Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ЧЭНЬ ЧЭН, ЛИ СЯНЬ

ОПИСАНИЕ ИНОСТРАННЫХ ГОСУДАРСТВ НА ЗАПАДЕ

СИ ЮЙ ФАНЬ ГО ЧЖИ

«СИ ЮЙ ФАНЬ ГО ЧЖИ» В ПЕРЕВОДЕ Б. И. ПАНКРАТОВА

В архиве Б. И. Панкратова сохранилось сочинение Чэнь Чэна (1) (ум. 1457 г.) и Ли Сяня (2) (1376-1445) «Си юй фань го чжи» (3) («Описание иностранных государств на Западе») в русском переводе [см. АВ, ф. 145, оп. 1, ед. хр. 78].

Чэнь Чэн был доверенным чиновником при минском императоре Чэн-цзу (4), известном больше под названием годов своего правления Юн-лэ (5) (1403-1424), и в качестве посла принял видное участие в установлении контактов с иностранными государствами. 12 октября 1413 г. ему было поручено вместе с евнухом Ли Да (6) и чиновником Ли Сянем эскортировать по дороге домой послов из Герата, Самарканда, Шираза, Андекана (Андижана), Андхоя, Турфана, Караходжо, Лукчака и Кашгара, которые ранее прибыли в Нанкин с дарами — конями, львами и леопардами. Чэнь Чэн с товарищами отправились в путь 3 февраля 1414 г. через Сучжоу в западном Китае, тоже везя с собой дары — одноцветный и узорчатый шелк, газ и другие ткани, и 27 октября 1414 г. достигли Герата. Посольство Чэнь Чэна посетило семнадцать «государств» — Герат, Самарканд, Андхой, Бадахшан, Термет (Термез), Шахрухию, Ташкент, Бухару, Сайрам, Кеш, Янгикенд, Бешбалык, Караходжо, Лукчак, Турфан, Яньцзэ и Хами. Оно вернулось в Китай 30 ноября 1415 г., после чего Чэнь Чэн и Ли Сянь представили свои путевые записи «Си юй син чэн цзи» (7) в одном свитке (цзюань) и отчет о виденных ими местах, содержавший сведения о топографии, местных продуктах и обычаях, тоже в одном свитке; этот отчет под названием «Си юй фань го чжи» расценивается учеными как важнейший китайский источник по положению в Центральной Азии в ранний период династии Мин. Отчет Чэнь Чэна и Ли Сяня был использован при составлении официальных «правдивых записей» (ши лу (8)) минского периода, минских императорских географических сочинений «Хуань юй тун чжи» и «Да Мин и тун чжи», а также раздела об иностранных государствах истории династии Мин — «Мин ши». Некоторыми из упомянутых трудов широко пользовался Э. Бретшнейдер [см. 3, с. 137-294].

Долгое время оба сочинения считались утерянными. Но в 1934 г. их рукописные экземпляры времен Мин были приобретены у частного коллекционера в Тянь-Цзине Национальной Пекинской библиотекой, которая опубликовала их в 1937 г. фотолитографическим способом в библиотеке-серии редких книг «Шань бэнь цун шу» (9), вып. 1 [см. 4, с. 144-145]. Видимо, во время своего второго длительного пребывания в Китае (1942-1948) Б. И. Панкратов приобрел экземпляр тетради (бэнь) из серии «Шань бэнь цун шу», где опубликованы оба сочинения. В 1960-х — 1970-х гг. он говорил В. А. Ромодину и мне, что отчет Чэнь Чэна и Ли Сяня о виденных ими странах Центральной Азии является чрезвычайно интересным документом, которого не знают европейские ученые, что он сделал перевод половины этого сочинения и хотел бы перевести его полностью для издания в серии «Страны и народы Востока» Восточной комиссии Географического общества СССР. Тогда же он показывал мне машинопись своего перевода на 15-16 страниц. В Архиве востоковедов сохранились 13 страниц машинописи перевода раздела о Герате из «Си юй фань го чжи» и тетрадь с текстом обоих [246] сочинений, отпечатанная в серии «Шань бэнь цун шу». 13-я страница обрывается на половине фразы; конец машинописи (с середины § 38) пока не найден. Сотрудник архива К. В. Дубков обнаружил палку с полным (за вычетом нескольких строк) черновым переводом сочинения «Си юй фань го чжи», выполненным Б. И. Панкратовым, с черновыми вариантами перевода и материалами к нему. Раздел перевода, посвященный описанию Герата, в значительной части перебелен; с него-то и была сделана машинописная копия. На первой странице перебеленной части рукописи есть указание для машинистки, датированное 2 марта 1953 г. Следовательно, черновой перевод был выполнен до этой даты, а машинопись, вероятно следует датировать мартом 1953 г.

В архиве Б. И. Панкратова сохранился также карандашный набросок (видимо, его устного выступления), в котором дана оценка сочинений «Си юй син чэн цзи» и «Си юй фань го чжи» в контексте истории сношений Китая и государств Средней Азии в начале династии Мин. Привожу его (с незначительными изменениями в транскрипции отдельных восточных имен):

«Казалось бы, где и искать сведения, относящиеся к этим посольствам, ках не в китайских документах, относящихся к Юаньской династии. Действительно, отдельные, мелкие упоминания встречаются в "Юань ши", но ничего связного там нет. Не подлежит сомнению, что детальные описания существовали; но, видимо, они утеряны. 99,9% за то, что эти сведения находились в "Юань и тун чжи". Но она, к сожалению, не сохранилась, утеряна. Несомненно, это было в "Цзин ши да дянь", но и это громадное сочинение тоже утеряно.

Поэтому более или менее толковые сведения (средневековые) дошли до нас от более позднего времени — от Минской династии. Минская чисто национальная китайская династия пришла к власти, изгнав из страны иноземное владычество монголов, которые правили всем Китаем целых 100 лет.

Что же получается? В Китае национальная династия, сменившая монголов, монгольскую империю. На Западе государство хулагидов рассыпалось. Чжучинские владения и Чагатайские уже тоже распались. Минская династия выгнала монголов, но она считала себя полноправной наследницей всего, что осталось от монголов, не только на территории Китая — это естественно, — но и во всех вассальных владениях, которые находились в зависимости от Китая или были ему подчинены за время Юаньской династии. На этом основании первый император Минов — Хун-у, укрепившись на троне, стал требовать от всех вассалов, подчиненных монголам, ту же дань, которую получали монголы. Важна была не сама вещественная дань, а изъявление покорности Китаю.

И вот на этом основании Мины стали посылать посольства к бывшим монгольским вассалам.

Китайская история сохранила сведения о многих посольствах Тимура к Минскому двору и Минского двора к Тимуру. Но китайская история излагает это в несколько неточном виде. Официальная история сообщает, что Тимур был очень почтителен к китайскому императору, но фактически дело, конечно, обстояло иначе. И Клавихо в своих записках говорит совершенно другое; а именно, он говорит о том, как было принято китайское посольство у Тимура, когда сам Клавихо был там же в качестве пекинского посла, — [он] рассказывает, как Тимур при китайских послах обзывал китайского императора разбойником, негодяем и собачьим сыном.

В китайских документах минского времени перечисляются владения, которые Мины считали своими вассалами, и среди них упоминаются Герат, Самарканд и другие среднеазиатские области.

Посольство китайцев было направлено к Шахруху в Герат после смерти Тимура, в 1412 году (?). В состав посольства, по всей вероятности, вошли и Шахруховские послы, возвращавшиеся из Китая.

Записки об этом посольстве оставил Чэнь Чэн — крупный чиновник из Министерства Церемоний, по всей видимости, глава этого посольства. К сожалению, нам неизвестны отчеты этого посольства о том, как их встречали, как принимали, какие переговоры велись, хотя надо полагать, что такие официальные отчеты существовали (не только в устной, но и в письменной форме). [247]

Записки же Чэнь Чэна интересны как дорожник, в котором день за днем записан весь путь в Герат (только в ту сторону). В этих записках очень скупо и протокольно фиксируются самые необходимые сведения о пройденном за день расстоянии, где были стоянки, через какие реки переправлялись, кого и что видели на пути.

Подробнее описаны 17 владений (округов — вариант в тексте Б. И. Панкратова — Ю. К.), через которые проезжало посольство. Это: Хами (Камул), Лукчак, Хараходзё, Турфан, Бешбалык, Сайрам, Янгикент, Ташкент, Шахрухия, Самарканд. Кеш, Бухара, Герат, Андкуй, Термет [= Термез], Бадахшан и Яньцзэ (Лобнор). Описание этих местностей легло в основу географического описания Западных стран в Минской истории. В этом ценность этих записок.

Чем еще эти записки важны для нас? — Этим дорожником, в котором показан проторенный средневековый путь в самое сердце Средней Азии, путь, по которому в те времена ходили караваны.

Записки Чэнь Чэна состоят из двух частей: 1) дорожник, описывающий путь следования посольства, и 2) описание западных государств, через которые проезжало посольство и куда оно прибывало.

Вторая часть мало дает для нас нового, разве что добавляет отдельные штрихи, дополнительно показывающие знания китайцев о Западе.

По содержанию эти записки можно отнести к средневековой географической литературе с некоторым включением этнографических данных.

Политическая роль этого посольства в записках Чэнь Чэна совершенно не отражена.

Это посольство в дипломатических отношениях Китая с[о] Средней Азией не было ни чрезвычайным, ни первым, ни последним, это было рядовое посольство, и значение его заключается именно в записях, оставленных Чэнь Чэном. И для наших историко-географических сведений о том, как именно лежал путь [из Китая в Среднюю Азию], эти записки важны. У Абд-Ур-Разака есть сведения об этом пути, но они гораздо менее точны и подробны.

Чэнь Чэн приводит данные о ценности монеты, ходившей в Герате в пересчете на серебро (по весу). Этой весовой стоимости монетного серебра [больше] нигде нет.

Интересно и то, что о каждой местности, где он побывал, Чэнь Чэн указывает, что там производится, что выращивают, и другие экономические сведения. Особо он упоминает о поразившем китайцев цветном хлопке, который разводили в Средней Азии».

Готовя часть перевода, посвященную Герату, к печати и делая к ней примечания, я консультировался по вопросам отождествления китайских транскрипций у покойного В. А. Ромодина.

Ю. Л. Кроль

Текст воспроизведен по изданию: "Си юй фань го чжи" в переводе Б. И. Панкратова // Страны и народы Востока, Вып XXIX. СПб. Петербургское востоковедение. 1998

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.