Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

НОВЫЕ ТУРЕЦКИЕ ДОКУМЕНТЫ XVI В. ИЗ РУКОПИСНЫХ КОЛЛЕКЦИЙ ЛЕНИНГРАДА, БУДАПЕШТА И БЕРЛИНА

ДАРСТВЕННЫЕ ГРАМОТЫ (МЮЛЬК-НАМЕ) И УКАЗ (НИШАН) СУЛТАНА МУРАДА III

Публикуемые ниже две дарственных грамоты и указ, исходящие от имени одного и того же султана — Мурада III (1574-1595), несомненно, представляют исключительный интерес в качестве материала для изучения экономической истории Османской империи данного периода. Как мы уже отмечали ранее 1, история развития земельной собственности типа мюльк в средневековой Османской империи до настоящего времени почти совсем не изучена. Отсутствие в распоряжении историков соответствующих документальных источников — главная причина слабой разработки этой темы. Извлечение из архивов и публикация материалов, относящихся к мюлькам, представляется одной из насущных задач современной историографии турецкого средневековья. Без раскрытия социально-экономического значения и эволюции этой категории собственности вряд ли возможно до конца понять и объяснить характер и конкретные формы развития турецкого феодализма в целом.

Важность публикуемых нами документов определяется их содержанием и почти одновременностью появления на свет.

Прежде всего, они свидетельствуют о том, что в конце XVI в. высшая сановная верхушка, пользуясь покровительством султана и его именем, одаряла друг друга колоссальными земельными угодьями, получаемыми ими из фонда государственных и султанских земель в полную, ничем не ограниченную собственность. Подтверждением этому являются не только сами грамоты, но и подписи под ними в качестве свидетелей, по существу, одних и тех же высших государственных сановников, начиная от великого везира и кончая главными казначейскими чинами из дефтердаров.

Так, мюльк-наме, выданная на имя знаменитого своим несметным состоянием, пять раз занимавшего пост великого везира Коджа Синан-паши 2 подписана, за исключением его самого, теми же лицами, что и мюльк-наме на имя Мехмед-аги, занимавшего пост аги внутренних покоев султана. Но в этой, последней, имеется и подпись самого Синан-паши.

Можно предполагать, что такого рода дарственных грамот было выдано немалое количество. Именно к этому времени (1587 г.) относится [29] изданная В. Бьёркманом жалованная грамота того же султана Мурада III на имя бейлербея Румелии и везира Мехмед-паши, получившего за верную службу в полную собственность деревню Зейтун с доходом в 51 699 акче в санджаке Мараш 3.

С уверенностью можно ожидать раскрытия новых документов, которые подтвердят широкий размах изъятия земель из государственного фонда и передачи их в собственность сановным лицам 4.

Ценность публикуемых документов состоит еще и в том, что в них довольно отчетливо раскрывается одна из причин, по которой государственные земли переходили в полную частную собственность. Причина эта заключалась в том, что система централизованного управления землями приходила во все больший упадок. По-видимому, это особенно касалось земель, отдаленных от центра, доходы с которых стало собирать все труднее. Это обстоятельство ясно мотивировано в мюльк-наме на имя Мехмед-аги, а также в грамоте, опубликованной В. Бьёркманом 5. В них говорится о засилье "разбойников и смутьянов" или о том, что земледельцы, жалуясь на произвол сборщиков налогов и местных владетелей, убегают со своих земель, которые в результате этого приходят в полное запустение 6.

Не менее важно и интересно узнать, что передача в собственность земельных угодий на Дунае у переправы под Измаилом оправдала себя, и менее чем через полгода в публикуемом нами указе отмечается, что там наведен полный порядок. В результате этого султан Мурад III передал в руки Мехмед-аги по его просьбе и сбор таможенных пошлин с пристани Измаила, поступавших ранее в казну. Наверное, сделка стоила немалых приношений султану со стороны Мехмед-аги. В указе это обстоятельство, конечно, не зафиксировано, и мы можем пока лишь строить предположения о размерах взятки. Несомненно, в султанских документах, фиксировавших доходы, были отражены и такого рода поступления. Все это могут раскрыть лишь архивы двора турецких султанов.

Исключительно важен перечень имущества, содержащийся в заключительной части дарственных грамот. В нем перечисляются не только земли, горы, реки, озера, леса и прочие угодья, но и все жители данной области — райяты и дети райятов вместе со всеми причитающимися с них податями и повинностями, поступавшие в полную собственность своих новых хозяев. Последние получали право дарить, продавать, отказывать в вакф, по своему усмотрению передавать в наследство все, что ими было получено по данной грамоте.

Интересно отметить, что в дарственной грамоте на имя Синан-паши не содержится пограничной описи (синур-наме) передаваемых ему земель. Между тем для мюльк-наме это считается обязательным в ХУ и особенно XVI вв. 7 В мюльк-наме, выданной Синан-паше, указаны названия деревень и пахотных угодий (мезре'а) и суммы доходов, поступающих с каждого из них. Возможно, этот факт объясняется большой разбросанностью земельных угодий и их удаленностью от центра, вследствие чего они не могли быть точно учтены. Возможно, что пограничная опись существовала отдельно. Во всяком случае, различие в форме и содержании публикуемых нами грамот мюльк-наме дает нам новые материалы для более глубокого и разностороннего изучения этого очень важного социально-экономического института в Османской империи. Однако рассмотрение всех этих вопросов в более широком аспекте будет возможно лишь после накопления большого количества жалованных грамот типа мюльк-наме в их [30] разнообразных формах. Как мы надеемся, этой цели будут служить и публикуемые нами грамоты.

Предлагаемому ниже переводу текста документов предшествуют сведения о местонахождении каждого из них и характеристика их с точки зрения палеографии. Все три грамоты представляют собой во всех отношениях блестящий образец турецкой дипломатики XVI-XVII вв. Им свойственна чрезвычайно сложная структура, крайняя вычурность и витиеватость слога и язык, до предела нагруженный арабо-персидской лексикой, кораническими изречениями. Чтение и перевод документов составляют едва ли не самую трудную часть работы, которая, как известно, отпугивает многих историков.

В грамотах представлены все обязательные для дипломатики XVI в. элементы. И хотя документы составлены по одному шаблону, набор встречающихся в них словосочетаний, эпитетов и разного рода определений поражает разнообразием и изощренностью.

Вступительная часть (начальный протокол) грамоты на имя Мехмед-аги предваряется формулой религиозного посвящения, которая стоит над монограммой султана — тугрой. В первой из них (в нашей публикации № 2) она начинается словами: "Он (Аллах) всемогущий, не нуждающийся ни в чем ..." (***) i а во второй (№ 3) выражена иначе: "Упоминание Аллаха есть лучшее из начал..." (***). В мюльк-наме на имя Синан-паши (№ 1) религиозное посвящение отсутствует.

Стоящая в начале каждой грамоты и подтверждающая ее подлинность тугра содержит имя султана, от которого исходит данный документ.

Текст вступительной части обычно начинается строкой, которая зрительно представляется как бы основанием, на котором лежит тугра. Эта вводная формула для жалованных грамот (мюльк-наме и бератов) имеет однотипное, с небольшими вариациями, содержание: "Повеление благородного, высокославного, великодержавного султанского указа ... таково" (***).

Далее обычно следует строка с первым словом *** — "Так как ..." и вознесением хвалы в адрес Аллаха и пророка, а затем дается обильно подкрепляемое изречениями из Корана изложение обоснований, которые побуждают дарителя (т.е. султана) к добродеянию по отношению к его подданным, и особенно наиболее верным слугам его.

Переход ко второй части — основному тексту грамоты — обозначен формулой публичного объявления: "На основании этого, предъявитель [настоящего] высочайшего ... указа" (***), которая заканчивается титулом одаряемого с выражением ему благопожеланий и описанием его заслуг.

Изложение обстоятельств дела составляет основную часть текста каждой грамоты. Здесь дается подробный перечень жалуемых в собственность земель, угодий и других объектов с обозначением размера дохода с каждой деревни и общей суммы дохода со всего, что перечислено в данной грамоте, как, например, в мюльк-наме на имя Синан-паши, или перечень жалуемых земель с подробным описанием границ всего владения, но без указания доходов, как в мюльк-наме на имя Мехмед-аги. Очевидно, возможны различные варианты, в зависимости от состояния жалуемого объекта и иных конкретных условий. [31]

Распоряжение по существу дела выражено словами: "Я передал в мюльк и подарил" ..."издал настоящую грамоту и повелел" (***). В этом пункте также, как мы видим в наших документах, возможны варианты запрещения нарушать кому-либо данное распоряжение под угрозой божьей кары и наказания довольно стереотипны и обычно имеются во всех такого рода документах. Эта часть заключается всегда следующим традиционным удостоверением: "Пусть знают это! Пусть оказывают доверие благородному знаку!" (т.е. тугре: ***)

В конечном протоколе указаны дата и место составления грамоты. Далее следуют подписи свидетелей, подтверждающих подлинность и законность изложенного в документе. Подписи свидетелей сопровождались разной степени сложности формулами удостоверения, которые были чрезвычайно разнообразны 8.

В жалованных грамотах наибольшее затруднение возникает при чтении географических наименований, относящихся к неизвестным деревням и пахотным угодьям (мезре'а), которые практически установить и точно передать не всегда представляется возможным. Поэтому в наиболее сложных случаях приходится прибегать к системе транслитерации. Известная условность остается и при передаче некоторых неясно читаемых имен собственных.

Ниже следуют перевод и передача арабской графикой текста. Факсимиле публикуемых нами документов приведены в конце книги.


Комментарии

1. a.c. Тверитинова, Дарственная грамота (мюльк-наме) султана Селима II на имя везира и капудана Пияле-паши (1567 г.). — "Письменные памятники Востока. Ежегодник 1971", М., 1974, стр. 109-126.

2. О Синан-паше и его состоянии см.: В.П. Мутафчиева, Опись хассов великого везира Синан-паши, — "Восточные источники по истории народов Юго-Восточной и Центральной Европы", т. 1, М., 1964, стр. 236-252. Там же и соответствующая библиография. В данную опись включены только служебные имения Синан-паши. Мюльковые земли в ней отражения не получили.

3. W. Bjorkman, Ein turkischer Schenkungsbrief vom Jahre 1587, — “Orientalia Suecana”, vol. III, fasc. 2/4, Uppsala, 1954, стр. 144-154

4. Доказательством тому служат около двух десятков мюльк-наме, адресованных в конце XVI и начале XVII в. различным сановным лицам. Эти грамоты опубликованы в знаменитом собрании султанских документов Феридун Ахмед-бея (Feridun Ahmed Bey, Munse' at-is-Selatin, c. 1, Istanbul, 1274, Стр. 608-610, с. 2, 1275, стр. 358-374).

5. W. Bjorkman, Ein turkischer Schenkungsbrief..., стр. 146-147.

6. "Известно, что в это время шли затяжные малоуспешные войны Османской империи с Австрией и Ираном, огромной тяжестью ложившиеся на плечи народных масс. Бесконечные чрезвычайные поборы и повинности вызывали упорное сопротивление последних. В результате этого в некоторых областях османы с трудом удерживали в своих руках бразды правления. По словам турецкого историка, султаны почти полностью утратили власть в непосредственно принадлежавших им таких опорных пунктах, как Браила, Килия, Измаил, Силистра, Джурджа, Русчук, Аккерман, Варна (см.: I.H. Uzuncarsili, Osmanli Tarihi, с. III, I. Bolum, Ankara, 1951, стр. 72-76),

С течением времени для удержания в руках земель в бассейне нижнего Дуная пришлось прибегнуть к заселению Юго-Восточной части Бессарабии (по-турецки Буджак) племенами ногайских татар. Для наблюдения за последними в казах Исмаил Гечиди, Килия, Аккерман находились каймакамы (помощники кадиев) от крымского хана. См.: там же, с. III, 2. Kisim, Ankara, 1954, стр. 41.

7. См.: В.П. Мутафчиева, Аграрните отношения в Османската империя през XV-XVI вв. София, 1962, стр. 94-95.

8. См.: Feridun Ahmed Bey, Munse' at-is-Selatin, с.II, стр. 388-390.

Текст воспроизведен по изданию: Новые турецкие документы XVI в. из рукописных коллекций Ленинграда, Будапешта и Берлина // Письменные памятники Востока. 1972. М. Наука. 1977

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.