Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

Государственные законы и постановления Оттоманской Порты

(Продолжение.)

Г. Гаммер входит в большие подробности, касательно финансовых законов Оттоманского государства. Нигде нет столь многих и столь разнообразных налогов как в Турции. В исчислении Г-на Г. мы находим подать поголовную, поземельную, десятинную, личные пошлины с въезда и выезда, подати удельные разного рода, протори по тяжебным делам, пошлины с занесения в роспись, транзитные [280] пошлины, чрезвычайные оброки, доставку вещей натурою в армию, подати военные, подать с потребления табаку и кофея и множество других повинностей, как-то: подать, которую платит отец, выдавая дочь свою замуж, подать за переселение из одного сандапака в другой – словом: ничто не ускользнуло от расчетов законодателя!

Все отрасли общественных доходов отданы на откуп. Некоторые из них отдаются с аукциона в годовые откупы, [одно слово не разборчиво. Strori.], а другие отдаются в пожизненное владение за известную сумму, отданную однажды на всю жизнь: сии последния называются маликан. Годовые откупы столь же древни как Исламизм и основаны на законах Магомета; маликан, или пожизненные откупы, гораздо новее и введены были для удовлетворения алчности любимцев Султана, которые одни только исключительно ими пользуются, к величайшему ущербу общественной казны.

Канун тимар (удельное право), равно как и удельная система, существуют на Востоке с весьма древних времен. Система сия перешла от рода Сельдшуков к роду Османлисов. Осман, родоначальник сей последней, получил в удел область Карадша-Гиссар от последнего государя из рода Сельдшуков; а Оркан, сын Османов, разделил [281] завоеванные им земли участникам своей победы, под названием тимар и cиамет, то есть, больших и малых воинских лен. Вассал, тимарли или саим, пользовался во всю жизнь свою доходами с отданной ему земли, и передавал ее наследникам своим мужеского пола, с условием, ходить самому на войну по всякому требованию и приводить с собою известное количество вооруженных людей, сообразное с доходами его удела. Названия уделов были, и теперь еще суть, совершенно воинские, и сами по себе показывают свойство отношений между вассалом и владетельным государем.

Каждый удел, тимар или сиамет, называется килидш (сабля), а вассал сипаеи (всадник). Войны, выставляемые вассалом, называются дшебели (латники). Округ, заключающий несколько уделов, называется сандшак (знамя); им начальствует бег, перед которыми носят бунчуг, как отличительный знак его достоинства. Несколько соединенных сандшаков составляют губернию (эжалет), которою начальствует, двух или трех-бунчужный беглербег: ему подчинены все беги сандшаков. Cие воинское разделение Оттоманской Империи современно ее началу и продолжается доныне.

Поелику самая большая часть земель Оттоманской Империи состоит из [282] уделов, то надобно знать свойство поземельной собственности и верховной власти, по общественному праву Исламизма вообще и по общественному праву Османлисов в особенности.

Европейских публицистов затруднял вопрос: кто истинный владелец земли в государствах, подчиненых законодательству Ислама? Они были не согласны в мнениях своих, потому что не умели дойдти до источников исламитского закона.

Нет никакого сомнения, чтобы в Турции, равно как и в музульманских государствах Азии, не было действительных и наследственных поземельных собственностей, признанных законом; но право собственности основывается только на действительном владении, утвержденном или пожалованном первыми завоевателям или их преемниками, а не на законном документе, существовавшем до завоевания.

По словам Корана, как источника Исламитского законодательства, вся земля принадлежит Богу, следственно принадлежит и Халифу, как тени Бога и наместнику Его земли: «Земля принадлежит Богу. Он отдает её в наследство кому хочет; владение или владычество принадлежит Богу. Он отдает его в наследство кому хочет». На сих двух местах Корана основываются решения [283] первых учителей Исламизма, которые во всех исламитских государствах не признают других документов на владение, как только право собственности, утвержденное завоевателем за владетелями не-музульманскими, под условием подати, или пожалованное мослимами под условием десятины. По их мнению, завоевание делает исламитского завоевателя совершенным и единственным обладателем завоеванных земель и дает ему право оставить сии земли прежним владетелям под именем наследственной собственности (Mülk), с условием платить подать поголовную, поземельную и пошлину с жатвы; или разделить землю между Мослимами, которые должны платить только десятину. Первые Халифы не знали феодальной системы, и потому-то древние источники исламитского законодательства говорят только о землях, подлежащих действительному оброку или десятине (те и другие наследственные), а не об уделах, владение коими основывается на праве собственности, пожалованной государем условно, с тем чтобы служить ему в войне.

Когда Султаны Османлисские, по силе права на всеобщее владение, которое дарует закон Ислама всем Музульманским Государям, разделили своим синагам, в виде военных уделов, почти все завоеванные земли, а особливо, [284] лежащие в Европе; когда законы особенные определили отношения между верховным владетелем и его вассалом или синаги, так же как и отношения сего последнего к подданному (крестьянину или откупщику земли, расжа); когда множество тяжеб, относящихся до поземельных владений, вынудили фетивы или решения муфтиев: тогда собрали сии законы и сии решения в один кодекс, который заключает в себе все удельное право, называется Кануни Тимар и до сего времени существует во всей своей силе в Оттоманской Империи.

Дабы лучше дать понятие о существе права собственности в исламитских государствах вообще, и в Оттоманской Империи особенно, мы представим буквальный перевод декларации Дефтердаря Могаммеда-Челеби-Эффенди, которому Селим III поручил (в 1566 г. ) исправить законы финансовые и привесть их в один общий.

«Все земли государств исламитских могут быть разделены на три класса.

К первому принадлежат земли, подверженные десятине (Эрси-асшриж), пожалованные Мослимам при завоевании и составляющие настоящую их собственность (Mülk), которою они могут располагать по произволу, тоесть, могут продать, подарить, или посвятить благодетельным заведениям. Земли сии платят [285] только десятину, ибо Мослимы, по закону, не платят подати (Charadsch). Земли Гедша и Басора принадлежат к сему разряду.

Во втором классе заключаются земли, подверженные подати (Ersi сharadschije), которые при завоевании оставлены были владельцам не-музульманским, с условием, чтобы они, кроме поголовной подати платили двойную пошлину, именно налоги поземельные (Charadschi nuiwasaf), и налоги на земные произведения (Charadshi mukdsseta). Сия последняя подать разнится от десятины в том, что вместо десятой доли годовых произведений, смотря по местности, отдается восьмая доля, седьмая, шестая, пятая, четвертая, третья и даже половина произведений. Поземельная подать составляет ежегодную повинность, платимую с земли, соразмерно ее пространству.

Земли второго класса, также как и первого, составляют собственность владельцов, которые могут их продавать, передавать своим наследниками, или посвящать их на богоугодные заведения. Когда Мослим покупает землю такого разряда, то он обязан платить все повинности, которыми она обложена была во время завоевания, также как и владелец не-музульманин, ибо сии повинности почитаются неотдельными от земли. [286]

Книги закона упоминаются только о сих двух классах земли; но есть еще и третий класс, заключающий в себе земли удельные (Ersi Memleket). Правительство, находя, что разделение оброчных земель между многими наследниками затрудняет сбор податей, рассудило за-благо владение сими землями оставить государству, а подданным отдавать их только в пожизненное владение за указанные подати. Земли Оттоманской империи принадлежат к сему классу и называются землями государственными или землями казенными. Оне отдаются в пожизненное владение, и пока владетель обработывает прилежно и платит предписанные подати, земля не может быть у него отнята. Земли переходят по праву в наследство мужеского пола; с прекращением мужеского поколения oнe обращаются опять в казну; впрочем оне ни коим образом не могут быть проданы и всякая сделка по сему поводу почитается недействительною.

И так сипаги суть истинные вассалы, которым Султан дает лены, требуя за то военной службы; сипаги-же сами отдают части сих земель на откуп Раажим, за разные повинности. Многочисленные учреждения, относящиеся до уделов, о которых Г-н Г. говорит в своем Сочинении, показывают многочисленность злоупотреблений, [287] постепенно ворвавшихся в удельную систему Османлисов; но как они не составляют отлично любопытного, то мы пропустим их.

Кажется, что законодатели Османлиские почитали весьма важным все, относящееся к придворному этикету. Указы, назначающие степени не только больших государственных чиновников, но и всех безчисленных придворных служителей; постановления, предписывающие каждому отделу сих служителей особую одежду; указы, назначающие порядок, в каком, при всех торжественных аудиенциях, разные чиновники допускаются к целованию руки Султана; наконец, указы, по которым общественные чиновники должны делать один другому церемонияльные посещения во время праздника Байрама, и проч.: все это занимает довольно значительное место в Османском кодексе узаконений. Нельзя сказать, чтобы обыкновения сии введены были мало помалу суетностию придворных, и впоследствии приобрели некоторую важность, хотя впрочем не освящены никаким законом; напротив, это учреждения законодательные, столь-же священные, как и учреждения, относящиеся до жизни и имущества гражданского. Могаммед Завоеватель, царствовавший с 1451 по 1482, обнародовал подробное учреждение церемонияла, который [288] должно наблюдать при Дворе Константинопольском, Сулейман Законодатель (1520-1566) сделал многие к нему прибавления и возвёл в чин Государственного Секретаря Тешрифадши или Обер-Церемониймейстера. Все сии различные учреждения соединены были в одно собрание Ахмедом-Эффенди, Обер-Церемониймейстером при Султане Ахмеде III, и обнародованы под названием Тешрифатизада. Г-н Г. делает из него довольно большую выписку; но опасаясь утомить читателей, мы скажем только, что в нем с величайшею подробностию описаны костюмы главных государственных чиновников, также разных классов чиновиков и офицеров придворных, oт Визиря до поваров и до дровосеков – ничто не забыто: ни форма, ни обшивка, ни подкладка, ни цвет, ни материя! Степени или чины различаются особенно головным убором. Тюрбан или дулбенд, бывающий четырех различных родов, назначен исключительно для Мослимов; Греки, Apмянe и Жиды носят повязки черного или темного цвета и шапки, обложенные овечьею шкурою; военные носят род касок, украшенных перьями; каски сии yкрашены иногда алмазными хохолками, которые Султан раздает в награду воинами, отличившимся каким-либо важными делом, какого-бы чина они ни были. [289]

B Турции, женщины существуют, так сказать, вне общественного порядка, и потому учреждения об этикетах ни мало до них не касаются. В гаремах оне могут одеваться как угодно; но им не позволяется выходит иначе, как завернувшись в большой суконный плащ, с большим воротником, который скрывает совершенно все лицо и называется феррадш. Принуждены будучи являться в общество только в сем одеянии, оне постарались украсить его шитьем, бахромами, снурками и проч., и нашли способ, по сему предмету, пышность довести до того, что законодатели принуждены были ограничить ее законами против мотовства.

Легко понять, что в земле, где этикет играет столь большую роль, титулы составляют весьма важный предмет, и действительно титулы Султана и всех важных государственных чиновников утверждены положительными законами при Могаммеде II, и до сего времени остались такими, исключая титул Султана, в котором сделаны небольшие убавления после потери некоторых провинций, завоеванных прежде в Венгрии и Персии. Желая дать понятие о величине сих титулов, мы представляем здесь некоторые.

Вот титул Султана Селима III, как он написан в начале мирного [290] трактата, заключенного в Сцистове, в 1791 году:

«Я, служитель государств и областей славнейших и стран и городов счастливейших, служащих Киблою 1 миру и великим жертвенником роду человеческому, а именно: Мекки достопочтенной, Медины знаменитой, Иерусалима Святого, в котором заключается священная ограда мечети Алаксса (храм Соломона); Государь трех больших столиц, предметов зависти всех Царей земных, а именно: Истамбола, Эдрены и Бруссы; Государь земного рая Сирии, Египта единственного и несравненного, всей Аравии, Африки, Барки, Кайревана, Галеба, Ирака Арабского и Персидского, Лаассы, Дилема, Ракка, Моссула, Шерсола, Диарбекра, Сулькадрижа, Эрзерума, Сиваса, Адны, Карамана, Вана, Мавритании, Абиссинии, Туниса и обоих Триполей, Кипра, Родоса, Крита, Мореи, Моря Белого и Моря Черного, с их островам и берегами, областей Анатолии и Ромелии, Багдада – жилища благоденствия, Земли Курдов и Греции, Турции и Татарии, Черкасии и Кабардерии, Грузии и Дешт-Кипчака, всех городов и поколений [291] зависящих от Татарии, всей Боснии, Белграда – дома святой войны, Сербии со всеми ее крепостями и замками, всей Албании, Валахии и Молдавии с их дорогами и крепостями; я, правосудный Пади-шах 2 и победоносный Шегиншах 3 безчисленных мест и городов, Султан, сын Султана, Хакан 4, сын Хакана, Султан Селим, сын Хана, сын Султана Мустафы-Хана, сына Султана Ахмета-Хана; я, Шах, коегo диплом на верховную власть подписан блистательным именем обладателя двух частей света, и коего Халифский патент украшен великолепными титулом обладателя двух морей».

Титул Великого Визиря, означенный в том же мирном трактате, не столь обширен, но еще великолепнее Султанского. «Достопочтеннейший Визирь, советник, заслуживающий величайшие похвалы, на коего возложена обязанность управлять народами, устрояющий дела государственные с редкою прозорливоcтию, учреждающий важнейшие выгоды человеческого рода и всегда достигающий своей цели; полагающий основания царства и его благоденствия и [292] утверждающий столпы eго великолепия и высокого его жребия; возносящий на высочайшую степень славу первого из всех царств и правящий степеням Халифатства, Юссуф Паша, осыпанный милостями своего повелителя, величайший из Визирей, достопочтеннейший Генералиссимус, полномочный, неограниченный (да продлит Бог его счастие, и да процветет его власть!)».

Титул Муфтия не менее громок. «Мудрец, высший всех глубочайших мудрецов, превосходный из всех людей превосходнейших; умеющий разрешать все сомнения о вере и оканчивать все споры; ключ к извитиям истины, блестящий фонарь сокровищ познаний».

Кажется, сих образчиков довольно для понятия о слоге Оттоманской канцелярии, и можно заметить, что он не отличается ни простотою, ни краткостью.

Церемониял, который должно наблюдать при общественных праздниках, составляет предмет, которым законодатель занимался очень много. Праздники, ежегодно бывающие, суть: Барайм (Тебрикижд), которым оканчивается великий пост или Рамазан, праздник рождения Магомета (Мевлуди-неби) и праздник посещения его одежды, (Ширке шериф). Праздник Байрама есть род большого придворного торжества. В последние [293] пять дней Рамазана великие государственные чиновники церемонияльно посещают друг друга. В шестой день Султан дает торжественную аудиенцию, на которой все служащие при Дворе, какого-бы чина ни были, от Великого Визиря до последнего поваренка, допускаются к целованию руки Султана. День оканчивается обедом, разными играми и пушечною пальбою; но все это происходит во внутренности Сераля. День рождения Магомета празднуется 12-го числа месяца Ребиулеввеля (Rebiulewwel) в мечети Ахмеда. Султан, в сопровождении всего Двора, отправляется в сию мечеть, слушает похвальную речь Магомету, и в честь его поет гимны по-Арабски и Турецки; в тоже время торжественно вручают ему ответ Меккского Шерифа на письмо, с которым Султан ежегодно отправляет подарки в Мекку с большим караваном. При конце церемонии Султан раздает кафтаны или почетные платья трем главным певчим, Рейс-Эффендию и Кизляру-Агасси, начальнику черных евнухов, который только в сем одном случае показывается публично. Праздник посещения одежды Магометовой бывает 15-го числа Рамазана. Султан, также в сопровождении всего Двора, входит в сей день в залу Императорских сокровищ, где сохраняется черное платье из [294] верблюжьей шерсти, которое, как говорят, носил Магомет. Его вынимают из сорока оболочек, сделанных из драгоценнейших материй и дают целовать всем присутствующим. На сих праздниках все происходит с самым мелочным этикетом: костюмы предписаны, степени тщательно наблюдаются и все представляет более вид тягостной работы, нежели общественного увеселения. Тоже бывает при чрезвычайных праздниках, как-то: при рождении детей Султана, при бракосочетании Принцесс крови, при восшествии на престол нового Султана, и проч. Всe разчислено так, чтобы поразить воображение зрителей великолепием; но выключая нескольких фокусников, борцов и танцовщиков по канату, которые пробегают по улицам и показывают свое проворство, ничто не возбуждает общественной радости.

Число должностных всякого рода, находящихся при особе Султана, совершенно соглашается с этикетом, каким он себя окружает, и превосходит число служителей, какое можно видеть при Дворах Европейских. Мы должны-бы были далеко распространить пределы нашей статьи, если-бы захотели описать подробно все их должности – удовольствуемся общим понятием. [295]

Двор Султана разделяется нa внешний и внутренний; первый заключает в себе всех чиновников, назначенных для служения Султану; второй, чиновников, назначенных для служения в Гареме, собственно так называемом. Первым отделением начальствует Капу-Агасси или начальник белых евнухов; вторыми Кизляр-Агасси или начальник черных евнухов. Капу-Агасси (титул сей можно перевести: Обер-Гофмейстер Султана) охраняет особу государя, как вверенное ему сокровище; он везде сопутствует ему и в мирное и в военное время, выключая только, когда Султан ездит на охоту. Под его начальством находятся: камердинеры, казначеи, сохраняющие казенные драгоценные вещи, мундшенки, приготовляющие для Султана прохладительные напитки, кастелланы и слуги, занимающиеся низшими должностями, Султанская кухня (коей ежегодные расходы при Могаммеде IV (1648-1687 гг.) простирались до миллиона Турецких пиастров, не считая в том числе поставки вещей натурою), Султанская конюшня, Султанский сад (за которым надзирает Бостанджи-Баши, начальник серальской стражи), Султанская соколиная охота, иманы, лекари, хирурги, астрономы, профессоры и секретари, служащие при Дворе, наконец Капиджи-Баши или Каммергеры, которые провожают [296] иностранных посланников нa публичные аудиэнции и отвозят Визирям или Пашам Султанскиe фирманы, как с возвращением милостей, так и с приказами лишить их жизни или имения; в случае немилости они наказываются только ссылкою или лишением имущества, но выгода сия уровновешивается опасностями, которым они подвергаются со cтороны Пашей, привезя им смертные приговоры. Гвардейский корпус сераля также подчинен Капу-Агасси; его составляют капиджи (kapidschi) или привратники, охраняющие внешния ворота сераля; число их простирается почти до двух тысяч; бостанджи (bostandschi), числом более пяти тысяч, отправляющие должности садовников, гребцов и артиллеристов бальтаджи (baltadschi), или дровосеки; солаки (solak), или стрельцы, исправляющие должность телохранителей и разделенные на четыре роты, по сту человек в каждой; пеики (peik), отборные люди из всей гвардии, от двадцати до тридцати человек, отличающиеся красотою своих мундиров, вышитых золотом, и наконец гауши или швейцары и милеферрики (muleferrika) или гоф-фурьеры. Немые, употребляемые для исполнения смертных приговоров, требующих сокровенности, карлы, служащие для забавы Султана, музыканты, составляют также часть внешнего Султанского Двора. [297]

Из числа чиновников различных классов, некоторые пользуются особенными отличиями, независящими от их обыкновенной должности и которыми они одолжены бывают, или благосклонности Султана, или своему месту. Таковы, например: мабеинджи (mabeindshi) или поверенные, имеющие великий вход; арс-агалары (ars agalar), имеющие исключительное право подавать Султану просьбы; рикиаб-агалары (rikiab agalar) или стременные, поддерживающие стремя, когда Султан садится на лошадь; наконец култук везирлери (kultuk wesirleri), визири плеча, поддерживающее Султана, когда он садится на лошадь или входит в лодку.

Внутренним двором Султана, или Гаремом, начальствует Кизляр-Агасси (Ага женщин), который называется также Аге дари сеадет, т. е. Ага дома блаженства. Он начальник черных, евнухов (которые почти все родом из Абиссинии и простираются до четырех сот), надзирает над женами Султана, повелевает всеми людьми, находящимися в их услугах, сопровождает Султана при выездах его и занимает должность главного правителя всех человеколюбивых заведений и доходов мечетей. Он, обыкновенно, в великой доверенности у Султана, по произволению своему назначает и сменяет министров и губернаторов, имеет большое влияние на [298] участь сыновей Султанских, почитаемых наследниками престола и на важнейшие решения. При всем том, он раб по закону и получает свободу единственно при выходе из Сераля, что случается всегда только в случае немилости.

Известно, что по уставам Исламизма, каждый Мослим может иметь четырех законных жен. Султаны Османлисские присвоили себе право иметь семь жен, которым они дают большие доходы. Их называют Каден, а по степени своей именуются оне: первая, вторая, третья и т. д. Bсe прочия женщины в Гареме суть невольницы и невольницы невольниц; число их неограничено. Титул Султанш принадлежит только матерям, сестрам и дочерям Султана; мать царствующего Султана называется Султана Валид (Султанша-мать); та из жен Султана, которая родит первого сына, называется Шассеки Султана (любимая Султанша).

Гарем служит темницею для наследников престола, которых воспитывают под строгим надзором, в комнате, называемой кафес (клетка); имя это дается решетчатым окнам Гарема. До Сулеймана I, Султаны имели обыкновение давать сыновьям своим губернии в Азии, дабы они приучались к делам. От сего происходило, что тот, кто наследовал отцу своему, не мог располагать по своей воле жизнию братьев. Для [299] избежания сего неудобства Сулейман I приказал, чтобы впредь сыновья Султанов заключаемы были в Гареме; закон сей был одною из причин, послуживших к упадку Оттоманской Империи. Изнеженное и рабское воспитание детей Султанских в их темнице, ни мало не приготовляет их к трудной науке царствования. Все знания их ограничиваются чтением Корана и летописей Империи, наполненных увеличенными описаниями обширности и величия Tурции и бранными восклицаниями против христианских держав. Телесные упражнения им запрещены; но сообразно с текстом Корана и с изустными преданиями Магомета, детей Султанских заставляют учиться какому-нибудь механическому искуству или ремеслу, дабы привести их в состояние прокормить себя трудами рук своих. Принцессы крови не страшатся быть умерщвленными, когда брат их восходит на престол. Султан отдает их иногда в замужество за Визирей или других знатнейших государственных чиновников, которые делаются тогда рабами жен своих. Если у них родятся дети мужеского пола то они должны задушить их тотчас после рождения.

(Оконч. в след. книжке).


Комментарии

1. Слово Кибла или Кеблэ, означает часть света, к которой Мослимы обращаются во время своей молитвы.

2. Имя сие составлено из двух Персидских слов: Пад, значущего «хранитель», и Шах, «король».

3. Шегиншах или Шаганшах, царь царей.

4. Хакан, титул владетелей татарских.

Текст воспроизведен по изданию: Государственные законы и постановления Оттоманской Порты // Московский телеграф, Часть 10, № 2. 1826

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.