Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

№ 119. Рапорт бригадира Бринка — князю Прозоровскому.

12-го января 1777 г.

В течение настоящего времени, после отправленного по здешним делам к его сиятельству г. генерал-фельдмаршалу и разных орденов кавалеру графу Петру Александровичу Румянцову-Задунайскому, от 2-го сего января моего рапорта, с коего и вашему сиятельству я того же числа копию поднес, о последованиях в здешнем крае, честь имею донести.

Посланные наши за Кубань к едисанам и джамбуйлукам с листами, присяжным и к высочайшему ее императорского величества двору такового-же содержания, каковы получены были от едичкулов и занинцов, преданности новоизбранному Шагин-Гирей хану, здесь изготовленными, возвратились благополучно. И мой нарочно-употребленный на то поручик Буколец рапортовал, что они по прибытии в те орды нашли их в самом деле, как прежде упоминаемые из татар вестоносцы сказывали, в сумятности и расстройке, чрез захвачение главных из них Дьяум-Гаджи, Мамбета и прочих мурз, последователем Девлет-Гиреевым сераскиром Лов султаном и прочими его сообщниками и не застали в аулах оставшего по них. Ору-Мамбета и прочих именитых мурз, кои предприняли было намерение, за поругание своих сродичей, мстить султанам. Но народ подлый, будучи объят великим от тех султанов и черкес страхом, чрез чинимые от них великие грабежи, не допустил тех мурз до исполнения такового намерения, дабы чрез таковое против [235] их огорчение не претерпеть наивящшего разорения, а потому они и возвратились в свои аулы без ничего, оставя вышесказанных мурз в руках сераскира и по возвращении наших посланных нашли в своих аулах, от которых всему их обществу предложено было с чем они присланы, и потому как мурзы, так особливо народ, приемля с удовольствием, все единогласно отвечали, что они согласны на избрание Шагин-Гирея в ханы. Но печатей однакожь к посланным листам, сколько не старались наши склонить, не приложили, по случаю захвачении у них самых главнейших мурз и что они опасаются за то наивящшего от последователей Девлет-Гиреевых мщения, с которыми стараются разными подлогами примириться, и как скоро в том успеют и удастся высвободить вышесказанных главных своих мурз, то они, конечно, сделав всеобщее условие, не оставят прислать своих доверенных к сему новоизбранному хану. Объясняясь при том, что они против заключенных с Россиею трактатов касательных до вольности ни в чем не преступят.

В бытность наших там, между ордами довольно приметить они могли, что весь народ в великом от горцев страхе находится, терпя от них всегдашние грабежи, спасаясь отчего как сами с аулами не могут в теперешнее время тронуться, скот свой отогнали на здешнюю сторону и держат около Егорлыков и Маныча, при том-же от многих и верных людей слышали, что подстреканием султанов, темиргойцы, бжедухи и прочие горцы, скоплясь толпами, намерены были делать свои покушения и к нашим войскам, для отгону скота и захвату, где удастся, людей; но добронамеренный к нам Аджи-Гирей султан (который еще и прежде дружбою ласкался и довольно с нашей стороны угожден подарками), не допуская до того, всем таковым внушил, чтобы они сие намерение конечно оставили, кои уважая его предложения и разбрелись, а сей прислал к Шагин-Гирей-хану своего нарочного и старается, снискав его покровительство, испросит, чтобы он был поставлен [236] вместо Лов султана над едисанами сераскиром, принимая на себя, что все происки Девлет-Гиреевы и прочих султанов между ими чинимые пресечет.

Между тем 6-го числа сего января получил я и ордера вашего сиятельства от 23-го декабря ко мне пущенные со всеми их приложениями, и из них на первый, касательный до предположенных к Таману движений, честь имею вашему сиятельству объясниться. Я, судя по течению здешних дел, хотя за необходимое почитаю в занятии того поста, но однакоже стараюся сколько возможно длить время, в ожидании на то от его сиятельства г. генерал-фельдмаршала и разных орденов кавалера графа Петра Александровича Румянцова-Задунайского разрешения, чиня самомалейшия движения и обороты кои вынудили от меня нижеследующие обстоятельства: 1) чтобы удержат предавшихся Шагин-Гирею едичкулов и занинцов в таком виде до какого они доведены, а 2) чтобы отщетившимся от него, того же племени мурзам и прочим непокоряющимся, подавать страх и приводить во внимание, что мы стремимся я идем на занятие нужных к пресечению Девлет-Гиреевых интриг постов, особливо уважая о том требование и Батырь-Гирей султана, яко уважительного в народе человека, чтобы и ему подать чаяние в нашем пособии брату его, а притом и блеском нашего на то приготовления устрашить и привесть колеблющихся в повиновение Шагин-Гирею. А он, напротив того, старается также всякими подлогами склонить на свою сторону, для ради чего, перейдя за оба Из Кубани текущие протока, находится в среди бурлацкого поколения, из которого также некоторы 1... а еслиб не предъуспел там появиться и все воспользовались уклонением в Таманский остров, а я и доныне состою на прежней моей позиции, против Копыла, в семи верстах и 3) когда бы не сделать нам виду движения и приготовления к дальнейшим предприятиям, а быть на одном [237] месте, то как и вашему сиятельству не безъизвестно, что в сем легкомысленном народе медленность времени делает перемену, и еслиб они приметили нашу неподвижность, то бы легко могли придти в волнование, поелику обширность места на всякие их поползновения не позволила бы мне удержат их, оттого при начале растройки, а сим посредством пользуясь удержанием от всяких волнований, хотя и не весьма достаточно, однакожь в рассужении не великого количества кочевьев, довольно получаю от них для войск сена, к тому же способствуют они еще и перевозкою провианта и для лошадей овса.

Касательно до занятия крепости Ачуева, то и там никакой с нашей стороны вмешливости нет, и мне кажется политических резонов, так как в учреждении при копыльских развалинах посту, не трогает, поелику сам Шагин-Гирей, по добровольному соглашению жителей в оную въехал и учредил своего из чиновников коменданта крымского Ислам мурзу с бешлеями, поруча ему там найденные до тридцати пушек и до сорока бочек пороху, а турок там бывших, равно и их начальника обласкав благопристойно вывел в форштадт, снабдя достаточными квартирами, а кои имеют свои дома, те в них и остались. А я с своей стороны уважая его требование не меньше, чтобы удобнее связать водяную коммуникацию с г. генерал-маиором Борзовым, равно как при открытии оной и к лучшему получению всяких транспортов водою, ввел туда одну пехотную роту в квартиры, под видом гостей, а не так чтобы содержать сей пост в своем управлении, снабдя офицера о соблюдении к жителям всякой благопристойности достаточным наставлением а каковое ачуевские жители дали ему хану обязательство, с него в переводе копию у сего вашему сиятельству подношу.

А затем с полученного от Батырь-Гирей султана, предъявленного Шагин-Гиреем письма у сего в переводе копию, а равно и приготовленные от него еще по бытности в Ачуеве [238] к вашему сиятельству и к г. генерал-маиору Борзову, равно и к крымским чиновникам письма (кои он намерен был оттоль водою в Ениколь переслать, но по воспрепятствовавшей стуже и за замерзанием моря обращены ко мне) здесь вашему сиятельству представляю.

Впрочем же какие после сего содействия в здешнем краю происходить будут и чем решится новоизбранный хан с братьями, коих он приглашает на соединение с ним и из коих Арслан-Гирей кажется сомнительным в своих оборотах, о том что последование времени покажет, вашему сиятельству донесть не оставлю.

Присяга Ачуевских жителей, данная Шагин-Гирей-хану 2.

Мы, Ачуевские жители, начальники и граждане сверх того что издавна обитая между татарским народом, принадлежим власти крымских ханов и ныне по установлении согласием двух империй вольности, сообразно которой возвращены и отданы все крепости и города в земле татарской лежащие, господствующему в таком состоянии властителю, подчиняем себя начальствующему в теперешнее время над, татарами светлейшему и самодержавному Шагин-Гирей-хану, с тем чтобы впредь навсегда признавая его светлость ханом, принимать его повеления с послушанием и, подражательно законам, исполнять всякие дела с усердием, а ежели в чем окажемся преступны, или ослушны и нарушим в каком бы то роде и виде ни было сие клятвенное обязательство, то подвергаем себя, как по законам, так и по государственным правам всякому истязанию. Словом, предая себя и все наши дела его светлости, подносим сие утвержденное общими нашими печатями.

Подлинное подписали 66 человек. [239]

Письмо Батырь Гирей-султана — Шагин-Гирей-хану 3.

Ваше, любезного брата, письмо, чрез слугу нашего Куртуша, я получил и содержание оного прочитавши радуюсь! Касательно до Абазинского народа я вашей светлости прежде писал, в каком оный положении состоит, однако по прибытии вашем в Кидомит (?) надеюсь на всемогущего Бога, что усердие и верность абазинцов к услугам вашим сами изволите увидеть. Как скоро прибудете с войском вашим в вышеупоминаемое место, то думаю, что некрасовские казаки, по прежде учиненной мне присяге, будут просить меня к себе для общего соглашения и я на просьбу их согласиться буду должен и войдя среди собрания предугадываю, что не можно будет им от нас отщетиться, в чем особливое старание употреблю. Когда сказанные казаки предадут себя нашей власти, тогда уже ваша светлость без всякого сомнения можете идти в Темрюк и в то время будем уведомлять друг друга о делах наших. Для лучшего же в желаемом предмете успеха советую вам, чтобы находящийся при вашей светлости российский начальник написал от себя в Таман к Орду-агаси письмо, что, по заключенному между обеими великими Империями мирному трактату, ему и находящимся при нем янычарам отнюдь длиться в здешнем краю нельзя и что для утверждения татарской вольности избран ханом ваша светлость, почему и в татарские дела Орду-агаси вмешиваться не должен, поелику таковой поступок будет противен российскому двору и Порте Оттоманской, и ежели намерен упорствовать, то будет виновником нарушению дружбы и подпадет под ответ и что ваша светлость никак не имеете в мыслях сделать худое магометанскому закому, поелику вы и сами магометанин, также и жителям не будет никакой обиды. Сие предаю воли вашей; а сверх того слышно, что от российской стороны крымские и [240] здешние жители разглашают о вольности, утвержденной между обеими империями, что оная повреждена не будет и народ весь останется в покое. Сие очень хорошо, что они так разглашают, но лучше еще будет, когда от Еникольского генерала и находящегося при вас бригадира написать письма к означенному Орду-агаси и жителям таманским, чтобы они ни в чем не препятствовали, с уверением для них безвредным, а когда они останутся противны, то со всех сторон поражены будут оружием. Ежели письма таковые посланы к ним будут, то думаю, что они, оставя свои нелепые мысли, придут в рассуждение и пребудут спокойны.

Ежели некрасовцы останутся в прежних своих мыслях, то по Кубани можно сыскать путь для проходу к их жилищам и для нападения на оных военною рукою, однако отдаю сие на ваше рассмотрение.

С абазинцами говорил я о их к нам усердии и прежней присяге, на что в ответ получил, что они остаются на том же положении и что клятв своих никогда не изменят, также и воспитателям Арслан-Гирей-султана приказал я, чтобы они старались как можно воспитанника своего из Темрюка пригласить к себе, в чем и обещание дали, а ежели иногда к себе Арслан-Гирея не призовут, то останутся в том виноватыми. Лучше будет, ежели и вы от себя им таковое приглашение сделать прикажете, чтобы после остались мы в правде, а они не могли-бы на нас в том пенять.

Письмо Шагин-Гирей-хана — князю Прозоровскому 4.

Пользуясь открывшеюся близкою чрез воду коммуникациею, имею честь известить ваше сиятельство, что благоволением Вышнего и пособием ее императорского величества государыни всемилостивейшей, вошел я в Ачуевскую крепость, которую жители поручили мне без всякого противоречия; я данного от [241] них мне обязательства, точную копию у сего препровождаю; касательно же до гарнизона и начальников, в котором найден один только янычар-ага штаб-офицерского чина, природный турок, то оный выведен из крепости, с показанием ему всякой благосклонности, а для сбережения впредь сего нужного поста, оставлен мой доверенный с некоторым числом бешлеев и по просьбе моей от деташамента здешнего одна рота Белозерского полка при капитане; после-же сего устремлю едичкульцов на занятие таким-же образом Темрюка. Возвещая о чем, повторяю мою вашему сиятельству первую просьбу о благоспешествовании намерениям общим, которых желанное окончание единственно зависит от искусства вашего сиятельства, приобретшего в свете довольную похвалу и справедливую честь. Я надеюсь скоро слышать, что благоразумием вашего сиятельства мятежники укрощены и прогнаны и что по желанию общему безпрепятственный путь открыт будет, и как теперь ближайшая дорога в сей край чрез Ениколь водою, то приятнейше прошу о тамошнем поведении и особливо о здоровьи вашего сиятельства частейшими уведомлениями не оставлять.


Комментарии

1 Фраза не докончена в подлиннике.

2 Приложение к рапорту Бринка от 12-го января 1777 г.

3 Приложение к рапорту Бринка от 12-го января 1777 г.

4 Приложение к рапорту Бринка от 12-го января 1777 г.

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.