Версия для слабовидящих |  Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

№ 318

Донесение К. К. Родофиникина А. А. Прозоровскому со сведениями о внутриполитическом положении Сербии и необходимой ей помощи

№ 193

9 ноября 1807 г. Белград

Милостивый государь! Повеление вашего сиятельства от 19 октября 1 я имел честь получить сего ноября 5-го дня на дороге по случаю отъезда моего отсюда с Черным Георгием, а потому и принужден был отложить до сего дня донесение мое по содержанию оного.

Во время существования здесь правительства турецкого сербы были порабощены до высочайшей степени, следственно, между ими не было ни же следов просвещения, между ими не было ни дворянства, ни купечества, были по городам и по селам кнези и над всякою нахиею или уездом обер-кнези, не иное что значущие, как старосты. Последних выбирал народ, а паша утверждал, первых же и вторых последние утверждали; обязанность сих кнезов была — сбор податей. Сверх сего было в Сербии, подобно как и в других областях турецких, немалое число разбойников 2, сии, присоединясь к недовольным, принудили народ восстать, и сии, яко храбрейшие, взяли поверхность, из них-то ныне состоит большая часть субалтерных начальников сербских, кои, кроме личного интереса, ничего более не разумеют. Самовластие сих начальников, коих никто не [432] наказывает, делает им приятным настоящее положение их, и весьма мало желают видеть устройство земли и существование законов, коим бы они долженствовали покориться. Главнейшие начальники, кроме верховного, коих и народ уважает и кои желают добро своей земле, суть: Миленко в Порече, Яков (Яков Ненадович) в Шабаце с протопопом Матфеем Ненадовичем и архимандрит Мелентий в Сокольской нахии.

До 3 тыс. иностранцев (Т. е. — беженцев) из Боснии и Болгари, живущих одним оружием и грабежом, служат при разных начальниках, при ином 20, при ином 100. Сих иностранцев можно легко собрать в корпус, если им давать хлеб и хотя небольшое жалованье, тогда отимутся от поглаварей инструменты их могущества. Я говорил о сем с Черным Георгием, и он согласился с моим мнением, вследствие чего будут приняты меры к приведению сего в исполнение, не подав поглаварям повода к неудовольствию.

Черный Георгий желает устройство, надеясь, что тем утвердится в земле верховная его власть. 3 По военным делам действительно все признают его верховным вождем, по прочим же — всякий комендант в своей нахиц делает, что хочет. С приезда моего только начали коменданты быть покорнее. Черный Георгий теперь в полной мере предан России, ибо понимает, что без ее сильной помощи все им сделанное поныне будет тщетно. Народ весь привержен к России, искренне любит российское имя и на единую Россию возлагает всю свою надежду, которая одна токмо и поддерживает оной. Если бы не надеялись на Россию, от которой ожидают скорой конец настоящему своему положению, то большая часть разбежались бы в Цесарию, хотя австрийцев не любят нимало.

Митрополит здешний (Леонтий Ламбрович) в несогласии с старейшими; причиною тому старания его, чтоб воздерживать их от свирепых их поступков, к коим они весьма наклонны. Митрополит, однако, по словам старейших, сам не вовсе соблюдает правила своего сана; я, однако, еще ничего не открыл, Черный Георгий равномерно ныне его не любит и весьма желает его сменить.

При всем сем внутреннем неустройстве, сербы успели туркам вперить великий страх, а наипаче Черный Георгий.

Если настоять будет война, можно извлечь от сербов немалую пользу, ибо на войну, подкрепляемую российским оружием, охотно все начальники пойдут, имея надежду обогащаться грабежом турецких селений и городов. Останется тогда ими руководствовать и направлять их, удерживая поколику возможно от зла.

Что касается до существенных нужд сербских, то оные простираются почти на все предметы. Пороху они издерживают не в пример более регулярного войска, никак не можно удержать сербина, чтоб при выходе из деревни в походе не сделал 2 или 3 выстрела, а после малейшей победы и 10. Для лучшего сохранения последне-присланный порох и свинец, который здесь получен исправно, я приказал без моего ведома никому не отпускать, без чего не стало бы оного и на краткое время. Пушечных ядер у них весьма мало, хлебных магазинов вовсе не имеют. Всякой сербин, идущий на войну, берет с собою кукурузной муки сколько поднять может, по окончании коей, если дадут ему хлеба коменданты, остается, в противном же случае возвращается домой. Ныне заводится здесь по моему секретному распоряжению небольшой хлебный магазин.

Ружей, сколько таковых ни будет вновь доставлено, можно толикое ж число новых ратников вооружить в Боснии, где по сведениям, мною [433] полученным, оказывается возможным христиан возбудить к ополчению противу турок, ибо здесь в Сербии и так уже мало рук остается для обрабатывания земли. 4 Черный Георгий весьма желал бы иметь несколько тысяч ружей с штыками.

Для сербов пеших сделано уже по моему наставлению до 4 тыс. пик коротких, с коими теперь могут действовать и в поле и защищаться от неприятельской кавалерии, таковых же пик будет сделано и большее количество.

Доходы земские здесь все расходятся по карманам поглаварей сербских, так что нет никогда ни копейки на нужные издержки, а посему самому буде приказано им будет действовать, должно иметь всегда в наличности несколько денег как для нужд войск, так и для обращения самых турок. Теперь, кажется, можно бы ограничить вспомоществование в присылке им еще пороха и свинцу сколько благоугодно будет вашему сиятельству и 5 или 6 тыс. червонных для покупки ядер и заготовления провианта. Оной порох и свинец можно подобно последнему перевезти. Турки, по сведениям, мною полученным из Адакале и Орсовы, нимало не подозревают, чтоб то был порох и свинец, а думают, что было имущество сербское, которое якобы ими было послано для хранения в Валлахии и теперь перевезли обратно в Сербию.

Не бесполезно бы было так же прислать сюда в виде курьера ко мне искусного офицера, который мог бы осмотреть имеющийся здесь пороховой завод и наставить сербов исправить все должным образом, равномерно осмотреть и крепости и подать совет, что в оных наиболее нужно исправить. Во время правления турок близ Пореча искапывали до 5 тыс. пуд. олова ежегодно. Теперь сербы могли бы оттуда же доставать нужное им количество, но не имеют мастера. Здесь открыты рудники серебренные, и в оных производится работа, немалое количество металла справлено, но не имеют мастера, чтоб очищать серебро, а рудники, по словам всех, весьма богатые. 5

Совета сербского я нашел одну токмо тень. Ныне, однако, оный мало помалу берет силы и входит в дела; Черный Георгий прибыл сюда на прошедших днях по моему приглашению, дабы обуздать свирепость коменданта и дать более власти Совету. 6

Относительно до впечатления, какое произвело в сербах отступление г. генерал-майора Исаева и перемирие с турками, имею честь донести, что одно и другое взволновало умы до крайности противу нас. Сам я был подвержен опасности соделаться жертвою отчаяния сербов и еле успел сам и посредством приверженных мне мало помалу успокоить умы и оные обратить по-прежнему на прямой путь.

Политических сношений не существует между Австриею или Франциею и главным вождем здешним.

В заключение остается мне донести вашему сиятельству о роде обнадеживаний и актов, данных сербам.

Депутатам сербским, приезжавшим в Санкт-Петербург, сколько мне известно, кроме словесных обнадеживаний, никакие акты письменные от министерства не даны. До вступления войск в Молдавию и по вступлении я посылал сербам нарочных, переписывался с сербами, но никогда имени своего не подписывал. Из Тулчина до вступления войск было прислано от покойного господина генерала от кавалерии Михельсона к генеральному консулу в Яссах письмо на адрес Черного Георгия, которое и отправлено, но содержание оного мне неизвестно. Из Бухареста по прибытии туда войск послано от его же высокопревосходительства письмо, к Черному Георгию и к народу адресованное, оное дано было мне для прочтения при [434] прусском министре бароне Пилсахе и в тот же день отправлено самим господином главнокомандующим 7. Сим письмом, сколько помнится мне, приглашались сербы действовать единодушно с нами противу турок и что не будут оставлены; копия с оного должна иметься в канцелярии его же высокопревосходительства.

За сим посланы сабли к Черному Георгию, к коменданту Миленке и духовный крест дан иероманаху Досифею (Досифей Обрадович) при письмах от покойного господина главнокомандующего, коих копии тоже должны существовать в канцелярии. Кроме сего, никаких актов или постановлений, сколько мне известно, не имеется с сербами.

Пребываю с истинным высокопочитанием и неограниченною преданностию вашего сиятельства, милостивого государя, всепокорнейший слуга

Константин Родофиникин

ЦГВИА СССР, ф. ВУА, д. 394, ч. 1, л. 41—48. Подлинник.


Комментарии

1 См. док. № 313.

2 Родофиникин имеет в виду гайдуков. Они были известны в сербских и других балканских землях как разбойники на дорогах еще со средневековья. В период турецкого господства трудно провести границу между разбоем на дорогах и началом сопротивления народа против социального угнетения и экономической эксплуатации.

3 Об отношении Карагеоргия и воевод подробнее см.: Джopджeвиh M. Политична историjа..., кнь. 1, с. 203—208.

4 Подробнее об этом см.: Чубриловиh, В. Први српски устанак ..., с. 75—76.

5 Подробнее об этом см.: Милиh Д. О рударству Србиjе у првом устанку. — Зборник Myзeja првог српског устанка, Београд, 1964—1965, № 3—4, с. 76—78.

6 См.: Jaнкoвuh Д. Правительствуjшчи Coвjeт.

7 См.: Живот и дела ..., кнь. 1, с. 172; Дубровин Н. Ф. Сербский вопрос...

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.