5 февраля 1769 г.

41 Дж. Брюс также ставит убийство Василида, или Фасиля, в заслугу Микаэлю [27, т. VI, с. 329].

42 3 февраля 1769 г.

43 См. коммент. 152 к «Истории царя царей Адьям Сагада и царицы Берхан Могаса».

44 Как сообщает «История дедж-азмача Микаэля», по приказу Микаэля «один галлас», пленивший Руме, отрубил ему голову и принес се Микаэлю, а Йе-Марьям Барья был пронзен копьем Лубо в отместку за смерть его брата Биреле, а затем изрезан на куски другими его сородичами. Отрубленная же голова Йе-Марьям Барья также была принесена Микаэлю.

45 18 февраля 1769 г.

46 Имеется в виду большая старая смоковница, росшая на площади Адабабай в Гондаре перед дворцом Василида, которая довольно часто ис пользовалась как виселица для государственных преступников. Так, именно на этой смоковнице была повешена в 1708 г. царица Малакотавит, мать царя Такла Хайманота I (1706-1708) и вдохновительница убийства царя Иясу I (1682-1706), по приказу царя Феофила (1708-1711).

47 Имеется в виду св. Такла Хайманот, основатель и первый настоятель Дабра-Либаносской лавры.

48 Корни этой метафоры, где одержимые люди ассоциируются с конями, а дьявол — со всадником, лежат в эфиопских представлениях о сущности одержимости. Считается, что одержимый человек совершенно лишается собственной воли и делает то, к чему побуждает его злой дух, отчего эфиопы называют такого человека «конем» этого злого духа.

49 Так в тексте. Однако имеется в виду, безусловно, древний монастырь в области Вальдебба, прославленный аскетизмом своих подвижников, отчего он и называется здесь Скитом Эфиопским.

50 См. коммент. 266 к «Истории царя царей Адьям Сагада и царицы Берхан Могаса».

51 Здесь нашло свое отражение старинное эфиопское убеждение в том, что сытый человек склонен к наглости. И в современном амхарском языке слово «сытый» имеет также и значение «наглый» (ср. русское «зажравшийся»).

52 Эти славословия Микаэлю рифмованы.

Текст воспроизведен по изданиям: Эфиопские хроники XVIII века. М. Наука. 1991

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.