Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ИОАНН КАНТАКУЗИН

ПУБЛИЦИСТИКА ИОАННА КАНТАКУЗИНА

1367-1371 гг.

В Москве, в Государственном Историческом музее, в Синодальном собрании, под № 233 (143/CXLIV) хранится греческая рукопись, содержащая богословское полемическое сочинение Anthrrhtika экс-императора монаха Иоанна-Иоасафа Кантакузина, направленное против иеромонаха Прохора Кидониса. В Москву эта рукопись была привезена в 1655 г. из афонского монастыря св. Дионисия Арсением Сухановым 1, ездившим за книгами на Афон по поручению патриарха Никона. Листы 3 — 20 кодекса содержат изложение взглядов Прохора Кидониса по теологическим вопросам, касающимся божественной сущности, энергии и Фаворского света,листы 21 — 98 об. заключают указанное сочинение Иоанна Кантакузина, к коему приложены выдержки из “Слов на Преображение” Иоанна Златоуста, Афанасия Великого, Иоанна Дамаскина и Андрея Критского, а также из богословских глав Дамаскина на Пятидесятницу (лл. 99-105 об.); лист 106-106 об. — чистый; лист 107 начинается с середины фразы на четвертом пункте оглавления или конспекта из 14 пунктов (лл. 107-109); этим открывается вторая часть кодекса, в которой счет тетрадей начинается с начала и которая содержит богословский “диалог” между императором (Кантакузином) и Прохором (Кидонисом) (лл. 109-164).

Архимандрит Владимир, автор каталога греческих рукописей Синодального собрания, ошибочно отнес эту рукопись к XV в. 2 По водяным, знакам бумага кодекса датируется 60 — 70 гг. XIV в. 3, т. е. рукопись современна ее автору, Кантакузину (ум. в 1383 г.).

Кроме этой рукописи сейчас известно еще девять, сохранивших списки того же сочинения Кантакузина 4. Пять из них (Paris, gr. 1241, Paris, gr. 1242, Vatic, gr. 673, Vatic, gr. 674 и Метеорская № 23) относятся к XIV в. и четыре (те же, кроме Paris, gr. 1242) писаны рукой Мануила Цикандилиса [319] на Пелопонессе 5, в Мистре, в промежутке между сентябрем 1369 и июнем 1370 г., когда Кантакузин гостил при дзоре сына, морейского деспота Мануила. Мануил Цикандилис — известный писец сочинений Иоанна Кантакузина, Григория Паламы, античных авторов, — человек, “который служил секретарем интеллектуалов, группировавшихся вокруг Иоанна Кантакузина” 6.

Рукопись написана двумя почерками. Один из них — почерк Мануила Цикандилиса; им написана большая часть рукописи (лл. 3-37 об., 48-138 об., 141-144 об., 157-165). Имя владельца второго почерка (лл. 38-47 об., 139-140 об., 145-156 об.) пока установить не удалось. Но его рука знакома нам по другой рукописи Синодального собрания — №337 (206/CCVII), которая датируется по водяным знакам тем же временем , посвящена той же тематике — исихастским спорам и вышла также из лагеря сторонников Григория Паламы и Иоанна Кантакузина. Есть сходство и в оформлении обеих рукописей: в подавляющем большинстве случаев в них 23 строки на странице; сигнатуры, которыми обозначаются тетради, стоят в середине нижнего поля первого и оборота последнего листа каждой тетради. Сближает эти рукописи и датировка их содержания. “Опровержения” Прохора Кидониса были написаны Кантакузином в связи с последним исихастским собором, т. е. около апреля 1368 г. № 337 содержит подборку исихастских материалов, в составе которой — три соборных определения против Варлаама и Акиндина (от августа 1341, от 1347 и от 1351 гг.). Определений собора 1368 г. нет. Можно предположить, что сборник составлен непосредственно перед этим собором по инициативе Кантакузина и написан кем-то из его окружения, кто был затем вместе с ним и Цикандилисом в Мистре.

За период с 1367 по 1369 г. из-под пера Кантакузина, несомненно, вышло три произведения: “Беседа” с легатом Павлом о проекте восьмого вселенского собора (издана И. Мейендорфом 7), “Переписка” (изложение разговоров) с тем же Павлом на богословские темы, в которой Кантакузин убеждает Павла в правильности исихастских концепций (готовится к изданию Э. Воордекером 8) и “Опровержения” Прохора Кидониса. Это свидетельствует о большой писательской активности экс-императора в это время. Сохранившиеся рукописи (они указаны выше) говорят также о его энергичной “издательской” деятельности в 1369-1370 гг. Более всего переписывались и распространялись “Опровержения” и “Переписка”. По-видимому, и синодальная рукопись (№ 237) “Опровержения” была написана [320] Цикандилисом тогда же. Датировка филиграней атому не противоречит.

Но цель “Опровержений”, была достигнута, казалось бы, уже в апреле 1368 г., когда собор патриарха Филофея лишил Прохора Кидониса священнического сана и предал его за латинофильские взгляды анафеме 9. Зачем же нужно было Кантакузину многократно “издавать” свое [321] сочинение после собора? Очевидно, как и “Переписка”, оно было рассчитано на широкую публику и, несмотря на отвлеченный богословский сюжет, имело важный для современников публицистический смысл.

В августе 1369 г. императр Иоанн V Палеолог, зять Кантакузина, прибыл в Рим к папе Урбану V для подписания символа унии. Сентябрем этого года датирована первая из сохранившихся рукописей (Paris, gr. 1241), переписанных Цикандилисом в Мистре. (Весьма вероятно, что Кантакузин [322] со своим окружением прибыл на Пелопоннес из Константинополя на том же корабле, который вез Палеолога с его свитой в Италию, в Неаполь.) Не может быть сомнений, что размножение происихастских произведений Кантакузина и их распространение (если верить Дмитрию Кидонису) вплоть до таких отдаленных районов, как Малая Азия, Кипр, Палестина, Египет, Трапезунд, Херсон 10, имело целью укрепление верности греков и не греков православию и должно рассматриваться как противодействие политике Иоанна V Палеолога, давно стремившегося — в расчете на военную помощь западных государств против турок — к подчинению Византии церковной власти римского папы и теперь решившегося лично признать эту власть.

_______________

Художник-миниатюрист, современник Кантакузина, создал в числе иллюстраций Paris, gr. 1242 его двойной портрет: на одном фоне, рядом, он поместил изображение Иоанна VI Кантакузина-императора и Иоасафа Кантакузина-монаха 11. Художник таким способом удачно передал образ Кантакузина, а не только его облик, ибо монах и политик в Кантакузине неразрывны. “Этот замечательный император издавна был одержим божественным стремлением и страстным влечением к отшельничеству” 12, православием и апостольскими и отеческими догматами он гордился больше, чем императорской короной и багряницей 13, — писал о нем его друг патриарх Филофей. Однажды, когда Иоанн VI Кантакузин и Иоанн V Палеолог, в период их совместного правления, заглянули в келью старца отшельника, тот будто бы обратился к Кантакузину со словами — “отец игумен!”, а вскоре после этого прислал ему в Константинополь сухарь, чеснок и лук, велев передать: “ты будешь монахом, и вот твоя пища!” 14 В Кантакузине-императоре современники видели монаха. И это не мудрено: “с самого начала своей карьеры Кантакузин был тесно связан с антилатинскими, монастырскими, исихастскими и вообще ведущими церковными кругами, особенно с Григорием Паламой, который стал во многом его alter ego” 15. Концепция исихазма стала неотъемлемой частью его государственной программы.

Когда в 1354 г. Кантакузин, уступая восставшему Палеологу, покидал трон для монашества, он не мог не видеть того, что распадающееся Византийское государство обречено и уже не может защитить своих подданных ни от экономического разбоя итальянцев, ни от военного разбоя турок, тогда как византийская церковь, напротив, усилилась и догматически окрепла в ходе длительных исихастских споров, являясь наиболее устойчивым элементом в Византийской империи l6 и сохраняя влияние в Малой Азии, Сирии, Египте и Восточной Европе. Став монахом, Кантакузин вовсе не порвал с двором — он по-прежнему открыто именовался императором и продолжал свою политическую деятельность, сменив лишь ее методы. [323] Если прежде его политика служила богословию, то теперь посредством богословия он проводил свою политику.

Объединение индивидуального подвига с общественной деятельностью произошло в исихазме, по-видимому, в 30-е гг. XIVb. Некоторые жития содержат рассказы о том, как люди, “спасавшиеся от мира”, стали поворачивать обратно к миру — с целью его “спасения”. Мистические повеления учить людей тому, чего они достигли сами, получили, согласно их житиям, Григорий Палама 17 и Максим Кавсокаливит 18. Максиму велел выступать “пред человеки, а не пред пустынными скалами” и такой видный исихаст, как Григорий Синаит 19.

Сначала аудитория новых проповедников ограничивалась монашескими кругами, но в ходе споров с Варлаамом и Акиндином их голос зазвучал по всей стране. Резко расширился и контингент их слушателей 20. Во времена, когда “церковная догма была исходным моментом и основой всякого мышления” 21, исихазм не мог не вобрать в себя многих общественных тенденций, не мог не стать активным общественным движением. И нет ничего удивительно в том, что исихазм оказывал огромное влияние на политику и сам в какой-то мере стал политическим течением.

В гражданской войне 1341-1347 гг. большинство монахов-исихастов .поддерживало Кантакузина, считая его, как и будущий патриарх Филофей, “истинным предстоятелем и защитником церкви” 22. Весьма показательна также политическая позиция, которую твердо занял такой признанный вождь исихастов, как Григорий Палама. Именно стремление сохранить верность православию позволило ему, как говорит И. Мейендорф, принять по отношению к завоевателям туркам относительно примирительную позицию — в той мере, в какой они предоставляли христианам религиозную свободу. Будучи психологически готов принять падение Византийского государства, он был далек от того, чтобы занять по отношению к нему чисто фаталистическую позицию: пока это государство существовало, надо было его поддерживать и защищать его единство и его традиционное православие” 23. Коротко, эта позиция сводилась к следующему: предпочитать то, что меньше угрожало православию, и защищать тех, кто защищал православие. Практически в то время это означало: считать турок меньшим злом, чем латиняне, и поддерживать Кантакузина, которому “Григорий и оставался открыто верен до самого конца. Именно за [324] “кантакузианизм” он почти четыре года просидел в тюрьме, три года дожидался возможности занять свою кафедру в Фессалонике и испытал много других невзгод.

С течением времени отставной император-монах Кантакузин не терял, а, напротив, увеличивал свой общественный вес, посвятив себя литературной деятельности. В четырех талантливых исторических книгах он оправдывал свою прошлую политическую деятельность, в богословских трудах — защищал и пропагандировал взгляды Паламы. В словах Филофея о росте его авторитета, по-видимому, есть доля правды: “И тогда (т. е. до отречения. — Г. П.) подданные и подчиненные чтили его как своего властелина, [хотя] может быть и не все искренне... — ныне же почти вое чистосердечно с подобающей доброжелательностью и любовью [чтят его], а прежде всех и больше всех императоры и императрицы...” 24

В июне 1367 г. император Иоанн V Палеолог просил именно Кантакузина вести от имени Византии переговоры с папским легатом Павлом об унии. Очевидно, Кантакузин был главным лицом, сопротивление которого принятию папских условий (сначала подчинение, а потом помощь) хотели сломить император и легат. Последний прямо и грубовато говорил ему: “ты подобен вертелу, на котором все, как куски мяса, висят; и если ты сдвинешься, и они вместе с тобой повернутся” (см. Приложение — “Беседа”, § 14).

Кантакузин видел для страны выход “либо в немедленном союзе с турками, либо в крестовом походе православных народов, который его друг Филофей старался организовать” 25. Объединение с католическим миром, заявил он Павлу, может быть только дружеским, равноправным, на основе нового вселенского собора, на котором присутствовали бы представители всех православных патриархатов и митрополий, а не выражаться в подчиненнии одних другим (§§ 10, 25).

Павел вынужден был принять выдвинутое Кантакузином условие — собор. Патриарх Филофей тут же разослал приглашения. Болгарскому патриарху он писал: “...мы вовсе не хотим поступиться ни одним словом, ни одной черточкой” своих догматов, “...ведь для того мы так договорились с папскими представителями, чтобы, если на соборе окажется наше... мнение сильнее латинского, они пришли [в единомыслие] с нами и согласились с тем, что мы говорим. Смело полагаемся на Бога, что так и будет...” 26 Таким образом, партия Кантакузина и Филофея, как впоследствии православная партия на Флорентийском соборе, ““читала возможным заключение унии только на базе догматической капитуляции католичества” 27. Исихасты, победив внутри Византии и проводя отныне собственную международную политику (в частности, в отношении Руси), бросали теперь папству вызов на идеологический поединок.

Турки к этому времени (1367 г.) уже взяли Дидимотику, Адрианополь и Филиппополь. Адрианополь уже два года был их столицей. Но ни экономический гнет, ни религиозная нетерпимость турок, конечно, не могли сравняться с соответствующими тенденциями политики латинян, от которых, по словам Филофея, ромеи претерпевали “наиболее оскорбительные ти страшные из всех [своих бед]” 28 и которые, относясь к грекам “не как друзья и братья, а наставнически, самовластно и как если бы вы, — говорил Кантакузин Павлу, — были господами” (“Беседа”, § 8), становятся врагами греков “не только в отношении тел и добра, но и по отношению [325] к самим душам...” (там же, § 12). Вполне ясно, что имеет в виду Кантакузин, цитируя евангелиста Матфея: “Не бойтесь убивающих тело, души "же не могущих убить” (там же, § 22). Турки лишь грабили и сокрушали “Империю Ромеев”, государство Палеологов, которым многие греки в то время, кажется, мало дорожили: немало фракийских архонтов после отречения Кантакузина “предпочли турецкую власть правительству Палеолога, чем облегчили утверждение турок во Фракии” 29. Кантакузин говорил Павлу, что “некоторые из здешних туда (т. е. к туркам. — Г. П.) перебегают, некоторые же, не имея возможности это сделать легко, пребывают здесь против своей воли” (там же, § 23) 31. Латинян, очевидно, подавляющее большинство греков боялось гораздо больше, чем турок. В такой ситуации исихасты старались спасти то, что еще можно было спасти: сохранить основы культурной и духовной жизни, общие и грекам, и болгарам, и сербам, и грузинам, и русским.

Папство в то время не было склонно к диспуту с греками: оно рассчитывало, что лучшим аргументом в его пользу будет турецкая сабля. Не был заинтересован в соборе и Палеолог: ему нужна была военная помощь для спасения государства, а не торжество исихазма. Тайно он обещал легату Павлу и графу Амедею Савойскому, своему дяде по матери, что в скором времени лично сам явится с изъявлением покорности к папе. В залог исполнения обещания он доверил легату сумму в 20 000 флоринов и драгоценности 31.

Осенью 1367 г. в Византию пришли ответные письма от папы Урбана V. Папа ни словом не обмолвился о проекте собора, а только хвалил адресатов за намерение “вернуть греков к единству римской и всемирной церкви” и требовал от Кантакузина, который “может сделать для унии больше, чем_кто бы то ни было, если не больше, чем император”, убедить Иоанна V, согласно обещанию, прибыть к апостольскому престолу 32. Двойная игра императора была разоблачена.

В поддержку политики императора выступали братья Кидонисы: Димитрий, уже перешедший в католицизм, доказывал необходимость — ради помощи Запада — подчиниться папе 33, монах Прохор сначала на Афоне, затем в Константинополе начал письменно и устно выступать против исихастов 34.

На выступление Прохора Кидониса Кантакузин ответил “Опровержениями”.

Церковный собор, состоявшийся в апреле 1368 г., не только осудил латинофильские взгляды Прохора Кидониса, лишил его сана и предал анафеме, но причислил Григория Паламу, на учение которого Прохор нападал, к лику святых, постановив ежегодно праздновать его память. Этот собор, в отличие от прежних, не был созван императором 35: патриарх Филофей, поддерживаемый Кантакузином, действовал независимо и в направлении, противоположном не только политике императора, но и политике определенной церковной группировки, во главе которой, по-видимому, стоял игумен столичного монастыря twn Odigwn, епископ Тирский, [326] о чем свидетельствует написанный им примерно в это время 36 проект антиохийских определений, подвергающих анафеме паламитов. Кантакузин, надо думать, имел в виду именно этих людей, когда писал в предисловии к “Опровержениям”, что “уже в четвертый раз поднялись некие и подобно предыдущим высказали кощунственные слова о божьем свете”. Совпадение активизации деятельности антипаламитов с подготовкой поездка Иоанна Палеолога в Рим вряд ли может быть случайным. О шатком в это время положении исихастов в столице может свидетельствовать и тот факт, что патриарх Филофей вынужден был прибегнуть к хитрости, чтобы заманить Прохора на одно заседание собора, но не смог побудить того явиться на остальные 37. Момент, видимо, был критическим.

В сентябре 1368 (6877) г. вернулись в Византию от папы два греческих посла, после чего Иоанн V должен был ехать в Рим. Надежда на созыв вселенского собора еще теплилась, и потому Кантакузин приложил все силы к тому, чтобы “обратить” в исихазм и Павла, ведя с ним богословские разговоры 38, пока Павел в августе 1369 г. не выбыл из Константинополя с вестью к Урбану V о скором прибытии Иоанна V. Разговоры с Павлом были выпущены Кантакузином в свет в виде переписки 39, когда, удалившись в Мистру, он занялся издательской деятельностью.

18 октября 1369 г. Иоанн V Палеолог в Риме торжественно подписал символ унии. Но с ним не было ни одного священника 40, а это означало, что практически дело подчинения “схизматиков” осталось в прежнем положении. Подданные императора продолжали держать сторону экс-императора и патриарха.

Помимо дальнейшего развития самих событий, ряд документов ясно свидетельствует, на чьей стороне осталась тогда моральная победа. В апреле 1369 г. некий монах Феодорит, который “был отлучен от церкви и уходил к латинянам”, письменно порицал критиков исихазма и латинские обычаи 41. В июне того же года подобным образом поступили братья Хлор, Димитрий и Даниил 42. В октябре оправдывался и порицал “западников” монах Нифон 43, а в июне 1370 г. — некий Филипп Ламелин 44. В мае 1371 г. “отбрасывает нечестие” иеромонах Симеон 45, в октябре заявляет о непричастности к варлаамитам Ксенофонт 46

В 1370 г. папа официально отверг идею собора, так как бесплодные дискуссии, заявил он, могут набросить тень сомнения на доктрины, уже одобренные римской церковью. Последние надежды на возможность дружеского союза с Западом против турок должны были рухнуть 47. [327]

Иоанн Палеолог вернулся в Византию только через два года, с трудом выбравшись из венецианской долговой тюрьмы. Тогда же вернулся в Константинополь из Мореи, от своего сына, и Иоанн Кантакузин. От неприятностей, которые для бессильного императора могли последовать от подданных за измену православию, спас несчастного Палеолога, надо думать, его авторитетный тесть 48, который неутомимо продолжал свою деятельность: теперь он заботился о состоянии умов на Кипре 49.

Таким образом, выступление Кантакузина с “Опровержениями” против Прохора Кидониса можно рассматривать как эпизод внутренней борьбы в Византии, в которой император из династии Палеологов снова потерпел неудачу 50. Полное, теперь моральное поражение понесло и государство Палеологов. В дальнейшем церковь уже не имела опоры в государстве, а, напротив, сама его поддерживала 51, но лишь в той мере, в какой политика этого государства не причиняла ущерба православию.

С этой поры вплоть до падения Константинополя Палеологи, будучи не в силах изменить свою традиционную политику, все более утрачивали реальную власть над греческим народом. Обретали же ее турки и православная церковь. В статуте Османской империи фактическое положение вещей было лишь закреплено юридически.

________________

P. S. Уже после того, как статья была сдана в печать, я получил, наконец, микрофильмы интересующих меня частей Paris, gr. 1241 и Paris, gr. 242. Считаю необходимым добавить некоторые замечания относительно публикуемого мной предисловия к “Опровержениям” Прохора Кидониса.

1) Парижские рукописи дружно дают единственное по сравнению с московской разночтение. В последней фразе на листе 21 об., в московской рукописи: ... pote men... pote ... pote...;в парижских же: ... oi men oi de oi de… Различие в смысле состоит в следующем. Согласно московской рукописи: “и то называют их творениями, то сотворенными и несотворенными, то ни несотворенными, ни сотворенными”. Согласно парижским: “и одни называют их творениями, другие сотворенными и несотворенными, третьи ни несотворенными, ни сотворенными”.

2) В Paris, gr. 1242 то, что мы назвали Предисловием к “Опровержениям”, направленным против Прохора Кидониса, помещено на лл. 6-8 об. отдельно, без самих “Опровержений”. Это еще раз убеждает нас в правомерности отдельной публикации данного текста. Кроме того, здесь есть разбивка на абзацы; приятно было убедиться, что она близка к той, которую я дал в переводе. Далее в этой рукописи (с л. 9) следует сочинение Иоанна Кантакузина против Исаака Аргира; кто-то из читателей счел Предисловие к “Опровержениям” предисловием к этому сочинению, зачеркнул имя Прохора Кидониса, выскоблил “иеро” из слова “иеромонаха” и вписал туда “Исаак”. [328]

3) Почерк Paris, gr. 1241 (т. е. почерк Мануила Цикандилиса) оказался полностью тождественным с первым почерком московской синодальной рукописи № 233.

Ниже прилагаются:

1) Беседа Кантакузина с легатом Павлом (в июне 1367 г.);

2) Предисловие Кантакузина к “Опровержениям”, направленным против Прохора Кидониса (между ноябрем 1367 г. и апрелем 1368 г.);

3) Предисловие к “Переписке” Кантакузина с летатом Павлом (в промежутке между сентябрем 1368 и августом 1369 г.);

4) Письмо Кантакузина епископу Иоанну на Кипр (1371 г.).

В заключение от души благодарю Б. Л. Фонкича и А. И. Зайцева, помогавших мне в работе над этой публикацией.

Г. Прохоров

Комментарии

1. Что явствует из надписи “Арсений лг Dionisiou”.

2. Архим. Владимир. Систематическое описание рукописей Московской Синодальной (патриаршей) библиотеки, ч. I. Рукописи греческие. М., 1894, стр. 305.

3. 1. Н. П. Лихачев. Палеографическое значение бумажных водяных знаков, ч. III. Альбом снимков. СПб., 1899 (далее — Л), №№ 232-233, 907 = 1369 г.; Vladimir А. Моsin i Seid M. Тгаljic. Vodeni znakovi XIII i XIV vijeka, I-II. Zagreb, 1957 (далее — М), № 4682 = 1369 г.; 2. Л 163 = 1369 г., М, 5861 = 1360-1390 (1357) гг.; 3. Л, 251-252 = 1375 г., М, 2346 = 1375 г., 2347 = 1376 г.; Л, 2029 = ?, М, 4205 = 1371 г., - С. М. Вriquet. Les filigranes. Dictionnaire historique des maiques du papier, t. I-IV. Paris, 1907 (далее — Br), № 7397 = 1361 г.; 5. Л, 2122 = 70-е гг. XIV в., М, 2473 = 1366 г., Вr., 3564 = 1365-1375 гг.

4. Это: Paris, gr. 1240, Paris, gr. 1241; Paris, gr. 1242, Paris, gr. 1247; Vatic, gr. 673 п 674, Metoch. S. Sep. 130, MeteuroiV (tou Rousanou), № 23 и Моск. синод. № 254. Э. Воордекер (Е. Voordeckers. Quelques remarques sur les pretendus “Chapitres theologiques” de Jean Cantacuzene. — Byz. XXXIV, 1964, p. 620-621) в числе этих pyкописей называет также Vatop. 347, но это ошибка — там нет Atnirrhtka.

5. Образцы его почерка можно найти: Н. Omont, Facsimiles des manuscrits grecs datee de la Bibliotheque Nationale du IXе au XIVе siecle. Paris, 1891, №№ 87-88, 93; A. Tuгуn. Codices Graeci Vaticani saecules XIII et XIV scripti annorumque instructi. In civitate Vaticana, 1964, tab. 140, 142.

6. J. Meyendorff. Introduction a l'etude de Gregoire Palamas. Paris. 1959 p. 331

6a. 1. M, 4414 = 1373 г.; Л, 2040-2042 = 1360-1375 гг.; 2. Br, 11669 = 1364-1366 гг.; М, 6284 = 1364 г.; 3. Вг. 3230 = 1367 г.; М, 2160 = 1367 (1360-1380) г., 2161 = 1360-1370 гг., 2162 = 1360-1380 гг.; Л, 2082 = 1360-1380 гг. 4. Вг, 702 = 1362 г.; М, 197 = 1325-1328 гг. Арх. Владимир “омолодил” целый ряд греческих рукописей XIV в. “исихастского” содержания. Помимо упомянутых кодексов, отнесенных им к XV в., можно назвать: JV: 257 (164), Сочинения патр Филофея (по Влад. — XV в.); № 212 (69), Сочинения Гр. Паламы (по Влад. — XV в.); № 241 (389), Сочинения Нила Кавасилы (по Влад. — XV в.); № 394 (293), Жития (по Влад. — ХVI в.); № 431 (349), Сочинения патр. Филофея (по Влад. — XV и XVI вв.); № 236 (290), Полемический сборник (по Влад. — XV-XVII вв.). Более подробно об этих рукописях я надеюсь написать особо.

7. J. Meyendorff. Projets de concile oecumenique en 1367. Un dialogue inedit entre Jean Cantacuzene et le legat Paul. — DOP, 14, 1960, p. 149-177.

8. E. Vооrdeсkers. Op. cit., p. 619-620.

9. См. PG, t. СLI, col. 693-716.

10. G. Меrсati. Notizie di Procoro e Demetrio Cidone Manuele Caleca e Teodoro Meliteniota ad altri appunti per la storia della teologia e della letteratura bizantina del secolo XIV. — “Studi e Testi”, 56. Citta del Vaticano, 1931. p. 340.

11. Воспроизведение см.: A. Grabar. Byzantine painting, ed Skira, s. 1., 1953, p. 184.

12. FiloJeu proV ton jilosojon Grhgoran logoV antirrhtikoV ib (Порфирий Успенский. История Афона, III. Афон монашеский, 2. СПб., 1892, № 50, стр. 849, а также PG, t. 151, col. 1128).

13. FiloJeu logoV istorikoV eiV thn para twn Latinwn gegonuian poliorkian kai alwsin thV HrakleiaV . — “Sullogh Ellinikwn anekdotwn”). Epistasia K. Triantajullh kai A. Grappoutou, tomoV A. teucoV A. en Benetia 1874, sel. 8.

14. Феофан. Житие Максима Кавсокаливита. — “Афонский Патерик”, I. M., 1897, стр. 49.

15. С. Р. Куrris. John Cantacuzenus and the Genoese 1321-1348. — “Miscellanea storica ligure”, III. Milano, 1961, p. 22.

16. Cp. G. Ostrogorsky. History of the Byzantine State. New Brunswick — New Jersey, 1957, p. 433-434.

17. FiloJeu logoV ekgwmiastikoV eiV ton Grhgorion ton Palaman. — PG, t. С LI. col, 580,

18. “Афонский Патерик”, I, стр. 38.

19. Там же, стр. 46.

20. “Ты не хочешь монахом беззаботно довериться мне, — говорит под пером Григория Паламы персонифицированная Благодать, — ... Не хочешь этого? И с целомудрен-ной супругой, любимой тобой, я приветствую тебя и принимаю нисколько не хуже... Ты, пожалуй, боишься бедности и простоты (монашеской) жизни, тяжести поста, суровости иного лишения, стесненности во всем житья, необычности уклада, не можешь жить вне города, без домашнего очага, нестяжательным? Живи в своем городе, считая своим какой хочешь; имей жилище, соответствующее характеру климата, имей пропитание и одежду и будь этим доволен. Я не понуждаю тебя сурово отрешиться от всего против воли: стремись к одному только необходимому и не предавайся стяжательству” (LogoV epistolimaioV proV Iwannhn kai Qeodwron. — Св. Григория Паламы, митрополита Солунского, три творения, доселе не бывшие изданными, изд. еп. Арсений. Новгород, 1895, стр. 16). Еще резче эта тенденция выражена у Николая Кавасилы: “и искусствами можно пользоваться без вреда, и к занятию какому-либо нет никакого препятствия, и полководец может начальствовать войсками, и земледелец возделывать землю, и правитель управлять делами...” (Семь слов о жизни во Христе. М., 1874, стр. 136).

21. К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения, т. 21, стр. 495.

22. FiloJeu logoV ekgwmiastikoV... PG,t.CLI,col. 603 (цитирую в переводе иером. Антония. — “Житие и подвиги св. Григория Паламы. архиепископа Фессалоникского”. Эдесса, 1889, стр. 73).

23. J. Meyendorff. Introduction a l'etude de Gregoire Ра1аmаs. Paris, 1959, p. 170.

24. FiloJeu proV ton jilosojon Grhgoran logoV — Порфирий Успенский. — Указ. соч., стр. 850

25. J. Meyendorff. Projets…, p. 151.

26. PG, t. CLII, col. 1411-1412

27. З.В. Удальцова. Борьба византийских партий на Флорентийском соборе и роль Виссариона Никейского в заключении унии. – ВВ, III, 1950, стр. 115

28. ta pantwn aiscista kai deinotata - FiloJeu logoV istorikoV …, sel. 11

29. Ф. И. Успeнский. История Византийской империи, т. III, M.-Л., 1948,
стр. 748.

30. ThneV de twn entauJa oi men ekeise automolousin, oi de mh eionteV eukolwV touto poihsai prosmenousin wde kai mh boulomenoi (cp. J. Meyendorff. Piojets..., p. 176).

31. Ibid., p. 160.

32. Ibid., p. 152, 161.

33. Cм. K. Krumbacher. Geschichte der Byzantinischen Litteratur von Justinian bis zum Ende der Ostroemischen Reiches, 527-1453. Muenchen, 1897, S. 488; R. J. Lоenertz. Les recueils de lettres de Demetrius Cydones. — “Studi e Testi”, 131. Citta del Vaticano, 1947, p. 111.

34. См. G. Merсati. Op cit., p. 47-49.

35. Под соборным определением нет подписи императора (см. PG, t. СLI, col. 715-716).

36. В этом проекте сказано, что борьба между Варлаамом и Паламой началась почти тридцать лет назад (pro cronwn d'egguV twn triakokta  — G. Meгсati. Op. cit., p. 210, n. 2; p. 213-214). Меркати, отправляясь от 1339 г., датирует документ 1369-70 гг. Представляется, однако, что 1368 г. больше соответствует данным источника.

37. G. Merсati. Op. cit., p. 49-51.

38. Л. Максимович в недавно вышедшей работе [Л. Макcимовић, Политичка улога Iована Кантакузина после абдикациjе (1354-1383). — ЗРВИ, IX, 1966, стр. 161-162] доказывает, что эта дискуссия состоялась в 1366 г. Согласиться с ним не позволяет ясное указание самого Кантакузина, что разговоры с Павлом велись им после вторичного прибытия того в Константинополь в начале 6877 г., т. е. после сентября 1368 г. См. перевод предисловия к “Переписке”.

39. Перечень девяти сохранившихся списков “Переписки” см.: E.Voordeckers. Op. cit., p. 620.

40. G. Оstrоgоrskу. Op. cit., p. 480.

41. F. Miklоsiсh, I. Mueller. Acta Patriarchatus Constantinopolitani MCCCXV-MCCCCII, t. I. Vindobonae, 1860, p. 501.

42. Ibid., p. 503

43. Ibid., p. 530

44. Ibid., p. 506

45. Ibid., p. 568

46. Ibid., p. 574.

47. J. Meyendorff. Projets..., p. 161.. В 1347 г. новгородцы отказались обсуждать вопросы веры с католиками шведами, предложив им обратиться в Византию. Шведы вызывали новгородцев на такой диспут перед тем, как пойти на них войной (См. John L. I. Fennеll. The Campaign of Magnus Eriksson against Novgorod in 1348: an Examination of the Sources. — “Jahrbuecher fuer Geschichte Osteuropas”. Neue Folge, Bd. 14, H. 1, Marz 1966. Wiesbaden, S. 1-9). Теперь же Византия получила отказ от католиков.

48. Ср. J. Meyendorff. Projets..., p. 151-152.

49. Письмо Иоанна Кантакузина епископу Иоанну на Кипр, перевод которого прилагается нами в конце публикации, датировано 1371 г. (J. Darrouzes. Lettre inedite de Jean Cantacuzene relative a la controverse palamite. — REB, XVII, 1959, p. 7-12, 50).

50. He могу согласиться с мнением Л. Максимовича (Л. Максимовић. Политичка улога..., стр. 180), что религиозная капитуляция Иоанна Vв Риме была тяжелым ударом по престижу и политике Кантакузина. Мне кажется, напротив, Кантакузин и патриарх Филофей в 1367-1370 гг. одержали победу и сумели отстоять и укрепить позиции исихастской церкви в стране. Поражение же потерпела и внешняя, и внутренняя политика Иоанна V Палеолога.

51.. Ср. G. Оstrоgоrskу. Op. cit., p. 492.

 

Текст воспроизведен по изданию: Публицистика Иоанна Кантакузина 1367-1371 гг. // Византийский временник, Том 29 (54). 1969

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.