Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ПЕСТРАЯ АРМИЯ ХРИСТОВА

Автор трактата «О земле Иерусалимской и ее обитателях» задался вопросом о том, представители каких христианских конфессий проживают на Святой земле. Его развернутый ответ, где были перечислены не только конфессии, но и представители разных европейских народов, а также рыцарские ордена, стал образцом для подражания 156. Подобный список не первый. Так, Иоанн Вюрцбургский в 1150–1160-е гг. побывал в Палестине, и в последней фразе своего рассказа о паломничестве он отмечает, что не будет говорить «о часовнях и малых церквах, которые принадлежат людям разных языков и народов 157, — там живут: греки, латиняне, алеманы, венгры, скотты, наварцы, бретонцы 158, англы 159, рутены, богемцы, георгиане, армяне, сирийцы, якобиты, сиры, несториане, индийцы, египтяне, копты, кафетурики 160, мароны и многие другие, которых слишком долго перечислять» 161. В первом десятилетии XIII в. хронист Роберт из Осера, рассказывая о взятии святого города в 1187 г. Саладином, сетовал: «Патриарх Ираклий вместе с бесчисленным множеством клириков, принадлежащих к разным орденам монахов, а также толпой мужчин и женщин от мала до велика покинули Иерусалим. Одни устремились в Антиохию, другие — в Александрию, чтобы оттуда плыть на Сицилию. Почти все латиняне бросили город, что же до сирийцев и тех, кто принадлежал к различным [156] сектам: георгиан, якобитов, греков, армян, — то они остались под властью турок» 162.

Трактат «О земле Иерусалимской и ее обитателях» был в распоряжении Якова де Витри еще в самом начале его архиепископского служения. Яков, заядлый книгочей, отправился в далекое путешествие из Бельгии в Акру — через Францию, Ломбардию, Милан, Перуджу, где новоизбранный Папа Гонорий III посвятил его в архиепископы, и Геную — с большим грузом книг. «Едва я оказался в Ломбардии, как дьявол накинулся на мое оружие, то есть мои книги, с помощью которых я собирался воевать с ним, и заодно со всем, что было необходимо мне в путешествии, утопил их в очень быстрой и бездонной реке, которая из-за таяния снегов разлилась настолько, что сносила мосты и скалы на пути своем. Одна из моих дорожных сумок, полная книг, оказалась во власти волн, другая, в которую я положил палец матери моей, Марии Оньесской, была привязана к мулу, чтобы не утонула. И как один из тысячи может обрести спасение, мул мой вместе с сумкой целым и невредимым добрался до берега, что же до другой сумки, то она чудесным образом зацепилась за дерево и там была найдена. И, что самое удивительное, книги мои хоть и потемнели, однако их вполне можно читать»163. Эту историю архиепископ поведал в письме, которое он составил осенью 1216 г. на борту генуэзского корабля, собираясь отплыть в Святую землю. Реликвия и в дальнейшем сопровождала и хранила Якова де Витри. По словам энциклопедист Фомы из Кантимпрэ: «Отрезанный при смерти палец достопочтенной и тогда еще не канонизированной Марии Оньесской на протяжении многих лет носил на шее бывший архиепископ Акры, а позднее кардинал Римской курии. И вот, находясь на смертном одре он одарил этим превеликим сокровищем доброй памяти Папу Григория Девятого, дабы тот носил его для защиты от духа злословия, который нещадно искушал оного» 164. [157]

Добравшись до своей кафедры, Яков де Витри поделился с оставшимися в Европе друзьями и соратниками такими впечатлениями: «В пятницу, после праздника Всех Святых [4 ноября 1216 г.], мы прибыли в гавань города Акры. Я обнаружил, что Акра подобна чудовищу, зверю о девяти головах, которые сражаются друг с другом. Были там якобиты вместе со своим архиепископом, которые по иудейскому обычаю детям своим делают обрезание и никому, кроме Бога, не исповедуются в грехах своих. Некоторые из них, наоборот, обрезания не совершают и в грехах священникам исповедуются, но и первые, и вторые крестятся одним пальцем. С помощью переводчика, который знал по-сарацински, я обратился к ним в церкви с проповедью, объяснив, что, если вы обрезываетесь, не будет вам никакой пользы от Христа (Галат. 5, 2), а от проказы греха следует избавляться, исповедуясь священникам, ибо их долг — рассудить между проказой и проказой, ибо сказано Господом в Евангелии: пойдите, покажитесь священникам (Лук. 17, 14). Они, услышав слово Божье, которое слышать не привыкли, Божьей милостью склонились к тому, что твердо пообещали мне впредь обрезания не совершать и исповедоваться своим священникам. Что же до того, почему крестятся одним пальцем, то я мог истолковать как одну сущность и три ипостаси, ведь на одном пальце три фаланги, — так ведь и мы крестимся тремя сведенными вместе пальцами во имя Троицы Единосущной. Однако кто-то мне впоследствии объяснил, что они потому крестятся одним пальцем, что считают Христа обладавшим одной волей, хотя одна была воля Божественная, а другая — человеческая, ибо написано в Евангелии: не как Я хочу, но как Ты (Мат. 26, 39). Кроме того, я встретил сирийцев, изменников, весьма совращенных, ибо они выросли среди сарацин и приспособились к их превратным обычаям. Так, они делают облатки из бродившего теста, как и греки, а потому пренебрегают нашим Причастием, ибо мы делаем облатки из небродившего [158] теста, и потому не желают поклоняться Святым Дарам или склонять голову перед ними, когда священники наши причащают Телом Христовым страждущих, они даже не желают служить мессу на наших алтарях, не совершив предварительно над ними обряд очищения. Священники их хоть и носят тонзуры, однако отращивают волосы, словно люди светские, и по обычаю греческому женятся, а мирянам не позволяют более трех раз сочетаться браком. Дочери их всегда ходят с покрытой головой, так что никто не может рассмотреть их лица — даже жених, покуда не женится на ней и не свяжет себя с нею узами брака. Я устроил так, чтобы их епископ повелел им собраться вместе, как мужчинам, так и женщинам, и решил через переводчика проповедовать им слово жизни. Они же Божьей милостью склонились впредь жить по моему совету, епископ и его паства твердо пообещали мне это. Некоторые из них, как я слышал, на день Богоявления каждый год крестятся. Я обнаружил там несториан, георгиан и армян, но, поскольку у них нет ни епископа, ни иного главы, мне не удалось их собрать. Армяне делают облатки из небродившего хлеба, но для Святых Даров воду с вином не смешивают. Кроме того, я обнаружил там людей, которые не подчиняются нашей Церкви, но по своей воле назначают себе капелланов в своих часовнях, нечестиво совершают все, что пожелают, и не придают никакого значения объявленным нами отлучениям, а именно коммуну генуэзцев, коммуну пизанцев и коммуну венецианцев. Они почти никогда не ходят на проповеди и мои проповеди пренебрегли посетить, тогда я сам отправился к ним и прямо на улице перед их жилищами вещал слово Божье. И вот, с благоговением восприняв слово Божье, они приняли крест, исповедовались и с тех пор каждое воскресенье с сердцем сокрушенным и смиренным (Пс. 50, 19) охотно приходили слушать проповеди, которые я стал читать за пределами города. Обнаружил я, кроме того, людей, родившихся на этой земле, которых называют пуланы [159] или по-французски пулены, они-то и были теми, о ком мне следовало заботиться и кого наставлять на путь истинный, однако вряд ли найдется среди них и один из тысячи, чтящий узы брака, ибо прелюбодеяние они смертным грехом не считают. Они с детства воспитаны в роскоши и больше всего преданы плотским наслаждениям, внимать слову Божьему не привыкли и совсем не почитают его. Встретил я и чужеземцев, которые, совершив различные преступления, бежали, словно пропащие, из своих стран, — и они-то, вовсе потеряв страх перед Господом, своими нечестивыми деяниями и губительным примером совратили весь город. Наконец, я встретил там самый худший и отвратительный род людей — еще более закоренелых и ослепленных книжников и фарисеев (Мат. 23, 13), которые брали только молоко и шерсть со своих овец и не пеклись о стаде, и словом и делом совращая мирян. Одни они противостояли угрызениям совести, раскаянию, слову Божьему и всякому благу, да исполнится то, что было сказано: мытари и блудницы вперед вас идут в Царство Божие (Мат. 21, 31 )» 165.

Вне всяких сомнений, к этому времени трактат «О земле Иерусалимской и ее обитателях» уже был в руках Якова де Витри и он пытался сопоставить перечень народов с тем, что мог наблюдать собственными глазами. Как видите, впечатления были самые неутешительные. Работая над «Восточной, или Иерусалимской, историей» Яков де Витри использовал Трактат в качестве плана, схемы, которая позволила затронуть круг необходимых тем. Так, в главах LXXII—LXXXII рассказывается о пуленах, генуэзцах, пизанцах, венецианцах, сирийцах, якобитах, несторианах, маронитах, армянах, георгианах, христианах, что живут среди западных сарацин и называются мосарабами, иудеях и разных иудейских племенах и наконец о негодных людях, которые бежали в Святую землю. Глава, рассказывающая об армянах, позволяет судить о том, с какой обстоятельностью архиепископ Акры вникал в предмет: «Армянский народ обитает в [160] провинции Армения неподалеку от Антиохии, как раз между христианами и сарацинами, а также отличается и держится особняком от всех прочих христиан, имея собственные обычаи и уникальные порядки Есть у этих самых армян свой примас, которого они называют католикосом и относятся к нему все от мала до велика с наивысшим почтением и уважением, а в послушании ему не уступают тем, кто благоговеет перед Папой. Да и с греками у них имеются серьезные разногласия, так что и те и другие поочередно налагают на обычаи и установления другой стороны проклятия. А у них [армян] есть собственный язык и собственная грамота, и на народном наречии они произносят слова молитвы, дабы священники и клирики были поняты своею паствой. В общем, в этом они поступают так же, как греки. Рождество же Господнее они не отмечают за мясным столом, но постятся в этот день: а заканчивают пост на Богоявление, да и отмечают день Крещения Господнего как великий праздник, ибо считают, что следует праздновать в этот день духовное рождение Господа, однако они утверждают, что Господь не мог заново переродиться, то есть Он не очистился водным крещением, ибо изначально не нес на Себе печати греха, а в жизни своей не делал ничего греховного и не было коварства в Его речах и помыслах. В Четыредесятницу же перед Воскресением Господним они соблюдают самый строжайший пост и воздерживаются не только от мяса, сыра, яиц и молочного, но не вкушают даже и рыбу, не употребляют масла, не пьют вина, а соблюдают следующие постные установления: только в светлое время суток им разрешено вкушать некоторые плоды и фрукты. Имеются у них явные расхождения с греками и сирийцами, ибо по пятницам они иногда вкушают мясо. Воду с вином в Священном Даре крови Господней не смешивают и, следуя этому неверному обычаю, совершают превеликую ошибку. Ведь сам Господь наш, Иисус Христос, согласно не просто иудейскому, а распространенному на всем Востоке обычаю [161] — ибо там никогда не употребляют вина в чистом виде, — выставляя на стол кушанья, разбавлял вино и только потом превращал напиток в Святой Дар. Неразбавленное в их чашах вино совсем нельзя употреблять в богослужении. Да и блаженный Киприан о смешении вина и воды говорит следующее: «Если кто из предшественников наших или по неведению, или по простоте своей не соблюдал того, в чем Господь нам явил пример и в чем нас наставил, то он мог по этой причине лишиться милости Господа Всепрощающего. Мы же ныне не можем пребывать в неведении: ибо ныне мы наставлены и обучены Господом употреблять в таинствах со Святыми Дарами разбавленное вино, подобно тому как это сделал Он». И это означает, что Господь во время трапезы поставил на стол чашу с вином разбавленным. А вышеупомянутые армяне, совершая в алтарях освящение Даров, Господу не подражают, да и не соблюдают таинство. Ведь вода, непостоянная и текучая, символизирует людей смертных, чья жизнь протекает быстро. А вода, смешанная с вином, обозначает как самого Христа, так и то, что, приобщаясь к Его крови, люди обретают спасение. Но если употреблять просто вино, то кровь Христова будет символизировать смерть Христову: а того слияния, о котором сказано выше, не получится, хотя Святые Дары должны символизировать Царство Божие. Нельзя в качестве крови Господней употреблять только вино или только воду, ибо и то и другое пролилось во время Страстей Господних. Хотя армяне обещали подчиниться Верховному понтифику и Святой Римской церкви, поскольку их царь держит свою землю от римского императора Генриха, а царственную корону получил из рук архиепископа Майнцского, однако они вовсе не собираются менять свои старые обычаи и привычные установления» 166.

Рассказывая об итальянцах, Яков де Витри отмечает: «Проживающие в Сирии выходцы из Генуи, Пизы, Венеции, а также других славных городов Италии, [162] чьи отцы и предки своими победами над врагами Христа стяжали себе бессмертное имя и венец вечности, представляли бы для сарацин великую опасность, да только они от зависти и неутолимой жадности погрязли в бесконечных дрязгах и неутихающих распрях между собою. Ибо они чаще и охотнее сражаются друг с другом, чем с нечестивым племенем язычников, занимаясь торговлей и куплей-продажей, а не Христовыми войнами, чем доставляют радость и не причиняют беспокойства врагам нашим, в то время как их предки, люди воинственные и отважные, наводили на сарацин великий страх» 167.

В 1217 г. монах Дитмар поместил этот же перечень христианских конфессий в заключительной части своего рассказа о путешествии в Палестину, Сирию и Египет168. По аналогии с описаниями, которые содержались в трактате «О земле Иерусалимской и ее обитателях» и в послании нотариуса Бурхарда, этот паломник попытался изложить свои наблюдения о нравах и обычаях мусульман. По тому же пути пошел и Лудольф из Зюдхейма: «О магометанах. Магометане веруют во Всемогущего Бога и Его закон, Магомета и святого Михаила Архангела, которым в горах 169 исповедуются в грехах своих. По четвергам они постятся до самого вечера, а на протяжении всей ночи подкрепляют свои силы, и так они поступают во время любого поста. По пятницам у них праздник – ибо это день Венеры, которой они поклоняются, как язычники. Они обрезаются и не едят свинины, как иудеи. Носят рясы, бреют головы и отбивают поклоны, как монахи. Они могут иметь по семь жен и больше и, когда не хотят их больше видеть, то дают развод, как язычники. И поэтому многие [жены] из ненависти травят друг друга ядом. Точно так и мужи у них слабы и похотливы, употребляют мужчин, не в силах одними женами удовлетвориться в исполнении своего долга, однако желают иметь столь многих, что частенько жены травят и их самих. По этой причине они идут на убыль, ибо похоть многих [163] опорожняет. Всему этому их обучил и наставил вероломный, презренный и нечестивый Магомет. К тому же магометане настолько робки духом, что едва ли за сотню лет произойдет один случай, чтобы один убил другого или нанес ему рану, в состязаниях, в боях с шестами или борьбе они выступают друг против друга, словно женщины. А если когда и одолевают христиан, то добиваются этого скорее хитростью, чем силой, ибо неисповедимы пути Господни, и никому не известно, в чем заключена справедливость суда Его. Они настолько жалки в делах, что не являются хозяевами своего добра, но султан или эмир может отобрать у них любые ценности, сколько хочет, и они ни словом не возразят ему. Кроме того, в городах у сарацин есть кади и епископы, и они назначают своих языческих пресвитеров, а эти кади — сыновья епископов, вот каково происхождение их. И вот откуда они пошли. Эти кади проявляют жестокость по отношению к христианам, обвиняемым в том, что они вошли в мечети, то есть их церкви, или проклинали Магомета — за что полагается казнь четвертованием В остальных случаях они охотно сажают христиан в тюрьму, вот почему тяжко жить среди них. Однако султан гневается, если по отношению к христианам совершается несправедливость. Когда умирает знатнытый или богатый сарацин, его жена, желающая остаться вдовой, отправляется к кади и говорит: ”Господин, мой муж умер и из любви к нему я желаю остаться вдовой, но сначала я охотно рожу от Вас сына, чтобы он молился за умершего!” Он не может отказать ей в этом, и они совокупляются по ночам над могилой мужа до тех пор, покуда эта женщина не родит сына, который выучивается грамоте и становится пресвитером. Если же она родит дочь, то та выходит за пресвитера замуж. А мать остается вдовою и после того, как ею овладел кади, будет вдовою навсегда. После смерти кади ему наследует один из его сыновей, ибо он зачал детей со многими женщинами Некоторые соглашаются на то, чтобы он овладел [164] ими тайно, с целью зачать и родить от него потомство. Стыдно описывать все то, что эти жалкие люди считают добродетелями. Однако неплохо понять то, что нам следует благодарить Бога, который уберег нас от этих заблуждений и пороков. Среди сарацин есть чудаки, которые носят на голом теле железные обручи и стегают себя по спине, дабы тем ублажить Магомета, ибо они пренебрегли его верой и не взяли себе множество жен. Есть и другие — те, что живут в пустыне, словно звери, они один раз в год приходят в тот город, где родились и хлещут себя цепями в молитвенных домах. Эти утверждают, что в пустыне говорили с Магометом о том, что происходит с душами, и вот с вечера приходят женщины, которые хотят узнать о душах своих милых. На протяжении всей ночи эти люди бодрствуют и хлещут себя, а по утру закрывают свои лица, чтобы женщин не видеть, а их прислужники знаками указывают, каковы женщины, которым предстоит дать ответ. И вот, в соответствии с дарами, которые принесли эти женщины, говорят, обрела ли душа, о которой они спрашивают, радости райской жизни или отправилась в ад» 170.

Кёльнский схоластик, магистр Оливер, наряду Яковом де Витри принял участие в состоявшемся 1217–1222 гг. Пятом Крестовом походе, а затем удостоился кафедры епископа Падерборна и кардинальской шапки. Оливер, судя по всему, также был знаком с трактатом «О земле Иерусалимской...» и с реляцией нотариуса Бурхарда, поскольку в своей книге «Дамиетская история» он рассказывает о роще бальзама и о христианских конфессиях: «За Лееманией 171 простираются земли Эфиопии, где живет бесчисленное множество христиан, одни — подданные христианских царей, другие — сарацин. Это нубийцы, которые в службе и в освящении даров подобны якобитам, за исключением того, что только нубийцы своим малым детям каленым железом наносят на лбу — и с той и с другой стороны, рядом с глазами, — знак креста, и тем не менее совершают обряд крещения. У тех и эти письмена [165] халдейские, они заквашивают тесто, крестятся одним пальцем, утверждают, что в единой природе Христа соединились две природы, скорее всего вкладывая двойной смысл в слово “природа” и используя оное в значении “сущность”. Георгиане и греки соглашаются во всем относительно церковной службы, но только у георгиан — свои письмена, и, тщательно изучив с помощью переводчика их книги на горе Симеона Столпника, где стоит их церковь, мы поняли, что у них такой же порядок евангелий, что и у латинян, и евангельский канон, как и у нас, распределен по колонкам. Послания Павла расположены у них и у нас в одном и том же порядке, и в первую очередь идет Послание Павла к римлянам. Патриарх маронитов находится на склоне горы Ливан. Они на последнем Латеранском соборе получили порядок церковной службы от Папы Иннокентия 172 и сохраняют его в той мере, в какой им позволяют их книги, написанные халдейскими или близкими к халдейским письменами. Рядом с ними на той же горе находятся неофориты, у них тайная вера, они не раскрывают ее своим сыновьям и внукам, покуда те не достигли тридцатилетнего возраста. Дурна та вера, которая прячется и скрывается от света; когда мы путешествовали по местам, где они живут, то нам хотелось узнать, почему они никогда не раскрывают своей веры женам, дочерям или сестрам, и тогда один из старейшин ответил, что женщины сотворены дьяволом. На что мы возразили: “Если вы ни во что не ставите женщин, то, видно, высоко цените дьявола?” Он, смущенный, ушел от нас прочь. Нелегко же приходится христианам, у которых такие соседи. У армян свои письмена, их священники на полях отбирают зерно, из которого хотят сделать пресные гостии, они обмолачивают его сами, отдельно от обычного зерна, сами мелют и в день, когда хотят сотворить Тело Христово, смешивают муку с водой и с пением псалмов торжественно и с великим благоговением готовят пресные хлеба, по форме совсем как у латинян. Но они весьма достойны порицания за то, что не празднуют Рождество [166] Господне заодно с нами и в этот день пашут, сеют, а их жены ткут и чешут шерсть. День Богоявления они называют “баптистерием” и в этот день устраивают праздник при большом стечении народа. Они отмечают Рождество заодно с Богоявлением, утверждая, что Господь родился в тот самый день, когда по прошествии многих лет был крещен. Они утверждают, что во всем следуют римскому праву, их примас — католикос, которому они подчиняются во всем. В Антиохии живут несториане, у них своя церковь, и они утверждают, что в Христе соединились две сущности, они исповедуют то, что Святая Дева была Матерью Бога и человека и что Она родила как Бога, так и человека, а ведь Несторий это отрицал. Но веруют ли они в это в сердце своем, или подобные слова у них на устах — одному Богу известно. У сирийцев письмена песнопения и обряды греческие, однако при составлении договоров и писем они пользуются арабским языком, как и сарацины. Якобиты, по большей части, расселились по всему Египту, но те, которые живут среди мидян и персов, довольствуются крещением. У руссов свой язык, но в церковной службе они, как оказывается, во всем следуют грекам. Вот такое разнообразие христиан по всей Азии перемешано с сарацинами, так что это негодное племя не может оправдывать себя неведением» 173.

С сочинением магистра Оливера ознакомился один книгочей — Альбрик из монастыря Трех источников; и вот под 1234 г. он поместил в своей хронике следующую заметку: «В заморской стороне во время перемирия многие прибыли из отдаленных земель к Гробу Господню; и обнаружилось, что существует девять вероисповеданий, или девять различных чинов христианских, и из числа каждого из них, то есть всех чинов христианских, священники, отправляющиеся в паломничество к Гробу Господню, совершают там службу в соответствии со своим обычаем. Из них первый — это чин наших христиан, то есть латинский или римский, и к этому исповеданию относятся почти [167] 700 епископских кафедр, которые, в частности, подчиняются господину Папе. Второй — чин греков, а также русских, они кое в чем отличаются друг от друга, но считаются одним вероисповеданием. Третий — чин сирийский, существующий в заморской стороне с самого зарождения христианства; к ним присоединяются несториане, которые до сих пор обитают в их краях. Четвертый — чин армян, проживающих рядом с Антиохией и за Малой Азией, и к ним причисляются мориане. Пятый — чин грузин и христиан-абхазов, населяющих большую страну, расположенную за Арменией, у них все клирики имеют тонзуры круглые, а миряне — квадратные. Шестой — чин якобитов, которые, как говорят, появились в дни католического мужа Марциана и нечестивого Нестория; эти осеняют себя и совершают крестное знамение одним пальцем. Седьмой — чин христиан нубийских, чья земля велика, и многие из них являются данниками сарацин. Восьмой чин охватывает все множество христиан, которые находятся под властью пресвитера Иоанна. Девятый — чип маронитов»174. В 1237 г. в Европе получили послание от доминиканского монаха Филиппа, которое прочел и поместил у себя в хронике не только Альбрик, но его современник и коллега — английский историк Матвей Парижский. Как писал Альбрик: «Вот замечательное послание брата Филиппа, заморского приора, повествующее о вере якобитов, и о многом другом, и о семидесяти областях, находящихся в подчинении у якобитского патриарха: “Святейшему отцу и господину Григорию — Великому понтифику милостью Божьей — брат Филипп, приор братьев проповедников в Святой земле, со всеобъемлющими преданностью, смирением и послушанием. Благословен Боже, Отче Господа нашего Иисуса Христа, который во времена Ваши, святой отец, овец, сбившихся когда-то с пути истинного, ныне мягкосердечно возвращает обратно к пастырю, — видно, во дни наши Он явил дар своего снисхождения и пастбища свои вновь осенил плодородием, — а те народы, которые в прошлом отмежевались [168] от церковного единства, снова удивительным образом возвращаются под наше начало в лоно единой Матери Церкви. Так, восточный патриарх якобитов — муж великой учености, праведности и могущества — в сопровождении множества архиепископов, епископов и монахов совершил в этом году паломничество в Иерусалим. Его послание, предлагающее всем праведникам обратиться к Божескому единению, мы приняли с великой радостью и встретили его торжественно с пальмовыми ветвями на склоне Масляничной горы, где он провозгласил и утвердил возвращение под начало Римской церкви, а также отрекся от всего еретического. И в знак признательности и дружбы он передал нам Святое Писание на халдейском и арабском языках, мы же в ответ передали ему книги, написанные письменами нашими. Сам он возвышается над халдеями, персами, мидянами и армянами, земли которых по большей части ныне разорены татарами. Также в тех странах, которые признают его пастырский авторитет, а всего их 70, проживает великое множество христиан, однако сарацины управляют ими как рабами и данниками, и только монахи освобождены ими от уплаты податей. Последовали его примеру и два архиепископа — один якобитский из Египта и другой, несторианский, с Востока. Их церковные владении простираются в Сирии и Финикии, и мы спешно отправили в Армению четырех братьев для изучения бытующего там языка, ибо об этом нас просили царь и бароны тех земель. О другом же, которого называют Иакелин, и который управляет всеми отделившимися от Церкви и обратившимися к несторианской ереси, и пастырские владения которого охватывают Великую Индию, царство пресвитера Иоанна, а также близлежащие земли, мы имеем сведения из писем Вильгельма Монфератского. Этот брат вместе с двумя другими пребывал какое-то время при его дворе и изучил местный язык. Так вот этот прелат сам поведал ему о своем желании смириться и перейти в лоно истинной Церкви. Также мы отправили братьев [169] в Египет к живущему там патриарху якобитов. А египетские якобиты намного больше, чем восточные, погрязли в своих заблуждениях, причем даже ввели обрезание по сарацинскому обычаю. И вот от этого патриарха мы тоже получили известие о том, что он желает вернуться к единству Церкви и даже, уже покаявшись во многих своих заблуждениях, запретил среди своей паствы совершать обрезание. А ему подвластны Малая Индия, Эфиопия, Ливия и Египет, причем эфиопы и ливийцы не находятся под пятою сарацин. Марониты, обитающие в Ливане, также, как cтало известно, склоняются к покаянию и возвращаются в лоно единой Церкви. В то время как все вышеупомянутые народы склоняются к истинности нашей доктрины и проповеди, только греки по-прежнему таят злобу. Они повсюду как тайно, так и явно во всем противоречат Римской церкви, а также поносят наши святыни. А все прочие секты, которые отличаются от них, именуют нечестивыми еретическими умениями. Мы, однако, оставили двери открытыми и, с тем чтобы истинное Евангелие распространилось повсюду, предназначили некоторых из наших к изучению языков разных народов. И в одном из монастырей собрали их для занятий, причислив оные занятия в качестве нового монашеского послушания ко всему тому, чем монахи занимались ранее. Итак, с Божьей помощью братья наши научились говорить и проповедовать на разных языках, а в особенности по-арабски, ибо именно это наречие там встречается чаще всего”» 175.

В конце XIII в. доминиканский пилигрим Бурхард с Сионской горы обратился к «Восточной истории» Якова де Витри как к путеводителю, откуда можно почерпнуть ценную информацию, которая потребуется во время путешествия. И все же наряду с весьма краткими сведениями об основных маршрутах и достопримечательностях мы обнаруживаем в его книге пространные рассуждения о различных вероисповеданиях народов Святой земли: «Здесь обитают [170] люди всякой нации, какие только есть на свете, и каждый живет в соответствии со своими обычаями. Но, по правде говоря, наши, латиняне — хуже всех прочих. И вот в чем, на мой взгляд, причина: какой-нибудь преступник, убийца, разбойник, вор, прелюбодей, чтобы покаяться или просто из страха за свою шкуру боится оставаться у себя на родине, перебирается сюда. Так, из разных стран, а именно из Германии, Италии, Франции, Англии, Испании и прочих частей света, приезжают те, кто на самом деле меняет небо, под которым живет, но не образ мыслей. Стоит им растратить то, что украли, как надо добывать все заново, потому они возвращаются на блевотину свою (Прит. 26, 11), совершая худшее из худшего. Они принимают у себя пилигримов со своей родины, которые, ничего не опасаясь, расстаются и с имуществом, и с честью. Они производят на свет детей, подражающих преступлениям своих отцов, а от последних рождаются на свет внуки, запятнавшие святые места следами своих грязных ног. Потому-то из-за прегрешений своих обитателей эта страна и ее святыни стали презренны пред Богом. Кроме латинян там обитает множество иных народов, например сарацины. Они проповедуют учение Магомета и чтят его веру. Господа нашего, Иисуса Христа, они считают величайшим пророком, признавая, что Он был зачат Святым Духом и рожден Девой. Отрицают, что Он принял муки и умер, но, когда им это угодно, соглашаются с тем, что Он вознесся на небо и сидит по правую руку от Отца, — и тем самым признают Его Божьим Сыном. А еще считают, что Магомет восседает по левую руку. Они погрязли в непристойности. Жен берут, сколько могут содержать. К тому же грешат против природы, в каждом городе у них есть эфебии. И тем не менее они весьма гостеприимны, учтивы и щедры. Кроме них есть еще и сирийцы, которые населяют всю страну. Они христиане, но вера у них ни в чем не похожа на латинскую. Они плохо одеты и обуты, живут скудно, милостыни не подают, проживают [171] среди сарацин и исполняют у них разные обязанности. Одежда у них как у сарацин, их можно отличить только по поясам из шерсти. Греки — также христиане, но только схизматики; правда, во времена Папы Григория X они по большей части признали главенство Церкви176. У греков все прелаты обязательно являются монахами, им присущи строгое воздержание и рассудительность, фигуры они очень значимые, пользующиеся в народе почетом и уважением. В моем присутствии их патриарх произнес такие слова: “Мы охотно и добровольно готовы признать главенство Римской церкви и оказывать ей почтение, но только я весьма удивляюсь тому, что нас хотят сделать рангом ниже архиепископов и епископов. Так, некоторые архиепископы и епископы желают, чтобы я, патриарх, лобызал их стопы и подходил к руке, что мне представляется неприемлемым, ибо подобным образом я готов себя вести только по отношению к Папе”. Там проживают армяне, георгиане, несториане, нубийцы, якобиты, халдеи, мидяне, персы, эфиопы, египтяне и многие другие народы — все они христиане, и их великое множество. У каждых — свой патриарх, и они ему подчиняются. Их прелаты утверждают, что охотно готовы признать верховенство Римской церкви. Эти самые несториане и якобиты, а также некоторые другие получили свое название по тем еретикам, что были их предводителями» 177.

На протяжении XIII—XV вв. более ста историков и писателей обращались к перечню восточных христианских конфессий, некогда составленному анонимным автором трактата «О земле Иерусалимской и ее обитателях». Одни смогли познакомиться с текстом трактата непосредственно, другие — благодаря его пространному переложению в «Восточной истории» Якова де Витри. Перечень этот постоянно изменялся, дополнялся и переделывался. Изобретались даже те народы, которых ранее вовсе не существовало. В середине XIV в. автор «Истории трех кёльнских волхвов», Иоанн Хильдесгаймский, обнаружил на Востоке [172] нубийцев, солдинов, несториан, латинян, индийцев, армян, греков, сирийцев, георгиан, николаитов, якобитов, коптов, иссинов, маронитов и мандополов. «Нубийцы — люди, родом из царства Аравии, они тверже иных христиан придерживаются веры, и как их царь, Мельхиор, поднес Господу золото, так и все нубийцы вслед за ним следуют светочу веры, и никакой ересью их не совратить с этого пути, поэтому они пользуются привилегиями по сравнению с иными христианами во всех странах. Куда бы ни отправились, они передвигаются толпами, повсюду, где живут христиане, им оказывается почтение, у них свои церкви и кладбища — совсем как у фризов в Аахене. Их пресвитеры с почтением подходят к алтарям в золотых или позолоченных, в зависимости от богатства, коронах, ибо три волхва были увенчаны коронами, когда подносили дары Господу. Солдины — люди, рожденные в царствах Годолии и Сабы. По большей части они были совращены неким еретиком по имени Солдиний, они в чем-то следуют греческому обряду, а в чем-то придерживаются ереси, письмена используют халдейские, язык у них свой. У них вера не полностью уничтожена ересью, а только повреждена. В память о трех дарах, которые принесли волхвы, во время богослужения их пресвитеры несут к алтарю золото, дьяконы — ладан, субдьяконы — смирну. Что же до людей, рожденных в царстве Тарc и на острове Эгресул, которыми правил Гаспар Эфиоп — тот самый, что поднес Господу смирну, — то во всех странах и землях Востока они называются сарацинами, ибо они были совращены еретиком по имени Несторий, из-за которого они полностью и навечно отступились от веры; и ни один учитель не может убедить их отречься от своего нечестия. Они не оказывают никакого почтения трем волхвам, но когда их епископы назначают священников, то берут с них клятву, что те станут во время каждой мессы предавать отлучению всех тех толкователей и воров, из-за которых у них было отнято тело Гаспара. Их ненавидят все христиане, обитающие [173] на Востоке; этой ересью заражены почти сорок царств, по большей части они — черные эфиопы, из презрения ко всем прочим в своих церквах они изображают Христа, Богоматерь и блаженного Фому черными, а дьявола — белым. Далее индийцы, рожденные в царстве пресвитера Иоанна, у них патриарх, которого называют Фома, и они повинуются ему во всем, как мы — господину Папе, а пресвитеру Иоанну они повинуются, как мы — императору или королю. И тот и другой живут в городе Сеува, где почили три волхва. Когда епископы этих индийцев назначают пресвитеров, они благословляют огонь, кладут туда железное острие и этим благословенным и раскаленным острием проводят пресвитерам по лбу и носу, делая надрез до самой кости. Так поступают они в знак того, что Святой Дух огнем снизошел на учеников. И по этим надрезам в тех местах пресвитеров можно отличить от прочих людей, как у нас по тонзурам. Эти пресвитеры, когда служат мессу, держат над алтарем золотой или позолоченный венец, и тут пресвитеры, дьяконы и субдьяконы с почтением подходят с трех сторон к алтарю. Так поступают в ознаменование того, что три волхва из трех разных стран по трем дорогам отправились в Вифлеем, чтобы поклониться Господу» 178. Затем, перечислив хорошо известных греков, сирийцев, армян, георгиан 179, якобитов и маронитов, Иоанн Хильдесгаймский снова обращается к народам и сектам, которые ранее не были представлены: «Копты — христиане-еретеки, у них своя секта, и они живут тут и там, смешавшись с другими людьми. Их пресвитеры пользуются в церквах некоей книгой, осужденной апостольским престолом, и эта книга называется “Тайны святого Петра”, а на мессах читают евангелие Никодима. Епископы носят такие же шапки, как и монахи-проповедники, во время каждой мессы они читают молитву во славу трех волхвов. Иссины — также христиане-еретики, у них своя секта, и по большей части они живут в Египте под властью султана. Во время крещения [174] пресвитеры острым раскаленным железом наносят на лоб детям знак креста, и этот крест остается у них на лбу на протяжении всей жизни. Они считают, что приумножились числом до такой степени, что если они вторгнутся в Вавилон, где живет султан, и каждый возьмет себе камень, то из-за их многочисленности в городе камня на камне не останется. Поэтому в 1341 году, на протяжении трех месяцев, в Египте и Дамаске жители непонятно отчего стали преследовать христиан и истреблять их так же, как в здешних странах это произошло с евреями во время чумы. Впоследствии султан наказал тех, кто принимал в этом участие. Во время преследований все египтяне и сарацины обвиняли иссинов перед султаном, ссылаясь на это суждение, но султан ответил: “Не проходит и дня, чтобы более тысячи телег, груженных камнями, не привозили на строительство этого города, и камни, что привозят, разрубают на несколько частей: поэтому невозможно, чтобы у иссинов появилось столько детей”. Подобными льстивыми речами он склонил народ к тому, чтобы прекратить преследования и убийства. Их пресвитеры после мессы благословляют паству, говоря, что Господь правит ими и ведет их подобно тому, как Он с помощью звезды указал трем волхвам путь в свой хлев в Вифлееме. Марониты — также христиане-еретики, у них своя секта, они живут, перемешавшись тут и там с сарацинами и христианами. По большей части они следуют обряду несториан, но не обрезаются. И каждый раз, как принимаются за какое-нибудь дело, говорят: “Во имя Бога и трех блаженных волхвов”. Николаиты — существующие издавна еретики, о которых говорится в “Апокалипсисе”. Среди прочих многочисленных заблуждений они считают неискупимым грехом, если один другого — мужчина женщину или женщина мужчину — попросит о соитии, а другой ответит ему отказом. Что же до того, что подобное соитие может быть греховным, то Бог это милостиво прощает. Они также проповедуют, что благодаря милосердию [175] Божьему демонам предопределено спасение. <...> Эти самые николаиты хоть и испорченные люди, однако даже самый бедный из них трижды в день — из почтения к трем волхвам — подает беднякам милостыню 180. <...> У этих людей, как и у всех прочих еретиков и схизматиков, о которых шла речь выше, есть множество обычаев, законов и обрядов, о которых слишком долго рассказывать по отдельности. Здесь было поведано о том, как именно они поклоняются трем волхвам, дабы и прочие правоверные католики почитали оных еще больше. Были прежде еще на Востоке самые негодные еретики, что назывались арианами, но они не оказывали трем волхвам никакого особого почтения. Их ересью был заражен весь мир, но ныне по Божьей милости они почти полностью уничтожены» 181.

В книгах Лудольфа из Зюдхейма, автора сразу нескольких сочинений о Святой земле, называются латиняне, греки, сирийцы, нубийцы, индийцы, армяне, георгиане, несториане, якобиты, марониты, копты, иссины, солдины и мандополы. Лудольфу также принадлежат оригинальные наблюдения относительно физического облика и внешнего вида этих людей: «Живущие в Сирии от природы слабые, но похотливые, да и приезжие из-за мягкого климата также слабыми становятся. Почти все, даже дети, с трудом испускают мочу, поэтому они используют ячменную муку с сахаром, воздерживаются от всякого мяса, пока не выздоровеют, и пьют воду, ибо она там пресная и никому не причиняет вреда. Вода в этих местах, прежде чем загниет, может храниться в семь раз дольше воды в стране нашей. Люди воздерживаются от вина не только из-за негодной веры Магомета, но и из-за жары: потому те, кто могут, делают питье с медом, сахаром или каким иным снадобьем. Многие пьют вино втайне, но из-за слабой природы вынести этого не могут и тут же заболевают. Они едят совсем немного хлеба — на протяжении всего дня съедают ломоть величиной с кулак, ибо в летнюю пору их тело [176] больше принять и переварить не в состоянии. Еду они себе готовят весьма нежную и изысканную, с освежающими специями и травами, ибо никакой едкой пряности в рот взять не могут. Одеваются они в лен и шелк, которые в Сирии носят все: сарацины, татары, иудеи, армяне и прочие народы. Лен они носят из-за невероятной жары. Самый уродливый внешний вид у сарацин — они носят одежду, похожую на рясы братьев миноритов, только с отрезанным капюшоном. Знатные и богатые носят лен с вотканной в него нитью для украшения. Все оборачивают головы льняными полотнищами длиной в двадцать локтей, которые называются имамами, по их цвету различаются разные секты. Так, христиане и схизматики, которых называют христианами, используют полотнища синего цвета, но местные жители, а именно сирийцы, носят льняное полотнище с каймою и называются христианами “подпоясанные”. Иудеи носят “имамы” шафрановые и голубые, саддукеи — голубые с красной нитью, греки — черные. Так и все остальные народы определяются по цвету “имамов”. У всех, кто живет в Сирии, из-за солнечного зноя головы обернуты» 182.

Предшественник Лудольфа, Вильгельм Болдензеле, сразу подчеркнул в своем итинерарии, что не собирается углубляться в описание конфессий: «В заморских землях множество христианских сект, различающихся как названиями, так и обрядами. Это греки, сирийцы, несториане, якобиты, христиане опоясанные, нубийцы, эфиопы, индийцы, следующие вере пресвитера Иоанна, — об их вере, образе жизни и заблуждениях слишком долго будет писать» 183. Однако ниже он обнаруживает свое знакомство с перечнями «В этой провинции Самария есть одна секта, которая называется самаритянской. Они не придерживаются ни христианской, ни сарацинской, ни иудейской веры, однако они не язычники, ибо утверждают, что Бог один. Их суждения, обряды и образ жизни весьма удивительны, ибо они считают себя единственными, кому уготовано спасение. Также они выделяются [177] своей одеждой, ибо люди, живущие в тех местах, оборачивают головы длинными полотнищами: христиане — золотисто-желтыми, сарацины — белыми, иудеи — голубыми, а эти пользуются полотнищами красными и считают себя самым богоизбранным народом» 184.

Разнообразие в этот перечень конфессий внесло послание, направленное в папскую курию в 1232 г. греческим патриархом Гермогеном. В этом послании отмечается: «Добавлю только, и именно на этом закончу, что многие и великие народы, которые мыслят заодно с нами и с нами, греками, согласуются во всем. В первую очередь обитающие на самом востоке эфиопы, затем сирийцы и те, кто куда многочисленнее и добродетельнее, — иберы, лазы, аланы, готы, хазары, неисчислимый народ Руси, победоносное царство болгаров. Они повинуются нашей Церкви во всем как матери, неотступно придерживаясь древней ортодоксии» 185. Упомянутые Гермогеном народы посетили, отправившись накануне монгольского нашествия на поиски Великой Венгрии, доминиканец Юлиан и его сотоварищи 186. Обратившись к этому списку и прибавив к нему те народы, что упоминались в трактате «О земле Иерусалимской и ее обитателях» и «Восточной истории» Якова де Витри, чиновники папской канцелярии составили список тех, среди кого следует вести миссионерскую деятельность. На протяжении столетия булла «В час одиннадцатый» перечисляла «земли сарацин, язычников, греков, болгар, команов, эфиопов, сирийцев, иберов, аланов, хазар, зихов, русских, якобитов, нубийцев, несториан, армян, индийцев, мезолитов и прочих неверующих народов Востока», нотариусы доблестно готовили письма для тех, кто отправлялся проповедовать в дальние страны имя Христово, при этом никому не приходило в голову, что в основании это плана лежат весьма далекие от современных реалий сведения. В средневековой литературе перечисления были в почете — школяры и послушники переписывали подобного рода [178] тексты с тем же азартом, как современные школьники коллекционируют бабочек или марки, — к тому же любая схема свидетельствовала о кругозоре и обстоятельности автора.

Интерес к восточно-христианским конфессиям не был досужим — в них видели потенциальных союзников, с помощью которых можно будет открыть против сарацин «второй фронт». Так, в проекте Крестового похода, представленном французскому королю Филиппу IV, подчеркивается: «Третьим мотивом к тому, чтобы предпринять Крестовый поход, является сочувствие к гибели огромного числа людей, носящих имя христиан. Известно, что в мире обитают три самые большие нации — христиане, татары и сарацины. И среди них нация христиан, включая лучших и худших, является наибольшей — так считается, так оно и есть. Ведь кроме тех христиан, о которых уже говорилось, а именно: греков, рутенов, болгаров, славян, блаков — всех тех, кого хвост греческой секты окольцевал заблуждениями и беспутством схизм и увлек за собой в преисподнюю, — на юге, на севере и на востоке проживает множество иных христианских народов, которые считают себя ортодоксами и называют себя хранителями истинной веры. Одних можно сравнить с тьмою греческой, другие погрязли в сектантских заблуждениях настолько, что, оставив и переменив имя христиан, стали прозываться именами основателей своих сект. Так, есть некий народ, который называется готами, от них произошли те самые готы, что войной, огнем и мечом прошлись по западным странам. На северо-востоке обитают и иные народы, а именно зихи, от которых скифы, авгазы, от которых вандалы, соавы, от которых гунны, аланы, от которых аланы ведут, как полагают, свое происхождение. Кроме того, есть еще георгиане, которых греки именуют иберами, ибо они ведут свое происхождение из Испании, ибо та по реке Ибер Иберией называется. Все эти народы проживают на пространстве протяженностью в восемьдесят дней пути, и в своих заблуждениях они подражают Греческой [179] церкви. В восточных странах живет множество христиан, которые находятся под властью императора Персии. Есть еще некогда Греческая империя, которая ныне в честь королевской столицы и кафедрального города Трапезунда называется Трапезундской империей, а в древности была Каппадокией. Есть еще Великая Армения, большая и протяженная страна, в книгах сказано, что именно там Ноев ковчег опустился на горы и покоится по сей день. Эта страна находится в подданстве императора Персии, во владениях которого проживают якобиты и несториане, еретиками Якобом и Несторием введенные в обман и переименованные, ведущие свое происхождение из Халдеи и Азии, проживающие на огромной территории. Далее, если отправиться на юг, в море Индийском расположен остров весьма немалый, где народ соблюдает равно обряды обрезания и крещения. Об этом острове, а именно о том, как и каким образом я побывал там, и о нравах живущих там людей, об их обычаях и образе жизни, об установлениях и законах и об их странном и необычном образе правления, если оно будет соответствовать нашим задачам, весьма прелюбопытно будет услышать, если представится случай рассказать. Еще дальше на юг находятся христиане-эфиопы, народ великий и сильный, потому что многим владеют и распространены на большой территории. Они столь могучи и столь сильны, что одно только их царство, называемое Нубией и граничащее с Египтом, когда-нибудь одержит победу и триумф над султаном Вавилонии. У этих людей есть пророчество, что когда-нибудь они поднимутся, перейдут через горы, за которыми они заключены, и вместе с теми нубийцами, что живут за пределами гор, разорят и уничтожат Египет и арабов, возьмут и разрушат Мекку, сломают гробницу и сожгут тело нечестивого и негодного Магомета. Чтобы подробнее описать то, что мне известно о вышеупомянутых народах, местах их проживания, нравах, заблуждениях, чтобы запечатлеть различия и особенности, потребуется отдельный том и специальный трактат» 187.


Комментарии

156. Восточно-христианским конфессиям и их восприятию в латинской литературе посвящена энциклопедическая монография Анны-Доротен Ван ден Бринкен (Brincken 1973). Сделанные в этом очерке наблюдения – попытка посмотреть на списки конфессий с другой стороны, проследить их роль в литературе, повествующей о путешествиях и паломничествах.

157. В другой рукописи добавлено – «и все они поклоняются Христу».

158. Согласно другой рукописи вместо четырех последних – болгары.

159. В другой рукописи добавлены франки.

160. Нет никаких предположений, о ком именно идет речь.

161. Huygens 1994: 137-138.

162. MGH.SS. XXVI, 252.

163. Huygens 1960: 72.

164. Huygens 1960: 1.

165. Huygens 1960: 83-87.

166. Bongars 1611: I, 1094-1095.

167. Bongars 1611: I, 1089.

168. Итинерарий Дитмара, XXVIII, 3-17 – Laurent 1857: 51.

169. Дословно «в горах».

170. Neumann 1884: 373-376.

171. Этим названием Оливер обозначает область Египта, граничащую с Эфиопией.

172. Речь идет о третьем Латеранском соборе в 1182 г.

173. Оливер де Падерборн. Дамиетская история. Гл. 62-69 – Hoogeweg 1894: 264-267.

174. MGH.SS. XXIII, 935, К этому тексту Альбрик прилагает цитату из «Дамиетской истории»: «Их патриарх находится на горе Ливан, и они получили священническое облачение от Папы Иннокентия на Латеранском соборе и ему служат, насколько позволяет их писание, которое халдейское или к халдейскому близкое. К ним примыкают на склоне той же горы насаиры, у которых вера тайная, и они не открывают ее сынам и внукам, пока тем не исполнится 30 лет, это вера негодная, ибо они хотят пребывать во тьме и не желают видеть света. Магистр Оливер-епископ: Когда мы пересекли их местность и пожелали узнать, почему они никогда не открывают веру женам, дочерям или сестрам, один из старших ответил: ”Женщины сотворены дьяволом”. И мы заключили: ”Таким образом, обминая незамужних женщин, мы обнимаем дьявола”. Смущенный, он отошел от нас».

175. MGH.SS. XXIII, 941-942.

176. Имеется в виду собор 1274 г. в Лионе, когда Константинополь попытался сгладить противоречия с Римом. Уния оказалась временной.

177. Laurent 1864: 88-89.

178. Horstman 1886: 277-280.

179. Рассказ о георгианах приводится на с. 190-192 этой книги.

180. Далее следует рассказ о кочевниках-мандополах, который приводится на с. 261-262.

181. Horstman 1886: 284-287, 289.

182. Neumann 1884: 364-365.

183. Grotefend 1855: 264-265.

184. Grotefend 1855: 277.

185. RS 57/3: 460.

186. Не потому ли Юлиан упоминает болгар, зихов, аланов и русских, что в папской курии проявили к этому интерес? Очевидно, что именно послание Гермогена, а не отчеты о путешествиях Юлиана подсказали папским чиновникам, какими названиями расширить список, – ведь у Юлиана упоминаются народы, которые остались не охвачены буллой «В час одиннадцатый».

187. RHC Arm. II, 385-388; Beazley 1907: 823-824.

Текст воспроизведен по изданию: Царствие Небесное: Легенды крестоносцев XII-XIV веков. СПб. Издательский Дом "Азбука-классика". 2006

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.