Мобильная версия сайта |  RSS |  ENG
ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
 
   

 

» ЖАН ШАРДЕН - ПУТЕШЕСТВИЕ КАВАЛЕРА ШАРДЕНА ПО ЗАКАВКАЗЬЮ В 1672-1673 ГГ
Я ввел его в свое помещение, и там с моим товарищем втроем мы стали обсуждать дальнейший план действий. Прежде всего мы поблагодарили отца за то, что он не отказал приехать к нам из таких далеких мест. На это он заявил, что он приехал бы в обещанное им время, но война и набеги абхазцев сделали дорогу настолько опасной, что он не осмелился двинуться в путь. Затем я ему сказал, что его слова, обращенные ко мне, при встрече, привели меня в отчаяние, но честь, оказанная мне его поцелуем, дает мне смелость умолять его ответить, не приехал ли он затем, чтобы взять нас в свой дом. Цампи ответил, что он приехал с целью оказать нам всевозможную помощь, что он повезет нас к себе, согласно нашему желанию, но предварительно считает своим долгом ознакомить со страною, в которую мы намерены отправиться, и добавил, что там совсем нет хлеба и в настоящее время ничего нельзя достать из провизии, что воздух там вредный, а народ до невероятности зол. Я указал ему на имеющееся у нас рекомендательное письмо к мингрельскому князю, но он возразил мне, что князь такой же дикий, такой же разбойник и вор, как и его подданные. Он рассказал нам, как три года тому назад, возвратившись из Италии, привез много подарков князю, его супруге-княгине, визирю и всей придворной знати, раздав им почти все, что имел. Но князь все-таки остался крайне недоволен этими подарками и приказал похитить у него и то немногое, что он сохранил. Затем визирь, спустя некоторое время, посадил его в тюрьму, приковав цепью за шею, и заковав ноги в кандалы, ради выкупа, и Цампи до тех пор не мог вырваться из рук этого тигра, пока не дал ему сорок экю. “То, что я говорю вам, господа, прибавил он, я сообщаю не для того, чтобы заставить вас вернуться, а только потому, чтобы познакомить с опасностью, которой вы подвергаетесь, вступив в пределы Мингрелии. Если вы все-таки захотите поехать после такого предостережения, я постараюсь, насколько возможно, охранить как вашу личность, так и ваше имущество от бед и помочь вам безопасно уехать в Персию". Сообщенные отцом Цампи факты, однако, не заставили меня задуматься; бедствия, угрожающие нам в Мингрелии, были в будущем, и я, не знаю почему, надеялся их избежать; а мои теперешние страдания были в настоящем, и так переполняли мое воображение, что сердце тоскливо сжималось. Я сказал отцу Цампи, что несчастия, которые могут встретиться нам в Мингрелии, будут во всяком случае менее тех, которые угрожают нам по возвращении в Каффу и которые неминуемо приведут нас к погибели. Я обратил его внимание также и на то, что у нас нет ни провизии, ни пищи, что корабль, на котором мы находимся, старый и на него ежедневно так много грузят рабов обоих полов и всех возрастов, что положительно нет ни одного свободного уголка; затем, с утра до вечера приходит множество абхазцев и мингрельцев с кишащими на них насекомыми и вносят с собою такую вонь, которая не может не вызвать эпидемии, что корабль в два месяца не доплывет до Каффы, а за это время наступит период бурь и пора, когда Черное море особенно бурно и опасно, благодаря шквалам; далее, даже если предположить, что мы благополучно достигнем Каффы или Константинополя, то путь этот мы совершим не скорее четырех месяцев, а это значит, что мы должны будем вновь, так сказать, отыскивать путь в Турцию и снова подвергаться риску, насильственным налогам в таможне, и, наконец, в продолжение всего этого времени мы много раз будем подвергаться гибели. Следуя же в Мингрелию, мы рискуем подвергаться опасностям только в течение четырех дней, в каковой срок достигнем безопасного места. Отец Цампи признал все мои доводы заслуживающими уважения. Наш приезд мог принести ему только пользу как лично, так и для его миссии, и, перестав возражать нам, он стал говорить лишь о нашем переселении с корабля к нему. Лодка, в которой слуга привез театинца, была длиною с фелюгу, но шире и глубже; ее наняли вперед и обратно. Мы сели в нее со всем багажом нашим и товарами, закупленными на сто экю по моей просьбе отцом Цампи, как человеком знающим, что имеет сбыт в Мингрелии, где, как я говорил, деньги не имеют никакого значения, а ценность представляют лишь товары. Наш багаж был нагружен еще до полудня, и мы отправились в путь тотчас же. Я был в восторге от радости, что большие не находился на корабле, не чувствовал смрада и не видел жизни и позорной торговли, производимой на нем. Корабль являл собою клоаку и тюрьму для невольников. Каждый вечер невольников приковывали друг к другу попарно и даже мальчиков, а по утрам цепи снимались; этот шум никогда не давал мне отдохнуть и нагонял на меня грусть. По утрам на суше всегда виднелся огонь, бывший сигналом людей, продававших невольников или другие товары. Для тех, кто хотел посетить судно, посылалась лодка, и желающий садился в нее с товарами, входил на борт и начинал свой торг. Война в Мингрелии доставляла нашим купцам выгоду, так как абхазцы приносили продавать им свою добычу. Однажды на наш корабль пришел знатный абхазец в сопровождении 7 или 8 человек прислуги, на вид страшных плутов. Они привели трех рабов и принесли разную добычу. Между принесенными вещами была риза с образа вся серебряная. Я спросил у них, куда они дели образ, они ответили, что оставили его в церкви, не осмелившись унести из боязни, что святой их убьет.
На нашем корабле, когда я его покинул, было 40 рабов. Капитан, турецкие купцы и христиане выменяли их на оружие, платье и другие товары, оценивая последние вдвое дороже, чем купили сами. Мужчины в возрасте от 25 до 40 лет пришлись им по 15 экю, а те, кто был старше, по 8-10 экю. Красивые девушки от 13 до 18 лет шли по 20 экю, другие — дешевле; женщины — по 12, а дети по 3 и по 4 экю. Один греческий купец, имевший комнату рядом с моею, купил женщину с грудным ребенком за 12 экю. Женщина была 25 лет с восхитительными чертами белого, как снег, лица. Я никогда не видел более красивой груди, более нежной шеи, имеющих один ровный белый цвет. Эта красивая женщина одновременно возбуждала и желание, и сострадание. Я молча думал, смотря грустно на нее: “несчастная красавица, ты не возбудила бы во мне ни сострадания, ни желания, если бы я был в лучшем положении и если бы сам не находился на краю еще большого несчастия, если только какое-нибудь несчастие может быть сильнее рабства".
Полный текст
» ЯКОВ ЦУРТАВЕЛИ - МУЧЕНИЧЕСТВО ШУШАНИК
Это было восьмое лето царствования персидского царя [Пероза],  когда питиахш  Варскен, сын Аршуши, отправился к царскому двору. Рожденный от родителей христианской веры, Варскен сначала сам исповедовал христианство. Женат он был на дочери армянского спаспета Вардана, о ком я пишу для вас, женщине с детства богобоязненной, как уже было сказано, носившей имена по отцу — Вардан, а ласкательное — Шушаник. Непрестанно думала она о дурном поведении своего мужа и заклинала всех, творить молитву за него, дабы бог отвратил' его от безрассудства и обратил к благоразумию Христову.
Полный текст
» ФАЗЛУЛЛАХ ИБН РУЗБИХАН ХУНДЖИ - ТАРИХ-И АЛАМ-АРА-ЙИ АМИНИ

Эта книга украшена титулами Гийас ас-салтана Абул-Музаффара Йа'куб хана (сын Узун Хасана) и получила название Тарих-и джихан-ара («История устроителя мира»). После нескольких страниц пышных славословий автор подводит итог добродетелям Йа'куба под восемью пунктами /л. 23а/.
(а) Будучи благородным потомком Байандура, он, как сахарный тростник, одинаково сладок в каждом суставе; (б) он обладает солнцеподобной наружностью /л. 23б/, прикрытой покрывалом скромности; (в) он храбр и (г) щедр; (д) он милостив, милосерд (л. 25а) и (е) справедлив /л. 26б/; (ж) он полон знаний и мягок нравом, в беседе он мог бы затмить Фараби и [42] Авиценну, а в поэзий Анвари, Сана'и и Низами; (з) его религиозные убеждения строги и он заставляет повиноваться шариату. Питейные заведения (шарбат-хана), Процветавшие при несчастных Кара-койунлу, геперь закрыты (см. ниже л. 163б) грозой царского гнева. Приказы, изданные Верховным Диваном за личной печатью (мухр-и хасса) /л. 27б/, полностью свидетельствуют о желании государя поощрять веру (дин-парвари).
Полный текст

» ПАРСАДАН ГОРГИДЖАНИДЗЕ - ИСТОРИЯ ГРУЗИИ
У большинства государей власть отнимали их подданные. Поэтому господин не должен так усилить слугу, чтобы тот мог погубить своего патрона. Если господин будет обессилен, слуга усилится, захочет власти и легко ее отнимет, так как. некоторые окажутся его близкими и родственниками, доугих же задобрит своими деяниями и привлечет на свою сторону. Некоторые из зависти затаят злобу на государя, изменят ему, и случится так, как это было в Тавризе с государем Джахан-шахом и его слугой Узун Хасаном.
Власть Джаханшаха простиралась от Индии до Иерусалима. Сам он сидел в Тавризе. Узун Хасан, которого зовут Длинный Хасан-бег, был подданным Джаханшаха, но этот последний ничего не делал без его ведома. От него зависело подарить или отнять что-нибудь. Придворная знать и правителе пограничных областей состояли с ним в родстве или же от него получили владения. Войско и области были злы на государя за это. Бегларбегство Диарбекира он дал Узун Хзсану, а власть над Багдадом — его двоюродному брату. Сам же Джаханшах пребывал в Тавризе. Главные лица Ирана и туркменов сговорились между собой и сказали: «Джаханшах уступил свою власть Хасан-бегу, страной владеют его сторонники, и caм -он ничего не делает против воли Хасан-бега. Лучше уж мы все примкнем к нему и призовем сюда в Тавриз государем...
Полный текст
» ПАРИЖСКАЯ ХРОНИКА - ГРУЗИНСКАЯ ХРОНИКА XVIII ВЕКА
Царевич Георгий, сын царя Свимона, узнал в Гори о том, что схватили и увели царя. В ту же ночь созвал войско и отправился туда, где был схвачен царь. Но не застал никого. Грузины, все, у кого лошади еще имели силы, пустились вдогонку, догнали отставших, обоз и войско и взяли много добычи. Вернувшись обратно, явились к царевичу Георгию. Собрались все грузины — посадили царем Георгия . Венчали его патриарх и епископы и стали ему верно служить. Царя Свимона представили султану в Константинополе и заточили в Иеди-куле .
Полный текст
» ПАМЯТНИК ЭРИСТАВОВ
Царь же Георгии отправился походом на Магаро и сильно пострадал от них в узких ущельях из-за многочисленности скатываемых (сверху камней). И вернулся он весьма опечаленный и опять вторично отправился в дни масленицы. И стояли холода великие. А из-за страха перед скатываемыми (камнями) направился царь горной дорогой, обледенелой. Тогда еще больше пострадал (он), ибо проваливались лошади, а те люди, подобно зверям, вымазанные кровью, следовали за ними. Шалва же в этих двух походах не участвовал, а участвовали лишь сыновья его, ибо было у него тринадцать сыновей, доблестных и разумных.
Тогда Шалва отправился с войском своим, подошел, расставил лучшее войско в засаде на ночь, а на рассвете подошел с малым войском, сжег и опустошил страну их. И ничего не взяли войска (в качестве) добычи, только (одни доспехи) и повернули обратно. Тогда последовали за ними войска той страны, миновали находившихся в засаде. И поднялось все войско (эристава} укрывшееся. Повернул обратно Шалва; загнали в место узкое, убили 55 человек и многих захватили. Тогда вновь вступили и остановились, и опустошили, и сожгли всю страну их, и победоносные отправились (обратно) с добычей великой.
Полный текст
» ОБРАЩЕНИЕ ГРУЗИИ

В то время, когда бог милостью своею призрел на эту забытую, [граничившую] с армянским нагорьем полуночную страну, горы которой были объяты туманом, а долины пламенем заблуждения и невежества, страна эта была лишена солнца правды и знания о приходе сына бога, по правде называлась полуночной. Не света солнца лишена была [она] или теперь лишена [его].

Полный текст

» ЛЕТОПИСЬ КАРТЛИ

В ту же пору пришел Георгий, царь абхазов, брат Феодосия и Деметрэ, сын Леона; силой овладел Картли и поставил эриставом в Чихе сына Деметрэ. Когда же преставился Георгий, царь абхазов, сын Деметрэ пребывал в малолетстве, звали его Баграт, и известен (он) как изгнанник. Супруга царя Георгия умертвила сына Деметрэ, эристава Чихского, соблазнила мтавара Иованэ Шавлиани и тело Баграта выбросили в море. Но господь спас его, и он достиг града Константинополя. И женил царь Иован сына своего-Адарнасе на внучке Ашота и дочери Гуарама. Помер Иован, царь абхазов, и царствовал вслед за ним сын его Адарнасе. И Липарит овладел землями Триалетскими, воздвиг крепость Клде-карскую и доброхотно сделал своим патроном Давида, сына Баграта.

Полный текст


Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.