Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

Письмо Амвросия Юшкевича, архиепископа Новгородского, к Варсанофию епископу Архангельскому

1742 г.

Этот интересный памятник сохранился в бумагах настоятеля собора в Шенкурске, Архангельской губернии, протоиерея Андрея Сергиева, ныне умершего. Документ этот представляет собою не подлинник письма Новгородского архиепископа Амвросия, а копию с него; основываясь на способе письма и свойстве бумаги, на которой писана эта копия, нужно думать, что она снята с подлинника во второй половине XVIII и уже никак не позже начала настоящего столетия. Хотя подлинник письма архиепископа Амвросия остается и по сие время неизвестным, во всяком случае подлинность настоящего памятника не подлежит никакому сомнению.


Просвещеннейший Варсанофий, епископ Архангельский и Холмогорский, мой любезнейший о Христе брат!

Сколько я прежде твердую полагал надежду на ваше преосвященство о добропорядочном строительстве паствы вашей и в такой надежде всякое возможное по силе моей прилагал на пользу вашу старание, которое, уповаю, еще и до ныне помнится вашему преосвященству, столько ныне, напротив того, примечаю, что оная надежда моя была весьма обманна и старание во всем суетное и напрасное! Ибо я надеялся, что ваше преосвященство, яко бывший членом св. синода и ведающий все нынешнее состояние паствы, паче прочих созидать ее будете, наипаче же рассуждать то можно было отсюда: что когда еще у нас, присутствуя архимандритом, столько являлись смиренным и кротким, то кольми паче принявши на себя омофор, который всегда лежит на плечах в показание того, как-то пастырю надлежит радеть искренно о овцах, себе врученных, и взыскивать заблуждающих и всеж то делать не свирепством, не жестокостью и гневом безмерным, ибо то есть погубление и расточение больше, нежели исправление и собрание овцам, но снисхождением и кротостью. До ныне вижу, что в самом деле созидание паствы вашей не лучше разорения других, которых вы прежде сами хулили, а смирение вашего преосвященства чуть ли не такое было, каково некоторого папы, который для того, нагнувшись, со всяким смирением ходил, чтобы только сыскать ключи Петровы и получить престол панежский, а как то сыскал, то уже так стал бодро ходить, что прежнего и помянуть пред ним было не прилично; ибо и ваше преосвященство только что получили характер архиерейский и прибыли в епархию свою, ниже следа прежде [188] смиренных и кротких поступков в себе оставит, пошли иною дорогою жестокости безмерной к разорению церкви Христовой следующей, от чего многие, оставив церкви, бежать от вас рады бы, и такой изрядный вашего преосвященства поступок один видим, и в священнослужителях Архангельского собора, людях подлинно, по всех свидетельству, честных и достойных, которых ваше преосвященство, сковавши в железа, волочили по разным местам, и толико штрафами денежными неведомо за что, разве только для вечной вашей памяти, с крайним их разорением, отягчевали. И напоследок еще, что всего более, не только на суде Божьем ответу, но и на суде человеческом не меньше наказанию подлежащее: в самый день светлого воскресения Христова, совершая литургию, ваше преосвященство приказали оных же соборян, не жалея общей всего духовенства чести, на поругание народу, несколько часов на льду босых мучить тирански! и как сие не ужасно перед Богом, приносили вы бескровную жертву тогда, когда руки почти омочены были в крови, когда слезы и воздыхания бедных безвинномучимых пробивали самое небо! Это ли должность пастырская?.... Есть ли это строительство церкви Христовой? Посмотрите, ваше преосвященство, в послание апостола Петра и увидите, что он не только тиранства и с церковью Христовой немилосердного обходительства не учит пастырей, а сказывает он: пасите еже в вас стадо Божие, посещающе не нуждею, но волей и по Бозе: ниже неправедными прибытки, но усердно. Ни яко обладающе причту, но образ бывайте стаду (1 посл. Петра, 5 гл. 2 и 3 ст.). Такожде и апостол Павел не токмо мучительски с подчиненными поступать запрещает, но и промышлять повелевает о своих, глаголет в своем послании к Тимофею: аще кто о своих, паче же о присных не промышляет, веры отвергся есть и неверного горше есть (1 посл., 5 гл., 8 ст.). Каковые все истинного пастыря свойства иметь в себе и ваше преосвященство при поставлении своем клятвенно присягою обязались пред Богом и церковью; когда ж ныне против клятвы своей делаете несумненно, надобно опасаться, чтоб не постигло когда-нибудь то, чем вы клялись на своем обещании. При том же что надлежит и до суда человеческого,— как не судится сие и тут. Сколько бы пред вами какой священник не виноват был, но видал ли ваше преосвященство где, чтоб его так тирански наказывали, поставивши босого на льду чрез несколько часов! Должно прежде быть наказание: цепь, плеть и проч.. которыми можно, по мере вины, наказывать, да милостиво, кротко и не в публике; а ваше преосвященство не только что новым сим мучением мучили с бесчестием всего духовенства, но и мучили в самый, день светлого воскресения Христова, в который под запрещением никаких судов производить не должно. И подлинно сего, кажется, и самому [189] простому мужичку сделать было мерзко, не только архиерейскому лицу, когда и сама церковь о сем довольно научает. Однако еще сие можно приписать Божию милосердию, что таковой поступок вашего преосвященства прежде прочих мне единому известен стал, о котором как скоро я известился, так от братского о вашем преосвященстве сожаления сие в предостережете пишу к вам. Впрочем же, если далее не будет исправления, и донесется высшим и воспоследует что противное, я вашему преосвященству ни в чем не помощник, я и так жалею уже, что, по простосердечию моему, столько помогал, что не малое совести моей отягчение делает. Но наконец всего, я молю милосердного Бога и желаю всем сердцем, чтоб лучше слышать об исправлении вашего преосвященства, нежели о упрямом и самовольном, таком же обхождении, и в таковом моем желании пребываю вашего преосвященства доброжелательный брат, смиренный Амвросий, архиепископ Новгородский. Москва, — июля 19-го дня 1742 года.


Примеч. Считаем необходимым сказать несколько слов для уяснения настоящего памятника. — Время царствования Елисаветы Петровны было временем самого сильного преобладания лиц малороссийского происхождения над великоруссами в церковной иерархии, так что большая часть архиерейских кафедр не только в малорусских, но и великорусских епархиях была занята ими; большинство членов св. синода в это время составляли также малоруссы. Варсанофий, епископ Архангельский и Холмогорский, был из числа немногих архиереев, великоруссов по происхождению. До посвящения своего во епископа Архангельского он был архимандритом Соловецкого монастыря, и с 1732 по 1734 год и потом вторично с 1737 по 1740 год состоял членом св. синода (“История Рос. Епархии” Амвросия, ч. 6-я, полов. 2-я, стр. 877). Находясь в звании синодального члена, Варсанофий держал себя так умно, что, не смотря на вековую неприязнь между великоруссами и малоруссами, снискал покровительство тогдашнего первого члена св. синода, архиепископа Новгородского Амвросия, происходившего из малоруссов. 13-го июля 1740 года, Варсанофий был хиротонисан в епископа Архангельского и Холмогорского и уволен на свою кафедру. По приезде в епархию, Варсанофий не счел нужным более скрывать свои истинные чувства и тотчас же высказал свое нерасположение к архиереям-малоруссам; но, к сожалению, свое личное неудовольствие он перенес и на учреждения, обязанные своим существованием и процветанием в это время почти исключительно архиереям-малоруссам. Так, например, обратив свое внимание на большую и хорошо устроенную одним из его предшественников (См. “Странник”, 1860 год, том III, стр. 111 и 120) школу, он стал говорить: “чего ради [190] такая не по здешней епархии школа построена? Да и школам в здешней скудной епархии быть не надлежит; к школам охоту имели бывшие здесь архиереи черкасишки, ни к чему негодницы” (Соловьев, “Ист. России”, том XXII, стр. 272.). С духовенством своей епархии преосвященный Варсанофий, как видно из представленного памятника, обращался жестоко и произвольно. Сковав неизвестно за что в железа священнослужителей архангельского городского собора, он волочил их по разным местам, отягчал их денежными штрафами и, наконец, 17-го апреля 1742 года, в самый день светлого воскресения Христова (В ист. Соловьева сказано “на светлой неделе”. Там же.), который совпал с празднованием преподобному Зосиме, Соловецкому чудотворцу, заставил простоять несколько часов босых на снегу против алтаря той церкви, в которой он совершал литургию, за то, что они не отслужили накануне всенощной. Слух об этих жестокостях преп. Варсанофия дошел до сведения архиепископа Амвросия, и он пишет к нему увещательное письмо. Но, вероятно, увещания Амвросия не достигли своей цели, так как жестокости преподобного Варсанофия не прекращались и после этого. Так, однажды, приехав в Никольский Корельский монастырь и подгулявши, он неизвестно за что жестоко прибил своими руками соборного ключаря и велел водить его вокруг монастыря на цепи в жестокий мороз; он же ставил в священники людей моложе двадцати лет, волочил ставленниками и брал с них взятки (Соловьев, “Ист. России”, XXII том, 273 стр.). Слух о всех этих поступках преподобного Варсанофия дошел наконец до сведения св. синода и о нем возникло дело (Соловьев. “Ист. России”, том XXII, 344 стр. 228 примечание.); к сожалению, не известно, чем оно кончилось. Варсанофий скончался на архангельской кафедре, 8-го ноября 1759 г., в звании архиепископа, и погребен в холмогорском соборе (“Истор. Рос Иср.” Амвросия, ч. 1, стр. 195.).

В. Талицкий.

Текст воспроизведен по изданию: Письмо Амвросия Юшкевича, архиепископа Новгородского, к Варсанофию епископу Архангельскому // Русская старина, № 5. 1878

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.