Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

Материалы для истории Крыма

(Подлинники трех грамат хранятся в Музее Общества. Сигиб или Шагин Ширей, последний Хан Крымский правительствовал дважды: с декабря 1771 г. по 1776, и опять с этого года по 8 апреля 1783 г.).

I.

Божиею поспешествующею милостию Мы Екатерина вторая Императрица и Самодержица Всероссийская: Московская, Киевская, Владимирская, Новгородская, царица Казанская, царица Астраханская, царица Сибирская, государыня Псковская, и великая княгиня Смоленская, княгиня Эстляндская, Лифляндская, Корельская, Тверская, Югорская, Пермская, Вятская, Болгарская и иных государыня, и великая княгиня Нова города, Низовския земли, Черниговская, Рязанская, Ростовская, Ярославская, Белоозерская, Удорская, Обдорская, Кондийская, и всея северные страны повелительница, и государыня Иверския земли, Карталинских и Грузинских царей, и Кабардинския земли, Черкасских и Горских князей и иных наследная государыня и обладательница. Светлейшему и славнейшему Крымскому Хану Сагиб-Гирею, купно же всем крымским и протчим татарским народам Наша императорская милость и поздравление. Как ныне победносное Наше оружие под сению Всевышнаго десницы возвратило похвальным крымским и протчим татарским народам древнюю их, коварством и насильством похищенную свободу и независимость, от всякой иноплеменничей власти, и они в сем щасливом и в роды родов до позднейшаго потомства достопамятном случае, единодушно низвергнув с себя торжественным образом иго подвластия, единодушно же и вольными голосами избрали и поставили себе законным и самовластным Ханом вас Светлейший Сагиб-Гирей, в утверждение чего и в засвидетельствование Нам общей вашей благодарности присланы сюда ко двору Нашему с публичными грамматами, как от вас родной ваш брат сиятельный калга-султан, так и от всех крымских и татарских народов знаменитыя посланники, кои от Нас все, а особливо брат ваш, с отличным благоволением приемлются: того ради Мы, [200] признавая ныне Вашу Светлость законно избранным и ни от кого, кроме единаго Бога, независимым Ханом, а добровольно вам по собственному выбору и по древним предков своих обычаев подчинившияся Крымския и протчия татарския народы вольною же и от всякой иноплеменничей власти независимою областию, обещаем за Себя и преемников Наших на престоле, не только впредь со стороны Нашей империи Всероссийской таковыми же неотменно признавать и содержать, но и всеми Нам от Бога порученными силами во всякое время охранять и защищать Вашу Светлость и те народы все под законным вашим начальством, от противных нашествий и нападений, пока вы и по вас также законно в независимости состоящей избираемыя преемники, купно со всею татарскою областию, непоколебимо по вашему общему обещанию состоять будете в твердом союзе и ненарушимой дружбе с империею Вашею. Для ближайшаго вам объяснения сим Наших высочайших мнений, для торжественнаго собственным Нашим связщенным именем признания Вашей Светлости законноизбранным и ни от кого, кроме Единаго Бога, зависимым Ханом, а добровольно вам по собственному выбору и по древним предков своих обычаям подчинившихся крымских и татарских народов вольною же и от всякой иноплеменничей власти независимою областию, и для постановления и утверждения на всегдашнее время договоров и обязательств, для точнейшаго охранения на все будущия времена вашей области и вашей независимости, между империею Всероссийскою, и татарскою под начальством вошим возобновляющеюся вольною областию , как бы священным на обе стороны узлом вечной дружбы, щастливаго соседства и императорской Нашей гарантии в пользу ея основали, определили и обезпечили на всегда целость и независимость законнаго начальств Вашей Светлости над вольною и ни кому не подвластною татарскою областию, разсудили Мы за нужно и признали за благо назначить и отправить к Вашей Светлости Нашего генерал-порутчика, лейб-гвардии премиер-майора и кавалера Евдокима Щербинина, в качестве Нашего полномочнаго, снабдя его достаточною властию и полномочью соглашать, постановлять, заключать и подписать с Вашею Светлостию и с правительством вашим вообще такой или такия акты, кои по общему усмотрению и признанию почтены будут за полезнейшия и удобнейшия и надежнейшия к достижению желаемаго для всех вообще татар блаженства, то есть вольности независимости, целости, безопасности и ограждения их на всегдашнее время Нашим и империи Нашей покровительством и защитою, в качестве дружественной и союзной Нам области, под [201] законным управлением Вашей Светлости и законных Ваших преемников, общая Императорским Нашим словом и верою, как за себя, так и наследников Императорскаго Нашего престола, не только ныне за благо принять и ратификовать все то, что оным Нашим полномочным обще с Вашею Светлостию и с правительством вашим соглашено, постановлено, заключено и подписано будет, но и впредь оное все с стороны Империи Всероссийской свято и ненарушимо содержать и имянно гарантировать. Во уверение чего повелели Мы сию Нашу Граммату, подписав ея собственноручно, утвердить печатию Империи Нашей. Дана в столичном Нашем городе Санкт-Петербурге в 24 день ноября месяца от Рождества Христова 1771 года, а государствования Нашего десятаго лета.

Екатерина.

Место печати

К. Александр Голицын

II.

Письмо к Хану Крымскому Его Светлости Сагиб-Гирею

(Копия писана резидентом при Ханском дворе Александром Никифоровым. Документ доставлен из архива крепости св. Дмитрия Ростовского Н.М.).

По титуле.

Всепочтеннейшее Вашей Светлости письмо, я имел щастие получить, которым за удостоверение меня, во-первых приношу Вашей Светлости нижайшее мое благодарение, с наиусерднейшим обрадованием, что верное имею известие о здравии В-й С-ти; и что столь удовольственно изволите принимать содержание в Санкт-Петербурге и по всем нашим местам возвратившихся Вашей области посланцов, уверяя при том и о непоколебимом сохранении на век утвержденного с Россиею союза. Потом имею честь обратитца на оное Вашей Светлости письмо ответом моим таковым.

Между протчим уведомлять изволите меня, о происходимых от Вашей Светлости с его сиятельством предводителем армии господином генерал-аншефом и кавалером князь Васильем Михайловичем Долгоруковым переписках, чтоб не оставлять впредь внутри Крыма российскаго войска ни малейшей части, о чем де его сиятельство и советовал Вашей Светлости отнести просьбу на соизволение Ея Императорскаго Величества всея России Самодержицы, моей Всемилостивейшей Государыни; [202] и хотя о сем пункте сношении иметь с Вашею Светлостию должно его сиятельству князь Василию Михайловичу Долгорукову, как главному производителю экспедиции о Крымском полуострове; но я по случаю упоминания от Вашей Светлости ко мне о сей материи в оном Вашем письме, разсудил посторонним образом открыть Вашей Светлости мои мысли. Как неоспоримо есть, что Крымской полуостров по своему положению со стороны Порты Оттоманской свободным водяным путем всегдашней подвержен и в спокойное время опасности (когда оной не будет прикрываем победоносным Российским войском), то наштож-бы Ея Императорскому Величеству столь великой в свете Монархине брат попечение и труд, в досталвении всему татарскому обществу вольной и ни от ково постороннево скипетра независимой державы, под владением собственных своих государей Светлейших Ханов, естли паки попустить оную свободно похитить, и сей народ купно с державным ея государем под сугубое рабство и его подвесть? Ваша Светлость одаренной благоразумием государь! предразсудить изволите, не должно ли Ея Величеству брать такие противу Порты осторожности в разсуждении доставленной от всемогущественной Ея руки волности татарской державы, чтобы дело только великое, благодетельством целому народу на вечность окончанное, не могло чаянно ни нечаянно разрушитца? Сами Ваша Светлость, естли пожелать изволите вступить на подробное разсмотрение, то в душе Вашей найдете признание, что собственно Вашими одними силами, не имея удобных ни крепости, ни флота, ни орудия, ни пехотнова ни морскова войска, не можете ни себя ни земель своих ни народу от наглости Порты предохранить, ни зберечь ту вольность державы, которую Всевышний Бог чрез Всероссийскую Императрицу великую Екатерину вторую благоволил себя прославя Вам доставить, и которая печетца о деле Богом Ей спомоществуем, дабы оная вечно по постановлению нынешнему была в благоденствии и нерушимости, утверждая такими преградами, чтобы и мысль была у Порты изъята к какому либо поползновлению; почему я нелестным языком, но с истинною моею душевною откровенностию, имея честь в сведении сих дел, и в соответствие (как и выше упомянул) Вашево ко мне о сей материи уведомления объясняюсь. Ваша Светлость есть первый госудпрь по возстановлении вольной татарской державы! внемлите советам его сиятельства князь Василья Михайловича Долгорукова, толь знаменитова полководца, искренно Вам благодетельствующаго, так как и подающаго нелицемерной совет мне известной в том, чтоб самоизвольно предать во власть Ея Величества в Крыму способные к [203] прикрытию того полуострова, не для инова чево, как только для соблюдения на век от Порты, возобновленной вольной татарской державы, крепости, якот то: Кафу, Керчь и Ениколе с гаваньми и с выгонами для всегдашняго пребывания российским гарнизонам и флоту, коих число по окончании войны не может быть велико, а тем и ни какова утеснения жителем Вашим быть не может, паче же вере, правам, обычаям, правительству, и вольности державы, до коих отнюдь сие не коснется, но еще защищаются. Пример сему могу Вашей Светлости предоставить тот, что Англия вместе на гишпанском берегу Гибралтарскую крепость, а многие европейские народы и на берегах Восточной Индии укрепления, но совсем тем обе сии державы равными признаются; да и протчия европейския нации, тех индейских владетелей в землях коих имеют укрепленныя места, подчиненными себе почитать не могут же; тою ж малейшею частью назначиваемой в Вашей области земли и крепостей з гаваньми, спасение и охранение на вечность невредимо Вашего государства, в том постановленном вольном положении состоит. Нагайских племен все начальники, с коими мне случалось самому говорить, а от иных главноуправляющих и письменно отзыв вообще имею, што оне в предохранение своей полной державы, желают чтобы удобныя поморския крепости и гавани снабдены были российскими войсками, и тем бы корень их владения Крым, где имеет свое присудствие государь ими владеющий Светлейший Хан, збережены были от всегдашняго похищения насильственнаго Порты. Примите Светлейший и самовластный владетель в примечание событие, оком Вашим обозренное! могло ли воспрепятствовать что нибудь входу победоносному Ея Величества оружию в Крым? супротивление защитников только раздражило армии предводителя, которой о едином поспешении старался достигнуть до главной в Крыму крепости Кафы наполненной турецким войском; а коль скоро со своим передовым войском её обозрел, в тот самой час считал её в своих руках, что и совершил, ооббрав турков с начальниками в плен, протчих разогнал, иных предал глубине морской; достальныя же крепости отряженными корпусами побрал, и освободил Крым от турков: препятствовало ли, тут што нибудь сию область, оружием полученную, вечноподданною Ея Величеству учинить? и кто ж бы мог от сего удержать, естли бы прежде не было в монаршем Ея Величества намерении такова спасительнова о татарском народе положения, чтобы сделать сию державу вольною ни от кого независимою под владениями собственных ея государей, и соблюсти её на вечность такими охранениями, чтоб никогда [204] не могла быть подвержена порабощению Порты? Какое же может быть сумнение в самоизвольном отзыве в отделении вышеупомянутых трех крепостей с гаваньми и выгонами (где быть российским стражам вольность татарской державы охраняющим) во власть той Монархини, которая оную возобновила, и разорвав оковы рабства, даровала свободу, приняв и защищать со своим высочайшим покровительством на точном том положении, как она утверждена? а без того ни на малейшее время быть безопасною от Порты быть не может в разсуждении собственнова её безсилия, и весь труд сей обратитца в ничтожество естли иначе оставить. Светлейший Государь! я оную подробность описываю с стремящимса от души моей к Вам усердием, притчиною соединения навсегда обещанной моей дружбы брату Вашему и к Вашей Светлости особливаго высокопочтения, с которым и по смерть мою есмь.

Искренний доброжелатель и услужник.

III.

Граммата.

По императорском полном титуле.

Да будет всем известно.

Бывшее Крымскаго полуострова и всех принадлежащих к оному татарских народов Порте Оттоманской подвержение, как несвойственное и совсем предосудительное для сих народов, служило всегда к Нашему сожадению; почему обратя Мы победоносное Наше оружие на Крым, по случаю произшедшей между Нашею Всероссийскою Империею и Портою войны, не искали мстить татарам за нарушение мира сею державою, поелику оная превозмогши над ними в продолжение времяни властию своею, употребляла их в произведении своих намерений против собственной их воли и пользы; но охотно подали им наротив того способы постановить себя на степень свободной и ни от кого независимой области, правимой собственным своим верховным начальством, в лице Хана Крымскаго, в которое достоинство, по такой благополучной татарских народов перемене их жребия, будучи избран добровольным соглашением и по праву породы и наследства, Светлейший и славнейший Сагиб-Гирей, сын Ахмет-Гирей солтана, торжественным и признан от Нас образом в качестве независимаго владетеля над свободною татарскою областию, учиненным к Его Светлости и к сей области отправлением Нашего полномочнаго, войск Наших генерал-порутчика, [205] лейб-гвардии майора и кавалера Щербинина; сверх того распространяя Мы оказанное с монаршей Нашей стороны татарским народам благодеяние и на все веки будущия, и чтоб всегда они могли пользоваться защищением Нашим и преемников Наших на Российском Императорском престоле, при обстоятельствах того требовать имеющих, восхотели Его Светлости Хану Крымскому и всему татарскому обществу чрез помянутагож Нашего полномочнаго предложить и о заключении с Нами формальнаго трактата союза и дружбы, определяющаго со всею точностию и самыя средства и действия способствования, какое от Нашей Империи Крымскому полуострову и татарским народам на будущее время иметь нужным и полезным остается, для вечнаго охранения доставленной им трудами и подвигами Нашими вольности и настоящаго независимаго состояния. Нижеследующий договор совершенный и заключенный, с Нашей стороны чрез вышеозначеннаго генерала порутчика, лейб-гвардии майора и кавалера Евдокима Щербинина, по силе данной ему от Нас полной мочи, а с стороны свободной и независимой области татарской чрез Светлейшаго и славнейшаго Сагиб-Гирея Хана Крымскаго, купно с уполномоченными от Крымскаго и Нагайскаго обществ, а именно от перваго с Ширин-бием Джаин-гиреем, великим агою Бегадарь-агою, и Мансурскаго поколения с Шагпаз-беем, Измаил-беем Аргиным, а от Нагайскаго общества от Эдишкульской орды с Карагаш мурзою, от Эдисанской с Темиргаш мурзою, от Буджацкой с Катыршаг мурзою, а от Джембуйлуцкой с Эльмурзаг мурзою, есть справедливое уважение Нашего о татарских народах неутомленнаго попечения, начальством сих народов, по собственному онаго удостоверению полезным признаваемаго, и таким и явно подтверждаемаго; а впротчем сей договор, составляющий существенно и в самом деле меры нужныя к прочной безопасности Крымскаго полуострова, и к утверждению истинной дружбы между Всероссийскою Империею и областию татарскою, кои как избраны, так и назначены согласно по предшествовавшем взаимном и с достоверностию разсмотрении, от слова до слова гласит тако:

Во имя Господа Бога создателя неба и земли и всяких благ источника.

Когда открылась война настоящая, Ея Императорское Величество, самодержица Всероссийская, восприяв дарованное Ея Величеству от Всевышняго оружие на отражение неприятеля, тем одним удовольствоваться не изволила, но человеколюбивое сей монархини сердце подверглось в тоже время употребить способы, к избавлению Крымского [206] полуострова, и всех татарских народов, и от поноснаго порабощения, в какое они коварством и насильством низвержены были. Благодарение Всевышнему на всякое время! теперь все Крыму принадлежащия татарския народы, получа древнюю свою вольность и независимость, составляют уже особливую область под собственным своим правительством. Благополучие, которое при Божием покровительстве произошло единственно от великодушнаго Ея Императорскаго Величества пособия, но чтоб оное в роды и роды вечно осталось безвредно, твердо и прочно, и новая татарская область время от времени в лутчее установление приходить могла, Ея Императорское Величество дозволяя ей свое покровительство и ручательство, в охранении и защищении, всех татарских, оную составляющих народов в настоящем их состоянии, кроме собственнаго своего верховнаго правительства ни от кого независимом, соизволила отправить в Крым к Светлейшему Хану Крымскому Сагиб-Гирею, избранному в сие достоинство по праву породы и наследства, и к протчим крымским и татарским начальникам, полномочным Своим генерала-порутчика, гвардии майора и кавалера Евдокима Щербинина, для постановления с Его Светлостию Ханом, и вообще всей татарской области с именитыми начальниками формальнаго тракта, которым бы точнее определено было взаимство дружбы и союза между Всероссийскою Империею и татарскою областию; чему и с своей стороны Светлейший Хан с чинами правительства Крымскаго и Нагайскаго общества уполномоченными, а именно Ширин-беем Джаин-гиреем, великим агою Бегадыр-агою, Мансурового поколения Шагпас-беем, Измаил-беем Аргиным, Эдичкульской орды Карашаг мурзою, Эдисанской Темиршаг мурзою, Буджацкой Катиршаг мурзою, Джамбуйлуцкой Эльмурзаг мурзою, с должным признанием и благодарностию соответствуя, с помянутым генерал порутчиком Щербининым по взаимным изъяснениям согласились, и на мере постановили следующия условии: 1. Союз, дружба и доверенность да пребудут вечно между Всероссийскою Империею и татарскою областию, без притеснения вер, законов и вольности. 2. Сей татарской вольной области верховное и нижнее начальство, то есть все вообще законы и обряды в самовластном Крымском Хане быть имеют; избраниеж и постановление на предбудущия времена в Ханы, зависит от общаго согласия сей области, в которое, как и во все вышесказанное в сем пункте, ни Российская Империя, ни Оттоманская Порта, и протчия посторонния, никто и ни один ни в чем вмешиваться да неимеют; но по избрании и постановлении Хана доносимо будет высочайшему Российскому двору. 3. [207] До войны настоящей бывшия под властию Крымскаго Хана все татарския и черкеския народы, Томанцы и Некрасовцы, по прежнему имеют быть во власти Хана Крымскаго; большая же и малая Кабарды состоят в подданстве Российской Империи. 4. От Крымской области, Российской Империи в помощь себе войск не требовать, равно крымския и татарския войски противу России никому ни в чем, и ни под каким претекстом вспомоществовать неимеют. 5. Ея Императорское Величество за себя и за своих Всероссийскаго престола преемников, обещает татарскую область сохранять и защищать во всех вышеозначенных ея правах и начальных положениях. 6. Пока настоящая война между Всероссийскою Империею и Портою Оттоманскою продолжается, резоны военныя требуют, чтобы укрепленныя Крымския места заняты были российскими императорскими войсками; но при всем том возможное старание употребится, чтобы сие обстоятельство ни в малейшую не было тягость Крымским обывателям. 7. Как натуральное положение Крыма подвержено и всегда незапным неприязненным нападениям, а Российския силы по заключении с Портою Оттоманскою мира возвратясь в свои границы, великим разстоянием отдалены будут от сего полуострова; то дабы во всегдашнее время с стороны Всероссийской Империи надежныя способы предоставлялись, перенимаемое торжественнейшим образом ручательство вольности и независимости Крымской, и всех татар составляющих ныне свободную область, под собственным своим верховным правительством, действительно исполнит поданием в нужных случаях немедленной помощи и защищения, в сем учреждении содержаны да будут навсегда Российскою Империею крепости, Яниколь и Керчь, на берегу пролива из Азовскаго в Черное море лежащия, с гаваньми и с околичною землею, то есть начав от Чернаго моря по старой Керчинской границе до урочища Бугак, а от Бугака прямою линиею на север в Азовское море, оставляя в границах к Керчи и Яниколю все источники, довольствующия сии крепости пресною водою, чтобы в тех крепостях запасное войско и суда находиться могли, для стражи и отвращения всяких противных на Крымский полуостров покушений; но только для коммуникации с живущими на Кубанской стороне народами, иметь Крымцам при Яниколе на собственных своих судах перевоз у особой пристани; равно в Яникольском и Керченском проливе ловить рыбу российским и крымским людям безпрепятственно, исключая те места, кои заняты будут российскою флотилиею. 8. Кроме крепостей Яниколя и Керчи о [208] коих вышеупомянуто в седьмом пункте, протчия все Крымския, какого бы названия и имени ни были, крепости с пристаньми, гаваньми, жилищами, со всеми во оных жителями, доходами, и солеными озерами, в ведомстве и распоряжении Светлейшаго Хана и крымскаго правительства быть имеют, в которых по заключении с Портою мира, российския войска пребывания иметь не будут; равно и за Перекопом Крымскаа степь по границы Российской Империи, бывшая до настоящей войны, то есть начиная от вершин речек Берд и Копских вод, до устья оных по прежнему во владении крымских жителей оставаться имеет. 9. Нагайскиам и Буджацкой ордам оставаться навсегда обитать на Кубанской стороне под властию Его Светлости Хана, состоя по древним их правам, обрядам и обычаям, на основании сего трактата и первоначальных их с Россиею положений. 10. Подданныя Ея Императорскаго Величества которыя найтись могут в Крыме у татарских народов в плену и в неволе, да будут в следствие союза и дружбы без всякаго выкупа возвращены и впредь возвращаемы, и естли кто по самоизвольному желанию приимет магометанский закон, те для удостоверения о том чрез словесное их объявление разбираны будут Российским резидентом, равно как и с высочайшей Ея Императорскаго Величества стороны Крымския, Нагайския и Буджацкия пленники, также возвращаемы быть имеют. 11. Все другия в Крыму и в татарских ордах невольники, не подданныя Российския, хотяб они и християнскаго закона были, когда прибегнут к Российским войскам и к местам оными содержимым, приемлимы быть не имеют, но назад отсылаемы, а могут только по добровольному соглашению с хозяевами выкупаемы быть. 12. Дозволяется взаимная торговля Российским подданным в Крыму, а Крымским в Российских местах со всею безопасностию и выгодностями, какия другия дружественныя народы имеют, но с платежем только по купеческим установлениям надлежащей пошлины. 13. Ея Императорское Величество в вящее засвидетельствование своего к Светлейшему Хану Крымскому уважения и доброжелательства и в споспешествование взаимной дружбы, соизволяет содержать при Его Светлости своего резидующаго министра; а Его Светлость обещает всегда и при всяких обстоятельствах сохранить в разсуждении его, и всех при нем быть имеющих, народные права, не дозволяя и недопуская ни кого, чтобы ему, и людям его малейшее оскорбление учинено было; в противном же случае все до него обидным образом касающияся жестокому подвержены будут наказанию. 14. Сей трактат [209] вечной дружбы и союза, имеет быть от Ея Императорскаго Величества апробован и ратификован, и ратификация письменная, коль скоро возможно, Его Светлости Хану и крымскаго правительства чинам доставлена будет. Во уверение того я Ея Императорскаго Величества полномочной, подписав оной моею рукою, и утвердя моею печатию, отдал Его Светлости Хану Крымскому Сагиб-Гирею, и полномочным, приняв от них единогласной экземпляр за подписанием и приложением их печатей. Учинено в городе Карасу тысяча семь сот семдесят втораго года Ноября перваго дня. – Мы выщеозначенной трактат союза и дружбы, заключенный Нашим полномочным с Светлейшим и славнейшим Сагиб Гиреем Ханом Крымским, и с свободною татарскою областию, под его верховным начальством состоящею, за сим благо приемлем, и подтверждаем, обещая Нашим Императорским словом за себя и за наследников Наших, исполнять точно по силе и содержанию всех условей в оном положенных; а для вашаго уверения того Мы сию Нашу Императорскую ратификацию собственноручно подписав, печатию Нашей Империи утвердить повелели. Дано в Санкт-Петербурге Нашей резиденции, лета от Рождества Христова тысяча седмьсот семдесят третьяго, месяца Генваря двадесят девятаго дня, государствования Нашего первагонадесять года.

Екатерина

Место печати, которое утратилось

К. Александр Голицын

VII.

Грамата.

По большом титуле.

Светлейшему и славнейшему Крымскому Хану Шагин-Гирею Наша Императорская милость и поздравление. По прибытии ко двору Нашему от всего Крымскаго обществапосланников, и по поднесении ими пред Императорской престол наш граммоты Вашей, а от онаго общества магзаров, поставляем Мы себе особливое удовольствие изъявить Вашей Светлости чрез сию грамату Наше высочайшее поздравление , благополучным и единодушным Вашим избранием от всех татарских народов и племян в знаменитое Ханское достоинство, будучи уверены, что татарская область возможет под [210] Вашим бодрым и благоразумным правлением скоро и прочно утвердится на будущия времена в присвоенных ей драгоценнейших преимуществах, вольности и независимости гражданской и политической, которыя Мы с своей стороны всегда и вся (места обозначенныя точками оторваны) … нашим покровительством охранять и защищать обещаем, …. и желаний Наших относительно до жребия татарских народов к тому …. ведет их в мире и тишине, благоденствующих из рода в род в …. преуспевающих, почему и ныне уважая как Ваше заступление, так и засви….и чрез посланников и магзаров истинное раскаяние о содеянных пред…..поступках, против доброй веры и торжественнаго трактата соизволили….прошедшее предать вечному и совершенному забвению….чем отпустить посланников обратно в Крым с Императорскою….тамошнему обществу граматою, не хотели Мы оставить без отдания им…..тию справедливой похвалы в том, что они во всю их при дворе Нашем….пристойно и порядочно и без повторения еще собственно Вам, что добро….попочение о пользе дел Ваших, есть и пребудет всегда непременно. Во…сия Наша Императорская грамата, которую Мы государственною Нашею печатию запечатать повелели, в столичном Нашем городе в Санкт-Петербурге в 25 день Августа, от Рождества Христова 1777 г., а государствование Нашего шестагонадесять года.

Императорскою подписью неутверждена.

Место печати.

Текст воспроизведен по изданию: Материалы для истории Крыма // Записки Одесского общества истории и древностей, Том VII. 1868

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.