Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ШАРИФ МУХАММАД МАНСУР МУБАРАКШАХ

КНИГА

"ПРАВИЛА ВЕДЕНИЯ ВОЙНЫ И МУЖЕСТВО"

КИТАБ-И “АДАБ АЛ-ХАРБ ВА-Ш-ШУДЖААТ”

Во имя Аллаха милостивого милосердного и вера моя в нем! Безграничная слава и восхваления, безграничная благодарность и признательность творцу, который из твердой глины и черного презренного густого грунта сотворил наилучшее из созданий - Адама, да будет мир над ним, сделал его объектом поклонения ангелов и научил его всему сущему и относительно него соизволил изречь вот что:

"И научил Он Адама всем именам, а потом предложил их ангелам" (Коран, 2/31) 1.

И из рода и потомства его сотворил сто двадцать тысяч с лишним начал пророчества и элементов очищения, чтобы они наставляли людей на путь истинный и чтобы избавили их от тьмы неверия и озаряли светом ислама.

А после них сотворил лучшего из сотворенных, избраннейшего из созданий, господина людей и духов и руководителя священных городов [Мекки и Медины], наставника двух миров - Мухаммада Мустафа арабского, хашимитского, Меккинского и Мединского, Корейшита Абитахия, да помилует его Бог и да будет мир над ним, первым из пророков в сотворении и последним в посланничестве, чтобы [он] очистил мир от мерзостей неверия и украсил его чистотой ислама и блеском шариата 2. И отменил все религии и вероисповедания. И ниспосланный ему священный Коран и преславный Фуркан 3, которые являют собой речь и слово божье и чудо религии, где упоминается об ушедших и приводятся сказания о предках и известия о приходящих, о дне страшного суда, о рае и аде, а также о стойкости и возмездии. И изложил в нем [закон] о запретном и дозволенном, о ясном и аллегорическом, о надежде и угрозе, о сказаниях и распоряжениях, о проповедях и поговорках и сведения о прошлом и будущем. Например, об этом сообщается в священном Коране."Нет [22] свежего или сухого, чего не было бы в книге ясной" (Коран, 6/59).

И из мутной проточной воды [Бог] сотворил сыновей Адама и известил об обстоятельствах их сотворения, сказав: "Созданы из воды изливающейся" (Коран, 86/6), "Выходит она из хребта и грудных костей" (Коран, 86/7). И из сияющего небесного огня [Бог] сотворил проклятого, изгнанного дьявола, и из-за его непослушания, которое он совершил: не преклонялся перед Адамом и поражался [только] собой, счел его семитысячелетнее повиновение и богопослушание бессмысленным и запечатлел его лоб пятном проклятия, и этот стих был сниспослан о нем: "О, проклятие над тобой до дня страшного суда".

Также [Бог] сотворил быстрее дуновения ветра форму и тело наподобие лошади и о нем [было] сообщено "Добро завязано в загривок лошади до дня страшного суда".

Относительно Адама, да будет мир над ним, и лошади, Бог, всемогущий и всесильный, поклялся и сказал: "О. Адам! Клянусь своей честью и величием, что не сотворил я ничего лучшего, чем тебя из сотворенных".

О достоинстве и натуре лошади сказано в посвященных ей глазах."И сделал лошадь верховым животным для сыновей Адама, да будет мир над ним! Из сыновей Адама [Бог] предпочел посланников и пророков, да будет мир над ними! И приказал [людям], чтобы для их защиты, для победы истинной религии совершали "газават" 4 и "джихад" 5. После них [Бог] создал царей, чтобы они собрали войска и подготавливали всадников для сражения, дабы захватить страны мира и защитить [свою] страну и подданных от неверных и бунтовщиков и от врагов религии и государства. И чтобы мир - благодаря их мужеству, доблести, справедливости, беспристрастности и политике - стал безопасным и благоустроенным, чтобы враги стали побежденными, презренными и потерпевшими поражение.

И Бог, хвала ему, Всевышнему, с неба ниспослал книгу, весы и железо (под этим железом подразумевается меч).

Как сообщается в благородном Коране - "И низвели вместе с ними писание и весы, чтобы люди стояли в справедливости, и низвели железо; в нем сильное зло и польза для людей" (Коран, 57/25), чтобы люди мира руководствовались книгой [23] Бога, всемогущего и великого, и установлениями шариата, чтобы в купле и продаже, которые служат средством существования людей, именно весы держали правильно. И некоторые комментаторы говорят, что весы - суть символ справедливости, совести и правдивости. Каждый, кто руководствуется этим правилом на земле, оставит после себя доброе имя на радость друзьям, людям честным. А каждому, кто не соблюдает его законы, отрубят голову мечом гнева, чтобы другим неповадно было. И чтобы люди не оказывали непослушания шариату и приказам царей, эмиров и правителей.

Как указует Всевышний в священной книге Коране: "О, вы, которые уверовали! Повинуйтесь Аллаху и повинуйтесь посланнику и обладателям власти среди вас" (Коран, 4/59).

Пророк, мир ему, говорит: "Повинуйтесь своим правителям, если они даже эфиопские рабы или карноухие".

Так Всевышний сложил все три заповеди в один стих [Корана] и считает повиновение царям, эмирам и правителям равным повиновению Пророкам и Себе.

Непременное обязательство царей и правителей - защита их народа и страны от неприятеля и врагов религии и государства. Эту задачу можно решить не только при помощи меча, армии и воюющих кавалеристов, но и свершением походов и удалением со своей священной территории мятежников и врагов, презрением к ним. И чтобы религия Всевышнего стала сильной и государство становилось прочным.

Подданные и рабы Божьи - это Божий дар. Так что их жизнь, имущество и потомки должны быть в безопасности от грабежа и похищения, высокомерия и ограбления со стороны врагов религии и государства до дня страшного суда, когда ни имущество, ни потомки не будут нужны."Чтобы в день страшного суда пышность и имущество и дети не стали препятствием и не стали вашими ответчиками".

Как повелевает Пророк, да будет мир над ним, "каждый из вас - пастырь, он в ответе за подданных." То-есть ваши цари и правители, которые суть пастыри, в ответе за положение подданных, так как о делах и их состоянии спрашивают с падишахов. Поэтому они должны быть внимательными и осведомленными о жизни подданных, и забота о людях должна быть по шариату. И того, что не дозволяет шариат и не [24] повелено Богом, да будет он могущественным и великим, должны остерегаться, бояться гнева в день страшного суда, так как от падишахов в мире остается только доброе или дурное имя, хорошие или плохие установления и обычаи. И правителей запоминают по их делам, которые они совершали: добро или зло, справедливость или несправедливость, великодушие или скупость, храбрость или подлость, стойкость или гневливость, прощение или месть, смирение или высокомерие, великодушие или бессердечность, знание или невежество. И как написано в истории, легендах и преданиях, у Адама, да будет мир над ним, было много сыновей. Среди них Бог избрал и предпочел двоих. Первый, Шис, да будет мир над ним, был Пророком, и Всевышний назначил его заниматься делами потустороннего мира для защиты религии. Его уделом должно было быть подвижничество, благочестие, знание и преклонение Всевышнему. Бог сниспослал ему книгу на сорока четырех листах, чтобы он ими руководствовался, наставляя людей на путь истинный.

А второго - Каюмарса назначил правителем этого мира, с тем чтобы тот оберегал людей, обустраивал мир и объединял народы. Он стал первым царем на земле и в своем правлении был справедлив. После него величие и высокая культура и доброе имя перешли к Махлобилу. Персы называют его Хушангом. Он был первым человеком, который внедрил правосудие и пробудил в людях стремление поклоняться. Махлобил применил иудейскую и греческую письменность и призывал людей к земледелию. Его называли Пешдадом (законодателем). Он был первым человеком, который занялся строительством на земле и извлек из руды железо, извлек из земли драгоценности и изготовил всевозможные удивительные орудия. Он построил города Бабул, Сунус, Рей и Дамаванд, а местом своего пребывания и центром своего царства избрал город Дамаванд. И его царствование продолжалось сорок лет.

После него царем стал Тахмурас. [Он] воевал с дивами, демонами и подчинил себе иблиса (дьявола), став правителем всего мира. Пешдад был первым человеком, который постриг шерсть баранов и ввел в обиход величие и пышное убранство. Научил собаку охоте и внедрил персидскую письменность. [25]

Придумал способ воспроизводства мулов, приручив лошадей и ослов.

После него царствование перешло к Джамшеду, который был первым коронованным царем. Он подчинил себе людей и ангелов. Приказал изготовить меч и другое оружие. Джамшед трудился сто лет, чтобы прясть шелк и нитки, готовить одежду, сбрую для лошадей, вьючных и других животных. Он оседлал лошадь, распределил людей по сословиям: воинов, богословов, старейшин, земледельцев, ремесленников, слуг, чтобы каждый занимался своим делом, чтобы мир стал благоустроенным. Благовония и лекарства изобрел тоже он. Джамшед царствовал семьсот шестнадцать лет и двадцать дней и с добрым именем покинул этот мир.

После него царем стал Заххак - очень жестокий тиран. В наказание за это у него появилось на плечах по змее, на прокорм и успокоение которых ежедневно употребляли мозги двух человек. Заххаку было свойственно коварство и колдовство. Он прожил тысячу пятьсот лет, а его царствование продолжалось тысячу лет.

После него царем стал Афридун (Фаридун), который сделался правителем всего мира. Он призывал людей к поклонению Богу и совершению добрых дел и поступков. Он установил справедливость и защищал угнетенных от угнетателей. Лопату изобрел он. Впервые сеял рис и изобрел опиум. Афридун разделил мир на три части и раздал их трем сыновьям. Землю Туркестан, Чин и Мочин 6 отдал Туру. Рум 7 и арабские страны - Салму. Ирак, Персию и Хорасан -Ираджу. А сам с верой во Всевышнего и благословением покинул этот мир.

И прошло сорок лет после его царствования, когда появился Ибрагим Халил 8, мир ему, который сделался Пророком и призывал людей к вере своей. Его правление продолжалось пятьсот сорок лет.

После него царем стал Манучехр из рода Афридуна. Он прорыл реки в Балхе и Герате, а также реки Тигр и Ефрат. Призывал людей к земледелию и установил правосудие между сильным и слабым.

И Муса Имран, мир ему, в его время стал мессией (Пророком). Манучехр был царем сто двадцать лет. [26]

После этого наступила пора несчастного, тревожного, беспокойного и несправедливого царствования Афрасияба.

Затем царем стал Заб ибн Тахмасба, который происходил из рода Манучехра и пользовался известностью в народе. В городе Саваде он прорыл канал и назвал его Роем. Заб ввел в обычай разнообразие блюд и утвари. Он установил принцип дележа военной добычи, коней, верблюдов и мулов. Царствовал три года.

После него царем стал Кейкубад, который царствовал сто пятьдесят лет.

Затем царем сделался Кейкавус. Он назначил Балх столицей и был тираном, претендовал на божественность и умер сквернейшей смертью. Кейкавус был правителем семи частей света и прозвали его Намрудом. Царствовал сто пятьдесят лет.

После него царем стал Кейхусрав. Он пожелал в жены отцовскую наложницу. В стране был царем полновластным и правил шестьдесят лет. А потом стал отшельником.

После него царем сделался Лухрасб и крепость в Балхе построил он. А правил от его имени [страной] Бохтаннас(а)р 9.

Затем царем сделался Гуштасб. Он в религии Зардушта достиг вершины. Царствовал сто пятьдесят лет.

После него царствовал Ардашер. Он построил в Саваде город, назвав его Баовани Ардашер. А в пойме реки Тигр построил другой город и нарек его Бахмани Ардашер. Он построил еще несколько других городов. Если все их перечислять, книга станет длинной.

После этого царем был Дауд, да будет мир над ним! И халифат, пророческое царствование, победа над врагами и любовь народа всегда сопровождали его. И могущественного [тирана] Джалута убил он. Дауд прожил сто лет.

После него царем стал Сулейман, да будет мир над ним. И джины и люди, звери и птицы подчинились ему. Он завершил строительство священного храма Бейтуллаха (Иерусалима). Крепость Газнина тоже строил он. Прожил Сулейман пятьдесят лет.

Затем царем сделался Дарий, сын Бахмана. И завоевал он все владения, которые находились по соседству с его [27] государством. В Персии он построил город, назвав его Дарабджурд, и царствовал двенадцать лет.

После него царем стал Дарий, сын Дария. И на землях Харира повелел он построить город, назвав его Дарием. Прожил он недолго.

Затем царем сделался Искандар Руми 10, которого прозвали Зулкарнайном. И он осуществил поход в Индию. Искандар совершал долгие путешествия. Он ходил в страну тьмы в поисках живой воды и раздобыл там изумруд. Построил город Александрию около Самарканда и на земле Исфагана город, который называют Джай. И на земле Юнан (в Греции) выстроил город Майлокус. А на земле Бабула в честь своей жены Роксаны основал город Равшанак. Построил Александрию и еще несколько городов.

После него царем стал Джавзар ибн Ашкан, проживший недолго. Его сменил Балаш, процарствовавший двенадцать лет. После него царем сделался Шанур ибн Ашкан, который правил шестьдесят лет. И на сорок первом году его царствования на земле Палестины появился [на свет] Иисус, сын Марьям, да будет мир над ним!

После Шапура царем стал Джавзар ибн Ашкан, сын Ашкана-старшего. Он царствовал два года.

Его сменил Джавзар ибн Ашкан (сын Ашкана-младшего), правивший девятнадцать лет.

После него сорок лет царствовал Нарса Аршафани. Затем столько же правил Кесра 11 Аршафани. После него двадцать четыре года царствовал Балаш Аршафани. Потом царем стал Ардашер Бабакан и украсил голову царственной короной. Он отличался справедливостью, благоустраивал города и подчинял себе царей. Ардашер выстроил города Ардашерхура, Роми Ардашер, Девани Ардашер, Харами Ардашер, Кубаи Ардашер, Истирдади Ардашер. Последний был местом отдыха. И в Бехрейне построил он Капани Ардашер, а в Мавсиле - Нарди Ардашер.

И был он царем четырнадцать лет и десять месяцев. После него царем стал Шапур. Он строил [город] Бахманшада Шапура. И в пору его правления появился Мани Зандик 12, построивший в его честь город Зандики Шапур. Царствовал он тридцать лет и пятнадцать дней. [28]

Затем царем стал Хурмуз ибн Шапур, очень мужественный и благородный. Царствовал он один год и десять месяцев.

После него царем сделался Бахрам. Он был очень обходительным и справедливым. И Мани Зандик призвал его принять свою веру. И [Бахрам] приказал убить Мани. Его кожу набили соломой и повесили на воротах Гунди Шапура. Убили также его последователей. [Бахрам] царствовал три года, три месяца и три дня.

После него царем стал его сын Бахрам ибн Бахрам. В делах был он очень мудрый и процарствовал семнадцать лет.

Его сменил еще один Бахрам, которого прозвали Шаханшахом - царем царей. Он помогал слабым и занимал престол четыре года.

После него царем стал Хурмуз ибн Нарси. С подданными он поступал справедливо. Добивался от угнетателей справедливости для угнетенных, благоустраивал города. Царствовал семь лет и пять месяцев.

Затем царем сделался Шапур. В Савадшахре построил город и назвал его Барзахи Шапур. Этот город называется теперь Абнор. И в Ахвазе Шапур построил еще два города - Казух и Сунус. В последнем находится гробница Пророка Данияла, да будет мир над ним! В Хорасане Шапур выстроил [города] Нишапур и Систан. Правил он тридцать лет.

После него царем стал Ардашер ибн Хурмуз(д). И как только правление страной перешло к нему, он убил много просвещенных людей и мудрецов. Царем он был четыре года.

Потом царем стал Шапур, сын Шапура. Затем царем сделался его брат Бахрам. Он хорошо обращался с подданными и творил много справедливых дел. И на земле Кирмана построил город. Правил он одиннадцать лет.

После него царем стал Иездегурд Айшам, который был очень злонравным и жестоким. Престол он занимал двадцать два года, пять месяцев и шестнадцать дней.

Затем царем сделался его сын Бахрам Гур. Царствовал он восемнадцать лет и четыре месяца, был очень мужественным и справедливым.

Затем престол перешел к его сыну, который отличался хорошим нравом. Он заложил основу справедливости и правил восемнадцать лет и два месяца. [29]

После него царем стал Пируз ибн Иаздегурда. И на земле Рейя построил он город Рами Фируз, в Джурджане - [город] Равиши Фируз. в Азербайджане - [город] Шахрама Пируз. Двадцать один год был он царем.

После него правил его сын. В благоустройстве провинции и установлении справедливости он был очень настойчив. В Саваде построил город Балашабад, который стоит и поныне. Четыре года был он царем.

После него царем стал другой сын Пируза - Кубад. Он выстроил город Узджан, Халван, Рами Кубад и Кубадхура. И правил сорок лет.

Затем царем сделался Кесра Ануширван, разделивший царство между четырьмя военачальниками. И на своей земле повелел построить Мадаик 13 и еще несколько городов и крепостей. Он проявлял великодушие к ученым, был справедливым и приятнейшим в поведении. За что и стал прославленнейшим человеком. В конце его царствования родился наш пророк - Мухаммад, да помилует его Аллах! Как изрек [он]: "И родился во времена справедливого правителя".

Он прожил сто пятьдесят лет, а его царствование продолжалось сорок восемь лет.

После него царем стал Хурмуз, который правил государством двадцать лет. Его сменил Парвиз. И собрал он сокровища такие, каких ни один царь не имел. И в его царствование был ниспослан наш Пророк, да будет мир над ним! Правил он тридцать восемь лет.

После него царем стал в семилетнем возрасте Шируйа, который правил полтора года.

Завершение правления династии Сасанидов относится ко времени Иездегурда, сына Шахрияра.

Все они были царями, владыками мира, оставив либо добрую, либо дурную память и традиции. Они были царями Аджама и наилучшими правителями.

Если перечислить всех царей - в том числе арабских и сирийских, йеменских, правителей племен, Рума и турков, эфиопов и индийцев, то книга окажется длинной. Достаточно и этого. Цель наших воспоминаний состоит в том, чтобы показать: преходящ этот мир и никто не останется в нем навечно. И человек должен поступать при жизни так, чтобы [30] после смерти вспоминали его только с хорошей стороны.

Как говорится в пословице: "Сколько бы люди ни говорили и что бы ни делали, о них будут вспоминать, исходя из их поступков и слов". И мудрецы считают, что доброе имя после смерти дает вторую жизнь. И счастливейшие из людей те, которые оставили о себе добрую славу. Несчастнейшие люди - те, которые живы и имеют дурную славу. И поэтому цари и владыки мира должны быть в свершении своих дел справедливыми, правоверными в обычаях и непоколебимыми при царствовании, чтобы плохими деяниями и недобрыми рассказами не очернили свое имя. И чтобы вспоминали о них добрым словом после смерти, ибо благочестие или порочность мира зависит от них. И отправление установлений шариата зависит от них, они - наместники халифа 14 и в день страшного суда о положении подданных с них будут спрашивать ответа. И если царствование будет основано на знании, справедливости, правосудии и богобоязни, - такое царствование и государство будет прочным и доброе имя останется до дня страшного суда.

И Пророк, да будет мир над ним, говорит: "Справедливые цари в день страшного суда будут под моим знаменем. Так как положение и дела народов мира зависят от царей. И благосостояние подданных и безопасность дорог зависит от их справедливости и управления [государством]."

Так как положение и дела жителей планеты зависят от падишахов, а добронравие подданных и безопасность дорог - от их справедливости и умения управлять государством, - счел своим долгом поведать об этих ничтожнейший из доброжелателей, немощный старик Шариф Мухаммад Мансур, [ибн] Саъид Абулфарадж, [ибн] Халил Ахмад, [ибн] Абднаср - сын Ахмада, [ибн] Шаъиба, [ибн] Талха, [ибн] Абдулла, [ибн] Абдуррахмак, [ибн] Абу Бакр Сиддик Тайими Курайши, да будет доволен им Аллах, прозванный Мубаракшахом и известный как Фахр Мудаббир 15, да будет Аллах справедлив к нему и да спасет его от врагов. В виде вознаграждения за блага падишахов-газиев 16 (поборников ислама), да будут они возвышены Аллахом, я счел быть ему обязанным, счел необходимым осуществить благословение по его прошлым деяниями во имя его высочайшего звания - падишаха ислама, [31] великого, высокочтимого, справедливого царя царей, солнца мира и религии, справедливости государства и царства, победителя врагов и язычников, покорителя неверных и еретиков, грозы развратников и мятежников, убежища демонов и людей, тени Бога на Востоке и Западе, освободителя мира, олицетворения великого слова Аллаха, метеорита неба халифата, опоры справедливости и благополучия, распространителя справедливости в мире, дарующего благодеяния и доброту на Земле, защитника страны, покровителя рабов божьих, поборника ислама, разрушителя идолов, султана правды и спасителя народа, государя газиев, попечителя верующих, наследника государства мира, второго Искандера, достигшего апогея превосходства, мускулов халифата, государя стран Востока Абу-ал-Музаффара Ильтутмиш ибн ал-Султан Насира. Амир ал-Муъминина, да укрепит Бог его государство и его власть и увеличит его достоинства и могущество.

Написал [я] этот полезный и редкостный трактат и назвал его "Правила ведения войны и мужество". Он включает тридцать четыре главы, чтобы на свете осталась память и славное имя наше запечатлелось и запомнилось до дня страшного суда, если будет угодно Всевышнему, да сопутствует нам успех.

Оглавление.

Глава первая. О великодушии, благе обходительности и милости царей.

Глава вторая. О справедливости, намерениях падишахов и их похвальных качествах.

Глава третья. О милосердии и снисходительности падишахов.

Глава четвертая. Обо всем о том, чтобы падишахи были бдительными.

Глава пятая. О визире, о сведущих ученых и о праведном и богобоязненном советнике.

Глава шестая. Об отправлении послов, подарков и подношений.

Глава седьмая. О совете перед войной и о предотвращении войны.

Глава восьмая. О свойствах, превосходстве, достоинствах, масти и пользе коней. [32]

Глава девятая. О лошадях, их недостатках, физических упражнениях и наставлениях устадов.

Глава десятая. О распознавании лошади, о ее зубах, о кормлении и лечении.

Глава одиннадцатая. О достоинствах, свойствах каждого оружия и его применении.

Глава двенадцатая. О смотре войск и правилах поддержания в них порядка.

Глава тринадцатая. О дислокации войск и организации военного лагеря.

Глава четырнадцатая. О выставлении дозоров и засылке лазутчиков [в тыл противника].

Глава пятнадцатая. Об осуществлении ночных налетов и выборе времени для них.

Глава шестнадцатая. Об устройстве засад и правилах окопной войны.

Глава семнадцатая. О выборе поля боя и места битвы.

Глава восемнадцатая. О построении боевых порядков.

Глава девятнадцатая. О правилах построения боевых рядов и их расположения.

Глава двадцатая. О ведении войны и бдительности военачальников.

Глава двадцать первая. О начале битвы и праве первым начинать бой.

Глава двадцать вторая. О выходе из боя и совершении молитвы в ходе боя.

Глаза двадцать третья. О военном искусстве и правилах войны.

Глава двадцать четвертая. О нерегулярных войсках, которые собирали из различных областей (вольнонаемных войсках).

Глава двадцать пятая. О газавате и достоинствах джихада против неверных.

Глава двадцать шестая. О взимании военной добычи у воинов - джизьи 17 и хираджа 18 у неверных.

Глава двадцать седьмая. Об осаде и проявлении находчивости и хитрости.

Глава двадцать восьмая. О благочестии армии и ее поддержки при помощи молитвы и знаков. [33]

Глава двадцать девятая. О признаках успехов и победы в день битвы.

Глава тридцатая. О том, чтобы падишах оценил каждого по заслугам. (О поощрении воинов).

Глава тридцать первая. О поступках, за которые воины подвергаются наказанию.

Глава тридцать вторая. О советах устадов, каждый из которых оставил [нам] мудрость и пользу; о тех вещах, которые говорили великие, опытные, сведущие устады.

Глава тридцать третья. О том, что смерть не становится ближе от войны и от воздержания.

Глава тридцать четвертая. О наставлениях, которыми должны руководствоваться цари, армия и подданные.

Предисловие. Да будет известно, что совет и благородная мысль, правление миром, царствование, командование армией, наказание, справедливость, сострадание - удел падишахов. И это большое дело - управлять людьми, обучать людей и коней. И нет сомнения в том, что покорителю мира и командующему необходимо знать, как следует вести войско, как управлять войсками и как дислоцировать их, как надо засылать разведку, лазутчиков и дозорных. И как в день сражения надо вести бой, как устраивать засаду, как осуществлять ночной налет. И в каком месте расположить гарем, казну, вещевой склад, арсенал. И где поместить купцов и торговцев. И где расположить мулов, вьючных животных, пехотинцев, богатырей, обоз, слабых и немощных.

И если армия противника сильна и многочисленна, то как надо оберегать и защищать войско и военный лагерь.

И в какой день, в какой час следует воевать. И если армия неприятеля обращается в бегство, то как надо преследовать ее. И необходимо быть осмотрительным, чтобы не накликать на себя несчастье и порчу, ибо [в истории] после поражения противника происходило множество скверных случаев. И если далее армия противника будет сильнее и многочисленнее, не следует падать духом и бояться, надо не огорчаться, а быть оптимистом. И даже если увидишь свое войско многочисленным, не следует полагаться на это. Следует также проявлять бдительность и осмотрительность. И если правитель увидит [34] свое войско немногочисленным, пусть не огорчается и не страшится. И пусть развеет плохие думы и Всевышний поможет ему в создании изобилия. Как говорит Бог - "Сколько небольших отрядов победило отряд многочисленный с дозволения Аллаха! Поистине Аллах - с терпеливыми" (Коран, 2/249).

И надо быть непоколебимым, твердым и терпеливостью своей добиться победы. И если даже он обнаружит армию неприятеля немногочисленной, не следует забывать о хитрости и коварстве врага. Если даже тот выказывает притворную дружбу, льстит и ищет мира, лучше проявить осмотрительность.

Пророк, да будет мир над ним, изрек: "Война - это обман и хитрость". И кто будет учитывать эту особенность, тот всегда станет победителем, а враг [будет] разгромлен, унижен и покорен.

У возвеличенного собрания высочайшего государя, тени истинного Бога, относительно завоевания и покорения мира есть предзнаменование, которое в этом деле может служить уроком для всех правителей мира. И [ваш] доброжелатель и слуга собрал этот подлинник, чтобы даже мельчайшие подробности не стерлись из памяти и оставались известными. И эта полезная книга должна быть настольной, чтобы ее постоянно читали и с вниманием относились к ней, раскрывая тонкости ведения походов и пользу завоевания мира. И чтобы этот источник считали лучшей добычей и самым благим из всех сущих украшений. Так как война - рискованное и опасное дело, это опасно не только для него самого и имущества его, но также для государства и казны: ведь все можно проиграть в одно мгновение. И на свете ни у кого нет врагов больше, чем у царей, как явных, так и тайных. Явные - враги государства, а тайные враги - это командующие войсками, у каждого из которых в уме имеются помыслы и высокомерие, а в душе - соблазны и мечты. Не достигая цели, последние превращаются в горести, а [их носители] становятся скрытыми врагами. И чтобы [правитель] мог защитить дорогую душу свою и собственную персону от явных и тайных врагов, что достигается не только путем милосердия, благодеяний, воспитанием, но и вежливостью, мерами предосторожности и [35] политикой. И в делах благодеяний и воспитания нельзя, чтобы добиться своего, выходить за рамки дозволенного. Ни в воспитании и ни в наказании не надо быть чрезмерно категоричным, дабы не расстраиваться, не отчаиваться, ибо это порождает вред. Как говорит Пророк: "Самое лучшее из дел - это умеренность и воздержанность. А самое худшее занятие - это установление плохих порядков". Чтобы друзья, войска и подданные были покорны, действовали по собственной воле, а враги не могли иметь порочные желания, [следует] держать их на расстоянии от казны и государственных дел, дабы царь, его свита и подданные пребывали в спокойствии и безопасности и наслаждались счастливой жизнью.

Толкование этого дается в каждой главе с уточнениями. И чтобы книга считалась законченной и совершенной, необходимо представить ее благословенному взору высочайшего достоинства - государя, так как вести войну с неверными и врагами религии и захватывать добычу, - обязанность во имя милостивого Бога, а для ведения войны необходимы кони и оружие.

И составитель и автор этого полезного трактата надеется на благоприятное расположение и милость, ибо, да будет известно: в написание этой книги он вложил много труда и использовал из всех наук все то необходимое, что знал. И в этой области никто не писал книгу подобно этой. Если внимательным взором прочесть ее, станет ясно: благословляющий [Бога] не допускал ошибок. И Богу лучше известно, а он справедлив. [36]

ГЛАВА ПЕРВАЯ.

О ВЕЛИКОДУШИИ (БЛАГОРОДСТВЕ), ТЕРПЕЛИВОСТИ И МИЛОСТЯХ ПАДИШАХОВ.

Бог говорит: "Они расходуют и в радости, и в горе сдерживающих гнев, прощающих людям. Поистине, Аллах любит делающих добро!" (Коран, 3/134)

Смысл таков, что сдерживать гнев и прощать проступки, предательство (измену) людей - это высшая степень благородства и доброты. И Всевышний любит добродетельных.

На одной из дверей рая написан такой аят (стих) указывающий: "Каждый, который на земле будет руководствоваться этим аятом, в день страшного суда будет проходить через эту дверь в рай ."

В преданиях сказано так: "В то время, когда Пророк, да благословит и приветствует его Аллах, стал посланником и пророческой миссией и откровением, ему было ниспослано и повелено совершение намаза и поклонение Богу. Пророк, да будет мир над ним, тайно и открыто стал выполнять обязательные религиозные предписания. И ислам еще не стал прочным, чтобы совершать намаз по правилам [шариата]. И поэтому, где было свободное место, там и совершали намаз. Однажды [Пророк] совершил его и как только неверные увидели, что Пророк совершает молитву, для унижения и осмеяния [его], принесли скверное брюхо верблюда. И когда Пророк, да будет мир над ним, преклонил [голову] для земного поклона, это грязное брюхо, полное нечистот, набросили на его благословенное плечо. Фатима (дочь Мухаммада), да помилует ее Аллах, увидела [это], огорчилась и горько заплакала. Она пошла и сняла это брюхо с благословенной шеи и плеча Пророка, да будет мир над ним, и выбросила. И неверные совершали подобные пакости. А Пророк, да будет мир над ним, с великодушием и терпеливостью прощал их.

А когда эти мучения вышли за пределы и становились чрезмерными, он пожаловался Всевышнему. Тотчас же [37] архангелы Джабраил и Микаил навестили [его] и сказали:

- Всевышний передает [вам] привет и благословение и нам приказано выполнить все, что вы прикажете, и каждому поручению вашему мы будем повиноваться.

Пророк, да будет мир над ним, сказал:

- Поддержите меня во всем, что я пожелаю. И молитву, которую я произнесу, подкрепите аминем. Джабраил и Микаил, да будет мир над ними, испугались: вдруг [он] в этот час захочет помолиться (произнесет заклинание) и попросит у Бога, да возвеличится его имя, чтобы с неба сыпались камни или огонь, или чтобы они превратились в уродов. И в один миг смешались и превратились в ничто.

Пророк, да будет мир над ним, поднял обе благословенные руки и произнес молитву: "О, Всевышний, направь мой народ и мою паству на путь истинный, так как они не знают [сути религии]".

Джабраил и Микаил от чрезвычайного великодушия и кротости его изумились и сказали: "О, посланник Аллаха! Ты спаситель всех людей".

И вернулись они к славному Господу, и эта его молитва по отношению к Богу была услышана, и многие стали приверженцами [его религии].

* * *

Однажды Амир ал-Муъминин Хосейн 19. да будет мир над ним, пригласил соплеменников в гости. И когда сели за дастархан, вошла юная кравчая с блюдом горячей пищи в руках. Внезапно она споткнулась и эта горячая пища разлилась по шее, спине и плечам Амир ал-Муъминина Хосейна и этой горячей пищей он сильно обжегся. Он с яростью посмотрел на служанку. И она из-за недостойного поступка испугалась и сказала: "О, сдерживающие гнев!" (Коран, 3/134). Амир ал-Муъминин сказал:

- Я подавил свой гнев. [Я] "из прощающих людям" (Коран, 3/134). Поистине, Аллах любит делающих добро! (Коран, 3/ 134). Во имя Всевышнего, освобождаю тебя. И повелеваю, чтобы дали тебе четыре тысячи дирхемов в качестве приданого тому, за кого выдадут тебя замуж.

* * *

Когда-то Кайс Асим Мункари, который был одним из влиятельных сподвижников Пророка Мухаммада, сидел у [38] двери своего дома. Вышла рабыня, жарившая пищу на сковороде, держа ее в руках. Вдруг [сковорода] вырвалась из ее рук [и упала] на сына Кайса. Мальчик сильно обжегся, рана стала болезненной и от этой раны и боли он умер. Рабыня от страха пришла в ужас и остолбенела. Кайса уведомили [об этом]. Он вошел, увидел пораженную служанку и сказал: - Страх, опасения не покинут ее до тех пор, пока ее не высвободят. Он тут же освободил ее и сказал:

- Не бойся, ошибку, которую ты совершила, я прощаю, и тебе некого больше бояться.

* * *

Рассказывают, что Мухаммад ибн Али ибн Хосейн ибн Али ибн Абу Талиб 20, да будет мир над ним, которого прозвали Мухаммад Бакиром, однажды пошел в баню. Там был мужчина, который его не знал. Он сказал Мухаммад Бакиру:

- Потри мою спину.

[Мухаммад Бакир] встал и начал массировать его. Мужчина сказал: - Плохо массируешь. [Мухаммад Бакир] ответил:

- Лучше массировать не могу. [Мужчина] сказал:

- Черт, ты не слуга, а подлый мерзавец.

[Мухаммад Бакир] встал, ополоснулся и вышел. Увидев его в окружении слуг, невольников и сопровождавших лиц, мужчина понял, кто был тот, кого он [заставил] массировать спину. От совершенного и сказанного он сильно испугался и упал, потеряв сознание. Когда Мухаммад Бакир вышел и увидел мужчину в таком состоянии, он приказал обрызгать тому лицо водой, чтобы [человек] пришел в себя, и сказав:

- Прощаю тебя и дарю тебе десять тысяч дирхемов.

* * *

Когда Бу Муслим Сахиб уд-Давле 21, да помилует его Бог, созершал путешествие, Касым, Моджаша и Зубейд шли в его свите. После того, как прошли часть пути, Зубейд попросил у Бу Муслима разрешения возвратиться домой. Тот разрешил. Касыму стало завидно, и он сказал:

"Просят у тебя позволения лишь те, которые не веруют в Аллаха и в последний день и сердца которых сомневаются, и [39] они колеблются в своем сомнении." (Коран, 9/45).

Бу Муслим от сказанного пришел в сильную ярость и вознамерился убить Зубейда. Зубейд сказал:

- О эмир! Добродетельный Аллах, заменяет этот аят другим: "И когда они попросят у тебя позволения для какого-нибудь их дела, то давай разрешение, кому хочешь из них" (Коран, 24/62).

У Бу Муслима прошел гнев, он разрешил ему [возвратиться домой], простил его и сказал:

- Иди, будь здоров!

* * *

Как рассказывают, Хаджадж Юсуф 22 имел невольницу, настолько хорошую, нежную, красивую и изящную, что она была подобна райской деве. И [он] чрезмерно ее любил. От беспредельной любви и страсти умом и душой был привязан к ней, пренебрегая близостью с другими. И построил для нее замок, а также прекрасный, чарующий сердце сад за городом. И назначил слугу сторожем и смотрителем его. И никто не смел видеть ее тело, кроме этого слуги.

А Хаджадж Юсуф ходил к ней по вечерам. Как-то один красивый и изяшный молодой человек из состоятельной семьи, который ходил на охоту, шел мимо этого замка. Невольница сидела на видном месте и осматризала округу. Ее взгляд упал на этого юношу, и ее сердце расположилось к нему. Склонившись с балкона, она сказала:

- Эй, юноша, на мгновение остановись, чтобы от твоей красоты я получила удовольствие. Юноша оглянулся и узрел такую красоту, подобно которой никогда не видел. Остолбенел и всем сердцем влюбился. Взаимно очарованные, они влюбились безумно до такой степени, что утратили самообладание и стыдливость. И тайну эту открыли слуге. Оба заботились о нем и осыпали его подарками.

И с течением времени их чувства все более крепли. И оба боготворили слугу. Дело дошло до того, что от их любви оба могли погибнуть и их тайна могла открыться. Слуге стало их жаль: оба молодые, а могут погибнуть. Они ему сделали столько добра, оказали столько милостей, что ему стало стыдно. И случилось так, что слуга, движимый добротой, свел их, чтобы они соединились. И когда было возможно, он разрешал им встречаться.

[Однажды] ночью Хаджадж Юсуф посетил невольницу. И [40] когда собирался возвращаться, подарил ей бесподобную драгоценную жемчужину и ушел. На следующий день этот юноша, согласно уговору, направился к невольнице и пробыл [у нее] несколько времени, а когда наступил час возвращения, она подарила ему на память эту драгоценность. Как только юноша вышел, он направился к близкому другу детства, которому открывал все тайны. Известив его об этом случае, он сказал:

-Обещай мне и поклянись не раскрывать тайну, которую я открою тебе.

Друг дал обет и подкрепил его клятвой. И он открыл ему свой секрет, рассказал все, что происходило между ним и рабыней, и сказал:

- Вот уже некоторое время как между мной и этой рабыней существует любовь и согласие. И описал ее красоту, прелесть и изящество. Друг сказал ему:

- Я никогда не смогу поверить в то, что кто-то отважится проникнуть в гарем Хаджаджа Юсуфа и поступить так дерзко.

Юноша ответил:

- Если ты мне не веришь, я тебе покажу драгоценный камень, который подарила мне рабыня. И никто на свете не видел подобной драгоценности, и не найти подобного в казне любого падишаха.

- Покажи, чтобы я увидел и поверил тебе.

Когда тот показал ему жемчужину, он изумился красоте и изяществу камня и сказал:

- Хаджадж от избытка нежных чувств к рабыне подарил ей эту драгоценность. Рабыня от избытка нежных чувств к тебе подарила его тебе. А между мной и тобой дружба и товарищество не менее сильны, подари эту драгоценность мне.

И юноша подарил ему жемчужину. Как только юноша удалился, зависть заставила друга забыть давние разговоры о дружбе и близости, которые они вели с детства, и данный другу обет.

Он пошел к Хаджаджу Юсуфу и сказал:

- Имею к вам разговор,чтобы никто о нем не знал. Хаджадж уединился с ним и сказал:

- Какой у тебя разговор? Расскажи. Тот сказал:

- У меня есть друг и товарищ, с которым мы росли вместе [41] с детства до зрелости. Мы обладаем секретами друг друга. Он поступил опрометчиво и непредусмотрительно, неподобающим образом посмотрев на ваш гарем. И когда [они] находят удобное время, бывают вместе [с рабыней]. А слуга, которого вы назначили смотрителем и сторожем этой крепости, сводничает. Хаджадж сказал:

- Тайно? Не может быть, чтобы кто-то дерзнул проникнуть в мой гарем!

Подумал и добавил:

- Это требует доказательства! [Юноша] тотчас положил перед ним ту драгоценность, которую дал ему друг и сказал:

- Вот доказательство!

Хаджадж как увидел [ее, сразу] узнал. От сильной ярости и ревности мир потемнел перед его глазами. Он немедленно приказал, чтобы привели к нему рабыню, юношу и слугу. Сперва он сказал рабыне:

- Эй, ты, скверная плутовка, не я ли тебя обнимал и предпочел всем своим служанкам, и не для тебя ли построил замок? Чего тебе не хватало, что ты совершила большой грех и не подумала о наказании?

Рабыня сказала:

- Ни в коем случае, мой свет! Хаджадж сказал:

- Не так? Она ответила:

- Однажды я сидела на балконе и смотрела вокруг и [вдруг] увидела этого юношу, и он мне понравился. Окликнула его и сказала: "Остановись на мгновение, сердце мое стремится к тебе". Когда он повернул голову и увидел меня, ему тоже стало не по себе и он изумился. И [мы] оба так влюбились, что никакими способами не смогли удержаться. И страсть любви была настолько сильна, что затмила твою известность и твой гнев. И я рассказала правду о своем положении, [а теперь] ваша воля решать!

[Хаджадж] сказал юноше:

- Эй, бессовестный, низкий и презренный, что тебя заставило ходить вокруг моего гарема и недозволенным взглядом смотреть на его обитательниц?

Юноша ответил:

- Это не так, свет моих очей. [42]

[Хаджадж] сказал:

- Не так? [Юноша] сказал:

- Однажды я проходил по той местности и услышал голос. Повернул голову и увидел красоту такую, подобно которой никогда не видел. И сердце мое стало непослушным и [я] растерялся, утратил разум и разборчивость. И страсть любви затмила гнев и славу твою. Я отрекся от жизни и потерял самообладание. Случай свой я рассказал правдиво, что прикажет эмир?

[Хаджадж] сказал слуге:

- Эй, негодяй и подлый евнух, что тебя заставило [совершить подлость]? Или тебе не понравилось то, что я сделал тебя своим доверенным и назначил тебя хранителем и поверил тебе? Ты же поступил вероломно, совершил подобное преступление и нарушил запрет на вхождение в мой гарем. И ты не опасался моего гнева и славы моей?

Слуга сказал:

- Сколько я жил у тебя во дворце, никогда от тебя не получал подарков и благодарности, не видел доброты. А эти оба мне оказывали столько милостей и доброты и так одаривали, что затмили свет мира, и страх перед миром, и страх перед твоим гневом и славой. Теперь Ваша воля, что прикажете?

Хаджадж обратился к предателю:

- Не ты ли сказал, что между вами с детства были дружба и товарищество, вы обладали секретами друг друга и связаны обетом молчания? Если дружба и давнее общение между вами не были бы настоящими и основательными, он бы не открыл тебе свой секрет и не считал бы тебя близким другом, и не доверился бы тебе, и не просил бы тебя хранить эту тайну. Ты открыл его тайну и нарушил клятву, став повинен в гибели трех мусульман. И если [ты] продал бы большую драгоценность, которую он тебе подарил, приобрел бы много имущества и стал бы богатым человеком. А если бы он не доверял твоей дружбе и честности, не подарил бы тебе эту драгоценность. Так чему ты позавидовал и погубил его и других? Я прикажу, чтобы наказали вас!

Он приказал, чтобы слугу и доносчика в таком-то месте повесили, дабы другим было неповадно поступать вероломно по отношению к доверившимся и клеветать на друзей и [43] товарищей. А служанку отдал этому юноше И замок подарил им и дал им денег, чтобы они прожили жизнь в достатке и счастье, чтобы от него [у них] осталось благородство, а от них [ему] на память их имена.

* * *

Рассказывают, что однажды привели к Хаджаджу толпу людей и перед ним поодиночке наказывали их. Хаджадж смотрел и украдкой плакал. Один из его собеседников сказал:

- О, повелитель, если наказание справедливое, так зачем такое сострадание? Если это зрелище неуместное, зачем эти слезы? Хаджадж поднял голову, повернулся к нему и сказал:

"Для вас в возмездии - жизнь, о, обладающие разумом!" (Коран, 2/279) Знай, что существование человеческого рода есть в погибели человеческого рода. Однако, главам государства не избежать наказания и милосердия.

Как сказали мудрецы: "Царь - это голова, а подданные его части [тела] и конечности". Как человек дорожит каждым членом своего тела, так царь должен заботиться о каждом из своих подданных, чтобы в день страшного суда не быть наказанным, ведь жизнь преходяща, а время необратимо.

Оставь мир, так как он преходящ. Через каждое время [наступает] черед другого народа.

Там находился старик. Когда настала очередь его наказания, палач обнажил меч. Старик сказал:

- О, повелитель! Если мы из-за предательства удостоились прощения, то слава Богу, что ты своим помилованием не заслуживаешь милосердия. Если мы путем совершения греха стали скверными, [то] ты своим помилованием не стал благородным.

Хаджадж сказал:

- Я не слышал слов более убедительных, чем слова этого старца.

Потом приказал, чтобы сняли оковы с его ног. И остальных тоже освободили благодаря старику. Хаджадж с сожалением упрекнул старика:

- Если бы [ты] сказал эти слова вначале, я никого бы не убил.

* * *

И это был верх его благородства. Шуайби говорит: [44]

"Я вначале жизни был больным и покинутым. И несмотря на лишения и горести, удалялся от ничтожных людей и не ходил ни к кому на службу и говорил своим собеседникам:

Я не буду стучать в двери людей низкого происхождения,
Чтобы не падало низко мое высокое нравственное величие.

Когда очередь правления перешла к Хаджаджу, благодаря его воле и стремлению к благополучию, пороки подданных были подавлены.

Хаджадж вытащил меня из пропасти нишеты и воспитал своей милостью и благодеяниями и чувством уважения. И дела мои пошли до такой степени успешно, что глаз разума не видел подобного мне.

Однажды Хаджадж давал аудиенцию и весь просвещенный люд собрался у него. В присутствии визитеров он сказал скверные слова по адресу Абдуррахмана Ашъасама. У того волосы стали дыбом. Корыстолюбивые получили возможность натравить их друг на друга.

Первым, кто выступил против Хаджаджа, был я. И Абдуррахману против Хаджаджа помогал тоже я. Однако всемогущая божественная сила сопутствовала счастью и принесла нам поражение. Я и он [Абдуррахман], потерпев поражение, обратились в бегство. [Но] с полдороги возвратились к Йезиду, как побитые бойцовые бараны. Так как с давних времен между мной и Иезидом была братская дружба, мы уединились. Я перечислил все добрые дела Хаджаджа и его щедроты. Рассказал о своих нечестивых деяниях и о том, какие хитрости строил в этом происшествии и какие средства применил, чтобы низвергнуть Хаджаджа и отречься от него. Всевышний сделал меня побежденным и превратил мой покой в беспокойство, счастье - в страдание. Теперь я пришел, чтобы [ты] принял меня в этом бесчестье и помог мне.

Услышав мой рассказ, Йезид очень расстроился и про себя сказал стих:

Как посмотрю - за каждой стеной
Вижу больного от горя коловращения.

Потом он сказал:

- Знай, что человек суть объект событий. И никто не застрахован от опасностей и грехов. Но следует выходить из [45] происшествия по правилам крайне острожно и своевременно. Тебе надо пойти к Хаджаджу, пасть к [его] ногам, посыпать голову пеплом, признать свою вину, чтобы я поддержал [тебя] и помог бы выпросить тебе прощение, если он рассердится.

Я последовал его совету и сразу пошел к Хаджаджу. Как только взгляд Хаджаджа упал на меня, он выругался к сказал:

- Эй, ты, неблагодарный, ты был покинут всеми и находился на грани нищеты. Я вытащил тебя из нее. Такова твоя благодарность и вознаграждение за мои благодеяния! И это ли плата за мои милости?

Я сказал:

- О, эмир, Да сохранит тебя Бог. Великие люди говорят - "Каждый, кто обольщается собой, несомненно погибнет, и каждый, кто соблазняется словами врага, становится своим собственным врагом".

Никто себе зла не желает. Так как страх и наказание стали чрезмерными, боязнь одолела мое сердце. Я потерял самообладание и в отчаянии покинул военный лагерь и, к большому сожалению, оказался среди недругов.

Так как не было другого выхода, сердце я отдал смерти по воле судьбы и божественному предопределению. В меру своих возможностей написал письмо. Йезид в этих обстоятельствах служит моим свидетелем, зная что случилось со мной и в чем моя вина. Йезид сказал:

- Да, так и есть. Хаджадж обрадовался этому, засмеялся и сказал:

- Что за удивительно дикое дело! Вчера он угрожал нам мечом, [а] сегодня ведет с нами беседу. Заблуждаться в праве неудивительно, но благородство в том, чтобы не обольщаться ложью.

И Хаджадж предпочел прощение, освободил меня и помиловал, но больше мне не доверял".

* * *

Когда султан Саъид Ямин уд-Давла Бахрамшах 23, да будет милостив к нему Аллах, купил рабыню, очень красивую и с хорошим станом, безупречную, достойную и хорошо воспитанную, [она] целиком пленила сердце султана. И из-за любовных чувств [он] стал ее покорным пленником. Когда эта рабыня заболела, султан был очень огорчен и не спал по ночам. Все лекари в ее лечении оказались бессильными. И в это [46] время прибыл со стороны Ирака лекарь-христианин, его звали Абу Саъид Мосалла, и во врачевании он был искусным и совершенным, имел большую практику. Рассказали [ему] о состоянии больной, но не сказали, кто заболел - женщина или мужчина. Лекарь сказал:

- Представьте анализы больного, чтобы я мог определить болезнь и способы лечения. Назавтра ему представили анализы. [Лекарь] сразу определил, что это анализы женщины, [и она] индуска, так как в большинстве случаев этой болезни подвержены индуски. И причины болезни противоречивы и сложны.

- Покажите мне больную, чтобы я пощупал пульс, осмотрел лицо, язык и глазное яблоко, дабы точнее установить болезнь и назначить правильное лечение.

Доложили султану. Он удивился [такой] способности, опытности, совершенству знаний и сказал:

- Как показать женскую половину и гарем чужому мужчине? Присутствовавшие приближенные аристократы сказали:

- Пока существует мир, больных и раненых осматривали лекари и были вхожи в гаремы падишахов, халифов, эмиров, вельмож и судей. И за это никто не подвергался порицанию. А если появлялась рана в укромных местах, им дозволено было обращаться к хирургам и цирюльникам для лечения. И по этому поводу каждый из присутствовавших вспоминал какой-нибудь случай.

И султан от этих слов смягчился и сказал:

- [Значит] нельзя не показать. [Тогда] хорошо оденьте ее, а лицо и руки полностью не открывайте, чтобы лекарь их не увидел.

Визирем султана был Мехтар Джавхар, очень уважаемый, богатый и образованный. Правитель позвал его и сказал:

- Иди и побудь над ее изголовьем, узнавай, что скажет и назначит лекарь.

Лекарь пощупал пульс рабыни, осмотрел ее лицо, язык и глаза, удивился и, как ни старался определить причину болезни и способы ее лечения, не мог ничего сказать. Он влюбился в нее, как безумный, смущенный вышел и сказал:

- Пойду домой и обращусь к книге, так как болезнь очень тяжелая. Присутствовавшие догадались о его состоянии. А как только лекарь ушел домой, рабыне стало еще хуже и она [47] слегла. Мехтар Джавхар рассказал об этом султану. Тот послал его домой к лекарю. В ответ на вопрос Мехтара лекарь стал плакать, говоря:

- Меня погубила ваша больная и скомпрометировала мою профессию. Он объяснил Мехтару Джавхару свое состояние и говорил с мольбой: - Если султан подарит или продаст ему эту женщину, то он станет мусульманином и избавится от христианства, а если нет, то из тысячи жизней он и одной не проживет.

Мехтар Джавхар возвратился, пошел к султану и рассказал о состоянии лекаря и его болезни. Султан спросил:

- От чего тот заболел?

- Свет очей моих, ни от чего.

- Ни от чего?

- С лекарем случилась та же история, что и с султаном, которая ниспослана Творцом Вселенной. У султана от чрезмерной ревности и гнева волосы встали дыбом, и корона упала с головы. И падишаху Йеменскому, да будет чист его прах, была свойственна эта манера: когда он гневался, волосы вставали дыбом.

Мехтар, увидев это, испугался: может быть, [султан] прикажет наказать лекаря? [Поэтому] он сказал в более спокойном тоне, что этот лекарь христианин и хочет стать мусульманином и что пришел он из далекой страны.

Султан спросил:

- Для принятия мусульманства этим человеком есть какая-то причина?

- Да, имеется.

- Какая?

- Он говорит, что если господин мира продаст или подарит ему эту рабыню, он примет мусульманство.

Как только [султан] услышал слово о мусульманстве, [его] гнев спал. Он сказал:

- Правда, станет мусульманином?

- Да, станет. [Султан] сказал:

- Иди и спроси его самого, что, и [он] вправду станет мусульманином, если отдать ему эту рабыню?

Мехтар Джавхар пошел и спросил.

Лекарь ответил: [48]

- Да, буду мусульманином, если понадобится, дам расписку о принятии [ислама]

Мехтар возвратился и известил султана об этом разговоре Тот сказал:

-Идите и приведите лекаря, чтобы он стал мусульманином, так как я освободил рабыню. Пусть он заключит с ней брак и увезет ее к себе домой.

Тут же пришел лекарь, засвидетельствовал свое почтение, сорвал [с груди] крест и от руки султана принял мусульманство. И заключили его брак с рабыней, и [правитель] отдал ее ему и дал большую сумму в качестве приданого. А жители дворца предоставили [им] четыреста комплектов одежды, так что рабыня и лекарь стали очень богатыми, а вскоре она и выздоровела. От этой рабыни родились две девочки и два мальчика, и последние были друзьями благословителя автора этой книги.

* * *

Фазл Рабби говорит: "Как только настал черед Бу Маъмука стать халифом, его милости и гнев стали проявляться по отношению к друзьям и врагам. Я из страха клеветы, которую мне приписывали, был вынужден в течение трех лет скрываться и жить в уединении. Эти меры уединения и одиночества вышли за рамки, мне стало невыносимо. И я отрекся от жизни, вышел из того места, где прятался, и решил пойти к другу домой, чтобы посоветоваться с ним о своем деле. Один из приближенных Маъмуна увидел меня и стал следить за каждым моим шагом. [Я] забежал в дом одной старухи и спрятался за суфой, заплатил за это место и уснул.

[Тот] юноша следом за мной пришел к этому дому и спросил обо мне. Старуха сказала:

- Я не видела и не слышала его имени. Юноша, который видел Фазла Рабби, сказал:

- Увы, если бы я нашел его, успокоил бы сердце Маъмуна. Старуха отдала ему один динар золотом и под каким-то предлогом выпроводила. Потом она мне сказала:

- О, Фазл, хорошенько задумайся и попроси у Всевышнего помощи. Если ты выберешься из этого положения, не отворачивайся от беззащитных.

Я обрадовался надежности и доброжелательности этой женщины, вышел из ее дома и подошел к чарующему сердце дворцу. И часок посидел в тени его стены, чтобы немного [49] отдохнуть. Оказалось, что дворец принадлежит Саъиду Шахаку, которого Маъмун обязал схватить меня. От страха я потерял рассудок. Как ни старался бежать оттуда, мне это не удалось. В это время подошел Саъид Шахак и, увидев меня в таком неловком положении, сказал:

- О, хвала Богу! Я тебя ищу в Басре, а ты находишься у моего дома!

Позвал меня, посадил напротив себя [и] сказал:

- Поешь и не печалься. Я сказал:

- О, Саъид, съесть мне хлеб мертвых или живых? Саъид сказал:

- Хлеб живых. Я прощаю тебя и дарую жизнь. И из-за тебя свое сердце отдаю в залог Маъмуну. И трое суток он угощал меня [как] гостя и превзошел все грани великодушия. А через три дня я вышел из его дворца и пошел в дом одного купца, который был обязан мне за мои милости. Он завел меня домой, крепко связал мне руки шнурком от моих шаровар, тотчас бежал к Маъмуну и рассказал ему [эту] историю. Маъмун послал Саъида Шахака, чтобы он привел [меня]. При одном взгляде Маъмуна я весь покрылся потом от страха и очень робко поздоровался.

Через мгновение он подозвал меня, посадил близко от себя и сказал:

- Расскажи, как и где побывал ты за эти три года и что видел?

Я начал рассказывать. Сперва рассказал о великодушии и благородстве старухи, потом о благородстве и великодушии Саъида Шахака, а также о его доброте и верности. Потом поведал о бесчестье и вероломстве купца.

Маъмун тотчас же пригласил старуху и отдал ей две тысячи динаров. Обнял Саъида Шахака и подарил ему провинцию Басру. А купца повелел побить камнями и приказал, чтобы глашатаи разнесли весть о его греховных деяниях.

И повелел объявить, что каждому, кто совершает добрые дела и не притесняет беззащитных, очутившихся в беде, наградой будет милость. А каждый, кто по отношению к другу и благодетелю замышляет зло или покушается на его жизнь, будет наказан.

Потом он мне сказал:

- Эй, Фазл, ты сам перенес свое наказание и увидел свое вознаграждение. Я освобождаю тебя и возвращаю тебе твою провинцию и твои владения. [50]

И приказал положить передо мной тысячу динаров и подарил мне сто тюркских рабов.

Такова степень благородства, милости и великодушия Маъмуна.

* * *

Рассказывают, что Кесра Ануширван однажды устроил пир и проявил в этом удивительный такт. Он пригласил избранных людей из привилегированного общества и попросил сесть. Все сели и стали веселиться и наслаждаться. Прошло некоторое время. И оказалось, что пропала одна чаша, украшенная драгоценными камнями. Об этом уведомили Кесру. Он наблюдал происшедшее, но притворился, будто ничего не заметил. Виночерпий случайно попросил возвратить ту чашу. Сколько ни искали, не нашли ее и стали обыскивать друг друга. Кесра поднял голову, посмотрел на виночерпия и сказал:

- Вы ищете то, чего больше не найдете. Чашу унес тот, который не отдаст ее обратно. И тот, который увидел, не станет доносить.

Говорят, что стоила та чаша пятьдесят динаров.

* * *

А также султан Саъид Бахрамшах, да помилует его Бог, во дворце Парка Победы устроил пир, подобного которому никто не видел на всем свете. Когда закончился день, он приказал перенести застолье во двор. Виночерпии и прислуга стали выносить все наружу.

И когда вокруг стало посвободнее, один из слуг придавил золотую вазу, украшенную драгоценными камнями, и положил ее в голенище сапога. Султан увидел это, но сделал вид, будто не заметил.

Когда вынесли все из пиршественного зала, потребовали принести вазу для цветов, но не нашли ее. Дворецкий вызывал каждого и допрашивал, но никто не признавался. Тогда он начал бить слуг палкой. Султан, услышав шум, позвал дворецкого и сказал:

- Не обижай невинных мусульман, так как тот, который унес, не захочет вернуть, а тот, который увидел, не захочет доносить.

Дворецкий прекратил свои требования. Потом султан подозвал его и сказал:

- Не ищите вазу у прислуги. Считайте, что я ее кому-то [51] подарил. Прошло некоторое время. Слуга, который унес вазу, изготовил из нее вещи, продал их и купил слуг, рабынь, драгоценности, сад, мельницу и роскошно оделся.

Однажды он поливал воду на руки султану. Тот поднял голову и спросил:

- Парень, осталось от той вазы что-нибудь? Слуга ответил:

- Клянусь Богом, что я все израсходовал и ничего не осталось.

- Ничего не осталось?

-Все израсходовал и ничего не осталось. И султан приказал дать ему еще некую сумму, добавив: - Когда кончится дадим еще. Но об этом не говори никому, чтобы не покушались на тебя.

* * *

Сулейман Варрак, который был одним из ученых мудрецов своего времени, рассказывал, что однажды он присутствовал на совете Маъмуна и слышал как он рассказывал об истине творения, о подробностьях содеянного и сообщил, что видел яхонт (рубин) в четыре пальца длины и такой же ширины.

Он поведал, что правитель пригласил золотых дел мастера, посадил возле себя, показал ему образец и заказал достойный этого яхонта перстень. К концу дня Маъмун почувствовал себя нездоровым и мы покинули его, разойдясь по домам. Назавтра мы пришли к нему. Я увидел ювелира, который стоял и пристально смотрел на Маъмуна, охваченный каким-то страхом. Маъмун спросил о готовности перстня. Мастер боялся ответить и не мог произнести ни слова. Маъмун понял и сказал:

- О, благородный, что хочешь, скажи, прощаю тебя. Ювелир сказал:

- Да продлится жизнь Амира ал-Маъмуна! Когда я вкладывал камень в перстень, яхонт выпал из моих рук и раскололся на четыре части.

Маъмун засмеялся и сказал:

- Все четыре части дарю тебе. Если и этого не хватит, то дам еще.

Сулейман Варрак сказал:

- Я в своей жизни не видел никого более великодушного, чем Маъмун и не слышал более благородного чем он.

Ювелир, возвращаясь домой, молился и возносил хвалу [52] Богу за то, что пришел бедным и боязливым, а возвращался богатым и счастливым.

* * *

Рассказывают, что когда в 503-м году[хиджры] великий Ала-уд-Давла Маъсуд, да украсит его прибежище Аллах, направился в сторону Буста, из клюва сокола выпала бесподобная, редкостная драгоценная жемчужина. И вельможи взволнованно принялись искать ее.

Благородный султан сказал:

- Оставьте и дайте возможность найти камень какому-нибудь нищему дабы это облегчило его потомков и его молитвы остались бы в памяти, чтобы после нас об этом помнили.

* * *

Когда Амир ал-Муъминин Хасан, Амир ал-Муъминин Хосейн и Абдуллах Джафар направились куда-то, день выдался жаркий, верблюд со съестными припасами пошел по другой дороге и пути разошлись. Они очень проголодались, и их мучала жажда.

Издалека увидели войлочный шатер. Решили пойти туда в поисках съестного. Дойдя до шатра, увидели, что там сидит старуха. Они сказали:

- Эй, матушка, есть ли у тебя хлеб и вода чтобы мы могли утолить голод и жажду? Наши припасы остались позади.

Старуха сказала:

- О сыновья спешитесь! Они спешились.

У нее была коза. Она сказала:

- Подоите [ее] и выпейте молоко.

Они подоили козу и попили молоко. [Потом] спросили:

- У тебя есть какая нибудь еда?

- У меня кроме этой козы, больше ничего нет. Зарежьте ее, и я приготовлю вам еду.

Козу зарезали, старуха пожарила мясо, они поели и тут же заснули. Когда наступило утро, они встали и сказали старухе:

- Если мы когда нибудь встретим тебя или ты встретишь нас, воздадим тебе подобающим образом и проявим милость к тебе. Мы люди из рода Курайшитов и живем в Медине.

И затем ушли.

Через некоторое время пришел муж этой старухи и спросил у жены: [53]

- Есть молоко? Жена ответила:

- Нет.

И потом рассказала про гостей и про козу. Муж выхватил палку из шатра и начал бить жену по спине и бокам. Он разбил ей голову и хорошенько поколотил ее, сказав:

- Не зная людей, зачем ты отдала им козу? Может быть они не были Курайшитами, а были какие-то беглые рабы.

Старуха сказала:

- После содеянного нет надобности в назиданиях. Прошло определенное время, и они оказались в безвыходном положении. У них был осел. Нагрузили его хворостом и поехали в Медину, чтобы там продать. Как только продали и захотели вернуться обратно, Амир ал-Муъминин Хасан увидел их на базаре, узнал старуху и послал за ней человека.

Он спросил старуху, узнает ли она его. Она сказала:

- Не узнаю.

[Амир ал-Муъминип Хасан] рассказал ей о своих товарищах и о жареной козе. Старуха сказала:

- Слава богу, узнала. Потом Хасан спросил:

- Из моих друзей, которые были со мной там, ты кого нибудь видела?

[Старуха] сказала:

- Нет, не видела.

Он купил для нее тысячу голов баранов и еще тысячу динаров отдал этой старухе, и послал человека с ней к Амиру аЛ-Муъминину Хосейну.

Хосейн спросил:

- Что дал тебе мой брат? Старуха рассказала:

Амир ал-Муъминин Хасан тоже дал ей тысячу баранов и тысячу динаров и отправил к Абдуллаху Джафару. Тот спросил у старухи:

- Что тебе дали мои друзья?

Она рассказала. Абдуллах Джафар дал ей столько, сколько давали оба брата - две тысячи баранов и две тысячи динаров и сказал:

- Если бы ты пришла сначала ко мне, то получила бы больше. [54]

Старуха и ее муж возвратились с божьей помощью из Медины с четырьмя тысячами баранов и четырьмя тысячами динаров. И это великодушие осталось в их памяти вовеки веков.

* * *

Рассказывают, что некогда какой-то бедуин пошел к правителю Синда Дауду Махлабу и сказал ему:

- Я принес стихи, да увеличит Бог милость эмира, выслушай посвященные тебе несколько двустиший восхваления.

Дауд приказал принести черный халат - символ Аббасидов, надел его, закинул через плечо саблю, сел в кресло и сказал:

- Эй, бедуин, если восхваление подобающее, я с удоволствием награжу тебя. Но если ты восхвалил меня плохо, верну твои стихи, выколю тебе глаза и положу тебе на ладони, и клянусь богом, отрублю тебе голову.

Затем сказал:

- Выкладывай, что ты принес. Бедуин прочитал стих:

Если бы не было бренного мира.
Между нами бы не было ничего, кроме смерти…

Дауду эти стихи очень понравились, и он сказал:

- Награду и подарок хочешь по своей мерке или в меру моего достоинства?

Бедуин сказал:

- По мере своего достоинства. Дауд спросил:

- Какова мера твоего достоинства, о бедуин?

- Каждое двустишие - сто тысяч дирамов.

Дауд велел принести семьсот тысяч дирамов. Потом сказал:

- О, бедуин, почему ты не захотел получить по мере моего достоинства?

Бедуин ответил:

- По мере твоего достоинства не хватит в казне богатства. Дауду ответ пришелся по душе, и он сказал:

- Это твое слово лучше, чем твои стихи.

И он приказал добавить к награде столько же.

Бедуин возвратился от Дауда Махлаба с миллионом четырьмя тысячами диремов за семь двустиший, что сохранилось навеки от этих стихов. [55]

* * *

Рассказывают, что во времена Абу Аббас Саффака, который был первым халифом из Аббасидов, жил поэт очень талантливый, обладатель диванов стихов и красноречивый . Его звали Абу Дуламе. Однажды он пошел к Абу Аббасу Саффаку.

Последний сказал:

- Эй, Абу Дуламе, проси меня чего нибудь. Абу Дуламе сказал:

- Прикажи, о, Амир ал-Муъминин, чтобы мне дали охотничью собаку.

- Дадут.

- Коня, чтобы на нем ездить на охоту.

- Сделано.

- Слугу, который оседлал бы коня.

- Отдам.

- Рабыню, которая готовила бы из дичи пищу.

- Отдам.

- Тогда будет дом и семья, для которой понадобится участок земли, чтобы вырастит хлеб.

- Дам джуфт орошаемых земель и сто джуфтов необработанных.

Поэт спросил:

- О, Амир ал-Муъминин, что означает сто джуфтов необработанных земель?

- То, что на них нет пашни и земледельца. Абу-Дуламе сказал:

- О, Амир ал-Муъминин, я отдам тысячу пятьсот джуфтов земель в качестве иктаъ 24 из пустыни Бани Асада, где не произрастает ничего.

Амир ал-Муъминин засмеялся и приказал, чтобы ему дали двести джуфтов орошаемых земель и извинился перед ним.

И Абу Дуламе вышел от Абу Аббаса со всеми исполненными просьбами и достигнутыми целями и желаниями.

* * *

Рассказывают, что был некий мужчина из числа сильных и состоятельных людей. И у него была рабыня, очень красивая, которую он очень любил, исполняя любое ее желание. В этом деле он так переусердствовал, что у него не осталось никакого богатства. Оказавшись в безвыходном положении, он стал просить у людей [милостыню], чтобы расходовать это на [56] пропитание рабыни. Она пожелела его ведь из-за любви к ней он стал нищим и докатился до попрощайничества. Однажды она обратилась к своему хозяину и сказала:

- О, господин, продай меня, чтобы избавиться от попрошайничества. Может быть, после этого твои дела пойдут на лад и моя жизнь и твоя доля станут лучше.

Хозяин вязл рабыню за руку и повел к Абдуллаху Маъмуру Тамими, который был одним из щедрых людей своего времени, и предложил ему эту рабыню.

Тот спросил:

- За сколько продаешь рабыню?

- За сто тысяч дирамов.

Абдуллах приказал слуге вручить продавцу сто тысяч дирамов. Последный, забрав деньги, встал, чтобы возвратиться домой. Посмотрел в сторону рабыни и произнес три арабских байта которые по персидски звучат так:

Если бы не было испытания судьбы и нищеты,
Смертью разлучались бы мы друг с другом.
И ночью, и днем буду печалиться и размышлять о тебе.
Прощайся со мной, встреча между нами прервалась.
И свидание прекратилось, а встреча остается на том свете,
Но если захочет Абдуллах Маъмур.

И громко зарыдал

Абдуллах Маъмур пожалел его со своственным ему великодушием, подозвал его и сказал:

- Возьми рабыню за руку она твоя, а также я тебе отдаю цену рабыни.

Тот подошел, взял сто тысяч диремов и увел рабыню.

И это великодушие сохранилось в памяти ка все времена.

* * *

Однажды, когда Абдуллах Аббас, да помилует его Аллах, отправлялся в путешествие, по дороге начался небольшой дождь. Издалека виднелся войлочный шатер. Он направился к шатру. С ним был его слуга. Когда они подошли к шатру, хозяин встретил их, обрадовался, снял с них обувь и принес воды, чтобы они помыли руки и ноги. И спросил у жены:

- Есть ли что-нибудь готовое, чтобы угостить этого высокого и благородного гостя, который обладает великолепием и блеском Курейшитов? [57]

Жена ответила:

- Ничего готового нет, кроме козы, которая кормит сына молоком.

Муж сказал:

- Иди и приведи козу, чтобы заколоть. Женщина возразила:

- Если зарежешь козу, мальчик умрет без молока, так как у меня молока нет ни капли.

Сказал муж:

- Я не сомневаюсь в смерти мальчика, но стыжусь того, что гость останется без ужина. Всемогущий и преславный Бог не оставит этого мальчика без пропитания. Прежде чем стемнеет, приведи козу, чтобы в темноте не затруднилось приготовление еды.

Женщина привела козу. Муж зарезал ее, а жена искусно приготовила ужин. Поели, прочли намаз перед отходом ко сну и легли спать. Утром проснулись, умылись и прочли намаз перед восходом солнца. Абдуллах Аббас тихонько спросил слугу, сколько он имеет золота при себе?

- Слуга сказал:

- Пятьсот динаров.

-Иди [и все] отдай хозяину этого шатра чтобы он улучшил свою жизнь.

- О Сайд, коза стоит не больше одного динара золотом, а ты отдашь ему такую цену тем более, что мужчина тебя не знает.

Абдуллах Аббас сказал:

- Если он меня не знает, то я сам себе цену знаю. Он в своем нищенском положении пожертвовал единственной козой, имевшейся в его владении, а я захотел отдать ему пятьсот динаров, которые не составляют и десятой части моего состояния. В чем же тогда мое преимущество перед ним? Эй слуга, иди и отдай ему все пятьсот золотых динаров и попроси много прощений.

Слуга отдал пятьсот динаров и попросил прощения. И муж и жена горячо молились за них и возносили им хвалу.

Абдуллах и слуга пошли по своим делам. Затем направились к Маовию, к которому тоже имели дело. Они еще не дошли до цели, но его приближенные уже знали об этом деле, о великодушии и щедрости Абдуллаха и были изумлены. [58]

Когда возвращались оттуда, Абдуллах сказал слуге:

-Давай-ка пройдемся к тому хозяину, посмотрим как у них дела и чем они занимаются.

Когда они приблизились к тому месту, увидели столько скота (верблюдов, коров, баранов), что не смогли найти дорогу к шатру. Они возвратились и вознесли хвалу Творцу.

Сохранилась добрая слава об их великодушии, а сами они ушли в мир иной.

"Да помилует Бог всех великодушных! Аминь, хвала Господу миров!"


Комментарии

1. Здесь и в дальнейшем цифрами обозначены номера аятов и стихи Корана.

2. Шариат. Правильный путь к цели - комплекс юридических норм, принципов и правил поведения, религиозной жизни и поступков мусульманина, соблюдение которых означает ведение праведной, угодной Аллаху жизни.

3. Фуркан. Коран.

4. Газават. Священная война, война за веру. В современном понимании означает мобилизацию сил мусульман для защиты ислама.

5. Джихад. Священная война, война за веру.

6. Мачин. Индокитай.

7. Рум. Византия.

8. Ибрахим Халил. Согласно Корану он был первым, кто провозгласил единобожие, веру в Аллаха. Именно его исконную веру восстанавливал Мухаммад.

9. Бохтаннас(а)р. Историческое Навухаданасар (Вавилонский царь).

10. Искандер Руми. Зулкарнайн. Александр Македонский. Зулкарнайн - двурогий, его прозвище (356-326 гг. до н. э. ).

11. Кесро. (Хусрав). Титул персидских царей из династии Сасанидов.

12. Мани Зандик. Мони. Имя художника - основателя секты Манихеев. Зандик - дуалист, признающий присутствие в мире двух начал, доброго и злого.

13. Мадаин. Название города Ктесифана на реке Тигре, на месте которого впоследствии был основан Багдад.

14. Халиф. Преемник, наместник; глава мусульманской общины.

15. Шариф Мухаммад Мансур Саъид Абу-л-Фарадж. Полное имя автора сочинения "Правила ведения войны и мужество".

16. Гази. Борец за мусульманскую веру; победитель.

17. Джизья. Подушная подать, которую мусульманское государство взимало с живших на его территории иноверцев.

18. Хирадж. Дань, подать, налог.

19. Амир ал-Муъминин Хосейн. Сын четвертого халифа Али ибн Аби Талиба

20. Мухаммад ибн Али ибн Хосейн ибн Али ибн Абу Талиб. Потомок четвертого халифа Али ибн Аби Талиба

21. Бу Муслим Сахиб уд-Давла. Предводитель антиомейядского восстания в Хорасане, в результате которого была низложена династия Омейядов и в 750 г. воцарилась династия Аббасидов.

22. Хаджадж Юсуф. Имя знаменитого полководца и правителя Ирака в царствование халифа Абд ул-Малика (685-705).

23. Султан Саъид Ямин уд-Давла Бахрамшах. Правитель из династии Газневидов (1118-1152).

24. Иктаъ. Пожалованная земля.

(пер. Дж. Наджмутдиновой и С. Шохуморова)
Текст воспроизведен по изданию: Адаб ал-харб ва-ш-шуджаат (Правила ведения войны и мужество). Мин. Обороны республики Таджикистан. Таджикский высший военный колледж. Душанбе. 1997

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.