Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

Документ № 41.

Доклад полковника генерального штаба Глуховского от 14 июня 1874 года начальнику главного штаба о результатах исследования Аму-Дарьинского бассейна, проведенного во время военных действий русских войск против Хивы и значении туркменского вопроса

(Печатается сокращенно. (Составит.))

Состоящий для поручений
при начальнике Главного
штаба
14 июня 1874 года,
№ 106
С. Петербург.

Господину Начальнику Главного штаба

РАПОРТ

...Занятие г. Хивы, столицы ханства, водворившее спокойствие в ханстве, разделяет хивинскую кампанию на две половины, [79] резко отличающиеся одна от другой своим характером. Первая половина кампании состояла исключительно из военных действий, а вторая половина из движений отрядов для исследования умиротворенной страны. Особенно знаменательна по своим результатам первая половина кампании, которая вполне выявила положение страны в политическом, военно-стратегическом, торговом, экономическом отношениях.

В политическом отношении оказалось, что хивинский хан бессилен и нелюбим народом, что вся сила хивинского ханства заключается в туркменах, вследствие чего, в действительности, хивинского вопроса не существует, а имеется только туркменский вопрос.

В военно-стратегическом отношении движения наших отрядов показали: 1) Что успех хивинской кампании был уже решен составлением превосходного плана военных действий против Хивы. План этот, приноровленный к местным потребностям и характеру азиатских стран, навел сразу панический страх на все ханство лишь только он начал приводиться в исполнение. Неприятель, ошеломленный движением с пяти сторон наших войск, совершенно растерялся и упал духом до такой степени, что даже не принял со своей стороны почти никаких оборонительных мер. Все крепости ханства, кроме столицы ханства, были в полуразрушенном состоянии. Более всего неприятеля озабочивали кавказские отряды, авангарды которых год тому назад доходили уже до Декча, т.е. почти до населенной части ханства, где для движений войск нет никаких препятствий. Доступность ханства с этой стороны и уверенность в труднопроходимости для войск степей со стороны Оренбурга и Ташкента, были причиною, что главные военные силы ханства, состоящие из туркмен, находились на западной границе, где туркмены решились усиленно защищать свои земли, дома, семейства и имущество. Силы туркмен обратились в другие стороны только тогда, когда красноводский отряд пошел обратно к Каспийскому морю и когда туркменам с этой строны не угрожало почти никакой опасности. Вот почему туркестанский и оренбургский отряды встретили со стороны неприятеля ничтожное сопротивление и то уже в пределах населенной части ханства. 2) Почти вся военная сила хивинского хана, главным образом, состоит из туркмен и самая важная часть ханства по своей силе к стратегическому положению находится на западных ее границах, смежных с Туркменскими степями. Поэтому, чтобы держать в своих руках ханство и водворить в нем спокойствие, не доводя его до окончательного разорения, необходимо употреблять все усилия, чтобы воспрепятствовать откочеванию туркменов вглубь степей. Было бы величайшим бедствием для Хивинского ханства, если бы туркмены удалились из него. Это было бы равносильно запустению богатейшей половины ханства, к быстрому занесению его песками, вследствие расстройства, системы водяных каналов, единственной защитницы ханства от сыпучих песков, двигающихся со стороны Туркменских степей... [80]

... в Хиве собственно не существует хивинского вопроса, а есть только туркменский вопрос, от решения которого и зависят все будущие отношения Хивы к России, что если Россия желает водворить порядок в ханстве и обеспечить свои интересы на р. Аму-Дарье, необходимо установить в Хиве сильное правительство, что хан, сидевший в Хиве до занятия ее, нелюбимый народом, возненавидевшим его еще более после бедствий настоящей войны, будет менее, чем всякий другой хан в состоянии водворить порядок в ханстве и исполнять принятые на себя обязательства, что г. Мерв на р. Мургаб, расположенный на главном торговом пути из Персии в Среднюю Азию, есть главный ключ к господству в Туркменских степях, играя в них первенствующее значение в торговом, политическом и стратегическом отношениях. Особенно важное значение приобретает г. Мерв и р. Мургаб в настоящее время, когда Афганистану уступлен не только весь левый берег р. Аму-Дарьи, но даже ханство Меймане, граничащее с р. Мургабом. Если Афганистан первый займет г. Мерв, то степень спокойствия в Туркменских степях совершенно будет зависеть от него в России, тогда нелегко будет обеспечить безопасность и предотвратить возможность направления европейской торговли через Персию и Мерв в Среднюю Азию, во вред развитию нашей торговли и наших закаспийских владений.

... Мусульманство никогда в Средней Азии так быстро не развивалось, как в последние годы нашего там пребывания. На практике оказывается, что мусульманские учреждения, — порождение средних веков, — по их неразвитости, замкнутости, фанатизму, неспособности к самобытному развитию и непреодолимой ненависти к нововведениям, принадлежат к числу самых лучших мер против развития мусульманства. В противоположность этому, наши русские учреждения, впускающие насильно, вопреки воле народа, новый дух в отживший мусульманский труп, придают ему новую жизнь, возбуждают энергию, усиливают деятельность, поднимают народный дух, возбуждают несбыточные надежды и как бы в подкрепление всего этого, передают в руки магометан самоуправление всею страною, где горсть русских людей, разбросанных на огромном пространстве, обыкновенно не будет иметь никакого значения.

... Если не сегодня, то завтра магометане выдвинут из своей среды умных, сильных и влиятельных личностей, опирающихся на народ, с которыми трудно будет управиться, не прибегая к каким нибудь особенным мерам. До сих пор мы держимся в крае не столько силою оружия, сколько верою туземцев в необычайном нашем превосходстве над ними, как и умственном и нравственном, так и в материальном отношениях.

... Земельная собственность находится только в руках мусульман. Все роды промышленности и розничная торговля также находятся в их руках. До настоящего времени только оптовая торговля находится преимущественно в руках русских [81] купцов, благодаря существованию зякетной системы. Но теперь, с предполагаемым уничтожением её, вся оптовая торговля перейдет также в руки мусульман, с которыми, как привилегированным народом в крае, никто не будет в состоянии конкурировать. Тогда в крае вся земельная промышленность и торговая интеллигенция будет состоять почти исключительно из мусульман. Этому более всего будет содействовать уничтожение зякетной системы. Эта система имеет громадное значение для края в торговом, экономическом и политическом отношениях. Сущность зякетной системы заключается в том, что каждый мусульманин по шариату обязан платить в казну с количества своего торгового капитала по 2,5 % пошлины в год, а русский купец платит по русским законам гильдейские пошлины. Значит, мусульманин туземец, торгующий на 500.000 р. серебр. обязан платить в казну 12.500 рублей, а русский, торгующий на 500.000 рублей, гильдейские пошлины, которые, со всеми расходами, приблизительно, можно положить около 2000 рублей серебром. Подобная мера, справедливая относительно равноправности русских и мусульманских законов, дает некоторые преимущества русскому купду. С первого взгляда кажется даже, что последний имеет громадные преимущества перед мусульманином, но на деле выходит иначе. Мусульманин, туземец Туркестана, освобожден от натуральной повинности соляного налога, разных акцизных налогов, рекрутской повинности и многих других общественных, городских и земельных сборов, налагаемых в России. Русский купец платит все эти подати не только сам и его приказчики, но также и все их семейства. Если подвести итоги всем этим расчетам то и окажется, что зякетная система только уравновешивает шансы русского купца и мусульманина-туземца. Если впоследствии подати и могут быть сравнены, то все-таки на стороне туземцев останется громадное преимущество быть освобожденным от воинской повинности, которую едва ли будет своевременно вводить в новом крае. Кроме этого, зякетная система выгодна для интересов России еще тем, что она, увеличивая доходы русской казны, дает возможность образоваться в крае русской финансовой интеллигенции, направляет капиталы туземцев к обработке земли, прикрепляет их к ней, увеличивает зависимость туземцев от русской власти, содействует к водворению прочного спокойствия в крае, усиливает производительность страны (доставляя нам хлопок и шелк, т. е. то, что нам крайне нужно) и направляет деятельность народа на то, к чему он более способен в стране, где без ирригации невозможно никакое благоденствие и благосостояние ее жителей. Туркестан собственно нуждается не в уменьшении податей, а в развитии производительных сил края, направлении труда и капиталов народа к выгодной деятельности, привлечении русских капиталов в край, развитии кредита и улучшении путей сообщения.

... Введение в Туркестанском крае русских учереждений, дарованных России в последние время, будет не только [82] несвоевременно, но даже едва ли справедливо относительно русских и туземцев Туркестанского края. Чтобы управлять и судить мусульман по русским законам, необходимо сперва обучить их русскому языку, для чего до сих пор не принято почти никаких мер. Немедленное введение русских учреждений в крае, кроме неблагоприятных последствий для соседних ханств, вызывает необходимость печатания мусульманских газет, журналов, сборников и проч., что поведет к образованию целой мусульманской литературы (Задатки для этого уже существуют. В Ташкенте издаются мусульманские прибавления к газете “Туркестанские ведомости”. (Сноска в документе)). Подобное явление в свою очередь потребует образования мусульманских школ, прогимназий, гимназий и, наконец, университетов.

Взгляд на меры для обеспечения интересов России и Хивы.

...Военные действия в прошедшем 1873 году потрясли весь экономический строй хивинского ханства и привели его к крайнему разорению: все денежные и материальные средства хивинского хана были окончательно истощены; народ был обобран настолько, насколько это оказывалось возможным; число работников в ханстве уменьшилось вследствие войны и освобождения невольников; много земель заброшено; торговля почти прекратилась; доходы ханства сократились, а расходы неимоверно должны были увеличиться. В таком положении были дела, когда хивинским ханом сделан был прежде бывший хан. Ненавидимый народом, он опять сделался владетелем разоренного ханства, не имея ни денег, ни войск, ни материальных средств, ни даже своего имущества, которого он лишился при взятии нами Хивы. Критическое положение его дел еще более увеличилось, когда он принужден был принять на себя уплату контрибуции. Находясь и прежде в зависимости от туркмен, хан, однако, пользовался их расположением и поддержкою. Теперь же, когда он принужден был обложить сильными податями не только узбеков, но даже и туркмен, то они сделались непримиримыми его врагами. Еще во время пребывания наших войск в ханстве, туркмены прямо говорили, что они или откочуют в пределы Персии, или подати налагаемые на них, будут уплачивать узбеки. Хан бессилен и не может ни охранять их, ни обуздать разом туркмен. К этому бедственному положению дел присоединилось еще то, что лишение хивинского ханства правого берега р. Аму-Дарьи, присоединение его к России, заведение там русских порядков и заключение хивинского договора, будут препятствовать правильному существованию и успешному развитию производительных сил ханства. Направление вод Аму-Дарьи в рукав правого берега Аму-Дарьи и отнятие у Хивы каракалпаков, которые преимущественно занимались очисткой хивинских каналов, приведут к тому, к чему привело присоединение от Бухары к России Зеравшанского округа, т. е. к постепенному разорению, запустению и занесению песками обширных местностей хивинского ханства. Этому [83] будет сильно содействовать еще пребывание наше на правом берегу Аму-Дарьи. На одном берегу реки будут господствовать порядок, спокойствие, безопасность, суд, легкие подати и полная свобода действий для каждого подданного. На другом берегу — разбои, грабежи, произвольные поборы, тяжкие налоги, отсутствие всяких гарантий и ежеминутная опасность потерять жизнь и имущество. Нет никакого сомнения, что ввиду подобных крайностей предпочтение всегда будет отдаваться правому берегу, куда постепенно и будет переходить население ханства Результат будет одинаков с тем результатом, какой мы видим теперь на берегу реки Зеравшан-Дарьи.

Зеравшанский округ развивается, а Бухарское ханство приходит к упадку. Договор, заключенный с Хивою, будет также приводить к подобным результатам. Ходатайствуя перед Туркестанским генерал-губернатором о предоставлении в Хиве русским подданным права свободной торговли на всем протяжении ханства с освобождением их от платежа зякета и других повинностей, я имел в виду передать, посредством этой меры, всю оптовую торговлю ханства не в руки мусульман, а в руки купцов русского происхождения с тем, чтобы образовать на низовьях Аму-Дарьи русскую финансовую интеллигенцию. Между тем, по доходящим до меня сведениям, эту статью договора предполагают применять ко всем без различия подданым России, т. е. как к христианам, так и к мусульманам. В таком случае, эта статья договора на практике не только приведет к совершенно противоположной цели, для которой она заключалась, но будет еще увеличивать критическое положение Хивинского ханства, не принеся особенной пользы России. Тогда, при подобном применении, у хивинского хана не будет вовсе и подданных торгоцев. Всем торговцам хивинского ханства гораздо будет выгоднее перейти на правый берег Аму-Дарьи, считаться его обитателями, попасть в число русских подданных и потом свободно беспошлинно торговать на всем протяжении хивинского ханства, не давая никакой возможности водвориться там торговцам русского происхождения, так как мусульмане правого берега Аму-Дарьи, подобно мусульманам туркменского края, будут в привилегированном положении относительно различных податей и повинностей, лежащих на подданных русского происхождения. Как прежде, так и теперь в судьбе ханства будут играть важную роль туркмены. Было бы величайшим бедствием для хивинского ханства, если бы они откочевали в пределы Персии. Тогда вся западная часть ханства немедленно запустела бы, каналы её засорились бы и она обратилась бы в песчаную степь, наподобие местностей некогда заселенных, а ныне пустынных, по берегам старого русла реки Аму-Дарьи. В настоящем хивинском ханстве западная её часть есть для России самая важная часть в политическом, военном и стратегическом отношениям. Один взгляд на положение ханства относительно владений России, окружающих её со всех сторон, указывает, что держать фактически в руках хивинского ханства или иначе сказать, [84] туркменов, возможно только со стороны Закаспийского военного отдела. Действуя со стороны Аму-Дарьинского округа, мы действуем с фронта и оставляем всегда неприятелям туркменам свободный путь отступления в степь. Обыкновенно наши войска могут их преследовать и там, но главная задача в Хивинском ханстве и должна заключаться в том, чтобы не выгонять туркмен из ханства, но напротив, водворить их там прочно навсегда и ни в каком случае не допускать удаления их в пределы Персии. Достигнуть же этой цели можно только, владея путем их отступлении, который ныне находится в ведении Закаспийского военного отдела. При этом нельзя умолчать, что договор, заключенный с хивинским ханом, удовлетворяя только интересам и выгодам Туркестанского военного округа, оставил в стороне как интересы Оренбургского и Кавказского военного округа, так и насущные потребности туркменов, которые постоянно крайне нуждаются в воде, бывшей часто причиною кровавых и опустошительных междуусобий в ханстве. Таким образом, вышло то-что владения России, обхватывающие Хиву почти со всех сторон, не соединены между собою, а разделены. Если бы при заключении договора Кунградская область была присоединена к России, то тогда не только был бы устранен этот важный недостаток, но положение туркмен значительно улучшилось бы и они бы не имели больших поводов к неудовольствию против хана. Если до сих пор туркмены, живущие близ старых русел Аму-Дарьи, крайне нуждались в воде, теперь, когда ханство обезлюдело вследствие переселения каракалпаков на правый наш берег, каналы её начнут засоряться и туркмены еще более начнут бедствовать от недостатка воды. Явится не только новый повод, но даже необходимость к волнению в ханстве против хана. Если бы дельта левого берега Аму-Дарьи от Кунграда до Лаудана и далее на запад по старому руслу р. Аму-Дарьи была присоединена к России, то заботы её о правильном распределении воды касались бы не одного только правого берега, но также и левого берега р. Аму-Дарьи. Тогда ханство было бы предохранено, как от многих волнений, так и от запустения и занесения западной её части песками, которые, год от году, постепенно более и более врываются в самую средину ханства. Устранение подобной катастрофы, а также обеспечение улучшения быта туркменов зависит единственно от безотлагательного пропуска воды по старому руслу р. Аму-Дарьи по направлению к озеру Сары-Камышу и далее. Тогда вся эта местность, недавно еще хорошо обработанная и густо населенная туркменами всех родов, опять оживилась бы и представила бы все необходимые средства для спасения ханства от песков, дав возможность на своих берегах развиваться оседлости, земледелию и древесной растительности. От этою зависит также скорейшее решение всего туркменского вопроса и успокоение Туркменских степей. Чтобы обуздать и усмирить туркмен, недостаточно разбивать их. Прежде всего, кочевника надо сделать более достаточным и [85] более оседлым жителем, дав ему возможность зарабатывать себе пропитание более легким трудом, более честным образом, чем разбои, грабежи и торговля невольниками. Подобной перемене более всего может служить направление среднеазиатской торговли по каспийско-аму-дарьинскому пути и орошение Туркменской степи водою. Всеобщее мнение хивинских туркмен то, что лишь появится вода в старом русле, как туркмены с р. Атрека и других частей Туркменской степи двинутся и поселятся там. Раз туркмены будут жить в довольстве, то они не будут легко рисковать потерею своего имущества, имея в виду еще перспективу быть истребленными в случае неповиновения. Орошение Туркменской степи водою, представит тогда все удобства, ибо наши войска свободно будут в состоянии двигаться по всем направлениям. В Средней Азии страшен не оседлый житель, а номад, которому нечего терять, и который добывает себе пропитание разбоями и грабежами.

... Теперь предстоит настоятельная необходимость соединить Среднюю Азию с Россиею улучшенным путем сообщения, я не могу умолчать, что единственным в настоящее время направлением для проложения железной дороги в Среднюю Азию должно считать направление от Красноводска до Аму-Дарьи. Эта дорога была бы самою производительною и могла бы окупиться. Выводы эти я основываю на том, что орошение Туркменской степи водою немедленно обратит её в плодоносные местности, которые посредством отдачи их в аренду могли бы давать большие выгоды, судя по доходности земель в Хивинском ханстве. Отдача этих земель в аренду на протяжении линии железной дороги и оросительных каналов, а также эксплоатация железной дороги вполне обеспечили бы доходность её. Тогда явилась бы возможность доставлять на берега Аму-Дарьи нефть для отопления пароходов и зданий. Эта Красноводско-Аму-Дарьинская жел. дорога, находясь на удобнеишем и кратчайшем пути из России в Среднюю Азию, пролегающем по Волге, Каспийскому морю, Туркменской степи, Хивинскому ханству, по р. Аму-Дарье до пристани Кукертли, откуда или вверх по реке Аму -Дарье до пределов Афганистана, или от Кукертли в г. Бухару и далее по Бухарскому ханству через Самарканд и Джизак и Ташкент и Кокан, — притянула бы к себе грузы всей Средней Азии и части Афганистана, число которых в первые 3 — 5 лет существования дороги может пойти около 4 млн. пудов. Проведение Каспийско-Аму-Дарьинской железной дороги вызывается еще важными стратегическичи соображениями ...соединение всей нашей юго-восточной пограничной линии, соединяющей три пограничных военных округа улучшенным путем сообщения, представлается делом первой важности. Тогда Каспийско-Аму-Дарьинская железная дорога уничтожила бы единственно неудобное пространство торгового и военного пути из России в среднюю Азию на всем громадном его протяжении от Москвы до Афганистана и Кокана. Тогда в случае каких-либо [86] замешательств в Средней Азии, Россия всегда будет в состоянии перебросить без особенных затруднений с Кавказа массу войск на берега р. Аму-Дарьи, откуда уже не встречается препятствий для движения по направлению к Афганистану, Ташкенту и Кокану. Когда же население и благосостояние среднеазиатских владений увеличится, тогда можно будет приступить к постройке железной дороги из Ташкента к одному из пунктов сибирской железной дороги с ветвью к Оренбургу. Что же касается до русско-индийской железной дороги, то, не мечтая о будущем, а принимая в соображение настоящее положение дел, эта дорога будет выгодна только для Германии, Индии и Англии и, положительно неблагоприятна для развития русской среднеазиатской торговли.

Каспийско-аму-дарьинская страна представляет одно неразрывное целое, которое может правильно существовать и быстро развиваться только при соединении всех ее частей в руках одной власти. Хивинское ханство никогда не имело и не имеет никакого тяготения к Ташкенту. Вот почему, для быстрого и успешного развития производительных сил Хивинского ханства и нашей среднеазиатской торговли, было бы необходимо заведывание сношениями с Хивинским ханством передать ведению той русской власти, которой будет подчинен восточный берег Каспийского моря. По образовании военно-закаспийского отдела существование аму-дарьинского отдела в предполагавшихся размерах не вызывается особенными нуждами и требованиями со стороны интересов России.

На основании всех вышеизложенных соображений, относительно Хивинского ханства, главные меры, могущие содействовать быстрому развитию производительных сил каспийско-аму-дарьинской страны и развитию нашей среднеазиатской торговли, заключаются в следующем: 1) Необходимо успокоить и водворить безопасность в Хивинском ханстве. 2) Необходимо обеспечить красноводско-аму-дарьинский торговый путь, для чего было бы весьма полезно предоставить охранение этого пути хивинским туркменам, расставив их вдоль протяжения его, в определенных пунктах, в виде пикетов. Эти пикеты в непродолжительном времени обратились бы в этапные пункты, около которых начали бы группироваться окрестные кочевники и около которых впоследствии могла бы развиться оседлость. Некоторые из этих пунктов могли бы даже обратиться в торговые центры степей, как это мы видим ныне в киргизских степях. За содержание пикетов следовало бы установить известную плату из хивинской контрибуции. Мера это избавила бы нас от устройства многих укреплений и содержания там русских войск. Имеется много данных, что хивинские туркмены будут добросовестно охранять красноводский торговый путь, так как они собственно занимаются перевозкою товаров. 3) Установление в степях туркменских пикетов удалило бы из ханства все буйные головы и предоставило бы им возможность получить денежную награду [87] за свою службу и тем легко выплачивать наложенную на них контрибуцию. Вообще, эта контрибуция служит одною из главных причин неудовольствий и волнений в ханстве. В видах соблюдения интересов России, было бы весьма полезно если не простить, то по крайней мере, возможно уменьшить или облегчить взнос этой контрибуции. Если принять в расчет все последствия, производимые взиманием контрибуций на спокойствие и внутреннее состояние ханства, а также на развитие производительных его сил и торговых сношений с Россией, то для России было бы гораздо выгоднее совершенно простить контрибуцию этому разоренному ханству, которому война 1873 года стоила по приблизительным соображениям более 10 млн. рублей.

Генерального штаба полковник Глуховской.

ЦГВИА, ф. 400, д. 8,1873 г., л. л. 83-128.

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.