Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

№ 143

1671 г. октября 11. — Сказка в Тобольской приказной избе тобольского служилого бухарца Сеиткула Аблина и казака И. Тарутина об их поездке в Цинскую империю

/л. 187/ 180-го октября в 11 день приехали в Тоболеск ис Китайского государства з государевою казною тобольские бухаретин Сеиткул Аблин да конной казак Ивашко Тарутин, а в приказной избе боярину и воеводам князю Ивану Борисовичу Репнину с товарыщи сказали:

В прошлом де во 176 году в-ыюле месяце по государеве грамоте отпущены они были ис Тобольска з государевою казною для торгового промыслу в Китайское государство, а государевых товаров и мяхкие рухляди послано было с ними по цене на 4000 и 500 на 30 на 9 [289] рублев на 20 на 7 алтын на 4 деньги. Да с ними ж посланы были в целовальниках тобольских посацких людей 3 человека, да бухаретин, да для береженья государевы казны тобольских литвы и конных казаков 16 человек, да служилых татар 10 человек.

И ехали де они ис Тобольска до Ямыша-озера мимо Тару 7 недель, /л. 188/ и у Ямыша-озера застали тюменского стрелецкого голову Самойла Блудова з государевыми служилыми людьми, которые посланы были с ним для соли. И в то ж де время услышали Аблая-тайши сын Чаган, что он, Сеиткул, с товарыщи едет в Китайское государство з государевыми товары, прислал к соляному Ямышу-озеру подвод 47 верблюдов, и на тех верблюдах Самойло Блудов государевы товары отпустил при себе. А жили де они у соли 3 дни. А под служилых людей дали подводы аблаева ж улусу торговые бухарцы, и на тех подводах от соли шли они до Аблаева улусу 3 недели. И для береженья от соли до Аблая ехали с ними аблаевы улусные калмыки и бухарцы. А у Аблая в улусе жили они 7 недель, покупали верблюды. А корм де им Аблай давал небольшой, потому что он от воинских людей разграблен, а честь де им и береженье было у него большое, и тесноты де им и обиды не было. /л. 189/ А от Аблая они повезли государеву казну на покупных верблюдах, а покупали они верблюды на государевы товары, а целовальники и служилые под себя верблюдов купили собою на свои товары. И отпустил с ними Аблая-тайша до Китайского государства посла своего Билюкту да с ним торговых бухарцов 200 человек. И с теми они бухарцы ехали до Китайского государства, а дорогою аблаева посла с кашеваром до Китайского государства и назад кормил государевыми запасы, а что ему, послу, дано государевы товаров на корм, и то писано в книгах.

А ехали они из Аблаева улусу на урочищи н[а] Акбазар-речку 1, на которую речку зимовать ездит Аблай-тайша, 3 дни. /л. 190/ А с тое речки ехали на речку Темин-Чергор 2 в улус к Чокуру-абаше 4 дни, и стояли в том улусе 3 дни. А корм и провожатых им Чокур дать хотели, и они де не взяли для того, чтоб Аблай-тайша о том меж себя не ссорились и для того, что аблаевых провожатых с ними было много. И из Чокурова улусу ехали до речки Есеты 3 3 дни, а от Есуты-речки до речки Алатая 4 3 ж дни. А от тое речки ехали в вершины Иртыша-речки до речки Юрюнгу 5 неделю. А на тех всех речках живут пашенные люди Чокура-абаши-тайши. /л. 191/ А от Юрюны-речки ехали по другой стороне Иртыша-реки, на которой стороне стоит Тоболеск, до реки Булугана 6 3 недели; а на Булугане стоит Сенги-тайши улус дядей Данжина да Агая тайш. И они тот улус прошли мимо, потому что воровских людей живет много. А от того улуса ехали горами каменными день до Мугальские земли 7. А от гор ехали до улуса Елденя-тайши 8 людьми 3 недели. И в том Елденеве улусе жили для торгу 3 дни. И Елдень-тайша дал им корму трем человеком 2 барана, а иным никому не дал.

А от того улусу ехали людьми же до улусу мугальсково тайши Катана-батыря 9 3 ж недели. И в том улусе жили они для торгу 4 дни. И Катан дал им корму только трем же человеком довольно.

А от того улусу ехали Мугальскою ж землею до Селенги-реки до лабина улусу полторы недели. И тот улус они прошли мимо, потому что тот улус стоит в стороне. /л. 192/

А от того улусу ехали до улуса Саина-хана 2 недели, и у Саина жили в улусе недель с 5 до весны. А сказал де Саин-хан ему, Сеиткулу, государеву цареву и великого князя Алексея Михайловича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца, жаловальную грамоту [290] за ево государевою печатью, писана татарским письмом. И он де, Сеиткул, тое государеву грамоту перевел на калмыцкой язык через толмач. А в той государеве грамоте писано, чтоб он, Саин-хан, государевых посланников и всяких торговых людей во все земли пропускал без задержанья и корм и подводы и провожатых давал. И Саин-хан дал им провожатых 5 человек, а корм давал небольшим людей не по многу.

И ис того улусу ехали ево хановыми людьми до границы Китайского государства бойдохана 4 недели 10. А на той границе китайского бойдойхана начальные люди имяна их, Сеиткула с товарыщи, переписали и отпустили в Китайское государство, а с ними послали для всякого береженья и кражи провожатых 10 человек. /л. 193/ И от той границы ехали они до Китайской каменной стены до ворот полторы недели. А как они пришли к воротам 11, и у тех ворот приказная изба и сидят в ней начальные люди и подьячие, и их пересмотрели, а пересмотря, послали в город с вестью, а им велели быть у ворот. И с тою вестью ходили 2 недели, а оне в те поры жили подле городовой стены. И приехал де к ним начальной человек да с ним 10 человек и спрашивали у них: от кого и какие люди и с чем приехали? И они сказалися от великого государя послы и торговые люди. И они с тою вестью послали в город в другой ряд. И до вестей жили 5 дней, и приехал к ним начальной человек да с ним человек з 20, и переписали их всех поимянно и что у кого ружья, и взяли их в город. И от тех ворот ехали они людьми до города Баянсумы 12 2 дни. И от того города до города ж Чеганкерем 13 2 ж дни. А от того города до Большого китайского города 2 ж дни. /л. 194/ А промеж теми городами, дорогою едучи, порозжих мест промеж мелких городов ве[р]ст по 10-ти и по 15-ти.

И всего ехали ис Тобольска до Китайского государства и с простоем 48 недель 3 дни.

А как они к Большому китайскому городу приехали, и у ворот встретил китайского царя боярин, а с ним человек с 30 и больши. А в то время поставили шатры, и в те шатры их взяли перед боярина, и боярин де их спрашивал о здоровье и, их землею едучи, чево у них не утерялось ли? И они де сказали, что, дал бог, ехали здорово и приехали в целости. А после того поил их вином и чаем и взял их, Сеиткула с товарыщи, в город и поставил на посольской двор каменной, кругом сажень с полтораста, а в него трои ворота, а на дворе построены 2 полаты каменные большие да мелких изб каменных с 30. А бухарцов, которые ехали с ним от Аблая, /л. 195/ оставили за городом и поставили на бухарской двор. А тот де бухарской двор больши посольского двора, каменной же, а полат в нем и изб нет.

И того ж дни им, Сеиткулу Аблину с товарыщи, велели быть перед китайского царя в рощу. И они, Сеиткул с товарыщи, з государевыми дарами пошли 5 человек, а государевых подарков несли две половинки сукна и иных товаров, а сколько каких товаров, и то у них писано в росходных книгах, а как они государевы подарки китайскому царю несли, а те де подарки приимали у них ближние ево люди у рощи у ворот, и перед царя приносили они ж, ближние ево люди, и те подарки велел им приимать в свою казну, а они того Сеиткул с товарыщи не видели, потому что они стояли у ворот. И в то ж время, спустя часа с 3, велел их китайской царь взять перед себя в рощу. А как они перед царя пришли, а китайской де царь сидит на столе /л. 196/ на коврах и на подушке, и против их не стал, а собою он молод, лет в 20, и спрашивал про государьское здоровье сидя же, а велел [291] спрашивать ближним своим людей, И они, Сеиткул с товарыщи, про государьское здоровье сказывали стоя. А после того великому государю бил челом китайской царь на государеве жалованье, на подарках. А посла того спрашивал про них, Сеиткула с товарыщи, здоровье /л. 197/ и велел их, Сеиткула с товарыщи, поить вином и обедать перед собою. А сам царь обедал на своем столе тут же в роще и подачи им из перед себя подавал, и после стола корм и питье и торговать велел повольней, и отпустил их на посольской двор, а корм и питье за ними прислал вскоре.

И жили они в Китайском государстве полтретья месяца, и корм им и питья было горозно довольно, и торг им дан повольно. А у посольсково двора был в приставех начальной человек да подьячей да 10 человек служилых и торг их, хто что купит и продаст, и они все то записывали, а пошлин с них никаких продаж не имали. Да к ним же, Сеиткулу с товарыщи, с начальным же человеком, приставлен был толмач для того, чтоб китайские люди серебра подмешиваново и иных никаких худых товаров им в продажу не приносили и тем их не обманывали.

А у царя де они обедывали в садех трижды до опуску все, да с ними ж де были за столом и Аблаевы бухарцы и иных тайш калмыки человек сот с 5, а их де, Сеит/л. 198/кула с товарыщи, садил всех выше, а царь за теми обедами не был.

А после тех столов перед отпуском взял их, Сеиткула с товарыщи, всех в Мунгальской приказ, и в том приказе великому государю поднес в дарех боярин их серебра и камок и бобров и барсов, а сколько чево поднесено, и то писано в книгах. А поднося говорил им, что великого государя царь их бойдой дары принял с честию и великий государь пожаловал бы ево, велел и ево дары принять, и вперед бы великий государь послов своих и для торгу своих государевых людей присылал, а им де будет корм и всякое береженье и торг повольной против прежнего с прибылью; да изменили де царю бохдою ево ясашные люди 170 человек и великим государем ясак платят в дарех, и великий государь пожаловал бы ево, велел тех людей отдать ему назад 14. А листа де им о том не дал.

И после того спустя время с неделю перед самым отпуском взяли их, Сеиткула с товарыщи, в тот же Мунгальской приказ и подавал им тот же боярин от царя в дарех /л. 199/ Сеиткулу Аблину 60 лан серебра, 3 камки, 27 китаек лазоревых; Ивану Тарутину 40 лан серебра, 3 камки, 17 китаек; а служилым людем и целовальником и служилым татаром, всего 30 человеком, да 16 человеком кашеваром по камке да по 8 китаек человеку.

А опосле того в третей день ис Китайского государства их, Сеиткула с товарыщи, отпустили. А на отпуске им посольства не было, а дали им корму в дорогу на 2 месяца и провожатых до тое ж каменные стены, где им была встреча, а подвод им не было.

А покаместо де они в Китайском государстве жили, и в то время лошадей и верблюдов кормили китайского ж царя кормом.

А выехали де они из города, и отъехав в полднище стояли з год для того: весть им пришла, что Аблая-тайшу и улусных ево людей калмыцкие люди разгромили все без остатку и людей многих побили. И к ним, Сеиткулу с товарыщи, прислал Сенга-тайша людей своих и лист за печатью, а в листу написано, чтоб ехать им з государевою казною мазад в Тоболеск на ево Сенгин улус, /л. 200/ не опасаясь ничего. И они де, Сеиткул с товарыщи, по ево Сенгину приказу з государевою казною пошли, и на дороге им в Мунгальской земли у Чеон-контайши пришла [292] весть, что Сенга-тайша убит, и они де, Сеиткул с товарыщи, з государевою казною ехать не посмели, а послали с вестью в Сенгин улус тобольских служилых людей Ваську Соснина да татарина Елока Щахмаметева да Сенги-тайши человека, которой с ними был в провожатых, Котечи да бухаретина Тавхозю, а велели им в улусе Сенги-тайши проведать. И жили де они в Мугальской земли у Чеон-контайши полтретья месяца, и к ним де приехали посыльщики их Васька Соснин с товарыщи, а с ним прислал Сенгин брат Гаган да сын ево Араптар-тайша людей своих лучево человека Иркегенцу с товарыщи, а сказал им, что Сенга-тайша убит, а они б, Сеиткул с товарыщи, ехали з государевою казною без спасенья к ним в улус. И они де, Сеиткул с товарыщи, из Мугальской земли с теми посыльщики з государевою казною поехали. И идучи де у них дорогою запасу стало мало и пристали государевых 3 верблюда, да и те верблюды /л. 201/ отдали на дороге их Гагана-тайши улусним ево людем беретчи.

А как они пришли в улус к Гагану и к Араптару тайшам, и несли к ним великих государей жалованья подарков, а сколько отнесли, и то писано у них в книгах. А как они, Сеиткул с товарыщи, государево жалованье Гагану и Араптару тайшам поднесли, и тайши у них государево жалованье приняли и велели им пожить у себя в улусе. А жили в улусе 4 месяца. Да сверх тово тайши взяли у них государева сукна зеленого 6 портищ кармазину. И они де, Сеиткул с товарыщи, говорили Гагану и Араптару, чтоб их отпустить з государевою казною в Тоболеск без задержанья, и тайши Гаган и Араптар отпустили их в Тоболеск не задержав. И шли де они из Сенгина улуса до Соли 15 5 недель. А с ними для проезду послали послов своих Маметелупа да Чадыра, велели им проводить государеву казну до Тобольска и до Москвы. А на отпуске де им, Сеиткулу с товарыщи, за государево жалованье дали только 2 верблюда да 9 лошадей.

А живучи в улусе, корму им и питья было скудно и в дорогу не дали. А потому де им корму и питья, живучи в улусе, было скудно, что тайши говорят: не к нам де они, Сеиткул с товарыщи, /л. 202/ посланы, а посланы они через Аблаев улус. А больши де того обиды и тесноты не было. Да у них де, Сеиткула с товарыщи, украли в улусе воровские люди государевых 2 верблюда да лошадь, да 7 камок, по 2 портища в камке, а покупаны де те камки по 6 ланов по 2 золотника, да сеиткуловых и казачьих 4 верблюда да 20 лошадей. И они де о тех верблюдах и об лошадех Гагану и Араптару тайшам говорили, чтоб те лошади и верблюды и камки сыскать. И они де, Гаган и Аараптар, сыскать приказывали зайсану, а сыскали ли те верблюды и лошади и камки, того они не ведают, только де им тово не отдали.

А как де они из Сенгина улуса выехали, и отъехав от Сенгина улуса 5 дней, и с урочища з большово с Чару-реки 16 послал он, Сеиткул, к Ямышу-озеру тобольского конного казака Федьку Заева да с ним калмыка, для того, чтоб письмяной голова Лев Поскочин с служилыми людьми не уплыл от Ямыша-озера /л. 203/ и дожидались бы государевы казны и их, Сеиткула с товарыщи. А в той де посылке у него, Фетьки, вперед и назад едучи, 2 лошади ево Федькины пали.

А как они пришли к Ямышу-озеру, а которые были 24 верблюда под государевою казною, и те верблюды отданы у соли приезжим бухарцом в долг Аблаева улусу. А потому они верблюдов отдали в долг, что до Тобольска тех верблюдов не догнать, а на бухарцов взяты крепости. А кому имянем и сколько верблюдов и по которой цене отданы, и то писано в книгах.

А у Соли их, Сеиткула с товарыщи, письмяной голова Лев [293] Поскочин посадил на государевы дощаники, и они де на тех государевых дощаниках з государевою казною приехали в Тоболеск в нынешнем во 180 году октября в 11 день.

По склейкам и под текстом рукоприкладства: [...] (Рукоприкладство Сеиткула Аблина на языке тюрки.) К сему доезду вместо Василья Кирьянова да Микифора Комельцова по их веленью и за себя Иевко Васильев руку приложил.

На л. 203 под текстом отметка: Сие сходно с перечневою росписью.

ЦГАДА, ф. Сибирский приказ, стлб. 535, лл. 187—203. Подлинник.

Опубл.: «Советское китаеведение», 1958, № 2, стр. 137—143.


 Комментарии

1. Акбазар — пересыхающая река Базарка, впадает в озеро Зайсан.

2. Темин-Чергор — это или речка Тамырсык, или, скорее, Черга.

3. Есета — это река Еспе.

4. Алатая — это, очевидно, река Тайжузген.

5. Юрюнгу — это река Урунгу, впадающая в озеро Улюнгур.

6. Булган — левый приток реки Урунгу. До этого пункта маршрут данной поездки С. Аблина в основном совпадает с тем путем, по которому торговые караваны ходили из Тобольска в Пекин и которым в Китай проехал Ф. И. Байков и уже дважды сам Аблин.

7. Здесь С. Аблин и его товарищи перевалили через Монгольский Алтай и направились на северо-восток по территории Халхи.

8. Елдень-тайша — халхаский феодал Мацари Иэлдэн Тушету, сын Шолой Далай-джинона (см. Н. П. Шастина, Шара Туджи — монгольская летопись XVII века, М.—Л., 1957, стр. 157).

9. Катан-батыр — родной брат Мацари Иэлдэн Тушету — Шара Даши Хатан Багатур (см. Н. П. Шастина, Шара Туджи — монгольская летопись XVII века, М.—Л., 1957, стр. 157).

10. В пределы цинского Китая Аблин и его спутники вступили, очевидно, в районе Эрляня, пройдя часть пути дорогою, ведшей от Урги в Пекин.

11. Здесь имеется в виду ворота Чжанцзякоу (Калгана), к которым подошел караван Аблина.

12. Баянсумэ («Богатый монастырь») — так по-монгольски называется город Сюаньхуафу. Этот участок пути Аблин и его спутники шли очень долго: на путь от Калгана до Сюаньхуафу, между которыми всего 35 вёрст, они затратили 2 дня. Однако весь путь от Чжанцзякоу до Пекина ими пройден за 6 дней, т. е. быстрее чем Байковым (7 дней) и Петлиным (11 дней).

13. Чеганкерем — в переводе с монгольского означает «Белая крепость». Вспомним описание Петлиным «Белого города», от которого он до «Большого Китая» (Пекина) также ехал 2 дня (см. коммент. к док. № 26). Очевидно, здесь речь идет о Чанпине, а не о Хуайлае, как считает А. М. Филиппов (см. А. М. Филиппов, Новые данные о посольстве Сеиткула-Аблина, — «Советское китаеведение», 1958, № 2, стр. 143).

14. Речь идет о Гантимуре (см. коммент. к док. № 133).

15. Соль — здесь имеется в виду озеро Ямыш.

16. Точное местоположение р. Чар установить не удается (см. А. М. Филиппов, Новые данные о посольстве Сеиткула-Аблина, — «Советское китаеведение», 1958, № 2, стр. 143).

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.