Благопожелание великому дворцу
(Оото-но хокаи).

По изволению бога и богини,
прародителей могучих владетеля нашего,
на Равнине Высокого Неба божественно пребывающих,
был внук божественный
на высокий престол 1 небесный возведен,
и пожалован знаками небесными 2 - мечом и зерцалом,
и, благопожелания 3 изрекая, так возгласили боги:
"Наше дитя драгоценное, внук божественный,
на этом высоком престоле небесном пребывая,
солнцу небесному наследуя 4,
долгие осени — мириады осеней —
страной восьми островов великих,
обильных равнин тростниковых и тучного колоса
как страной мирной спокойно правь", —
так наставляли его.
И небесным своим промышлением
корни скал, пни деревьев,
и даже трав стебельки, что речи вести умели, —
все их речи умолкнуть заставили 5.
И для обиталища внука божественного,
что с неба спуститься соизволил 6,
дабы, солнцу небесному наследуя,
ведать страной, как Поднебесной,
деревья, что стоят в глубине гор —
в больших долинах, в малых долинах —
топорами, очищение прошедшими,
ныне жрецы Имибэ срубили,
основания их и ветви божествам гор 7 поднесли,
середину сюда доставили;
освященные лопаты взяв,
освященные опоры восставили,
воздвигли внуку божественному
от солнца укрытием, от неба укрытием
обиталище 8 великолепное.
И божество Имасияфунэ-но микото 9
славословиями дивными небесными
превознося, усмирение творя, говорю смиренно.
До предела, где корни скал подземные,
в той земле, где дворец великий распростерт,
для нижних вервий 10
пусть не будет беды от насекомых ползающих.
До предела, куда на Высокого Неба Равнине
голубые облака стелются, [108]
пусть не будет беды от птиц, в небе летающих, кровь роняющих 11,
пусть меж опорами, врытыми, укрепленными, и
балками, стропилами, дверьми, окнами
стыки 12 не движутся, не скрипят.
Пусть узлы завязанные не слабнут,
пусть тростник, на крышу настланный, не лохматится,
дух полов 13 не шумит.
Пусть ночному оку 14 всполохов и страхов не будет, —
от всего того мирно, спокойно оберегающих божеств
священные имена говорю смиренно, —
Яфунэкукути-но микото 15 (это дух деревьев),
Яфунэ тоёукэхимэ-но микото 16 (это дух риса. В народе ее называют Ука-но митама. То же самое и в нынешнее время — возле двери дома для родильниц кладут куски дерева и снопы риса или разбрасывают рис в доме) 17.

Священные имена восславлю,
и век божественного внука,
как крепкую скалу, как вечную скалу оберегом пожалуют,
как цветущему веку, обильному веку, предолгому веку
благоденствие пожалуют.
И вот, взяв пять сотен низок яшмы священной,
в восемь локтей длины ожерелья драгоценные,
что мастера яшмы священной делают,
очищение пройдя, чистое очищение пройдя,
я, жрец такой-то из числа Имибэ,
к ним яркие мягкие ткани 18,
блестящие мягкие ткани приложу,
и к слабым плечам своим толстыми шнурами привяжу,
и если в славословиях и усмирениях творимых
упущения какие случились,
то вы, испрямляющие божества — Камунаоби-но микото,
Оонаоби-но микото 19 -
мирным, спокойным промышлением своим
услышав — исправьте, увидев — исправьте, —
так говорю смиренно.

Отдельными словесами говорю смиренно —
произнесу имя священное богини Оомия-но мэ-но микото 20,
что водворилась в том же дворце внука божественного,
и правит выбором людей тех, кто входит, и тех, кто выходит,
и то, что божества грубого творят,
то она словом выпрямляет и смягчает 21,
и не допустит, чтоб челядь в белых полотнах накинутых,
челядь со шнурами привязанными, [109]
что государю служит за утренней трапезой, за вечерней трапезой,
руками ошиблась 22, ногами ошиблась,
и не допустит, чтоб кровные государевы, все властители и вельможи,
всех ста управ чиновники
по своему бы действовали хотению,
пусть без помыслов дурных, без сердца грязного
они, во дворец приходя — приходят,
во дворце служа — служат,
а оплошность, ошибка приключится, —
она, видя, — выправит, слыша, — выправит,
дабы мирно, спокойно они служили.
Посему священное имя Оомия-но мэ-но микото восславлю, —
так говорю смиренно.


Комментарии

Этот ритуал считался одновременно и периодическим, и ритуалом по случаю. Проводился до и после церемонии Дзингондзики (священной еды) и Ниинамэ (вкушения первого урожая). Кроме того, он иногда исполнялся при посвящении дочери императора в жрицы храмов Исэ или Камо и со временем стал общим ритуалом освящения жилища принцессы. Оото-но хокаи не упомянут ни в «Конинсики», ни в «Дзёгансики», тем не менее считается в научной литературе сравнительно древним.

В описании праздника в «Энгисики» говорится: «Рано утром, после церемонии Дзингондзики, на столы с восемью ножками возлагаются четыре круглых ларя - один с яшмой, один с нарезанной бумазеей, один с рисом и один с бутылями сакэ. Их берут четыре человека из камубэ... Затем каждая из жриц камунаги берет по ларцу. Во внутреннюю залу дворца входят Накато-ми, Имубэ и камунаги, Имубэ развешивают ожерелья из яшмы в четырех углах дворца, камунаги в четырех углах раскладывают рис, куски бумазеи и бутыли с сакэ и выходят... Накатоми переходит к южной стороне, Имубэ идет к юго-востоку и тихим голосом читает норито» [Синтэн, с. 1086]. Затем те же действия с яшмой, бумазеей, рисом и сакэ повторяются в других помещениях императорской обители - в бане, в отхожем месте, у дворцового алтаря (мидзусидокоро), в церемониальном тронном зале, в кухне. По окончании церемонии исполнители идут в Гэсайдэн, место, где их освобождают от состояния освященности, место отмены очищения (гэсай).

Этот ритуал - прерогатива Имубэ, о чем подробнее см. общее описание праздника Микадо-но мацури.

1. Престол. - В тексте слово микура, которое Цугита этимологизирует как ми (священный) + кура (ранг, степень, или хранилище, или седло).

2. Знаки небесные - зеркало (ята-но кагами), меч (куса наги) и ожерелье из яшмы (ята-но магатама). Меч этот добывает Сусаноо, разрубив -средний хвост дракона [НКБТ, 1970, с. 86-89]. В другом эпизоде «Кодзики» меч получает Ямато-такэру-но микото от жрицы Иса, Ямато химэ-но микото. В этом норито упоминаются только две из трех регалий, ожерелье опущено - что и в других текстах случается нередко. Цугита приводит объяснение Мотоори Норинага из «Кодзикидэн», которое сводится к следующему: в «Кодзики» и «Нихонсёки» регалии перечисляются в таком порядке - ожерелье, зеркало, меч, однако ожерелье на первом месте оказалось не ввиду его, значимости, а благодаря тому обстоятельству, что при императоре Судзин зеркала и меч были наново воспроизведены и эти копии-новоделы были помещены во дворец (оригиналы были переданы храму Исэ), в то время как ожерелье оставалось, так сказать, подлинным и изначальным. Во времена, которые в традиции именуются «эпохой богов», по мнению Норинага, на первом месте было зеркало, затем следовал меч, чему есть свидетельства в разных текстах. В более поздние времена ситуация снова переменилась и в церемонии передачи императорских регалий назывались лишь меч и ожерелье, зеркало же находилось на постоянном хранении в одном из помещений дворца, называемом найсидокоро, или касикодокоро, и в ритуале возведения на трон следующего императора непосредственно не использовалось [Цугита, с. 219]. См. также комм. к норито в праздник Тосигои-но мацури.

3. Благопожелания - котохоки. В этом месте в тексте следует приписка мелкими знаками, поясняющая этот отрывок: «то, что на старом языке котохоки, то на нынешнем то же, что слово сакахокаи». Такэда полагает, что эта приписка сделана священнослужителями рода Имибэ, передающими наследникам традицию чтения норито. Различие между этими словами, старым и новым, еще раз демонстрирует хронологическую неоднородность текста и значительный временной разрыв между разными слоями: в название норито вынесено «новое» слово хокаи, а не его архаический синоним, употребленный в тексте.

4....солнцу небесному наследуя... - Такэда, по-видимому, отказывается комментировать это место, ограничиваясь лишь общим соображением - «речь идет о наследовании власти. Гонорифическое обозначение наследования» [НКБТ, 1970. г 416]. Цугита сначала приводит традиционную точку зрения: ама-но хицуги - «наследование солнцу (хи) небесному», т.е. передача власти от Аматэрасу поколению земных императоров; затем, в противовес традиции, обосновывает современную ему концепцию, опирающуюся на этнографические данные, и рассматривает хицуги как передачу священного огня, имея в виду церемонию, составляющую часть ритуала почитания предков в императорском дворце. Среди клана управителей страны Идзумо при передаче прав на управительство от отца к сыну также обычно проводилась церемония передачи (наследования) огня. Когда умирает отец, то сын его, пока еще не прошло суток - дня и ночи, должен добыть огонь трением с помощью палочки и камня очага, по преданию, оставшихся в роду от бога-предка Амэ-но хохи-но микото, затем на воде из небесного колодца (амэ-но манаи) приготовить еду и вкусить ее, согласно ритуалу вкушения первого урожая (см. Оониэ-но мацури). Это главная церемония в ритуале наследования (ёцуги). Добывание «божественного огня» этим способом до нового времени сохранялось в храмовом комплексе Исэ и храме Ияхико в Этиго [Цугита, с. 219- 220]. Однако эта содержательная интерпретация не учитывает разницы в звучании слов fi (i с двумя точками - OCR) «огонь» и fi «солнце» (ставших омонимами гораздо позже), поэтому более корректным будет перевод «наследование солнцу».

5. Все их речи умолкнуть заставили - имеется в виду, что, когда скалы и деревья говорили, мир пребывал в состоянии хаоса. Это состояние описывается, например, в мифе о сокрытии Аматэрасу в небесной пещере: «Все в Равнине Высокого Неба погрузилось во мрак, особенная тьма была в Срединной стране камышовых равнин. Пришла непрестанная ночь. Тогда все переполнили голоса восьми сотен множеств богов, что шумели как мухи в месяц посева. Начались во множестве бедствия» [НКБТ, 1970, с. 81]. Сходные признаки описаны в мифологическом сюжете о возвращении Идзанаки из страны мрака Ёми, рождении им божества солнца (Аматэрасу), луны (Цукуёми) и хтонического божества Сусаноо, которому поручается управлять морем («Кодзики») или подземной страной корней (некоторые версии «Нихонсёки»). Отказываясь от этого назначения, Сусаноо плачет и стонет, и от его плача «голубые горы, плача, пересохли, подобно высохшим горам, реки и море совсем высохли. И тогда голоса дурных божеств переполнили все как мухи в месяц посева» [НКБТ, 1970, с. 73]. Видимо, таково же было и состояние «Срединной страны тростниковых равнин» до того, как был произведен акт усмирения ее земных богов (куницу ками).

6. ...с неба спуститься соизволил... - Цугита полагает, что здесь подразумевается мифический властитель Ниниги-но микото, а нижеследующий фрагмент - «дабы, солнцу небесному наследуя, ведать страной, как Поднебесной» относится к императору, при правлении которого произносится текст [Цугита, с. 223].

7. Божества гор. - Эта группа божеств весьма разнообразна по функциям: охота, земледелие, лес и т.д., в тексте нет оснований для уточнения, какие именно божества имеются в виду, Цугита полагает все же, что подразумеваются прежде всего божества горных подъемов из норито в праздник тосигои.

8. Обиталище - миарака, в тексте приписка мелкими знаками: «на старом языке это читается арака».

9. Имасияфунэ-но микото - дух-охранитель жилища, дух здания. Возможно, что существует связь между Имасияфунэ-но микото и Яфунэ-но ками, богом жилища [СД, т. III, 1941, с. 372].

10. Нижние вервии - цунанэ, приписка в тексте: «на старом языке разновидность цугаинава (связанных вместе веревок. - Л. Е.) называли цунанэ». По-видимому, имеются в виду веревки, привязывающие поперечные доски к опорам. Беда от насекомых ползающих - вероятно, имеются в виду насекомые типа древоточцев. См. также комм. 5 к норито в праздник Минадзуки-но цугомори-но оохараэ.

11. Птицы, в небе летающие, кровь роняющие. - Это не очень ясное место толкуется по-разному. Например, кровь сочится из мелкой живности, которой питаются птицы, и считается скверной, если останки этой живности падают на человека [НКБТ, 1970, с. 418]. Цугита приводит несколько объяснений: одно из них принадлежит Камо Мабути - что птицы, о которых идет речь, заимствованы из китайской мифологии, другое - Мотоори Норинага, считавшему, что заклинание обращено ко всем птицам, которые могут загрязнить очаг через отверстие дымохода (при этом иероглифический бином тидари прочитывается как тодари); еще одна, сходная гипотеза заключается в том, что тидари это тигидари - т.е. свисающий карниз, в котором делается отверстие для дыма, другая версия, что тидари - вариант мититари, т.е. «множество путей», по которым птицы летают в небе, и др. Сам Цугита присоединяется к точке зрения Норинага, добавляя к его аргументам еще и то обстоятельство, что синтаксический параллелизм («нижние вервии» в предыдущем периоде) требует далее верхних архитектурных элементов строения [Цугита, с. 229]. Я следую пониманию Такэда, которое основывается на иероглифической записи текста, хотя, видимо, его тоже нельзя считать полностью достоверным.

12. Стыки - кикаи, в тексте приписка мелкими знаками: «на старом языке говорилось кикаи».

13. Дух полов - миюка цуи (цухи), оборот, несколько загадочный. Такэда [НКБТ, 1970, с. 418] понимает его, как дух пола (цу - суффикс, хи - дух), по Цугита, это цухи (цухи-ни) - «совсем», «до конца» [Цугита, с. 230].

14. Ночное око - ёмэ. Правда, Мабути, а вслед за ним Бок считают, что ёмэ - это «ночной страж», или «ночная служительница», дежурящие ночью подле спящей семьи императора. Я следую версии Такэда [НКБТ, 1970, с. 419].

16. Яфунэкукути-но микото - божество, упоминаемое в «Кодзики» как Куку-но-ти-но ками, бог деревьев, рожденный от пары первопредков Идзанаки и Идзанами. О связи этого божества с деревом говорят и приписки к тексту. По-видимому, здесь имеется в виду дерево как строительный материал для жилища.

16. Яфунэ тоёукэхимэ-но микото - божество, согласно «Кодзики», рожденное от Вакумусуби, одного из божеств группы мусуби, связанной с концепцией рождения и плодородия. По-видимому, божество еды - в «Нихонсёки» встречается божество еды Укэмоти-но ками (см. также прим. 3 к норито Хиросэ-но ооими-но мацури). Данная богиня почитается в одном из внешних храмов Исэ. То обстоятельство, что богиня еды почитается вместе с Яфунэкукути-но-микото как дух дворца, имеет в традиции несколько объяснений, в частности, что будучи богиней разнообразных съедобных растений, она ведает и соломой (их высушенными стеблями), которая использовалась при возведении построек. Примечательно также, что в тексте сделана приписка, поясняющая связь этого божества с устройством домов для рожениц, так что, вероятно, ей приписывалась способность отпугивать злых духов от дома.

17. Эта помета в тексте описывает ритуалы против злых духов, сохранившиеся до нового времени, - стружки дерева помещаются перед входом в жилище на Новый год, на ворота вешаются пучки риса. Разбрасывание зерен риса (утимаки - «сеяние в доме») - было вплоть до позднего средневековья распространенным способом оберега от злых духов.

18. ...мягкие ткани... - Здесь помета в тексте: «на старом языке это говорится никитэ».

19. Камунаоби-но микото, Оонаоби-но микото - два божества, рожденные во время очищения Идзанаки после его возвращения из страны Ёми. Их назначение, как сказано в «Кодзики», «выпрямлять искривления», причиненные двумя ранее рожденными божествами - Ясомагацуби-но ками («Восьмидесятиричный искривляющий бог») и Оомагацуби-но ками («Великий бог искривляющий») [НКБТ, 1970, с. 71]. Камунаоби-но микото - «Повелитель, божественно выпрямляющий», Оонаоби-но микото - «повелитель великого выпрямления».

20. Оомия-но мэ-но микото - «Дева - повелительница Великого дворца» (см. также комм. к норито в праздник Тосигои-но мацури). В мифологических сводах «Кодзики» и «Нихонсёки» это божество отсутствует; помимо норито встречается в «Когосюи», где в мифе о сокрытии Аматэрасу в Небесной пещере к имени богини Оомия-но мэ-но микото имеется приписка: «Это божество, чудесно рожденное от Футадама-но микото. В нынешнем мире она посредством восхитительных слов из женского дворца смягчает отношения господина и подданных, радует сердце государя» [Синтэн, с. 891].

21 ....смягчает... - Здесь помета в тексте: «на старом языке это читается яваси».

22 ....ошиблась... - Здесь помета в тексте: «на старом языке это читается магахи».

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.