Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

Взгляд на законодательство Греков, находящихся под господством Турецким.

(Из Фр. журнала: Фемида или Библиотека законоведения.)

Греки неменее славились законами своими, как философией и произведениями художеств; к ним прибегали Римляне искать начал для своего законодательства, и между ними же составлена [114] была знаменитая система Римского права при Императоре Юстиниане.

Обитатели Греции не все управляются одинакими законами. Потомки Греков сохранили древние уставы; победители же имеют свой собственный кодекс законов, которому неуспели они подчинить побежденных. Нынешние Греки управляются теми же почти законами Юстиниана. О причинах перемен в них скажем после; теперь же рассмотрим: каким образом могло случиться, что Греки, стонущие под игом народа столь завистливого, столь ревностно распространяющего свои правила и мнения, свои предрассудки и невежества - каким образом Греки могли удержать прежние законы?

Оттоманские Государи, при всей жестокости характера, были в добавок еще хитры и предусмотрительны в своих замыслах; понимав сколь велико влияние духовенства на народ, который желали удержать в повиновении, они нескупились предоставлять почести и преимущества Константинопольским Патриархам; с другой стороны еще значительная часть Греции (Пелопонес, Афины, многие острова [115] Архипелага) не вдруг признали господство Турков; вот почему Султаны за нужное почли обходиться ласково с провинциями, бывшими уже под их владычеством. В последствии времени, хотя не совокупные, однакож частые востания разных провинций (особливо же Албании под управлением Сканденберга, Епира при Иоанне по прозванию Мудром и других) вразумили победителей, что одним только способом можно обеспечить господство над побежденными, именно ласковым обхождением. Даже и владея всею Грецией, в случае войны с каким-либо соседственным государством. Двор Константинопольский рассылал ко всем своим чиновникам особые предписания о том, чтобы в обхождении с Греками употреблять средства не столь Суровые.

Как скоро сделалось известно Туркам, что Греки непреклонно желают остаться отдельным народом, что дорого ценят свою национальность, все прочее отвергая; то победители и склонились предоставить им собственное их судопроизводство, по крайней мере в делах гражданских, не лишая их также и прежних законов, с немногими только изъятиями, о которых ниже будет упомянуто. [116]

Вот истинная причина предложенного нами состояния, в каком находится законодательство Греков. Весьма ошибаются некоторые путешественники, приписывая оное невнимательному равнодушию Турков; напротив того сии властелины каждому весьма известны своею нетерпимостию (Не место здесь распространяться, до какой степени простирается сходство между нынешними Греками и древними; довольно будет сослаться на мнения некоторых писателей. Миллер в своей Истории пишет, что Майноты имеют на себе все признаки древних Спартанцев. Другие племена Греческие хотя изменились от стечения обстоятельств, однакож не совсем выродились. Кто вникнет в их отношения, кто всмотрится в их жизнь домашнюю; тот легко узнaет, что они многое сберегли от предков: чувство красоты и свободы, столь видное у древних, и ныне еще не исчезло. Утесняемые, томимые нуждою, и теперь еще любят они предаваться воспоминаниям о подвигах предков, и питать душу ими (Voyage Litt. de la Grece, par Guys)).

Законы Греков нынешних называются Греко - Римскими или Восточными.

Спустя несколько веков после Юстиниана оказавшиеся перемены в [117] духе и обычаях народа требовали перемен и в законах соответственно обстоятельствам. Одною из главных причин оказывается та, что Юстинианово собрание было написано на Латинском языке, чуждом народу, которым долго еще управляли преемники оного Императора (Еще при Юстиниане Италия, покоренная варварами, непринадлежала более Константинопольскому Царству, а со времен Юлиана Императоры вообще употребляли язык Греческий. Однакож Юстиниан называет Латинский язык отечественным, хотя сам знал его еще менее нежели те люди, которым поручено было собирать и приводить в порядок законы. Греческой язык знакомее был нетолько Императору, но и самым законоведцам; вот доказательство: собирая творения прежних законоискусников Римских, они употребляли и язык Латинский; как же скоро дошла очередь сочинять Новеллы (Novellae), они прибегали к Греческому; ибо, желая написать красноречиво, не могли управлять чужим языком, и здесь - то обнаруживалось их тщетное желание).

Хвала за сделанные перемены в законах сообразно состоянию нации принадлежит Василию Македонянину и его потомкам. Одержав победу над Срацинами, он приступил [118] к исполнению подвига великого; сын его, Лев Ученый, или Философ, по смерти отца своего продолжал начатое, и довел его до конца вожделенного. Константин Багрянородный, преемник Льва, исправив оное собрание, издал его во второй раз, и сие - то издание было единственным оффициальным текстом, равно как в законодательстве Юстиниана известный Codex repetita praelectionis.

Законы сии назывались Василиками (Basilikai diataxeiV, Basiliques), именем, которое может равно значить узаконения как Царские, так и Василиевы. Титул сей удержан и при Константиновом издании.

Кроме Юстиниановых законов, редакторы Василик пользовались примечаниями на оные Греческих юристов, также Епархическими книгами (Епархики заключали в себе собрание повелений даваемых Префектам когорт Преторианских. Епарх то же, что Префект) и разными узаконениями преемников Юстиниана. Сей запас материалов дополняем был поправками и прибавлениями, каких требовали новые обычаи и дух времени. [119]

Оные три Монарха, один после другого старавшиеся привести к концу собрание законов, отличились каждой своими качествами при исполнении столь важного дела: Василий особенною любовию к справедливости, Лев редкими и глубокими сведениями, Константин соединением в себе качеств обоих предшественников.

Василики разделены на шесть частей и на шестьдесять книг, от чего и назывались то шестью, то шестьюдесятью книгами. Куяций и другие знаменитые законоведцы с великою пользою читали оное собрание, которым руководствовались и при объяснении Юстиниановых законов. К сожалению, мы неимеем еще ни одного полного издания, которое из всех шестидесяти книг состояло бы (Г. Пилат, в Вене, приготовляет полное издание Василик, и намерен обнародовать некоторые части Римско-Греческого права, еще ненапечатанные. Он достал себе копию Парижской рукописи, а теперь имеет удобный случай найти множество материалов в Венской библиотеке, богатой рукописями по сей части).

Умолчу о некоторых остатках законов, которые изданы были после [120]

Василик, и упомяну о Ручной книге Гарменопула (Имя Греческого законоведца, жившего в XIV веке). Ето сочинение лучшее из всех, которые были им изданы, заключает в себе систему Греческого законодательства со всеми его переменами, сделанными при последних Императорах Константинопольских. Книга его писана лет за сто до покорения Турками Византийской столицы. На каждой странице можно видеть глубокий ум и обширную ученость автора. Слог его ясен и совершенно таков, каким должен писать законоведец.

Гарменопул почерпал из достоверных источников, как - то из Юстиниановых законов, из Василик и постановлений восточных Императоров, начиная с Константина Багрянородного до Государей, царствовавших при жизни сочинителя.

Не оставил он без внимания (как сам говорит в предисловии) и других творений, к науке Греко-Римского права относящихся, которые тщательно сличал с упомянутыми выше [121]   источниками, а особливо с собранием законов Императора Василия.

Ручная книга (proceirwn twn nomwn) имеет силу законов. Она давно уже переведена на новый язык Греческий, разумеется, не для чего иного, как для всеобщего в народе употребления (Перевод сей был несколько раз напечатан в Венеции, где выходили в свет многие книги, необходимые для Греков. В последние годы учреждены были типографии в Константинополе, в Кидонии (ето городок Айвала, недавно разоренный Турками до основания) и на острове Хиосе). В случаях трудных советуются с Василиками, в обыкновенных же руководствуются книгою Гарменопула; сверх того еще в некоторых областях существуют обычаи, имеющие силу законов.

Ежели станем рассматривать дух законов Греческих; увидим, что они, кроме немногих отмен малозначительных, ни в чем не разнятся от Римского законодательства Юстинианова, по крайней мере касательно главных оснований; а по етому самому они сколько близки к [122] просвещенному законодательству государств Европейских, столько далеки от Турецких узаконений. Не место здесь входить в подробнейшее оных рассмотрение; мы обратим только внимание на статьи, относящиеся к супружеству, именно по той причине, что с одной стороны предмет сей имеет ближайшую связь с иными предметами Гражданского права, а с другой, что от него зависит состояние женщин и что следственно имеет он сильное влияние на обычаи всего народа, и даже на самое правительство.

Околичности, наблюдаемые при заключении супружества, не все походят на те, какие предписываются Французским Уложением; но они проистекают из одного источника с сими последними и с ними вместе стремятся к одной цели. Таким образом вместо предварительного объявления о браке, употребительного во Франции, у Греков отменно уважается обручение, совершаемое в присутствии родителей и ближайших родственников, имеющих право несогласиться на предполагаемое бракосочетание. Обстоятельства и условия союза, равно как проистекающие из их [123] повинности, также права и обязанности супругов, во всем почти сходны с нашими; разность в том только, что препятств ко вступлению в супружество горазда более в Греции, нежели во Франции. Правила сии, мне кажется, сообразны существующим обычаям, и они имеют спасительное на народ влияние; ибо как не редко случается, что братья и дети их живут в одном отцовском семействе, то и союз родства становится крепче: дядя почитается за отца, брат двоюродный за родного и так далее, и сия связь родственная вознаграждает недостаток политического единства - обыкновенное следствие деспотизма.

Какая же, разность в основаниях между Греческим правом и Турецкими уставами! Здесь ни к чему неведут околичности брака; права мужа неограничены, а жена вовсе никаких прав не имеет, и ее состояние во многих отношениях подобно тому, в каком находились Римские невольники. Сверх того, еще законами дозволено многоженство и сожитие вне брака под разными названиями, как-то с наложницами, с невольницами. [124]

На всех почти островах Архипелага, кроме разве двух или трех, и то необитаемых, Греки пользуются правом собственного судопроизводства. Хотя правительство предоставило Грекам полную свободу жаловаться в Турецком судилище на всякой приговор, произнесенный судом национальным; но общественное мнение действует весьма сильно, и трудно найти даже один пример, чтобы Грек воспользовался упомянутым дозволением правительства, хотя бы видел явную несправедливость в решении своего дела.

Не все Греки пользуются преимуществом, о котором говорить ныне я предпринял; в делах уголовных и полицейских по большей части судят их Турецкие трибуналы, к которым в некоторых провинциях исключительно должно относиться и во всех других случаях спорных. Особливо же в больших городах стеснено упомянутое выше преимущество Турков; в Константинополе же бoльшая часть дел гражданских рассматривается в Турецком судилище.

Устройство судилищ неодинаково в Греции; не таково оно на островах [125] Архипелага, каким находится в других провинциях.

В сих последних, именно же в провинциях твердой земли, судьями обыкновенно бывают начальники округов, называемые Проестоты и Антиотиты, коих главная обязанность состоит в сообщении повелений правительства депутатам округа. Они избираются ежегодно знатнейшими из жителей. Судят они такие дела, какие во Франции рассматриваются мирным судьею; в делах же важнейших только председательствуют в судилище, составленном из знатнейших обывателей округа.

На все решения сего суда можно жаловаться Епархиальному Митрополиту, Архиепископу, Епископу. Дела неважные Архиерей решает сам, в важных же руководствует только суждением трибунала, в котором заседают значительнейшие обыватели, так называемые демогеронты, (старейшины народные) и архонты (начальники): большею частию бывают ими знатнейшие из обывателей, имеющих земельную собственность. [126]

Митрополиты, Архиепископы, Епископы получают сан свой от Патриарха, которой производится Сунодом, состоявшим из двенадцати Митрополитов. Сия церковная Иерархия участвует во всех действиях Патриарха; по смерти же его или по низложении назначает ему преемника. Принадлежащее Патриарху право избирать Митрополитов, Архиепископов и Епископов ограничивается представлением кандидатов, назначаемых жителями епархии.

Подписанное решение исполняется должностными чиновниками, назначаемыми на сей конец из числа отличнейших обывателей. Если же обвиненный оказывает упрямство и непокорность; в таком случае приговор исполняется при помощи военной команды. Такая команда, состоящая из одних Греков, находится в каждом округе. Она обязана охранять спокойствие в городе и безопасность на проезжих дорогах.

Просители и ответчики тяжутся в суд лично, или же через своих родственников и друзей, более опытных. Звание адвокатов там вовсе [127] неизвестно, а для науки законоведения нет наставников; но люди, имеющие отношения к суду, читают Василики и Гарменопула. У народа, у которого потребности весьма ограничены, и действие обыкновенно бывают просты; он невидит никакой надобности прибегать к систематической науке законоведения.

Устройство судилищ на островах Архипелага отличается во первых тем, что как на твердой земле каждой округ имеет только одного судью или начальника, так здесь вообще бывает их по два и по четыре, ежегодно избираемых; во вторых, тяжба между просителем и ответчиком рассматривается в присутствии толмача Капитана-Паши.

Первая обязанность етого толмача состоит в объявлении жителям повелений правительства и в выслушании жалоб; на сей конец он путешествует по Архипелагу. Родом он Грек, но избирается в свое звание Двором Константинопольским.

Остров Хиос пользуется наилучшим устройством гражданским (Ето было писано еще до истребления жителей на сем несчастном острове). [128]

Там ежегодно избирается четыре высших чиновников, из которых три от главного города, и один от жителей Католического исповедания. Обязанность их состоит в отправлении дел общественных и в разбирании тяжеб: избранные к сим должностям награждаются единственно общим уважением, не пользуясь ни чем более. Все они Греческие граждане, платящие подати свыше 45 пиастров. Избирателями же (их числом сорок) бывают люди, почтенные по своему возрасту, поведению, талантам и по тому, что они сами отправляли уже публичные должности.

Р. W.

Хиос славился не только устройством своим, порядком управления и судопроизводства, но сверх того еще торговлею, ремеслами и заведениями общественными. Он имел богатую библиотеку и гимназию, процветавшую более других училищь в Греции. Жители Хиоса умели отклонить от себя всякое влияние как Патриарха Греческого, так и Морского Министра, которые тщетно усиливались вмешаться во внутренние дела острова.

Текст воспроизведен по изданию: Взгляд на законодательство греков, находящихся под господством турецким. (Из фр. журнала: Фемида или Библиотека законоведения) // Вестник Европы, Часть 125. № 13-14. 1822

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.