Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

СТЕПЬ САГАРА

(Из путешествия Коретта.)

Со времени занятия Алжирии Французами, результаты ученого исследования страны становятся постепенно важнее, особенно на счет внутренности края, которая до сих пор известна была не более внутренности Марокко. В 1837 году Французское Правительство нарядило ученую Комиссию, с поручением исследовать землю и ее жителей, их нравы, обычаи, домашнее состояние, равно как коммерческие и общественные отношения различных племен между собою, также вспомогательные источники, которые могут быть извлечены из этой земли, и полученные результаты представить Правительству. Задача Комиссии была велика и трудна; повсюду должна была она, так сказать, приступать заново; ибо, кроме некоторых обветшалых сочинений, она не могла пользоваться никакими новейшими предварительными работами. Несколько Европейцев конечно предпринимали путешествие в Томбукту и свои наблюдения сообщили публике: внутренние страны Марокко также были посещены и описаны некоторыми Англичанами, между тем как страна, на которую Французы наткнулись за Атласом, составляющая как бы преддверие неизмеримо-обширной пустыни, называемой Сагарою, оставалась вовсе неизвестною. Когда [424] Французы проникли за пределы так называемого Телля (от tellus, способная для возделывания земля) в страну Фиников, тогда только узнали, какие ложные во всех отношениях понятия имели до сих пор об этой части Африки. Жителей Сагары вовсе не знали, и потому не могли постичь, каким образом Абд-эль-Кадер, в полосах земли, почитаемых необитаемыми, мог, после своего изгнания из Телля, находить еще богатые пособия для возобновления своих вторжений во Французские области, и из этого незнания отношений естественно следовало, что ложные предположения обыкновенно влекли за собою и ложные меры. Но когда с удивлением увидели, какие многочисленные толпы разноплеменных богомольцев ежегодно отправлялись из Сагары в Мекку, когда вообще заметили, что большая часть туземцев, посещавших рынки в занятых Французами внутренних городах и даже в приморских местах, приходила из стран, лежащих гораздо южнее Телля, — тогда только, по заключении связей с некоторыми тамошними независимыми племенами, Французское Правительство усмотрело высокую важность, даже потребность точнее узнать их. Смелой предприимчивости некоторых офицеров, долго живших между тамошними племенами и усвоившими себе их язык, обязаны мы сведениями о тех внутренних округах в топографическом, [425] коммерческом и этнографическом отношении. Особенно отличаются верностью и полнотою труды по этой части Полковника Домаса, управляющего Арабскою центральною канцеляриею, и инженерного Капитана, Г. Коретта, который вместе с Капитаном главного штаба Варнье, издал также новейшую превосходную карту Алжирии. Нельзя, довольно похвалить то прилежание, с которым Г. Коретт повсюду собирал на месте изустные показания, давшие между прочим ему возможность вполне исчислить все известные Арабам дороги и стези, как в южной части Алжирии, так и в Тунисском Регентстве, равно и расстояния между разными станциями. Как трудно было определить последние, видно из того обстоятельства, что Арабы не имеют никакого положительного и постоянного масштаба для исчисления времени и расстояний; одно племя поступает так, другое иначе, и математическая география внутренности Африки находится еще в совершенном младенчестве. Г. Коретт, первый начав прояснять этот мрак, оказал бесценную услугу как науке вообще, так и своему отечеству в особенности. Ему принадлежит честь первоначального определения естественных границ обширной Сагары, которые до сих пор даже на самых лучших картах обозначаемы были весьма неточно. Он описывает нам отдельные части, многочисленные оазы, населяемые [426] независимыми одно от другого племенами, совершенно отличными от Арабских племен северной Африки. Чрез него получили мы в первый раз более достоверные сведения о хищных и кровожадных Туариках в собственной пустыне, столь страшных своими набегами для купеческих караванов и препятствующих их сообщению с живущими на юге Сагары Неграми, преданными еще фетишизму. Особенный интерес имеет изложение существенного различия между полосами Телля и Сагары, различия, принятого впрочем уже древнейшими Арабскими географами. Свойство почвы в Телле, т. е. в полосе земли простирающейся от морского берега до границы Сагары, более чем за сто лет назад, совершенно верно описано было Английским путешественником Шо (Shaw). Только относительно вышины гор карта Г. Коретта несколько отступает от показаний Г. Шо, особенно на счет цепей Джебель-Ауреса и Джебель-Амура, примыкающих уже к Сагаре, которые у Г. Коретта показаны выше, нежели у Английского путешественника. Впрочем, и по новейшему измерению, ни одна из тамошних гор не превышает 6,500 Франц. футов. Еще интереснее описание Сагары.

Сагара! как много сливается в этом звуке мыслей о палящем жаре, о диких, кочующих ордах, о неимоверном пространстве песчаных [427] степей, о страшных зверях, о голоде и, главное, о всегдашней жажде, одним словом, прочтите географов и поэтов, и вы получите о Сагаре мнение самое мрачное; вы будете думать что это страна проклятия, недосягаемая Тебаида; граница, положенная природою стопам исследователя. А что же выходит на поверку? Все эти мнения ничто иное, как бесстыдная ложь, преувеличения и бредни поэтов, писавших об Африке, не выходя из своего кабинета!

Сагара представляется взору путешественника архипелагом оазисов, из коих каждый составляет прекрасную группу деревень и городков, опоясанных густым садом фруктовых деревьев!.. Пальма, царь произрастительности Африканской, бесспорно есть самое высокое дерево степей. Зато не вышина дерев поражает путешественника, но красота произрастений, вид тысячи различных роскошных плодов, и аромат, который они разливают в воздухе.

Убогая хижина Африканца защищена от зноя широкими листьями обсаженных кругом пальм, ствол коих, обнаженный до самой верхушки, обвивается диким виноградом. Гранаты, персики, абрикосы составляют обыкновенную пищу туземца, а винные ягоды его любимое лакомство. Прибавьте к этому прохладу ночей; безопасность сообщений, и вы поймете, почему [428] обитатели Сагары так любят свою родную землю.

Сагара большею частью населена людьми промышленными, деятельными и привязанными более всего к своей родине. Они имеют большие стада и превосходные виноградники, окруженные обширными пастбищами. Народы эти разделяются по характеру своему на два рода: оседлых и кочующих.

Первые живут в городах, занимаются возделыванием огородов, виноградников и шерстяными изделиями. Они высоко ценят право собственности и всеми силами стараются удержать свои владения.

Вторые проводят жизнь свою в пустынях, неудобных для земледелия, но годных к размножению скота. Номады с приближением весны, когда источники, рассеянные по степи, начинают иссякать, покидают свое зимнее жилище и со всем скотом своим, со всеми пожитками отправляются к северу. Дети природы, взрощенные под кровом палатки, верные своей свободе, идут по направлению к Теллю, где они выменивают произведения свои на траву и воду. Читатель не может представить себе этой дикой и вместе с тем торжественной картины, когда караван целого племени, подымаясь с своего зимнего пребывания, идет к северу. Трудно описать смесь одежды женщин, мужчин [429] и детей, лай собак, мычанье коров и быков, пронзительный визг верблюдов, всего вместе, слитого в одну нераздельную массу.

Но едва проходит осень, — и опять тот же шум, то же смятение, та же картина! Жители Сагары отправляются на юг: им становится холодно зимой, на Африканском севере! Они возвращаются в свои родные степи, к периоду созревания фиников и в них проводят зиму.

Большая ошибка полагать, что в Сагаре нет решительно воды. Правда, на поверхности почвы нет вообще источников; но в наше время доказана возможность добывать воду в Африке посредством выкапывания колодцев. Вода, по различию местности, показывается в различной глубине.

Обитатели Сагары так хорошо изучили тайну природы, что они выкапывают себе настоящие артезианские колодцы, чему могут служить доказательством водоемы: Уад-Рир, Уа-Регла и Темачинский. Арабы довели искусство копания колодцев до того, что есть источники, или, лучше сказать, водопроводы, текущие по поверхности земли некоторое пространство, каковы, например: Уад-Суф, Уад-ель-Джеди и проч.

Присутствие воды под верхними слоями земли, в некоторых местах в Африке порождает иногда странные поверья в народе.

Например, в развалинах Ренады, ежели [430] приникнуть ухом к земле, то слышится подземное клокотание: это ничто иное, как шум скрытого подземного колодца, который Арабы принимают за сверхъестественное явление чародейства.

Для довершения поражения фантазиям географов и поэтов, повторяем, что степь Сагара вовсе не похожа на ту безводную, пространную равнину, покрытую страшным для путешественника песком, палимую неизмеримым жаром Африканского солнца, какою они представляют ее своим доверчивым читателям; напротив того, в Сагаре, как и в полосе более южной Африки, находятся леса, весьма часто множество гор и холмов; песок, покрывающий верхний слои земли, не везде составляет препятствие к путешествию, да и не везде находится. Наконец, скажем, что самый жар не так несносен, как его описывают; есть даже места возвышенные, где холод довольно чувствителен, и что многие из путешественников страдали от резкой перемены температуры.

Прибавим еще, что звери, которые так страшны путешественникам, не выходившим из своего кабинета, и которые вероятно по этой причине поразили их воображение до такой степени, что иной видел следы когтей льва, другой след его хвоста, — вовсе не так часто встречаются в степи Сагаре, как на страницах их путешествий. На наш вопрос, [431] сделанный на этот счет одному Африканцу, он отвечал, смеясь: «может быть, у вас львы и леопарды питаются песком и воздухом, а у нас они бы умерли с голода в пустынях!» Таким образом, можно утвердительно сказать, что дикие звери, живущие в Африке, обитая леса и ущелья, не составляют опасности путешествия по степи.

Только медянка изредка попадается взору путника, да иногда некоторые безвредные животные, как-то; газель, страус, дикий осел, и проч.

Сагара — это обетованная земля бедного путешественника; ночи здесь почти всегда бывают светлы, ночлег спокойный, песок представляет всегда мягкую и сухую постель, не смотря на случающиеся дожди.

Теперь скажем несколько слов о нраве и отличительных чертах характера жителей Сагары.

Чем южнее идет народонаселение, тем нравы жителей становятся чище и добрее, так что между северными и южными обитателями степи существует великая разница как в характере, обычаях, так даже в самом наружном виде. Первые белы, вторые черны, первые оседлы, вторые номады, первые иногда хитры и лукавы, вторые всегда чистосердечны и добросовестны. [432]

Страсть к вечному странствованию составляет главную черту характера южных жителей; они не могут даже вести постоянной торговли.

Посредниками в сношениях жителей северной Африки с номадами суть Туареги, племя, вечно занимающееся всеми способами добывания денег. Туареги вместе с тем и разбойники, наводящие страх на все соседние племена. Они ведут торг невольниками, грабят караваны и вообще отличаются своею дикостью, оригинальностью одежды и странностью обычаев и нравов.

Должно надеяться, что скоро, очень скоро, золотой город, столь недоступный для Европейцев и столь известный Алжирцам, войдет в непосредственное сношение с нашими купцами, и что последние покинут свой необъяснимый инстинктивный страх путешествия по Сагаре, и который служит единственным препятствием к прямой торговле с внутреннею Африкою, что принесет величайшую пользу как белому, так и черному племени.

Текст воспроизведен по изданию: Степь Сагара. (Из путешествия Коретта) // Журнал для чтения воспитанникам военно-учебных заведений, Том 67. № 268. 1847

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.