Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

Глава V

ВЕЛИКАЯ КРЕСТЬЯНСКАЯ ВОЙНА И БОРЬБА КИТАЙСКОГО НАРОДА ПРОТИВ ЗАВОЕВАТЕЛЕЙ

ВОССТАНИЯ В ШЭНЬСИ И ПОХОД В ШАНЬСИ

Мин ши, гл. 309

Отдел Лечжуань, 197

(из биографии Ли Цзычэна)

Ли Цзычэн происходил из Мичжи 1, род его жил в хуайюаньбаоском селении — крепостце Лицзицянь. Его отец Шоучжун, не имея сына, молился на горе Хуашань. Во сне дух объявил ему: «Звезду, поражающую войска, дам тебе в сыновья». После этого и родился Цзычэн. Мальчиком он пас овец у местной знатной семьи по фамилии Ай; став взрослым, служил верховым курьером Иньчуаньской почтовой станции.

Он искусно ездил верхом, стрелял из лука, боролся, был драчуном, хулиганил (улай) (л. 2б), несколько раз нарушал закон. Уездный начальник (чжисянь) Янь Цзыбинь арестовал его. Накануне казни он бежал и сделался бандитом (ту) 2.

В конце годов правления Тяньци 3 шэньсийским сюньфу стал Цяо Инцзя, а Яньсуйским сюньфу стал Чжу Тинмэн — сторонник Вэй Чжунсяня 4. Будучи алчными и творя беззакония, они не пресекали бандитов. Бандитизм вследствие этого и начался.

В первый год правления Чунчжэна (1628) в Шэньси был [136] сильный голод, а в Янсуй недоставало продовольствия. Гуюаньские солдаты разграбили окружной склад. Байшуйский разбойник Ван Эр, фугуйский разбойник Ван Цзяюнь, ичжоуские разбойники Ван Цзогуа, Фэйшаньху — «Тигр, перепрыгивающий горы» 5, Дахунлан — «Большой красный волк» и другие — все разом восстали. В Аньсай был конный разбойник Гао Инсян, который приходился Ли Цзычэну шурином. Вместе с голодным людом вандаляновы приверженцы примкнули к нему. Гао Инсян назвался Чуанским князем (Чуан ван), а Ван Далян назвался Далянским князем (Далян ван). Во 2 году (1629) весной был издан императорский указ о назначении Ян Хо главнокомандующим трех границ (сань бянь цзунду) для поимки разбойников. Цаньчжи Лю Инюй захватил и обезглавил Ван Эра и Ван Даляна. Цаньи Хун Чэнчоу напал и разбил Ван Цзогуа. Разбойники были этим несколько устрашены.

В то время столица была объявлена на военном положении. Войска шаньсийского сюньфу Гэн Жуци, призванные императором на помощь, подняли мятеж и ушли на запад. Войска яньсуйского командующего (цзунбин) У Цзымяня и ганьсуского сюньфу Мэй Чжихуаня, призванные императором на помощь, также восстали и объединились с разбойниками (л. 3а). Янсуйский сюньфу Чжан Мэндин умер от огорчения, а Хун Чэнчоу заменил его. Бывший командующий (цзунбин) Ду Вэньхуань был призван, чтобы начальствовать над яньсуйскими и гуюаньскими войсками и, действуя по своему усмотрению, искоренять разбойников.

Третий год (1630). Ван Цзогуа, Ван Цзышунь, Мяо Мэн и др. неоднократно терпели поражения в битвах и просили о капитуляции. А Ван Цзяюнь грабил между Яньанем и Циняном. Ян Хо уговаривал его. Тот не послушался, от Шэньму переправился через Хуанхэ и вторгся в Шаньси.

В то время в Циньских землях 6 взимали налоги, которые состояли из «нового налога» (синьсян), из «равных поборов» (цюньшу) и из «налога на постройки» (цзянь цзя) 7; перечень их изо дня в день увеличивался. Чиновники, пользуясь этим, действовали корыстолюбиво, народ же дошел до великой крайности. По совету цзишичжуна Лю Моу закрыли почтовые [137] станции (ичжань). Шэньсийские бездомные люди (юминь) 8, которые существовали на паек от почты, остались без пропитания и все присоединились к разбойникам. Бандитизм тогда расцвел.

Ланчжун военного ведомства Ли Цзичжэн в докладе трону писал о том, что люди в Янь испытывают голод, и могут все до одного стать бандитами. Он просил выдать из казны 10 ваней 9 деньгами для оказания им помощи. Император не принял этого во внимание.

А Ван Цзяюнь внезапно совершил набег и разгромил три крепостцы Хуанфу, Чуаньцин, Шуймугуа, занял Фугу и Хэцюй 10. Кроме него, действовали Шэнь Июань, Бучжаньни — «К кому не пристает грязь», Кэтяньфэй — «Умеющий летать по небу», Хэ Линьань, Хунцзюнью — «Друг красных войск» 11, Дянь Дэнцзы, Ли Лаочай, Хуньтяньхоу — «Обезьяна, взбудоражившая небо» 12, Дусинлан — «Одинокий волк» и др. Разбойники повсюду поднимались, как рои растревоженных ос. Некоторые из них (л. 3б) грабили Цинь (Шэньси), другие двинулись на восток, вступили в Цзинь (Шаньси), вырезали население взятых ими городов и селений. Правительственные войска устремлялись то на восток, то на запад, атакуя их. Некоторые из разбойников сдавались, другие умирали; движение то угасало, то разгоралось.

Яньаньский разбойник Чжан Сяньчжун собрал много народу, занял 18 укреплений и назвался Бада ваном — «Восьмым великим князем».

В четвертом году (1631) гушаньский помощник командующего (фуцзян) Цао Вэньчжао нанес разбойникам поражение в Хэцюй. Ван Цзяюнь, который обратился в бегство, вскоре снова появился у Иояна, напал на Цзэлу, но был своими приспешниками (цзою) убит. Его соратники избрали Ван Цзыюна, по прозвищу Цзицзиньлян — «Мост красного золота», который и стал их предводителем.

Ван Цзыюн объединил разбойников — это были: [138] Лаохуэйхуэй — «Старый мусульманин», Цао Цао, Бацзинган — «Восемь будд», Саоди ван — «Князь, облетающий землю», Шэтатянь — «Стрелок, поражающий небо», Янь Чжэнху, Маньтяньсин — «Яркая звезда», Поцзячжуй — «Шило, протыкающее броню», Син Хунлан — «Красный волк», Шантяньлун — «Дракон, взвившийся в небо», Сэцзыкуай — «Скорпион», Готяньсин — «Летящая по небу звезда», Хуньши ван — «Князь, взбаламутивший мир» и др. Вместе с Гао Инсяном и Чжан Сяньчжуном они составили 36 отрядов, которые численностью превосходили 200 тыс. человек. Все собрались в Шаньси. Ли Цзычэн вместе с Ли Го, который был сыном его старшего брата, присоединился и следовал за Гао Инсяном, Чжан Сяньчжуном и др. Совместно они назывались чуанскими полководцами [Чуан цзян], не обладая самостоятельными прозвищами.

Ян Хо, который вел переговоры с разбойниками и не достиг результатов, подвергся аресту, а Хун Чэнчоу был назначен вместо Ян Хо. Чжан Фучжэнь сменил Хун Чэнчоу и сделался командующим над военачальниками (чжуцзян) Цао Вэньчжао и Ян Цзяму, которые вели борьбу против разбойников и повсюду побеждали. Шэньсийские земли в общем были умиротворены (л. 4а), а в Шаньси разбойники развили большой успех, нападали и грабили районы Нинсяна, Шилоу, Цзишань, Вэньси и Хэцзинь.

В пятом году (1632) разбойники со всех сторон подошли, окружили и заняли один за другим все округа и уезды Данина, Ичжоу, Цзочжоу и Шоуяна. Вся Цзинь (провинция Шаньси) была глубоко потрясена. Тогда император отстранил от должности сюньфу Сун Тунъиня, а Сюй Динчэн, сменивший его, вместе с сюаньдайским главнокомандующим (цзунду) Чжан Цзунхэном принял верховное командование над военачальниками (чжуцзян). Чжан Цзунхэн, командуя воинскими частями Ху Давэя, Хо Жэньлуна, Цзо Ланъоя и др. 8 тыс. человек, сделал своей стоянкой Пиньян и нес ответственность за Пиньян, Чжэ, Лу и 41 округ и уезд. Сюй Динчэн, командуя частями Чжан Инчана, По Симу, Ай Вэньняня в числе 7 тыс. человек, сделал своей стоянкой Фэнчжоу, неся ответственность за Фэн, Тай, Цинь, Ляо, 38 округов и уездов.

Разбойники со своей стороны провели перегруппировку сил. Они вошли в Моланьшаньские горы и разделили все свои войска на 3 части: Ян Чжэнху захватил Цзяочжи и Вэньшуй и угрожал Тайюаню. Син — «Красный волк» и Шантяньлун овладели Учэном и угрожали Фэнчжоу. Ван Цзыюн и Чжан Сяньчжун прорвались к Синьчжоу и Усяну и заняли Ляочжоу (лл. 2б—4б). [139]

СОВЕЩАНИЕ ПОВСТАНЧЕСКИХ ВОЖДЕЙ В ИНЪЯНЕ

Мин ши, гл. 309

(из биографии Ли Цзычэна)

Восьмой год (1635), первый месяц. На большое совещание в г. Иньяне 13 съехались Лаохуэйхуэй — «Старый мусульманин», Цао Цао, Гэлиянь — «Кожаный глаз», Цзоцзинь ван — «Князь левого золота», Гайши ван — «Князь, изменяющий мир», Шэтатянь — «Стрелок, поражающий небо», Хэнтянь ван — «Князь широкого неба», Хуньшивань — «Возмутивший народ», Готяньсин — «Летящая по небу звезда», Цзютяолун — «Девять драконов», Шуньтянь ван — «Князь покорного неба» 14, а также Гао Инсян, Чжан Сяньчжун — всего 13 вождей 72 отрядов.

Они советовались о том, как противодействовать противнику, но не могли прийти к соглашению. Ли Цзычэн выступил и сказал: «Даже один человек может бороться, тем более 100-тысячное войско! Правительственные войска не способны к действию. Следует, разделив отряды, определить направления борьбы, а успех зависит от воли неба». Все сказали «прекрасно». Решили, что Гэлиянь и Цзоцзинь ван должны действовать против сычуаньских и хугуаньских войск. Цао Цао и Готяньсин будут удерживать долину Хуанхэ. Гао Инсян, Чжан Сяньчжун с Ли Цзычэном и др. (л. 14а) займут восточные земли. Лаохуэйхуэй, Цзютяолун будут передвигаться в различных направлениях.

Поскольку шэньсийские войска очень сильны, необходимо послать в подкрепление Шэтатян и Гайши вана. Взятых в занятых городах мальчиков, женщин, драгоценности и шелка обязательно распределять поровну. Все согласились с предложениями Ли Цзычэна.

Еще до этого начальник военного ведомства (бинбу шаншу) в Нанкине Люй Вэйци, опасаясь нападения разбойников на юг, ходатайствовал об увеличении охраны фынъянского императорского кладбища, но не получил ответа. Когда Гао Инсян, Чжан Сяньчжун выступили на восток, к северу от Янцзы солдат было мало. Гуши и Хэцю не могли обороняться. Разбойники сожгли Шоучжоу и заняли Иньчжоу. Начальник [140] округа (чжи чжоу) Инь Мунао, окружной судья (чжоу нань) Чжао Шикуань погибли в сражении; был убит и бывший начальник ведомства (шаншу) Чжан Хомин. Используя свой успех, повстанцы заняли Фынъян и подожгли императорский мавзолей. Наместник управления шучжэн (люшоу шучжэн) Чжу Госян и другие пали в сражении.

Император, услыхав о таких делах, облачился в траур и рыдал. Он послал чиновника, чтобы совершить в храме обряд. Арестовали заведующего перевозками инспектора (юйши) Ян Инена и казнили его на площади (л. 7а). Чжу Дадянь заменил его. Производилась широкая вербовка солдат для подавления разбойников.

Разбойники сделали большую надпись на знамени, которая гласила: «Древние праведные императоры». Вместе с народом они веселились и пировали (л. 7а—7б).

ОРГАНИЗАЦИЯ ВОЙСК ПОВСТАНЦЕВ В 1643 г.

Мин ши, гл. 309

Разделили свои войска на основную армию (бяоин), которая состояла из 100 отрядов, на авангард и арьергард, левофланговую и правофланговую армии, из которых каждая состояла из 30 отрядов. Основная армия имела белые знамена и черные бунчуки. Только Ли Цзычэн имел большой бунчук из белого конского волоса с серебряным Буддой. Левофланговые части (цзо ин) имели белые знамена, правофланговые (ю) — темно-красные, авангардные (цянь) черные, арьергардные (хоу) — желтые. Их бунчуки соответствовали этим цветам. Пять армий (ин) по очереди несли дозоры днем и ночью и по очереди отдыхали. Следили очень строго. Дезертиров называли «увядшая трава» (лаоцао) (л. 14а), их четвертовали. Призывали мужчин в возрасте между 15 и 40 годами и делали их солдатами. Старший солдат (цин бин) был один, а 10 человек распоряжались фуражом, заведовали оружием, готовили пищу.

Солдатам запрещалось хранить серебро, располагаться в домах, проходя через города, кроме жен, возить с собою чужих женщин. Ночевать разрешалось только в одинарных холщовых палатках. Броню из ваты делали в 100 слоев, так что стрелы и ядра не могли их пробить. Каждый солдат смотрел за 3-—4 лошадьми. Зимой копыта лошадей обматывали соломой. Вспарывали трупы людей, делая из них кормушку для [141] лошадей. Поэтому лошади, увидев человека, оскаливали зубы, стараясь укусить, будто они были тигры или леопарды.

Как только войско останавливалось, начинались состязания в верховой езде и стрельбе из лука. Это называлось строевой отряд (чжань дуй). Ночью, во время 4-й стражи убирали циновки, завтракали и ожидали команды.

Пересекая высокие горные хребты и крутые косогоры, скакали напрямик. Из рек опасались только Хуанхэ. Что касается таких рек, как Хуай, Се, Цзин, Вэй, то воины всей многочисленной массой вставали на спины лошадей или же, хватаясь за гривы и хвосты лошадей, быстрее ветра переплывали на другую сторону. Лошадиные копыта преграждали реку и останавливали течение.

Перед сражением 30 тыс. всадников выстраивались в три ряда. Если передние поворачивали назад, то задние убивали их. Если сражение затягивалось и не наступала победа, всадники притворялись разбитыми, увлекая за собой правительственных солдат, а 30 тыс. пехотинцев нападали на них и с налету кололи длинными пиками. Всадники окружали (л. 14б) их, атаковали, и не было случая, чтобы не одерживали большой победы. Если при осаде городов жители выходили навстречу и сдавались, то никого не убивали. Если оборона продолжалась 1 день, то убивали 3/10 населения, если 2 дня, то убивали 7/10, а если 3 дня, то вырезали всех [поголовно]. Тела убитых связывали и сжигали, называя это освещением.

Когда город готов был сдаться, его окружало 10 тыс. пехотинцев; под стенами верховые патрулировали, так что ни один человек не мог спастись. Чжан Сяньчжун был в высшей степени бессердечен и кровожаден, но и он не совершал таких поступков. В войсках классифицировали захваченную добычу: за лошадей и мулов выдавали высшую награду; за луки, стрелы, пули и мушкеты меньшую, за деньги и шелка еще меньшую, а за жемчуг и драгоценности самую малую.

Ли Цзычэн не любил пьянство и разврат, питался простой и грубой пищей [грубо шелушенным просом]; со своими подчиненными делил радости и горе. Ло Жуцай (Цао Цао) имел несколько десятков жен и наложниц, которые одевались в белые и цветные шелка. В его лагере было несколько трупп певичек, и жил он на широкую ногу (цзы фэн). Ли Цзычэн издавна осуждал его за это. Отряд Ло Жуцая состоял из нескольких сот тысяч человек. Он использовал в качестве советника шаньсийского цзюйжэня Цзи Гуя. Ли Цзычэн искусно вел атаки. Ло Жуцай искусно сражался. Оба были друг другу нужны, как левая и правая рука (л. 15а). [142]

Мин цзи бэй люе, гл. 20

Наш государь вовсе не темен, но он одинок, и дела не доходят до него. Все чиновники своекорыстны. Они составляют группировки, а преданность и честность их ничтожна. Даже в высшие учреждения проникла преступность. Авторитет двора падает с каждым днем. Все доходы идут в руки царских родственников и знати, а силы народа истощены до крайности (л. 16).

Гуны и хоу (князья) питаются мясом и одеваются в шелка, а император считает их своей надежной опорой. Евнухи все жадны и глупы, а император считает их своими ушами и глазами. Брошенных в тюрьмы все больше и больше, а образованные не помышляют о соблюдении своего долга. Гнет от налогов становится все тяжелей. Народ ненавидит императора и готов погибнуть, чтобы погиб и он (л. 16).

ПОХОД НА ПЕКИН И ЗАНЯТИЕ СТОЛИЦЫ ПОВСТАНЦАМИ

Мин цзи бэй люе, гл. 20

Во втором месяце (1644) Ли Цзычэн переправился через Хуанхэ, к Фэнчжоу, прошел Хуцюй и Цзинлэ и атаковал Тайюань. Цзиньский князь Чжу Цэгуй был захвачен, сюньфу Цай Моудэ убил себя. Ли Цзычэн пошел на север через Синь и Дай. Командующий (цзунбин) в Нинъу Чжоу Юйцзи (л. 19а) пал в сражении.

Ли Цзычэн еще до этого послал летучий отряд занять проход Гугуань и ограбить Дамин и Чжэнди, а сам пошел на север во главе большого войска. Разбойники объединились у границы на востоке, напали и взяли Датун. Сюньфу Вэй Цзинъюань и главнокомандующий Чжу Саньлэ погибли. Ли Цзычэн убил дайского князя Чжу Чуаньцзи. Все императорские родственники во владении Дай (Дайфань) были поголовно истреблены.

Когда напали на Сюаньфу, командующий Цзян Сян встретил их и сдался, а сюньфу Чжу Чжифэн умер. С успехом атаковали Янхэ и от Люгоу 15 подступили к Цзайюну 16. Командующий Тантун и евнух (тайцзянь) Ду Чжичжи вышли навстречу и сдались. В третьем месяце третьего дня 17 сожгли Чанпин. Командующий Ли Шоушо погиб. Еще раньше [143] разбойники, желая узнать о положении в столице, не раз тайно посылали людей с ручными повозками, гружеными товарами, чтобы торговать на рынках в столице. Они приказывали своим людям проникать в ведомства и палаты в качестве мелких служащих (чжуюаньли), чтобы шпионить и выведывать важные тайны и немедленно сообщать о планах двора, посылая известия за несколько тысяч ли. Когда же они достигли Чанпина, то военное ведомство послало верховых выследить разбойников. Разбойники шаг за шагом завлекали их, переманили и заставили сдаться, так что ни один человек не вернулся обратно.

Конники разбойников подошли к воротам Пинцзэмэнь, а в столице никто не знал об этом.

В семнадцатый день император созвал сановников и спрашивал совета, но никто не отвечал, некоторые из присутствующих плакали.

Разбойники атаковали 9 ворот. Три больших военных соединения, которые были расположены перед воротами, сдались разбойникам (л. 19б). В столице уже давно недоставало продовольствия, защитников крепостной стены было мало, и им помогали дворцовые телохранители нэйши. Эти телохранители руководили обороной города, а чиновники учреждений не смели вмешиваться.

Восемнадцатый день. Разбойники усилили атаки. Ли Цзычэн остановился у ворот Чжаньмэнь. Он послал евнуха Ду Сюня, который ранее сдался разбойникам. Тот влез по веревке на стену, явился пред очи императора и потребовал отречения от престола. Государь разгневался, закричал и приказал издать указ о том, что он лично пойдет сражаться.

Когда зашло солнце, евнух (тайцзянь) Цао Хуачунь открыл ворота Чжаньмэнь, и все разбойники вошли. Император вышел из дворца и поднялся на холм Мэйшань. Увидев на небе зарево от огней, он печально вздохнул и сказал: «О горе моему народу!» Долго бродил он взад и вперед, а возвратясь в цяньцинский дворец (цяньцингун), приказал отвести наследника престола, а также юнского князя (Юн ван) и динского князя (Дин ван) к родственникам (ци) сановников Чжоу Гутянь к Хун Юйди. Он ударил мечом принцессу — свою старшую дочь (чангунчжу) и принудил императрицу покончить с собой.

Девятнадцатый день динвэй 18. Перед рассветом запретный город прекратил оборону. Когда ударили в колокол, чтобы собрать чиновников, никто не явился. Император снова взошел [144] на Мэйшань, написал на поле своей одежды завещание в виде указа и повесился на шелковом шнуре в беседке на холме. Так скончался государь. Евнух (тайцзянь) Ван Чэнъэнь повесился рядом.

Ли Цзычэн в войлочной шляпе и голубой одежде въехал на вороном коне в ворота Чэнтянь (лл. 19а—20а).

ВСТУПЛЕНИЕ ПОВСТАНЦЕВ В ПЕКИН

Яньду жицзи

День был пасмурный, темные тучи охватили горизонт. Дым лад городом обволакивал небо. Сеял частый дождик. Внезапно пошел мелкий снег (л. 21б).

Некоторые рассказывают, что еще раньше внутри города была сделана засада, но тайцзянь Цао Хуашунь, младший брат Цао Эра, сообщник мятежников, открыл ворота. Иные говорят, что тайцзянь Ван Сянъяо во главе 1000 человек гарнизона открыл ворота Сюаньумэнь и вышел навстречу разбойникам. Другие рассказывают, что начальник военного ведомства Чжан Цзиньянь находился у ворот Чжэнъянмэнь, а Чжу Чуньчэн охранял ворота Цихуамэнь. Внезапно оба открыли городские ворота и покорно сдались.

Городские стены были очень высоки, в несколько жэнь. Разбойничьи вожди Лю Цзунминь и Ли Го рубили тополя и делали высокие лестницы. Когда наступило время пятой стражи, отряд войск, состоявший из подростков, вскарабкался на стену с северо-восточной стороны. Рассказывают про эти молодежные отряды, что они действовали подобно ножницам, которые срезают волосы до корня. Живя среди разбойников, подростки привыкли к убийствам и грабежам, они не печалились и не боялись смерти.

В тот день ходили слухи, что арестован сянчэнский бо и что император выехал из города. Чиновники предполагали, что им удастся скрыться, переменив платье.

В городе люди метались во всех направлениях. Плач и крики потрясали землю. Все защитники сошли со стены вниз, а разбойники поднялись на стену.

Шилан военного ведомства Чжан Боцзин спрятался в хижине простолюдина (миньшэ).

Конные разбойники запрудили улицы и громко кричали, чтобы люди поскорее сдавали им мулов и лошадей. В это самое время чиновник государственной канцелярии (гэчэнь) [145] Вэй Цаодэ собирал со всех чиновников серебро, чтобы одарить солдат.

Тысяча верховых разбойников (л. 22а) вступила в ворота Чжэнъянмэнь. Они выбрасывали стрелы, приказывали людям уносить их с собой и закрывать двери домов и тем спастись от смерти. Чжан Пу из Уси слышал крики разбойников о том, что населению не разрешается открывать двери, а кто откроет дверь, будет убит. Поэтому все закрывались в своих домах. Вскоре разбойники стали громко кричать, чтобы открывали двери и, кто откроет, не будет убит. Тогда чиновники и народ, держа в руках свечи, становились у своих дверей, а когда разбойники приезжали, то падали ниц. На лицах они наклеивали два знака «шунь минь — покорный народ». На воротах крупно писали «Первый год Юнчэн» 19. Некоторые писали: «Да здравствует Шуньтянь ван (князь Шуньтянь) долгие, долгие годы!» Этим они надеялись избавиться от гибели, однако из десяти спасались два или три. Бесстыдные сановники (цзиньшэнь) также наклеивали на лицах знаки «покорный народ» и прятались по соседству в семьях старшин землячеств (чанбань), стремясь таким способом продлить свое существование (л. 21—22).

ПОХОДЫ ВОЙСК ЧЖАН СЯНЬЧЖУНА И СОЗДАНИЕ ПОВСТАНЦАМИ ЗАПАДНОГО ГОСУДАРСТВА

Мин ши, гл. 309

(из биографии Чжан Сяньчжуна)

В 1643 г. Чжан Сяньчжун пошел на восток, напал на Цзянси, занял округи и уезды Цзиань, Юаньчжоу, Цзяньчан, Фучжоу, Юнсинь, Аньфу, Ваньцзай, Наньфын. Гуандунцы перепугались. Чиновники и народ покорных правительству городов Нань и Шао 20 все разбежались. Некоторые из разбойников предлагали план занятия У и Юэ 21. Но Чжан Сяньчжун боялся, что там находится Цзо Лянъюй и не согласился. Он планировал поход в Сычуань.

В семнадцатом году (1644) весной [отряды Чжана] заняли Куйчжоу, когда же пришли в Ваньсянь, из-за наводнения задержались и простояли на месте три месяца. Затем заняли Фучжоу, нанесли поражение войскам шоудао Лю Линьчана и [146] военачальника (цзунбин) Цао Ина. Продвинувшись дальше, они заняли Футугуань, завладели Чунцином. Жуйский князь (Жуй ван) Чжу Чанхао погиб.

В тот день при безоблачном небе был гром. Многие среди разбойников перепугались, а Чжан Сяньчжун в гневе стрелял из большой пушки, целясь в небо. После быстрого перехода он занял Чэнду. Шуский князь (Шу ван) Чжу Чжишу вместе со своей супругой и приближенными бросились в колодец. Суньфу Чэнь Шичи был убит.

В то время наши дацинские войска уже утвердились в северной столице. Ли Цзычэн бежал и вернулся в Сиань. Чиновники в Нанкине провозгласили императором фуского князя (Фу вана), который приказал бывшему дасюэши Ван Инсюну руководить военными операциями в Сычуани и Хугуане. Но его войско было слабое и не могло справиться с разбойниками. Чжан Сяньчжун присвоил себе наименование властителя Великого Западного государства (Дасиго ван) и изменил летоисчисление на Первый год Дашунь.

Зимой в одиннадцатом месяце в день гэнъюнь (4 декабря 1644 г.) произошла коронация (л. 31б). Дом князя Шу был превращен в дворец, Чэнду переименован и назван Сицзин (Западная столица). Ван Чжаолинь был назначен первым чзнсяном (цзочэнсян), а Ян Симин назначен вторым чэнсяном (ючэнсян). Были учреждены шесть ведомств (лю бу), пять воинских управлений (у цзюнь дудуфу) и другие учреждения. Ван Голинь Цзян Динчжэнь, Гун Ваньцзин и др. стали начальниками ведомств (шаншу). Чжан Сяньчжун усыновил Сунь Кэвана, Ай Нэнцзи, Лю Вэньсю, Ли Динго, всех назначил полководцами (цзян цзюнь) и пожаловал им фамилию Чжан. Они прошли все области, округи и уезды и покорили их (лл. 31б—32а).

...Позже отвели русло Цзиньцзяна и выкопали яму глубиной в несколько чжан, закопали в нее золота и драгоценностей бесчисленное множество (100 млн.), после чего открыли плотину и спустили воду. Они назвали это водной кладовой (шуйцзан) и говорили: «После нас никто не будет владеть этим» (л. 32б).

АНТИМАНЬЧЖУРСКИИ ЛАГЕРЬ И ВОЙНА НА ЮГО-ЗАПАДЕ

После падения Западного повстанческого государства отряды восставших крестьян отступили из Сычуани на юг под натиском войск У Саньгуя и маньчжур. В Юньнани они создали самостоятельное китайское государство, а несколько лет спустя вступили в длительную борьбу против китайских изменников и маньчжур и совершили несколько успешных походов, отвоевав значительную территорию. [147]

Мин цзи нань люэ, гл. 17

Образование повстанцами государства в Юньнани

Сунь Кэван стал главой всех военачальников и в войске не было никого, кто бы осмелился не подчиниться ему (л. 4).

С этого времени четыре человека, хотя они и были равны и по-прежнему назывались братьями 22 и каждое общее дело обсуждали вместе, сидя рядом на почетных местах, когда награждали и наказывали чиновников, должны были подавать об этом прошение Сунь Кэвану (л. 5).

Был издан манифест, призывающий всех тусы 23 выставить войско и обеспечить его продовольствием. Юньнань стала их основной опорой. Здесь создавалась власть, была отлита печать, учреждено шесть ведомств, девять степеней сановников, установлены кэ и дао (л. 5).

Жень Сюань, прежде служивший в качестве инспектора в Куньмине, первый назвал Сунь Кэвана гочжу — властителем государства и как руководитель местного населения оказал поддержку повстанцам. Сунь Кэван приказал Жень Сюаню быть начальником двух ведомств: ведомства чинов и военного ведомства. И только один лишь Ли Динго всячески противился этому...

Сунь Кэван отливал монеты с надписью Син чао 24.

Борьба повстанцев за освобождение страны и их походы

В год гэньинь (1650) осенью Сунь Кэван отправился в Цянь (Гуйчжоу), и приказал Ли Динго остаться в Юньнани. Ли Динго целыми днями обучал войско, следил, чтобы ковали шлемы и латы. В результате было создано отборное войско в тридцать тысяч человек. [148]

В третьем месяце года жэньчэнь (1652) Ли Динго написал письмо Сунь Кэвану о том, что он хочет совершить поход в провинции Хунань и Хубэй, чтобы этим отблагодарить императорский двор. Сунь Кэван не посмел запретить и разрешил ему выступить.

В четвертый месяц Ли Динго вступил в Гуйчжоу, а в пятом месяце вышел из Чжэньюаня 25 и направился к Пяньцяо; в одной из битв он отвоевал Юаньчжоу 26, затем в результате большого сражения отвоевал Цзинчжоу 27.

На шестой месяц его войско дошло до Цюаньчжоу 28, встретило цинскую армию во главе с диннаньваном Кун Юдэ 29 и в жестокой битве нанесло ей решительное поражение.

Кун Юдэ упорно защищал горный проход и ожесточенно сражался во главе трех тысяч всадников.

Ли Динго храбро ринулся на них, убил несколько человек. Войско его окружило противников и уничтожало их. Кун Юдэ сильно испугался и поспешно отдал приказ, чтобы население вышло на охрану города. На следующий день войско Ли Динго подошло к самому городу. Кун Юдэ, поднявшись на крепостную стену, увидел, насколько многочисленны силы Ли Динго, и понял, что не сможет оказать ему сопротивление. Тогда он возвратился к себе в дом, принес туда порох и отдал своим домашним такое распоряжение: «Если положение станет критическим, поджигайте!» На следующий день был большой дождь. Когда противник ворвался в город, Кун Юдэ вернулся домой, убил своих любимых наложниц, а сам повесился. До этого он приказал своим домашним развести огонь и затворить все двери. Во время пожара сгорели все, остался лишь семилетний сын Кун Юдэ, которого Ли Динго взял к себе в качестве воспитанника (л. 6).

В восьмом месяце Ли Динго отвоевал Хэнчжоу 30 и район Юнбиня сдался ему.

Войско Ли Динго дошло до Цзиани в провинции Цзянси.

Повсюду, где население примкнуло к лагерю повстанцев, Ли Динго назначал и выбирал чиновников для каждого [149] округа и уезда. Сунь Кэван беспокоился о том, что подвиги Ли Динго велики, а власть обширна и трудно будет его обуздать, так как сердца всех людей в Чу и Юэ 31 обращены к нему. Поэтому он послал письмо Ли Динго, призывая его вернуться, но ничего не добился.

В десятый месяц Сунь Кэван выступил с войском, дошел до Юаньцзяна 32, приказал военачальнику (дубин) Чжан Ху отвоевать города Чанчжоу и Юаньлин 33, а сам послал письмо Ли Динго, торопя его поскорей вернуться в Цзинчжоу, где замышлял убить его... (л. 7).

В год жэньчэнь (1652) в третий месяц, в связи с тем, что все основные центры, а именно Чэнду, Сюйфу и Чунцин 34, были захвачены У Саньгуем, Сунь Кэван приказал Лю Вэньсю, став во главе войск, отвоевать Сычуань.

У Саньгуй отвел войска и вернулся в Баонин 35. Лю Вэньсю преследовал его до самого Баонина.

В результате происшедшего сражения пало более ста тысяч человек [сняты лезвием ножа]. Один только Лю Вэньсю спасся... (л. 11).

В год чуйсы (1653) в первый месяц Ли Динго дошел до города Учана, а главные силы подошли к Гуанси.

В четвертый месяц Сунь Кэван сражался против цинских войск в Лянлукоу, потерпел большое поражение и возвратился в Гуйчжоу. В восьмом месяце он услышал, что Ли Динго расположился с войском в Лючжоу 36, и приказал Фэн Шуаньли 37 с 30 000 воинов напасть на него. Когда Ли Динго узнал о приближении отрядов Сунь Кэвана, он сжег обоз и отступил. Фэн Шуаньли назвал Ли Динго трусом и преследовал его со своим войском. Ли Динго повернул свои отряды и отважно бросился в сражение. Фэн Шуаньли был разбит и бежал (л. 7).

Зимой в год ивэй (1655) Ли Динго потерпел поражение в Гуандуне (Юэдун) и, отступая, расположился лагерем в Наньнине 38. Сунь Кэван еще раз послал Чжан Мичжи и Гунь Юцая с войском, чтобы те тайно подошли к Наньнину и напали на Ли Динго. Но эта попытка снова не удалась (л. 8). [150]

Ли Динго скрылся в Гуандуне. Он напал на Синхуэй 39 в провинции Гуандун, был атакован цинскими военачальниками и потерпел поражение. У него осталось только 2 тыс. войск (л. 11).

Ослабление антиманьчжурского лагеря на юго-западе и поражение 1656—1662 гг.

В пятнадцатый год правления Шуньчжи 40 в год Люа 41 (1658).

У Саньгуй из Сычуани, Лю Тао... из Хугуана, Цзао Бутай 42... из Гуанси 25 числа второго месяца тремя колоннами вышли в поход. Сначала заняли провинцию Гуйчжоу.

У Саньгуй из Мяньсяна 43 на лодках по течению переправился в Чаотяньи 44. На четвертый день дошел до Баонинфу в Сычуани, его лодки везли продовольствие для войска. Учитывая, что Чунцин представляет собой центр пересечения водных и сухопутных дорог в Сычуани, он просил назначить туда командующим Чэн Тинцзюня, который был прежде помощником командующего войсками (фуцзян и цзунбин) в Сычуани, и собрать пять тысяч сухопутных войск и флот.

Седьмого числа третьего месяца он двинулся в путь и, проходя через Наньбу и Сичун 45, видел следы человеческих жилищ. Из Шуньцина 46 он отправился к большой дороге. Здесь густо росли колючие деревья и кустарники, повсюду были сплошные заросли. Даже проводники не знали, куда идти, и, прокладывая себе тропу, рубили деревья. По мере того как рубили лес, продвигались вперед. Четырнадцатого числа третьего месяца дошли до Хэчжоу в Сычуани. Повсюду было словно на кладбище [среди умерших] (л. 14). На третий день четвертого месяца войско У Саньгуя дошло до Чунцина. Он был так сильно укреплен, что мог по справедливости называться неприступной крепостью (л. 15).

В это время дайцинский посланец передал на словах, что император приказал захватить Гуйчжоу: «Если в Юньнани [151] положение благоприятное и его можно использовать, а войско в состоянии вести войну, то необходимо тотчас этим воспользоваться и начать наступление, не дожидаясь императорского указа. А если войско утомлено, то ждать того времени, когда прибудет аньюаньцзинкоу дацзянцзюнь синьцзюнь ван 47 Дони, и тогда выступить тремя колоннами в поход для захвата Юньнани» (л. 16).

...Поскольку Сычуань и Гуйчжоу были связаны между собой, аньюаньцзинкоу дацзянцзюнь синцзюнь ван Дони, руководя большим войском, вышел на границу Гуйчжоу. Сначала он договорился с У Саньгуем о встрече, чтобы устроить совещание. У Саньгуй из Цзуньи прошел 600 ли до Янлаобао в Пинъюэфу 48. Вместе с синьцзюнь ваном Дони, с которым был и Хун Чэнчоу 49, они встретились и установили срок выступления войск.

Цзинь ван 50 Ли Динго вместе с ванами, гунами, хоу, бо и полководцами (цзянцзюнями) взяли на себя наблюдение за Панцзянхэ.

Лагери противников находились совсем близко друг от друга.

Бо Вэньсюань 51... с войском, превосходившим сорок тысяч человек, охранял Цисингуань 52, затем подошел к Шэнцзэ и расположился там лагерем. Находясь на расстоянии однодневного перехода от Цзуньи, он был готов напасть на противника в Цзуньи и старался помешать врагу получить подкрепление, этим он надеялся помочь Ли Динго отвоевать весь район Гуйчжоу.

У Саньгуй форсированным маршем вернулся в Цзуньи. За несколько месяцев до этого У Саньгуй занял Цзуньи, чжэннань цзянцзюнь Цзао Бутай стал лагерем в Душаньчжоу 53, а синьцзюнь ван Дони базировался на Улин 54. Ниннань цзинкоу дацзянцзюнь 55 Лото находился в Гуйчжоу. В то время когда цинские войска еще не были объединены, Ли Динго не занял определенной позиции и находился в нерешительности. [152] Лишь когда цинское командование договорилось между собой о сроках и двинуло войско, Ли Динго начал выступление, но момент был уже упущен (л. 17).

Бо Вэньсюань двадцатого числа под утро в 5-ю стражу 56 бежал из Шэнцзэ в Цисингуань, чтобы здесь охранять крепость. Это неприступное место со всех сторон окружали горы; горные потоки были бурны, на горах росли высокие деревья; это место называлось Тяньшэнцяо 57 [Естественный мост], хотя в действительности здесь никогда не было моста...

На второй день двенадцатого месяца У Саньгуй расположился лагерем в Шуйси в местах, где обитали мяо, голо 58.

Бо Вэньсюань, разведав, что У Саньгуй по другой дороге идет с войском к крепости, тотчас покинул Цисингуань и бежал в Кэдуцзяо 59. Он сжег здесь мост и бежал далее в Чжэньичжоу 60. Как только Ли Динго узнал, что выступила в поход средняя колонна цинских войск, возглавляемых синьцзюнь ваном Дони, тотчас же отступил к реке Паньцзянхэ б1; кроме того, ему сообщили, что гуансийская колонна чжэннань цзянцзюня Цзао Бутая продвигается очень спешно. Тогда, стоя во главе своего войска, он начал отражать нападения противника.

Ли Динго потерпел несколько поражений в Ляншуйцзине на реке Лояньхэ в районе Аньлуна, снял свой лагерь и бежал, запутывая следы и петляя из стороны в сторону...

Пятнадцатого числа Ли Динго покинув г. Юньнань, бежал в Юнчанфу 62...

Ли Динго оставил Бо Вэньсюаня охранять Юйлунгуань, ибо это была главная дорога на Юнчанфу.

У Саньгуй дошел до Учэ, разбил остаток войск Бо Вэньсюаня, заставил их сдаться, назначил для управления чиновников. После этого, перейдя вброд реку Кэдухэ 63, он вышел на главную дорогу к Цзяошуй, лично увиделся с синьцзюнь ваном Дони с чжэннань цзянцзюнем Цзао Бутаем в Баньцзяо 64. В год сыхай (1659) третьего числа первого месяца У Саньгуй захватил Юньнань. Минские гуны, хоу, бо, цзянцзюни, чжэнцзяны, тусы, цзунбины сдались. В это время великая цинская [153] армия надвигалась, как туча, управлять ею стало трудно, кроме того, некоторые солдаты сдавались, другие скрывались и грабили имущество народа. Чего только они не делали!

Для населения провинции Юньнань наступило крайне критическое положение. Ли Динго все еще находился в Юнчане.

У Саньгуй восьмого числа перенес свой лагерь в уезд Лоцы 65 (л. 18).

Пятого числа второго месяца У Саньгуй из Лоцы выступил в поход; чжэннань цзянцзюнь Цзао Бутай и князь (байлэ) До Ла вместе в один день вышли в поход из Юньнани. Девятого числа У Саньгуй прибыл в Наньчжоу 66. Объединенное войско чжэннань цзянцзюня Цзао Бутая преследовало и нанесло поражение Бо Вэньсюаню к западу от прохода Юйлунгуань, а затем преследовало его до реки Ланьцаньцзян 67. Разбитое войско разрушило Тесоцяо [мост из железных канатов]. Великая армия (цинская) связала плоты и на них переправилась через реку... Легкие лодки чуть не попали в беду.

Пятнадцатого числа Ли Динго из Юнчана сопровождал Юнли 68 в Тэнюэчжоу 69. У Саньгуй сделал плот и на нем переправился через реку. Река была не очень широкая, но течение коварное. В этих местах каждый год с пятого-шестого числа четвертого месяца до двадцать третьего — двадцать четвертого числа десятого месяца свирепствовала малярия. И хотя в это время местные жители опасаются здесь проезжать, войско У Саньгуя переплыло реку в двадцати ли от горы Мопаньшань. Дорога здесь была очень извилистая, заросли густые.

Ли Динго рассчитывал, что «великая» цинская армия одержав ряд побед, будет продолжать преследование и не будет остерегаться. Поэтому считал, что нужно установить частокол в несколько рядов... в каждой засаде поместить по две тысячи воинов, и договорился, что когда великая цинская армия дойдет до вершины горы, надо дать сигнал, выстрелив из пушки, и, отрезав авангард от арьергарда (голову от хвоста), неожиданно отразить наступление, чтобы ни один всадник не мог возвратиться... (л. 19—20). [154]

На гору уже поднялось двенадцать тысяч солдат, когда сдавшийся чиновник Лу Гуйшэн пришел, чтобы сообщить план Ли Динго.

Несмотря на то, что к этому времени авангард цинской армии уже вошел во вторую засаду, все войско поспешно отступило. Конникам было приказано спешиться. Засаду стали обстреливать из пушек. Погибла одна треть войск, находящихся в засаде. Другие вступили в ожесточенный бой, где погибла еще одна треть. Находясь на вершине горы, Ли Динго услышал, что были даны не те сигналы, о которых условились, и испугался; внезапно снаряд упал перед ним, земля ударила в лицо, и он бежал... Цинская армия преследовала отряд Ли Динго до Тэнюэчжоу, находящемся в 120 ли от западной границы Юньнани (л. 20).

В то время народ в Юньнани находился в разброде: 1 доу риса стоил 3 ляна. Поэтому из казны выдали 150 000 лян серебра в качестве материальной поддержки...

Что касается положения за границей, то Бирма приняла Юнли и его двор на свою территорию. Войско же было размещено вдоль границы, чтобы оказывать сопротивление Ли Динго и Бо Вэньсюаню.

Не получив поддержки от Юнли, Ли Динго не имел достаточной опоры. Среди тусы одни слушали его приказания, другие выжидали, колебались, но были и такие, которые не шли за ним, а являлись к цинским полководцам с повинной головой. В это время У Саньгуй получил приказ от Цинов занять Юньнань и управлять ею, и, кроме того, управлять большой маньчжуро-китайской армией (стр. 21).

На Сун 70 и другие упорно охраняли Юаньцзян 71. Шестого числа десятого месяца У Саньгуй во главе маньчжуро-китайских войск окружил этот город. Шестого числа одиннадцатого месяца Юаньцзян был взят. На Сун сжег себя в своем доме...

В шестнадцатый год (1660) Юнли находился в Бирме. Цинский двор совершенно не обращал на него внимания, было решено отвести войска, чтобы тем самым сэкономить продовольствие, но У Саньгуй, узурпировав военную власть, непременно хотел захватить Юнли...

Именно тогда приказал нэйдачэню Айсиню 72 уничтожить Юнли. [155]

Цины дарили печати всем тусы, к тому же подкупали бирманцев, чтобы они выдали пленника в качестве дара (л. 22).

В двенадцатом месяце цинская армия подошла к Ланьцзюцзяну, бирманцы схватили Юнли... и преподнесли его в качестве дара цинской армии...

Вскоре Ли Динго умер в Цзинлу. Юньнань была полностью усмирена... (л. 23).

АНТИМАНЬЧЖУРСКИЙ ЛАГЕРЬ И ВОЙНА НА ЮГО-ВОСТОКЕ

Одной из опорных баз национально-освободительной борьбы в течение длительного времени оставалось юго-восточное побережье Китая и остров Тайвань, где возникло китайское государство, противостоящее цинскому государству. Здесь действовали сухопутные отряды и флот, руководимые Чжэн Чэнгуном, сыном Чжэн Чжилуна — главы объединения богатых купцов, занимавшихся заморской торговлей.

Цин ши гао, отдел Лечжуань, кн. 78, гл. 11

Биография Чжэн Чэнгуна

Вначале имя Чжэн Чэнгуна было Сэнь, а второе имя — Даму, он был родом 73 из Наньани в Фуцзяни.

Отец его Чжэн Чжилун в конце минской эпохи плавал по морям и стал пиратом, войдя в команду Янь Сыци. Когда Янь Сыци умер, Чжэн Чжилун возглавил его отряд.

В начале годов правления Чунчжэнь (1628) через сюньфу Сюн Вэньцана Чжэн Чжилун просил разрешения сдаться. Он был пожалован титулом юцзицзянцзюнь за арест пиратов Лю Сяна и Ли Куйти, а за войну против хунмао 74 он получил титул цзунбина.

У Чжэн Чжилуна было 3 брата: Чжиху, Хункуй и Чжибао. Чжэн Чжиху погиб в бою с Лю Сяном.

Во второй год Шуньчжи (1645) цинские войска отправились в поход на Цзяннань. Отряды Чжэн Хункуя были разбиты. Он бежал в Фуцзянь, подчинился танскому князю (Тан ван 75) и вместе с Чжэн Чжилуном признал его императором, за что оба получили титулы хоу, а Чжэн Чжибао был пожалован титул бо...

Чжэн Чжилун женился на японке, и она родила Сэня (Чжэн Чэнгуна). Отправленный учиться в Наньань, последний [156] получил степень чжушэна. Чжэн Чжилун представил его Тан вану, который отнесся к нему благосклонно, пожаловал фамилию и дал ему другое имя. Тан ван опирался на Чжэн Чжилуна и его братьев, у которых были большие войска.

В третий год Шуньчжи (1646), когда войска бэйлэ Боло двинулись из Чжэцзяна на Фуцзянь, Чжэн Чжилун отвел свои войска от Сяньсягуаня, не предупредив другие отряды обороны. Поэтому Тан ван потерпел поражение. Войска Боло прибыли в Цюаньчжоу, и он написал письмо, предложив Чжэн Чжилуну сдаться. Чжэн Чжилун сдался со всеми своими войсками. Чжэн Чэнгун уговаривал его не сдаваться, но тот не послушался. Чжэн Чжилун стремился к тому, чтобы представить Боло Чжэн Чэнгуна, Но Чжэн Хункуй тайком помог ему уйти в море.

В четвертый год Шуньчжи (1647) войска Боло вернулись на север, и Чжэн Чжилун был доставлен в столицу и приписан к китайскому желтому знамени...

Чжэн Чэнгун замышлял выступить с войсками, но они были немногочисленны. Он отправился в Наньао и завербовал несколько тысяч солдат, собрал военных и чиновников и составил союз, по-прежнему храня верность Лунъу 76, он называл себя Чжао тао дацзяном. Во главе своих отрядов поставил военачальниками Хун Чжэна, Чунь Хуэя, Ян Цая, Чжан Чжэна, Юй Куаня, Го Сина и перевел свои войска в Гуланюй 77. Лет Чжэн Чэнгуну было немного, но он обладал большими способностями в военных и гражданских делах и выделялся из всех своих братьев и дядей. Все обращали на него внимание. Чжэн Цай 78 поддерживал Лувана, переплыл морем из Чжунцзосуо в Чанъюань. Он был повышен в чине до цзянгогуна и разместил свои войска в Сямыне.

Чжэн Лян, младший брат Чжэн Цая, который был пожалован Луским ваном титулом хоу, овладел островами Усюй, и расположение их войск образовало угол.

Чжэн Чэнгун и Чжэн Цай объединили свои вооруженные силы и атаковали Хайчэн, а цинские войска поспешили на выручку. Хун Чжэн погиб в бою.

Чжэн Чэнгун объединил войска с Чжэн Хункуем и осадили Цюаньчжоу 79, цинские войска пришли на помощь, и осада была снята. [157]

Чжэн Хункуй вошел в Цзэян 80.

Чжэн Чэнгун объявил, что следующий год Луньу будет четвертым годом по новому календарю Датун.

В пятый год Шуньчжи (1648) Чжэн Чэнгун занял Тунань и вторгся в Цюаньчжоу. Когда войска военачальника (цзунду) Чэнь Цзина отбили Тунань, он отвел свои войска.

В шестой год Шуньчжи (1649) по приказу Чжэн Чэнгуна его военачальники Ши Лан и пр. захватили Чжанпу и Юньсяо и продвинулись до Чаоаня. За три года до этого минский Гуй ван провозгласил себя императором в Чжаоцине. Чжэн Чэнгун отправил своего чиновника гуаньлутина Чэнь Шицзина к императору Гуй вану, и с тех пор он стал признавать годы правления Юнли.

Гуй ван отправил своего посла, жалуя Чжэн Чэнгуну титул Яньпингуна. Лу ван прибыл в Чжоушань. Чжэн Цай изменил лускому вану, убил его дасюэши Сюн Жулиня и его военачальника Чжэн Цзуньцяня.

В седьмой год Шуньчжи (1650) Чжэн Чэнгун напал на Чаочжоу.

Чжэн Чэнгун неожиданно атаковал Сямынь и, убив Чжэн Ляна, завладел его войсками. Чжэн Цай расположился в Шаине.

Полководец Лу вана Чжан Минчжэнь, объявив преступлением убийство Сюн Шулиня и Чжэн Цзунцяня, напал на Чжэн Цая. Чжэн Цай увел оставшиеся войска в Наньхуэй и прожил там несколько лет. Чжэн Чэнгун пригласил его вернуться, и он жил и скончался в Сямыне.

В восьмой год Шуньчжи (1651) Гуй ван приказал Чжэн Чэнгуну помочь Гуанчжоу (Кантону). Он повел войска на юг, прибыл в Пинхай, поручив своему дяде Чжэн Чэнгуаню защиту Сямыня.

Сюньфу Фуцзяни Чжан Сюэшен решил воспользоваться незащищенностью Сямыня и послал цюаньчжоуского военачальника (цзунбин) Ма Дугуана. Тот вступил в город, захватил семью и богатство Чжэна и отошел. Чжэн Чэнгун вернулся, казнил Чжэн Чжигуаня и повел войска на Чжанчжоу.

...Чжэн Чэнгун занял Чжанпу.

Когда командующий (цзунду) Чэнь Цзинь взял Чжоушань, Чжан Минчжэнь помог Лу вану бежать на юг. Чжэн Чэнгун послал встретить их и поселил их в Цзиньмыне.

В девятый год Шуньчжи (1652) Чжэн Чэнгун занял Хайчэн. Чэнь Цзинь пришел на помощь Хайчэну и сражался с [158] Чжэн Чэнгуном у Цзяндунцяо, потерпел полное поражение и отступил в Цюаньчжоу. Чжэн Чэнгун вновь овладел городами Чжаоань, Наньцин, Пинхэ и успешно осаждал Чжанчжоу. Войска Чэнь Цзиня прибыли в Фэнхуаншань, где он был убит своими рабами, а голова его была преподнесена Чжэн Чэнгуну. Осада Чжанчжоу длилась 8 месяцев. Цинские военачальники Гу Шань, Э Чжэнь, Цзинь Ли и прочие из Чжэцзяна пришли на помощь и соединились с войсками Ян Мингао.

Они вышли из Чантая, окольными путями приблизились к Чжанчжоу и разгромили Чжэн Чэнгуна.

Чжэн Чэнгун ушел в Хайчэн и защищал его. Войска Цзинь Ли и другие напали на город. Военачальники Чжэн Чэнгуна Ван Сюци и Хао Вэньсин, стоявшие во главе войска, руководили обороной, и город не был взят.

Император приказал Чжэн Чжилуну написать письмо Чжэн Чэнгуну и Чжэн Хункую с требованием сдаться, обещая простить преступления и назначить чиновниками.

Чжэн Чэнгун сделал вид, что согласен. Император приказал Цзинь Ли и другим командующим войсками вернуться в Чжэцзян.

В десятый год Шуньчжи (1653) император пожаловал Чжэн Чэнгуну титул тунаньского хоу. Был отправлен посол с указом о присвоении Чжэн Чэнгуну титула хайчэнского гуна, и Чжэн Хункую — титула фэнкуаского бо. Чжэн Чжибао был пожалован титулом цзодуду.

Чжэн Чжилун беспокоился, что Чжэн Чэнгун не примет титула и сам написал ему письмо, с тем чтобы Чжэн Хункуй уговорил его. Когда посол прибыл, то Чжэн Чэнгун не принял титула и написал об этом письмо Чжэн Чжилуну...

Чжэн Чэнгун опять вышел грабить уезд Синхуа провинции Фуцзянь.

В одиннадцатый год Шуньчжи (1654) император вновь отправил к Чжэн Чэнгуну посла с указом, награждая его титулом цинхайцзянцзюнь и приказал расположить подчиненные ему войска отдельно в четырех областях: Чжанчжоу, Чаочжоу, Хучжоу и Цюаньчжоу.

Чжэн Чэнгун с самого начала не собирался сдаваться без боя. Он изменил название Чжунцзосуо на Сыминчжоу 81, учредил 6 чиновных должностей по управлению делами, разделил имеющиеся воинские части на 72 чжэна 82. [159]

Чжэн Чэнгун подчинился Гуй вану, его порядкам и приказам. Каждый месяц он преподносил Лу вану поросенка и рис и щедро снабжал князей Лу, Ци, Нин, Цзин, почтительно относился к чиновникам, служившим покойному императору...

Когда Ли Динго атаковал Гуандун, он послал курьера к Чжэн Чэнгуну, торопя его выслать войска на соединение.

Чжэн Чэнгун послал к нему своих военачальников Линь Ча и Чжоу Жуя с войском, но они медлили и выступили не сразу.

Ли Динго потерпел неудачу в своем походе. Чжэн Чэнгун атаковал Чжэнчжоу. Командующий (цяньцзун) Лю Госюань сдал город. Чжэн Чэнгун вновь перешел в наступление и отвоевал Тунань. Его полководец Гань Хуэй захватил Сянью, пробив брешь в городской стене. Он убивал и грабил всех до полного опустошения. С этих пор мирное соглашение было сорвано.

Император приказал наследнику великого князя Чжэна Цзиду стать динъюань дэцзянцзюнем и, возглавив войска, покарать Чжэн Чэнгуна.

В двенадцатый год Шуньчжи (1655) помощник столичного инспектора цзодуюйши Гун Динцзы требовал наказания Чжэн Чэнгуна и Тун Гоци и, кроме того, обнаружил переписку Чжэн Чжилуна с Чжэн Чэнгуном. В результате этого у Чжэн Чжилуна были отняты титулы, и он был брошен в тюрьму,

Чжэн Чэнгун послал своих военачальников Хун Сюя и Чэнь Лююя, те атаковали и захватили Чжоушань и, продвигаясь далее, овладели Вэньчжоу и Тайчжоу 83. Узнав о том, что туда же направляются войска Цзи Ду, которые разрушили города Аньпинчжэнь, Чжанчжоу, Хуэйань, Наньань, Тунань, они оттянули свои отряды в Сымин. Цзи Ду прибыл в Цюаньчжоу, потребовал капитуляции, но его приказ не был принят. Тогда он написал свое требование в форме письма 84. Чжэн Чэнгун ответил уклончиво. Император приказал Чжэн Чжилуну из тюрьмы написать письмо к Чжэн Чэнгуну, говоря, что если он не сдастся, то будет казнен весь его род. Чжэн Чэнгун все же не согласился.

Тринадцатый год Шуньчжи (1656) Цзи Ду с флотом напал на Сямынь. Чжэн Чэнгун послал своих военачальников Линь Шуна и Чэнь Цзэ оказать ему сопротивление. Начался тайфун. Войска были вынуждены вернуться. Чжэн Чэнгун послал [160] войска охранять Хайчэн с тем, чтобы Ван Сюци оборонялся совместно с Хуан У и Су Мином.

Перед этим Хуан У вместе с братом Су Мина Су Мао напали на Цзэян 85, но не сумели одержать победы. Чжэн Чэнгун убил Су Мао и наказал Хуан У.

Хуан У и Су Мин затаили злобу против Чжэн Чэнгуна. Выждав когда Ван Сюци ушел, они сдались Цзи Ду и сдали Хайчэн. Император пожаловал Хуан У титул хайчэнского гуна, и он расположил свои войска в Чжанчжоу, разрыл все родовые могилы Чжэнов и обезглавил всех чиновников, назначенных Чжэн Чэнгуном.

Главнокомандующий (дацзянцзюнь) И Эрдэ захватил Чжоушань, разбил и убил Чэнь Лююя.

Чжэн Чэнгун атаковал и захватил Минаньчэн и Нюсинта и послал Чэнь Биня для охраны этих пунктов.

В четырнадцатый год Шуньчжи (1657) Чжэн Хункуй скончался. Войска цинов овладели Минъанем. Чэнь Бинь сдался и был убит.

Чжэн Чэнгун захватил Тайчжоу.

В пятнадцатый год Шуньчжи (1658) Чжэн Чэнгун намеревался осуществить энергичное наступление. Со своими военачальниками Гань Хуэем, Юй Сином и другими, возглавив морские силы, числом в 100 тыс., они захватили Лэтин 86 и завоевали Вэньчжоу.

Чжань Хуаньянь пришел для объединения сил, повел флот по реке и прибыл в Яньшань. Они попали в тайфун, корабли отошли назад и стали на причал у Чжоушаня.

Гун ван послал посла к Чжэн Чэнгуну, жалуя его титулом вана. Чжэн Чэнгун отказался от титула и по-прежнему называл себя чжаотаодацзянцзюнем.

В шестнадцатый год Шуньчжи (1659) в пятом месяце, возглавив отряды Гань Хуэя, Юй Сина и других, Чжэн Чэнгун вновь выступил в поход и прибыл в Чунмин.

Чжан Хуанянь, пришедший на соединение с ними, захватил Гуачжоу и атаковал Чжэньцзян 87.

Чжэн Чэнгун послал Чжан Хуаняня вперед в качестве авангарда. Войска командующего тиду Гуань Сяочжуна выступили на помощь своим. Противники еще не встретились, когда военачальник (цзян) Чжэн Чэнгуна Чжоу Цюаньбинь двинул все войско, намереваясь разгромить противника. Начался дождь, и конница увязла в грязи; солдаты Чжэн [161] Чэнгуна шли босиком, но упорно продвигались вперед. Войска Гуань Сяочжуна понесли огромное поражение. Чжэн Чэнгун вступил в Чжэньцзян и, обвинив в нарушении приказа, хотел обезглавить Чжоу Цюаньбиня, но затем освободил его и назначил командиром войска в Чжэнцзяне. Чжэн Чэнгун пошел в поход на Цзяннин. Чжан Хуанянь прибыл в Уху. Многие области и уезды Лу, Фэн, Нин, Хуэй, Чи, Тай и др. поддерживали с Чжэн Чэнгуном письменную связь. Чжэн Чэнгун говорил, что необходимо взять в свои руки округа и уезды, находящиеся на флангах (бянь) с сухопутными силами. Он внезапно напал на Нанкин. Чжэн Чэнгун привык к своим многочисленным победам. Находясь у могилы минского Тайцзу, собрал всех военачальников и чиновников и устроил пир. Гань Хуэй увещевал его, но он не послушался. Чунминский Лян Хуафын пришел на помощь Нанкину. Цзяннинский цзунгуань Кэ Кэму и пр., объединив маньчжурские и китайские войска, выступили для сражения и неожиданной атакой эти новые армии разбили войска Чжэн Чэнгуна. Воины обратились в бегство, потерпев полное поражение. Цинские войска захватили Гань Хуэя живым и убили. Чжэн Чэнгун собрал оставшиеся отряды, все еще насчитывавшие несколько десятков тысяч человек, оставил Гуачжоу и Чжэньцзян, вышел в море и пытался захватить Чунмин.

Сюньфу Цзянсу Цзян Гочжу послал войска на помощь Чунмину. Лян Хуафын тоже повернул свои войска, чтобы дать отпор Чжэн Чэнгуну. Чжэн Чэнгун вступил в бой, вновь был разбит и повернул назад. Чжан Хуаньянь шел окольными дорогами и избежал разгрома.

Император приказал войскам командующих (цзянцзюня) Да Су и цзунду Фуцзяни и Чжэцзяна Ли Шуайтая выступить из Чжэнчжоу и Туньани и захвэтить Сямэнь.

Чжэн Чэнгун послал Чэнь Пэна защищать Гаоци, а дальний родственник Чжэн Чэнгуна Чжэн Тай вышел из Усюя и вместе с Чжоу Цюаньбинем, Чэнь Хуэем и Хуан Тином прибыл в Хаймынь. Цинские войска вышли из Чжэнчжоу и нанесли удар Хаймэню. Военачальники (цзян) Чжэн Чэнгуна Чжоу Дуань и Чэнь Яоцэ погибли при этом. Цинские войска напали на корабль Чэнь Хуэя с целью захватить его. Чэнь Хуэй поджег корабль. В самый разгар боя начался сильный ветер. Чжэн Чэнгун с большими военными кораблями ринулся в атаку; Чжэн Тай тоже вышел из Усюя и повел корабли для объединенной атаки на цинские войска. Последние были полностью разгромлены. 200 маньчжурских солдат сдались, и ночью их утопили в море. [162]

Цинские войска из Тунани направились в Гаоци. Чэнь Пэн договорился о сдаче; подчиненный военачальник Чэнь Ман самоотверженно оборонялся. Цинские войска, считая, что Чэнь Пэн уже сдался, не были готовы к сражению и потому потерпели поражение. Чжэн Чэнгун арестовал Чэнь Пэна и убил его. Затем отвел войска назад.

В семнадцатый год Шуньчжи (1660) император приказал цзиннань вану Гэн Цзимао отвести войско в Фуцзянь, чтобы совершить поход против Чжэн Чэнгуна и дал Лото титул аньнань цзянцзюня.

В восемнадцатый год Шуньчжи (1661), применив план Хуан У, переместил прибрежное население в глубь страны и увеличил войска для охраны побережья.

С тех пор как Чжэн Чэнгун вернулся из Цзяннани, он понял, что осуществить наступление нелегко. Когда Гуйван вступил в Бирму, прекратилась всякая помощь извне. Положение с каждым днем ухудшалось, поэтому Чжэн Чэнгун стремился захватить Тайвань, остров у берегов Фуцзяни. На нем находились голландцы. Когда Чжэн Чжилун вместе с Янь Сыци были пиратами, они останавливались там.

Голландцы построили там два укрепления: одно называлось Чицянь, второе — Ванчэн. Их морской порт назывался Луэрмынь. Голландцы понадеялись на то, что у Луэрмыня очень мелко и кораблям нельзя будет подойти. Поэтому они не были подготовлены к обороне.

Военный флот Чжэн Чэнгуна приблизился, когда уровень воды поднялся до одного чжана и большие и маленькие корабли могли двигаться кильватерным строем. Голландцы оставили Чицянь и перешли к защите Ванчэна. Чжэн Чэнгун послал сказать им: «Земля эта принадлежит нам и ее необходимо вернуть, а драгоценности возьмите с собой сколько хотите и уезжайте». Осада длилась 7 месяцев. Оставшихся в живых голландцев насчитывалась сотня с небольшим.

Когда крепость сдалась, Чжэн Чэнгун всех их отправил на родину. Тогда же Чжэн Чэнгун переименовал Тайвань в Дунду 88 и объявил, что пригласит туда Гуй вана как во временную столицу. При участии Чэнь Юнхуа Чжэн Чэнгун составил законы, назначил чиновников, создал учебные заведения.

Тайвань представляет собой территорию в 1000 ли, земля плодородная.

Чжэн Чэнгун собрал народ из четырех округов Чжанчжоу, Цюаньчжоу, Хуэйчжоу и Чаочжоу, распахал целину и [163] покровительствовал колонизации. Приказал всем военачальникам перевести свои семьи и поселиться там. Некоторые боялись переезжать из-за климата, но, получив строгий приказ, не осмелились возражать.

В этом же году Шэнцзу 89 вступил на престол и казнил Чжэн Чжилуна и его сыновей: Чжэн Шиэня, Чжэн Шииня и Чжэн Шимо.

После того как был взят Тайвань, Чжэн Чэнгун приказал своему военачальнику Чэнь Бао расположить свои войска в Наньао, а своему сыну Чжэ Цзиню оборонять Сымин.

В первый год Канси (1662) Чжэн Чэнгун внял клевете Чжоу Цюаньбиня и послал отряд против Чэнь Бао; Чэнь Бао вместе со своим войском сдался и вступил в Гуанчжоу.

...Прошел слух, что Чжэн Чэнгун будет убивать всех военачальников, которые остались в Сямыне. Как раз в это время вернулся из Наньао Чжоу Цюаньбинь, его схватили и посадили в тюрьму. Военачальники выдвинули Чжэн Цзиня своим предводителем, подняли войска, перестали повиноваться приказам Чжэн Чэнгуна. В то время Чжэн Чэнгун был болен, услышав об этом, он грыз пальцы от гнева. В первый день пятого месяца он еще лежал в постели и принимал своих военачальников. Через несколько дней он внезапно скончался, прожив всего 39 лет. У Чжэн Чэнгуна было 10 сыновей. Чжэн Цзинь был его старшим сыном, другое его имя — Чжэн Цзин. После смерти Чжэн Чэнгуна Тайвань был передан в руки его младшего брата Чжэн Шиси, выдвинутого военачальниками и получившего титул чжаотао да цзянцзюня.

Военачальники старались отойти от Чжэн Цзиня и поставить на его место Чжэн Шиси. Но войска Чжоу Цюаньбиня нанесли им поражение. Чжэн Цзинь стал наследником Чжэн Чэнгуна и получил титул яньпинвана, а Чжэн Шиси, направившись в Цюаньчжоу, сдался.

Военачальники Цай Минлэй, Чэнь Хуэй, Ян Фу и Хэ И один за другим сдались со своими войсками [Цинам]. Силы Чжэн Цзиня постепенно слабели... Ма Дэгун во главе воинов, которые выразили покорность Цинам, объединился с войсками голландцев и вышел из Цюаньчжоу, Хуан У и Ши Лан выступили навстречу ему из Хайчэна. Чжэн Цзинь приказал Чжоу Цюаньбиню сопротивляться Ма Дэгуну, и они встретились в Уша за Цзиньмэнем.

У Ма Дэгуна было 300 кораблей, у голландцев — 14 морских джонок. Чжоу Цюаньбинь выстроил в боевой порядок [164] 20 кораблей и с ними врезался в ряды кораблей Ма Дэгуна, пушки голландцев не попадали в цель. Кораблям Ма Дэгуна был нанесен тяжелый урон, сам он пал в бою. Однако сухопутные цинские войска на фронте между Тунань и Хайчэн одержали много побед и прорвались прямо в Сямынь. Ши Лан вновь захватил Цзиньмэнь и Усюй. Чжэн Цзинь отступил для защиты Туншаня.

В третий год Канси (1664) военачальник Чжэн Цзиня Ду Хуэй сдал остров Наньао. В Туншане кончился провиант, Чжоу Цюаньбинь вышел из города, сдался и получил титул чэньэньбо. Чжэн Цзинь со своим военачальником Хуан Тином упорно защищались.

Гэн Цзимао и другие вновь вывели флот из Бачимыня. Хуан У с военачальником Вэнь Цюдо и пр. сдались во главе 30-тысячного войска. Цинские войска продолжали продвигаться, захватили Туншань, сожгли его и добыли бессчетное количество оружия и военных кораблей.

...Чжэн Цзинь вместе с Чэнь Юньхуа и Хун Сюем, возглавив оставшиеся войска, погрузили их семьи на джонки и всех перевезли на Тайвань. Чжэн Цзинь изменил название Дунду на Дуннинго 90 и установил два округа: Тяньсин и Ваньнянь; и по-прежнему Чэнь Юнхуа ведал политикой государства.

Цинский император пожаловал Ши Ланю титул тинхайского командующего, Чжоу Цюаньбинь и Ян Фу стали его заместителями. Ши Лань командовал флотом и совершил нападение на Тайвань. Однако ему помешал ураган.

В четвертый год Канси (1665) двор решил прекратить военные действия.

В шестом году Канси (1667) император вызвал Ши Ланя в столицу, чтобы он отвел капитулировавшие войска и расселил их отдельно по провинциям, строго охранял границы и больше не думал о Тайване.

Солдаты Чжэн Цзиня тоже не выступали. Так несколько лет не было военных действий. Прибрежное население постепенно возвращалось к своим занятиям...

Чжэн Цзинь переправился морем на запад, вступил в Сымин и захватил Тунань.

Чжэн Цзинь собрал корабли, навел порядок в войсках и вновь выступил в поход против Гэн Тинчжуна, борясь за Цюаньчжоу. Войска в Цюаньчжоу восстали...

Чжаочжоуский 91 цзунбин Лю Цзиньчжун сдался Чжэн [165] Цзиню. Чжэн Цзинь послал военачальника Чжао Дэшэна и он вступил в Чаочжоу и разгромил войска Гэн Тинчжуна.

Чжэн Цзинь установил систему военных чинов. Назначил Фэн Сифана цаньцзюнем. Чэнь Шэньу поручил участие в решении важных политических вопросов. Подчинил все свои войска командующим Лю Госюаню, Сюэ Цзиньсы, Хэ Ю, Сюй Хуэю, Ши Фу и Ай Чжэньсяну.

Чжэн Жэнъин получил звание сюаньвэйши и ведал финансами и продовольствием во всех областях, приказал людям доставлять ежемесячно 5 сотых лян серебра, этот налог носил название маодин. Налоги с судов взимались в зависимости от размера судов и назывались лянтоу.

Соляное ведомство управляло соляными разработками. За тань соли, который стоил 2 цяня, налоги брались по 4 цяня. Налоговое управление облагало население косвенными налогами для войска.

Опять возобновили торговые отношения с Англией, Сиамом и Аннамом, прибывали торговые корабли этих стран.

В городе Сымине было очень оживленно и многолюдно, как в мирное время.

...Чжэн Цзинь из Хайчэна двинул войска на Ваньсунгуань, Хэ Ю укрепился в Чжанчжоу и Цыси. Цинские войска подошли и атаковали Лю Госюаня. Лю Госюань был разбит и бежал...

...Синчжоу, Цюаньчжоу, Тинчжоу и Чжанчжоу — все эти округа были вновь захвачены цинскими войсками, только Хайчэн не сдавался. В шестнадцатом году Канси (1677) цинские войска захватили Хайчэн. Чжэн Цзинь вновь разгромил Хайчэн и осадил Цюаньчжоу. Чжэн Цзинь дал указание описать подвиги Лю Госюаня, Хэ Ю, У Жу и пр.

Ла Хада и др. освободили Цюаньчжоу от осады. Чжэн Цзинь отвел войска и вернулся в Сымин.

Семнадцатый год Канси (1678). Канцин ван послал начальника округа Чжан Чжунцзюя уговорить Чжэн Цзиня сдаться, но тот не принял предложение.

Император приказал вновь переселить прибрежное население подобно тому, как это было в восемнадцатом году Шуньчжи (1652). Переместили границы и защищали окраины.

Му Хэлинь и Хуан Фанци объединили свои войска у Ваньяошу и атаковали Лю Госюань. Цинские войска были полностью разбиты. Лю Госюань захватил Пинхэ и Чжаньчжоу, затем вновь разгромил Хайчэн.

...Лю Госюань, продвигаясь, осадил Цюаньчжоу. Император приказал войскам поспешно объединиться для атаки. [166]

...Чжэн Цзинь собрал войска и отвел их для зашиты Сымина. Император приказал собрать корабли и войска и повелел захватить Цзинмынь и Сямынь.

В девятнадцатый год Канси (1680) У Синцзо вышел из Туньани и объединил свои войска с войсками Яо Цишэна и Ян Цзэ. Сухопутными дорогами они двинулись к Сямыню.

Главнокомандующий (тиду) Вань Чжэнсэ силами флота атаковал Хайтань. Наступление вели 6 отрядов, а сам Вань Чжэнсэ руководил флотом из крупных кораблей, которые держались позади, а легкие корабли плыли, выстроившись на флангах, справа и слева. Пушечным огнем им удалось уничтожить 16 военных кораблей Чжэн Цзиня. При этом утонуло более 3 тыс. его солдат. Военачальник Чжэн Цзиня Чжу Тяньгуй отступил. Ван Чжэнсэ во главе своего войска преследовал его и убил чжэнцзиневых военачальников У Нэй и Линь Сюня. Мэйчжоу, Наньши, Пинхай, Чуну и др. пункты на побережье сдались. Капитулировал и Чжу Тяньгун.

Помощник дутуна Во Шэнь, разгромив полководцев Чжэн Цзиня — Линь Ина и Чжан Чжи, — наступал на суше и стремился к Юйчжоу. Лю Госюань отступил к Сымину.

Командующий Чжэн Цзиня Су Кань сдался вместе с Хайчэном. Яо Цишэн послал цзунбина Чжао Дэшоу и Хуан Далай следовать за Лай Та и разгромить укрепления Чэньчжоу, Мачжоувань, Яошань, Гуаньиньшань и Хуанци.

У Синцзо вместе с Ла Хада и пр. оттеснил войска Чжэн Цзиня до Сюньвэя и захватил Сямынь и Цзиньмынь. Чжэн Цзинь вернулся на Тайвань. В двадцатый год Канси (1681) Чжэн Цзинь умер.

С тех пор как Чжэн Цзинь был в походах с войсками, сын его Чжэн Кэцзан защищал Тайвань. По просьбе Чэнь Юнхуа Чжэн Цзинь присвоил звание «цзяньго» (регента) своему сыну Чжэн Кэцзану. Тот, будучи еще несовершеннолетним 92, уже умел вдумчиво вершить дела.

Сын кормилицы Гу Сифань не любил его и начал с того, что путем различных интриг отнял войска у Чэнь Юнхуа. Чэнь Юнхуа был очень опечален и вскоре умер.

Когда Чжэн Цзинь скончался, они задушили Чжэн Кэцзана, выдвинули младшего сына Чжэн Цзиня Чжэн Кэшуана, который наследовал титул «яньпинван». Чжэн Кэшуан был еще младенцем, и все дела решал Гу Сифань.

Синжэнь Фу Вэйлинь вместе с военачальниками стремился поднять восстание. Но Гу Сифань арестовал всех и убил, а вместе с ними убил сюньшунского гуна Шэнь Жуя. [167]

Император издал указ о назначении Ши Ланя командующим морскими силами с чином тиду и приказал вместе с Яо Цишэном захватить Тайвань.

В двадцать второй год Канси (1683) Лю Госюань отправил письмо Яо Цишэну и просил разрешения стать вассалом, подобно Люцю.

Император торопил Ши Ланя выступить с войсками.

В это время Лю Госюань с отрядом в 20 тыс. человек защищал острова Пэнхуледао.

В шестом месяце войска Ши Ланя, воспользовавшись южным ветром, вышли из Туншаня, прибыли в Бачжаоюй и атаковали Пэнхуледао. Они разгромили и потопили 200 кораблей войск Чжэн Цзиня. Убили 370 с лишним человек командного состава и более 10 тыс. солдат.

Лю Госюань на маленьком корабле из Хоумыня отплыл на Тайвань. В седьмом месяце Чжэн Кэшуан послал посла с просьбой о капитуляции. Ши Лань доложил об этом императору и император издал указ о принятии капитуляции.

...Ши Лань послал шивэя У Цицзюэ вступить на Тайвань, взяв с собою указ о принятии капитуляции, и повелеть войскам и народу сбрить волосы.

В восьмом месяце Ши Лань с войсками прибыл в Луэрмэнь, но вода была неглубокой. Он не смог подойти к берегу и простоял на рейде 12 дней. Когда уровень воды поднялся выше чем на 1 чжань, все корабли спокойно причалили к Тайваню.

...Император пожаловал Чжэн Кэшуану титул гуна, и тот был приписан к китайскому красному знамени. Мо Госюаню и Фэй Сифаню были пожалованы титулы бо.

Из всех минских родственников, которые находились у Чжэнов, один нинтинский ван Чжу Шугуй покончил с собой, а сын Лу вана и его родственники были сосланы в Хэнань.

...В годы правления Гуансюй (1875—1908) император Дэцзун по просьбе министра по делам судостроения разрешил построить храм на Тайвани в честь Чжэн Чэнгуна. (лл. 4а—10а).

ПОХОД ЧЖЭН ЧЭНГУНА НА НАНКИН

Мин цзи нань люэ

Цинское правительство закрыло все бухты на расстоянии в несколько сот ли, оставив для связи лишь грунтовые дороги. [168] Чжэн Чэнгун расположился в Тайчжоу, но через несколько месяцев внезапно покинул город.

В год усюй (1658) он задумал совершить поход на Нанкин и, отправляясь в путь, ознаменовал это событие салютом. Но поднялся большой ураган, который повредил около тысячи кораблей Чжэн Чэнгуна, и он вернулся. В шестнадцатый год Шуньчжи (1659) тринадцатого числа пятого месяца Чжэн Чэнгун во главе 100-тысячного войска совершил новое вторжение; среди воинов было всего 30 тыс. одетых в латы и боеспособных, остальные обслуживали их. На каждого воина в латах приходилось 5 сопровождающих. Часть воинов обматывали головы платками, ноги их были босы, в руках они держали мечи длиной в 6 чи или длинные пики и щиты.

Двадцать девятого числа это войско прошло через Цзяцзин, а с первого по третье число шестого месяца двигались вверх по Янцзы. Восьмого числа прибыли в Даньту. А тринадцатого остановились у Ушани и принесли жертву небу (л. 20б). Все корабли были собраны в круг. Знамена, снаряжение и парадная одежда были красного цвета и издали походили на пламя. Четырнадцатого числа совершили жертвоприношение духам земли, гор, рек, водоемов и морей. В тот день все были одеты в черное, и издали казалось, что это тушь. На следующий день в праздничных одеждах принесли жертвы Тайцзу и затем, одев траурные 93 одежды, принесли жертву покойному императору. Все были в белом и издали были похожи на снег. Когда жертвоприношения были окончены, трижды прокричали «Великий государь!» в честь первого императора 94. Военачальники и войска проливали слезы.

От Чжэньцзяна до Гуачжоу по реке было 10 ли. Подчиненные цинской династии строили длинные дамбы из толстых деревьев, которые перегораживали реку на участках шириной в 3 чжана. Дамбы засыпали землей, так чтобы по ним можно было ездить на лошадях. По краям в деревянных навесах были сделаны бойницы, из которых можно было стрелять из пушек и мушкетов. Бойцов расположили группами в стенах дамбы, ближе к середине реки. Крепкий канат толщиной до 1 чи связывал края деревянных дамб и препятствовал проникновению кораблей с моря. На сооружение дамб было истрачено около миллиона. Но как только их соорудили, они были разбиты морским прибоем. Нанкинский сановник (буюань) Лан Тинцзо лично принес жертву реке, и дамбу отстроили заново, [169] чтобы держать надежную оборону, на ней разместили войска.

Цаоцзян 95 Цзян Гочжу, командующий (цзунбин) Гуань Сяочжун и помощник командующего (фуцзун) Гао Цянь общими силами обороняли Чжэньцзян. У Таньцзячжоу в засаде находилось 2000 человек, а у Шансиня стояли пушки. Цаоцзян Чжу Ичжу тринадцатого числа шестого месяца приступил к исполнению обязанностей и защищал Гуачжоу.

Пятнадцатого числа морской флот Чжэн Чэнгуна в составе 2300 кораблей встал на причал у Цзяошаня. Затем 4 корабля с небольшой командой, распустив паруса и ускользнув от противника, поднялись вверх по реке.

Цинские войска издалека увидели их и открыли сильный огонь. Морские корабли дошли до дамбы и спокойно вернулись назад. Цинские войска стреляли (л. 21а) из пушек днем и ночью без перерыва. Выстрелы были подобны грому и слышны за 300 ли. Обстрел велся 5 дней, но ни один корабль не был поврежден. Морские корабли то поднимались вверх по реке, то вновь уплывали, возвращаясь по нескольку раз. Одни старались отвлечь на себя огонь цинских пушек, другие пытались высадить морские войска на дамбы с тем, чтобы, приблизившись к ней по воде, разрубить канаты.

Шестнадцатого числа, как только пушечный огонь прекратился, все корабли двинулись на Чжаньцзян, и ничто не могло остановить их.

Семнадцатого числа они двинулись на Гуачжоу и прорвались в тыл. Цинские войска оборонялись на высоком берегу (лл. 21б—22б), у Восточных ворот они расположили ряды конницы. Войска Чжэн Чэнгуна охватили их с флангов; солдаты, стоя среди рисовых полей, рубили ноги лошадям цинской конницы и нанесли цинским войскам большой урон.

Чжу Ичжу находился у северных ворот в резиденции аньчаши. Он отдал стяг с иероглифом «линь» и приказал просить помощи у сюньфу Кан Дэши. Внезапно ему доложили: «Приближаются морские пираты». Не успели закончить доклад, как подбежало двое, схватили Чжу Ихая и повели его к Чжэн Чэнгуну. Тот встретил его благосклонно и сразу отпустил. Военачальник Чжэн Чэнгуна, некий Лю, воспользовавшись победой у Восточных ворот, поспешил войти в Гуачжоу... (л. 22б).

С берега реки орудия передвинули к Таньцзячжоу и атаковали отряды Чжэн Чэнгуна. Войска не могли устоять. [170]

Отряды морских войск в количестве 2000 человек двинулись вверх по реке и рубили всех своими длинными мечами. Сухопутные цинские войска разбежались. 1000 человек на морских кораблях отправились в погоню за ними. Огонь пушек был перенесен на Чжэньцзян. Из Чжэньцзяна срочно сообщили об этом в Нанкин. И оттуда был отправлен полководец Ло, находившийся под командой Хун Чэнчоу. Во главе 1000 конников он поспешил на помощь Чжэньцзяну. Войска Ло были одеты в доспехи, и он хвалился: «Этих пиратов так мало, что убивать почти некого» (лл. 22б—23а). Он хотел подойти к реке, разбить пиратов и отрезать их от моря. В то время цинские войска четырех областей Сучжоу, Чанчжоу и др. были перепуганы как никогда и, видя, что столичные войска выходят на передовые позиции, очень обрадовались. Командующий (цзунбин) Чанчжоу Ван, начальник гарнизона (шоубэй) в Уси Чжан Кэ, ...и пр. составили 9 отрядов.

Всего было 15 тыс. человек и половина из них состояла из конников. Войска Ло образовали первый отряд. Войска Гуаня были вторым отрядом.

Войска четырех округов тянули жребий и в результате восьмым отрядом стали местные войска Чанчжоу, а за ними следовали две группы войск Уси и Цзянцзина. Высокомерные столичные войска жаждали быстрее вступить в сражение, однако морские корабли то поднимались вверх по реке, то спускались вниз. Когда цинские войска расположились на южном берегу, корабли отчаливали на северный берег, а когда цинские войска располагались на северном, корабли плыли на юг. Они притворялись, что в страхе отступают, чтобы заманить цинские войска в ловушку.

Цинские войска преследовали их трое суток беспрерывно, стояли под открытым небом на берегу и очень устали. Несмотря на большую жару, несколько дней подряд лил сильный дождь. После дождя начали подниматься горячие испарения, и ходить в доспехах было просто невыносимо.

В большую жару солдаты стояли один возле другого, как лес, и молчали. Лошади задыхались от жары. Городское население приносило солдатам пищу к берегу реки (л. 23а). Они отказывались, говоря: «У нас ничего не лезет в горло». Когда принесли поджаренный рис, даже и его не могли есть. Солдаты говорили: «Мы уже давно солдаты, а раньше были бандитами, и всем нам необходим перед боем порошок из телятины. Телятину сушат на огне и растирают в порошок, который солдаты носят с собой. Перед боем они съедят немного порошка и этим утоляют голод. А нынешние командиры этого не знают». [171] Стоя под дождем и в жару, утомленные и голодные, цинские солдаты не ели уже два дня.

В то время авангард войск Чжэн Чэнгуна был вооружен длинными пиками, а за ними шли воины с круглыми щитами. Второй отряд был вооружен японскими мушкетами. Первый отряд состоял из 50 человек. Впереди них несли цветные знамена. На каждых двоих полагалось по одеялу. Один нес толстое одеяло, толщиной в 2 цуня 96, другой поддерживал одеяло и в обоих руках еще держал меч. Когда начинался обстрел из луков, то раскрывали одеяло и защищались им. Когда обстрел кончался, то одеяло сворачивали, брали мечи и начинали поражать ноги воинов и лошадей. Двое несли круглые щиты. Среди 50 воинов эти четверо получали двойное жалование. Были еще связанные щиты для отражения стрел.

У передового отряда было (л. 23б) цветное знамя, второй отряд имел знамя с изображением сороконожки. Третий отряд устраивал дымовую завесу, четвертый состоял из мушкетеров, а пятый, завершающий отряд, был вооружен мечами. Кроме того, во главе отрядов шли барабанщики, бившие в барабаны.

Если звук барабана был неторопливый, то войско шло не спеша. Если звук учащался, то воины ускоряли шаг.

Армия Чжэн Чэнгуна в основном состояла из пеших. Цинские войска относились к ним пренебрежительно. Когда конница сталкивалась с пехотой, то отступала на несколько чжаней, стегая коней плетьми, а когда вражеский строй растягивался и разрушался, конница, пользуясь удобным случаем, врывалась в ряды неприятеля и убивала врагов. Пехотинцы сами давили друг друга (л. 24а). Конница тоже топтала их и, пользуясь таким методом, постоянно одерживала победы. И этот же метод конница применила при встрече с войсками Чжэна. Цинские войска бросились вперед, но войска Чжэна сражались, сомкнув свои ряды, и оставались незыблемыми. Прикрыв себя щитами, они как бы образовали стену.

Цинские войска трижды отходили назад для нового наступления, но отряды Чжэна стояли непоколебимо, как утес. Издали казалось, что передвигаются клубы черного дыма. Цинские поиска вновь пустили своих коней и снова ринулись в атаку. Воины Чжэна неслись, как на крыльях, внезапно нападали на строй коней и убивали всадников.

Солдаты Чжэна были объединены в группы по 3 человека (лл. 24а—24б).

Один солдат держал щит, прикрывая двух других, другой [172] рубил коню ноги, а третий убивал всадника. Мечи их были так отточены, что одним взмахом можно было перерубить боевого коня, покрытого броней. Когда изготовляли эти мечи, то 100 кузнецов поочередно отливали и ковали их. Поэтому меч получался особенно острым. Хотя войска Чжэна были храбры, но цинские войска отступили не сразу, так как Гуань Сяочжун, стоявший позади, убивал всех, кто отступал.

Бой длился долго. Один из командующих Чжэна помахал белым флагом, и войска Чжэна тотчас же расступились, как будто хотели уклониться от удара. Те, кто не успел отойти, тут же легли на землю. Цинские войска, видя, что китайский командующий отступил, решили воспользоваться моментом и нанести внезапный удар, конница бросилась вперед, но в это время внезапно выстрелили из пушки и было убито более 1000 человек. Войска Чжэна гнались за неприятелем, перерезали дорогу пяти отрядам, окружили их и уничтожили.

В бою пали командир авангарда Бай и подчиненный ему Ло, командир авангарда Ван и подчиненный ему Ланъу. Гуань Сяочжун держал наготове несколько боевых коней. Если ему наносили удар мечом (л. 24в), он успевал отклониться, удар приходился по коню, и меч отрубал ему голову. Гуань Сяочжун тогда пересаживался на другого коня. В одно мгновение три его коня были убиты, а Гуань Сяочжун трижды пересаживался и так спасся. Видя его беспримерную храбрость, полководцы Чжэна стремились захватить его живым. Поэтому он не был убит, а потерпев поражение, бежал в Иньшань, а когда войска противника приблизились, бежал в горы, откуда не раз совершал нападения.

Солдаты Чжен Чэнгуна были очень стойки. На них были одеты железные латы, шлемы и маски и только ноги их были не защищены. Они калечили лошадей длинными и очень острыми мечами. Если же враги попадали им в ноги, то они выдергивали стрелы и продолжали сражаться.

Цинские войска потерпели поражение. Двадцать второго числа Гуань Сяочжун, обращаясь к Чжэну издалека, сказал: «До сих пор императоры были только на коне, разве бывает император на воде? Выходи на сушу, тогда повоюем!»

Через некоторое время два корабля высадили 2000 солдат и они расположились лагерем на огородах в Янпэншане.

Когда в бой во главе войска вступил подчиненный Гуань Сяочжуну храбрый военачальник Ван Датин, военачальник Чжэн Чэнгуана Чжоу в чине дуду встал перед войсками и спросил громким голосом: «Ты случайно не Гуань Сяочжун? Почему же ты не спешишь сдаться?». [173]

Ван Датин ничего не ответил, а выстрелил из лука и (л. 25а) ранил его в ногу, а когда Чжоу вытащил стрелу, вновь выстрелил ему в ноги, и так три раза. Чжоу рассердился, выхватил меч и убил Ван Датина.

Когда цинские войска ринулись в атаку, Чжэн Чэнгун сразу же расположил свои войска в ряд. Видя это, Гуань Сяочжун, сказал своим подчиненным: «Этот строй называется багуа 97. «Ворота жизни» обращены к реке. Надо атаковать через них, а выходить через «открытые ворота».

Как только они вошли, строй превратился в змею: если бьешь хвост, голова начинает бить тебя, если бьешь голову — то действует хвост.

Войска Чжэн Чэнгуна окружили войска Гуань Сяочжуна. Увидев, что дело принимает неблагоприятный оборот, тот взял у знаменосца знамя и повернул обратно. Увидя это, его войска бросились бежать, отряды Чжэн Чэнгуна преследовали их и убивали. Из подчиненных Гуань Сяочжуну воинов в живых осталось только 300 человек. Сев на коня, Гуань Сяочжун поскакал к городскому рву, солдаты Чжэн Чэнгуна поспешно преследовали его, а его собственное войско разбежалось. Гуань Сяочжун начинал бой с 4 тыс. человек, а осталось у него только 140 человек. Он сказал, вздыхая: «С тех пор как маньчжуры вступили в Китай, я уже сражался в семнадцати боях, но такой смертельной схватки еще не видел».

Из 300 человек войска Вана из Чанчжоу в живых осталось только 37. Из 500 солдат войска Гао Цяня в живых осталось только 80 конников. Они вошли в Чжэньцзян, поднялись на городскую стену, чтобы защищаться. Гуань Сяочжун отправился в Нанкин, а Цзян Гочжу в Даньян. Население боялось воинов Чжэн Чэнгуна, преследовавших цинское войско. Поэтому жители закрывали ворота и не принимали беглецов. Цинские войска голодали. Была полночь, когда они добрались до Чанчжоу и у городских ворот закричали, чтобы о них доложили тайшоу Чжао Ци. Чжао Ци не поверил, сказав: «Разве в такое время дуду может ехать в Нанкин?». Приказал Ван Цунчжэню подняться на стену, посмотреть, кто там, и лишь тогда открыли ворота. Цзян Гочжу очень устал и, не дождавшись, когда доберется до постели, уснул у ворот (л. 25б). [174]

Шоуцзян Чжэньцзяна Гао Цянь и тайшоу Дай Кэли установили пушки на городской стене.

Военачальник Чжэн Чэнгуна Ма Синь подъехал верхом к городской стене и закричал: «Сдавайте побыстрее город, если будете медлить, всех перебьем. Мы сегодня уже перебили все иноземные войска, если не верите, то взгляните на Янпэншань!».

Защитники очень испугались...

...Дай Кэли плакал всю ночь, он распустил войска, обороняющие город, а на следующее утро с 20 представителями знати и 50 горожанами вышел из города. Дошли до моста и бросили свои маньчжурские колпаки в реку, затем отрезали косы и распустили волосы. Чжэн Чэнгун спросил: «Не ты ли тайшоу Дай Кэли?» Он ответил: «Я».

Чжэн Чэнгун приказал ему по-прежнему быть тайшоу, обратился к народу и сказал: «Вы страдаете уже 16 лет». Хао Ши ответил: «В Чжэньцзяне необходимо иметь войска для обороны, боюсь, что если в будущем войска уйдут, народу придется плохо». Чжэн Чэнгун разгневался, велел его связать и только через некоторое время освободил. На городской стене Чжэньцзяна было 3700 бойниц. Чжэн Чэнгун приказал 3700 солдатам подняться на стену для обороны. Разноцветные знамена ослепляли своим блеском. Чжэн Чэнгун был одет в военную одежду с двумя вытканными драконами, на нем была шляпа с полями и красные сапоги. Его сопровождали два человека, одетые в парчовую одежду с вытканными драконами. Один из сопровождающих с седыми волосами и усами держал раскрытый фиолетовый зонт. Позади и впереди шли 500 солдат, охранявших Чжэн Чэнгуна...

25 числа все чиновники получили аудиенцию у Чжэн Чэнгуна и отрезали косы (л. 26б). Солдаты и народ распустили волосы, надели сетки для волос и головные уборы из волокон пальмы.

Во второй половине дня открылись все лавки на рынке. 26 числа Чжэн Чэнгун наградил всех воинов и военачальников, участвовавших в походах. 27 числа собрался в путь.. 28 числа выступили по направлению к Нанкину, оставив войско в количестве 4000 человек для охраны Чжэньцзяна. Дополнение: 27 числа шестого месяца в Чанчжоу освободили заключенных (л. 27а).

Лан Цинцзо узнал, что войска Чжэн Чэнгуна вот-вот дойдут до внешнего города Нанкина и сжег все дома, находящиеся за городской стеной, и приказал всему населению, живущему на 10 ли в окружности от города, перебраться в город. [175] На пять дней, открыли ворота Шуйсимынь и Ханьсимынь, чтобы народ заготовил дрова. Во внешнем городе сожгли все, что не продавалось или не успели распродать. Войска Чжэна стали лагерем на холме Байтушань, расположенном в 7 ли от Нанкинских ворот Ифэнмэнь.

Лан Цинцзо собрал войска, закрыл ворота и выставил охранение. Маньчжурский полководец Хахаму сомневался, что у народа есть желание обороняться, он приказал закрыть дворы так, чтобы петухи не кричали и собаки не лаяли. Войска Чжэн Чэнгуна осадили город, но не начинали штурма. В городе цены за 1 дань риса выросли до 7 лян.

Жители не осмеливались выйти на улицу, чтобы купить рис, и умирали от голода в своих домах. Только дрова были не очень дорогими, так как жгли мебель.

В седьмом месяце Нанкин был окружен. Лан Цинцзо вызвал военачальника (цзунбина) города Сунцзяна Ма Динбао 98 и приказал ему и чунминскому тиду Лян Хуафэну прийти на помощь.

Воины Чжэн Чэнгуна стали еще более самоуверенными и говорили, что не сегодня, так завтра добьются успеха, и пренебрежительно относились к оборонявшимся.

Лан Тинцзо приказал из каждых десяти солдат, обороняющих город, оставить одного, а остальным спуститься с городской стены и выстроиться. В Нанкине были ворота Шэньцэмэнь. Они давно были замурованы. Ночью их разобрали, оставив только внешний слой кирпича. Вокруг города тянулись заросли камыша высотой в несколько чи.

Ма Синь и другие даже не знали, что существуют такие ворота, через которые можно совершить вылазку. Внезапно началась пушечная канонада. Войска Ма Синя пришли в замешательство. Цинские войска нападали и убивали. Сражение длилось долго.

Отряд, вышедший из ворот Сяодунмынь, внезапно напал на войска Чжэна с тыла, не дав опомниться, и нанес им большие потери. Однако военная дисциплина (л. 29б) была очень суровой, военачальники не обратились в бегство, войска стояли насмерть. В Гань Хуэя попало более 30 стрел и только тогда он отступил, и солдаты пошли за ним.

Чжэн Чэнгун отвел корабли на юг; сухопутные войска потерпели поражение и отошли на 20 ли. Дойдя до горы Байтушань, войска начали искать корабли, но корабли уже ушли. [176] Воины Чжэн Чэнгуна поспешали подняться на гору. Цинские войска, преследуя их, дошли до горы. Войска Чжэна спустились с горы, убивали их, и бой длился очень долго.

Через некоторое время войскам Чжэна было нанесено огромное поражение и они отступили... (л. 30а).

УКАЗ, ИЗДАННЫЙ ОТ ИМЕНИ ПЕРВОГО ЦИНСКОГО (МАНЬЧЖУРСКОГО) ИМПЕРАТОРА ПО СЛУЧАЮ ЕГО ПРИЕЗДА В ПЕКИН В КОНЦЕ 1644 г.

Маньчжурские князья, призванные китайскими феодалами на помощь, понимали невозможность подчинения китайского народа только силой оружия и прибегали к мелким уступкам, о которых старались широко оповестить население.

Цин ши гао, кн. 2

Глава: Основная летопись императора Шицзу (Бэньцзи Шицзу)

Указ гласил:

«Наше государство, благословенное небом, получило свое начало на восточных землях. Предки начали великое дело, деяния нашего покойного отца превзошли первоначальные замыслы, и по велению неба старому государству была предначертана новая судьба. Будучи еще ребенком, мы унаследовали престол. Намереваясь с почтением продолжать дело предков, мы хотели навечно закрепить существующее положение, но выступления разбойников достигли огромных размеров, ввергнув Китай в пучину тяжелых бедствий. Вследствие этого мы поручили близким и достойным спасти народ от страданий. Быстро выступив, они сразу же продвинулись вперед, внесли успокоение.

Нашей целью было ликвидировать критическое положение, а не обогатиться за счет Китая. Гуны и ваны, высшие гражданские и военные чиновники, а также старейшие среди военных и народа 99 просили нас вступить на престол, неоднократно умоляя об этом.

Мы так и поступили.

В 1-й день десятого месяца этого года торжественно принесли, жертвы божествам земли и неба в храмах неба, земли, предков императора. [177]

Столицу установили в Пекине.

Название Поднебесной изменили на Дайцин, годы правления назвали Шуньчжи.

Учитывая, что волей неба нельзя пренебрегать, что начатое дело очень трудное, что изменения лишь начались, Цинь ван 100 (Доргун), чтобы расширить это благое новое дело, по воле небес основал государство для установления мира и успокоения народа. Так как Цинь ван имеет большие заслуги, следует оказывать ему особые почести. Сыновей, внуков, младших братьев, племянников вана следует пожаловать титулами, соответствующее ведомство должно исполнить это согласно прежним законам и доложить об исполнении.

Все маньчжурские чиновники, принимавшие участие в основании государства, составлении планов войны, одержавшие решительные победы в тылу и на фронте, имеющие заслуги в деле расширения территории, должны быть пожалованы титулами гунов, хоу, бо, ши, и императорскими грамотами.

С тех пор как великая армия 101 вошла в Китай, гражданские и военные чиновники и шэнь 102 самостоятельно последовали хорошему примеру, убивали разбойников и переходили на нашу сторону. Тех, кто перешел, также представить к повышению.

Чиновники, военные и народ, совершившие преступления до рассвета первого числа пятого месяца первого года Шуньчжи 103, не относящиеся к мятежу и десяти главным преступлениям, которые не прощаются 104, все получат амнистию независимо от величины преступления.

Чиновники, виновные в получении взяток, злоупотреблении законами, угнетении простого народа, совершившие эти преступления после первого числа пятого месяца, не подлежат амнистии.

Налог с му земли деньгами и зерном должен полностью соответствовать прежним минским подсчетам и записям и с первого числа пятого месяца первого года Шуньчжи взиматься и доставляться в прежнем количестве.

Все дополнительные налоги: налог для Ляодуна (ляо сян), [178] новый налог (синь сян), налог на обучение новобранцев (лянь сян)... и др. полностью отменяются.

В местах, где проходит наше войско, основные налоги (чжэн лян) сравнительно с прежним уменьшаются наполовину.

В тех местах, где армия не проходила, но которые сами перешли на нашу сторону, налоги за этот год отменяются на одну треть.

Памятуя о том, что народ страдает чрезмерно, отменяем во всех провинциях, находящихся под нашим управлением, все недоимки по налогам, взимающимся натурой или в перечислении, которые накопились до первого числа пятого месяца первого года Шуньчжи. А именно: недоимки по летнему налогу, осеннему налогу, фуражному налогу, подушной подати, соляному налогу, налогу с народных поселений, пастбищному налогу, налогу с солеварен, налогу с богатых домов, налогу за ворота, налогу на купцов, рыбному налогу, налогу с лошадей, дровяному налогу, налогу с финиковых пальм, налогу фруктами, налогу на монету, налогу красителями для дворца, налогу воском, чаем, кунжутом, хлопком, шелковыми тканями, шелковой ватой и по другим налогам.

Так как в столице военные и народ живут разбросанно, мы вынуждены расселить их в восточной, центральной и западной частях города.

Тех, кого переселят, освободить от налогов на три года. В южной и северной частях города, где не производится переселение, также отменить налоги на один год.

Подушную подать в серебре взимать в прежнем размере.

За последние годы население уменьшилось, списки его с каждым днем сокращаются, сироты, бедные, старые и слабые тяжело страдают от принуждения платить налоги. Местные власти должны проверить это.

Старики, дети, больные и инвалиды будут освобождены от уплаты налогов. Военным и гражданским, достигшим возраста свыше 70 лет, разрешается оставлять одного работоспособного для прокормления, который освобождается от трудовой повинности.

Достигшим возраста свыше 80 лет выдать холст, шелк, рис, мясо. Людям, знаменитым и известным своим безупречным поведением, жалуются шапка и пояс. Вдовцы и вдовы, сироты и бобыли, больные и инвалиды получат от государства пищу.

Почтительные дети, послушные внуки, верные мужья и добродетельные жены будут выявлены властями, и о них [179] будет доложено. Все чиновники, вносившие при Минах какие-либо предложения и за это попавшие в опалу, а также способные и талантливые люди, пригодные для службы и рекомендованные провинциальными властями, должны приехать в столицу и получить повышение.

Система гражданских и военных экзаменов остается по-старому. В годы чэн, сюй, чоу, вэй 105 проводить экзамены высшей ступени. В годы цзиу, мау, ю 106 проводить уездные экзамены.

Члены минской императорской фамилии, которые сдались первыми, по-прежнему получат жалованье.

На всех кладбищах минского дома весной и осенью приносить жертвы. По-прежнему крестьянские дворы должны работать, чтобы охранять и поддерживать порядок на кладбищах. Разрушенные императорские могилы, а также могилы известных чиновников и мудрецов восстановить. По-прежнему запретить рубить дрова и пасти скот на кладбищах.

Всем военным и гражданским чиновникам в столице и вне ее одинаково должны быть пожалованы должности, оказано покровительство и поощрение.

В провинциях Северной Чжили, Хэнани, Шаньдуне в областях Тайюань и Пинчан провинции Шаньси отменить минские новые денежные поборы (синь цай цянь) и в тех же двух областях старые денежные поборы (цзю цай цянь), а также объединенные новые и старые денежные поборы (синь цзю цзо цай цянь) во всех областях, а также недоимки в серебре по налогу с постоялых дворов, с перевозки на лошадях и мулах, с работников на постоялых дворах, а также с перевалочных пунктов, с платы работникам и т. д. А также отменить недоимки с установленного количества материалов, посылаемых четырем [или четвертому] управлениям ведомства общественных работ, исчисляемых в серебре и по налогу на ремесленников, взимаемых серебром. Отменить недоимки по налогу с черепицы, взимаемому в серебре, по налогу с конопли в серебре, перевозок, оцениваемых в серебре; по налогу на занимающихся выращиванием камыша, взимаемому в серебре. Отменить недоимки по взимаемым в серебре налогам с камыша, рыбы, дичи, перьев и шерсти, больших оленей, маленьких оленей, бараньих кож, луков и стрел, по налогам тарой, [180] перечисленным на серебро, по налогам на пересчет (коушэн), налогам на водные перевозки, по налогу коровьим рогом и жилами, гусиным пером, лебедями, камышом и по другим налогам, перечисленным в серебро; отменить недоимки по взимаемым в серебре налогам на шлемы и латы, кинжалы, луки, стрелы, тетиву, зимние куртки, штаны, обувь, шкуры лисиц, кабаргу, зайцев, диких кошек, шкуры горных баранов, по налогам железом, лаковым, тутовым, грушевым деревом, румянами, финиковой пальмой, вязом, елью и другими породами деревьев, на доски из дерева (дуаньму) тута, сандала, материалы для ледника, камышовые циновки, камышовую солому, образцовую бумагу, фарфоровые кувшины, дерево ясеня, чернослив, бамбуковые палочки для писчих кистей, веники, бамбуковые прокладки 107, циновки, сено, толстую и тонкую медную проволоку, железную проволоку, посеребренную медную проволоку, полосы железа, мелкий хлопок (цинхуа), хлопок (мумянь), канифоль, два сорта бумаги, два сорта лака, тунговое масло, несколько сортов бамбука, пихту, перья зимородка, каменные жернова, жемчуг, лак, листья лотоса, гуандунский клей, порох, черную тушь, раковины и по другим налогам, которые взимаются натурой; всю задолженность народа до первого числа пятого месяца первого года Шуньчжи простить.

Для того чтобы народ вышел из бедности, впоследствии согласно с ныне принятыми установлениями будет проведена раздельная отмена налогов.

Повинности столичных торговцев-разносчиков, тех, кто занимается извозом и пр., так велики, что каждый раз после выполнения повинности эти люди доходят до положения бродяг и нищих. Отныне и навсегда они отменяются.

Дополнительные налоги, которые ежегодно вводят управления по перевозкам (юньсы) и по добыче соли, как-то: новый налог (синь), налог на обучение войск, смешанный налог, жестоко вредившие торговле, полностью отменить.

В этом году сравнительно с прежним уменьшается на одну треть плата за разрешение торговать солью.

Не желая сборами на заставах затруднять торговлю, разрешаю отменить их на один год.

Добавления к налогам за последние годы Мин все отменяются.

В округах и уездах провинций, находящихся под нашим управлением, все местные налоги строго запрещаются. [181]

При сборе налогов в местах, которые разорены войной или стихийными бедствиями, налоги, которые при Минах были целиком отменены, по-прежнему считать полностью отмененными, налоги, не вошедшие в число отмененных наполовину, отменяются в установленном порядке.

В провинциях, находящихся под нашим управлением, властям военных поселений разрешается отменить посылку в центр людей для исполнения трудовых повинностей и денег, а также отменяются дополнительные обложения.

В провинциях, находящихся под нашим управлением, все налоги, собранные деньгами и натурой и захваченные мятежниками, до первого числа пятого месяца первого года Шуньчжи, прощаются.

Все военное и гражданское население провинций Шаньси и Шэньси 108, обманутое разбойниками и добровольно раскаявшееся, получит прощение.

Не принимаются во внимание совершенные ранее преступления тех, кто подчинялся силе, а потом пришел с повинной.

Те инспекторы, которые, доверяя мелким чиновникам, под предлогом выявления и ареста преступников, ложно обвиняют и наказывают покорное население, совершают большое зло. Отныне это полностью запрещается.

То обстоятельство, что знатные (шихао) и богатые (тухао), давая деньги в рост под высокие проценты, доводят народ до разорения, достойно ненависти и сожаления. Отныне власти не позволят вымогать уплату долга.

Подача в высшие инстанции клеветнических докладов является делом недостойным и приносящим ущерб. После великой амнистии мелкие дела о бракосочетании должны разрешаться местными учреждениями. Если имеются сутяжники, обманным путем заставляющие людей посылать жалобы в столицу, следует вдвойне наказывать их за клевету.

Установленный порядок замены наказания откупом деньгами способствует тому, чтобы люди не повторяли своих ошибок.

Требование уплаты долга под угрозой наказания нарушает порядок жизни и превращается в большой вред для народа. Отныне все это строго запретить.

Тех, кто не может заплатить в срок, разрешается освободить от уплаты.

Полагаю, что весь народ единодушен с нами и распространит наши повеления повсюду, чтобы все знали (л. 4—5)». [182]

МЕРОПРИЯТИЯ МАНЬЧЖУРСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА В КИТАЕ

Цин ши гао, отдел бэньцзи, гл. 4

Пятый месяц, первый год Шуньчжи.

В день гэнъинь 109 Жуйцинь ван 110 Доргун приказал военному ведомству объявить манифест: «В округах и уездах провинции Чжили чиновники, перешедшие на нашу сторону, получают повышение в чине, а военные не будут переселены; высшие гражданские и военные чиновники должны составить списки населения, денег, зерна, солдат, лошадей и лично доставить их в столицу.

Тех, кто медлит, карать.

Все перешедшие на нашу сторону минские князья не лишаются титулов; все столичные чиновники, а также бежавшие от разбойников, и скрывающиеся, должны каждый доложить о себе, и они будут зачислены на службу; воинам, пожелавшим вернуться к сельскохозяйственному труду, разрешить это».

Одиннадцатый месяц первый год Шуньчжи (1644).

В день динчоу издан указ: «учтенные ведомством финансов, лишенные владельцев, заброшенные земли раздать воинам восьмизнаменной армии» (л. 6б).

Первый месяц второй год Шуньчжи (1645).

Кто нарушит запрет и самовольно захватит землю и жилище, подвергнется смертной казни (л. 7а).

Девятый месяц второй год Шуньчжи (1645).

В день цзяцзы передали восьмизнаменным войскам для обработки заброшенные земли в Хэцзяне, Луаньчжоу, Цзунхуа 111.

Остатки земель минской императорской родни и минских евнухов (тайцзяней) роздали им же (л. 10а).

Третий месяц четвертый год Шуньчжи (1647).

В день гэньу запретили отбирать у народа поля и жилища. Тем, у кого отобрали, велели возместить убытки (л. 14б).

Двенадцатый месяц седьмой год Шуньчжи (1650).

В день жэньчэнь издан императорский указ: «За время войны поля опустели, народ разбежался, бродит, и некому пожаловаться. Приказывают местным властям широко привлекать народ, давать каждому заброшенные земли в [183] собственность навечно и только через шесть лет установить взимание налогов» (л. 22а).

Четвертый месяц третий год Шуньчжи (1646).

В день синчоу был объявлен указ:

«Мы недавно отменили непосильные и обременительные налоги последних Минов, чтобы народ отдохнул. Но алчные чиновники ненавидят это как невыгодное для себя дело и уничтожают записи налогов. Поэтому добрые намерения двора не осуществляются и вредная политика Минов до сих пор не исправлена.

Настоящим приказываю всем высшим чиновникам еще более строго и тщательно рассмотреть и соответствующим властям подробно составить полные книги записей налогов и повинностей и распространить их по всей Поднебесной» (л. 12а).

Седьмой месяц седьмой год Шуньчжи (1650).

Дополнительно обложили Чжили, Шаньси, Чжэцзян, Шаньдун, Цзяннань, Хэнань, Хугуан, Шэньси, всего девять провинций земельным налогом в 2 500 000 с лишним лян» (л. 21а).

Восьмой месяц первого года Шуньчжи (1644).

В день гуйхай принят закон об установлении управления по десятидворкам (л. 3б).

Шестой месяц второй год Шуньчжи (1645).

В день ичоу объявили указ: всем находящимся на юге и в центре страны, гражданским и военным чинам, солдатам и населению обрить волосы. Неподчинившихся наказывать по законам военного времени.

В начале этого месяца объявили в подчиненных провинциях указ в десятидневный срок сбрить волосы (л. 8б).

Восьмой месяц пятый год Шуньчжи (1648 г.).

Приказали маньчжурам и китайцам, чиновникам и народу жениться на женщинах только своей народности, (стр. 18а).

ДОКЛАДЫ ЧИНОВНИКОВ

Хуанцин цзоуи, гл. 3 112

Подробно докладываю Вашему Величеству о тяжелом положении на местах и умоляю Вас обратить на это Ваше внимание. [184]

После мятежа, поднятого в провинции Шаньси изменником Цзян 113, повсюду продолжают действовать разбойники. Больше половины населения провинции истреблено, материальные ценности почти полностью уничтожены. Дома превращены в развалины, поля и сады запустели. Население провинции Шаньси доведено до крайности.

Когда императорские войска совершали карательную экспедицию в Датун, они пользовались продовольствием и фуражом, доставляемыми провинцией Шаньси. Несмотря на то, что средства и сила народа были уже истощены, население провинции не осмелилось проявить медлительность в деле перевозки и снабжения армии провиантом.

К счастью, изменник Цзян сложил свою голову, и необходимость снабжения Юнчжуна продовольствием и фуражом прекратилась. Но карательные операции против Баодэ вновь начались, осада продолжалась долго, что потребовало огромных расходов. Ныне Баодэ уже взят, но Фугу еще не покорен. Несмотря на то, что Фугу находится в провинции Шэньси, было получено свыше распоряжение о совместном снабжении продовольствием армии провинциями Шэньси и Шаньси.

Ввиду того, что прилегающие к провинции Шэньси округи и уезды уже полностью опустошены, пришлось брать продовольствие по разверстке в других районах провинции Шаньси, в связи с чем тяжесть от перевозок вдвое увеличилась против прежней, так как стало необходимо при доставке провианта совершать путь в оба конца более чем в 1400 ли. Для Баодэ и Фугу население Шаньси уже дало риса и бобов 30 655 даней и 9 доу, соломы 221 275 снопов. И этого еще недостаточно. У простого народа (сяоминь) иссох даже мозг в костях и иссякла кровь. Как ему это вытерпеть дальше?

А между тем еще и теперь в районе Утая разбойники Лю Юнчжун и другие, используя неприступность местности, оказывают упорное сопротивление. Это является смертельной опасностью и нельзя ни на минуту ослаблять карательные [185] операции против них. В настоящее время в этом районе дислоцировано более 13 тыс. солдат и 1790 лошадей и ишаков. Уже несколько месяцев длится осада. Дневное потребление огромно. Помимо уезда Утай, соответственно приказу другие округи и уезды перевезли 13 330 даней чумизы и 8255 снопов соломы. Все эти бесконечные требования опять-таки должно было выполнять бедствующее население.

Увы! Сегодня надо перевозить в Датун и Баодэ, а завтра — в Фугу и Утай. По дорогам тянутся длинные вереницы стариков и слабосильных, которые заполняют собой все дороги. Прежние задания по перевозке еще не выполнены, а новые распоряжения снова получены. Люди, еле-еле живые, все заняты перевозкой продовольствия и фуража. В силу этого земледелие заброшено, население провинции Шаньси становится с каждым днем все более бедным и угнетенным. Даже в том случае, если год был высокоурожайным, все равно невозможно удовлетворить ограниченными запасами бесконечные требования. Мало того, в этом году погода была неблагоприятной и не было урожая пшеницы. Хотя с большим опозданием сеяли осенние злаки, внезапно появилась саранча, которая уничтожила все начисто. Немногие оставшиеся в живых люди жестоко страдают: с одной стороны, от неоднократного увеличения на военные нужды поборов и, с другой стороны, от гибели и безнадежности осенних посевов. Следовательно, нет больше края, в котором опустошение сильнее, чем в провинции Шаньси! Где населению так тяжело живется, как в провинции Шаньси!

Ваш слуга несет на себе ответственность за благополучие населения провинции, поэтому никак не могу спокойно смотреть на все эти бедствия. Со своей стороны мною строго предъявлено требование к местным начальникам, чтобы они всемерно оказывали населению помощь и по мере возможности жалели его, заботясь о жизни людей. Наблюдая столь страшную картину опустошения и страданий, Ваш слуга не смел не воззвать к Вашему человеколюбию к народу и не доложить Вам о том, что на самом деле происходит.

О том, что летом свирепствовала засуха и не собрали пшеницы, а сейчас появилась еще и саранча, Ваш слуга уже неоднократно докладывал Вам. Настоящим докладом сообщаю о вышеизложенном. Почтительно прошу Вашего мудрейшего указания (лл. 47—49). [186]

Хуанцин цзоуи, гл. 4 114

В связи с огромной важностью государственных и военных расходов, в связи с невыносимыми страданиями, которые приносят стихийные бедствия народу, желая облегчить населению тяготы перевозок, почтительно докладываю Вам о направлении политики в области возделывания целинных и залежных земель.

В настоящее время годовое поступление от земельного налога исчисляется более 14 859 000 лян серебра, а годовой расход — 15 734 000 лян серебра. Таким образом, дефицит составляет сумму свыше 875 000 лян серебра. В государственном расходе траты на военные нужды в провинциях составляют сумму более 13 миллионов лян серебра и расходы на прочие статьи всего лишь два миллиона лян. Следовательно, финансы (цай) государства и земельные налоги (фу) в большинстве своем расходуются на военные нужды. Если бы даже погода стояла благоприятная и земельный налог вносился полной мерой, все равно солдаты не доедали бы, а сила народа истощалась.

А между тем, в провинциях Чжили, Шаньдун, Хэнань, Цзяннань и Хугуан в этом году необычайная засуха и наводнения. Отовсюду Вашему Величеству поступают прошения, в которых заключены просьбы об освобождении от налога и оказании вспомоществования. Великие войска проводят карательную экспедицию на юг, направляясь прямо в провинции Юньнань и Гуйчжоу. Расстояние до этих мест насчитывает десять тысяч ли. Чтобы добраться до них, необходим целый год. Хотя в скором времени они будут усмирены, все равно нужно оставить в тех местах войска для охраны. История еще не знала примера, когда продовольствие привозилось бы за несколько тысяч ли и при этом войска были бы полностью обеспечены провиантом.

Солдатам угрожает недоедание, население задыхается от тяжести перевозок. Из-за голода солдаты поднимают бунты и становятся разбойниками, а из-за бедности население также превращается в бандитов. Все это имеет для государства немаловажное значение.

Беспокоясь о происходящем, Ваш слуга и днем и ночью не [187] прекращает поисков выхода из положения. Изучая примеры древности и сопоставляя их с нынешним положением, считаю, что нет лучшего способа, чем организация военных поселений (туньтянь). Система военных поселений подобна методу отчуждения земли (цюаньди) для маньчжуров. Однако отчуждение распространяется на пахотную землю, которая принадлежит определенному хозяину, что причиняет вред народу. А для военных поселений забирают только заброшенные земли, которые не имеют хозяев. Следовательно, такое мероприятие не беспокоит народ и приносит большую пользу государству.

В глубине страны, где давно уже установился порядок, нецелесообразно создавать военные поселения, следует разрешать наместникам (цзунду), губернаторам (сюньфу) и начальникам по судебным делам (аньча), а также местным начальникам (юсы) привлекать людей на освоение целинных и заброшенных земель. Об этом уже принято решение на высоком совещании, поэтому нет надобности еще раз повторять это Вашему Величеству.

Что касается тех местностей, которые усмирены недавно, как например провинции Хунань, Сычуань, Гуандун и Гуанси, то там на протяжении тысяч ли жилище совершенно опустошено и не встретишь живого человека и человеческого жилья. Об этом свидетельствуют доклады губернаторов и начальников по судебным делам. Земля, принадлежащая военным организациям вэй и со в районах Хэнь и Юн и других местностях провинции Хунань, не обрабатывалась уже несколько лет подряд. В районах Чэнду, Чунцина, Сюйчжоу и Маху в живых осталось всего по несколько десятков и сотен человек населения. В провинции Гуандун значительная часть земли заброшена.

В провинции Гуанси людей осталось мало и земельный налог с них невелик. Все это можно проверить по сохранившимся документам.

Таким образом, на огромной территории нашей страны еще много свободных земель.

Государство в течение нескольких лет вело войну, напрягая силу своих войск, и израсходовало на это денег несколько миллионов.

Если не будем своевременно обрабатывать поля и сеять, то незачем истощать соки всего народа для взятия разрушенных и опустевших городов. Почтительно умоляю Ваше Величество приказать военным начальникам, наместникам, губернаторам, начальникам по судебным делам, после [188] прекращения военных действий устраивать надлежащим образом жизнь сдавшихся в плен разбойников и бродяг, а именно: сильных и здоровых направлять в армию. Старых и слабых собирать в военные поселения, где провести подробный учет и запись, организовать круговую поруку (баоцзя), давать надел по количеству едоков в семье, чтобы им хватило земли для полеводства и скота, чтобы они имели средства для обработки этой земли. Что касается солдат правительственных войск, расквартированных в провинциях Хунань, Сычуань, Гуандун и Гуанси, то также нужно выбирать из них физически более крепких и в совершенстве владеющих стрельбой из лука и верховой ездой для занятия военным делом. А старых и слабосильных солдат, как это было сделано в Шэньси, Фэнсяне, Лунси и Хойчжоу, послать на заброшенные земли, чтобы они занимались земледелием и скотоводством, а также в военные поселения с той целью, чтобы они обосновались в тех местах навечно. Однако, помимо земель отчужденных, не следует захватывать незаконным образом у населения пахотную землю, принадлежащую определенному хозяину. Организацией военных поселений можно предотвратить разбой и сократить военные расходы, можно организовать наступление и оборонять тыл. Нет другого способа, который превосходил бы этот способ.

В провинциях Сычуань, Гуандун и Гуанси из-за того, что эти края либо еще не окончательно усмирены, либо только что усмирены, население почти отсутствует и нет помещений для учреждений и чиновников, которые принуждены временно жить в других местах, что не может принести никакой пользы особенно пострадавшим районам и требует от народа бесполезных расходов на жалованье. Недавно Ваш слуга с почтением прочел Ваше прозорливое указание о том, что провинция Сычуань опустошена, в Чэнду и других областях, округах и уездах осталось всего лишь по нескольку десятков и сотен человек. Следовательно, в этих местах нельзя учредить государственный аппарат, как это положено. Ваше указание поистине является мудрейшим указанием. Ваш слуга просит Вас дать распоряжение ведомству [чинов] обсудить меры о сокращении и слиянии учреждений. Прежнюю систему можно будет восстановить тогда, когда земля станет обработанной, а население плотным. И тогда люди, которые остались в живых, не будут страдать от того, что чиновников слишком много, а населения слишком мало. Так можно сэкономить на жаловании, продовольствии и прочем и расходовать средства на оказание помощи крестьянам рабочим скотом и семенами. [189] Если же этого окажется недостаточно, тогда придется почерпнуть из средств других провинций. Народ увидит в этом будущее облегчение и должен стараться выплачивать налог. Следствие этих мер не может сказаться быстро, но через три года непременно даст хорошие результаты. И тогда кавалерийские лошади будут откормлены и смогут скакать так, как будто бы летают, а опустошенный край превратится в богатый. Если мы ничего не предпримем и будем бездействовать, то это равносильно тому, если бы мы сидели и наблюдали за истощением и обнищанием народа, который не получает передышки.

В случае, если Ваше Величество считаете, что слова Вашего слуги не являются абсурдными, почтительно умоляю Вашего мудрейшего рассмотрения и указания ведомству начать быстро проводить в жизнь эти меры (лл. 49, 50).

Хуанцин цзоуи, гл. 4 115

Докладываю о необходимости помочь народу в возделывании заброшенных земель для того, чтобы впоследствии [государство] могло получать действительную пользу.

Недавно Ваш слуга по Вашему приказанию совершил поездку в провинцию Чжэцзян, чтобы проводить там экзамены. Дорогою наблюдал бесчисленные картины стихийных бедствий, которые вызывают страшное чувство у человека. В связи с наводнениями в провинциях Чжэцзян и Цзянань, эти провинции получили Ваше Высочайшее указание, согласно которому [местным властям] разрешено по возможности меньше брать у населения подати зерном (цаолян 116). Милость Вашего Величества беспредельна и распространилась всюду в этих двух провинциях.

На севере от реки Янцзы нет другого такого места, где бы было так много заброшенных земель, как в провинции Хэнань. Прошло почти 20 лет со времени разгрома бродячих разбойников 117, а повсюду, куда ни глянь, сплошной пустырь, [190] заросший сорняком, и безлюдье. Хотя давно уже с заброшенных земель не брали налога, а взимают его только с возделанных пахотных полей, но до сих пор еще осталось много пустующей земли. Чтобы выслужиться на взимании возможно большего земельного налога, местные начальники ежегодно и поквартально докладывают вышестоящим инстанциям об освоении заброшенных земель и торопят крестьян возделывать и платить налоги. Они не понимают того, что в результате чрезмерной поспешности в деле включения пустошей в реестр для уплаты налога в конце концов очень трудно будет осуществлять распашку заброшенных земель. Совершенно очевидно, что эти земли, даже если они имеют хозяев, не могут быть возделаны, ибо хозяева не в состоянии обработать их. А пустоши, которые не имеют хозяев, тоже не могут быть возделаны, ибо некому их обработать. Допустим, хозяин заброшенной земли, желая вернуться к своему прежнему занятию, прилагает все усилия и средства и старается вспахать поле. Но только его соха вонзается в землю, [местные власти] уже учитывают ее как обработанную. Или допустим, что люди ради своего существования занялись обработкой заброшенных земель, у которых нет хозяев, но только соха вонзилась в землю, [местные власти] уже учитывают ее как обработанную. Мало того, нечестные мелкие чиновники и деревенские старосты, запугивая крестьян, включают в реестр всю землю как обработанную, поэтому-то количество полей, записанных в реестр для взимания налога, часто превышает число действительно возделанных земель. Как только земледельцы начинают приступать к возделыванию пустоши, на крестьян обрушиваются и вымогательства и шантаж. Еще они не успели собрать и зернышка, а со всех концов уже поступают напоминания и требования о взносе налога. Кому же придет охота навлекать на себя бедствия своим же трудом, когда народ и без того в нужде, не хватает питания и одежды?

Таким образом, кажется, возделывание земель осуществляется быстро, а на самом деле — очень медленно. Добиваемся освоения пустующих земель, а на самом деле их становится еще больше. В течение 9 лет не имеем сколько-нибудь значительных результатов в обработке пустошей, а причина-то кроется именно в этом.

Ваш глупый слуга считает, что Ваше Величество любите народ, нуждаетесь не в поспешном увеличении земельных налогов, а в создании вечного рая. Прежде всего необходимо устроить так, чтобы простому народу (сяоминь) было удобно и выгодно, тогда у людей появится охота пахать землю и [191] заброшенные земли превратятся постепенно в возделанные поля.

В провинции Хэнань на покинутых землях сорняки пустили глубокие корни, земля стала твердой. По этой причине ее очень трудно обработать. В первый год можно только поднять целину, а во второй год уже можно сеять на ней. На третий год можно надеяться на урожай в том случае, если не случится засуха или наводнение. Поэтому нужно подождать, пока народ не станет зажиточным, а до тех пор не взимать с этих земель налога по установленной норме. Тогда людей, желающих пахать землю, будет с каждым днем все больше. Кроме того, необходимо дать указание местным начальникам о запрещении захвата земли знатными и сильными (хаоцян) и запретить им требовать с народа возмещения недоимок. Необходимо выдавать документ с указанием даты начала обработки земли и года включения в реестр для обложения налогом, что должно служить доказательством и препятствовать мошенническому включению в налоговый реестр. Это же должно навечно помешать тому, кто уклоняется от уплаты налога. Тогда государство будет владеть людьми и землей, народ же воспевать выгоду и радость, а государственный налог будет восстановлен.

Недавно Ваше Величество в ответе на доклад губернатора Шаньси Лю Хунюя по поводу тяжелейшего положения, вызванного опустошением и бегством населения провинции, на основании рекомендации Высшего совещания дало разрешение начать взимание налога с заново обработанной земли через два года. В провинции Хэнань страдания [народа] от опустошения земель вдвойне сильнее, чем в провинции Шаньси. Это дело государственной важности, и Ваш слуга не осмелится доложить Вам откровенно о том, что сам видел. Почтительно умоляю Вашу мудрость приказать [соответствующему] ведомству подробно обсудить этот вопрос и доложить [Вашему Величеству] для претворения его в жизнь (лл. 51, 53).

Комментарии

1. Мичжи — уезд на северо-востоке пров. Шэньси.

2. Ту — также означает «мясник», «убийца».

3. Годы правления Тяньци — 1621—1627.

4. Временщик-евнух, пользовавшийся неограниченной властью после разгрома прогрессивной группировки Дунлинь.

5. Здесь вместо имени употреблено прозвище повстанца. Прозвища, в отличие от фамилий с именами написаны в тексте в одно слово.

6. Цинь — Шэньси, а при Минах и Ганьсу.

7. Названия налогов, которые придумывало правительство, чтобы повысить сумму податей.

8. Здесь имеются в виду обезземеленные крестьяне и другие деклассированные элементы.

9. 100 тыс. лян.

10. Фугу — уездный город в Шэньси, Хэцюй — город на Хуанхэ, в пров. Шаньси.

11. Хунцзюнь — «Красные войска» или Хунцзинь — «Красные повязки» назывались отряды добровольцев, созданные обществом Белого лотоса для борьбы против монгольского владычества в Китае в XIV в.

12. Популярный в Китае литературный образ, нашедший свое отражение в романе «Путешествие на Запад» и в драмах.

13. Инъян — небольшой город в Хэнани, в древние века был значительным населенным пунктом.

14. Прозвища повстанческих вождей.

15. К северу от великой стены.

16. По дороге от Сюаньфу к Пекину.

17. 19 апреля.

18. Название дня.

19. Летоисчисление Ли Цзычэна.

20. Города Наньсюн и Шаочжоу находятся в Гуандуне.

21. У — древнее название Цзянсу, а Юэ — Чжэцзяна.

22. Четыре побратима — Сунь Кэван, Ли Динго, Ай Нэнцзи, Лю Вэньсю — были приемными сыновьями Чжан Сяньчжуна — одного из вождей крестьянской войны XVII в.

Сунь Кэван, ставший во главе государства, созданного повстанцами в Юньнани, перешел в 1649 г. на сторону маньчжур.

Ай Нэнцзи умер в 1649 г.

Ли Динго стал выдающимся вождем антиманьчжурской борьбы на ю.-з. Китая, одним из излюбленных героев народных преданий (умер в 1662 г.).

Лю Вэньсю — соратник Ли Динго в его антиманьчжурских походах.

23. Тусы — представители власти местных народностей.

24. Название династии, начало которой пытался положить Сунь Кэван.

25. На востоке пров. Гуйчжоу.

26. На западе пров. Хунань; ныне — Чжицзян.

27. На западе пров. Хунань.

28. На северо-востоке пров. Гуанси.

29. Кун Юдэ — китайский военачальник, бежавший к маньчжурам и вступивший к ним на службу. Титул диннаньван (буквально князь — усмиритель юга) он получил от цинского двора за военные действия против китайских патриотов.

30. Хэнчжоу — большой город на реке Сянцзян в пров. Хунань.

31. Провинции Хунань, Хубэй и Гуандун.

32. Юаньцзян — река в Хунани.

33. Города на с.-з. пров. Хунань.

34. Крупные города в пров. Сычуань.

35. Баонин — город на севере провинции Сычуань.

36. В пров. Гуанси.

37. Один из военачальников, подчиненных Сунь Кэвану.

38. В пров. Гуанси.

39. В пров. Гуандун.

40. Название годов правления первого императора династии Цин (1644—1662).

41. Название 1658 г. по 60-летнему циклу.

42. Лю Тао, Цзао Бутай — цинские военачальники.

43. Мяньсян — в пров. Шэньси.

44. Чаотяньи — в пров. Сычуань.

45. Наньбу и Сичун в пров. Сычуань.

46. Шуньцин в пров. Сычуань.

47. Титулы и звания Дони, маньчжурского полководца, внука Нурхаци (умер в 1661 г.).

48. Пинъюэфу — в пров. Гуйчжоу.

49. Хун Чэнчоу — предатель, перешедший на сторону маньчжур (1593—1666 гг.).

50. Титул Ли Динго.

51. Бо Вэньсюань — один из соратников Ли Динго.

52. На с.-з. Гуйчжоу.

53. В пров. Гуйчжоу.

54. В пров. Гуйчжоу.

55. Титул Лото.

56. То есть с 3 до 5 утра.

57. В пров. Юньнань.

58. Народности ю.-з. Китая.

59. У границы пров. Юньнань и Гуйчжоу.

60. В пров. Юньнань.

61. В пров. Юньнань.

62. В пров. Юньнань.

63. На границе пров. Юньнань Гуйчжоу.

64. Их с.-в. пров. Юньнань.

65. В пров. Юньнань.

66. Город в пров. Юньнань.

67. Крупнейшая из рек Юньнани.

68. Юнли — наименование минскою князя Чжу Юлана (1623—1662), который был объявлен императором на юге страны. Ли Динго, руководитель антиманьчжурской борьбы на ю.-з. Китая, в целях борьбы с внешним врагом, заключил с ним союз.

69. Город на западе пров. Юньнань.

70. На Сун — один из местных правителей (тучжифу) в Юаньцзяне в пров. Юньнань, настроенный антиманьчжурски, он был активным сторонником Ли Динго.

71. Город на ю.-в. Юньнани.

72. Айсинь — маньчжурский полководец.

73. Происхождение считается не по местности, где родился данный человек, а по местности, из которой происходили его предки.

74. Хунмао — название иностранцев, чаще всего англичан и голландцев.

75. Тан Ван — один из минских князей, объявленных императором после падения династии Мин.

76. Лунъу (1646), минский князь.

77. Гуланюй — остров близ Сямэня (Амая).

78. Родственник Чжэн Чжилуна.

79. Цюаньчжоу — крупный порт в пров. Фуцзянь.

80. Цзэян — город в пров. Гуандун.

81. Сымин — «думать о Минах». Чжэн Чэнгун боролся с маньчжурами под лозунгом восстановления в Китае минской династии.

82. Чжэн соответствует дивизии.

83. Вэньчжоу и Тайчжоу — в пров. Чжэцзян.

84. То есть как равный к равному.

85. Цзэян — город в пров. Гуандун.

86. Лэтин — город в пров. Чжэцзян.

87. Чжэньцзян — город в пров. Аньхой.

88. То есть Восточная столица.

89. Шэнцзу — посмертное имя императора Канси (1662—1722).

90. «Государство спокойствия востока».

91. Чжаочжоу — город в пров. Гуандун.

92. То есть ему еще не было 20 лет.

93. Траурным в Китае считается белый цвет.

94. Имеется в виду Чжу Юаньчжан (минский Тайцзу) — вождь повстанцев и участник антимонгольской войны.

95. Цаоцзян — охраняющий реку.

96. Около 6,5 см.

97. Строй «багуа» — построение войска, которому в древности приписывали магическое значение. Войска выстраивались в форме 8-угольника, углы которого были разомкнуты, образуя проходы между отрядами. Каждый проход имел свое название: «ворота жизни», «ворота смерти» и т. д. Как только неприятель попадал внутрь 8-угольника, ряды разворачивались, образуя лабиринт, и начиналось уничтожение противника.

98. Ма Динбао в четырнадцатом году Шуньчжи изменил свое имя на Ма Фэйчжи.

99. Имеются в виду китайцы.

100. Цинь ван Доргун — регент при малолетнем императоре.

101. Маньчжурская армия.

102. Шэнь — благородные (ученые).

103. Дата вступления маньчжурских войск в Пекин.

104. К числу важных преступлений, помимо мятежа, относятся такие преступления, как злоумышление против царствующего дома, измена отечеству, отцеубийство и т. д.

105. 5, 17, 29, 41, 53; 11, 23, 35, 47, 59; 2, 14, 26, 38, 50; 8, 20, 32, 44, 56 — годы шестидесятилетнего календарного цикла.

106. 1, 13, 25, 37, 49; 7, 19, 31, 43, 55; 4, 16, 28, 40, 52; 10, 22, 34, 46, 58 гг.

107. Бамбуковые прокладки, наполненные землей, применяются для укрепления плотин.

108. Один из основных районов крестьянской войны.

109. На следующий день после вступления маньчжурских войск.

110. Жуйцинь ван — титул Доргуна.

111. Кэцзянь, Луаньчжоу, Цзунхуа — в пров. Хэбэй.

112. Приводится доклад сановника Лю Хунюя императору Шуньчжи. Лю Хунюй — посланник императора, командующий войсками (тиду) яньмэньской и других застав, а также губернатор (сюньфу) Тайюаня и других местностей провинций Шаньси, второй помощник начальника (юшилан) военного ведомства и второй помощник главного инспектора (юфудуюйши) императорской инспекции. Доклад написан в 1650 г.

113. Автор имеет в виду Цзян Сяна, который при минской династии был командующим (цзунбин) в Сюньхуа. После взятия маньчжурами Пекина Цзян Сян сдался и был назначен на должность цзунбина в Датуне. В 12-й месяц 5-го года Шуньчжи (1649) Цзян Сян поднял восстание против маньчжуров. В 8-й месяц следующего года запасы продовольствия в осажденном войсками городе иссякли. Цзян Сян и его брат были предательски убиты своим подчиненным Ян Чжэньвэем, который с их головами сдался маньчжурам.

114. Доклад Лю Юйму императору Шуньчжи. Доклад написан в 9 году Шуньчжи (1653). Лю Юйму служил при цинском императоре Фулинь в чине цзишичжуна в отделе обрядов императорском инспекции (дучаюаня) и качестве инспектора-советника.

115. Приводится доклад (написан в 9 году Шуньчжи (1653) Ли Жэньлуна императору Шуньчжи. Ли Жэньлун — служил при императоре Эйсинь-цзюело Фулинь (1644—1662) в чине юцзишичжуна в военном отделе дучаюаня (императорской инспекции), обладал правом давать советы императору как цензор.

116. Цаолян — один из видов земельного налога, взимаемый в виде очищенного риса, который следовало перевозить водным путем в столицу. В начале цинской династии цаолян взимался в провинциях Шаньдун, Хэнань, Цзянсу, Чжэцзян, Хубей, Хунань и Фэньтянь.

117. Автор имеет в виду войска восставших крестьян Ли Цзычэна и других.

 

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.