Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

СЫМА ЦЯНЬ

ИСТОРИЧЕСКИЕ ЗАПИСКИ

ШИ ЦЗИ

ГЛАВА СОРОК ВОСЬМАЯ

ЧЭНЬ ШЭ ШИ ЦЗЯ — НАСЛЕДСТВЕННЫЙ ДОМ ЧЭНЬ ШЭ 1

Чэнь Шэн был уроженцем Янчэна 2, имел прозвище Шэ. У Гуан был уроженцем Янся 3, имел прозвище Шу. В свои юные годы Чэнь Шэ нанимался обрабатывать землю 4. Однажды, бросив пахать, он сел передохнуть на меже и с затаенной надеждой сказал: «Если я стану богатым и знатным, то не забуду вас» 5. Другие батраки засмеялись и, отвечая ему, сказали: «Ты нанимаешься к людям обрабатывать землю — откуда же быть богатству и знатности?» Чэнь Шэ глубоко вздохнул и сказал: «О, разве ласточке и воробью могут быть ведомы устремления дикого лебедя?» 6

В седьмой луне начального года [правления] Эр-ши Хуана (209 г.) в этом месте стали мобилизовывать люйцзо 7 для службы на границе в гарнизоне Юйяна 8. Таких мобилизованных набралось девятьсот человек, и [по дороге] они остановились в деревне Дацзэ 9. Чэнь Шэ и У Гуан должны были следовать с этой партией мобилизованных, так как были [назначены] начальниками небольших групп. Но в это время прошли такие обильные дожди, что дорога стала непроходимой. Они рассудили, что срок [прибытия] уже нарушили, а за опоздание, согласно закону, все они подлежали казни. Чэнь Шэн и У Гуан стали совещаться: «Если мы сейчас убежим, то наказание за это — смертная казнь; если приступим к выполнению больших замыслов — также подлежим смерти. В обоих случаях — смерть, не лучше ли погибнуть во славу Поднебесной?» Чэнь Шэн сказал: «Поднебесная уже давно страдает [от власти дома] Цинь. Я слышал, что Эр-ши Хуан — всего лишь младший сын [Цинь Ши-хуана] и не должен находиться на престоле; властвовать должен старший сын царевич Фу Су. Однако из-за того, что Фу Су не раз увещевал своего [жестокого] отца, император отправил его на внешние земли командовать войсками. Ныне известно, что на нем не было вины, но Эр-ши все-таки убил его. Байсины много были наслышаны о его способностях, но не знают о его гибели 10. Сян Янь был чуским военачальником, имел множество заслуг, заботился о своих воинах, и чусцы любили его. Одни считают, что он погиб, другие же думают, что [153] он бежал и скрылся. Если сейчас мы прямо объявим себя царевичем Фу Су и Сян Янем и призовем Поднебесную идти за нами, то непременно множество людей откликнется на это».

У Гуан одобрил этот [план]. Тогда они отправились погадать. Гадатель, узнав об их намерениях, сказал им: «Все ваши дела будут успешными, однако не следует ли вам посоветоваться с духами?». Чэнь Шэн и У Гуан обрадовались [предсказанию] и стали размышлять [над советом о духах], говоря при этом: «Это учит нас, что прежде всего нужно приобрести влияние над [своими] людьми». Затем они вышили красной нитью на куске шелка «Чэнь Шэн станет ваном» и положили его внутрь рыбы, пойманной сетями рыбаков. Один из мобилизованных купил эту рыбу и собирался ее зажарить, но обнаружил внутри записку. Он очень удивился этому. Кроме того, тайно был послан человек в заброшенную кумирню, которая находилась рядом с местом ночлега отряда У Гуана. Ночью [посланец] сигналил факелом и, подражая голосу лисы, кричал: «Великое Чу вновь поднимается, Чэнь Шэн станет ваном-государем!» Так как это происходило ночью, то все мобилизованные удивились и перепугались. Утром среди солдат начались разговоры, все показывали пальцами на Чэнь Шэна [и смотрели на него].

У Гуан всегда относился к людям хорошо, и многие из мобилизованных солдат охотно служили ему. Однажды, когда один цзянвэй (командир) напился пьяным, то У Гуан стал нарочито громко твердить, что тот намеревался скрыться, тем самым вызвав негодование и ярость цзянвэя. У Гуан стремился унизить его, чтобы обратить [против него] гнев товарищей. Этот цзянвэй ударил У Гуана бамбуковой палкой, затем вытащил свой меч, но У Гуан вскочил, также выхватил [меч] и убил цзянвэя. Чэнь Шэн пришел на помощь У Гуану и убил еще двух командиров. Тут же они призвали своих сторонников и сказали им: «Из-за дождя все вы опоздали [прибыть] в срок, а опоздавшие по закону должны быть казнены. Если даже вам и не отрубят головы, то все равно при службе на границе умирает обязательно шесть-семь человек из десяти; кроме того, [нужно помнить], что сильные, мужественные воины не просто погибают, их имена покрываются славой. Разве только ваны и хоу, военачальники и советники способны на такое?» 11. Их сторонники единодушно сказали: «Мы будем с почтением выполнять Ваши приказы». После чего, [как бы] следуя пожеланиям народа, Чэнь Шэн и У Гуан присвоили себе имена царевича Фу Су и [военачальника] Сян Яня.

Они обнажили свои правые руки и провозгласили «великое царство Чу»; соорудили помост и перед ним дали клятву [верности]; в качестве жертвы были принесены головы убитых командиров. Чэнь Шэн поставил себя командующим войском, У Гуан стал дувэем (военным советником). Повстанцы [154] атаковали селение Дацзэ, заняли его и напали на Ци 12. После того как город Ци сдался, Гэ Ину, уроженцу местности Фули, и его отряду было приказано занять земли к востоку от Ци. Затем крестьянские отряды один за другим захватили селения Чжи, Цзо, Ку, Чжэ и Цяо 13. Продвигаясь вперед, они набирали [все новых] солдат и так достигли Чэня 14. К этому времени армия [повстанцев] насчитывала 600-700 боевых колесниц, более тысячи всадников, несколько десятков тысяч воинов. Когда они начали наступать на Чэнь, правители области и уезда уже сбежали, оборонял город только чиновник в ранге шоучэна [с солдатами] 15, сражавшийся у ворот Цяо. Но оборона не удалась, а шоучэн погиб; восставшие вошли в Чэнь и овладели им. Через несколько дней по приказу Чэнь [Шэ и У Гуана] собрались саньлао и хаоцзя 16 для обсуждения планов предстоящих действий.

Все саньлао и хаоцзя заявили: «Вы, командующий, надели на себя кольчугу, держите в руках острое оружие, выступили против тех, кто нарушил [истинный] Путь, караете жестокий [дом] Цинь, стремитесь вновь возродить алтари духов Земли и Злаков — власть царства Чу. За Ваши заслуги Вы должны стать государем-ваном». И тогда Чэнь Шэ был поставлен ваном, прозвав себя Чжан Чу («Расширяющий Чу»).

В это время все, кто страдал от притеснений циньских чиновников во всех областях и уездах, стали задерживать и казнить [в первую очередь] старших чиновников, откликаясь тем самым на призыв Чэнь Шэ. У Шу [У Гуан] был объявлен цзя-ваном; ему поручили наблюдать за действиями военачальников, вышедших в поход на запад для удара по Инъяну 17. Уроженцам города Чэнь — У Чэню, Чжан Эру и Чэнь Юю было приказано направить свои усилия [на захват земель] княжества Чжао 18; уроженцу Жуиня Дэн Цзуну — приложить все силы к захвату области Цзюцзян 19.

Тем временем образовались отряды чуских войск, каждый из которых состоял из нескольких тысяч воинов, общее число [восставших] нельзя было сосчитать. Когда Гэ Ин [с отрядом] дошел до Дунчэна 20, они провозгласили Сян Цзяна чуским ваном. Однако затем Гэ Ин, узнав о том, что Чэнь [Шэ] уже поставлен ваном, убил Сян Цзяна и вернулся в Чэнь, чтобы доложить о случившемся. Но чэньский ван [Чэнь Шэ] казнил Гэ Ина. Чэньский ван приказал Чжоу Ши, уроженцу княжества Вэй, идти на север на завоевание вэйских земель. [Отряды] У Гуана окружили Инъян. Ли Ю [в это время] управлял областью Саньчуань 21; он же оборонял Инъян, и У Шу не смог захватить его. Чэньский ван опять призвал влиятельных людей царства, чтобы обсудить с ними дальнейшие планы. Затем он назначил правителя владения Фан — Цай Сы, уроженца местности Шанцай, своим шанчжуго 22. [155]

Чжоу Вэнь был одним из чэньских мудрецов; в свое время он был шижи 23 в армии Сян Яня и служил также Чуньшэнь-цзюню 24, выдавая себя за знатока военного дела. Чэньский ван [Шэ] вручил ему печать командующего войсками, послав на запад с заданием ударить по [армии] Цинь. В походе Чжоу Вэнь пополнял войска [за счет переходивших к нему солдат противника] и достиг [циньских] застав 25. Его армия насчитывала уже тысячу боевых колесниц, несколько сот тысяч солдат 26. Восставшие достигли Си 27, где и расположились лагерем. Циньский двор приказал шаофу 28 Чжан Ханю освободить всех ту-жэнь (преступников), работающих в горах Лишань 29, и ну-чань-цзышэн (детей, рожденных от рабов) и послать всех их для удара по огромной армии Чу. [Собранная] таким путем [армия] нанесла повстанцам сильнейший удар; Чжоу Вэнь, потерпев поражение, отошел от застав и в течение двух-трех месяцев стоял [с войсками] в Цаояне 30. Преследуя их, Чжан Хань вновь разбил чусцев, которые опять отошли и остановились в Мяньчи 31, где пребывали более десяти дней. И вновь последовало наступление войск Чжан Ханя, и опять большое поражение. Чжоу Вэнь покончил с собой, а его войска прекратили сопротивление.

У Чэнь, придя [с отрядами] в Ханьдань 32, объявил себя чжаоским ваном, Чэнь Юй стал его главнокомандующим войсками, а Чжан Эр и Шао Сао стали левым и правым первыми советниками. [Узнав об этом], чэньский ван разгневался, схватил членов семьи У Чэня и других с намерением казнить их. Тогда главный советник [Цай Сы] сказал ему: «Дом Цинь еще не погиб, а Вы хотите казнить членов семьи, близких Чжао-вана [У Чэня], его командующего и советников; это все равно, что породить еще один дом Цинь. Не лучше ли признать их действия и оставить их на постах?» Тогда Чэнь Шэ отправил гонца поздравить вана Чжао и перевез родных У Чэня и других в свой дворец.

[Чэнь Шэ] пожаловал Чжан Ао, сыну Чжан Эра, титул правителя Чэнду 33 и призвал войска Чжао поскорее вступить в пределы [циньских] застав, но военачальники и первые советники Чжао-вана замышляли иное, они говорили ему: «Вы, ван, стали правителем Чжао не по воле Чу (Чэнь Шэ); когда Чу уничтожит Цинь, оно непременно направит войска против Чжао; разумней не направлять войска на запад, а послать их на север, чтобы захватить земли княжества Янь и тем расширить свою территорию. Ведь наше Чжао на юге опирается на большую реку 34, на севере находятся княжества Янь и Дай. Если даже чусцы победят Цинь, они не посмеют распространить власть на Чжао. А если чусцы не одолеют Цинь, то они непременно будут уважать Чжао. И Чжао, используя слабости Цинь, сможет добиться своих устремлений в Поднебесной. [156]

Чжаоский ван посчитал это [суждение] правильным и не отправил свои войска в западном направлении, зато послал цзуши 35 Хань Гуана, служившего прежде в Шангу 36, во главе войск в поход на север для захвата яньских земель.

Знатные и влиятельные люди княжества Янь сказали Хань Гуану: «В Чу уже поставили у власти вана; в Чжао тоже поставили вана; Янь хоть и мало, но все же является княжеством с десятью тысячами (множеством) колесниц, мы хотели бы, чтобы Вы, командующий, сделались яньским ваном». Хань Гуан ответил: «Этого нельзя сделать, так как моя мать находится в Чжао». Тогда яньцы ему сказали: «В настоящее время Чжао на западе опасается царства Цинь, на юге озабочено [силой] Чу, его [военные] силы не сумеют препятствовать нам [в задуманном]; кроме того, несмотря на свою силу, даже чуский ван [Чэнь Шэ] не смеет нанести вред семьям военачальников и советников чжаоского вана. Как же Чжао посмеет навредить Вашей семье, военачальник!» Хань Гуан согласился с этими доводами и объявил себя яньским ваном. Через несколько месяцев чжаосцы с почетом отправили мать яньского вана и членов его семьи в Янь.

В это время число военачальников, [восставших] и стремившихся к приобретению и захвату земель, стало неисчислимым. Так, Чжоу Ши на севере дошел в своих захватах до земель Ди 37; дисец по имени Тянь Дань убил управителя этого района и провозгласил себя циским ваном. Воспользовавшись силами цисцев, он восстал и ударил по Чжоу Ши; войска Чжоу Ши потерпели поражение и вернулись на земли княжества Вэй. Чжоу Ши намеревался поставить вэйским ваном потомка прежнего вэйского князя, управителя округа Нинлин по имени Цзю. В это время Цзю находился в лагере Чэнь-вана [Чэнь Шэ] и не мог прибыть в Вэй. Когда вэйские земли были захвачены, [некоторые из повстанцев] задумали поставить Чжоу Ши вэйским ваном, но Чжоу Ши не дал согласия. Гонец пять раз приезжал к нему и пять раз возвращался [с отказом], тогда Чэнь Шэ поставил вэйским ваном Цзю, прежнего управителя округа Нинлин, и отправил его в Вэй. Чжоу Ши в конце концов стал его сяном.

Военачальник Тянь Цзан и другие, строя тайные планы, говорили между собой: «С тех пор как войска Чжоу Чжана (Чжоу Вэня) были разбиты, циньская армия с каждым днем подходит ближе. Мы осадили город Инъян, но взять его не можем: если циньские войска придут сюда, это обязательно принесет нам большое поражение. Не лучше ли оставить небольшое количество солдат, достаточное для удержания позиций под Инъяном, а все наши отборные силы бросить на встречный удар по циньской армии? Ныне наш цзя-ван [У Гуан] стал заносчивым, он не понимает военного искусства, с ним нельзя [157] вырабатывать планы действий. Если не покончить с ним, боимся, что наше дело обречено на гибель». Затем они совместно представили подложный приказ вана и казнили У Шу, преподнеся его голову Чэнь-вану [Чэнь Шэ]. Чэньский ван послал гонцов вручить Тянь Цзану печать чуского линъиня 38, поставив его старшим командующим войсками. Тянь Цзан приказал Ли Гую и другим военачальникам держаться у стен Инъяна, а сам с отборными войсками направился на запад, чтобы встретить [наступающую] циньскую армию в Аоцане 39. Произошел встречный бой. Тянь Цзан погиб, его войско потерпело поражение; [циньский] Чжан Хань, продвигаясь вперед, напал на Ли Гуя и других под Инъяном, их отряды были рассеяны; Ли Гуй и другие военачальники погибли [в бою].

Уроженец Янчэна Дэн Юэ командовал войсками в Тань 40. Военачальники Чжан Ханя нанесли удар по войскам Дэн Юэ, его отряды отступили в Чэнь. У Сюй, уроженец Чжи, командовал войсками, которые размещались в Сюй. Войска Чжан Ханя разбили их 41 и отряды У Сюя в беспорядке также отступили в Чэнь. Чэнь-ван казнил Дэн Юэ.

Когда Чэнь-ван впервые встал у власти, то Цинь Цзя — уроженец Лина, Дун Се — уроженец Чжи, Чжу Цзи-ши — уроженец Фули, Чжэн Бу — родом из Цюйлюя, Дин Цзи — родом из Сюя 42 — все восстали и повели свои отряды, окружая правителя области Дунхай — Цина, который находился в уезде Тань. Узнав об этом, Чэнь-ван назначил Паня, управителя Упина, командующим войсками и послал его контролировать [действия] отрядов под Тань. Однако Цинь Цзя не подчинился приказу и провозгласил себя старшим командующим; ему была ненавистна сама мысль о подчинении управителю из Упина. Он говорил своим командирам: «Управитель Упина молод годами, он военного дела не знает, не слушайтесь его!» Вслед за тем, следуя подложному повелению вана [Чэнь Шэ], он убил Паня — управителя Упина.

Чжан Хань, разбив отряды У Сюя, напал на Чэнь. Умер советник Фан [Цай Сы]. Чжан Хань, продвигаясь дальше, ударил по армии Чжан Хэ, находившейся к западу от города Чэнь. Чэнь-ван выехал из города, чтобы наблюдать ход сражения. Армия Чжан Хэ была разбита, сам он погиб. В двенадцатой луне 43 Чэнь-ван прибыл в Жуинь 44. Следуя обратно, он прибыл в Сячэнфу 45. В это время его колесничий Чжуан Гу убил [Чэнь Шэ], стремясь сдаться циньцам. Чэнь Шэн был похоронен в Тан 46; посмертно ему был присвоен титул Инь-ван 47.

Командующий войсками Люй Чэнь, служивший прежде цзюаньжэнем 48 и слугой у Чэнь-вана, собрал армию, воины которой носили синие повязки на головах 49. Они подняли восстание в Синьяне 50, напали на город Чэнь и заняли его, убили Чжуан Гу, вновь вернув Чэнь царству Чу. Ранее, когда [158] Чэнь-ван (Чэнь Шэ) прибыл в Чэнь, он приказал Сун Лю, уроженцу Чжи, повести войска, захватить и закрепиться в Наньяне, а далее достичь заставы Угуань 51. Сун Лю занял Наньян, но, узнав о гибели Чэнь-вана, вернул Наньян под власть Цинь. Не сумев войти в Угуань, он двинулся на восток и достиг Синьцая 52, где встретился с циньской армией. Сун Лю [с войсками] сдался Цинь. Циньцы доставили Лю в [столицу] Сяньян, где он был разорван колесницами на части в назидание другим мятежникам.

Когда Цинь Цзя и другие [вожаки] узнали, что армия Чэнь-вана разбита и бежала, они поставили Цзин Цзюя чуским правителем — ваном, который и повел войска на Фанъюй 53 с намерением ударить по циньской армии под Динтао 54. Он же отправил Гунсунь Цина послом к цискому вану 55, чтобы объединить с ним силы для совместного наступления. Циский ван сказал: «Я слышал, что Чэнь-ван в боях потерпел поражение, неизвестно, жив он или мертв. Почему же в царстве не посоветовались со мной и поставили вана?» Гунсунь Цин ответил: «Княжество Ци не испрашивало согласия царства Чу, когда ставило своего правителя-вана; почему же Чу должно испрашивать согласия Ци, ставя у себя вана? К тому же царство Чу стоит во главе [восстания], ему положено повелевать Поднебесной!» Тогда Тянь Дань казнил Гунсунь Цина.

Левый и правый командующие циньскими армиями 56 вновь напали на город Чэнь и взяли его. Командир [восставших] Люй Чэнь отступил, собирая по дороге [бежавших] солдат и восстанавливая свои отряды. Он присоединил к своей армии и солдат правителя Данъяна 57 — разбойника из Пояна 58 по имени Цин Бу 59. Они вместе снова ударили по силам командующих левым крылом и правым крылом циньской армии и разбили их при Цинбо 60, вновь вернув город Чэнь под власть царства Чу. Как раз в это время Сян Лян поставил Синя, внука чуского Хуай-вана, чуским правителем — ваном 61.

Чэнь Шэ был ваном всего шесть месяцев. Однажды, когда он уже стал ваном-государем и правил в Чэнь, один его прежний знакомый, работавший с ним по найму на обработке земли, узнал [о его возвышении] и прибыл в Чэнь. Он постучал в дворцовые ворота и сказал: «Я хотел бы повидать Шэ». Начальник над дворцовыми воротами намеревался связать его, но тот объяснил, как все было, и тогда его освободили, но пройти к Чэнь Шэ все равно не позволили. Тем временем вышел сам Чэнь-ван; этот человек преградил ему дорогу и воскликнул: «Шэ!» Чэнь-ван, услышав его, подозвал к себе, посадил с собою в колесницу, и они вместе вернулись обратно. Когда они оказались во дворце, гость, увидев залы и галереи, [роскошные] пологи и занавеси, воскликнул: «Ты, Шэ, стал ваном, это действительно здорово! Ну, ты ловок!» 62 С тех пор [159] чусцы стали выражать восхищение с помощью слова хо — «здорово!» Эту историю пересказывали по всей Поднебесной и говорили: «Вот как Шэ стал ваном! Вот здорово!»

Гость приходил и уходил несколько раз, становился все более развязным и рассказывал об обстоятельствах прошлой жизни Чэнь-вана. Приближенные говорили Чэнь-вану: «Ваш гость глуп и невежествен; его тупые речи подрывают Ваш престиж». Тогда Чэнь-ван [приказал] отрубить ему голову. Из-за этого старые приятели Чэнь-вана отвернулись от него, и рядом с ним не осталось близких [людей].

Чэнь-ван назначил Чжу Фана чжунчжэном, а Ху У — сыго 63, чтобы они ведали всеми чиновниками. Когда военачальники отвоевывали какие-либо земли, а чиновники, прибывая в назначенное место, выполняли приказ недобросовестно, их привлекали к ответственности и обвиняли в преступлении; если же в ходе расследования обнаруживалось, что эти люди преданы делу, то даже при наличии неблагоприятных обстоятельств [Чжу Фан и Ху У] не спускали дела этих лиц нижестоящим чинам, а сами рассматривали их. Чэнь-ван доверял [этим двум] людям и всегда их использовал [в делах]. Из-за них военачальники отдалились от Чэнь Шэ, что и привело к его поражению. Но даже после смерти Чэнь Шэна поставленные им хоу и ваны, цзяны и сяны завершили дело, начатое Шэ, и сумели привести [империю] Цинь к гибели.

Во время [правления] ханьского императора Гао-цзу были выделены тридцать семей для ухода за могилой Чэнь Шэ в Дан. Ему до настоящего времени приносят жертвы 64.

Учитель Чу говорил 65: «Рельеф, непреодолимые препятствия и преграды являются крепостью [государства]; солдаты и оружие, наказания и законы служат управлению, но этого явно недостаточно для опоры. Ведь прежние правители-ваны считали корнями управления человеколюбие и долг, а укрепленные крепости и писаные законы — лишь ветками и листьями». Разве это не так?

Я слышал, что учитель Цзя [И] говорил: «Циньский Сяо-гун, опираясь на укрепление [у теснин] Сяошань и Ханьгу 66, прочно удерживал земли области Юнчжоу. Правитель и его слуги упорно защищали [Цинь] и зорко следили за [действиями] дома Чжоу; [они] имели намерение скрутить Поднебесную, как циновку; прибрать к рукам все, что есть в мире; положить, как в мешок, все, что находится среди четырех морей; стремились поглотить все восемь далеких окраин» 67.

В это время Шан-цзюнь помогал [в делах] Сяо-гуну. Внутри княжества установили законы и правила, поощряли земледелие и ткачество, провели приготовления к войне, заключили союз [по горизонтали] ляньхэн [с княжествами с запада на восток] и повели борьбу с чжухоу. В результате циньцы без особых [160] усилий захватили земли, лежавшие за районом Сихэ 68. После смерти Сяо-гуна Хуэй Вэнь-ван, У-ван и Чжао-ван продолжили [начатое] дело и проводили завещанную им политику. На юге они захватили Ханьчжун; на западе овладели царствами Ба и Шу; на востоке присоединили [к Цинь] тучные и плодородные земли, заняли важные для военных действий области 69. Чжухоу в страхе и тревоге заключили между собой союз и стали строить планы ослабления Цинь. Они не жалели драгоценных изделий, сокровищ и плодородных земель, чтобы привлечь к себе мужей со всей Поднебесной, объединились в союз [по вертикали] хэцзун, установили между собой [тесные] отношения и стали действовать заодно.

В это время правителю (князю) Ци служил Мэнчан-цзюнь, в Чжао служил Пинъюань-цзюнь, в Чу — Чуньшэнь-цзюнь, в Вэй — Синьлин-цзюнь 70. Эти четыре достойных мужа обладали ясным умом, отличались преданностью и честностью, были великодушны и щедры, любили [простых] людей, почитали мудрых и ценили служилых. Они заключили союз хэцзун, [чтобы расстроить] союз ляньхэн, собрали множество [солдат] из княжеств Хань, Вэй, Янь, Чжао, Сун, [Малое] Вэй и Чжуншань. Именно тогда [славные] мужи шести княжеств, такие, как Нин Юэ, Сюй Шан, Су Цинь и Ду Хэ, разработали планы союза княжеств; Ци Мин, Чжоу Цзуй, Чэнь Чжэнь, Шао Хуа, Лоу Хуань, Чжай Цзин, Су Ли и Юэ И приступили к осуществлению этих намерений, а У Ци, Сунь Бинь, Дай То, Ни Лян, Ван Ляо, Тянь Цзи, Лянь По и Чжао Шэ стали управлять их войсками 71.

Располагая в десятки раз большей, [чем у Цинь], территорией и войском в сотни тысяч человек, они могли пробиться через заставы, чтобы нанести удар по Цинь. Циньцы открывали свои заставы и завлекали противника [в глубь княжества]. Но армии девяти княжеств топтались на месте, уклонялись от сражений, так и не решаясь двинуться вперед. Не успевали [войска] Цинь выпустить хотя бы одну стрелу или бросить хотя бы одно копье, как [войска чжухоу] со всей Поднебесной уже оказывались в затруднении. В результате союз хэцзун начал распадаться, договоры утрачивали силу, а чжухоу один за другим подносили свои земли [правителю] Цинь. Обладая большим запасом сил, это княжество использовало слабости армий противника, преследовало разбитые и бегущие отряды; трупы убитых лежали сотнями тысяч, кровь лилась потоками, и плавали в них боевые щиты. Используя свои преимущества, [Цинь] перекраивало Поднебесную в свою пользу; делило [земли], отрезая себе [во владение] реки и горы. И тогда сильные княжества стали искать мира, а слабые — являться на поклон к [циньскому] двору.

Так подошло время правления Сяо Вэнь-вана и Чжуан [161] Сян-вана 72. Оно было коротким, и [важных] событий не произошло. И наступил период власти циньского Ши-хуана (Первого императора). Он продолжил подвиги шести поколений [предыдущих правителей] и, размахивая длинной плетью, принялся править миром. Он поглотил Восточное и Западное Чжоу и покончил с чжухоу. Став властелином, он начал управлять всем, что находилось между небом и землей и во всех четырех сторонах света 73. Держащий в руках кнут и готовый высечь Поднебесную, он устрашал своим могуществом [всех и вся] среди четырех морей.

На юге Ши-хуан завоевал земли всех племен юэ, учредив на них области Гуйлинь и Сянцзюнь. Вожди всех [бай-]юэ, склонив головы и повязав шею бечевками, вверили свои судьбы мелким чиновникам [Цинь]. [Император] послал Мэн Тяня [с войсками] на север строить Великую Стену и прочно удерживать рубежи вдоль нее. Мэн Тянь отбросил племена сюнну более чем на семьсот ли, после чего хусцы, [северные варвары], уже побаивались спускаться к югу, чтобы пасти там свои табуны, а их воины не смели натягивать луки, чтобы мстить за обиды. Затем [Ши-хуан] отверг пути, [завещанные] прежними [мудрыми] ванами, сжег сочинения ученых ста школ, чтобы оставить в невежестве черноголовых. Он разрушил стены известных городов, убил храбрых и выдающихся [мужей]; он собрал в Сяньяне оружие со всей Поднебесной, переплавил его и повелел отлить набор колоколов с металлическими стойками и перекладиной и сделал двенадцать металлических статуй, чтобы всем этим ослабить народ Поднебесной. После этого Ши-хуан поднялся на гору Хуашань и соорудил на ней крепость. Опираясь на реку Хуанхэ как на защитный ров с водой, на крепостные стены длиною в сотни тысяч чжан и ущелья, глубину которых не измерить, он рассматривал все это как нечто неодолимое. Умелые военачальники и искусные лучники охраняли все важные и опасные места; преданные чиновники [служили ему], отборные солдаты были превосходно вооружены. Кто же мог [что-либо сделать с Цинь]? Когда Поднебесная была утверждена таким образом, Ши-хуан решил, что земли внутри застав надежно защищены, а неприступные стены длиной в тысячи ли будут служить его потомкам в течение царствований десятков тысяч поколений ди и ванов. Но после смерти Ши-хуана остатки его величия потрясали лишь варваров.

Чэнь Шэ был сыном простых людей, у них в окнах торчали горлышки кувшинов, а двери подвешивались на веревках. Он работал по найму и поэтому переезжал с места на место. [Чэнь Шэ] не обладал даже средними способностями; у него не было мудрости Конфуция или Мо Ди; не владел он и богатствами Тао Чжу или И Дуня 74. Он просто шагал в рядах обыкновенных солдат, поднявшись сначала до десятника, а потом — до [162] поста сотника. Став во главе покинувших [службу] и сбежавших [от мобилизации], он собрал отряд из нескольких сот человек и повернул его против Цинь. Из срубленных деревьев они делали оружие, из бамбуковых шестов — древки знамен. Поднебесная собиралась вокруг него, как скучиваются облака; [люди] откликались на его призывы. Воины, неся на себе провиант, всюду следовали за Чэнь Шэ словно тень. Вслед за ним выдающиеся и храбрые мужи к востоку от гор дружно поднялись и покончили с родом Цинь.

Между тем Поднебесная отнюдь не уменьшилась и не ослабла. Крепости Сяошань и Ханьгу в землях области Юнчжоу оставались неприступными, однако положение Чэнь Шэ никогда не было столь почетным, как положение правителей княжеств Ци, Чу, Янь, Чжао, Хань [Большое] Вэй, Сун, [Малое] Вэй, Чжуншань.

Мотыги, колы, дубины с шипами [у солдат Чэнь Шэ] не были столь острыми, как алебарды с крючьями и длинные копья [у солдат чжухоу]; отряды, составленные из людей, отправленных в пограничные гарнизоны, нельзя было и сравнить с войсками девяти княжеств. По глубине замыслов и дальновидности, по способам передвижения войск и их использования [Чэнь Шэ] не достигал умения мужей прошлых времен. Однако [условия] победы или поражения стали иными, и поэтому заслуги и свершения [Чэнь Шэ и чжухоу] оказались такими несоответствующими.

Если соразмерить величину и протяженность земель княжеств к востоку от гор и равнин, завоеванных Чэнь Шэ, сопоставить их мощь и силы, то окажется, что все это несравнимые величины. Но ведь известно, что правитель Цинь, обладавший властью над небольшой территорией, которая выставляла лишь тысячу колесниц, подчинил себе все остальные восемь областей и что в течение более чем ста лет к нему на поклон являлись равные по рангу чжухоу. В дальнейшем Цинь превратило земли всех шести направлений в свой дом, а крепости в Ханьгу и Сяошань — в свои дворцовые покои. [Однако] стоило одному [смелому] мужу учинить беспорядки, как все семь храмов [предков Цинь] оказались разрушенными, а сами государи и правители погибли, став посмешищем Поднебесной 75. Почему же это случилось? Потому что человеколюбие и справедливость были забыты, из-за чего и условия нападения и обороны стали другими 76.

Комментарии

1. Как мы упоминали во вступительной статье к т. 5 "Исторических записок", глава о предводителе восставших против власти дома Цинь Чэнь Шэ стоит в Ши цзи особняком. Поскольку Чэнь Шэ не относился к представителям княжеских домов, то глава о нем многими китайскими комментаторами последующих веков (в частности, танским Лю Чжи-цзи) рассматривалась как излишнее добавление в раздел Ши цзя. Этой главе в европейской синологии повезло — существуют ее переводы на французский, английский, немецкий и русский языки, которые послужили подспорьем в нашей работе над текстом: французский — Э. Шаванна (МИС, т. 6, с. 5-26); английский — Б.Уотсона (Records, т. 1, N.Y., 1961, с. 19-33); перевод отдельных частей главы де Бари (de Barry) в книге "Sources of Chinese Tradition". N.Y., 1960, с. 169-170; В.Шин (V.Y.C.Shin). Some Chinese Rebel Ideologies.-"Тунбао", т. 44, 1956, № 1-3, с. 155; на немецкий — Хэниша (E. Haenisch. Der Auf stand von Chen She. She. — Asia Mayor. New Series. T. 1-2, 1951, Wiesbaden, c. 71-84); русский — Л.С. Переломова (журн. "Советское китаеведение", 1958, № 4, с. 192 — 205). Существует также перевод на байхуа Чжан Цзыляна (БХЩ, т. 2, с. 759-763).

2. Янчэн — город на юго-востоке совр. уезда Дэнфын пров. Хэнань.

3. Янся — территория совр. уезда Тайкан пров. Хэнань.

4. В тексте *** *** юн гэн — "наниматься к людям, чтобы обрабатывать землю", причем Ван Босян отмечал, что в ряде ксилографов вместо *** юн — "брать на работу наемника", стоит близкий по значению иероглиф *** юн — "использовать на работе", см.: Ши цзи сюань (Избранное из Ши цзи, с. 73, примеч. 4).

5. В ряде существующих переводов (Э. Шаванна, Б.Уотсона, в переводе на байхуа) фраза построена от первого лица ("если я"), и только в переводе Л.С. Переломова — от имени всех работников ("если мы будем богатыми и знатными") (с. 193). Предпочтительнее, безусловно, первый вариант.

6. Традиционное образное украшение позднейшей легенды.

7. Термин люй цзо *** *** дословно означает "влево от деревенских ворот" (в селениях люй насчитывалось около 25 дворов). Как поясняют позднейшие комментарии гл. 49 Хань шу (см.: ХШБЧ, т. 5, с. 3759), в состав люй цзо входили местные чиновники, имеющие провинности, полусвободные земледельцы, должники, торговцы в двух поколениях. В целом это была небогатая часть села, богатые же семьи располагались по правую сторону от ворот — люй ю *** ***. Хотя толкования (Мэн Кана и Янь Ши-гу) с характеристикой категории люй цзо отличаются, несомненно то, что этих людей из небогатой части населения на гарнизонную службу и на повинности забирали в первую очередь (подробно см. перевод Л.С. Переломова, с. 260).

8. Юйян находился на территории совр. уезда Миюнь пров. Хэбэй, т.е. действительно недалеко от границ тогдашнего Китая.

9. Дацзэ находилась на территории совр. уезда Сусянь пров. Аньхой.

10. О правителях династии Цинь рассказано в гл. 6 "Основных записей" ("Истзап", т. 2, с. 53-99). Однако о гибели наследника Фу Су существуют две различные версии. В гл. 6 и 87 сказано, что, подделав завещание Цинь Ши-хуана, Ху Хай и его советник Чжао Гао послали Фу Су меч, "даровав" ему таким образом почетную смерть якобы за совершенные им проступки (см. ШЦ, т. 5, с. 2551). И Фу Су после некоторых колебаний покончил с собой. В гл. же 48 говорится о народной молве, приписывающей убийство Фу Су Эр-ши Хуану, который и был фактическим виновником смерти наследника.

11. В тексте стоит ю чжун ху, что Л.С.Переломов перевел: "Разве только ваны ... могут рождать себе подобных?" (с. 194); Уотсон: "Such men are made not born" (Records, т. 1, с. 121); Э. Шаванн: "A quoi bon avoir une posterite" (МИС, т. 4, с.12). Несомненно, это была апелляция к честолюбию повстанцев, перед которыми открывались небывалые возможности для своего рода рывка по социальной лестнице.

12. Ци находился на территории совр. уезда Сусянь пров. Аньхой.

13. Согласно толкованию Сюй Гуана, Ку и Чжэ относились к княжеству Чэнь, а остальные четыре названия — уезды империи Цинь. По Э. Шаванну, Чжи находилось также на территории совр. уезда Сусянь; Цзо — на территории совр. уезда Юнчэн пров. Хэнань; Ку — на территории совр. уезда Дунъэ, в Шаньдуне; Чжэ — на территории совр. уезда Чжэчэн пров. Хэнань; Цяо — на территории совр. уезда Бо пров. Аньхой.

14. Под Чэнем имеется в виду город, ставший в период Чжаньго столицей царства Чу. При Хань он превратился сначала в уездный центр, а при Поздней Хань — в центр области. Чэнь находился на территории совр. уезда Хуайян пров. Хэнань. Интересно заметить, что Э. Шаванн выделял две основные причины стремления Чэнь Шэ скорее попасть в Чэнь: 1) найти там противников дома Цинь среди обиженных новой властью чусцев; 2) в Чэнь жили потомок Конфуция в восьмом поколении — Кун Фу и те конфуцианцы, которых циньцы преследовали, а Чэнь Шэ надеялся привлечь их на свою сторону (МИС, т. 6, с. 13, примеч. 34).

15. Должность шоучэна имеет два толкования: 1) крупный чиновник — помощник начальника уезда или даже области (шоулина); 2) мелкий чиновник присутствия (Цыхай, т. 2, с. 0801). Перевод Л.С. Переломова — "начальник стражи ворот" — вызывает сомнение.

16. Саньлао — "старейшины, представители местных общин". В их число выдвигались опытные авторитетные люди старше 50 лет; со времени Хань появились и уездные старейшины, освобождавшиеся от повинностей и привлекавшиеся властями к решению местных вопросов.

Хаоцзя — известные, влиятельные люди местного общества, среди которых могли быть вожаки вооруженных отрядов, представители аристократии, земледельцы и т.д. (см.: Сюй Тянь-линь. Си Хань хуэй яо (Важнейшие сведения о Западной Хань), с. 489-490). О начале восстания Чэнь Шэна (Шэ) см. также "Истзап", т. 2, с. 91.

17. Инъян располагался на юго-западе одноименного совр. уезда пров. Хэнань.

18. Историю сильного княжества Чжао см. в гл. 43 данного тома, однако события периода восстания Чэнь Шэ там не затронуты.

19. Жуинь — циньский уезд. В настоящее время его земли входят в территорию совр. уезда Фуян пров. Аньхой; область Цзюцзян (Девятиречье) при Цинь включала земли между Янцзы и Хуайхэ (в совр. административном делении — части пров. Цзянсу, Цзянси и Аньхой). См. также: "Истзап", т. 2, с. 395, примеч. 129 к гл. 7.

20. Дунчэн находился на юго-востоке совр. уезда Динъюань пров. Аньхой.

21. Ли Ю был сыном первого советника циньского императора Ли Сы. Область Саньчуань (Трехречье) находилась в районе Лояна, на перекрестьи рек Хуанхэ, Ишуй и Лошуй; впервые учреждена в 250 г. (см.: "Истзап", т. 2, с. 51).

22. В Соинь Сыма Чжэнь высказывает резонное соображение, что на начальной стадии восстания едва ли мог существовать чуский чин шанчжуго — "старшей опоры государства" (ХЧКЧ, т. 6, с. 2948). Позднее, в гл. 89 он действительно именуется просто сяном (первым советником), что ближе к реальности (ШЦ, т. 5, с. 2576). По мнению Цзянь Бо-цзаня, так оно и было, см. его Чжунго шилунь цзи (Сборник работ по истории Китая, Шанхай, 1946, с. 158). Шанцай: в период Чжоу — княжество Цай, а также название поселения; в период Хань стало пожалованным владением, позднее — уездом; находилось на западе совр. уезда Шанцай пров. Хэнань.

23. Шижи — чиновник, гадавший по солнцу о хороших и плохих предзнаменованиях.

24. Чуньшэнь-цзюнь — чуский военачальник, жизнеописание которого помещено в гл. 78 Ши цзи (см. ШЦ, т. 5, с. 2395).

25. Гуань — заставы, ограждавшие земли царства Цинь с юга и востока (Угуань, Ханьгугуань, Тунгуань). Различные комментаторы конкретно называют разные заставы, но, по нашему мнению, повстанцы достигли границ Цинь (в совр. пров. Шэньси).

26. В Хань шу упоминается цифра ши вань — "сто тысяч", а не шу ши вань — "несколько сот тысяч". Причем в гл. 118 историк исчисляет армию Чэнь Шэ уже числом *** *** *** *** — миллион двести тысяч (ШЦ, т. 6, с. 3090), и условность подобных подсчетов неизбежна, так как отряды восставших не имели строго организованных подразделений, которые можно было точно учесть.

27. Си, или Ситин — пункт, находившийся недалеко от циньской столицы Сяньян, на северо-востоке совр. уезда Линьтун пров. Шэньси, а также название небольшой реки в горах Лишань.

28. Шаофу — один из высших чинов в Цинь, начальник налогового ведомства императорского двора, собиравшего подати с "гор, рек и морей" (см.: "Истзап", т. 2, гл. 9, с. 446, примеч. 25).

29. Лишань — гора вблизи циньской столицы Сяньян. Как сообщалось ранее ("Истзап", т. 2, гл. 6, с. 89), для сооружения своего будущего склепа Цинь Ши-хуан собрал со всех концов страны свыше 700 тыс. преступников.

30. Цаоян — селение на территории совр. уезда Шэньсянь пров. Хэнань вблизи горного прохода Ханьгугуань (по другим данным — в уезде Линбао той же провинции; см. примечания Л.С. Переломова и Э. Шаванна).

31. Мяньчи — город, центр одноименного уезда пров. Хэнань.

32. Ханьдань — столичный город княжества Чжао, находившийся в 5 км от современного Ханьданя пров. Хэбэй.

33. Чэнду — город и уезд в царстве Шу, расположен на территории совр. пров. Сычуань. Однако Такигава приводит мнение Ван Сянь-цяня, что в области Наньян в период Восточной Хань также имелся уезд Чэнду, который вполне может считаться жалованной территорией Чжан , Ао (ХЧКЧ, т. 6, с. 2949).

34. Имеется в виду р. Хуанхэ, обеспечивавшая южные тылы княжества Чжао.

35. Цзуши *** *** (он же цаоши) — мелкий гражданский и военный чин (непонятно, почему Л.С.Переломов знак ши прочитал как ли, с. 202). Из текста не совсем ясно, зачем во главе чжаоских войск был поставлен столь мелкий чин в ранге цзуши, получавший жалование всего 100 даней зерна.

36. Шангу — область, созданная на землях прежнего княжества Дай, завоеванного Цинь. Располагалась севернее Великой стены и южнее Тяньцзиня, захватывая большую часть совр. пров. Хэбэй.

37. Ди — город в княжестве Ци. Находился на территории совр. уезда Гаоцин (или Гаоюань) пров. Шаньдун.

38. Линъинь — первый или старший советник правителя в царстве Чу, по чину равный чэнсяну, или просто сяну в других княжествах чжоуского Китая.

39. Аоцан находился на северо-западе совр. уезда Чэнгао пров. Хэнань. Поскольку Ши-хуан построил в Ао большие хранилища провианта, к названию местности стали прибавлять слово цан — склад.

40. Тань — уезд в области Дунхай ("Восточное море") в Шаньдуне. Как отмечалось еще в комментарии Соинь, здесь ошибка: циньская армия была еще далеко от приморских районов. Поэтому ученые считают, что здесь должен стоять знак *** цзя (уезд Цзясянь в Хэнани), который был расположен вблизи того Янчэна, откуда был родом Дэн Юэ (см. МИС, т. 6, с. 20, примеч. 83; ЛЮШ, кн. 11, гл. 26, с. 2).

41. Сюй находился на территории совр. уезда Сюйчан пров. Хэнань; Чжи — в 20-22 км от уездного центра Сусянь (в Хэнани).

42. Указанные в абзаце населенные пункты могут быть локализованы следующим образом: Лин — в 25 км от уездного центра Суцянь пров. Цзянсу; Фули — на территории совр. уезда Су пров. Аньхой; Цюйлюй — на территории совр. уезда Хуайнин пров. Цзянсу; Сюй — на территории совр. уезда Юйи пров. Аньхой.

Как видим, группа повстанческих лидеров происходила из соседних местностей, расположенных сравнительно близко друг от друга (в Цзянсу и Аньхое) .

43. В тексте стоит ла юэ *** ***. По данным Чжан Яня (III в. н.э.), в циньском календаре это был 9-й месяц — конец лета. Однако Чэнь Цзань (цзиньский) писал, что ла юэ — это месяц под знаком чоу (т.е. декабрь). Накаи Сэкитоку также считает, что ла — название жертвы, которую приносят в месяц цзяньчоу. Скорее всего, ла юэ — последний, 12-й месяц (луна) года. Неясно, откуда появилось примечание Л.С. Переломова о том, что ла юэ по солнечному календарю — январь (с. 203).

44. Жуинь находился на территории совр. уезда Фуян пров. Аньхой.

45. Поселение Сячэнфу находилось к востоку от города Чэнфу в уезде Мэнчэн пров. Аньхой.

46. Тан располагался, по одной версии, на территории совр. уезда Таншань пров. Цзянсу; по другой (см.: Такигава — ХЧКЧ, т. 6, с. 2954) — в Хэнани, в округе Гуйдэ, хотя это слишком далеко и потому сомнительно. Вопрос о местонахождении захоронения Чэнь Шэ подробно исследован Л.С. Переломовым, который пришел к выводу, что это горы Мандан в Хэнани (Л.С. Переломов, с. 203).

47. Титул Инь-ван, посмертно присвоенный Чэнь Шэну, в переводной литературе нередко становился основой интерпретации в буквальном смысле. Б.Уотсон перевел его как The Melancholy King — "Грустный государь" (Records, т. 1, с. 27). Ван Босян, пространно аргументируя свою точку зрения, перевел иероглиф инь следующим образом: "Человек печальной судьбы, не осуществивший своих намерений" (примеч. 106). Л.С.Переломов трактует его как "царь, который не довел восстание до победного конца" (Л.С. Переломов, с. 197). На наш взгляд, в данном случае попытки переводов титула вообще не оправданы.

48. Цзюаньжэнь *** **** *** — придворный чин, трактуемый в историографии по-разному. Ин Шао (140-206) и Фу Цянь (125-195) приравнивают его к ечжэ *** *** — чиновник в Поздней Хань, докладывавший государю о посетителях. По Янь Ши-гу (581-645), цзюаньжэнь — это чиновник, наблюдавший за чистотой во дворце. Он мог быть и простым уборщиком, нередко это был евнух. Факт превращения слуги в цзянцзюня, т.е. в военачальника, не должен удивлять, так как в среде повстанцев такие выдвижения совершались быстро и достаточно просто.

49. Цантоуцзюнь — *** *** *** — "армия синеповязочников". Как убедительно показал Л.С.Переломов (с. 204), предпринятые в современной научной литературе попытки определить социальный статус этих воинов как воинов-рабов оказались неудачными. Известные комментаторы Вэй Чжао (197-273), Сыма Чжэнь (713-742) и Фу Цянь толкуют этот термин однозначно: цантоу — воины, носившие на голове синие повязки для отличия их от других солдат.

50. Синьян находился в 30 км к северо-западу от совр. уездного города Тайхэ пров. Аньхой.

51. Наньян — область и город в империи Цинь. Земли области занимали юго-западную часть совр. провинции Хэнань и северную часть пров. Хубэй. На территории совр. уезда Ваньсянь и находился упомянутый город Наньян.

Застава Угуань располагалась в 90 км к востоку от уездного центра совр. уезда Шансянь пров. Шэньси. Угуань — один из ключевых пунктов обороны внутренних районов царства Цинь — Гуаньнэй.

52. Синьцай — циньский уезд: территория совр. уезда Синьцай пров. Хэнань.

53. Фанъюй — циньский уезд; находился севернее совр. уезда Юйтай пров. Шаньдун.

54. Динтао — циньский уезд; находился на землях совр. уезда Динтао пров. Шаньдун.

55. Циским ваном в то время был Тянь Дань, родом из дисцев (см.: "Истзап", т. 3, гл. 16, с. 323).

56. Имеются в виду цзосяовэй и юсяовэй — высшие военные чины в империи Цинь.

57. Данъян находился на территории одноименного уезда пров. Хубэй.

58. Поян находился в северной части совр. пров. Цзянсу.

59. Цин Бу — один из предводителей шаек разбойников, а затем известный военачальник Чу, в армии Сян Юя носивший титул Данъян-цзюня, позднее — Цзюцзян-вана и в 203 г. — Хуайнань-вана (см. гл. 7 и 8 "Истзап", т. 2). Его жизнеописание дано в гл. 91 Ши цзи (ШЦ, т. 5, с. 2597-2608). '

60. Цинбо (он же — Цинбань) находился на юго-западе совр. уезда Синьцай пров. Хэнань.

61. Об этом эпизоде рассказано в гл. 7 ("Истзап", т. 2, с. 122).

62. Во фразе встречаются два выражения, требующие пояснения: 1) *** *** хо и — означает выражение удивления, восхищения; восклицание типа "Вот здорово!"; 2) *** *** шэнь шэнь — означает "какое великолепие, какая роскошь!". Такигава, ссылаясь на мнение Чжоу Шоу-чана, утверждает, что выражение хо — это диалектное выражение удивления при изобилии богатств. В Ци и Сун говорили цзяо ***, а в Чу и Вэй-хо (ХЧКЧ, т. 6, с. 2957).

63. Чжунчжэн — чиновник, ведавший делами людей и их отношениями (см.: Ван Босян, Ши цзи сюань, с. 81, примеч. 135). Сыго — чиновник, следивший за поведением людей и разбиравший их проступки (то, чем занимался позднее юйши — цензор). В период Троецарствия такие должности существовали в разных царствах.

64. Под настоящим временем понимаются последние годы служебной деятельности Сыма Цяня при императоре У-ди.

65. В этой главе отсутствует традиционный эпилог Сыма Цяня, начинающийся словами тайшигун юэ — "я, тайшигун, Придворный историограф, скажу так", а введены слова чусяньшэн юэ — "Учитель Чу сказал так". Это указывает на вставку, произведенную одним из самых заметных интерполяторов в Ши цзи Чу Шаосунем (47-7 гг. до н.э.). Фактически, за исключением первой фразы, до конца главы идет первая часть сочинения ханьского Цзя И (201-169) Го Цинь лунь — "Об ошибках дома Цинь". Эта часть уже была включена в гл. 6 "Основных записей" (Бэнь цзи) (см.: "Истзап", т. 2, с. 102-106). Причины включения частей трактата Цзя И в гл. 6 и 48 Ши цзи и порядок их цитирования подробно рассмотрены в примеч. 201 к гл. 6 ("Истзап", т. 2, с. 369-370). Поскольку в следующем абзаце идет текст Цзя И, а во всех главах (кроме данной) присутствует эпилог со стандартным зачином Сыма Цяня, Такигава резонно предположил, что вместо слов "Учитель Чу сказал так" в оригинале стояло "Я, тайшигун, скажу так" (ХЧКЧ, т. 6, с. 2958).

66. Циньский Сяо-гун правил в 361-338 гг. Теснина Сяошань находится на северо-западе уезда Лонин пров. Хэнань; горный проход Ханьгу — на территории совр. уезда Линбао пров. Хэнань.

67. Си хай ("четыре моря") и ба хуан ("восемь окраин") — образные выражения для обозначения всего пространства ойкумены.

68. Сихэ — земли к западу от Хуанхэ.

69. Ханьчжун — территория совр. уезда Наньчжэн, на юге пров. Шэньси; царства Ба и Шу находились на территориях совр. провинций Сычуань и Хунань.

70. Упоминаемые здесь известные деятели периода Чжаньго встречаются далее в разделе Ле чжуань ("Жизнеописания"): Мэнчан-цзюнь (Тянь Вэнь) из Ци — гл. 75; Пинъюань-цзюнь (Чжао Шэн) из Чжао — в гл. 76; Синьлин-цзюнь (У-цзи) из Вэй — в гл. 77; Чуньшэнь-цзюнь (Се Хуан) из Чу — в гл. 78.

71. Все эти государственные деятели, за исключением двух-трех, встречаются в различных главах Ши цзи.

72. Сяо Вэнь-ван правил в 250 г.; Чжуан Сян-ван — в 249-247 гг.

73. В тексте стоит лю хэ *** ***, переводимое как "шесть главных составляющих пространства": Небо, Земля и четыре стороны света (встречается у Чжуан-цзы, Хуайнань-цзы и других авторов).

74. Тао Чжу — сановник юэского Гоу Цзяня, разбогатевший на торговле; И Дунь — богач из княжества Лу.

75. Имеются в виду последние правители Цинь — Эр-ши Хуан, убитый Чжао Гао, и Цзы-ин, убитый Сян Юем.

76. Этим заканчивается и 1-я часть сочинения Цзя И "Об ошибках дома Цинь", считающаяся интерполированной в текст главы, и сам современный текст гл. 48, аутентичность которого также ставится под сомнение некоторыми исследователями.

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.