Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ГАКСТГАУЗЕН, АВГУСТ ФОН

ЗАКАВКАЗСКИЙ КРАЙ

TRANSKAUKASIA: ANDEUTUNGEN UEBER DAS FAMILIEN- UND GEMEINDELEBEN UND DIE SOCIALEN VERHAELTNISSE EINIGER VOELKER ZWISCHEN DEM SCHWARZEN UND KASPISCHEN MEERE; REISEERINNERUNGEN UND GESAMMELTE NOTIZEN

ЧАСТЬ II.

ГЛАВА XI.

Сказание о дивном поколении змей на Арарате и о светоносном камне. — О ядовитых змеях на Арарате и о факире, заговорившем их. — Образчик колдовства. — Простонародные поверья о чуме, об оборотнях. — О море ртути, о долине бриллиантов. — Рассказы о цене Соломонова храма, о Соломоновом перстне, о слуге, служанке и саде Соломона. — О рождении Александра Великого (Искандера). О пещере сокровищ близ Эривани.— Сказки: — О шахе Измаиле и изобретении риса — Про благодарного волшебника. — О султане, сделавшемся счастливым на старости лет.— Первое Китайское иносказание о награде за гостеприимство. — Другое Китайское иносказание о награде за гостеприимство.

Повествование о дивном поколении змей на Арарате и о светоносном камне 1.

Между змеями горы Арарат, есть порода , которая находится под владычеством избранной ими царицы. Часто появляются значительные полчища змей другой породы, с [57] намерением овладеть царством, но оне всегда претерпевают поражение, пока змеи Арарата несут на себе свою властительницу, которая одним страшным глазом своим низвергает чужих змей и приводит их в бездействие, так, что оне, не в силах защищаться, околевают. Царица держит во рту волшебный камень. В известные ночи она высоко бросает его на воздух, где он сияет тогда как солнце. Вечное благоденствие тому человеку, который схватит его налету.

Повествование о ядовитых змеях на Арарате и о факире, заговорившем их 2.

Некогда на Арарате все змеи, без исключения, были ядовиты, ныне же только те ядовиты, которые находятся по сю [58] сторону (на севере Арарата); по ту же сторону (на юге) оне, напротив, не имеют этого свойства, при всем том что были прежде гораздо ядовитее. Однажды паша задумал построить на этом месте новый город (Баязид) и обратился с советом к мудрецам: какими средствами истребить этих чудовищ. Ему дали совет отнестись о том к факиру, слывшему человеком весьма сведущим в деле чародейства. Этот последний явился, по приглашению паши, и заговорил змей. В то же мгновение исчезли все змеи, а если впоследствии и показывались, то были безвредны. Когда факир стал возвращаться домой, то, при прощании с пашою, сказал следующие слова:

«До тех пор продлится сила заговора и удержится ядовитость змей, пока не распадутся мои зубы». В последовавшую ночь мучительная мысль стала тревожить пашу; он немедленно отправил погоню за факиром, с приказанием, во что бы ни стало, нагнать его и отрубить ему голову, которую вслед за тем приказал, вместе с зубами, отделать в золото, дабы тем предохранить их от гниения. Это место в Турецкой Армении, где пала голова несчастного факира, образует собою холм, который в память этого злодеяния, до сих пор называется Хаджи-Ядук.

Образчик колдовства.

Говоря о колдовстве, я кстати приведу здесь предание, рассказанное мне Петром Неем. У Елисаветопольского хана был драгоценный перстень с талисманом. Сей последний нечаянно выронил он из перстня, и как ни старался хан отыскать [59] его, не успел. Призвали Татарку, слывшую колдуньей. Она посадила невинную девушку посреди комнаты, поставила перед нею сосуд с водою, прикрыла ее и сосуд белым покрывалом и велела ей пристально смотреть на воду; сама же стала позади девушки и, из принесенной с собою книги, стала нашептывать волшебные приговоры. Несколько времени спустя, она спросила девушку: «Что ты видишь?» — «Я вижу всадников в длинной красной одежде». — «Пусть едут далее». Опять что-то прошептала она и спросила: «Что теперь видишь?» — «Вижу женщин верхами в зеленых платьях».— «Пусть едут далее». Опять молчание и тот же вопрос. — «Вижу проходящих отроков в синей одежде».— «Пусть идут далее». Она с жаром прошептала еще формулы: «Что теперь видишь?» — «Я вижу девушек в длинных белых платьях».— «Спроси их, где потерянный камень».— «Оне говорят, что в саду хана». Колдунья пошла в сад и разделила его на семь частей, присела и потом опять стала нашептывать; потом встала, выбрала одну из семи частей, разделила ее на три части и так далее, пока осталось только одно дерево; и его разделила она на три части, осталась ветвь и после последнего дележа — листок, под которым нашелся утраченный талисман.

Простонародные поверья о чуме.

Вот что рассказал мне Арутиан: «Чума — наказание за тяжкие грехи народа. Она приходит через семь лет, и перед нею едут два всадника, Цесманацог (знаменователи чумы). Один из них в красной одежде, с красною палкою в руке, другой в черной одежде с черною палкою. Когда они въезжают в город или деревню, то первого встречного заставляют идти с ними и указывать им домы; первый [60] встречный один их видит, для других они невидимы. Они входят в домы и палками обозначают людей и животных, исписывая тело их неведомыми знаками. Когда пишет черный, обозначаемый им обречен на смерть; когда пишет красный — он спасен. «Бабушка моя, женщина правдивая, рассказывала мне, что однажды короткий приятель ее дома вошел в комнату и, никому не поклонившись, печально и молча уселся в углу и не отвечал ни на какие вопросы. Перед ним расставили кушанья, которые исчезали, между тем как он и не дотрагивался до них. Вдруг он встал и, ни слова не говоря, вышел. Когда, впоследствии, расспрашивали его об этом странном поведении, он отвечал: «Вы миновали страшную опасность; Цасманацоги заставили меня вести их к вам в дом. Заметив же благочестивый быт и радушие вашего семейства, они сказали: «такому гостеприимному дому мы не повредим». Никто из них не прикасался палкою до живого существа; в знак дружеского расположения, они поели ваши кушанья и, без нанесения зла, вышли из деревни 3. [61]

Обороти.

Некоторые женщины, вследствие тяжких грехов, наказываются тем, что в продолжение семи лет превращаются в волков. К такой женщине ночью является дух с волчьей шкурой и приказывает надеть ее. После чего, в ней рождаются все волчьи прихоти. Сначала человеческая природа еще борется с ними, но скоро оне одолевают, и тогда несчастная сначала пожирает собственных детей, потом детей родных, поблизости степени, и, наконец, чужих. При приближении чудовища, двери и замки сами отворяются; оно свирепствует только ночью, а на рассвете опять превращается в женщину, которая тщательно прячет снятую с себя шкуру. Однажды, кто-то увидел бежавшего с ребенком волка и стал преследовать его, но не мог догнать, и на другое лишь утро, нашел кровавые следы руки и ноги ребенка, вблизи пещеры, в которой нашел волчью шкуру. Он тут же развел огонь и бросил в него эту шкуру, — вдруг с криком и воплем явилась женщина, бросилась спасать из огня горевшую уже ночную одежду свою; но человек не допустил ее, и когда шкура превратилась в пепел, то в дыме исчезла и женщина.

О море ртути.

Далеко в Анатолийских горах, посреди скал, лежит Море ртути. Ценность его неисчислима, но никто без [62] величайшей опасности не может почерпнуть в нем живой серебряной влаги, потому что при приближении человека из моря подымается огромная волна, которая притягивает его к себе, как магнит, и поглощает. Невзирая на то, один сведущий в магии Армянин достал себе значительное количество этого драгоценного металла. Он катил перед собою огромный кусок свинца, что успокоило ртуть и отняло у нее силу притяжения. Тогда он вырыл глубокую яму, обложил дно ее собачьими шкурами, от ямы до свинца вырыл канавку, просверлил в свинце трубу и, таким образом, провел ртуть в собачьи меха.

О долине брильянтов.

Все настоящие, лучшие брильянты находятся в Индостане, на открытой земле, в пространной долине, окруженной со всех сторон скалами. Когда проникают туда солнечные лучи, долина блестит как огненное море. Люди видят это с отдаленных холмов, но не могут проникнуть в долину, потому что к ней нет входа, а спускаться с скал невозможно по чрезмерности постоянных там жаров. Приезжающие издали купцы разрубают быка и куски мяса его спускают на длинных шестах в долину брильянтов: тогда хищные птицы спускаются, выносят оттуда куски, а купцы наблюдают за ними, и на месте, где птица пожирала свою добычу, они часто находят самые драгоценные камни.

Рассказы о цене Соломонова храма.

Когда царь Соломон кончил постройку храма, со всех концов света собрались художники и мастера, чтоб видеть и оценить достоинство великолепнейшего здания. Явился между [63] ними и Соломон, и сказал: никто из смертных не может оценить достоинство храма, об этом знают лишь дождевые капли мая месяца». И он хорошо знал, что говорил. В мае месяце раковина со дна моря поднимается на поверхность его и открывается к небу; если же в нее впадает капля дождя, то от этого происходит жемчуг 4.

Чтобы достать жемчуг, водолаз спускается в глубину моря, окутав голову кожей, в которой находился младенец во чреве матеря; с ним склянка с маслом. Когда он наберет передник свой раковинами, то пускает склянку на поверхность воды и тем дает знать, чтоб его вытащили.

О Соломоновом перстне.

У царя Соломона была жена, которую он нежно любил. Она ночью часто чувствовала, что к ней приближается и пугает какое-то странное существо, но она не может его видеть. Жена жаловалась Соломону и он велел ей употреблять хитрость и лесть, чтоб узнать кто это страшилище и откуда оно. Это ей удалось. Посетитель сознался, что он колдун (довлер) и живет в маленьком камне, в груде мусора около дома. На другое утро она велела раскопать мусор; нашла камень в отдала его Соломону, который велел оправить камень в перстень и надел его на указательный палец. С помощью этого перстня он заключил всех колдунов в две железные бочки, запечатал их и бросил в море. Впоследствии случилось, что рыболовы раскинули на этом месте свои сети; и когда с необыкновенным трудом вытащили их, [64]

то нашли железную бочку. Лелея себя надеждою, что им достался клад, они сняли печать и вскрыли бочку: из нее вышел густой дым и ничего более не оказалось. В бочке этой заключены были «довлеры» женского пола. С этих пор мужчины, под влиянием их, мучатся и томятся от страшных сновидений, которых женщины не знают.

Довлеры собственно не духи, а физические существа с эфирным телом, имеющие человеческие качества и страсти. Они живут в заточении в горах 5.

О слуге, служанке и саде Соломона 6.

У Персидского царя была дочь, за которую сватались со всех сторон, но она за того только хотела выйти замуж, кто разрешит ей предлагаемую ею задачу. Кто не находил решения в течение трех дней, тот лишался жизни и их было так много, что она собрала себе башню из их черепов и костей (Келлеминар), и поставила подле нее мачту.

В числе прочих явился и один бедный юноша. Он взлез на мачту, на которую должны были взбираться все искатели ее руки, дабы царская дочь могла видеть его с высоты черепной башни. Она велела ему подойти и предложила следующую загадку: Senoba Gula neinde wa Gul Senobere neinadi? т. e. Что Зеноба сделала Гюлю, a Гюль сделал Зенобе? [65] Молодой человек отправился к старухе, приятельнице своей, и просил ее совета. Она сказала ему: «Ты погиб, если не пойдешь в горы к дивам и не упросишь их о разрешении загадки. Он отправился и встретил сначала старшого брата дивов, который бросился, чтоб проглотить его; но он кинул ему очень любимый ими кусок мастики: див даровал ему жизнь, но не мог разрешить загадки. Co вторым братом было то же самое; но когда он посредством мастики расположил к себе и сестру дивов, она сказала ему: «Ступай по безопасной дороге, с которой направо ведет путь в сад Соломона; там ты найдешь разрешение загадки». Он нашел дорогу в сад Соломона и спрятался во дворце; там увидел он человека, красивого как месяц, который вошел в сопровождении собачки в залу и направил шаги к клетке, в которой заперта была очаровательной наружности женщина. Тут он поел, накормил свою собаку, а что осталось — отдал женщине. Тогда юноша вошел в залу, его просили быть гостем, но он отказался, сказав: «Как могу я быть твоим гостем, когда ты так противоестественно обращаешься с животным и женщиною?» — Если я расскажу тебе причину (отвечал мужчина), то ты должен умереть, как и прочие до тебя бывшие в твоем положении, ибо тайна эта не должна быть обнаружена.» — «Я слуга Соломона,—зовут меня Гиль; а это его служанка Зеноба. У меня есть два славные коня: конь вихря и конь облаков, оставленные мне Соломоном». Услышав эти имена, юноша рассудил, что перед ним решение загадки: там должен я умереть, если не разрешу задачу; здесь должен умереть, если задача будет разрешена; из двух бед выберу последнюю: может быть, еще будет спасение. Он упросил Гиля разрешить ему загадку и тот начал: «Я страстно любил эту женщину, которую ты видишь в клетке, так же, как и она меня [66] любила. Вдруг она охладела ко мне; я стал подозревать ее и притворился спящим; сквозь полузакрытые глаза увидел я, что жена моя осторожно встала, оделась и отправилась в конюшню. Я пошел за нею; она оседлала коня вихря и ускакала на нем. Я преследовал ее на коне облаков. Он не быстр, но всегда идет по следам коня вихря. Мы добрались до высоких скал; в них была пещера, через которую мы вошли в роскошные залы 7; там я спрятался за огромным кувшином и видел, как жена моя с особою тщательностью и покорностью ухаживала за 24-мя отвратительными чудовищами. Главный из них был отвратительнее прочих и обходился с нею очень строго. Она принуждена была плясать перед ним, и при малейшей ошибке он бил ее, а она рассыпалась перед ним в ласках. В ярости, я влил усыпительный яд в вино: от него скоро уснули все, за исключением начальника, могущественного колдуна. Жена моя продолжала плясать перед ним и поскользнулась, за что он ударил ее, а она его поцеловала. Я стремглав бросился на него, но он был необыкновенно силен, и я бы непременно погиб, если б собака моя не бросилась на него сзади, чем дала мне время вонзить в него кинжал; но при помощи колдовства, чудовище бросилось в темный коридор и спаслось. Этот колдун жив и поныне; силою колдовства он заставил царскую дочь влюбиться в себя и имеет от нее двух детей: Он с детьми своими живет в погребе, под комнатами царской дочери, откуда сделана к нему [67] опускная дверь. Вот причина, почему она не хочет выйти замуж и предлагает ищущим ее руку неразрешимые загадки. Я жену взял домой и обращаюсь с нею, как ты видел, по всей справедливости. Вот разрешение загадки; теперь приготовься к смерти». Юноша просил его дать ему для этого время и воспользовался им, чтоб скрыться в гнилом дереве. Гиль искал его сначала на коне вихре, потом на коне облаков, но напрасно: юноша благополучно выбрался из сада и вовремя, до окончания третьего дня, явился перед царскою дочерью. Он просил ее не требовать от него разрешения загадки, что очень оскорбит ее родителя. Но она вскричала: «Реши загадку или умри!» Он вторично просил ее не настаивать, но она обнажила меч, и царь, удерживая ее, приказал ему разрешить загадку. Тогда юноша потребовал, чтоб царевна удалилась, раскрыл опускную дверь и лестницу и просил царя спуститься с значительным отрядом в погреб, для поимки чудовища. Колдун успел спастись, но детей вывели на свет. Они до того были отвратительны, что сам царь ужаснулся. Тогда привели дочь его и она, видя, что вся тайна ее обнаружилась, просила пощадить ее жизнь и согласилась на брак, но Царь велел умертвить ее и детей и усыновил юношу.

О рождении Александра Великого 8, Искандера

Александр Великий был сын не царя Филиппа, а могущественного колдуна. Александр Великий в один из [60] походов своих пришел к Арарату, и услышав о жившем там старике, прославившем себя непостижимыми делами и знанием будущности, отправился к нему. «Ты ли тот мудрец, про которого так много говорят все? Я про тебя слышал много чудес. Скажи мне, какою смертью умрешь ты?» — «От руки моего сына!» Александр с гневом отвечал: « Все ты врешь!» и заколол его; но тот с последним вздохом произнес: «Ты, действительно, сын мой! и рассказал ему тайну его рождения.

О пещере сокровищ, близь Эривани.

Когда я отправился из Эривани, Абовиан сопровождал меня до первой станции Абранку-Пос (слово в слово: «яма сокровищ») и рассказал мне, что, по преданию, в соседней горе находится тайная пещера, вход в которую никому неизвестен; он открывается только в определенные часы года. Однажды мимо горы проехал крестьянин на осле и заметил отверстие в горе, ведущее в пещеру. Он вошел в нее и нашел несметное множество золота и драгоценных каменьев, и наполнил ими мешок, который и навьючил на осла; но вдруг, схватившись своей палки, забытой в пещере, воротился за нею. Время открытия двери прошло, пещера затворилась и его никто уже более не видел. Осел возвратился один с ношей своей домой и семья стала жить зажиточно 9. [69]

Сказка о шахе Измаиле и о изобретении риса.

Шах Измаил завоевал весь мир и тогда принялся за осаду океана. Войско его было так многочисленно, что он мог приказать, чтоб каждый ежедневно черпал по одному ведру воды из моря и выливал его за горами. Mope видимо стало убывать и моряки отправились к царю с жалобою на свою опасность. Царь сказал им: «Доставьте мне сведение о том, торопится ли неприятель, или нет. Если он торопится, то пусть его есть грязь; если же терпелив, то вам придется платить ему дань.» Они известили его, что каждый солдат уносил ежедневно по одному ведру воды. В таком [70] случае мы должны уступить. Он отправил посланника к шаху Измаилу, но тот не понял его языка, велел взят гонца и посадить в колодезь, опустив туда и женщину. С нею посланный прижил сына, который через семь лет мог служить переводчиком.

Тогда посланник мог явиться перед шахом Измаилом и спросить его чрез переводчика, чего царь земли требует от царя моря? Измаял отвечал: «100 галваров 10 пищи, употребляемой царем».

Посланник донес о том своему повелителю, но царь моря отвечал: «Это невозможно; я дам ему все сокровища моря, но 100 галваров пищи не имею».

Тогда шах Измаил потребовал 50 галваров, но и их не было у царя моря, который предложил своих жен и дочерей. Наконец шах Измаил довольствовался 25 галварами, и это был рис (шельтин), произрастающий только в воде и еще доселе не бывший на суше. От исчерпывания океана воинами шаха Измаила образовалось множество озер среди земли 11.

Сказка о неблагодарности людей 12.

Крестьянин, распахивая землю, нашел оцепеневшую от мороза змею, поднял ее в отогрел у себя за пазухой. Возвратившись к жизни, она хотела ужалить его.

— Как, я спас тебе жизнь, а ты хочешь меня ужалить! воскликнул крестьянин. [71]

— Такова природа моя: уязвлять людей, потому что они самые неблагодарные из созданий.

— Неправда. Выслушаем сперва суждение третейского суда.

Змея согласилась и прежде всего обратилась к умной старой лошади. Она сказала: «Да, человек неблагодарное создание. Я служила ему верно в продолжение многих лет; спасла ему жизнь во время сражения — и чем же кончилось? он велел меня заколоть и продать шкуру мою живодерам.» Старый бык дал подобное же решение. Наконец пришла очередь лисицы, которая нашептала человеку в ухо: «Дай мне лучшую из твоих кур и я выведу тебя из затруднения». Человек согласился, и лисица, рассевшись на судейском кресле, стала расспрашивать об обстоятельствах дела. «Покажите мне яму, где лежала змея: мне кажется невозможным, чтоб она могла в ней уместиться. Полезай-ка туда!» Только что змея влезла в яму, лисица и крестьянин засыпали ее, и последний находился вне опасности. На другой день лисица стала требовать договоренную курицу, но крестьянин отдыхал, а работники приколотили лисицу и переломили ей ногу. Тогда лисица согласилась с решением третейских судей, что человек есть самое неблагодарное создание.

Сказка о признательном волшебнике.

Какой-то зажиточный человек проезжал через лес и застал там людей, которые, повесив мертвеца на дереве, немилосердно били его. На вопрос о причине такого поступка, они отвечали, что умерший остался у них в долгу. Проезжий заплатил долг и предал тело земле. Прошло несколько лет и он впал в бедность. В одном же городе, где он [72] жил, был богатый человек, имевший единственную дочь. Он желал выдать ее замуж; но уже пять мужей умерли в первую ночь после свадьбы, так что уже никто не смел за нее свататься. Отец обратил внимание на обедневшего человека и предложил ему свою дочь. Тот усомнился и просил дать ему время обдуматься. На другой день богач пришел к бедняку и предложил ему взять его к себе в услужение. «Как могу я взять тебя в слуги! я так беден, что сам себя прокормить не могу».— «Я не требую от тебя ни платы, ни содержания, а только половину будущего твоего имущества». Они согласились и слуга советовал ему жениться. В ночь после свадьбы слуга с обнаженным мечом встал в свадебной комнате.

«Что тебе надо?» — «По условию нашему половина всего имущества твоего принадлежит мне; жены твоей мне пока не надо, но я хочу оставаться здесь». Когда новобрачные заснули, из рта молодой жены выползла змея и хотела ужалить молодого супруга, но слуга отрубил ей голову и вытащил ее из комнаты. Несколько времени спустя, он потребовал раздела имущества, что и исполнилось, а потом стал требовать половину жены. «Ее следует повесить за ноги и я разрублю ее пополам». Тогда из рта ее вылезла вторая змея. Слуга сказал: «Это последняя; теперь ты безопасно и счастливо можешь жить с твоей женой. Я ничего от тебя не требую; я тот волшебник, труп которого ты спас от позорных побоев и предал земле». С этими словами он исчез.

Сказка о Султане, сделавшемся счастливым на старости лет.

Некогда добрый, благомыслящий Султан правил своим государством; к нему однажды явился гений. «Я прислан [73] спросить тебя, хочешь ли ты быть счастливым в молодости, или на старости лет — можешь выбирать». Султан предпочел последнее. Несчастие вдруг ринулось на него со всех сторон. Он лишился государства и сделался бедным гражданином; богатый купец увез жену его. Преследуя похитителя с своими двумя сыновьями, он дошел до реки. Тут он стал переносить одного сына через реку; в это время волк схватил оставшегося на берегу; а когда он поспешил к нему на помощь, вода унесла другого. Обоих их должен он был считать погибшими. Оставшись таким образом в бедности, без жены и детей, он долго скитался по разным странам и, наконец, пришел в государство, где недавно умер халиф, не оставивший по себе наследников. Старейшины и народ решились выбрать своим повелителем того, на голову которого спустится белый орел. Народ собрался на большой площади и тогда белый орел троекратно спустился на голову чужестранного нищего, лишившегося царского престола. Теперь счастие стало благоприятствовать ему: он сделался самым могущественным халифом. Богатый купец пришел к нему и просил о страже для жены своей, запертой в клетке. Два драбанта получили повеление стеречь ее. Ночью они рассказывали друг другу свои приключения и удостоверились, что они братья. Между тем женщина стала стучаться в дверь клетки, умоляла отворить ей, прибавив, что она слышала разговор между ними и узнала из него, что она их мать. Они выпустили мать, побеседовали о случившемся и заснули. В таком виде застал их купец, побежал к халифу и просил мести. Но все объяснилось. Халиф узнал жену и детей, а купца казнили. [74]

Первое китайское иносказание о награде за гостеприимство 13.

Во время одного из странствований своих, Фоги пришел в деревню, постучался у дверей женщины и просил ее принять его и дать ночлег. «Стану я пускать к себе всех бродяг! это неприлично для честной женщины. Ступай дальше!» Он постучался у бедной хижины, в которую радушно просили его войти, принесли все, что могли: козье молоко, хлеб и хозяйка сказала: «да благословит нас судьба, чтоб нам обоим было довольно!» Потом приготовила на соломе для странника постель, и когда он заснул, заметив, что у него не было рубахи в ту же минуту принялась за дело, просидела всю ночь и сшила ему из холста, трудом добытого, рубаху и утром подала ему с просьбою, чтоб он не отвергнул скудного ее подарка. После завтрака проводила его на некоторое расстояние и, при прощании Фоги сказал ей: «Да продлится первая работа твоя до вечера». Возвратившись домой, она хотела посмотреть, сколько у нее осталось холста. Стала мерить, мерила, мерила, а холсту не было конца. К вечеру дом и двор были полны холстом и она не знала куда деваться с своим богатством. Увидев это, богатой соседке стало завидно ее счастие, и она подумала, что вперед будет умней. Несколько месяцев спустя, она заметила, что тот же самый человек прошел по деревне. Она отправилась к нему на встречу и просила к себе, угостила его лучшим образом и утром принесла ему [75] тонкую рубашку, уже давно ею заказанную. Целую ночь в спальне ее горела свеча, чтоб странник подумал, что она занималась шитьем рубахи. Утром, после завтрака, она точно так же проводила его и он так же сказал ей: «да продлится первая работа твоя до вечера». Возвращаясь домой, она все думала о холсте и об умножении его. Вдруг услышала мычание коров. «Прежде чем примусь вымеривать холст, придется мне напоить коров». Стала вливать воду в корыто, но ведро не опорожнялось и вода все текла да текла, так что потопила дом и двор; все испортилось, скот потонул и сама она едва могла спастись, ибо вода убыла лишь к вечеру.

Другое Китайское иносказание о награде за гостеприимство.

Другой раз Фоги прошел через деревню опять под видом бедного путешественника. Богатый купец смотрел в окно и на просьбу накормить, пустил на него собак. Напротив стояла хижина бедных людей, мужа и жены. Фоги вошел к ним и был принят ими со всевозможным радушием. Они были очень бедны, однако выпросили у знакомых чем накормить гостя; и когда, после обеда он отправился дальше, они проводили его до конца деревни. При прощании Фоги открылся им и предоставил на выбор три желания. Они пожелали прежде всего вечное благополучие; во-вторых, не нуждаться в испрашивании милостыни, когда к ним придут гости, а в-третьих — не знали, что и желать. Тогда Фоги сказал им, что не худо было бы вместо убогой хижины иметь хороший дом. «Твоя воля, господин, ты лучше нас знаешь, что послужит в нашу пользу». Возвращаясь домой, они тщетно искали свою хижину: место ее занимал [76] красивый дворец. Долго не осмеливались они войти и, наконец, нашли в нем наполненные богатством лари и шкафы. Богатый скупец, проснувшись после обеда и увидев дворец, протирал себе глаза, но напрасно: дворец не исчезал. Он позвал жену : «Я вижу сон; дай мне добрую пощечину, чтоб я проснулся — все тщетно. Он выбежал на улицу; дом его, в сравнении с дворцом, показался ему хижиною. Он отправился к соседям, застал их среди богатства и роскоши; счастливцы рассказали ему свою странную историю. He дослушав до конца, он бросился на лошадь и пустился вдогонку за путешественником. Нагнав, он умолял его о прощении и просил возвратиться с ним и поселиться у него. Путешественник не хотел возвратиться, но простил его. Тогда скупец умолил волшебника, чтоб и ему он предоставил исполнение трех желаний. «Не желай ничего: ты пожелаешь себе только вред». Но он до тех пор не отставал от Фоги, пока наконец, убедил его и отправляясь домой, мечтал о том, что бы ему пожелать. Вдруг лошадь его понесла и он не мог удержать ее. Объятый страхом, он закричал: «Желаю, чтоб ты сию минуту сломала себе шею». Лошадь в то же мгновение повалилась. Первое желание его было исполнено. Крайне досадуя, понес он снятое с лошади седло. Было очень жарко; он подумал о жене, с которою всегда обходился как с животным и невольно пробормотал: «Я бы желал, чтоб это проклятое седло было на спине жены моей.» Вдруг седло исчезло и тогда он с ужасом вспомнил, что этим исполнилось второе желание его. Он поспешил домой, где с криком встретила его жена, у которой седло крепко сидело на спине. Он просил жену успокоиться и предложил посадить ее в клетку, чтобы показывать за деньги, но она не унималась, неистово плакала, кричала, ругалась и, наконец, у него вырвалось слово: «Да что же мне делать; [77] я бы и сам желал, чтобы седло висело на старом месте в конюшне. Седло в ту же минуту исчезло со спины жены и очутилось на старом месте. Все три желания были исполнены 14.


Комментарии

1. Как у Германских, так и у Славянских народов есть предание о царице змей. Бюшинг в своих еженедельных известиях рассказывает, мною также слышанные в месте предания, будто бы в лесу, над рекою Шпрее, близь Любенау, в Лузации, было прежде пребывание белов змеи, носившей корону из слоновой кости. Сначала обыватель Любенау, спрятавшийся в кустарнике, заметил как тянулась громада змей, имевшая в средине белую царицу, которая, сняв корову и положив ее на принадлежавшее ей красное сукно, обратилась со свитою к соседнему кургану, чтоб погулять на солнце. Между тем, спрятавшийся в кусты человек подкрался к сукну, схватил коронку и поспешно удалился в город; но скоро он услышал шипение преследовавших его змей. К счастию, он уже успел достигнуть городских ворот и тем спасся. С тех пор этот человек стал счастлив во всех своих предприятиях. По смерти его змеиная корона пропала. Она поступила в иные руки и была, наконец, во владении богатого и странного человека в Гильденсгейме, который употребил все свое достояние на благотворительные учреждения. При продаже имущества его с аукциона, корона куплена была Евреем, от которого я приобрел ее. Она хранится в небольшом золотом, античном ящике, на котором вырезаны слова: «Corona serpentis albi» и рисунок, изображающий лежащую в нем коронку.

Сравни Мифологию Якоба Гримма, Фрейданг, издан. Вильгельма Гримма, стр. 306, и Плиний также говорит об этом сказании.

2. Недалеко от древнейшего города Нахичевана, построенного в направлении к Арарату, лежит остроконечная гора Иланли, или Змеиная Гора. Путешественник Тавернье упоминает, что у подножия ее есть ключ, спасающий от ядовитого змеиного уязвления: всякая змея, показывающаяся в пределах этой земли, немедленно околевает.

3. Русские простолюдины, Поляки, Сербы (и, кажется, вообще все Славяне) представляют чуму в виде женщины, названной Сербий-куг. В сочинении моем «О России», час. II, стр. 412, я заметил, что также олицетворяют и холеру. «Видел ли ты холеру?» спросил Малоросс у возвратившегося с Дона земляка. — «Как не видать!» — «На что же она похожа?» — «Это женщина в красных сапогах, которая ходит по воде и беспрестанно вздыхает». Старо-Польское поверье изображает предвестницу чумы на повозке о двух колесах. При проезде через селение она протягивает руку с красным платком в открытые в то время окна или двери, и в этом доме вымирают все жители. При приближении чумы все накрепко запираются, но недостаток в съестных припасах иногда заставляет отворять двери. Один дворянин, невзирая на то, что имел достаточный запас продовольствия, решился пожертвовать собой за все селение. Он открыл окно, и когда предвестница чумы сунула руку с красным платком, он отсек ее саблею, и с тех пор чума не показывалась в окрестностях.

4. Поныне между искателями жемчуга Персидского и Красного морей, распространено верование, что жемчужные раковины оплодотворяются весенним дождем.

5. Viri pollutionibus debilitantur, mulieres ab hoc malo non exer centur. См. для сравнения сказку Гримма. О духе, запертом в склянке.

6. Я привожу здесь рассказанную мне Петром Неем сказку, хотя незначительную по поэтическому ее содержанию, но замечательную по аналогии ее со сказками других народов, и потому, что в ней встречаются некоторые мифологические черты. Она будто бы Персидского происхождения.

7. Замечательное предание так называемых скалистых городов и высеченных в скале дворцов, из которых я видел один в Упласциге, о чем см. ниже. История о нем не знает, а предания очень скудны. Здесь упоминается оно, как о местопребывании колдунов и чудовищ.

8. Весьма замечательная сказка. Есть также древнее Греческое предание, называющее Александра сыном Зевеса. Каким образом оно очутилось в Армении? Доктор Целер собрал все сказания об Александре. Надеемся, что эта любопытная книга скоро выйдет в свет.

9. Для сравнения, привожу здесь следующее извлечение из географии Риттера, Т. X, стр. 319: Где на скалах находятся гвоздеобразные надписи, народ полагает, что там зарыты сокровища и что надписи эти составляют охраняющие их талисманы. Близь города Вана, в Армении, на юге от Арарата, на скале находится замок Ван-Калези, названный народом Гуаб. Это изумительное здание так прочно устроено, что считалось последним вернейшим убежищем Турецкого паши. Большая часть его высечена из самой скалы. О нем существует множество преданий. Находящаяся там пещера, вероятно, считалась святынею Ассирийцев. В ней находятся прекрасно сохранившиеся гвоздеобразные надписи. Мусульмане, особенно женщины, поныне ходят сюда на богомолье (циарет). Стоящее здесь дерево называется казною; под ним лежит значительное сокровище охраняемое двумя стражами; ночью змея располагается перед талисманом (гвоздеобразная надпись), а утром она скрывается в находящемся с правой стороны отверстии. В полумиле от этого замка лежит скала, покрытая Ассирийскими надписями; здесь полагают вход к подземному городу дивов. Чтоб войти сюда, надобно разобрать надписи; тогда ворота сами собою растворяются. Если в это время внутри запоет заколдованный петух, то время считается благоприятным; в противном случае, вошедший тотчас заблуждается. Недавно один Ванский житель пробрался туда и возвратился. Ворота называют Мха, т. е. солнечные. Совершенно подобны тому народные сказки Германии, собранные Гриммом; то же о заколдованных сокровищах встречаем и в сказках: «Тысяча и одна Ночь» (Персидские сказки).

10. Галвар равняется ста патманам, патман — 12 фунтам, следовательно, 100 галваров составляют 120,000 фунт.

11. Сказка эта происхождения Татарского, но очень распространена в Армении.

12. Срав. басни Эзопа и сказки Гримма.

13. На обратном пути из Эривани в Тифлис, Петр Ней, очаровательная моя Шахеразада, опять рассказывал мне множество сказок, пока я не заснул. Две из них я записал на станции, которые и привожу здесь, как прибавление к народным Армянским повествованиям. Это собственно Китайские сказки, которые Петру Нею рассказывали в Персии.

14. Содержание и развязка двух этих повествований находятся почти у всех народов. Это сходный, живописный взгляд на нравственное правило, общее всем. Изобрел ли народ первоначальный эту сказку, или один народ перенял ее от другого? Неизвестно.

Текст воспроизведен по изданию: Август фон Гакстгаузен. Закавказский край. Заметки о семейной и общественной жизни и отношениях народов, обитающих между Черным и Каспийским морями. Часть 2. СПб. 1857

Еще больше интересных материалов на нашем телеграм-канале ⏳Вперед в прошлое | Документы и факты⏳

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2024  All Rights Reserved.