Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

Глава IV

КЛАССОВАЯ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ БОРЬБА В КИТАЕ в XV—НАЧАЛЕ XVII в.

ВОССТАНИЯ XVI в.

Цзы чжи тунцзянь ганму, гл. 12

1522 г. Первый год Цзянцзина весною, 2-й месяц, Таньчжоуский корпус пришел в волнение, убив губернатора Сюй Мина.

Генерал Ли Лун не был в согласии с Сюй Мином. Случилось, что при выдаче месячного жалования он подучил своих солдат требовать вдвойне. Сюй Мин не согласился выдать. Поэтому солдаты окружили присутственное место и, до смерти избив Сюй Мина, сожгли его труп. Корпус пяти округов пришел в великое волнение. Император приказал Чэнь Цзючоу отправиться на усмирение. Стряпчий Юй Маоцзянь открыл виновность Ли Луна, за что тот и был предан казни.

Рудокопные разбойники разграбили Шаньдун, Хэнань и оба столичные округа. Председательствующий прокурорского приказа Юй Цзянь усмирил их.

Разбойник из рудокопов Ван Тан разграбил Дунчан, Яньчжоу и Цзинань, военачальники Янь Цзи, Ян Хао учинили нападение. Ян Хао пал в сражении. Только один Ян Цзи спасся. Мятежники проходили между Цзиньсянем и Юйтаем, прорвались до Цаочжоу и грабили Каочэн. По реке Хуанхэ они пошли на запад до Думина и Чаньюани, поплыли в Сянфу, Фэнцю и Гуйдэ и на юге дошли до Сюйчжоу. Каждый губернатор (сюньфу) пекся о вверенной ему земле, среди властей не было единства, и, по мнению Совета, следовало просить о назначении главнокомандующего. Посему император указал, чтобы [102] Юй Цзянь с командующим Лу Ганом приняли начальствование над войсками в обоих столичных округах, в Шаньдуне и Хэнани и выступили на мятежников (л. 1а, б).

Гл. 14

В 9-й месяц чжэчэнские разбойники произвели возмущение, но казенные войска усмирили их.

Чжэнченский житель Ши Шанчжао, собрав несколько тысяч отважных разбойников, подступил к городу Гуйдэ. Сообщники его, отворив ворота, впустили их, отбили колодников в тюрьме, разграбили казначейство и ушли. Казенные войска разными дорогами погнались за мятежниками и поймали Ши Шанчжао в Шаньдуне. Император приказал казнить его на месте. За короткий срок мятежники разбили один губернский, два областных и восемь уездных городов; перебили более ста тысяч человек и привели в трепет три наместничества (шэн) (л.1б).

ВОССТАНИЯ И АНТИПРАВИТЕЛЬСТВЕННАЯ БОРЬБА НА СЕВЕРЕ В НАЧАЛЕ XVI в.

Мин ши цзиши бэньмо, т. 7, гл. 45

Усмирение разбойников в Хэбэе

В царствование Уцзуна (1506—1521) в четвертый год Чжэндэ (1509) осенью в девятом месяце на юге столичной области появились разбойники. Как раз в это время государственные дела прибрал к рукам Лю Цзинь, и он своевольничал и творил бесчинства.

К югу от столицы в Гуане, Юнцине, Бачжоу, Вэньане в тех местах, где расположены войска столичного гарнизона, жители были крайне дерзкими; они любили скакать на конях и стрелять из лука, часто грабили на дорогах. Их называли конными разбойниками. К тому времени они собрали очень много сообщников.

Лю Цзиню хотелось побыстрей уничтожить их. И специально для борьбы с разбойниками он послал в Чжэндин инспектора (юйши) Нин Гао, в Пяньцзинь — инспектора Инь И, в Хуайян — инспектора Сюэ Фынмина.

Согласно издавна установленным правилам инспекторы не [103] могли ездить со своими семьями. Однако Нин Гао было разрешено иметь при себе семью на тот срок, пока не будут уничтожены преступники. Сюэ Фынмин, находясь в Гуйдэ, выпивал совместно с шоубэй чжихуэем Ши Си и приказывал людям петь и танцевать, чтобы развлекать его. Патрульный (лоцзу) донес об этом, и тогда был получен приказ разжаловать Сюй Фынмина и назначить его стрелком из лука в Сюйчжоу.

Инь И в Тяньцзине действовал несколько осторожней. А Нин Гао с разрешения императора установил систему круговой ответственности (ляньцзо) в пятидворках и десятидворках.

Не было ни одного дня, чтобы не хватали разбойников. Каждый раз, когда разбойников под конвоем и в кангах (колодках) приводили к Чжэньдин, то, солдаты, шедшие впереди, трубили в рог и били в барабан. Звон металла и стук барабанов не прекращался целый день.

За успехи в поимке разбойников Лю Цзинь повысил в должности Нин Гао и Инь И, назначив их заместителями столичного инспектора (цянь дуюйши), а они по-прежнему должны были специально следить за борьбой с мятежниками.

В пятый год (1510) зимой в десятом месяце в Бачжоу вновь взбунтовались ранее покорившиеся разбойники Лю Шестой и Лю Седьмой. В Бачжоу в уезде Вэньань крупный мятежник Чжан Мао имел двухэтажный дом с прочными двойными стенами и глубоким погребом. Лю Шестой, Лю Седьмой, Ци Яньлин, Ли Лун, Ян Ху, Чжу Циньху и другие примкнули к нему.

Все влиятельные евнухи в большинстве были уроженцами Вэньаня.

Чжан Мао дал взятку евнуху (тайцзяню) Чжан Чжуну и сблизился с ним. Чжан Чжун, по прозвищу Чжан — Северная могила, был соседом Чжан Мао. Они побратались и Чжан Мао сумел подкупить Ма Юнчэна, Гу Даюна и других. Поэтому ему удавалось при помощи слуги тайцзяня часто проникать во дворец, а однажды даже войти в зал Баофан и увидеть, как император играет в мяч. После этого случая он стал еще более дерзким. В связи с тем, что хэцзянский военачальник (цаньцзян) Юань Бяо неоднократно наносил поражения разбойникам, Чжан Мао был в затруднении и попросил помощи у Чжан Чжуна.

Чжан Чжун устроил в своем доме пир, пригласил Юань Бяо и Чжан Мао и посадил их друг против друга.

Подняв чашу, он сказал Юань Бяо, что Янь Ши действительно его младший брат и что к нему нужно относиться [104] хорошо, и не нужно его преследовать. Чжан Мао еще раз поднял чашу и сказал: «Главнокомандующий (цзянцзюнь) Юань Бяо с тобой в хороших отношениях, и ты отныне не приноси беспокойства местности Хэцзянь». Юань Бяо боялся Чжан Чжуна и не осмелился ничего сказать. Остальные военачальники, видя это, затрепетали.

Когда прибыл Нин Гао, то по его приказанию сюньбу Ли Чжубу проник под видом музыканта, играющего на пипа 1, в дом Чжан Мао и подробно изучил его расположение. Нин Яо, взяв с собой несколько десятков отважных воинов, внезапно напал и схватил Чжан Мао. Последнему сломали ударом топора ногу и увезли его (стр. 2). Другие разбойники один за другим пробрались в столицу и добивались, избавления Чжан Мао от наказания.

Чжан Чжун и Ма Юнчэн просили за него императора и затем сообщили: «Пусть поднесут подарок в 20 тыс. серебра, и тогда возможно помилование».

Люцзинев слуга Лян Хун также потребовал себе уплаты в 10 тыс. лян серебра.

Лю Шестой, Лю Седьмой и Ян Ху, не располагая такими средствами, тайно ограбили ближайшую область, надеясь, что взятого хватит, чтобы покрыть нужную сумму.

Но Ян Ху поджег казенное здание (гуаньшу) и Лю Шестой с Лю Седьмым, поняв, что дело не удалось, бежали.

Лю Шестой и Лю Седьмой были отчаянными храбрецами, превосходно стреляли из лука, и все разбойники боялись их.

Чжоу, начальник области Чжочжоу, узнал об их искусстве и уговорил их действовать совместно против разбойников. И они преуспели в этом.

Инспектор Цзян Ло также пользовался их помощью и награждал их. Некоторые советовали Цзян Яо уничтожить корень зла 2. Но они оба [Лю Шестой и Лю Седьмой] внезапно скрылись.

Нин Гао тогда нарисовал их портреты, чтобы легче было схватить их, арестовал и взял под стражу их жен и сыновей и совершенно разорил их дома.

Лю Шестой и другие, оказавшись в таком затруднительном положении, были сильно возмущены. Они объединились, выступали против властей и грабили проезжих.

Вскоре после этого был казнен Лю Цзинь. Нин Гао также [105] был обвинен в преступлении, так как многие из подчиненных ему воинов переходили к Лю Шестому и Лю Седьмому.

Был издан императорский указ о борьбе с разбойниками, в котором объявлялось, что тот, кто явится с повинной, будет помилован. Лю Шестой и другие послали своих старших сестер явиться с повинной, а сами вместе с 34 человеками пришли в Чжочжоу.

Начальник округа (чжичжоу) Го Кунь доложил об этом императору. Их помиловали и приказали им схватить других разбойников, чтобы искупить вину.

Однако они снова изменили и ушли, примкнув к разбойнику Бай Юню, который действовал в столичной области. Грабежи Бай Юня в это время распространились даже до Шаньдуна.

В шестой год (1511) весной в первый месяц в Бачжоу крупные разбойники Лю Шестой и Лю седьмой собрали много людей и напали на уезд Аньсу, стараясь освободить своего сообщника Ци Яньмина, сидевшего в тюрьме. Бедный народ принял в этом горячее участие, так что через десять дней собралось несколько тысяч человек. Грабили области и уезды к югу от столицы.

В Бачжоу, в уезде Вэньаньсянь учащийся по имени Чжао Фэнцзи (второе его имя Суй) обладал необыкновенной силой и отвагой. Он часто хвалился этим и заступался за других. Когда Лю Шестой и Лю Седьмой захватили Вэньаньсян, Суй, защищаясь от разбойников, вошел в воду вместе с женой и детьми. Разбойники захватили его жену и собирались обесчестить ее. Суй разгневался, бросился на них и ранил двух разбойников. Лю Шестой и Лю Седьмой схватили его, стали уговаривать и добились того, что он перешел к ним, после чего разрешили ему вернуться домой.

Суй вместе с братьями Фаном и Гао собрал 500 человек и присоединился к разбойникам в Хэцзяне. В результате число приверженцев разбойников сильно увеличилось. Действовали они на юге столичной области до Шаньдуна. Они появлялись так же внезапно, как и исчезали; сила их была подобна буре. Тогда было приказано чжихуэйтунчжи Ли Цзину, возглавив тысячу воинов столичного лагеря, начать подавление мятежников. Ли Цзинь прибыв в Дэчжоу, послал в столицу доклад, в котором говорилось: «У Бай Иня приблизительно 400 человек, которые разделены на два отряда: один грабит Чжучэн, Гаоми, Аньчу, Ижуй, а другой к югу от Мулинчуаня захватил Юйтан и напал прямо на Цзиньсян. Коней разбойники награбили у народа. За одни сутки они скачут по несколько сотен [106] ли 3. А у правительственных войск коней недостаточно, и они не могут преследовать врага».

Ли Цзинь просил разрешение у императора взять коней в Шаньдуне и Чжили, чтобы облегчить военные действия, и получил согласие.

После этого Ли Цзиню было приказано стать командующим войсками (цаньцзяном) но борьбе с разбойниками.

В третий месяц разбойники вошли в Бое, Жаоян, Наньгун, Уцзи, Дунмин и другие уезды, в Шуйчжоу, Ичжоу, Динчжоу, Цичжоу, Кайчжоу и другие округи.

Они грабили и убивали, напали на Бинчжоу, Линцзюй, Лицзы, Чанлэ, Жичжао, Путай, Учэн, Янсинь, Цзюйфу, а также Тайань и захватили их.

К этому времени у разбойников собралась большая сила. Они предпочитали нападать внезапно, врасплох, в тех местах, где правительственных войск было мало и их силы были слабы, а поэтому и не могли оказать сопротивления. Ли Цзинь метался из стороны в сторону. Начальник ведомства чинов Ян Ицин предложил назначить главнокомандующего (дацзяна), а на должность тиду по военным делам выдвинуть гражданских чиновников (чэнь), обладающих способностями и авторитетом. С ним согласились, и хуаньскому бо Чжан Вэю было приказано стать цзунбингуанем.

Чжан Вэй призвал Ма Чжунсяна и сделал его помощником столичного инспектора (юдуюйши), тиду по военным делам и назначил его командиром войск столичного лагеря. После чего отправились походом на разбойников.

Летом в пятый месяц начальник военного ведомства Xэ Цзянь доложил о ходе борьбы с разбойниками.

В ту пору давно уже воцарился мир, и народ не знал военного дела (стр. 3). А как только жители услышали о приближении разбойников, началась паника, они сами открывали ворота и впускали [мятежников]. По этой причине между севером и югом прервалась всякая связь. Народ волновался и шумел.

Хэ Цзянь предложил выбрать военачальников, обучить солдат, строго выполнять приказы, справедливо награждать и наказывать, набирать добровольцев, снова назначить на должности военачальников Бай Юя и других.

По его докладу [с согласия императора] было послано [107] распоряжение в Шаньдун, Чжили и другие места, чтобы там восстановили городские стены и очистили рвы, пополнили армию, набрали смельчаков из народа с тем, чтобы разбойники не могли привлечь к себе этих последних. В деревнях и городах создавали небольшие отряды и возводили укрепления. Оказывали помощь друг другу. В провинции Хэнань, Шаньси и в других местах по Хуанхэ расположили войска, преградив путь в горы Тайхан, чтобы предупредить прорыв разбойников.

Обученные в столице правительственные армии были оставлены на месте и разделены, чтобы оборонять области и уезды. Кроме того, выбрали 12 бацзунов — по одному способному человеку с каждого корабля. Они были расквартированы на берегу, чтобы охранять водные пути и проезжающих купцов.

Император согласился на эти предложения и издал указ. Хэ Цзянь снова просил послать дуду Хуан Цзуня, и Чжан Цзюня с войсками расположиться в Бачжоу и других местах.

В шестом месяце разбойники Чжао Суй, Лю Третий, Син Старый Тигр, Ян Тигр нападали на Хэнань и грабили, а Лю Шестой, Лю Седьмой, Ци Яньлин грабили Шаньдун. Чжао Суй и другие из Хэнани и Шаньси двигались с запада на восток, через Цзюйчжоу, Вэйсян и даже достигли Вэньаня, затем снова направились к Хэцзяну, Ботоу, Циньюну. Из Янсина и Хайфына в Шаньдуне они пошли на юго-запад вверх по Янцзы и разошлись в разных направлениях.

Лю Шестой, Лю Седьмой и другие прошли в Шаньдун, Хэнань, вступили в Хугуан и Цзянси, затем по старой дороге вошли в Чанцин, Цихэ и другие уезды, дошли вплоть до Бачжоу, и затем направились из Шаньдуна на юго-восток к низовьям Янцзы в малодоступные места. Всюду, где они появлялись, они не встречали никакого сопротивления, как будто бы вступали на безлюдную территорию. Больше всего мятежники поднимались в столичной области.

Верхом на конях они налетали мгновенно, как вихрь; ночевали они в поле, и не задерживались в городах и селениях; нападали там, где не было войск, не останавливаясь в каком-то определенном месте. Всякий раз, вступая в бой, скача на конях, гнали впереди себя захваченное население. В атаку они бросались с громкими криками. Правительственные войска сразу же отступали, а разбойники начинали смеяться и радоваться, жестоко убивали и грабили. Если встречали сильное войско, то идущие впереди погибали, а сами разбойники, имевшие отборную конницу, решали: отступать им или наступать в соответствии с обстановкой. Невозможно было предугадать их действий. Правительственные войска, хотя и [108] одерживали неоднократно незначительные победы, однако несли, большие потери. Наиболее хитрые брали с разбойников взятки и отпускали их.

Ма Чжунси и Чжан Вэй, возглавлявшие пешее войско и конницу в столичном округе, в течение долгого времени не устраивали им смотра. Ма Чжунси сам стремился поступить подобно Гун Сую в Бохайском деле, т. е. переманить на свою сторону разбойников и отпустить их. Чжан Вэй был избалован, труслив и не мог воевать. Ма Чжунси широко распространял объявления, где говорилось, что если Лю Шестой и другие появятся в этих местах, правительственным властям не задерживать их и давать продовольствие, а если кто из них согласится сдаться, то не предавать его смерти. Лю Шестой и его сообщники, услышав об этом, перестали убивать и грабить, но не знали, верить написанному или нет. Ма Чжунси прибыл в Дэчжоу и расположился с войсками в Саньэрюане. Взяв несколько солдат, он поехал на телеге в стан разбойников и стал их уговаривать отказаться от прежнего занятия.

Лю Шестой и другие в свою очередь посетили его, и Ма Чжунси горячо уговаривал их сдаться.

Лю Шестой имел намерение покориться. А Лю Седьмой считал, что государственные дела находятся в руках евнухов, и боялся, что Ма Чжунси не сможет выполнить своего обещания. Они тайком послали в столицу человека, чтобы узнать у чиновников, стоявших близко к императору, о намерениях властей относительно разбойников. После этого собрали серебро и золото, награбленное в Шаньдуне (стр. 4), и привезли в столицу, подарили лицам, имеющим влияние, прося о помиловании. Но не добились никаких результатов.

Тогда они стали грабить еще сильней, и собралось народу несколько десятков тысяч.

Ма Чжунси был уроженцем уезда Гучэн. Когда разбойники пришли в этот уезд, то запретили грабить и поджигать дом Ма Чжунси. В связи с чем распространились клеветнические слухи, что Ма Чжунси попустительствовал разбойникам во вред населению. Начальник военного ведомства Хэ Цзянь обвинил Ма Чжунси и Чжан Вэя в том, что они держали войска только для собственной охраны, попустительствовали разбойникам и не вели борьбы. Их арестовали, посадили в тюрьму и приговорили к смерти.

Ма Чжунси умер в тюрьме, а Чжан Вэя лишили титула и отстранили от всяких дел.

В восьмой месяц в день диньсы Лю Шестой, Лю Седьмой, Ци Яньмин, Янь Ху объединили свои войска и с двумя [109] тысячами конницы захватили Цзяоцянцянь и убивали всех безжалостно. Начальник уезда (чжисянь) Дуань Чжи погиб.

Фуцянский бо Мао Жуй был назначен цзунбингуанем, евнух (тайцзянь) Гу Даюн получил чин цзунду по военным делам, шилан военного ведомства стал тиду по военным делам. Они собрали войска и отправились походом на разбойников.

Поскольку Ма Чжунси не добился успеха в борьбе с разбойниками, дворцовые чиновники считали, что это дело не по плечу ученым чиновникам (шушэн 4).

Гу Даюн с войсками отправился походом на разбойников. Хэ Цзянь представил доклад, где просил назначить Лу Вана начальником над Тянь Ланем и другими чжуши для набора ополчения. На местах все были встревожены.

Кроме того, был представлен доклад о том, чтобы послать во внутренние области для подавления разбойников сюаньфуского помощника военачальника (фу цзунбина) Сюй Тая и юцзи Цюэ Юна, датунского военачальника (цзунбина) Чжан Цзюня, юцзи Цзян Бина помощника военачальника (фу цзунбина) в Янсуе Фын Чжэна. Все они находились в распоряжении Гу Даюна и Лу Вана.

Шаньдунский сюньфу столичный инспектор Бянь Сян чжэндинский столичный инспектор Сяо Чжунсян и другие оказались неспособными усмирить мятежников. Если и встречались с ними, то упускали момент. Поэтому после доклада военного ведомства они были схвачены, брошены в тюрьму и наказаны: исключены из списков и разжалованы в простолюдины. Был издан указ, согласно которому во всех областях и уездах чиновники, сдавшие свой город, карались как военачальники и солдаты на границе.

Лю Седьмой с войском осаждал Кунцанчжоу, но взять не мог. В конце концов он направился к Бачжоу и Синаню.

В столице было введено военное положение. В это время шилан военного ведомства Лу Ван был назначен тиду по военным делам. Войска были направлены в Чжочжоу. Разбойники уже находились в Гуане. Положение стало критическим. Император вызвал к себе дасюэши Ли Дуньяня, Ян Тихэ, Лян Чу, начальника военного ведомства Хэ Цзяня и сказал: «Разбойники находятся на востоке, а войска отправились на запад. Опасаюсь, что из-за медлительности в продвижении они не [110] смогут выполнить своей задачи. Как бы Вы поступили в этом случае?».

Хэ Цзянь ответил: «Пограничные войска уже достигли Чжочжоу. Разбойники идут по пути собственной гибели. Однако боюсь, что все же они могут ускользнуть, услышав об этом». Император был обрадован. Помощник командующего (фу цзунбин) Сюй Тай получил приказ о переброске войск и вместе с подчиненными вошел в Цзюйюнгуань 5. Его войска были размещены в Чжочжоу. А Фэн Чжэн вступил в Цзыдингуань и расположил войска в Баодине. Затем император приказал Хэ Цзяню догнать и возвратить войска Лу Вана, чтобы направить их на восток в Синань...

В это время Лу Ван как раз собирался послать войска на юг. Он получил императорский приказ и быстро направился прямо в Гуань. Сюй Тай и Цюэ Юн вышли в Бачжоу и Пинкоу.

Разбойники недооценивали эти силы. Войска Сюй Тай внезапно напали на них и истребили несколько сот человек. Разбойники в страхе бежали на юг к Тяньцзиню, но чжихуэй Хэ Юн преградил им путь у Синаньвана.

Разбойники снова потерпели поражение, Сюй Тай и другие преследовали их с боями до Банбидяня в Дуагуане.

Было схвачено и убито 270 человек... (стр. 1—5).

Мин ши цзиши бэньмо, т. 6, гл. 43

Лю Цзинь юнши (Лю Цзинь — временщик)

В одиннадцатом месяце Лю Цзинь построил храм Юаньчжэнгуань за воротами Чаосяньмэнь. Дасюэши Ли Дуньян писал хвалебные надписи, в которых всячески прославлял Лю Цзиня.

В четвертый год (1509) весной в первом месяце начальник водных перевозок (цзунду цзаоюн), заместитель столичного инспектора (фу дуюйши) Шао Бао ушел в отставку.

К этому времени большинство сановников имели тесные связи с Лю Цзинем, а Шао Бао не имел к ним никакого отношения. Лю Цзинь ненавидел Пин Цзянбо, который был управляющим по водным перевозкам (цаошуай) и имел связь с Шао Бао. Лю Цзинь был разгневан, и Шао Бао угрожала опасность. Ли Дуньян всеми силами хотел смягчить обстановку, и помог Шао Бао уйти в отставку. Тисюэфуши Ван Хунжу, ведавший образованием в Шаньси, был назначен гоцзы [111] цзицзю. Ван Хунжу пользовался известностью в Шаньси. Лю Дася расхваливал императору Сяоцзуну способности Ван Хунжу. Поэтому ведомство чинов, учитывая такое мнение, рекомендовало его на должность. Но вскоре из-за бескорыстия он попал в немилость к Лю Цзиню и вернулся на родину.

Отстранили Чжан Дина, начальника округа (чжифу) Синхуа, и разжаловали его в простолюдины. Чжан Дин прежде был назначен ланьчжуном ведомства наказаний. В это время Чжан Ю, лупинский хоу, умер, не оставив наследников. Племянник его младшего брата боролся за наследство. Он дал взятку Лю Цзиню. Лю Цзинь велел Чжан Дину устроить подарок, но Чжан Дин не принял.

В третий год правления Чжэндэ (1508) Чжан Дин был назначен шоу в область Синхуа. Лю Цзинь преподнес ему подарок, но Чжан Дин не принял.

Некий провинциал Дай Дабин только что стал совершеннолетним и сдал экзамены. Лю Цзинь хотел отменить его помолвку и выдать за него свою племянницу. И он просил об этом Чжан Дина, но тот также отказался. Лю Цзинь разгневался и поступил с ним так же, как с лупинским хоу, т. е. оклеветал, разжаловал и отправил на родину.

Во втором месяце Лю Цзинь от имени императора издал указ ведомству чинов время от времени проверять чиновников в двух столицах 6 и за их пределами. По принуждению Лю Цзиня два бывшие дасюэши Лю Цзян и Сэ Цянь 7 были разжалованы в простолюдины. До этого император издал указ о том, чтобы на посты ученых выдвигали способных и добродетельных.

Местные власти во исполнение указа выдвинули из Юйяо Чжоу Ли, Сюй Цзыаня и Сюй Люна, из Шаньюя — Сюй Вэньбяо. Поскольку все четверо были земляками Сэ Цяня, а проект указа был написан Лю Цзяном, Лю Цзинь хотел погубить их обоих и издал подложный указ, по которому Чжоу Ли и других передали в чжэнфусы, чтобы допросить. Угождая Лю Цзиню, Лю Юй (чиновник из чжэнфусы) обвинил таможенных чиновников в том, что они выдвинули уроженцев Юйяо и Шаньюя не по заслугам, и обвинили в этом же Лю Цзяна и Сэ Цяня. Лю Цзинь предоставил доклад в нейгэ и хотел, чтобы конфисковали их имущество. Ли дуньян осторожно старался смягчить обстановку и частично добился этого. [112]

Цзяо Фан стал во всеуслышанье протестовать: «Если смягчать наказание, то все равно нужно исключить их из списков» 8. Вскоре был издан указ, по которому Лю Цзяна и Сэ Цяня исключили из списков, а Чжоу Ли и прочие были отправлены в пограничные районы. Юйяосцам отныне было запрещено выдвигать чиновников на должность в столице.

В третьем месяце Цянь Цзи был назначен начальником (шаншу) ведомства финансов. Цянь Цзи выдвинулся не по заслугам, а потому что пресмыкался перед Лю Цзинем.

Летом в четвертом месяце дасюэши Ван Ао вышел в отставку. В то время Лю Цзинь овладел властью и превышал свои права. Обычно он не обращал внимания на Ван Ао. Заметив, что Ван Ао разговаривает с ним откровенно, он стал прислушиваться.

Когда Цзяо Фан стал распоряжаться делами, он только и делал, что занимался подхалимством (стр. 58). Лю Цзинь с каждым днем становился все более своевольным и приносил большой вред чиновникам. Ван Ао пытался осадить его, однако не имел достаточно сил и часто был очень удручен. Лю Цзинь говорил ему: «Господин Ван занимает высокое положение. Почему же он так удручен?» Ван Ао поэтому просил, чтобы его отпустили, отчего недовольство Лю Цзиня возросло. Многие считали, что неизбежно надвигается катастрофа. Ван Ао говорил: «Мой долг — уйти. Если я не уйду, то стрясется беда».

Лю Цзинь посылал людей следить за всем, что бы ни делал Ван Ао, но из этого ничего не получалось. Ван Ао трижды обращался к императору и получил разрешение. Ему преподнесли грамоту с императорской печатью, и он должен был возвращаться на родину с почетом от станции к станции.

В это время положение было самое опасное. Все удивлялись тому, что Ван Ао удалось уйти в отставку.

Вань Юньфына сделали гоцзыцзицзю. Рекомендовал его начальник ведомства Чжан Цай, поскольку тот имел большой авторитет. Но получив назначение, Вань Юньфын упорно отказывался от него. Он получил письмо, в котором говорилось, что правители могут вспомнить слова Тайцзу 9: «Нужно убить всех шифу в Поднебесной, если они не хотят служить мне, и уничтожить их семьи». [113]

Тогда отец Вань Юньфына, который был дасытуцзо, сказал: «Я стар, а ты ставишь меня в такое положение, что даже неизвестно, где я умру». Вань Юньфын, плача, отправился на место, а приехав, не преподнес никаких подарков. Лю Цзинь разгневался и старался устроить ему большие неприятности. Однако не смог ничего добиться и отступил.

К тому времени воспитание в Государственной школе (госюэ 10) ослабело. Вань Юньфын установил порядок, объявил об этом всем ученикам и держал их в большой строгости. Ученики были очень недовольны, но в конце концов подчинились.

Вскоре Вань Юньфын стал просить вернуть его по болезни домой.

Лю Цзинь издал подложный указ о том, что в годы правления Хунчжи (1488—1505) при подготовке и издании общего свода минских законов старая система предков была нарушена, смешана с новыми образцами. Он приказал все полностью уничтожить. Поэтому Лян Чу, начальника ведомства чинов, разжаловали и сделали юшиланом. Сын от наложницы, Мао Чэн, юйдэ Фу Гуй и другие — все были понижены в должности.

Дасюэши Ван Ао ушел в отставку, избежав наказания. Только у Ли Дуньяна все оставалось по-прежнему.

В пятый месяц арестовали и бросили в тюрьму гуандунского бинбэйцяньши У Тинцзюя.

В то время Чжэн Шоу был очень жесток и самоуправствовал. У Тинцзюй обвинял евнуха (тайцзяня) Пан Чжуна в двадцати преступлениях, задевая тем самым Лю Цзиня. Пан Чжун оклеветал У Тинцзюя. Его арестовали и посадили в тюрьму для расследования.

Но официального обвинения не было, за исключением того, что, возвращаясь из командировки, У Тинцзюй заехал по пути домой. В наказание за это ему надели на шею кангу и поставили перед воротами ведомства чинов.

Чжуши Су Цзянь и другие хотели спасти его. Начальник ведомства Чжан Цай читал черновик доклада, преклонялся перед его способностями и просил за него у Лю Цзиня. После двенадцати дней У Тинцзюя освободили, но разжаловали и выслали в пограничную охрану. Через месяц амнистировали, но разжаловали в простолюдины. Заменили членов Ханьлинь шиду Сюй Му, бяньсюя Ван Цзюня и других и перевели в Нанкин. Лю Цзиню обычно очень не нравилось, что [114] все ханьлиньцы не становились на колени. К этому времени закончили и выпустили «Сяоцзун баолу» 11. По правилам нужно бы было произвести выдвижение. Но Лю Цзинь говорил, что современные ученые не знают жизни. Десять неугодных Лю Цзиню человек были назначены в Нанкин юаньвайлан чжуши и на другие должности, якобы для развития дел управления.

Из-за того, что члены Ханьлинь с самого начала пренебрежительно относились к Лю Цзиню, он совещался с Чжан Цаем о том, чтобы перевести Ханьлинь в провинцию. Но Чжан Цай считал, что нельзя этого делать. Теперь же Лю Цзинь снова принялся настаивать на этом. Чжан Цай тогда все объяснил ему, и Лю Цзинь утихомирился.

Цзяо Фан с сыном, а также Дуань Яо, чтобы вытеснить своего врага, подали список Лю Цзиню. Он моментально согласился и быстро провел дело.

Дасюэши Цзяо Фан по старости и болезни ушел в отставку. Послали инспектора (юйши) и других чиновников навести порядок на землях военных поселений и пограничных районов.

...Лю Цзинь разослал в разные пограничные районы Ху Жули, Чжоу Дуна, Ян У, Янь Ишоу и других, чтобы перемерить землю военных поселений. Он считал способными тех, кто учтет больше земли и полностью соберет недоимки, а в противном случае наказывал. Во всех пограничных районах ложно увеличилось количество военно-поселенческих земель на несколько сот цин и согласно этому начали взимать налог. Жить людям стало невозможно. Чжоу Дуй, который находился в Нинся (стр. 59), был особенно жесток. Наказывал даже жен военных чиновников. Люди негодовали, и начались смуты.

Командующий Хэ Дин и другие вместе с Аньхуанским князем (ваном) Чжэнь Фанем замышляли военное выступление и распространяли воззвания против Лю Цзиня. Отсюда и начались события, связанные с Лю Цзинем.

В шестом месяце назначили начальника ведомства чинов Лю Юя шаофу и по совместительству тайфу у наследника императора, а также дасюэши в вэньюаньгэ и допустили к занятию делами в нэйгэ.

Первого шилана (цзошилан) ведомства чинов Чжан Цая [115] повысили до начальника ведомства (шаншу). В то время начальники ведомства чинов, финансов и военного ведомства входили в группировку Лю Цзиня.

В восьмой месяц... Лю Цзиню не нравилось, что [Жун] ван живет в столице, и вместе с Чжан Цаем он замышлял выслать его. Лю Цзинь получил взятку от дуду Шэнь Ина, дал ему звание цзиньянбо и выдал императорскую грамоту. Ли Цзинь собирал отовсюду астрологов Юй Мина, Юй Луня, Юй Цзыжэня и других. Они занимались толкованием небесных явлений; предсказывали судьбу и незаконно приобретали оружие. Юй Лин и другие заявляли, что племянник Лю Эрхань должен стать очень знатным. Лю Цзинь тайно приказал своему слуге спрятать в веер два маленьких ножа и ходил с этим веером в императорские покои.

В девятом високосном месяце лишили титула пинцзянского бо Чэн Сюна.

В третьем году правления Чжэндэ (1508), когда Чэн Сюн был цзунду по водным перевозкам, Лю Цзинь нагло потребовал денег, но тот отказал. Лю Цзинь под предлогом, что он нарушает законы, хотел погубить его. Ли Дунъян энергично защищал Чэн Сюна. Тогда Лю Цзинь сказал: «Сюн совершил тяжелое преступление, не следует относиться к нему снисходительно». [Ли Дунъян ответил]: «Я действительно подошел снисходительно, но не к Чэн Сюну, а к Чэн Сюаню. Он служил при Тайцзуне 12, открыл речной путь в Цзинин и начал перевозку продовольствия, имеет очень большие заслуги. На специальной металлической доске были перечислены [его заслуги] и написано, что его потомство освобождается от наказания смертью. Разве можно нарушить существующие правила? Нельзя ущемлять права военных и чиновников в Поднебесной». Лю Цзиню не понравилось это. И в конце концов Чэн Сюн был осужден по обвинению в том, что приобрел слишком много земли и поместий и посягнул на интересы народа. У него отняли указы и грамоты и сослали в Хайнаньский военный гарнизон.

Лю Цзинь издал подложный указ с повелением 13 посадить в тюрьму шилана ведомства наказаний Тао Яня.

Шэньсийский юцзи Сюй Цянь, принадлежавший к группировке Лю Цзиня, представил клеветнический, доклад на инспектора Ли Гао. Он всячески подкупал Лю Цзиня, чтобы [116] обвинить Ли Гао по самым строгим законам. В это время император как раз приказал Чао Яню расследовать дело Ли Гао. Тао Янь на основе закона оправдал Ли Гао. Сюй Цянь доложил об этом Лю Цзиню. Лю Цзинь издал подложный указ, приказав посадить Тао Яня в тюрьму. Тот пробыл в заключении два месяца и после этого был исключен из списков.

Зимой в одиннадцатом месяце Лю Цзинь приказал цзишичжуну Чжань Хуну инспектору Фан Ину и другим произвести проверку налогов в двух Чжили [Южной и Северной]. Перед этим некоторые чиновники были вызваны на аудиенцию в столицу. Они очень боялись произвола Лю Цзиня и думали, что им не избежать неприятностей. Поэтому собрали серебро и дали ему взятку, с каждой провинции до двадцати тысяч лян. Зачастую брали в долг у богачей в столице. Когда вернулись обратно на должность, взяли из казенных запасов и возвратили богачам вдвое больше, называв это столичным долгом. Высшие обирали низших, а низшие — народ. И это считалось обычным. Когда Чжан Цай услышал об этом, он сообщил Лю Цзиню. Лю Цзинь забеспокоился, хотел послать чиновников якобы для проверки, а на самом деле, чтобы замести следы. Он доложил императору, будто разузнал, что начальник округа (чжифу) Цзиньхуа Ван Фу стар и болен.

Начальник Сучжоуского округа (чжифу) Бао Нянь и тунчжи Ван Цзин были чрезвычайно жадными и брали взятки. Цзобучжэн Лю Лунь также был чрезмерно жадным и корыстолюбивым. Цяньши Жуань Бин беспечно [легкомысленно] относился к своим обязанностям. Его понизили в должности, вызывали и всячески допрашивали.

Шаньдунский сюньань Ху Цзэ собрал серебро и преподнес Лю Цзиню. Лю Цзинь узнал об этом, арестовал и посадил Ху Цзэ в тюрьму, где он и умер.

Шилан Чжан Нуань, возвратясь из Фуцзяни, собрал 20 тысяч серебра и послал Лю Цзиню. Полученное серебро Лю Цзинь перевез в казначейство (чэнюньху), а Чжан Нуаня понизил и уволил со службы. Цзишичжун Оуян Юнь, инспектор Бэй И, шаоцзянь Лю Сюань, чжихуэй Чжао Лян — все они были исключены из списков за то, что подкупали Лю Цзиня. Лю Цзинь был жесток в обращении. Не сосчитать взяток, которые он брал отовсюду.

Начальник ведомства чинов Чжан Цай посещал Лю Цзиня и спокойно уговаривал его. Лю Цзинь, вопреки ожиданиям, выслушивал его, но ничего не менял.

Лю Цзинь (стр. 60) выдвинул в дудуцяньши Цяо Сюня и сделал его цзодуду. [117]

С того времени как из Шаньси был уволен Ян Ицин, разбойники на границе распоясались так, что невозможно было их усмирить. Цзунду шаншу Цай Хуан любил воевать только в открытом поле. Командуя войсками сам, напал из Синьу на войска Тао, убил несколько десятков врагов и отрубил им головы. Упоенный победой, он углубился далеко в лагерь противника, но попал в засаду. Его пронзила стрела, и он умер.

Сюньань юйши обвинил Цао Сюня в том, что перед боем он струсил и не оказал поддержки. Лю Цзинь из-за личных счетов обвинил этого инспектора и выдвинул Цао Сюня.

В двенадцатом месяце, следуя совету цзишичжуна Ли Сяна, Лю Цзинь отнял императорские грамоты у шаншу Ма Вэньшэна, Лю Дася, Хан Вэня, Сюй Цзина и других — всего у 675 человек. Они были разжалованы в простолюдины и сосланы в войска.

Начальника ведомства чинов Лян Чу переместили в Нанкин в той же должности. Лян Чу не примыкал к сторонникам Лю Цзиня и по этой причине получил перемещение.

В пятом году (1510) весной во втором месяце начальник военного ведомства Цао Юань был назначен начальником ведомства чинов и по совместительству дасюэши в Вэньюаньгэ, а кроме того, был допущен к занятию делами в нэйгэ.

В годы правления Чжэндэ три человека, не члены Ханьлинь, были включены в нэйгэ: Ян Ицин благодаря своим талантам и большому авторитету и Лю Юй и Цао Юань из-за того, что примкнули к Лю Цзиню. Лю Цзинь пытался отправить тайцзяня Чжан Юна из Пекина в Нанкин. Но это перемещение не осуществилось. Лю Цзинь хотел полностью вытеснить тех, у кого с ним были столкновения. Однажды, пользуясь случаем, Лю Цзинь сказал императору, что нужно послать Чжан Юна в Нанкин. Еще не был издан императорский указ, а Чжан Юна уже собрались отправить в дорогу. На воротах дворца было вывешено объявление, не разрешавшее Чжан Юну входить. Чжан Юн понял в чем дело, побежал прямо к императору и пожаловался, что он не виноват, что его преследует Лю Цзинь. Император вызвал Лю Цзиня.

Они не пришли к соглашению. Чжан Юн поднял кулаки и хотел убить Лю Цзиня. Гу Даюн и другие стали мирить их. Император приказал приближенным чиновникам устроить пир для их примирения.

Летом в четвертом месяце Лю Цзинь издал подложный указ об увольнении в отставку У Хуна, начальника ведомства наказаний в Нанкине. Среди потомков нинхэского вана Дэн Юя были братья, которые вели борьбу из-за, земель и [118] поместий. Старший брат опирался на поддержку Лю Цзиня, а У Хун считал правым младшего и из-за этого пострадал.

Аньхуанский ван Чжи Фан поднял мятеж. Столичный инспектор Ян Ицин был снова восстановлен в должности. Чтобы покарать Чжи Фана, евнух Чжан Юн был назначен тиду. Ян Ицин вместе с Чжан Юном отправились на запад. Однажды, вздыхая и плача, Чжан Юн сказал: «Беспорядки со стороны императорских родственников легко устранить, но трудно заранее предвидеть, что делать с внутренними смутами. Понимаете ли Вы, что это значит?».

Ян Ицин ответил: «Разве вы хоть один день были неблагодарны? По этой причине никто не может дать вам совет». Очень тесно приблизился и на руке написал иероглиф — «Цзинь».

Чжан Юн сказал: «Цзинь день и ночь находится у императора. Стоит императору не увидеть Лю Цзиня хотя один день, он уже недоволен. В настоящее время он на все наложил свою руку, у него повсюду свои глаза и уши. Что же с ним можно поделать?» Ян Ицин сказал: «Вы ведь тоже являетесь фаворитом, которому доверяет император? Покарать разбойников император не доверил никому другому, а доверил лишь Вам. Поэтому можно угадать Высочайшее мнение императора. Попытайтесь отправить войска обратно в столицу. Можно заявить, что хотите поговорить с императором о делах в Нинся. Император непременно будет спрашивать вас. А вы в это время покажите императору манифест, выпущенный Чжи Фаном. Опишите, как он поднял смуту в государстве и коварно замышлял захватить власть. Расскажите, что в стране повсюду недовольство, что Поднебесной грозят беспорядки. Император очень мудр; он обязательно поймет все и с гневом казнит Лю Цзиня. После смерти Лю Цзиня дела передаст вам. Вы исправите пороки, которые были в деятельности Лю Цзиня.

Люй Цян, Чжан Чэнъе, а также вы — вот трое достойных за тысячи лет» 14.

Чжан Юн сказал: «А если не удастся? Что тогда делать?» Ян Ицин ответил: «Если за это возьмутся другие, еще неизвестно, удастся ли. А если будете говорить вы, то обязательно удастся. Однако, когда вы будете говорить, необходимо действовать осторожно. Если император не поверит вам, то низко поклонитесь и скажите, что вы просите о смерти и [119] хотите умереть перед императором. Император тогда после вашего ухода непременно решит казнить Лю Цзиня. Тогда умоляйте, чтобы исполнение этого намерения не откладывали даже на самое короткое время. Если разгласить эти тайные замыслы, то беда станет неминуемой» (стр. 61). Чжан Юн подняв руки, сказал: «Не пожалею остатка жизни, чтобы отблагодарить императора».

В шестом месяце дасюэши Лю Юй вышел в отставку. Лю Юй пресмыкался перед Лю Цзинем, выживал справедливых людей. А когда он узнал, что Лю Цзиню приходит конец, заранее просил отпустить его, чтобы спастись.

Осенью, в восьмом месяце, Лю Цзинь был казнен. Перед этим Чжи Фан поднял мятеж, распространил манифест, в котором перечислял преступления Лю Цзиня. Но никто не осмелился доложить об этом императору.

Чжихуэй по имени Сюй Кунь всем показал этот манифест. Лю Цзинь арестовал его, посадил в тюрьму, приговорил к смерти, но затем издал указ об амнистии, чтоб угодить настроению людей.

Вскоре Чжи Фан был схвачен. Лю Цзинь раскаивался в том, что провел амнистию, и отменил ее. Невероятно преувеличивая свои заслуги, он издал подложный указ о том, чтобы увеличить себе жалованье рисом. Своего старшего брата Лю Цзиньсяна Лю Цзинь рекомендовал на должность дуду.

Чжан Юн боролся с Лю Цзинем за власть. Один не уступал другому. 15 числа в день цзяу Чжан Юн пригнал пленных из Нинся. Император встретил его у ворот Дунхоумэнь и дал парадный обед. В эту ночь Лю Цзинь ушел раньше обычного. В полночь Чжан Юн достал из-под халата доклад и стал говорить о том, что Лю Цзинь — виновник событий в Нинся. Но у него самого на сердце было неспокойно. Он замышлял захватить власть. Его сторонники Чжан Сюн и Чжан Жуй поддерживали его. Император сказал: «Ну, ладно. Давайте пить вино». Чжан Юн ответил: «Если мы сделаем хоть один шаг, я больше не увижу вас, Ваше Величество». Император сказал: «Ну что может сделать Лю Цзинь?» Чжан Юн ответил: «Собирается прибрать к рукам Поднебесную». Император ответил: «Поднебесную! Пусть он возьмет ее!» Чжан Юн сказал: «А куда тогда деть вас?» Император понял в чем дело и согласился с ним.

В ту же ночь было приказано дворцовой страже арестовать Лю Цзиня. Чжан Юн и другие уговаривали императора лично поехать в резиденцию Лю Цзиня, чтобы самому присутствовать при том, что должно было произойти. В это время [120] водяные часы показывали третью стражу. Лю Цзинь крепко спал. Дворцовая стража выломала двери и вошла. Лю Цзинь в испуге стал спрашивать, где находится император. Ему ответили, что во дворце Баофан 15. Лю Цзинь поспешно накинул одежду и, обращаясь к приближенным, сказал, что происходит что-то странное, выбежал во двор, но был схвачен и посажен в дворцовую тюрьму.

На другой день Лю Цзиня снизили до фыньюя. Содержали его в Фыньяне. Приказано было дворцовым чиновникам обсудить его преступления. Лю Цзинь приглашал к себе астрологов Юй Нина и других. Евнух (тайцзянь) Сун Хэ изготовил оружие и доспехи и подарил Лю Цзиню, который, получив, спрятал все это. В душе он таил намерение захватить власть. В это время умер старший брат Лю Цзиня дуду Цзиньсян. Похороны назначены были в восьмом месяце, в день цзяу. Множество чиновников участвовало в похоронах. С вечера Лю Цзинь выставил сильную охрану. После того, как на небе появились звезды, повсюду на дорогах и на улицах воцарилась тишина. Но кое-кто тайком подслушивал, и среди ночи услышали бряцание оружия. Жители между собой перешептывались о том, что пока все чиновники провожают умершего, Лю Цзинь воспользуется похоронами и поднимет бунт.

Лю Цзинь установил, что дары Чжан Юна императору должны были быть преподнесены в день ивэй. Чжан Юн, понимая обстановку, пришел в день цзяу 16, и поэтому смог опередить Лю Цзиня.

На следующий день после дневного приема у императора ходили слухи, что Лю Цзиня в чем-то обвиняют, но не осмеливались говорить об этом открыто. Когда же император внезапно издал указ, гонцы и стража заспешили во все концы.

Только к ночи все успокоилось. Вначале император еще не имел намерения казнить Лю Цзиня. Лю Цзинь, услышав приказ об отправке его в Фыньян, говорил: «Я все-таки остаюсь богатым евнухом (тайцзянем)».

Когда конфисковали его дом, то нашли золота 240 тыс. слитков и, кроме того, еще 57 800 лян; серебра юаньбао 5 млн. дин и еще 1 млн. 583 тыс. 600 лян; драгоценных камней два доу; два набора золотых лат, 3 тысячи золотых крючков, 4162 яшмовых пояса, две связки поясов «шиман», 500 золотых сосудов для супа, 470 дорогих форменных платьев, костей [121] для игры — два сундука, чуангунпай 17 — 500 штук, цзиньпай 18 —3 шт. императорских халатов — 8, золотых драконов с когтями — 4, яшмовый цин — 1, яшмовая печать, шлемов и доспехов — 3 тыс.; зимний круглый веер, украшенный мехом бобра. Внутри веера оказались спрятанными два ножа. Нашли более тысячи комплектов доспехов и одежды, 500 луков и самострелов.

Император в страшном гневе сказал: «Лю Цзинь действительно изменник». И его заключили в тюрьму. Начальник ведомства чинов Чжан Цай, чжихуэй императорской охраны Ян Юй, Ши Вэнь и другие (стр. 62) — всего 6 человек — были отправлены в тюрьму при Дучаюань. Тогда 6 кэ и 13 дао обвинили Лю Цзиня в 30 с лишним преступлениях. Император согласился с этим и приказал фасы Цзин Ивэю схватить Лю Цзиня, чтобы лично допросить у парадного входа дворца. Главный (ду) цзишичжун Ли Сян также обвинял Лю Цзиня. Ли Сян прежде был выдвинут Лю Цзинем. Услышав об этом обвинении, Лю Цзинь, смеясь, сказал: «Ли Сян тоже обвиняет меня?».

В день допроса начальник ведомства наказаний Люй Цзин не осмеливался открыто выступить. А Лю Цзинь очень громко говорил: «Все императорские сановники назначены мной. Кто осмелится допрашивать меня?» Все оторопели. Зять императора дуюй Цай Чжэн сказал: «Я родственник императора и не был назначен Вами, поэтому имею право допрашивать».

Он приказал бить Лю Цзиня по щекам, а сам горячо говорил: «Сановники — это те, кто нанят императорским двором. А причем же здесь вы? Зачем вы хранили оружие?».

Лю Цзинь ответил: «Для того, чтобы охранять императора». Цай Чжэн сказал: «А зачем вы спрятали его у вас в доме?» Лю Цзинь ничего не смог объяснить и после этого был посажен в тюрьму. Император приказал больше о нем не докладывать и четвертовать его. На 3-й день выставили голову Лю Цзиня. Тюремный приговор и изображение казни распространили по всей Поднебесной. Все пострадавшие наперебой старались купить его мясо и есть. Были такие, которые 1 цянь отдавали за тонкий кусочек мяса. 15 родственников Лю Цзиня и, кроме того, Эр Хань, Чжан Вэньмянь, Янь Юй, Ши Вэньи и другие были приговорены к отсечению головы. Чжан Цай умер в тюрьме. [122]

Дасюэши Лю Юй Цао Юань, бывший дасюэши Цзяо Фан; сын Лю Юя — редактор Лю Жэнь, сын Цзяо Фана шиду Цзяо Гуанчжун; начальник ведомства финансов Лю Цзи, шилан военного ведомства Чэн Чжэн — все они были исключены из списков и разжалованы в простолюдины.

Пагубная деятельность Лю Цзиня продолжалась в течение пяти лет. Он изменял порядок выбора чиновников в военное ведомство и ведомство чинов.

Военачальники, которые нарушали законы, были возвышены не по заслугам в бодуду. Кроме того, он сам без ведома императора составлял доклады и действовал по своей воле; конфисковал дома умерших, забирал их жен и наложниц. Дни и ночи прибирал к рукам сокровища из казны всей Поднебесной, увеличивал количество сюньбу и сюньянь, усилил контроль над соляной монополией. Повсюду разослал требования наказывать тех, кто собирает налоги в военных поселениях; чтоб наживаться на этом самому. В стране повсюду было недовольство, поэтому и возникло выступление Чжи Фана.

...Все лицемерно действовали в угоду Лю Цзиню. Лю Цзинь нередко пользовался этим, чтобы проверять, кто из шидафу поддерживает его, а кто нет.

...В результате всего этого Лю Цзинь стал считать, что нет такого дела, которое он не смог бы сделать. Однажды Лю Цзинь со слезами сказал Чжан Цаю: «В начале Гу Даюн, Чжан Юн и другие опасались чиновников из провинции (стр. 63), поэтому опирались на меня. Я принес себя в жертву Поднебесной и уничтожил много людей. Теперь же вся злоба в Поднебесной обрушивается на меня, и все люди спокойно наслаждаются этим. А я не знаю, что делать».

Чжан Цай, поэтому, удалившись от приближенных, сказал: «Теперешний император не имеет сына, ему непременно нужно усыновить сына родственников. Если усыновленный будет взрослым и сильным, то вы попадете в беду. Поэтому лучше выдвигать малолетнего и слабого.

Тогда вы, не беспокоясь, будете долго пребывать в богатстве и знатности».

Лю Цзинь сказал одобрительно: «Проживем несколько дней и вдруг все переменится. Зачем нужно использовать родственников? Я сам займу это место». Чжан Цай возражал, что нельзя этого делать. Лю Цзинь разгневался и бросил в Чжан Цая чашку с чаем. Чжан Цай не осмелился возражать. Когда Лю Цзинь потерпел поражение, то обвинили Чжан Цая в том, что он был сообщником в измене. Чжан Цай громко кричал: «Боги земли и неба, Тайцзу и Тайцзун видят мое [123] сердце». Когда Лю Цзинь был связан и по указу императора отправлен в Фыньян, Ли Дунъян говорил евнухам: «Если его восстановить, что тогда будем делать?».

Чжан Юн сказал: «Пока существую я, ни о чем не беспокойтесь». Было приказано крупным чиновникам в кэ и дао подать доклады о преступлениях Лю Цзиня.

В этих докладах задевали многих крупных военных и гражданских чиновников. Чжан Юн понес доклады в Цзошуньмэнь 19. Отдал их инспекторам и сказал: «В то время, когда Лю Цзинь занимался делами, даже мы не осмеливались об этом говорить, тем более гражданские и военные чиновники. В настоящее время преступником является один Лю Цзинь. Нужно изменить доклады и потом показать императору». Когда следствие было уже закончено, обвиняли только гражданского чиновника Чжан Цая, военного чиновника Ян Юя и других — всего 6 человек. Чжан Цай послал императору доклад и заявил, что это клевета, сообщая о том, как Ли Дунъян угождал Лю Цзиню.

В конце концов, Чжан Цай умер в тюрьме и был четвертован на городском рынке 20. Император издал указ, чтобы сжечь всю переписку и документы Лю Цзиня (стр. 64).

ПОЛИТИЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ДУНЛИНЬ И ЕЕ ДЕЯТЕЛИ 21

Мин ши, гл. 232

(биография Ли Саньцая)

Ли Саньцай, второе имя Даофу, уроженец области Тунчжоу, округа Шуньтянь 22, во втором году Ваньли (1574) стал цзиньши, получил должность чжуши в ведомстве финансов, затем был переведен на должность ланчжуна. Вместе с Вэй Юньчжэнем из Наньлэ 23 и Ли Хуалуном из Чаньюаня 24 они [124] поклялись друг другу служить на благо народа. Вэй Юньчжэнь вызвал недовольство императора своим докладом. Ли Саньцай вступился за него, но был за это сослан в округ Дунчан 25 в качестве туйгуаня. Позже его назначили ланчжуном ведомства обрядов в Нанкине. В это время Вэй Юньчжэнь, Ли Хуалун и Цзоу Юаньбяо вместе служили в Наньцао (Нанкине) и сдружились еще больше. Вместе с ними Ли Саньцай искал путь, как управлять делами Поднебесной и приобрел популярность.

Когда Ли Саньцая назначили Шаньдунским цаньши, на подчиненной ему территории было много жуликов и бандитов. Применяя различные способы, Ли Саньцай добился их поимки и уничтожения. Позже его назначили цань и цзинь фу ши — помощником управляющего гражданскими делами в провинции Хэнань. Ли Саньцай дважды управлял делами школ и провинциях Шаньдун и Шаньси, затем получил должность нанкинского тунчжи цаньи и по приказу императора стал судьей в Верховном суде. В двадцать седьмом году Ваньли (1599) в качестве второго помощника столичного инспектора (юцянь дуюйши) Ли Саньцай контролировал перевозку зерна по Великому каналу и был сюньфу в Фыньяне 26 и областях.

В это время чиновники по сбору налогов с рудников имелись повсюду. На территории, подчиненной Ли Саньцаю, в городе Сюйчжоу налоги собирал Чэн Цзэн, а в городе Ичжэн — Цзи Лу. По сбору соляных налогов в городе Янчжоу 27, ему подчинялся Лу Бао, а по налогам с тростника, растущего по берегам реки Янцзы, — Син Лун. Люди Ли Саньцая были расставлены повсюду. Чэн Цзэн и другие везде расставили мошенников, делали фальшивые бирки и печати, всюду арестовывали людей как преступников и беглых. Они открыто захватывали имущество, и больше всех отличался Чэн Цзэн, который неоднократно притеснял и угнетал старших и младших чиновников. Только один Ли Саньцай смог обуздать его и пресечь действия его приспешников. Ли Саньцай арестовывал и казнил всех тех, кто состоял в этой шайке. Чэн Цзэн был напуган.

Скверные люди из-за налогов на рудники во множестве восставали и становились разбойниками. Выходец из провинции Чжэцзян по имени Чжао Ипин с помощью колдовства призывал к мятежу. Заговор был раскрыт, и он бежал в город [125] Сюйчжоу, изменив имя на Гу Юаня. Безрассудно называя себя потомком Сунской династии, он вместе со своими единомышленниками Мэн Хуацзином, Ма Дэнжу и другими стал собирать вокруг себя людей, преследуемых властями, и назначал на должности. Повсеместное восстание было назначено на второй месяц следующего года. Но заговор был обнаружен, а все заговорщики схвачены. Чжао Ипин бежал в Баочи 28, где и был пойман.

Ли Саньцай дважды подавал императору доклад о вреде взимания налогов с рудников, в котором излагал следующее: «Ваше Величество, Вы любите жемчуг и драгоценности. Народ также хочет быть сытым и жить в тепле. Ваше Величество любит своих детей и внуков, народ также любит своих жен и детей. Почему Вы, Ваше Величество, стремитесь к накоплению богатств и лишаете простой народ самого необходимого? Ваше величество хочет долго и счастливо жить и в то же время отказывает простому народу в обыденных радостях. С древних времен не бывало такого случая, чтобы плохая политика двора и напряженная обстановка в стране не вызывала бы смут. В политике нынешнего двора много беспорядков, и причина болезни заключается в пристрастии вашего величества к богатствам. Ваш покорный слуга просит Вас совершить благодеяние — отменить налоги на рудники в Поднебесной. Только отказавшись от пристрастия к богатству, можно справедливо управлять государственными делами».

Прошел месяц, а ответа все не было. Ли Саньцай снова пишет: «Ваш покорный слуга просил Ваше Величество издать ради народа указ об отмене налогов на рудники, но прождал больше месяца и не получил ответа. Из всех докладов, поданных за последнее время, все те, которые были посвящены налогам на рудники, рассмотрены не были. А от этого ведь зависит существование всей Поднебесной, так как если в один прекрасный день массы взбунтуются, то простой народ станет врагом. Подобно быстро мчащемуся ветру, вздымающему пыль столбом, поднимется плотной стеной взбунтовавшийся народ. Ваше Величество останется в одиночестве, и кто тогда будет охранять ваши сундуки, набитые золотом, и палаты, заполненные драгоценностями?» Но и этот доклад остался без ответа.

В тридцатый год Ваньли (1602) император заболел и посему случаю издал указ об отмене налогов на рудники, но вскоре отменил его. Ли Саньцай, указывая на напряженную [126] обстановку в стране, просил восстановить указ, но безрезультатно.

Вследствие того, что канал в Цинкоу 29 обмелел, возникли препятствия для перевозки грузов. Ли Саньцай предложил расчистить русло канала и построить шлюзы, а израсходованные 200 тыс. лян покрыть за счет части риса, провозимого по каналу. Ему решительно возразил шилан по фамилии Чжао Шицин, ответственный за хлебные запасы. Ли Саньцай под предлогом болезни просил об отставке. Император был разгневан, но просьбу удовлетворил. Хуайянский сюньфу инспектор Цуй Банлян, инспектор по перевозке грузов по каналу, инспектор Ли Сысяо, цзишичжун по фамилии Цао Юйбинь, инспектор Ши Сюэцянь и Юань Цзюгао подали доклад с просьбой оставить Ли Саньцая на должности. Ши Сюэцянь писал: «Ваше Величество пожелало уволить Ли Саньцая из-за Чэн Цзэна и искало предлог, чтобы освободить его от должности. В этом году из центра повсюду рассылались чиновники, и Срединная империя была подобна кипящему котлу. Ли Шэньчун ушел в отставку из-за Ван Ху, Вэй Юйчжэнь ушел в отставку из-за Сунь Чаоцина. Ли Чжи, чиновник, наблюдавший за перевозками, также ушел в отставку из-за налогов на рудники. Другие чиновники в должности цзяньсы и шоулин массами уходили в отставку, и число их трудно определить. Теперь же и Ли Саньцая сняли с должности. Военное и гражданское население района реки Хуайхэ хотело отомстить Чэн Цзэну за отставку Ли Саньцая, поэтому Чэн Цзэн испугался и скрылся. Отсюда можно понять, что Ли Саньцай ушел в отставку против своего желания». На его доклад также не было ответа. Ли Саньцай уехал в Сюйчжоу на реке Хуайхэ. В своих докладах он просил назначить заместителя на его должность, но не добился результата.

В этот момент шилан по фамилии Се Цзэ, заменявший Чжао Шицина на должности дуду опять просил оставить Ли Саньцая на должности. После этого император приказал Ли Саньцаю не уходить со службы до тех пор, пока ему не найдут замены, но сам не посылал ему заместителя. В девятом месяце следующего года Ли Саньцай опять подал доклад, в котором писал: «Ныне внезапный удар грома поразил императорскую гробницу, налетевший вихрь повалил деревья, вода вышла из берегов и поднялась чуть ли не до небес, бедствия в империи очень велики. В городе Сюйчжоу четвертовали [127] Чжао Гуюаня, в уезде Босян 30 вывесили отрубленную голову Ли Дажуна. Вашему Величеству опять докладывали, что в Цзюйчжоу появились крупные шайки разбойников. Народ не поддерживает престола.

Ваше Величество, каждый раз что-либо требуя, считает необходимым заявлять о бедности императорского двора. Если на самом деле императорский двор беден, то именно в этом и заключается счастье государства. Вы изображаете себя бедным, а Поднебесную богатой. На самом деле не так. Бедность, по мнению Вашего Величества, заключается в том, что золото не валяется повсюду, а горы драгоценностей не поднимаются до небес. Простой народ голодает, задавлен налогами, постоянно страдает от побоев, дороги полны колодниками, чиновники думают лишь о том, как бы выпросить отставку, народ взывает к смерти. Ваше Величество, разве все это не может предостеречь Вас? Ваше Величество, разве все то, о чем я каждый раз докладываю Вам, не соответствует действительности? Если бы все случилось так, то что сталось бы с Вами?» Но и этот доклад остался без ответа. Позже разбойники в Цзюйчжоу были схвачены. Вследствие этого Ли Саньцай подал доклад, в котором просил осуществить ряд мероприятий. На территории, подчиненной ему, царило спокойствие.

Выходец из уезда Шэсянь 31, по фамилии Чэн Шоусюнь, купил должность чжуншу и, став приверженцем Чэн Цзэна, поступал разнузданно и своевольно. Всюду, куда бы он ни приезжал, его сопровождала музыка. Его пышные выезды происходили в окружении охраны. Он поощрял тайные доносы и применял пытки даже по отношению к женщинам и детям. Но боясь Ли Саньцая, Чэн Шоусюнь не осмелился приехать в район реки Хуайхэ. Ли Саньцай доложил о злоупотреблениях Чэн Шоусюня. Чэн Шоусюня наказали и конфисковали у него несколько сот тысяч лян, приобретенных незаконным путем. Чэн Цзэн боялся, что это может коснуться и его. Поэтому он захватил все самые редкие драгоценности, а также одежду и утварь с императорскими знаками из имущества Чэн Шоусюня. Чэн Шоусюнь и его шайка были разжалованы и казнены. Население близлежащих и отдаленных районов было очень довольно этим.

В тридцать четвертом году (1606) у императора родился внук. По сему поводу был издан указ об уменьшении налогов [128] на рудники и об освобождении арестованных, повелевалось восстановить в должности уволенных в отставку, а тех, чье выдвижение задерживали, — повысить, заполнив вакантные должности яньгуань. Однако не все мероприятия были проведены. Ли Саньцай подозревал, что этому препятствует шоуфу, по фамилии Шэнь Игуань, и подал доклад, в котором в скрытой форме очень сильно ругал Шэнь Игуаня и говорил о том, что «...хотя все указы императорского величества уже опубликованы, однако они встречают преграды при осуществлении, что повсюду говорят о том, что новая политика зависит всего лишь от минутной прихоти императора и поэтому указы то издаются, то отменяются». И далее он говорил о том, что «Шэнь Игуань думает, как бы Шэн Ли и Чжу Гэн не оттеснили его, и боится, что в результате борьбы с ними, его злоупотребления могут быть раскрыты.

Шэнь Игуаню стыдно, что император проводит мероприятия не по его инициативе, и поэтому хочет, чтобы они не были осуществлены. Он подкупает приближенных императора, где возможно занимается подстрекательством, и тем самым создает препятствия для осуществления новой политики». Император, получив доклад, был сильно разгневан и издал строгий указ, в котором сделал серьезное внушение Ли Саньцаю и лишил его жалованья на пять месяцев.

В следующем году умер Цзи Лу, поэтому Ли Саньцай просил императора отозвать всех сборщиков налогов Поднебесной. Император отверг его просьбу и приказал Лу Бао занять должность Цзи Лу.

Находившийся в то время в отставке Гу Сяньчэн 32 преподавал в академии Дунлинь, хвалил или порицал государственных деятелей. Ли Саньцай и Гу Сяньчэн крепко подружились, и последний глубоко верил Ли Саньцаю. В свое время Ли Саньцай просил императора заполнять должности выдающимися чиновниками и подбирать их в кэ и дао (на местах), принимая изгнанных или ушедших в отставку. Затем он говорил, что стоит только чиновнику высказать свое мнение, затрагивающее крупных сановников, как он навсегда теряет службу, несмотря на свою преданность императору. В настоящее время важные сановники, используя авторитет императора, притесняют тех, кто выступает против них. Кроме того, [129] под предлогом боязни оскорбить императора, они скрывают свои собственные проступки, а их преступления перед родиной и императором велики. Фактически он имел в виду Гу Сяньчэна и других. Теперь же Ли Саньцай снова лично докладывал, что политика императорского двора никуда не годится, и просил государя перейти к энергичной деятельности и показать народу, что отныне все будет хорошо. Вместе с тем он усиленно обращал внимание императора на то, что левый берег реки Ляохэ в опасности и что трудно эту территорию удержать навсегда. Но император не обратил внимания на доклад.

Ли Саньцай, очень расточительный и очень способный человек, во время своего пребывания в районе реки Хуайхэ, завоевал расположение народа, дав отпор сборщикам налогов. А когда в Сюйчжоу на Хуайхэ случился неурожай, он просил оказать помощь населению и освободить от налога на лошадей. Жители района реки Хуайхэ были ему очень благодарны. Ли Саньцая неоднократно повышали вплоть до должности начальника ведомства финансов.

В это время были свободные места в нэйгэ, и те, кто представлял свои соображения, считали, что нельзя назначать на должности только из придворных, а нужно привлекать людей с мест; они имели в виду Ли Саньцая, считая, что на вакантную должность столичного инспектора следует привлечь его, согласно очередности. Но у него было много завистников, которые подняли большой шум и старались его оклеветать. В связи с этим ланьчжун ведомства работ по фамилии Шао Фучжун, доносил, что Ли Саньцай является крупным преступником, хотя и кажется преданным императору, что он большой обманщик, хотя и похож на честного. Он обвинял Ли Саньцая в четырех серьезных преступлениях: корыстолюбии, лицемерии, коварстве и самоуправстве. Ему вторил инспектор, по фамилии Сюй Чжаокуй. Ли Саньцай в четырех докладах отвергал обвинения и просил об отставке. Цзишичжун по фамилии Ма Цзунлун, инспекторы Дун Чжаошу, Пэн Дуаньу, нанкинский цзишичжун Цзин Шихэн один за другим защищали Ли Саньцая. Дасюэши по фамилии Е Сянгао, говорил, что Ли Саньцай уединился дома в ожидании наказания и что в интересах работы канала следует поторопиться с решением, оставлять ли Ли Саньцая на должности или нет. На все это ответа не последовало. После того ланьчжун военного ведомства в Нанкине Цянь Цэ, нанкинский цзишичжун Лю Шицзюнь, инспекторы Лю Гоцзюнь и Цяо Инцан, цзишичжуны Ван Шаохуэй, Сюй Шаоцзи, Чжоу Юньчунь, Яо [130] Цзунвэнь, Чжу Игуй и Ли Цзинь, нанкинские инспекторы Чжан Баньцзюн и Ван Ваньцзо в своих докладах сообща обвиняли Ли Саньцая. А цзишичжуны Ху Синь и Цао Юйбянь, нанкинский цзишичжун Ду Аньжань, инспектор Ши Сюэцюань, Ши Цзиши, Ма Мынцзо и Ван Цзихун также подали доклады, в которых защищали Ли Саньцая. Эти споры среди придворных длились несколько месяцев и ни к чему не привели. В это время Гу Сяньчэн написал письмо Е Сянгао, в котором усиленно превозносил честность и бескорыстие Ли Саньцая, а также написал письмо Сунь Пияну в защиту Ли Саньцая. Инспектор У Лян давно был расположен к Ли Саньцаю и поэтому послал два письма в Правительственный вестник (Ди бао). Вследствие этого противники [Ли Саньцая] подняли еще больший шум. Цяо Иньцзя опять в двух докладах усиленно обвинял его в десяти пороках и пяти видах вероломства. Но император не дал ответа. Ли Саньцай снова настойчиво просил отставку, подал свыше пятнадцати докладов, но не получил разрешения уйти со службы. Поэтому он самовольно ушел в отставку, и император не посчитал это за преступление.

Поскольку Ли Саньцай поселился на родине, завистники боялись, что он опять будет принят на службу. В сорок втором году (1614) инспектор по фамилии Лю Гуанфу опять обвинил Ли Саньцая в том, что тот воровал императорский строительный лес и построил себе дом, присвоив таким образом более 220 тыс. [лян]. Он также утверждал, что Ли Саньцай вместе с Юй Ли, хотя и живут далеко, но управляют делами подобно чжисяням, и если они кого-нибудь захотят выдвинуть на должность, то ведомства всегда поддерживают кандидатуру.

Ли Саньцай подал доклад, в котором опровергал это, и просил прислать тайцзяня для выяснения вопроса. Цзишичжун по фамилии Лю Вэньбин, инспектор Ли Чжэньи, шичжун ведомства работ Не Синьтан, даличэн (помощник прокурора) Ван Шичан поддержали Лю Гуанфу и опять усиленно обвиняли Ли Саньцая. Ли Чжэньи, Не Синьтан и Ли Саньцай в прежнее время вместе были выдвинуты на должности. Поэтому Ли Саньцай был сильно возмущен и сам просил конфисковать его дом. Шилан ведомства работ Линь Жучу говорил о том, что необходимо послать чиновников для проверки донесений. Лю Гуанфу и другие вновь подали доклад, в котором вместе писали: «Он захватил государственные мастерские (гуань чан) и на их месте разбил парк». Инспектор Лю Тинъюань, во главе своих коллег, продолжал обвинения. Шэнь [131] Жучжэнь также подал специальный доклад, в котором обвинял Ли Саньцая, а сюаньань и инспектор Янь Сычжун опять подал доклад, в котором также, как и Лю Гуанфу, обращал внимание императора на Ли Саньцая. Ли Саньцай был сильно возмущен, просил всех чиновников совместно разобраться и обратился к императору с просьбой, чтобы государь лично допросил его. Император приказал Ли Чжэньи вместе с цзишичжуном У Лянсы отправиться к Ли Саньцаю, чтобы во всем разобраться.

В следующем году Лю Гуанфу из-за одного дела был посажен в тюрьму. Ли Саньцай открыто просил освободить его и все силы направил на защиту Дунлинь. Он откровенно говорил: «С тех пор, как Шэнь Игуан составляет фальшивые колдовские надписи, самовольно казнит и причиняет страдания, все честные преданные императору люди порицают его и уходят в отставку. Вслед за ним Тан Бинъи и Хань Цзин мошенничают при проведении экзаменов, и если их наказали, то вполне заслуженно, и другие здесь ни при чем. А деятели нынешней группировки — враги всех честных людей». Ван Шичан и Лю Гуанфу стали еще больше разжигать рознь и решительно возглавили все силы для защиты Шэнь Игуана, подавали злобные доклады и во многих прошениях обрушивались на Ли Саньцая с обвинениями.

Что касается выдающихся и мудрых сановников, то Е Сянгао ушел в отставку. Получили отставку и Ван Сяньцянь, Сунь Вэй, Ван Ту, Сюй Хунган, Цао Юйбянь, Ху Синь, Чжу Уби, Е Маоцай, Нань Цичжун, Чжу Гочжэнь. В последнее время опять нападали на Чэн Цзяня, и Ван Иньцзяо ушел в отставку.

Если говорить о мудрых из мелких чиновников, то в отставку ушли Мэй Чжихуань, Сунь Чжэнцзи, Дуань Жань, У Лян, Ма Мэньчжэнь, Тан Чжаоцзин, Чжоу Циюань, Ши Сюэцянь, Цянь Чунь, Ли Бо, Бао Инао, Дин Юаньцзянь, Лун Шиюн, У Чжэнчжи, Лю Цзунчжоу.

Кто был заодно с ними (врагами Дунлинь), оставались на службе. Те же, что были против, — изгонялись. «Ваше Величество знает лишь об отставке чиновников, но разве знаете Вы о том, что со службы изгоняются противники группировок (дунлиньцы)? В настоящее время Цзяньдан (враги Дунлинь) ненавидят честных людей и говорят: «одно зло — Дунлинь, другое — Хуайфу». А Дунлинь — это место, где преподает Гу Сяньчэн, последователями которого являются такие, как Гао Паньлун, Цзян Шучан, Цянь Ибэнь, Лю Юаньчжэнь, Ань Сифань, Юэ Юаньшэнь, Сюэ Фуцзяо. Все они [132] требовательны к себе, дорожат славой, в их поведении нет ничего плохого для государства?! Если кто-нибудь заговорит о Дунлинь, то это приводит к плохим последствиям. Например, Цзоу Юаньбяо, Чжао Наньсину и другим препятствовали в продвижении по службе только потому, что о них сказали, что они дунлиньцы. А те, которых утром повышали, а вечером понижали, были лишь Ши Цзицзэ и другие.

Судьба государства зависит от того будут ли чиновники честными или нечестными. Ваше величество обратите на это внимание».

Когда Ли Саньцай подал доклад, все стали еще больше ненавидеть его. У Лян и другие поехали проверить жалобы поданные на Ли Сяньцая, и хотя не нашли подтверждений обвинениям, однако докладывали так же, как и Лю Гуанфу. В результате этого Ли Саньцай был разжалован в простолюдины.

В первый год Тяньци (1621) пал город Ляоян. Инспектор Фан Кэчжуан в нескольких докладах просил призвать на помощь Ли Саньцая. Император приказал всем придворным сановникам собраться для обсуждения. Тунчжи цаньи У Дяньбань просил не прибегать к помощи Ли Саньцая и даже договорился до того, что Ли Саньцай — проворовавшийся чиновник. Инспектор Лю Тинсюань подал доклад, в котором снова рекомендовал Ли Саньцая и говорил: «раз государство уже оценило его талант, то нужно его использовать, а зачем совещаться по этому поводу!»

В уезде Гуаннин был Ван Хуачжэнь, который говорил, что лучше использовать его в Шаньхайгуане. Император согласился с ним и пожелал привлечь Ли Саньцая. Но среди придворных были разногласия. Чжаньши Гун Най усиленно доказывал, что необходимо использовать Ли Саньцая; шилан судебного ведомства Цзоу Юаньбяо, помощник столичного инспектора Ван Дэвань вместе отстаивали это. Но Ван Дэвань, под давлением мнения большинства, внезапно изменил первоначальную точку зрения. А когда подписывали [протокол], Цзоу Юаньбяо также не осмелился отстаивать свою точку зрения. Вопрос не был решен и остался открытым.

В третий год Тяньци (1623) Ли Саньцай был восстановлен в должности начальника ведомства финансов в Нанкине, но, не успев занять должности, умер. После переворота Вэй Чжунсяня его сторонник инспектор Ши Саньвэй написал доклад, в котором обвинял Ли Саньцая. Император издал указ, которым посмертно лишили Ли Саньцая всех титулов и [133] должностей и исключили из списков. В начале правления Чунжэнь 33 опять восстановили его титулы.

Таланты Ли Саньцая были велики. Он умело использовал свое влияние и искусно привлекал на свою сторону императорских чиновников. В течение тринадцати лет он управлял районом реки Хуайхэ и завязал дружественные отношения во всей Поднебесной. По своему характеру Ли Саньцай не мог быть бережливым, поэтому многие клеветали на него. Впоследствии те, кто нападал на Ли Саньцая, такие, как Шао Фучжун с Сюй Чжаокуем и другие, из-за принадлежности к Вэй Чжунсяну были причислены к делу об измене. А те, кто защищал Ли Саньцая, такие выдающиеся деятели, как Гу Сяньчэн, Цзоу Юаньбао, Чжао Наньсин, Лу Чжунчжи, все со временем стали считаться знаменитыми. Поэтому их потомки стали считать Ли Саньцая мудрым.

Объясняю. Образование группировок начинается от честолюбия, а завершается ненавистью к инакомыслящим. Когда человек достигает большой славы, то у него много сторонников. Если сторонников много, то не обязательно, что все они мудры, а приближает он к себе тех, которым нравится то же, что и ему. Когда слава велика, врагов также немало. И не обязательно, что враги глупы, но их осуждают и изгоняют, так как не нравится, что они придерживаются другого мнения. Вследствие расхождения взглядов между единомышленниками и инакомыслящими, между сторонниками и противниками идет бесконечная борьба. Поэтому чем больше увеличиваются группировки, тем больше это приводит к усилению бедствий.

Вэй Юньчжэнь, Ван Го и Юй Мохэн были выдающимися, дальновидными и популярными среди народа. Ли Саньцай был талантлив, энергичен, отважен, смел, привлек на свою сторону образованных и видных чиновников (ши дафу). Все они были весьма прославленными деятелями, а по существу порождали споры, так как у них была страсть подчинять других своему мнению. Книга Ицзин говорит: «Если среди людей нет единства, то как они могут быть счастливыми!» Понять это могут лишь мудрецы (л. 15).

Мин ши цзиши бэньмо, гл. 66

О Дунлинь дан

Гу Сяньчэн читал лекции. Поднебесная стремилась к нему... Те, кто подвергались изгнанию, уходили со службы, а слава их [134] еще более возрастала. Так начинается история Дунлиньской группы (стр. 3).

Двадцать четвертый год (1596), восьмой месяц... В это время начальник ведомства чинов Сунь Пэйян просил отставку, подал императору двадцать докладов. Он говорил, что чиновники, обладающие властью, незаконно используют ее, а их прихвостни выслуживаются перед ними... (стр. 4).

Первый год Тяньци (1621), второй месяц. Инспектор Чжоу Цзундянь подал императору доклад, в котором говорил, что беспорядки и порядок в стране зависят от того, исходят ли из личных или общественных интересов... Надзор ухудшился, крупные тяжбы разрастаются (стр. 11).

Второй год (1622), восьмой месяц... тайцзянь шаоцзянь Мань Чаоцзянь подал императору доклад, в котором говорил, что государственные дела находятся в беспорядке (стр. 12).

Тридцать пятый год (1607)... Осень, седьмой месяц. Ответственный за перевозки по каналу Ли Саньцай просил заполнить вакантные места выдающимися чиновниками, принимать их по рекомендации из кэ и дао, привлекать изгнанных... (стр. 6).

Тридцать шестой год (1608), девятый месяц... Ван Сюцзюэ... написал императору доклад, в котором говорил: «Император оставляет все доклады без внимания и относится к ним так же презрительно, как к чириканью птиц. Однако подданные из-за этого становятся более разнузданными. Я считаю, что государь-отец является самым почитаемым лицом в государстве, поэтому ему следует быть безупречным. Прошу немедленно издать указ о полной отмене таможенных налогов, об отзыве евнухов (тайцзяней) с мест, о раздаче имеющихся в государственном казначействе излишков в помощь пограничным районам, где запасы недостаточны. Поднебесная будет непременно ликовать, если сделают это, и будет воспевать мудрость и добродетель императора...» (стр. 7).

Если говорить честно, то Дунлинь являлась тем местом, где сосредоточились таланты Поднебесной. Те, которых они поддерживали, в основном были честные и прямые. Возможно, что они предъявляли к другим слишком строгие требования. Все они ставили перед собой высокие цели, но, возможно, мнение их трудно было понять. Их можно было бы назвать необычайными людьми, но нельзя называть их нечестными... (стр. 15).


Комментарии

1. Пипа — китайский музыкальный инструмент.

2. То есть убить Лю Шестого и Лю Седьмого.

3. Лошади не могут проскакать в сутки несколько сот ли.

4. Шушэн — буквально люди, знающие только книги (т. е. гражданские чиновники).

5. Цзюйюнгуань находится вблизи Пекина.

6. В Пекине и в Нанкине.

7. Сановники, наиболее резко и открыто выступавшие против Лю Цзиня.

8 Исключение из списков означало лишение прав дворянства и права на занятие государственных должностей.

9. Тайцзу — первый император династии Мин.

10. Школа, где обучались дети знатных фамилий.

11. Сяоцзун баолу — «Записки о правлении императора Сяоцзуна». После завершения работы над каким-либо трудом обычно происходило повышение в должностях.

12. Тайцзун — посмертное имя танского императора.

13. В период господства евнухов императорские указы нередко издавались евнухами без ведома императора.

14. Люй Цян, Чжан Чэнъе — крупные придворные евнухи при танском императоре Чжаоцзуне.

15. Баофан — дворец для развлечений императоров, построенный при минском императоре Уцзуне.

16. То есть на второй день после похорон.

17. Чуангунпай — специальная дощечка, служащая пропуском во дворец.

18. Цзиньпай — дощечка, на которой писались специальные указы императора.

19. Цзошуньмэнь — одно из помещений императорского дворца.

20. В Китае иногда подвергали казни труп.

21. См. Предисловие, стр. 11. Виднейшими представителями политической организации Дунлинь, возникшей в конце XVI в., были Ли Саньцай и основатель ее Гу Сяньчэн.

22. Округ в пров. Хэбэй.

23. Уезд в пров. Хэбэй.

24. Уезд в пров. Хэнань.

25. Округ в пров. Шаньдун.

26. В пров. Аньхой.

27. Сюйчжоу, Ичжэн, Янчжоу — в пров. Цзянсу.

28. Уезд в пров. Хэбэй.

29. Название местности, расположенной на ю.-з. уезда Хуайинь провинции Цзянсу.

30. Пров. Аньхой.

31. Уезд в пров. Аньхой.

32. Гу Сяньчэн — опальный сановник, один из основателей организации Дунлинь.

33. Чунчжэнь — название годов правления последнего минского императора (1628—1644).

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.