Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

Документы об установлении прямых русско-итальянских торговых связей в середине XVIII века.

Публикуемые ниже документы посвящены мало изученному в исторической науке вопросу о попытках России и итальянских государств (в первую очередь Венеции и Генуи) установить взаимные прямые торговые связи в 40-60-е годы XVIII века.

Некоторые аспекты этой проблемы, главным образом дипломатические, затрагивались В. А. Уляницким 1, опубликовавшим проект средиземноморской торговли президента Коммерц-коллегии Б. Г. Юсупова (1745), донесения русских посланников в Константинополе А. Вишнякова, А. М. Обрескова и другие дипломатические документы 2.

В итальянской историографии вопросы установления прямых торговых связей между Россией и итальянским государством освещаются отчасти в работе Дж. Берти, книге В. Джура, статьях Ф. Вентури и Дж. Леви 3. В них рассматриваются события, относящиеся в основном к 70-80-м годам XVIII века. Обнаруженные нами источники в значительной мере восполняют этот пробел.

Торговля России с Италией через Черное море имеет давнюю историю. Поездки итальянских купцов в Москву, а купцов-москвичей на юг известны с XIV века. Они продолжались и в XV веке 4. Для того времени «донской путь и связи с Судаком, Кафой и Константинополем... были своего рода окном в Европу». Поэтому захват турками во второй половине XV века Константинополя и итальянских колоний в Крыму был бедствием не только для Генуи и Венеции, но и для России 5. Попытки установить торговые сношения между Москвой и итальянскими государствами продолжались в XVI-XVII веках 6. Эпизодически итальянские купцы появлялись в Архангельске.

Несколько оживились русско-итальянские экономические связи в начале XVIII века, при Петре I. В Венеции было основано первое русское торговое консульство (1711), начали действовать официальные торговые агенты (с 1712 года — М. Каретта, а позже — П. Беклемишев). К этому же времени относится широкая торговая деятельность Саввы Рагузинского 7. Широкому развитию русско-итальянской торговли мешали трудности навигации, большие таможенные пошлины, взимавшиеся в Зундском проливе, и монопольное положение Англии и Голландии в русской внешней торговле на Балтике.

Оживлению торговли России с итальянскими государствами способствовал Белградский мирный договор, заключенный между Россией и Турцией после войны 1735-1739 годов. Россия возвратила Азов, получила выход в Черное море, продвинулась в район южного Днепра 8, начала осваивать территории на юге вплоть до Буга. Если до этого почти вся торговля с европейскими странами велась через [90] балтийские порты, то теперь появилась возможность вести ее через Черное море. Следует отметить, что в то время, в связи с ростом промышленности в стране, с процессом специализации производства расширяется внешнеторговый оборот России. С 1726 по 1749 год он вырос с 6,3 миллиона рублей до 12,6 миллиона рублей 9.

С начала 40-х годов XVIII века заметно повышается интерес русских торгово-промышленных и правительственных кругов к торговле с восточными (Персией, Турцией) и средиземноморскими странами (Францией, Венецией, Генуей, греческим Архипелагом). Русские дипломатические представители в Западной Европе, с Турции и Персии неоднократно запрашивались Коллегией иностранных дел о возможности установления прямых (без посредничества английских и других иностранных купцов) торговых отношений России со странами Средиземноморья и Леванта 10». Особенно настойчиво обсуждался вопрос о черноморской и средиземноморской торговле.

Инициатором в обсуждении этой проблемы выступила Коммерц-коллегия. С февраля по октябрь 1741 года ее вице-президент И. А. Мелисино разработал несколько вариантов проекта развития торговли по Черному морю. 30 октября 1741 года окончательный вариант проекта был представлен Сенату (док. № 1).

Проект учреждения торгового порта на Черном море интересен тем, что в нем изложены принципы организации прямых торговых связей России со странами Средиземноморья. В проекте обосновывалось морское положение России и подчеркивалось, что Белградский мир с Турцией открывает перед обоими государствами благоприятные возможности коммерческого освоения Черного моря. По мнению И. А Мелисино, развертывание русской черноморской и средиземноморской торговли позволило бы привлечь английских и голландских купцов к вывозу своих товаров в Петербург и далее через Россию к берегам Черного моря, контролируя этот транзит с пользой для русской стороны 11. Россия могла бы продавать в странах Средиземноморского бассейна широкий ассортимент товаров (меха, чугун, железо, сталь, выделанную медь, пеньку, лен, канаты, парусное полотно, холсты, кожу, сало, смолу, лес воск, икру и т. д.) и покупать бумагу, шерсть, восточные пряности. Главное достоинство такой торговли, полагал И. А. Мелисино, заключалось бы в том, что Россия значительно больше продавала, чем покупала, и тем самым обеспечивала постоянный приток денежных средств в страну 12. Автор проекта выражал надежду, что организация торговли на Черном море будет способствовать переключению английского «левантского (ближневосточного — авторы) торга» к русскому порту 13. В проекте предлагалось установить контакт русского посольства в Константинополе с дипломатическими представителями Венеции, Генуи, Неаполитанского королевства, запросив их о желании торговать с Россией.

В 1741-1745 годах члены Коммерц-коллегии изучали технические возможности морского и речного судоходства и неоднократно обращались к русскому послу в Турции А. Вешнякову с просьбой сообщить о состоянии производства и торговли в странах Ближнего Востока 14. Намечалось сосредоточить торговлю в городе Черкасске ибо Азов не имел военных укреплений и мог подвергнуться нападению с моря. А. Вешняков не был уверен в том, что Турция будет беспрепятственно пропускать русские торговые суда через черноморские проливы (донесение А. Вешнякова от 31 мая 1745 года) 15. Большинство членов Коммерц-коллегии согласилось с этим мнением, но выдвинуло предложение просить турецкое правительство предоставить свои корабли иностранным купцам для фрахта.

В 1748 году в переговоры об установлении прямой торговли с Россией вступила Венеция. 31 декабря русский посол в Константинополе А. И. Неплюев, сменивший А. Вешнякова, сообщил в Петербург о предложении казначея венецианского посольства Франциска Сарацена организовать в Черкасске торговую компанию. К «реляции» А. И. Неплюева был приложен проект ф. Сарацена (док. № 2). В проекте выдвигалось предложение об учреждении «купеческого дома» для торговли венецианских купцов с Россией и предоставлении ему определенных льгот и преимуществ в торговле (право монопольного оптового и розничного торга в Казани, Астрахани и в великорусских губерниях — пункты 1, 2, 3, 7). А. И. Неплюев отмечал, что проектируемая компания венецианцев будет, видимо, обладать большими финансовыми возможностями 16. [91]

Предложение Ф. Сарацена рассматривалось в Коммерц- и Камер-коллегиях и Главном магистрате. Коммерц-коллегия, ведавшая внешней торговлей, не ожидая результатов окончательного рассмотрения вопроса, уже в марте 1749 года просила А. И. Неплюева «увещевать» венецианских купцов «к начатию того торга нынешним летом» 17. Между тем в петербургских канцеляриях изучались различные аспекты проекта Ф. Сарацена. К обсуждению торговых вопросов были привлечены видные русские купцы — Андрей Евреинов, Роман Журавлев, Андрей Бабушкин и другие. Купцы не возражали против создания венецианской торговой компании. Их обеспокоила лишь просьба венецианцев о свободной торговле (в том числе и розничной) на внутреннем рынке, опасность конкуренции иностранцев 18. Члены Коммерц-коллегии не разделяли опасения купцов. Они указывали на отсутствие русского купечества в приазовских и причерноморских областях, считали, что установление регулярной торговли по Черному морю принесет выгоду России (заключение Коммерц-коллегии от 5 июля 1750 года) 19.

Компания венецианских купцов была создана, и договор подписан в Венеции 26 мая 1750 года, а копия с него была вручена русскому послу в Константинополе А. И. Неплюеву 5 августа того же года участником компании Антонием Дарацца 20 (док. № 3). Этот документ интересен не только тем, что является пока единственным известным нам договором итальянских купцов, стремившихся к установлению прямой русско-итальянской торговли, но и тем, что в нем показано, как они мыслили осуществить ее на деле. Здесь особенно важно подчеркнуть ту посредническую роль, которую венецианские купцы отводили Константинополю, как перевалочному пункту. К сожалению, дальнейшая судьба компании, объем ее торговых операций остаются пока неизвестными.

Одновременно с попытками наладить торговлю через Черное море правительственные и купеческие круги Венеции прилагали усилия к установлению регулярного товарообмена с Россией и через Балтийское море. Еще в 1747 году в Петербург пришло первое венецианское торговое судно «Леокоронато», которому были оказаны «радикальное великодушие» и «всякая учтивость» 21. В документе № 4 содержится список товаров, вывезенных на «Леокоронато» в Венецию, который дает представление о характере русского экспорта в Италию.

О попытках расширить русско-венецианскую торговлю через Балтику свидетельствует также документ №5. 23 ноября 1755 года венецианский купец Анастасий Сиати подал в Коллегию иностранных дел «мемориал» о желании завести торг с Россией. Поводом к этому послужило освобождение из-под ареста его товаров (причины ареста в документах не объяснены) 22. А. Сиати по просьбе секретаря венецианского магистрата Ф. Филиппи предлагал русскому правительству изучить возможности расширения русско-венецианской торговли на Балтийском море и налаживанию ее на Черном 23. «Мемориал» А. Сиати тщательно обсуждался в Коммерц-коллегии и сенатской Комиссии о портовой и внутренней пошлинах. В январе-феврале 1756 года было еще раз подтверждено желание России иметь регулярные торговые отношения с Венецией, «...как и с другими европейскими государствами» 24. Но начавшаяся вскоре Семилетняя война помешала русско-венецианским переговорам и вопрос был отложен.

С окончанием войны Екатерина II взяла под свою «протекцию» созданную в 1763 году для торговли с итальянскими государствами торговую компанию тульских купцов Ивана Володимерова и Лариона Лагунина. Компании был предоставлен фрегат «Надежда благополучная» под командой капитана Федора Плещеева. Акционеры использовали его для торговых рейсов из Петербурга в Ливорно в 1764-1772 годах 25. [92]

В эти же годы продолжались дипломатические переговоры России с итальянскими государствами о заключении торговых «трактатов». В конце 1764 года генуэзский посол во Франции Марко де Сорба посетил русского посла в Париже князя Д. А. Голицына и сделал «...формальное предложение о заключении между... империею и сею республикой трактата о коммерции...» 26 (док. № 6). В промемории Коллегии иностранных дел в Комиссию о коммерции от 31 января 1765 года сообщалось о демарше Марко де Сорба. В письме к Д. А. Голицыну от 16 марта 1765 года консул писал об успехе торговой деятельности компании И. Володимерова в Италии и выражал убеждение, что торговля имела бы прочные основания при наличии особого торгового договора, в котором были бы определены обязательства сторон и ассортимент товаров. Генуя обещала русским купцам увеличить продажу шелка, бархата, мрамора, бумаги, цитрусовых в обмен на их товары, гарантировала устойчивость товарооборота. Начавшиеся в Париже переговоры были прерваны разразившейся русско-турецкой войной.

Таким образом, анализ публикуемых документов позволяет проследить в политике русского государства непрерывную линию в организации торговых связей России со странами Средиземноморья в середине XVIII века, определить экономические и политические условия, в которых ее приходилось проводить.

Документы хранятся в Центральном государственном архиве древних актов (фонды Коммерц-коллегии, Камер-коллегии, Комиссии о коммерции, Комиссии о пошлинах, Воронцовых) и в архиве Ленинградского отделения Института истории СССР.

Публикацию подготовили кандидат исторических наук, доцент А. И. Комиссаренко (Московский государственный историко-архивный институт), младший научный сотрудник И. С. Шаркова (Ленинградское отделение Института истории СССР.


№ 1

1741 г., октябрь (не позднее 30-го) — Проект Коммерц-коллегии об установлении торговли России с Левантом, Грецией, Италией по Черному и Средиземному морям.

Всенижайшей проэкт, коим образом торг из новоучрежденного (в тех местах где был Азов или Таганрог) порта чрез Черное море к великой пользе Российской империи производить и от того интерес умножить и великие суммы чюжестранных денег в государство привлекать можно.

Когда природное положение преславного Российского государства в разсуждение принимается как оное в одном прицепляясь по четырем главным странам света от востока до запада с пятью великими морями, на которых корабельный ход бывает а именно с Восточным, Северным, Апонским, Каспийским и Черным смежно то со оным в том ни единого европейского государства сравнять невозможно, следовательно и сама натура сие государство пред всеми другими наивящщею к торгам способностию безспорно одарила. Сверх же того земля собою всяческим благословением божиим так изобильно снабдена, что от рачения нескольких милионов обывателей почти нельзя зачем стать, чтобы торги против других нацей гораздо з большею прибылью в разные чюжие государства не производить, неусыпное высоконачальственное попечение о благополучии государственном верным подданным во всякое время довольный способ и случай подавало, что они такими вышепомянутыми природными прибылями болшого частию пользоватца могли, також и от рачения прилежного народу торг к Восточному, Северному и Каспийскому морям нарочито в действо приведен; точию дальное расстояние Японского и Черного морей российскому купечеству еще некоторым образом помехою быть кажется, что оное поныне в те места в совершенство еще не приведено между тем иногда торгу к Японскому морю чрез божию помощь вскоре некоторые желаемые способности явитца могут. А что до комерции к Черному морю касаетца, то ныне по получении с турками преславного мира почти никакого уже помешательства нет, что б оную к поспешествованию интереса и к великой пользе подданным в совершенство не привести; по меншей мере Российскому государству весьма великой то важности есть, и сами турки, которые не меншей прибыли от того ожидать имеют все силы употреблять будут, дабы оное важное дело произвести, ибо турецкая земля от торгов чрез Черное море впредь неизреченно много товаров ис первых рук весьма дешевою ценою получать будут, которые напредь сего чрез третьи, четвертая и пятыя руки и больше за Галандию, Англию, Францию, Гишпанию и разные италианские штаты с великим коштом по дальнему объезду во оную привозились. А кои товары туркам самим не будут потребны, те их подданные греки, которые с россиянами одной веры, понеже сами турки к торгам не очень склонны, з доброю прибылью в Архипелагусе и в других ближних италианских штатах, а иногда и в Средиземном море против прежнего гораздо ближе продавать будут, да и галанци и агличаня на известных кондициях своим драгим суконным и протчих товаров торгам премного к тому присовокупят, понеже провоз оных товаров чрез Россию далеко не так драгоценен опасен и труден есть, ибо из Галандии товары сперва в Ливорну, после в Смирну, а потом в Константинополь привозятца, отчего, например, один ящик сукон, в котором 12 [93] половинок, только до Смирны около 150 рублев за провоз и протчих харчей снести имеет, а особливо агличаня при нынешней з гишпанцами войны 27 прибыльной случай чрез помянутой учрежденной порт в Турецкую землю торговать весьма с охотою воспримут. Россия великую себе способность имеет почти из всего своего государства свои природные товары по разным внутренним рекам почти до Дону и Днепра рек, а по оным в тот учрежденной порт дешево возить. А российския товары, которые с великою прибылью на Черном море, в Архипелагусе и на Средиземном море продавать можно, суть следующие, а имянно: 1. Всякая драгоценная мяхкая рухлять в мехах и в зверях, однако без всякого подмесу, чего ради нарочных людей для свидетельства определить надлежит, дабы сии товары в своем кредите и славе остались. 2. Чюгун и железо в полосах и во всяком деле, что в домостроительстве и к строению употребляетца, тако ж якори. 3. Сталь да меть красная и зеленая в деле, а меди не в деле туда не отпускать, для того, что тамо ближе достать могут, а Россия оного пункта лишатца еще не может. 4. Пенька и лен, однако льну только малое число, все на крепком браке под великим штрафом против санктпитербурского. 5. Большее и малые канаты и веревки удобные к навигации, деланные из доброй пеньки без всякого подмесу под опасением конфискации и на то нарочных канатных браковщиков определить надлежит. 6. Разных рук парусные полотна, однако чтоб на каждом куске было клеймо фабриканское. 7. Разных рук холст, причем особливо о широких сортах старатца, о которых уже блаженныя и вечнодостойныя памяти от Петра Великого — указы имеются, токмо оных еще мало делается. 8. Юфть большими партиями по обыкновеному браку. 9. Сала говяжья малое число, а готовых свеч больше, однако без всякого подмесу, чего точно смотреть надлежит. 10. Смолы житкой и густой или пеку погодно по известному числу. Сей пункт паче всего в действо произведен быть имеет, дабы российской весьма умаленой смоляной торг повсюду паки в состояние привести, о возможности того в тайне известие имеетца, что оную смолу без разорения лесов ис Пензенского и протчих тамошних мест в ызлишестве к Дону или Днепру рекам ставить можно; а за добротой той смолы, також и за исправными бочками и браком так крепко смотреть надлежит, как по новому учреждению у города Архангельского 28.11. Всякой лес без скольку России в таможнях краях способно прожить можно. 12. Белой и желтой воск, а конопляного и льняного масла для малевания малое число, також и щетина — все по браку. 13. Струи кабаргиньи и боброваи, масус, жерновки раковые, бадьян и чай китайской. 14. Ревень от 3-х до 4-х сот пудов в год на казенной щет, так хорошо, чисто и крепко бракованного, как оной из Санктпитербурха отпущается, чем бы иногда можно было бы тако называемой леванский ревень вовсе уничтожить и препятствовать, дабы оного от толя впредь более не привозили, хотя б между персиянами и турками мир и воспоследствовать... (Так в тексте, должно быть — воспоследует) 29. 15. Клей рыбей, икра паюсная, осетрина и белужина соленые, которые вещи с Яику и Волги рек гораздо ближе к Дону и Днепру рекам, нежели сюда возить [в Петербург], токмо как с ыкрою, так и в солении рыбы надлежит чисто поступать и самую добрую соль на то употреблять, також и нарочных браковщиков определить, которые б смотрели, чтобы никакого обману не происходило, то сие будет главной пункт для постов греческой и римской церквей, и Россия много денег и прибыли от того получать может. 16. Аглинские и галанские сукна и протчее товары, которые от оных двух нацей туркам обыкновенно чрез Средиземное море ежегодно привозятца, однако на таких кондициях, чтоб сии обе нации о своих товарех в тот учрежденной порт такие вольности имели, как о провозе аглинских товаров х Каспийскому морю содержитца.

А напротив того Россия из Леванты и Средиземного моря в тот порт обратно получать имеет: 1. Самую добрую овечью и верблюжью шерсть и хлопчатую бумагу, шелк и самой лутшей гарус, которыми вещьми такого вида манифактуры к наивящей пользе Российской в желаемое совершенство приведены быть могут, также тамошние шелковые парчи всяких сортов, какие у нас в России еще не делаютца. 2. Кофь, пшено сорочинское, масло деревянное, вины, вотки... (Одно слово не разобрано. У Воронцова — «вотки всякия и ладон»). 3. Винные ягоды, изюм, коринки, миндаль, оливки, капарсы, анчовисы и протчие тому подобные плоды.

И ежели отпускные из России в Турецкую землю и к Средиземному морю товары сличать с вывозимыми от толя обратными товарами, то привоз против отпуску весьма мал признаваетца и, следовательно, большая часть за российския товары наличными деньгами получена будут, а привозимые товары России на манифактуры необходимо потребны и обыкновенные съестные припасы.

Ко учреждению в тех местах торгу и дабы оное лутче туда привлещи навнейше принадлежит: 1. Учредить тамо комерц контору, состоящую в одном директоре, одном товарыще, одном секретаре и протчих потребных приказных служителях, в которой одной канторе тамошние купцы ведомы быть имеют, а кроме оной в другом ни в каком тамошнем судебном месте их не судить; а жалованье как членам, так и приказным служителям производить в начале ис казны, а потом из сборной таможеной аксиденции, ис которой и выданную ис казны сумму возвратить. Притом же оная комерцконтора торгу Каспийского моря и тамошних мест смотреть и в удобное время одного члена труда отправить и ежегодно для лучшаго приращения купечества и для вспоспешествования интереса потребные учреждения чинить может. 2. Настоящую таможню с потребными служителями устроить, которая б збор портовых и внутренних пошлин отправляла и подведением помянутой Комерц-канторы была, а жалованье вышеозначенным порядком получала. 3. За мерою, весами и гирями исправным смотрение иметь. 4. X купечеству способные торговые и товарные дворы и важни построить. [94] 5. Довольное число мещан, мастеровых и работных людей туда переселить, ибо кроме того никакой город и купечество состоять не может. 6. Обывателям на 5 или на 10 лет вольность от всех мещанских тягот всемилостивейше пожаловать. 7. Со всех чрез Черное море в тот учрежденной порт привозных чюжих товаров чрез пять лет, кроме одних нищих по одному проценту, никаких пошлин не брать, а с отпускных товаров брать обыкновенную пошлину. 8. И напротив того, со всех отпускных товаров (кроме тех, кои галанцы и агличаня в Россию привозили только для провозу в Турецкую землю и со оных по известному числу в первом порте платит) как обыкновенный земская, так и полная портовая пошлина с аксиденциею по тарифу плачена быть надлежит. А понеже иногда для ефимков какое затруднение произойти может, того ради вместо оных всякое серебро в монетах и не в макетах — против ефимочной пробы, в которых по 82 5/6 золотника чистого серебра бывает, принимать, ито для нарочного вардена 30 содержать, отчего иногда ежегодно по знатному сумму серебра с шпанской серебреной флоты из италианских штатов, которые... (Слово не разобрано. У Воронцова: «при оной сильно интересованы в Азов») интересованы к тому порту привлекалось и от того б Россия великую себе прибыль иметь могла. 9. Всем иноземцам, как в Санктпитербурхе, в Москве, у города Архангельского, так и при том учрежденном порте свободное отправление веры всемилостивейше позволить. 10. Всем губернаторам, воеводам и протчим в провинциях и городех команду имеющим повелеть накрепко, чтоб торгующим в том порте как российским обывателям, так и иноземцам всякое потребное вспоможения без всякого удержания чинить. 11. При пристанях всегда довольное число судов в готовности иметь, дабы в перевозе товаров чрез реки никогда -остановки не было. 12. В потребном случае разбою или татарских набегов тамошним караваном в известных местах придавать военной конвой с платежей за то того учрежденного порта в таможню по положимому числу процентов с продажных товаров. 13. Буде еще недоговорено, то, как скоро возможно, с Портою для совершенной безопасности оного торгу договорится, дабы при случившейся между Россией и тою Портою войне (от чего, боже, еще многие годы милостиво сохрани) взаимно с обеих сторон всякому на волю оставлено было все евекты 31 без изъятия свободно распродать или беспрепятственно з довольным конвоем куды надлежит; и таким образом оный торг, а особенно с российской стороны, никогда в опасности не будет и как российские так и чюжестранные купцы страхом не отвратятся туда торговать. 14. Многое число греков в тот учрежденной порт приваблить, а особливо старатца, дабы с ними с позволением им известных вольностей оную коммерцию в совершенство привести, ибо Порта сумнительна и нелегко допустит, чтоб чюжие карабли на Черное море пришли. В протчем, повидимому, можно было бы с королем Обоих Сицилей, с республиками Венециею и Генуею или с другими италианскйми штатами, а иногда бис самою Франциею трактаты с коммерции заключить (У Воронцова: «Но токмо означенные италианския статы, как прибыльно б оное России не было, турецкой земле, которые всегда наших некоторую штатскую ненависть имеют, очень блиски, а Франция»), но токмо первые, как прибыльно б оное России ни было, Турецкой земле, которая всегда на них некоторую штатскую ненависть имеет, очень блиски, а Франция, которая с турецким двором всегда в добром согласии, иногда б, как российским, так и галанцов и агличан намерениям только помехою была и уповаемые с российской стороны прибыли себе брала, к тому ж России генерально из Франции, кроме вина из Бордова, почти ничего, а из Итали[и] и Архипелагуса на российские манифактуры разные товары потребны, о которых однако Франция России всегда б предупреждала б и сверх того еще манифактуры свои в самую Турецкую землю ввела б, а то галанцы и агличаня к лутчему приращению азовского торту и к великому вспоспешествованию Российского интереса от толя с наивящею силою и возможностию в действо произвести могут, а России никогда мешательны не будут. Итако, одни греки, следовательно, в которых, как слышно, весьма пожиточные люди находятца, на своих караблях российские товары и с того учрежденного порта отвозить, а италианские и архипелагусные товары туда привозить имеют. А сами италианцы и французы, которые великая нужда в том обстоит, чтобы российские товары, так блиско и против прежняго дешевле получать, конечно греков искать, а иногда для складки товаров... (Слово не разобрано. У Воронцова: «а иногда стемпельные (для складки товаров) канторы») канторы в том учрежденном порте устроить и российские товары на греческих кораблях под имянем греков от толь брать будут. 15. Российские товары всегда заранее к весне и осени в тот учрежденной порт припасать, понеже тогда еще на Палусе Меотидине или Гнилом море 32 способнее ездить можно (У Воронцова: «понеже тогда еще на Гнилом море способнейше ездить можно»). 16. О вознамеренной в помянутом учрежденном порте коммерции грекам, галанцем, агличаням, италианцом заранее объявить и как оных, так и российских купцов возбудить, дабы о том куды надлежит кореспонденцию возымели. А к российскому в Царьграде министру поведено б было послать о том при указе потребную инструкцию, в которую между протчим включить, чтоб оной министр имел домогательство у Оттоманской Порты о согласии в свободном пропуске чрез Черное море судов с товарами. Так же бы он, министр, имел конференцию со обретающимися в Царьграде иностранными министрами, а имянно от короля обоих Сицилий, республик Венецианской и Энуэйской и протчими, дабы оные в их государствах объявили: желают ли они торг с Россиею при показанных местах иметь, а когда вышеписанная пропозиция опробована будет, тогда надлежит во оные государства послать доброго порядка и установления против других государствах комерции консулей или агентов, дабы трактаты по обыкности заключили по силе инструкции, которая дана им будет. 17. В зачатии оного торгу, как скоро возможно, надлежащая способы употребить, чтоб, ежели бог соизволит, оной непродолжительно в доброе действо пришел, а галанцы и агличаня своими тонкими сукнами и другими мануфактурными товары по даче им вышепоказанным образом вольности, а особливо агличаня при нынешней с Гишпаниею войне почти [95] конечно каргезоны 33 заблаговременно зделают и особливые канторы свои в том учрежденном порте учредят.

И когда оной торг однажды в состояние приведетца, то уже сами турки для великой прибыли старатца будут, дабы оной защищать или таким образом делу мало помешательства будет, хотя то место, где оной порт учрежден будет, России принадлежит или Порте, от которого последняго однако, боже сохрани.

Российской империи при оном торгу всегда способно будет, а особливо нижеписанные великая прибыли явятца: 1. В казну будут новые пошлинные доходы, которые напредь не бывали. 2. К великому авантажу Российского государства знатная часть нынешняго галанцов и агличан левантского торгу в тот порт привлечетца, которой с одной аглинской стороны повсегодно в один с четвертью милиона рублев счисляетца. 3. Чрезмерно прибыльная продажа так многих товаров, которые в России родятца и делаютца, а особливо железа, стали, пеньки, веревок, парусного и других полотен, юфти, рыбы, икры и протчих. 4. Получение обратно шерсти овечей и верблюжей,. шелку, гарасу и протчаго к вящщей пользе российских манифактур. 5. Распространения российского смолиного и лесного торгов. 6. Столько тысяч беднейших людей тамошних мест пропитание и хлеб свой от провозу товаров изобильно иметь будут. 7. Повсягодно будет немалое число наличных денег против прежняго больше от толя в государство привозитца.

У подлинного подписано тако:

Иван Мелисино, князь Сергей Долгоруков, Иван Алексеев, Иван Остервальд, протоколист Иван Андреев.

ЦГАДА, ф. Коммерц-коллегии, on. 1, д. 365, лл. 1-15.
Заверенная копия.
ЛОИИ, ф. 36 (Воронцовых), on. 1, д. 568, лл. 413 об.-420.
Заверенная выписка из дел Коммерц-коллегии.

№ 2

1748 г., декабря 23. — Письмо казначея венецианского посольства в Турции Франциск» Сарацена русскому посланнику А. И. Неплюеву 34 с предложением об организации торговой компании в Черкесске для ведения русско-венецианской торговли.

Перевод с пунктов венецкого ражионата или казначея Францискуса Сарацена,. данных статскому советнику и резиденту Андреяну Неплюеву в 23 день декабря 1748 году.

Некоторые православные греческие купцы, Венецкой республики подданные, имеющие в помянутом городе Венеции и на Белом море торг, представляются установить купеческий дом в Черкаске в области Российской империи для купечества того порта с Белым чрез Черное море и распространения оного даже до Венеции с тем, дабы им следующия артикулы и кондиции на 10 лет, считая до того времени как тот дом оных купцов переведется и установитца, дозволены и акордованы были: 1) чрез вышереченное дестилетнее время дабы милостиво им позволена была вольность — свободно отправлять свое купечество в Казани, Астрахани и в Великой России так, как подданныеея и в оное отправляют. 2) Чтоб позволено было купеческий дом в Черкаске или в другом каком тамошнем месте, где им угодно будет установить, имея всеми привилегиями противу других иностранных нацей, торгующих в государствах ея и. в., пользоваться, свободно выезжать и возвращаться, как интересы их востребуют, снабдеваясь всегда обыкновенными и нужными того дела пашпортами; также чтоб определять и отправлять могли своих прикащиков и корреспондентов в Казань, в Астрахань и в великороссийские места для свободного отправления купечества. И те люди, кои того для тамо учреждены будут, никаким налогам и податям, кроме токмо платежа пошлины за привозимые и вывозимые вещи и товары, подлежать бы не имели. 3) Будучи нужно, чтоб другой дом для корреспонденции того же купечества в Константинополе имели. Оной должен состоять указом ея и. в. под протекциею российского резидующаго при Порте Отоманской министра, дабы при всяком случае оной охранял и защищал. 4) Им же позволилось всякого сорту вещи и товары в помянутую пристань [96] невозбранно привозить, так же бы в Казань, в Астрахань и в другие великороссийские места отсылать (с наблюдением, токмо российских прав в разсуждении тех чюжестранных манифактур, коих провоз запрещен) и оптом и порознь продавать. 5) Равномерно ж бы позволено было вывозить с какого бы ни было российской области места чрез помянутую пристань вещи и товары всякого сорта так, как в Балтийском море, из Архангелогородского порта чинитца, кроме металей и вещей к воинской службе принадлежащих, и с исправным охранением российских прав о тех вещах и товарах коих бы вывоз ис помянутых Балтийского и Архангелогородского портов заказан был. 6) Дабы так с привозных, как с отпускных товаров другого, опричь пошлины, платить принуждены не были, и по разделке бы тем платежей вещи и товары свои повсюду свободно пересылать могли, а пошлину должны платить по мере и расчислению так как природные российские подданные. 7) Дабы во убежание безпорядков и непристойностей всем другим иностранным людям, кто б к речёной пристани ни прибыл, указом ея и в запрещено было в Казань, в Астрахань и в Великороссию для продажи или покупки каких вещей или товаров ездить, и никому б, кроме тех, кои б в Малороссию ехать похотели и только тамо свой торг чинить могли, пропуску даваемо не было. И того ради всякое вспоможение от ея и. в. губернаторов и комендантов для возбранения дабы такие люди тамо внедрится и в помянутых астраханских, казанских и протчих великороссииских местах купечествовать не могли, реченному бы дому показано было.

ЦГАДА, ф. Камер-коллегии, oп. 1, часть 7, д. 30207, лл. 10-11 об. Коллежский перевод; ф. 1261 (Воронцовых), on. 1, д. 2608, лл. 1-3 об.

№ 3

1750 г., 5 августа. — Договор, заключенный венецианскими купцами между собою о торговле с Россией через Черное море

(Документ печатается с небольшими пропусками, не относящимися к русско-итальянским отношениям)

Копия с купеческого договору, учиненнаго в Венеции о торге в Россию чрез Черное море и сообщеннаго в оригинале статскому советнику и резиденту Андреяну Неплюеву от соучастника в оном Антония Дараца в Буюк дере 35, в 5-ый день августа 1750 г.

В хвалу божию 26-го Майя 1750-го года.

По сим испрошения о позволении в пользу Господина Франциска с товарищи чтобы им чрез Черное море возможно было отправлять от себя какова человека с товарами и там их продавать и от туда вывозить, и чтобы завести (ежели нужда потребует) в области е. и. в. всероссийского купеческий дом: но понеже пристойно есть такую для коммерции на Черном море и в России компанию установить порядочным образом того ради сим приватным договором (которой во всяком времяни, случае и месте не отменную силу и действо свое иметь должен, власно как бы собственноручно от публичнаго сего города (Венеции) нотариуса сочинен и всяким потребным узаконением снабден был) установляется во имя господа бога, покровителя сего предприятия добрая, искренная, истинная, действительная и честная компания между нижеименованными Господами:

Николаем Франциском, сыном Жоржиевым
Франциском Сараценом
Бартоломеом Комбием
Леонардом Карадчианом, сыном Николавым
Стефаном Каварцераном
Антонием Дараццом
Петром Ламарием
и Апостолом Ставром

На следующих кондициях и договорах.

1-е. Понеже принимая в разсуждение учредить одно купечество, которое ныне за самодействительное еще не почитается, но со временем надлежит с должным благоразумием установить, того ради вышереченные господа согласуются, чтоб им на первой случай покусится и учинить токмо один опыт, по которому принять свои меры к продолжению и распространению онаго, усмотря наперед, ежели можно из того получать достаточную пользу или в противном случае (от сего уповательно господь бог сохранит) от онаго отстать и отказаться; в такой силе ныне оные намерены, сложась между собою по равному числу, сочинить один капитал в 16 тысяч ходячих дукатов, из которых одна часть здесь, а достальная в Константинополе или в других местах в Леванте, на годныя в тех краях товары употреблена быть имеет; оной капитал в случае полученной настоящей прибыли, от каждого равномерно (поелику согласно разсудят) приумножен или в случае убытков (от чего, да избавит бог) пресечен и равномерно ж по всем разделен будет

2-е. И яко же по учреждении такого капитала, надлежит разсуждать о содержании оного, и о назначении персон, кому быть. Здесь в Венеции при отправлении дел, касающихся сей компании, быть Господину Леонарду Корадчиану, сыну умершаго Николы. В Константинополе господам Франциску Сарацену и Антонию Дараццу, а в Россию ехать, яко знающему Российский язык, и бывалому в тех краях Господину [97] Апостолу Ставро. При чем вся сия компания предъявляет, что в случае не поездки в Россию господина Ставра, могут господа Сарацдено и Дараццо на его место поставить другую персону, достойную, верную и честную, и отправить в Россию.

3-е. Должность господина Какарадчиана (которому своих партикулярных, не мешать с настоящим делом и писаться по сему договору Леонардом Карадчианом, сыном умершаго Николы) в том будет состоять, чтоб заготовлять потребные товары, откуда заполезнейше разсудить отправлять оныя в Константинополь, и от туда присланныя в Венецию продавать, и переписываться с тамошними компанистами, приказывая им о том, что за благо найдет, и о всем так наилучшим образом стараться для общей пользы, как для своей собственной прибыли. Сверх того должен он иметь исправную записку, из которой бы можно было ясно усмотреть все обращение сего торгу, получая при том и от других управителей по нумерам щеты проданным товарам, ценам и издержкам на купленные товары; и дабы каждой из участников в сей компании мог точно видеть состояние и пользы сего торгу, того ради должен он с году на год делать разщет и давать каждому с онаго по копии. С тех товаров, которые он сам будет покупать и продавать, имеет он себе брать за труды по обыкновению два процента на сто, и такие деньги ставить на общий щет.

4-е. Господин Антонио Дараццо, которой в Константинополь наперед отправится, и господин Францеско Сарацено, которой туда ж отправится после, должны оба писаться по сему купечеству в Константинополе Сарацено с компаниею, которым в других делах не писаться, токмо в касающихся настоящей компании.

И понеже интерес сего купечества ни от кого другого более независит, как токмо от их правления, тщания и старания; того ради оныя обещаются для общей пользы употребить свое всеусердное радение. Должность их в том состоит, получать из Венеции товары, другие запасать или в Константинополе или в иных местах в Леванте, где за пристойнее найдут. Что же надлежит до заготовления отправляемых товаров к господину Ставру: при отправлении его в Россию, дать ему заблаговременныя наставлении, иметь с ним взаимную переписку о вещах, какие по какой цене в Константинополе и Венеции и какия в России, продаются; требовать от него щетов в продаже и покупке, и при первом случае оные все присылать в Венецию для надлежащей записки в реэстр. Посылаемыя от него господина Ставра товары в Константинополь там годныя продавать, а здесь пристойные к господину Карадчиану отправлять. Иметь с ним переписку и уведомлять его о всем надлежащем до сего купечества, исправлять по данным от него приказам. Присылать к нему все щеты в продаже и в покупке и всячески стараться, чтобы не было излишних расходов, и деньги б напрасно не лежали и все то чинить, еже надлежит до добраго правления и пользы сей компании власно так, как бы сей общей интерес их собственной был. С покупных и продажных товаров имеют они себе брать по обыкновению по два процента на сто и ставить на общий щет, а с получаемых товаров от Господина Карадчиани и Господина Ставра по усмотрении в сем предприятии добраго успеха господа интересанты 36, елико за благо разсудят, пристойной процент определят.

5-е. Господин Апостол Ставро имеет ехать в Россию с теми товарами, какие в готовности найдутся в Константинополе и впредь в получаемых к себе из Константинополя от господ Сарацено с товарищи стараться о продаже, где лучше и пристойнее найдет, прислать к оным господам щеты по нумерам и елико возможно ясныя и подробныя, употреблять вырученные деньги на пристойные (к продаже) в Константинополе и Венеции товары к вящей пользе вышереченных интересантов, с возможною в расходах осторожностию и отправлять оныя с приложенными щетами о ценах и издержках упомянутым господам Сарацено с товарищи. По вступлении своем в Россию, где пристойнее разсудить, наведываться, какия туды товары можно посылать и оттуды вывозить, выразумев об оных качестве, ценах, привозе, вывозе, о случающихся издержках, и о всем прочем обстоятельно писать к реченным господам в Константинополь, или по удобности иногда чрез Санктпетербург к господину Карадчиану в Венецию; и то с таким намерением дабы возможно было иметь довольныя известия впредь ко утверждению сего торгу. Должен он по присылаемым к нему из Константинополя и Венеции ордерам исполнять и для общей пользы со всеусердием и радением стараться об общем интересе; ради же всякаго нечаяннаго случая (от чего боже сохрани) потребно ему при себе держать одного вернаго и искуснаго прикащика, которой бы имеющияся на руках его товары с ним вместе мог смотреть. С продаваемых и покупаемых товаров имеет он получать за труды по три процента на сто, и ставить на щет. А когда сей торг установится, то впредь ему брать по обыкновению токмо по два процента. Понеже ныне сей третей процент наипаче для испытания и разведывания тамошнего купечества и для всяких в проезде расходов ему дозволяется. Однако ж в таком всегда разумении, что все издержки, касающиеся привозу товаров и прочия, должно по обычаю на тот же товарной щет ставить.

6-е. По учреждении таким образом капитала и управителей, в которых сей торг состоять имеет, надлежит им разсуждать, и на мере помогать все то, еще за пристойнейшее к общему интересу признают.

7-е. Господин Карадчиани имеет чинить застрахование отсюда (Венеции) в Константинополь и возвратно, смотря по получаемым к себе ведомостям и по цене товаров или как лучше увидит по разсуждению обстоятельств, судов и шкиперов. Что же касается до застрахования на Черном море (чего здесь не водится делать) сие пре-[98] дается на благоразумие господ Сарацено в Константинополе, каким образом поступать им на оное (еже ли там есть такое поведение и благонадежные люди) отдавать или ради страха разделять груз по возможности на разныя суда, и всегда наблюдать время, качество судов и шкиперов.

8-е. Чрез такой опыт, когда уведают интересанты, что сие купечество (чему нельзя верить) не столь прибыльно, сколь к самой вещи убыточно будет, тогда реченные управители немедленно оное пресекут, и надлежащия каждому из участников наличныя деньги в удобовозможном кратком времени возвратят: еже ли же оное (даст господь бог) усмотрится за полезное, то каждой по разсуждению способными капиталами для продолжения сего торгу равномерно приумножит и следственно все пакты и кондиции настоящего договора в компании действительными пребывать имеют. В таком случае господин Ставро должен в Черкасске или в близости онаго построить дом для принимания и отправления в Константинополь тех товаров, какия он сам собою, или через повереннаго своего прикащика из внутренних российских мест вывозить станет; а когда он за благо разсудит, чтобы такой же дом и в другом месте завести, то должен господ интересантов предварительно с изъяснением уведомить о надобности и пользах, дабы на то было их согласие, что и о всяком особливом сверх обыкновенного торгу в продаже, покупке и отправлении товаров предприятии разумеется, ежели господа управители возомнят за пристойное учинить.

9-е. Ежели сие купечество утвердится, то оная компания продолжится на шесть лет.

10-е. Точно всем и каждому из помянутых интересантов запрещается, чтоб на собственной свой щет, а толь меньше для пользы других ни под имянем своим, ни под имянем посторонних никаких товаров на Черное море и чрез Черное море в Россию не отправлять и от туда не выписывать под штрафом за свякий раз по тысяче дукатов...

Во исполнение всего вышенаписанного Господа соучастники обязуются за себя и за своих наследников со обещанием всего их нынешняго и будущего имения исправно поступать; и для того с сего договору ради каждаго списано будет по копни.

На подлинном так:

Николо Францески, сын бывшаго Жоржия
Францеско Сарацено
Бартоломео Комби
Леонардо Карадчиани, сын бывшаго Николо
Стефано Каварцеран
Пиетро Лампи
Антонио Дараццо

ЦГАДА, ф. 1261 (Воронцовых), on. 1, д. 2612.

№ 4

1747 г., декабря 16. — Список товаров, вывезенных из России на венецианском корабле «Леокоронато» в декабре 1747 г.

Ведомость, какое число погружено в венецианской карабль, именуемой «Леокоронато», на нем капитаном Петро Смехиа, при Санкт Петербургском и при Кронштатском портах российских товаров, а каких имянно и сколько при котором порте погружено о том явствует ниже сего. А имянно:

При Санкт Питербургском порте купецких товаров 114 кип 21 полукипа I четверть кипы, в них 2514 1/2 тюков юфтей весом 2912 пуд 26 фунтов

да осталых от нагруски из другаго... (Слово неразборчиво; по-видимому, корабля)

19 кип 3 полукипы, в них 351 тюк юфтей весом 571 пуд 17 фунтов

47 кип 5 полукип воску желтаго весом 506 пуд 32 фунта.

Да оного капитана

2 бочки сельдей в сосновых бочках

1 тюк юфтей весом 1 пуд 18 фунтов

2 ящика и 1 кипа, в них 3 меха белок да 1 мех лисей, цена 50 рублев

11 скатертей, да 15 дюжин салфеток фабричной работы, цена 180 рублев

2 паруса шитых из 10 кусков парусного полотна указной меры

Да при кронштатском порте погружено по транспортным ярлыкам осталых от нагрузки других караблей купецких товаров

230 кип 2 полукипы воску желтого весом 2494 пудов 30 фунтов, 150 кип 23 полукипы 2 четверти кипы, в них 3353 1/2 тюка юфтей весом 4009 пудов 10 фунтов

2274 полосы железа весом 3600 пудов.

Обер цолнер Матфей Иванов

ЦГАДА, ф. Коммерц-коллегии, on. 1, д. 285, лл. 27-27 об.[99]

№ 5.

1755 г., ноября 23. — Мемориал венецианского торгового агента А. Сиати в Коллегию иностранных дел о расширении торговых отношений между Россией и Венецией.

Перевод. Сиятельнейшему министерству Коллегии иностранных дел Вижу я себя от превосходительнейшего в пяти мудрецах состоящего и венедийским купечеством управляющего магистрата обязана некоторою важною комиссиею, для действительного которой исполнения долженствую необходимо адресоваться к высокомудрому разсмотрению сего презнатнейшего министерства, под коего ведомством обращаются все чюжестранные дела, между которыми и сие, о чем имею я честь ныне представить Уповательно, что е. и. в. во угодности, крайней успех возымеет, яко касающиеся до такой материи, коя может произвесть равномерную пользу как здешней августейшей империи, так и светлейшей Венецианской республике, под областию которая поставляю я себе за славу пребывать в верном подданстве.

Уже о том весьма известно, коим образом между обоими сиими сторонами говорено было о заведении порядочного торга в самое то время, когда по моему несчастию без всякой основательной претензии заарестованы были здесь мои товары 37. Сие нечаянное приключение достаточным учинилось ко вселению между венецийскими купцами страха к отнятию у них охоты и остановлению по ныне добрых толь важного дела успехов.

Принужден я был наконец сюда прибегнуть с великим ущербом не токмо моим интересов, но и самого здоровья. Однако возымел себе хотя оное порадование, что Правительствующий Сенат, признав мою невинность, повелел мне возвратить вышеупомянутые мои товары, да еще и без взятья пошлин, кое впрочем награждение несходственно с моими великими убытки, о которых я намерен, улуча время, с слезным моим прошением повергнуть себя к ногам е. и. в. А как я за должность себе поставляя сообщить об оном воспоследовавшем от Правительствующаго Сената по сему моему делу милостивом решении в Венецию, то и не оставил туда о том отписать с прославлением правосудия е. и. в., с обвинением одной только клеветы, которая многократно везде правду помрачает. Сие послужило поводом к тому, что ободрило обробевшие тамо сердца и возбудило в них опять прежнее намерение к принятию сызнова за дело здешней коммерции еще охотнее прежняго. В сем-то точно состоит данная мне комиссия от превосходительнейшего пяти мудрецов магистрата, которой желает ведать — сходственны ли прямо и здешней стороны намерения с его предметами? А хотя высокомудрые Правительствующего Сената по сему делу мнения и явны в поданном от оного е. и. в. докладе при воспоследовавшем к пользе моей милостивом решении, однако ж сие премудрое министерство особливо прошу о вящщем меня в том наставлении, кое бы могло меня привесть в состояние к поданию исправного уведомления их превосходительствам (пяти мудрецам), удостоившим меня своим о сем деле повелением чрез нарочно ко мне присланное письмо, с которого имею честь приложить при сем копию (Документ не публикуется). В твердом уповании, что непостигаемое сего собрания благоразумие соизволит приняться за окончание такого дела, кое простирается до пользы обоих сторон подданных и кое служить имеет эпохою сему славному министерству, которому представляю себя с глубочайшим почтением, что есмь ваших сиятельств покорнейший, нижайший и послушнейший слуга.

Анастасий Сияти

ЦГАДА, ф. Коммерц-коллегии, on. 1, часть 1, д. 286, лл. 3-4 об.
Заверенная копия.
[100]

№ 6

1765 г., января 31 — Промемория Коллегии иностранных дел в Комиссию о коммерции с сообщением о предположении генуэзского посла во Франции Марко де Сорба заключить торговый договор между Россией и Генуэзской республикой.

Из Государственной коллегии иностранных дел в учрежденную при дворе е. и. в. Комиссию о поправлении коммерции промемория.

Находящемуся в Париже полномочным е. и. в. министром камер-юнкеру князю Голицыну 38 от обретающагося тамо же республики Генуесской министра Марки-де-Сорба зделано формальное предложение о заключении между здешнею империею и сею республикою трактата коммерции с таким уверением, что республика его искренне желает такой трактат установить, чувствую в том взаимную пользу. А как помянутой министр сообщил после князю Голицыну копию с трактата о коммерции между Даниею и сею республикою, то Коллегия иностранных дел, посылая оную при сем с переводом *, будет ожидать от комиссии ея по тому разсуждения и мнения.

Между тем по высочайшему е. и. в. повелению писано в Париж к полномочному министру здешнему, чтоб он Марки Сорбе в ответ оказал желание е. и. в., чтобы республика Генуесская прислала сюда нарочную персону для негоцияции подобного трактата.

Князь Александр Голицын 39

ЦГАДА, ф. Комиссии о коммерции, on. 1, д. 281, л. 1.
Подлинник.


Комментарии

1. В. А. Уляницкий. Дарданеллы, Босфор и Черное море в XVIII в. М., 1883. Вопросы русской торговли со странами Средиземноморья применительно к более позднему времени затронуты в статье А. Л. Шапиро «Средиземноморские проблемы внешней политики России в начале XIX в.» — Исторические записки, т. 55, 1956, стр. 253-255.

2. В. А. Уляницкий. Дарданеллы, Босфор и Черное море в XVIII в., приложения 13-18, стр. XXI-IXIX. Разбор проекта Б. Г. Юсупова дан С. М. Троицким, — Финансовая политика русского абсолютизма в XVIII в. М., 1966, стр. 60.

3. G. Bepti. Russia е stati italiani nell Risorgimento Torino, 1957; русский перевод — M., 1959; V. Giura. Russia, Stati Uniti d'America e Regno di Napoli nell'eta del Risorgimento. Napoli, 1967; F. Venturi. I rapporti italo-russi dalla seconda meta del'700 al 1825 — Atti del II Convegno degli storici italiani e sovietici. Quaderni di Rassegna Sovietica, II, 1968. См. также: Ф. Вентури. Итало-русские отношения с 1750 до 1825 г. — Россия и Италия. Из истории русско-итальянских культурных и общественных отношений. М., 1968; Экономические отношения с Россией в проектах пьемонтского правительства (конец XVIII в.). — Франко-русские экономические связи (La Russie et l'Erope XVI-XX siecles). Москва — Париж, 1970.

4. В. Е. Сыроечковский. Гости — сурожане. М., 1935, стр. 18.

5. М. Н. Тихомиров. Средневековая Москва в XIV-XV. М., 1957, стр. 131.

6. Н. Н. Бантыш-Каменский. Обзор внешних сношений России (по 1800 г.), ч. II. М., 1896, стр. 207-220; Т. К. Крылова. Россия и Венеция на рубеже XVII и XVIII вв. — Ученые записки Ленинградского государственного педагогического института им. А. И. Герцена, т. XIX. Л., 1939, стр. 43-47; И. С. Шаркова. Заметки по истории русско-итальянских отношений XV — первой четверти XVI в. Средние века, вып. 34, М“ 1971, стр. 201-212.

7. В. А. Уляницкий. Русские консульства за границей в XVIII веке. Часть I, М. 1899, стр. 22-37; Т. К. Крылова. Россия и Венеция на рубеже XVII и XVIII вв., стр. 56-82.

8. ПСЗ, т. X, № 7900, 7915.

9. А. Семенов. Изучение исторических сведений о российской внешней торговле и промышленности с первой половины XVII столетия по 1858 г., ч 3, СПб., 1859, стр. 21-28; Очерки истории СССР. XVIII в. Вторая четверть. М., 1957, стр 165.

10. Очерки истории СССР. XVIII в. Вторая четверть, стр. 170-178; Дж. Берти. Россия и итальянские государства в период Рисорджименто..., стр. 59-60

11. ЦГАДА, ф. Коммерц-коллегии, on. 1, д. 365, л. 1 об.

12. Там же, л. 10 об.

13. Там же, л. 17.

14. Там же, лл. 63-65 об.

15. Там же, л. 80 об.

16. Ф. Камер-коллегии, оп. 1, часть 7, д. 30206, л. 8; см. также ф. 2161 (Воронцовых), оп. 1, д. 2606, л. 7 об.

17. Ф. Камер-коллегии, on. 1, часть 7, д. 30206, лл. 13-13 об. Из донесения И. Неплюева от 27 мая 1749 г. следует, что «получив словесное обнадеживание о начатии торга», Ф. Сарацен отправил в Черкасск одно судно «для взятия информации». ЦГАДА, ф. 1261 (Воронцовых), on. 1, д. 2606, л. 9.

18. Ф. Комиссии о коммерции и пошлинах, on. 1, д. 280, лл. 96-98.

19. Там же, лл. 111 и об.

20. ЦГАДА, ф. 1261 (Воронцовых), on. 1, д. 2612, л. 1.

21. Ф. Коммерц-коллегии, on. 1, дела 285,286; ф. Комиссии о коммерции и пошлинах, on. 1, д. 279.

22. В октябре 1749 г. венецианский резидент в Лондоне Бузинело обратился к русскому послу П. Г. Чернышеву с просьбой дать разъяснения о причинах ареста в Риге товаров А. Сиати (Скиати). «Архив кн. Воронцова», т. III. М., 1871, стр. 110, 127.

23. Ф. Коммерц-коллегии, on. 1, д. 286, лл. 5-5 об.

24. Ф. Коммерц-коллегии, on. 1, часть 1, д. 286, лл. 10-12 об.

25. Ф. Коммерц-коллегии, on. 1, д. 366, лл. 1-15. См. также: В. А. Уляницкий. Русские консульства за границею в XVIII веке, стр. 293, 302, 399-400; Н. Л. Рубинштейн. Внешняя торговля России и русское купечество во второй половине XVIII в. — «Исторические записки», т. 54. М., 1955, стр. 359. В середине 50-х гг. XVIII в. Купцами В. Хастатовым, Н. Шемякиным, Я. Ярославцевым, Б. Исхаковым была учреждена в Темерниковском порту и Астрахани компания для торговли с Персией, Турцией, Венецией и другими средиземноморскими странами. Компания осуществляла свои операции и в середине 70-х гг. — ЦГАДА, ф. 1261 (Воронцовых), оп. 6, дела 19,36,48, 74 и др.

26. Ф. Комиссии о коммерции, oп. 1, д. 281, лл. 54 об-60 об.

27. Имеется в виду война за австрийское наследство 1741-1748 гг. В коалицию против Австрии были вовлечены Испания, Франция, Пруссия, Неаполитанское королевство, Швеция. На стороне Австрии выступали Англия и Голландия. Война вспыхнула из-за торгового и колониального соперничества Англии и Голландии, с одной стороны и Франции — с другой, в ней приняли участие все ведущие европейские державы.

28. Речь идет о вывозе большого количества смолы, произведенной в Важском уезде, из Архангельска за границу. Контроль за качеством смолы осуществляли архангелогородские таможенные власти и Коммерц-коллегия (Комиссия С. Меженинова).

29. Война между Турцией и Персией после воцарения в последней Надир-шаха (1736-1747 гг.), осуществлявшего завоевательную политику в Закавказье.

30. варден (или вардейн) — чиновник монетных дворов, на обязанности которого лежало пробирное дело.

31. евекты (эвекты) — ввезенные товары; индукты — вывозимые товары.

32. Палус Меотидин или Гнилое море (от лат. Palus Meotis — Азовское море; лат. palus — болото).

33. каргезоны — грузы в широком понимании, от cargo (фр.) — грузовое судно.

34. Неплюев Адриан Иванович (1712-1750), русский дипломат, с 1740 г. — секретарь Коллегии иностранных дел, секретарь Русского посольства в Турции, с 1745 г. (после смерти А. Вешнякова) посол в Константинополе.

35. Буюк дере — деревня на европейском берегу Босфора, где находилась летняя резиденция Русского посольства в Константинополе.

36. Интересанты, т. е. члены компании, от ит. interesato — участник.

37. Причина ареста товаров А. Сиати по документам не прослеживается.

38. Голицын Дмитрий Алексеевич (1734-1799), русский дипломат, в 1762-1768 гг. посланник во Франции, в 1768-1782 гг. — посланник в Нидерландах.

39. Голицын Александр Михайлович (1718-1783) — русский дипломат, с 1756 г. — посланник в Англии, в 1762-1769 гг. — вице-канцлер и глава Коллегии иностранных дел. 

Текст воспроизведен по изданию: Документы об установлении прямых русско-итальянских торговых связей в середине XVIII века // Советские архивы, № 2. 1972

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.