Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

А. И. ЛЕВШИН

ОПИСАНИЕ

КИРГИЗ-КАЗАЧЬИХ ИЛИ КИРГИЗ-КАЙСАЦКИХ ОРД И СТЕПЕЙ

ГЕОГРАФИЧЕСКОЕ И ИСТОРИЧЕСКОЕ РАССУЖДЕНИЕ О РЕКЕ ЯКСАРТ ИЛИ СЫРДАРЬЕ, И ЗЕМЛЯХ, К НЕЙ ПРИЛЕГАЮЩИХ

ПРЕДИСЛОВИЕ

Историческое и географическое рассуждение о Сыр-дарье, здесь помещаемое, было написано мною прежде, нежели я приступил к полному описанию орд киргиз-казачьих. Более 6 лет оставалось оно у меня в забвении. В 1828 году, в бытность мою в Париже, я перевел оное несколько в сокращенном виде на французский язык и сообщил перевод мой двум знаменитым ориенталистам, г. г. Жоберу и Клапроту 1. Одобренный лестным для меня отзывом и вследствие оного удостоенный принятия в члены Парижского азиятского общества, я пред отъездом из Франции, оставил рукопись мою г. Клапроту, под надзором коего она была напечатана в Nouvelles annales des voyages 1828, Fevrier. Возратившись вскоре после того в Париж, я воспользовался сокровищами, хранившимися в Королевской библиотеке и, почерпнув в ней многие любопытные сведения о древней географии Азии, изменил некоторые части моего рассуждения, распространил оное и дал ему тот вид, в коем оно печатается ныне.

Я не предполагал включить оное в описание орд киргиз-казачьих, ибо имел намерение в начале второго тома поместить историческое обозрение народов, коими нынешние земли киргиз-казачьи были обитаемы в древности. Обстоятельства не позволили мне исполнить сего намерения, а потому я почел небесполезным заменить упомянутое обозрение статьею, которая заключает в себе как [112] исторические, так и географические сведения древних писателей о Сырдарье и стране, к ней прилегающей. По содержанию своему, рассуждение сие будет служить переходом от первого тома ко второму.

ИСТОРИЧЕСКОЕ И ГЕОГРАФИЧЕСКОЕ РАССУЖДЕНИЕ О РЕКЕ ЯКСАРТЕ, ИЛИ СЫРДАРЬЕ, И ЗЕМЛЯХ, К НЕЙ ПРИЛЕГАЮЩИХ

Река Сыр, или как обыкновенно говорят и пишут, Сырдарья (Дарья в татарском языке 2есть нарицательное имя всякой реки. Сыр — значит желтый), орошающая бесплодные степи киргиз-казак-ские (Об истоках, течении и устье сей реки говорено в главе пятой под заглавием "Воды") и омывающая стены многих городов Туркестана, известна просвещенному свету с отдаленнейших времен. Подвиги Кира 3и Александра Великого 4внесли имя ее в историю задолго до Р. X.

Кир положил на левом берегу Сырдарьи предел своей обширной монархии и построил знаменитый некогда Ки-рополис (См.: Страбон. Кн. XI), а на правом — сей завоеватель погиб в сражении с массагетскою царицею Томирою, или Томирисою 5.

Геродот 6, описавший происшествие сие, оспариваемое многими историками, уже знал Сыр, и хотя в сочинениях его мы нигде не встречаем Яксарта (Jaxartes), то есть названия, которое обыкновенно давали реке сей греки и римляне, но в Араксе 7 его при описании массагетов, узнаем нынешний Сыр.

Много было писано о сем Араксе Геродота. Дегинь (Erreur d'Herodote sur l'Агахе, в: Hist, de l'academie des inscriptions et belles lettres, Tome 36), Фосс (An. ad. Melam. lib. III) и Гаттерер (Einleitung in die sinchron Universallist. T. 1) 8 утверждают, что он есть Оксус, или нынешняя Амударья. Деланоз (Sur l'Агахе des Massagetes, см. Hist, de l'academie des inscript. T. 36) видит в нем нынешний Аракс, выходящий из Армении и соединяющийся с Курою. Байер (De origine et sed. Scytharum. см. Memoriae Acad. Petrop. T. 1) 9, Сент-Круа (Examen des historiens d'Alexandre, Sect. 6) и Ларше (Notes sur le ler livre d'Herodote), полагают, что под сим названием должно разуметь Волгу. Многие другие также [113] предлагали свои мнения для разрешения заданной Геродотом загадки, но кажется, что решить оную и вместе согласить разные мнения об ней ученых нельзя лучше, как приняв за основание мысль Данвиля (Данвиль первый заметил, что слово "аракc" у древних географов есть более имя нарицательное, нежели собственное, но он не основал на сей мысли своих разысканий о геродотовом Араксе, ибо полагает почти утвердительно, что именем сим означен Оксус, или Амударья. См.: Hist, de l'Acad. des inscript. T.36, ст. "Des fleuves du nom d'Araxe"), подтвержденную Геереном (Ideen uber die Politik, u. s. w., der Volker der alten Welt) 10и развитую Кефалидесом (De mans Caspii historia. Книга сия издана Геереном, который будучи в дружеских сношениях с ее сочинителем, написал к ней предисловие), то есть, что Геродотов Аракc есть название общее Волге, Сыру, Аму и нынешнему Араксу. Началом сему мнению служат следующие доводы:

1.  В древности несколько рек носили название Аракса:одна из них, о которой говорит Ксенофонт 11 была в Месопотамии, другая в Персии, и Александр переходил чрез нее на пути к Персеполису. По словам Страбона 12, река Пеней в Фессалии также называлась Аракc.Новейшие (Kaempfer, Amoen. exot. p. 299) путешественники уверяют, что и ныне в Персии всем быстрым рекам дается название Аррас.

2. Менинский, в своем Thesaurus Orientalis, переводит слово "Аррас", или "Эррес", прилагательными: vehemens (сильный), vorax (поглощающий), которые приличны вся кой быстрой реке.

4. В Араксе Геродота находим мы признаки Волги,Сыра, Аму и нынешнего Аракса, между тем как в описании земель, ими орошаемых, историк сей совершенно умалчивает о трех первых реках и, следовательно, смешивает их с четвертою. Отдаленность их от Греции и недостаток известий легко могли произвести такую ошибку. Не подобное ли сему заблуждение видим мы в некоторых писателях XVIII столетия, которые, получив слабые сведения о походе Бековича к 13 к Амударье и узнав кое-что о Сырдарье, смешали обе реки вместе, присоединили к ним несуществующую ныне Кызылдарью и из всех
трех составили одну, назвав ее просто Дарьею, то есть рекою.

Оставим исчисление признаков, по которым название Аракса принадлежит Волге и Аму, но посмотрим, где говорит Геродот о Сыре. [114]

В 1-й книге его (§ 201) читаем: "Массагеты составляют многочисленный и воинственный народ и живут на востоке за Араксом, против исседонов".

В той же книге (§ 204) далее: "С востока прилегает к Каспийскому морю обширная и необозримая равнина. Массагеты, против которых шел Кир, занимают большую часть сей пространной равнины".

Здесь, без всякого сомнения, Аракc есть Сыр, ибо:

1. Припомнив, что Аральское море не только древним, но даже европейцам XIV и XV столетий было неизвестно, и что до новейших времен полагали, будто Сыр и Аму впадают в Каспийское море, очевидно, находим, что река, которая протекает по обширной равнине, идущей на восток от Каспийского моря и за которою жили массагеты, соседи исседонов, не может быть иная, кроме Сыра или Аму. Но Аму не должно здесь разуметь, потому что от нее на восток идет страна большею частию гористая, а не равнина, где бы мог поместиться народ многочисленный, каковы были массагеты. К тому же, если бы сии последние жили на Аму, они бы тогда не были соседями исседонов, которые, как сейчас увидим, занимали земли, на север или северо-восток от Сыра лежащие. Наконец, вспомним, что Дионисий Александрийский 14, назначающий границею массагетов также Аракc, явственно отличает его от Оксуса, или Аму.

2. Как бы мы ни объясняли геродотово описание скифов, во всяком случае увидим, что его исседоны (соседи массагетов) жили не на юг, а на север, или северо-восток от Сыра. В 4-й книге своей "Истории" он пишет: "Страна, лежащая по ту (т. е. восточную) сторону Танаиса (Дона), не принадлежит скифам, но начало оной занимают савроматы, или сарматы, которые от самого крайнего залива Меотического (Азовского) моря, простираются на 15 дней езды к северу... Над ними (т. е. далее к северу) в стране лесистой живут будины, народ многочисленный ... На север от будинов идет степь на 7 дней езды... . За степью сею на восток живут фиссагеты, народ также многочисленный. Вместе с ними и в тех же местах обитают иирки (Iyrcae)... Подвигаясь на восток от фиссагетов, живут возле их другие скифы, отделившиеся от царских скифов... До земель сих скифов вся вышеописанная страна составляет равнину, которой почва плодородна, далее земля камениста и тверда. Пройдя значительную часть сей полосы, при подошве высоких гор находятся аргипеи... До [115] сих мест страна известна, но ту, которая идет выше (т. е. на север от аргипеев) никто не может описать верно. Высокие и неприступные горы составляют здесь непреодолимую преграду... Что касается до страны, на восток от аргипеев лежащей, то она, как достоверно известно, обитаема исседонами; земли же, на север от сих последних лежащие, не знакомы ни аргипеям, ни исседонам".

Видев собственными глазами большую часть страны, от Дона чрез Волгу, Урал и далее на восток идущей, и соображая сведения об ней древних географов с настоящим положением мест, не могли мы не остановиться на мысли, что горы, около которых Геродот полагает аргипеев, суть горы Уральские в южной части, а именно около Оренбурга, и что исседоны жили на восток от них, т. е. в северной части нынешней киргиз-казачьей степи. Мысль сия тем основательнее, что более или менее согласна с предположениями Гаттерера (Гаттерер (в Einleit. in die sinchron. Universallist. Th. 2, h. 2) именно говорит, что исседоны во времена Геродота жили там, где ныне каракалпаки и прочие пограничные с Россиею народы, т. е. киргиз-казаки), Маннерта (Маннерт пишет (Geogr. der alten Griechen und Romer. Th. 4, Bd. 2), что исседоны жили близ реки Сыр) 15, Мальт-Брюня (Histoire de la Geographie, liv. 3) , Геерена (Ideen uber die Politik, u. s. w. T. 1, где говорится, что аргиппеев должно искать в киргизской степи, а, следовательно, в тех же степях находятся и соседи их исседоны), и что она близко подходит к мнениям других известнейших географов. Один только Деланос превратным толкованием Геродота (Hist, de l'acad. des inscr. Т., 36), силился доказать, что массагеты и исседоны жили в Европе; но доказательства его так неосновательны, что опровергаются сами собою, особенно в глазах людей, имеющих топографические сведения о землях, принадлежавших некогда скифам и их соседям. Дегинь (Там же, и в Mem. de la meme Academie. T. 35), опровергнув Деланоса, впал в противное заблуждение, и, желая доказать, что древние греки знали Китай, уверял, что Геродот под именем аргипеев разумел китайцев. Против мнения сего возражал в свое время Данвиль (Там же). Мы не будем повторять справедливых возражений Данви-ля, ни дополнять оных новыми доказательствами, которых найти можно довольно. Скажем только, что самый по себе сей писатель (т. е. Дегинь), хотя переносил аргипеев в Китай, однако же, оставил исседонов соседями массагетов, [116] и хотя находил в Араксе, на котором сии последние жили, Амударью, однако ж, думал, что те, которые оный принимают за Сыр (вместо Аму) не противоречат ни Геродоту, ни Ктезию (Erreur d'Herodote sur l'Агахе, в: Hist, de l'Acad. T. 36) 16. Это совершенно согласно с нашим образом мыслей, равно как и с вышеприведенными выписками из Геродота, и толкованиями на них Гаттерера и Маннерта. Все сии доводы вместе, полагая исседонов в киргиз-казачьих степях, на северной стороне Сыра лежащих, определяют на той же реке место и для юго-западных соседов их массагетов.

3. В дополнение к прочим доказательствам того, что массагеты жили на Сыре, могли бы мы привести мнение еще других новых писателей, но поелику догадки и толкования, сделанные чрез двадцать с лишком веков, не всеми принимаются за убедительные доводы, как бы, впрочем, они основательны ни были, то мы ограничимся здесь только ссылкою на Страбона, утверждающего в XI книге своей, что ближайщие к Каспийскому морю скифы назывались даями, а жившие восточнее — массагетами, которых Яксарт отделял от согдиан. Птолемей в описании Скифии, по сю сторону Имауса лежащей, также полагает (Tab. 7, Asie, cap. 13) массагетов на северной стороне Яксарта, хотя и не на берегах оного. Геродот в книге IV, § 40, равным образом указывает на Сыр, ибо говорит, что источник Аракса лежит на восток от Каспийского моря. Известие сие не может быть приложено ни к одной из рек, впадающих в Каспийское и Аральское моря, кроме Сырдарьи.

Из всего, здесь сказанного, следует заключить, что Геродот имел некоторые, хотя неясные, сведения о Сыре, и что отец истории не обозначил настоящего названия Сыра, смешав его с Араксом. То же самое сделал и Аристотель 17. В его описании Аракса узнаем мы Сыр, Волгу и Дон.

Чрез столетие после Геродота является в истории Александр Великий, и Сыр вдруг делается знакомее грекам, нежели теперь нам. Воды его мешаются с кровию неустрашимых македонцев, а на берегах его в одном месте видим простертого от раны (Quintus Curtius, lib. VII, с 23) победителя полувселенной, в другом месте почти.мгновенно возникает город Александрия (Arrianus, lib. IV, с 1), который, подобно столпам геркулесовым, остается [117] крайним (ultimus) памятником храбрости отважнейшего из завоевателей.

Со времен Александра встречаем реку Сыр во всех других древних географиях под именем Яксарта, страну, на север от нее идущую, под общим названием Скифии, а земли, заключающиеся между ею и Аму, под наименованием Transoxiana.

Слово "Яксарт" (Iaxartes) не есть собственно греческое, но занято греками у варваров, как пишет Арриан (Arrianus, lib. III. cap. 10. Впрочем, Арриан в сем месте пишет не Яксарт, но Орксант, или Орксантес) 18. Основываясь, может быть на сем известии, Сен-Круа (Examen crit. des histor d'Alexandre. sect. 6) производит оное из монгольских слов "ик"— большой и "серт" (soerte)— река. Валь (Allgemeine Beschr. des Persisch. Reichs. 3 Ubschn), напротив того, утверждает, что слово "Яксарт" составлено из иака, т. е. река, и сырт, т. е. холодная, или ледяная, ибо "яга" и теперь означает реку и финнов, югров и вогуличей 19, а сырд по-персидски значит холодный, замерзший, а по-самоядски и югорски — лед. Подражая Валю, любители этимологических изысканий могут с таким же правдоподобием предполагать, что киргиз-казаки, удержав слово "сырд", или "сырт", вместо "иака" поставили "дарья", (которое, как выше сказано, есть нарицательное имя всякой реки на татарском языке), и таким образом, составили нынешнее название Сыртдарья, или Сырдарья, т. е. река. Сие третье словопроизведение заслуживало бы не менее вероятия как и второе, на котором оно основано, но мы не предлагаем его потому, что не находим никакого соотношения между рекою Сыр и самоядами 20 или финнами, живущими от нее несколько тысяч верст. Еще менее видим мы связи между сими двумя народами или вогуличами и современниками Александра Великого или Арриана.

Как бы то ни было, и от чего бы ни произошло название Яксарт, но мы находим оное в сочинениях почти все древних географов. Большая часть их под сим именем разумели и описывали самым ясным образом нынейший Сыр, только некоторые смешали Яксарт с Танаисом и то умышленно, как сейчас объясним. Еще менее число писателей, не отличавших Сыра от Оксуса. Все, впрочем, единогласно думали, что Сыр, равно как и Аму, впадает не в Аральское, но в Каспийское море. С первого взгляда [118] всякому знающему настоящее положение сих рек, кажется удивительно, отчего греки, описав их течение и даже определив расстояние между устьями, приняли море Аральское за Каспийское. Еще замечательнее, что столь ныне очевидное заблуждение греков было повторяемо европейскими учеными до позднейших времен. Удивление сие исчезает при внимательном рассмотрении обстоятельств предмета, нас занимающего.

Если прочтем путешествие Турнефорта на Восток (Relation d'un voyage au Levant, t. 1, 2), Палласа (Там же. Т. 5) и Георги (Там же. Т. 1) 21 по странам, прилегающим к Каспийскому морю, историю сего моря, сочиненную Ке-фалидесом, и, наконец, "Естественную историю" Бюффо-на (Там же. Theorie la terre) 22, если потом применим их мнения к виду, свойствам, почве и произведениям мест, лежащих между Каспийским и Аральскими морями, если, наконец, вспомним, что многие древние географы считали длину Каспийского моря от запада к востоку, и давали оному такое протяжение, которое заключает в себе нынешнее Аральское озеро, то почти не остается сомнения, что сие последнее есть только отделившаяся часть первого, и что, следовательно, оба составляли некогда одно водохранилище.

Еще важнее в сем отношении для ученого мира новейшие сведения, собранные в 1819 году г. Муравьевым 23, во время его путешествия в Хиву, и российскими военными экспедициями, кои под начальством г. Берга 24, быв отправлены в степи киргиз-казаков в 1825 и 1826 годах, не только сняли на карту перешеек, отделяющий Каспийское море от Аральского, но даже нивелировали сие пространство. Полезные труды начальника сей экспедиции и помощников его открыли нам, что помянутый перешеек совсем не покрыт горами, означенными до сего времени на самых новейших картах русских и иностранных, но что он состоит из плоской возвышенности, идущей с севера от гор Мугоджарских и оканчивающийся крутым скатом близ залива Сарамасат у озера Аральского и близ залива Тюк Карасу у моря Каспийского. Далее возвышение сие, называемое киргиз-казаками Устюрт, простирается на юг в виде треугольника, оканчивающегося под 42° северной широты, не доходя до старого русла [119] Оксуса, некогда вливавшегося в Каспийское море по направлению, означенному на карте г. Муравьева. Оконечность Устюрта возвышается над равниною, идущею от него к югу сажен на 20, и имеет вид морского берега с заливами и мысами, изрытыми водою. Соседственные племена, по словам г. Муравьева, обыкновенно называют эту оконечность старым морским берегом. В противоположной от него стороне г. Муравьев на карте своей означает другой подобный обрыв или берег, так что пространство, между обоими заключающееся, составляет дно морского пролива, на котором везде встречаются соленые и горькие озера. От Демурджена до высот Cape-Бабе, тот же путешественник находил русло иссохших озер, и окрестности оных совершенно бесплодными и обнаженными. Многие купцы, ходившие с караванами из Сарайчика в Хиву, лично нам сообщали таковые же сведения о местах, нами рассматриваемых.

К рассуждениям сим могли бы мы присовокупить мнения некоторых ученых, полагающих, что разделение морей Каспийского от Аральского последовало от возвышения морского дна химическими и механическими осадками. Г. Шангин, бывший в киргизской степи в 1816 году 25, и сделавший о многих местах оной весьма любопытные минералогические и геологические замечания, пишет, что он видел там множество круглых холмов, проникнутых горькою солью, которая, конечно, произошла от механической осадки раствора, и что та же соль и окаменелости чере-покожных животных замечены им повсеместно. По таковым признакам г. Шангин полагает, что все места сии были под водою, и что перешеек между Каспийским и Аральским морями составлен осадками (Сибирский Вестник 1820 года. Кн. 2).

Мы не можем сказать, чтобы такое мнение было неоспоримо, но уверены в том, что юго-западная часть степей киргиз-казачьих представляет многие следы пребывания своего под водами морскими.

Так думал Паллас, то же полагают барон Мейендорф, г. Пандер и г. Эверсман 26, осмотревшие сию страну глазами строгих наблюдателей.

К доводам физическим приложим несколько исторических. Мы уже сказали, что ни один из древних географов не упоминает о море Аральском, и что все они единогласно полагали, будто Яксарт и Оксус вливаются в [120] Каспийское море. Оставим рассуждения об Оксусе, или Аму-дарье, ибо новейшие открытия показывают, что она разделялась прежде на два рукава, из коих один, иссохший ныне, и оставивший русло свое весьма приметным, впадал в нынешнее Каспийское море, но каким образом мог втекать в оное Яксарт (Сыр), отделенный от него морем Аральским и Оксусом? Не только нет сему доказательств, но даже нельзя найти предлога к принятию такого предположения.

Устье Сыра, по мнению большей части древних писателей, находилось там, где оно находится ныне, различие состоит только в том, что они море, принимающее его в себя, т. е. Аральское, называют частию Каспийского, и что сие последнее простиралось от востока на запад, по уверению Геродота, на 8 дней пути, или на 5600 стадий; по словам Страбона, на 6000 стадий, а по мнению Птолемея 27, на 23°. Возьмем наименьшее из сих трех измерений и начнем считать оное от западного берега Каспийского моря — оно окончится у восточного берега моря Аральского. Прочие два исчисления, будучи пространнее, повели бы нас еще далее на восток. Данные сии, почерпнутые из сочинений трех знаменитейших географов древности, обязывают нас принять одно из двух предположений: или море Аральское некогда составляло часть Каспийского, или древние совсем не знали о существовании оного. Последнее было бы весьма трудно доказать, ибо всем известно, что Александр Великий доходил до Яксарта с своим войском, что он построил на нем город и населил оный отчасти греками (Арриан. Кн. IV. Гл. 1), что он собирал сведения о море Каспийском и велел отправить флот для описания берегов оного (Там же. Кн. VII. Гл. 5). Еще более убеждаемся мы в нашем мнении, когда читаем в страбоновой "Географии" (Там же. Кн. XI), что Ератосфен, основываясь на наблюдениях многих путешественников, определяет пространство берегов Каспийского моря в следующем непрерывном направлении: берега Албании и Кадузии составляли 5400 стадий, берег Мар-дам, принадлежавший до устья Оксуса,— 4800 стадий, от сей точки до устья Яксарта — 2400 стадии,— всего 12600 стадий. Албания находится на западной стороне Каспийского моря, а устье Яксарта лежит на восточной стороне [121] Аральского моря. После сего мы спросим: если греки не знали Аральского моря, то как могли они измерять берега его? А ежели они знали оное, в таком случае, как могли они почитать берегом Каспийского моря все пространство, заключающееся между Албаниею и нынешним устьем Оксуса, или между древним устьем реки сей, впадавшей в Каспийское море, и устьем Яксарта, которого положение не изменилось доныне?

Мы предлагаем здесь не догадки и отвлеченные умствования, но факты, кои опровергнуть трудно и кои ведут нас к заключению, что во времена Александра море Аральское составляло часть Каспийского. Впоследствии времени, хотя может быть и скоро, произошло отделение двух упомянутых морей, но поелику ни греческое, ни римское владычества до устья Яксарта не простирались, а путешественники средних веков (Исключая Марко Поло, коего описания долго казались баснями, но теперь, благодаря трудам и объяснениям новейших ученых начинают проливать много света на географию средних веков) были недовольно просвещенные наблюдатели географического положения мест, то мнение, будто бы Сырдарья впадает в Каспийское море, сохранилось до позднейших времен.

Упомянув о сем общем заблуждении, рассмотрим прочие сведения ученых о Сыре.

Страбон не только знал настоящее положение сей реки, но и объяснил (Книга XI.) умышленную ошибку историков алек-сандровых, которые приняли Паропамизус за Кавказ, а Яксарт за Танаис и потому смешали море Каспийское с Азовским.

Все сие было выдумано с намерением увеличить славу Александра и заставить думать, будто бы он, покорив Азию, дошел до границы Европы, то есть до Дона, и до Кавказа, на котором как на краю известного тогда мира был прикован Прометей.

Страбон упоминает об Яксарте несколько раз, и полагая, что его источники в горах Индии (Там же), назначает оный границею между согдианами и кочующими скифами, из которых главнейших называет саками, даями и массаге-тами. Далее говорит он, что Яксарт был пределом Персидской монархии, что на нем стоял разоренный Александром Кирополис, и что устье оного от устья Оксуса, по словам Патрокла 28, отстоит на 80 фарсанг и [122] пр. Вообще сведения Страбона о Сыре довольно верны и точны.

Кирополис, о котором он говорит, надобно искать в тех местах, где Сыр приближается к Самарканду, ибо тут было поприще подвигов александровых. Переводчик Назаров 29, посланный русским правительством в 1813 году в Кокан, пишет (Записки о некоторых народах Средней части Азии Ф. Назарова. Изд. в 1821 году), что близ сего города ночевал он в деревне Карополясам. Не испорченное ли это название Кирополиса?

Плиний 30 сохранил нам название Силин (Sylin), которое давали Сыру, жившие около него скифы (Ланглес (Lib. VI. С. 16), приводя сие место в своей географической таблице, приложенной к "Наставлениям Тимура", говорит: Sylin (lege Sihoun)), и повторил, что он есть Дон, или Танаис, за который биографы александровы и сам он с войском приняли его.

Помпоний Мела 31, не сообщая об Яксарте ничего замечательного, коротко извещает, что он течет чрез степи Скифии и Согдианы и впадает в восточную часть Каспийского моря, называемую Скифским морем (De situ orbis Lib. III).

Арриан, справедливо предпочитаемый прочим историографам александровым, изменяет обыкновенной своей точности, когда говорит о Сыре, и, хотя он отличает его от Дона, но все-таки дает ему название Танаиса 32, и полагает, что источник его находится в Кавказских горах (De exped. Alexand. Lib. III. С 10), иногда же именует Орксантес (Ibid) и Оксиартес (Ibid. Lib. VII. С 5). Говоря о взятии Александром Великим стоявшего на сей реке города Кирополиса, Арриан пишет, что войско македонское вошло в город по высохшему руслу реки (Ibid. Lib. IV). Многим ученым место сие кажется непонятным и сомнительным. Мы находим мнение Арриана очень правдоподобным, ибо знаем, что не только в обширных степях Азии, но и в восточной части нашего государства реки часто изменяют течение свое во многих местах. Так, например, на обоих берегах нынешнего Урала видны многие высохшие русла рукавов, по которым он прежде тек и которые потом оставил, обратившись в другую сторону. Прибрежные жители обыкновенно называют сии места [123] старицами. Хивинцы уверяли меня, что Амударья еще чаще прорывает себе новые излучины, занося старое ложе песком. Наконец, происхождение Яныдарьи, о которой в конце сего рассуждения будем говорить, и уничтожение ее послужат самыми убедительными доказательствами, что обстоятельство, упомянутое Аррианом при описании взятия Кирополиса, было возможно, тем более, что Арриан говорит здесь не о высохшем ложе самого Яксарта, но разумеет, как кажется, высохший проток. Если бы примеры сии были известны Целларию 33 и Гаттереру, то, может быть, первый из них не нашел бы нужным относить Кирополис к источникам Сыра (Orb. antiq. III, 21), а последний не смешал бы его с Самаркандом (Weltgeschichte. Bd. II).

Разорив Кирополис, Александр построил на Сыре город Александрию, которая, как пишет Арриан, была населена македонянами, разными другими греками и варварами (De exped. Alexand. Lib. IV. С 1). Где именно стоял город сей, которая часть Сыра омывала стены его, положительно неизвестно. Кефалидес, сочинитель упомянутой нами выше "Истории Каспийского моря" думает (De fluvius mare Caspicum et l'Aral subeunt. P. 2), что Александрия, Кирополис и Киресхата составляли один и тот же город, которого место назначил Птолемей под названием одной Киресхаты и который должен быть нанешний Ходжант. Оставляем в стороне предположение о тождестве Киресхаты с Александриею, ибо оно подвержено еще многим возражениям, но скажем, что мнение Кефалидеса о местоположении Александрии очень правдоподобно, и что гораздо основательнее искать ее там, где ныне Ходжант или в окрестностях оного, нежели при устье Сыра, как то делали некоторые известные ученые (Шпренгель в Geschichte der geograph. Entdeckungen). Александр, решившийся перейти реку сию из одного славолюбия и направивший путь к ней, по словам Арриана, от Мараканды (Самарканда), конечно, избрал для переправы своей чрез Сыр место, лежащее не близ впадения его в море, которое отделено от Самарканда безводными и глубокими песками Кизилкума, по крайней мере на 15, а может быть, и на 20 дней пути, но перешел ее где-нибудь около Кокана или Ходжанта, куда мог поспеть в четвертую долю времени, и несравненно удобнейшею дорогою по краю населенному. Еще [124] убедительнейшее сему доказательство находим в Квинте Курцие (Lib. VII. С. 24) 34, который ясно говорит, что герой его прибыл от Сыра к Самарканду в четвертый день. Маннерт (Geogr. der alten Griechen und Romer. T. IV) также полагает, что Александрия стояла около нынешнего Ходжанта.

Птолемей математически определяет как источник, так устье и течение Сыра (Tabula VII. Asie. С 12, 14). По словам его, река сия имеет свое начало под 43° широты и 125° долготы, а впадает в Каспийское море под 48° широты и 97° долготы, принимая в себя многие реки, из которых две значительнейшие называет он Баскатис и Демус, или Димус. Первая втекала в Яксарт под 47° 30' широты и 121° долготы, а выходила из гор под 43° широты и 123° долготы. Вторая, то есть Демус, имела свое устье под 47° широты и 123° долготы, а источник под 43° широты и 124° долготы. Следовательно, обе впадали в него с левой стороны.

Если бы Птолемей не определил истоков сих двух рек, то нам оставалось бы только, подражая Маннерту и некоторым другим ученым, приписать древние названия их которым-нибудь из малых рек, ныне около Кокана или Адерканта в Сыр впадающих; но путешествия новейшие открывают нам, что ни одна из них ни величиною, ни положением своим не подходит ни к Демусу, ни к Бас-катису.

Мнение знаменитого Маннерта и его последователей мы не можем принять по двум причинам.

1. Птолемей полагает, как мы сейчас видели, что устье Демуса находится под 47°, а устье Баскатиса под 47° 30' широты, а Ходжант находится, по определению Абульфеды (Prolegom. Abulfedae в: Buschings Magazin) 35 и по новейшим картам, под 41° 25'. Адеркант еще южнее целым градусом. Следовательно, между широтами сих городов и двух птолемеевых рек видим от 6 до 7 с лишком градусов разницы. Если теперь, приняв мнение тех, которые полагают, что Птолемей (Говорим здесь о широтах, что касается до долгот, то почти единогласно признано, что Птолемей перенес оные слишком далеко на восток; но мы здесь на них и не опираемся) подвинул всю Среднюю Азию слишком на север (мнение, впрочем, подлежащее сомнению), уменьшим широты его двумя градусами, то и тогда найденная разница будет [125] простираться от 4 до 5° широты, или от 400 до 500 с лишком верст расстояния.

2. Все речки около Ходжанта и Адерканта с левой стороны в Сыр вливающиеся, очень малы. Если бы Баскатис, величиною или пространством течения своего и мог подходить к ним, то Демус протяжением своим от юго-востока на северо-запад далеко превосходит их. Он, по определению Птолемеем его начала и устья, орошал страну, имеющую четыре градуса широты (от 43° до 47°), каковое расстояние и в прямом направлении должно бы составить более 420 верст. Если же исчислить все излучины, которые на сем пути должна необходимо сделать всякая река, то выйдет, что все течение Демуса составляло, по крайней мере, 75 или 85 географических миль, то есть от 525 до 600 верст. Из рек же, около Ходжанта или Адерканта впадающих в Сыр с левой стороны, нет ни одной, которая бы протекала хотя половину такового пространства.

Еще менее возможно искать Демуса или Баскатиса между Ходжантом и Аральским морем, ибо на сем пространстве Сыр не принимает в себя с левой стороны ни одной реки.

Итак, спросит читатель: "Где же текут птолемеевы реки?". Нам кажется, что они не существуют более, что они впадали в Яксарт там, где ныне прилегают к нему обширные пески Кызылкум и что пески сии занесли их совсем. К такой догадке должны мы будем прибегнуть и далее, говоря о реке Кендерлик, которая, по описанию, заключающемуся в первой "Российской географии", впадала в Сыр с правой стороны. Предположения сии не могут не показаться дерзкими в Европе, но смеем уверить читателей наших, что в безводных и песчаных степях Азии перемена течения рек и даже самое уничтожение их не новы. Убедительнейший пример тому найдем в конце сего же самого рассуждения, когда будем говорить о появлении и уничтожении Яныдарьи. Другою и сильною опорою нашему мнению служит Кизил, или, как некоторые европейцы ее называли, Кесельдарья, которая всем географам в прошедшем столетии была известна, о которой говорит и Абулгази Баядур 36 в своей "Истории" и которая ныне не существует.

По словам Птолемея, Яксарт орошал водами своими три страны: землю Саков, Согдиану и Скифию по сю сторону Имауса. В первой, на правом берегу его, жили [126] комары и караты. Во второй, на левой стороне — аниазы (anieses), дрепсианы, простиравшиеся до Оксуса, тахоры и яции (Iatu). В Скифии северный берег Сыра занимали яксарты, народ многочисленный, а около устья обитали с южной стороны ариаки.

Аммиан Марцеллин 37, описывая Среднюю Азию, сверх Яксарта, впадающего в Каспийское море, говорит об реке Араксат (Ammian Marc. Lib. XXIII, § 6), которая вместе с Димасом (вероятно, птолемеев Демус) составляла обширное (longe lateque diffusa) озеро Оксианское (oxia palus). Известие сие, может быть, есть первый, хотя темный луч географических познаний об озере Аральском и заслуживает подробного рассмотрения. Птолемей еще прежде Амми-ана, мимоходом упомянул об озере Оксианском, но не сказал, какая река составляет его. Мы не займемся здесь разысканиями по сему предмету, ибо они отвлекли бы нас весьма далеко; мы скажем только, что Аммиан явственно называет Сыр Яксартом (Iaxartes), когда говорит о яксартах, галактофагах и других соседственных с ними народах.

У Квинта Курция Сыр встречаем не под именем Яксарта, но под именем Танаиса, или Дона (De rebus gest. Alexandri Maghi). Умышленное заблуждение сие всем известно, и, как сказали мы выше, было обнаружено еще Страбоном. Повторять объяснение оного не нужно, стоит только взглянуть на карту, дабы увериться, что Александр после завоевания Бактрианы и Согдианы 38, пошел на скифов, живших не по Дону, а по Сыру.

Кто читал и любит Курция, тот, конечно, здесь вспомнит, как конница Александрова на берегах Сыра спорила с пехотою о чести и удовольствии нести на плечах своего раненого вождя (Ibid. Lib. VII. С 24), тот, верно, повторит слова, которыми Александр убеждал собранный им совет перейти чрез Сыр, тот представит себе здесь радость и превращающийся в стремительное послушание ропот утомленных победами греков при одном появлении героя их, не выходившего несколько времени из шатра своего по причине раны, тот, наконец, должен развернуть историческую поэму Курция, и прочитать в ней прекраснейшую речь послов скифских Александру (Ibid. Lib. VII. p. 24). [127]

Неизвестный равенский географ, живший, как полагают, около VII столетия, при описании Гиркании упоминает о Яксарте (Ravennatis Anonymi Geogr. edit. Gronovii, Lib. III) только мимоходом.

Теперь следовало бы нам говорить об открытиях и сведениях Марко Поло, Асцелина, План-Карпина и Руб-руквиса, или Руисбрука 39, которые в XIII веке все путешествовали по Азии и были в окрестностях Каспийского и Аральского морей, а, следовательно, могли сообщить нам о положении их, равно как и о реках, в них впадающих, самые достоверные известия. Но, к сожалению, описания их столь сбивчивы, что доныне весьма мало принесли пользы географии, особенно той страны, которую мы рассматриваем. Руисбрук, на пути от Батыя к Мангу-Хану 40, говорит (Voyage de Rubruquis. p. 24, dans le recueil de Bergeren) о какой-то большой реке, которая выходит из гор, течет в стране, на юго-восток от Яика лежащей и теряется в болотах. На ней стоял маленький городок Кенкат, где были виноградники и делали вино. По всему кажется, что река сия не иная, как Сыр, ибо севернее, в нынешней киргизской степи не было ни городов, ни виноградников. Впрочем, Рубруквис не называет реки сей.

Марко Поло, к трудам которого новейшие ученые начинают иметь большое уважение, не говорит ничего ясного об Яксарте, или Сыре. В рассказах прочих путешественников XIII столетия беспрерывно встречаем ошибки, запутанности и басни, а потому немудрено понять, каким образом мнение, будто бы Сыр и Аму впадают в Каспийское море, сохранилось до новейших времен.

Хотя Данвиль (Des fleuves du nom d'Araxe, в Hist, de l'Acad. des inscrip. T. 36) и пишет, что Аральское озеро показано на какой-то карте (Карта сия, кажется, есть та же, которая приложена к книге Gesta Dei par Francos. Мы имели случай видеть ее в Королевской библиотеке в Париже) земного шара (dans une espe'ce de mappemonde), которую относит он (неизвестно почему) к концу XIII столетия, но, вероятно, что карта сия (если она и действительно такая древняя), была совершенно неизвестна, ибо еще несколько столетий после того Аральское озеро не имело места ни в одной географии.

Англичанин Дженкинсон 41, ехавший из Астрахани в Бухару в 1558 году, первый из европейских путешественников узнал и написал, что река Сыр впадает не в [128] Каспийское море, а в озеро на северо-восток от него лежащее. Но в карте, им изданной в Лондоне в 1562 году, он как озеру сему, так и рекам, в него текущим, назначил места столь неправильно, что более запутал нежели исправил географические сведения об Азии, а именно: вышеупомянутое озеро, называемое им озеро Китаия, лежит в его карте на северо-восток от вершин Урала и Камы, из него течет на запад река Обь, а с юга вытекает в него река Сыр, принимающая в себя с левой стороны какую-то реку Амой, настоящая же Аму, или Оксус, под названием Угус течет по-прежнему в Каспийское море. К сим заблуждениям надобно присоединить, что Дженкинсон в другом месте своего путешествия, которого текст несогласен с помянутою его картою, называет Синим морем западный залив Каспийского моря, тогда как всем занимающимся русскою историею, известно, что Синее море есть Аральское.

Олеарий 42, плававший по морю Каспийскому в 1637 году, критикует понятия об оном древних географов и потом говорит сам, что в него впадают Оксус и Орк-сантес, или Сыр (Voyage d'Olearius., Lib. IV). Он даже не излагает догадок своих о существовании Аральского озера, о котором известные ему (как видно из цитат) неясные сведения Дженкинсона заслуживали исследования, или по крайней мере, опровержения.

Миссионер Авриль (Voyage en divers etats d'Europe el d'Asie), бывший в Персии и Астрахани в конце XVII столетия, опять уверял, будто бы Оксус впадает в Каспийское море. Еще удивительнее, что в карте, приложенной к путешествию Лебрюна 43 или Дебрюна, чрез Россию в Персию и напечатанной в 1718 году (Voyage de C. Le Brun par la Moscovie en Perse et aux Indes orientates), Аральского озера еще нет в отдельном виде, и река Сыр, соединяясь с Яиком или Уралом, течет в море Каспийское. Впрочем, все известия сего путешественника о Каспийском море и впадающих в него реках показывают великое невежество.

Русские с давних времен знали истинное положение Синего, или Аральского, моря и реки Сыр, но до конца XVII столетия они столь мало имели сношений с Европою, что сведения их об Азии не могли принести ученому миру никакой пользы. [129]

В любопытной русской географии, известной под именем "Книги большому чертежу" 44 и писанной, как думает Карамзин (Ист, гос. Рос. Т. X. С. 259) 45, при царе Федоре Иоанновиче 46, то есть в конце XVI столетия, находим следующие (См.: Кн. больш. черт. С. 113 и далее) известия: "А от Хвалисского (Каспийского) моря до Синева (Аральского) моря на летний на солнечный восход прямо 250 верст. А Синим морем до устья Сыра реки 280 верст".

Далее читаем: "В Синее море с востоку впала река Сыр, а в Сыр реку пала река Кендерлик. А река Кендерлик вытекла из Улутовой горы двумя протоки. А от горы Кендерлика реки протоку триста тридцать верст".

Кендерлик сей столь же нам известен теперь, как птолемеевы Демус и Баскатис: ни один из русских, в течение последних ста лет странствовавших по степям киргизским в разных направлениях, не видал сей реки, ни один из киргиз-казаков, беспрерывно приезжающих на границу русскую, не знает ее. Из всех вопросов, которые я в течение двухлетних сношений моих с азиатцами делал им, и из новейших карт, инженерами нашими составленных, видно только то, что Сыр не принимает в себя ни одной реки, которая положением и пространством течения своего хотя сколько-нибудь подходила бы к описанию Кендерлика.

Обстоятельство сие опять заставляет нас прибегнуть к предположению нашему относительно Демуса и Баскатиса, и которое, хотя кажется слишком решительным, но основано на физических свойствах песчаных степей и примерах, нами уже приведенных. Словом сказать, мы думаем, что Кендерлик или совсем занесен песком, или, разделившись на несколько рукавов, составил которые-нибудь из маленьких речек, в средине киргизских степей ныне текущих и исчезающих в озерах.

О впадении других рек в Сыр ничего не говорится в книге "Большому чертежу", но в ней означены города, на Сыре лежащие таким образом: "А от устья реки Кендерлик 150 верст, с левые стороны реки Сыр город Сунак против Карачатовой горы".

По местоположению и сходству имен должно думать, что это нынешний Саганак, лежащий против горы [130] Каратау, но не на левом, а на правом берегу Сыра. Нам кажется, что здесь в тексте ошибка, внесенная переписчиками рукописи до напечатания оной. Вместо слов "С левой стороны реки Сыр город", вероятно, было первоначально написано: "С левой стороны на реке Сыр город" Маловажная поправка сия совсем изменяет смысл. Если бы она была принята, тогда выходило бы, что Сунак стоял на Сыре, с левой стороны Кендерлика, а не на левом берегу реки Сыр, как выходит теперь.

К предположению сему ведет нас и то, что далее описываются в той же книге города, на правой стороне Сыра лежащие, и места их определяются по расстоянию от того же Сунака, между тем сочинитель не переносит читателя с одного берега на другой. Следовательно, если принять, что Сунак стоял на левой стороне Сыра, то сюда же должно перевести и соседственные с ним Ясыр-ван и Тюркестан, что будет нелепо. Для точнейшего убеждения пусть всякий прочтет продолжение производимой нами выписки: "На реке же на Сыре, от Сунака города 90 верст город Ясырван. А от Ясырвана города 100 верст город Тюркустан, от Сыра реки от берега 20 верст. А от Тюркустана 140 верст на реке на Сыре город Аркан".

Название "Тюркустан" объяснений не требует, всякий сам видит в нем Туркестан, имеющий ныне место близ Сыра, во всех картах Азии. Ясырван есть, конечно, Савран, стоящий близ Сыра между Саганаком и Туркестаном, и показаный на карте части Средней Азии, которая в 1816 году была издана в Петербурге от депо карт. Об Аркане не можем мы ничего сказать, но будем читать далее книгу "Большому чертежу": "А от Аркана 60 верст на полуденной стороне город Янгурган, от Сыра реки 10 верст".

Здесь решительно сочинитель подтверждает справедливость нашей догадки: он переносит нас с северной стороны Сыра на полуденную и, следовательно, дает нам разуметь, что прежде описанные им города Сунак, Ясырван, Тюркустан и Аркан лежат на северном, или правом, а не на левом (как выше сказано) берегу Сыра. После того ставит он близ реки Сыр города Аккурган, Сайрям и Ташкур, или Ташкент.

Теперь обратимся к восточным писателям, которых известия о подлинном течении и устье Сыра самые древнейшие. Они обыкновенно называют его Сигун, или [131] Сейхун, иногда же рекою городов Шаша (Город Шаш есть нынешний Ташкент. Имя его есть испорченное слово Джадж. См.: "Турецкую географию" Киатиба Челеби, известную под названием "Джиган-Нума". Гл. 16. Мы пользовались рукописным переводом оной на французский язык), Ходжента и других мест, чрез которые она протекает. Страна, лежащая между Аму и Сыром, носит у них название Турана, а чаще Мавераннагара 47. В буквальном переводе Мавераннагар значит — за рекою, а река, которая тут подразумевается, есть Оксус, или Аму. Следовательно, Мавераннагар то же, что Transoxiana, всем известное латинское наименование той же самой страны. Земли, по северную сторону Сыра лежащие, назвали арабы Уара-ас-Сейхун, т. е. за Сигуном (Herbelot Bibli. Orient, s. v. Sihoun. P. 808, edition de MDCXCVII).

Что касается до названия Сыр (желтый) 48, то мы не встречаем оного у арабских географов, но мы знаем, что река, его ныне носящая, уже именовалась так жившими на берегах ее турецкими племенами 49 во время похода монгольского хана Гулаку 50 в Персию, то есть в 1253 году. Бин (или Ибн) Гаукаль 51, живший, как полагают, в X столетии, и последуя ему Абульфеда, географ XIV века, пишут, что Сигун, или Сыр, вытекает из тех мест, где оканчиваются земли, населенные, народами турецкого племени, под 91° 20' долготы и 42°25' широты, что с начала идет на юго-запад к Ходжанту, лежащему около 90,5° долготы под 41°25' широты, что от сего города поворачивает на север к Фарабу (Отрару), которого долгота 88,5° а широта 44°, и, наконец, пройдя Янгикент (Джанкент), стоящий под 86,5°, долготы и 47° широты, впадает в Харезмское (Аральское море) (Prolegomena Aboulfedae ad opus geogr. в "Магазин" Бюшинга.Долготу мест считал Абульфеда от берега Атлантического океана и потому сам предваряет, что меридиан его 100 градусами западнее того, который проходит чрез острова Канарские).

Бакуви, прозванный Якути 52 и живший в начале XV столетия (Exposition de се qu'il у a de plus remarquable sur la terre, перевод Дегиня, помещенный во II-м томе "Des Notices et extraits de la bibliot. du Roi"), повторяет почти то же о существовании (Аральского) Каризмского озера и рек, в него впадающих.

Улугбек, внук Тамерлана и знаменитый азиатский астроном 53, живя в Самарканде, не мог не знать истинного положения реки Сыр и потому определил широту и [132] долготу главнейших мест, на ней лежащих (Hudson geographi minores.T. III). Сочинения его в совокупности с "Географиею" ибн-Гаукаля и Абуль-феды, кажется, должны были установить во всем Востоке положительное мнение об устье Сыра в Аральское или Харезмское море, однако ж, мы читаем в "Джиган-Нума" (Зеркало мира), что во время Кятиба Челеби 54, т. е. в XVII столетии, географы еще думали различно о сем предмете (Джиган-Нума. Гл. 16). Одни полагали, что Синуг впадает в Каспийское море, другие — что он теряется (Довольно странно видеть в сем числе султана Бабера 55, который, быв победителем Ферганы, обладал частию берегов реки Сыра, и должен был знать ее устье. См.: Memoires relatifs a l'Asie, par Klaproth. Т. П) в песках, третьи, последуя ибн-Гаукалю и Абульфеде, знали настоящее его устье. К сим последним пристал и сам Кятиб Челеби, который дает Сыру сверх названий, нами вычисленных, имена городов Шахрухии, Джаджа (то же, что Шаш или Ташкент, как сказано выше) и пр. и полагает, что оный, не доходя до Ходжанта, принимает в себя реки Гарбаз и Дус. Ни та, ни другая из сих рек не приводят нас в такое недоумение как Демус, Баскатис и Кендерлик. Около Ходжанта впадают в Сыр многие маленькие реки, коих названия нам не все известны и поелику турецкий географ нигде не говорит, чтобы его Гарбаз и Дус были значительны, то легко может быть, что они находятся в числе помянутых малых речек и носят доныне те же названия.


Комментарии

1 Амедей Пьер Жобер (1779 — 1847). Французский тюрколог, автор грамматики турецкого языка (1-е изд. — Париж. 1823; 2-е изд. — Париж, 1833), послуживший основой для "Грамматики турецко-татарского языка" (Казань, 1839) А. К. Казем-бека; Г. Ю. Клапрот — см. коммент. 24 к разд. I. Ч. I.

2 Несмотря на многочисленные попытки решения этого вопроса, соотношение названий Аракc, Сыр, Яксарт остается до сих пор неясным. Путаница, возникшая еще в древности, связана, видимо, с двумя взаимозависимыми факторами: во-первых, названия эти принадлежат местным народам, по большей части кочевым, которые часто меняли места расселения и переносили топонимическую номенклатуру в новые места обитания; во-вторых, доступные нам источники зачастую разделены по времени целыми столетиями, и каждый автор заставал известные ему народы на новых местах обитания. Попытки совместить известные автору книжные сведения предшественников с реальной картиной в той мере, как она была ему известна, приводили к большой путанице в этих данных. Точка зрения А. Левшина представляется методически более верной, чем попытки многих современных авторов приспособить данные античных источников к какой-либо априорной концепции. Что касается, рассуждений А. Левшина о расселении скифских племен (скифов, массагетов, исседонов и др.) (см. коммент. 12 гл. 2. Ч. II), то они, хотя и выглядят вполне логично, однако считаться доказанными не могут. Вопрос о расселении этих племен также до сих пор остается открытым и имеет мало шансов на окончательное разрешение по тем же причинам, что и локализация названий рек.

3 Кир (др.-перс. Куруш). Имеется в виду персидский царь из династии Ахеменидов Кир II (557 — 529 г. до н. э.).

4 Имеется в виду Александр Македонский (356 — 323 г. до н. э.). Полководец и государственный деятель, сын македонского царя Филиппа II и его жены Олимпиады.

5 Томирис (Томира). Царица массагетов, победила в 530 г. до н. э. основателя Персидской державы Кира (Геродот. История I. С. 205 — 208, 211 — 214).

6 Геродот Галикарнасский (род. 484 г., умер между 431 и 425 гг. до н.э.). Древнегреческий историк, автор знаменитого труда "История", являющегося основным источником по истории древнего мира.

7 Жозеф де Гинь (1721 — 1800). Французский ориенталист, автор первого в европейской науке крупного исследования по истории кочевников Центральной Азии, написанного на материалах китайских и других восточных источников и сверенного с европейскими авторами: см.: Deguignes J. Histoire generate des Huns, des Turcs, des Mongols et des auteres Tartares occidentaux, t. I — V, 1756 — 1758.); Иоганн Кристоф Гаттерер (1727 — 1799). Немецкий историк, автор "Введения в синхронную всеобщую историю" (Геттинген, 1771. Т. I, 2) ко "Всеобщей истории" (Геттинген, 1785 — 1787. Т. 1, 2), а также ряда работ о происхождении балто-славянских народов и гуннов.

8 Готлиб Зигфрид Байер (1694 — 1738). Немецкий ученый-востоковед. По приглашению Петербургской Академии наук в начале 20-х гг. XVIII в. переехал в Россию. С февраля 1726 г. занимал кафедру древностей и восточных языков (см. о нем: Бартольд В. В. Обзор деятельности факультета восточных языков // Соч. Т.9. М., 1977. С. 32 — 34; Кононов А. Н. Биобиблиографический словарь отечественных тюркологов. Дооктябрьский период. Изд 2-е. М., 1989. С. 35).

9 Имеются в виду тюркские языки.

10 Арнольд Герман Людвиг Геерен (Хеерен) (1760 — 1842). Известный немецкий историк, последний крупный представитель геттингенской школы государственных наук. Большую известность в науке приобрела его работа "Heeren A. Ideen uеber Politik, den Verkehr und den Handel der vornenvsten Volkehr der Alten Welt. (Goеttingen. 1793; Изд. 2-е. 1805).

11 Ксенофонт (445 — 355 г. н. э.). Древнегреческий писатель и философ, ученик Сократа. В 401 г., находясь при дворе персидского царевича Кира Младшего, принял участие в походе последнего против его брата и персидского царя Артаксеркса II Мнемона. После разгрома восстания возглавил тринадцатитысячный отряд греческих наемников, которые возвращались в Грецию. Приключения этого отряда по пути домой послужили основой для написания знаменитого "Анабасиса", который сейчас является одним из ценнейших источников по истории Ирана и Передней Азии ахеменидского периода. Всего известно около 15 сочинений Ксенофонта, многие из которых представляют собой философские или публицистические трактаты.

12 Страбон (64 г. до н. э. — 24 г. н. э.). Греческий географ, современник образования Римской империи и заката эпохи эллинизма. Основными трудами его являются "Исторические записки" и "География". "Исторические записки" не сохранились, известны лишь по цитатам в других источниках, а "География" дошла до нашего времени полностью и представляет собой великолепный источник по истории и географии рубежа нашей эры.

13 Александр Бекович-Черкасский (ум. 1717 г.). Князь, происходил из Малой Кабарды (до крещения в православную веру носил татарское имя Девлет-Гирей-мурза). В 1714 — 1717 гг. по указу Петра I возглавил экспедицию к каспийским берегам Средней Азии и в Хиву. В 1717 г. члены экспедиции были вероломно уничтожены хивинским ханом. (О ее результатах см.: Могутов В. Редкое и достопамятное известие о бывшей из России в Великую Татарию экспедиции под именем посольства. Спб., 1777; Иллерщкий В. Экспедиция князя Черкасского в Хиву. (1716 — 17 гг.)// ИЖ, 1940. №7).

14 Имеется в виду древнегреческий поэт и географ середины II в. Дионисий, написавший поэму "Описания населения земли", в которой упоминаются скифские народы Евразии (см.: Куклина И. В. Этногеография Скифии по античным источникам. Л., 1985. С.148, 152, 153, 162, 163, 167, 178, 179).

15 Конрад Маннерт (1756 — 1834). Немецкий истории и географ, автор обширного труда "География греков и римлян, описанная из их сочинений" (Нюрнберг, 1788 — 1825, 1044).

16 Ктесий Книдский. Видный врач, в 414 г. попал в плен к персам и служил при дворе сначала Дария II, затем Артаксеркса Мнемона в течение 17 лет. Основные сочинения — "Персика" и "Индика". Несмотря на то, что сам Ктесий сообщает, что пользовался при написании своих сочинений персидскими архивами, в настоящее время доказано, что оба сочинения носят беллетристический характер и имеют своей целью лишь опровержение Геродота. Однако там, где Ктесий расходится с Геродотом, другими источниками подтверждаются обычно данные Геродота.

17 Аристотель (384 — 322 г. до н. э.). Древнегреческий философ и ученый. Его труды, дошедшие до нас, охватывают самые различные отрасли знания. Среди европейских ученых нового времени наибольшей известностью пользовался его труд "Политика" (рус. пер. 1911 г.), в котором получили освещение вопросы государственного устройства древних стран.

18 Арриан. Греческий историк конца I — нач. II в. н. э., ученик философа-стоика Эпиктета, занимал государственные и военные должности в Риме, был консулом в Азии. Написал, наряду с философскими сочинениями, ряд этнографических трудов ("Об аланах", "О парфянах" и др.), к сожалению, до нас не дошедших. Полностью сохранился лишь самый крупный труд Арриана — "Анаба-зис Александра", посвященный истории походов Александра Македонского. Поскольку сочинение это написано более чем через три столетия после Александра, ценность этого труда, как исторического источника, весьма относительна.

19 Финны, югры, вогуличи. Имеются в виду народы, относящиеся к так называемой финно-угорской подгруппе урало-алтайской языковой семьи. В древности населяли большие пространства от Алтая до Северной Европы, затем были частично ассимилированы, частично вытеснены славянскими, иранскими и тюркскими народностями. Отнесение названий Яксарт и Сыр к этой группе языков не имеет под собой научной основы. Название "угры" часто упоминалось в источниках как обобщающее этническое имя зауральских манси и хантов, а также дунайских венгров (мадьяров). В "Повести временных лет" (XII в.) предки венгров названы "угрой", а предки хантов и манси "югрой". Позднее имя "югра" закрепилось преимущественно за хантами; вогулы (вогуличи) — старое название народа манси.

20 Самоеды. Старое русское название ряда народностей Сибири, говоривших на самодийских языках. К ним относятся ненцы, энцы, нганасаны и селькупы. В XVII — XVIII вв. самодийские народы (камасинцы, моторы, кара-гасы и др.) жили в северных районах Западной Сибири и на юге Сибири в районе Саянского нагорья. По мнению большинства исследователей, Южная Сибирь, в частности Алтае-Саянское нагорье, является древней родиной самодийских народов.

21 Жозеф де Турнефор (Турнефорт) (1656 — 1708). Французский ученый, профессор ботаники в Париже. В 1700 — 1702 гг. совершил научную поездку в Малую Азию, Армению и в Персию. Его исследования этих территорий имели большое значение для развития естествознания в Европе (см.: Pitton J. de Tournefort Relation d'un voyage du Levant fait par ordre du Roi, contenant l'Histoire Ancienne et Moderne de plusienrs lies de l'Archipel, de Constantinople, des Cotes de la Меr Noire, de l'Armenie, dela Georgia, des Frontieres de Perse et de l'Asie Muneure, vol. I — II, Amsterdam, 1718 / Paris, 1717); П. С. Паллас. См. коммент. 8, разд. I; Иоганн Готлиб Георги (1729 — 1802) — известный немецкий ученый. По приглашению Петербургской Академии наук в 1770 г. приехал в Россию и получил назначение в экспедицию И. П. Фалька. Вместе с Фальком (см. коммент. 15, разд. I. Ч. I) совершил путешествие из Оренбурга через Башкирию и Урал по территории юго-западной Сибири и северным районам казахских степей. На основе собственных этнографических материалов и сведений других сотрудников академических экспедиций XVIII в. подготовил и издал фундаментальный труд "Описание всех в Российском государстве обитающих народов" (Спб., 1776 — 1777. В. 3-х ч.).

22 Бюффон Жорж Луи Леклерк (1707 — 1788). Выдающийся французский естествоиспытатель, известный своими работами по описательному естествознанию. Его основной труд — 36-томная "Естественная история".

23 Муравьев Н. Н. См. коммент. 21, разд. 1.

24 Берг Ф. Ф. См. коммент. 7, разд. 1.

25 Шангин И. П. См. коммент. 11, разд. 1.

26 Эверсман Э. А., Мейендорф Е. К., Пандер Г. X. См. коммент. 7, Предисл.; коммент. 6,5, разд. 1.

Текст воспроизведен по изданию: Левшин А. И. Описание киргиз-казачьих или киргиз-кайсацких гор и степей. Алматы. Санат. 1996

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.