Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

КНИГА УНИЧТОЖЕНИЯ ЛЖИ, ВОЗВЕДЕННОЙ НА ПРАВЕДНОГО АБУНУ ИАКОВА

Я, Господь, призвал Тебя в правду, и буду держать Тебя за руку и хранить Тебя, и поставлю Тебя в завет для народа, во свет для язычников, чтобы открыть глаза слепых, чтобы узников вывести из заключения и сидящих во тьме — из темницы 44. Как сказано, людям весьма отрадно свет увидеть и от уз избавиться. А еще также превыше всего правда. Как тьма не может устоять пред светом, так и ложь не может устоять пред правдой. Онъ человекоубийца искони, и во истине не стоитъ: яко несть истины въ немъ: егда глаголетъ л(2)жу, от своихъ глаголет: яко ложь есть и отецъ лжи 45. Как сказано, ложь — это тьма, исходящая от диавола. Человек, оставивший свет данных Господом законов правды, к ней прибегает и во лжи скрывается. Лишился он света благодати, и кожаные одежды стали знаком его падения и прегрешения 46. Поскольку он оставил свет правды, то пал в глубокую пропасть тьмы ложной веры. Однако милостивый Господь, создавший по образу и подобию Своему человека, не может позабыть его. Как прежде для его радости создал Он [свет], сказав: «Да будет свет» 47, дабы рассеять тьму, бывшую над бездной, так и потом, (3)увидев, что тот, павши во тьму пропасти глубокого отступничества, мучается и не может выбраться, сжалился над ним Создатель. Он послал ему сияние (луч) Своей славы, больший нежели первый свет, что рассеял тьму 48. Сначала, возлюбив его, создал Он его по образу Своему и подобию. Однако, когда порочный человек исказил этот образ, милосердный Господь, дабы обновить его, дабы подать ему награду, [218] большую противу первой и просветить его благодатью Своей, послал ему руководителем Сына Своего Единственного в рабском обличье. Знаем мы, что на солнце есть свет, прогоняющий тьму, и тепло, растопляющее снег Луч славы невидимого Бога-Отца, (4) Господь наш Иисус Христос по сказанному Им Видевый мене виде Отца 49, явил, что в одном Божественном естестве три ипостаси две невидимые ипостаси, они же суть всемогущий источник света Отец, и Дух Святой, согревающий душу, застывшую от холода греха, а мертвой пребывавшую во мгновение спасающий. Дабы узнали мы это, сказал Он апостолам «Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа» 50. В Евангелии от Иоанна сказано: «Как послал Меня Отец, так Я посылаю вас» 51. От этой единой Божественной власти исходит посланничество Господа нашего Иисуса Христа, апостолов (5) и следующих за ними [миссионеров]. Раз это так, то тогда Сам Господь повелевал ученикам и помощникам Своим. Начиная с того времени и доныне, до скончания веку посылает и повелевает словом наместника Своего — Римского главы патриархов — Господь наш ІС. ХС. Не можем мы знать числа звезд, однако видим, что надо всеми ними есть только одно солнце. Так же ясно, что и в святой церкви сколько бы ни было митрополитов, наставников и посланцев, глава только один. Дабы явить это, Господин ее, Господь наш ІС ХС (6) сказал: И Отца не зовите себе на земли: единъ бо есть Отецъ вашъ, иже на небесехъ. Ни же нарицаетеся наставницы: единъ бо есть наставникъ вашъ, Христос 52. Раз Он так сказал, значит запретил Он нам делать себе духовным или плотским отцом того, кто отделял бы нас от Бога и Спаса нашего. Поэтому ясно, что наставник, который не заодно с единым наместником Его, с Римским главою патриархов, желает себе иного Отца и другого Христа. То, что сегодня только восседающий в Риме на престоле святого Петра архиерей является преемником Петра [и] наместником Господа нашего, сказал Сам Господь наш ІС ХС: Ты (7) еси камень, и на семъ камени созижду церковь мою, и варата адова не одолеютъ ей 53. Потом Он сказал: И будетъ едино стадо и единъ пастырь 54. Написано, что только одному Петру повторял Он трижды: Паси овцы моя, паси агнцы моя, паси овцы моя 55. Ночь и день разделены. Тьма господствует в ночи. Подобно этому, все отделившиеся от наместника Его, живущие в богопочитании ложном, пребывают в глухоте и темноте. Их начальник — диавол, называемый аггелом тьмы. [219] А как во дне правит солнце, так и в святой римской католической церкви (8) правит через наместника Своего вечно сияющее неугасимое солнце правды — Господь наш ІС Христос, и все, кто пребывают заодно с наместником Его, во свете пребывают Пророк Захария так сказал «И скажи ему так говорит Господь Господин Воинства: Вот Муж, — имя ему Отрасль 56, Он произрастет из Своего корня и создаст храм Господень. Он создаст храм Господень и примет славу, и воссядет, и будет владычествовать на Престоле Своем, будет и священником на престоле Своем, и Совет Мира будет (9) между тем и другим» 57. Эти слова сказаны об избранном для возобновления и построения храма на время Зоровавеле и его первосвященнике Иисусе. Однако настоящий сокровенный смысл относится к свету — Сыну Божию, ставшему человеком. Как сказано, произрос Он от Него Самого через девство от семени Давидова, чудом великим порожденный. Зоровавель построил один храм разрушенный, Господь же наш Иисус Христос, сила изрядств Которого безгранична, восстановил и обновил весь мир, во грехи впавший и в мятеже пребывающий. Он украсил его не украшениями перстными, как у храма Соломонова, а (10) святостью, праведностью и чистотой Честною кровию Своей построил Он Богу-Отцу Своему церковь, всему миру служащую. Коли, как гласит Писание, Сам Он, восседая на престоле, правит и судит, и слово это совпадает со сказанным Им Азъ буду с вами до скончания века, то ругательства над Римской церковью и над пребывающим в ней наместником ее, папою, — хуже ругательства иудеев — убийц Его. Итак, нет такого, кто не смог бы увидеть (11) и узнать, где находится правда-солнце, кроме такого, [которому мешает это сделать] злоба его и небрежение. Осуждают Адама, говоря: «Зачем он навлек на нас смерть и проклятие, хотя сказано ему было: не ешь сего плода, дабы не умереть?» Также и позабывшие или пренебрегшие сказанным о созданной по Его великой милости и укрепленной силою Его святой церкви, освещающей, подобно солнцу, весь мир учением своим и истинным Богопочитанием — Аще же и церковь преслушаетъ, буди тебе якоже язычникъ и мытарь 58 — навлекли проклятие и кару Божию на себя и на близких своих, на страну и на государство свое. Если бы Свет, изошедший от Света (12), Бог, родившийся от Бога, вечная Премудрость, зная, что Он укрепляет [церковь] великим могуществом и мудростью Своей, не сказал «И врата адова не одолеютъ ей» 59, — то, кажется мне, еретики даже и избранных ввели бы в заблуждение, утверждая ложь, что церковь Римская пала и разрушилась. И еще, если бы не сказал Он: Дабы было едино стадо единому пастырю, [220] то не смог бы я отличить волков, приходящих ко мне в овечьей шкуре, от которых велено мне беречься. Агнцем назван Господь наш IC ХС. Однако приходит лже-учитель, внешне перенимая его власть отцовскую в посте и подвиге, учении и милостыне. Кроме того, (13) как сказал святой Павел, он преобразуется во аггела светла 60, а как сказал Господь наш IC ХС: От плодъ ихъ познаете ихъ 61. Если он в светлые одежды облачится и деяния его хороши, то распознать его трудно. Однако, если такой приходит ко мне, то я, осенив себя прежде крестным знамением, спрашиваю его: «Чей ты? И кто тебя послал?» Так познается его волчья суть: лицо его мрачнеет, он хмурится и впадает во гнев. И обнаруживает, что он от посланцев аггела тьмы. И будет он поносить римского наместника Господа нашего, и будет поносить святую церковь, на коей почивает Дух Святой и которая вдохновляется учением жизни. Как иудеи, видя благость и чудеса Господа нашего, завистью распаленные, не побоялись убить Его, так и сей не боится поносить свою мать, вскармливающую его молоком духовным. Не взирая даже на закон, записанный в сердце его и в Святом Писании, который гласит: При оустехъ двой свидетелей, и при оустехъ трой свидетелей да станетъ всякъ глаголъ, он поносит веру, установленную шестьюстами тридцатью шестью митрополитами вместе с наместником Господа нашего, папой Римским, бывшими в Халкидоне. Хотя сердце его свидетельствует обратное, он говорит, что они лжецы, а отлученных ими, утверждающих единое Естество, он называет праведными. К тому же он не исповедует слов: (15) веруемъ во единую святую церковь еже на всехъ соборахъ апостольских 62 и являет себя язычником по словам Господа нашего: Буди тебе якоже язычникъ и мытарь. Он любит тьму больше света. О нем сказал Сам Господь, Ему же хвала: И возлюбиша человецы паче тму, неже светъ 63.

И сам я по неведению своему пребывал в этой тьме. Однако многомилостивый Бог, дабы вывести меня из этой тьмы, вызволить меня, бывшего в полоне от руки фараоновой, спасти меня от смерти вечной послал мне честного Иакова, посланника Своего 64. (16) Начиная с приезда и до дня упокоения своего, ни дня единого не отдыхая, он двадцать два года сражался за меня с воинством аггела тьмы. А так как воинство [221] нападало на него с трех сторон, битва была очень сильной. На дом сего раба Божия обрушивались упомянутые в Евангелии дожди, ливни и ветры и сотрясали его. Однако он препоясывался силами веры, надежды и любви, полагал основаниями сердца своего смирение, кротость и терпение, и они лишь поранили его, но повергнуть не смогли. Они, как сказано, сынове человечестии, зубы ихъ оружия и стрелы, и языкъ ихъ мечъ остръ 65, (17) от врага посланцы, они метали в него мерзким ядом намазанные копья и стрелы. Он же, боец духовный, будучи истинным храбрым римлянином, превосходившим храбрецов кесаря, приводивших в трепет весь мир, копья и стрелы выдергивая, шел лишь вперед, ни разу лика своего не отвращая. Как говорится, зане крепка яко смерть любы 66, а вселенный Духом Святым в монсеньора Дэжакоба огонь любви, которой он любил народ Эфиопский, не могли угасить все воды совокупные.

Написал я другую (18) книгу, где, хотя и не полностью, но по силам моим, рассказывается житие его 67. Однако любовь к нему побудила меня написать к этому [еще] немного, дабы простосердечный человек, услышав того, кто поносит его, или прочтя то, что написано против него, не счел их за правду и от ругательств этих не пострадал, а понял причину и цель этих поношений. Как написано, ближние лжецам смущали язычников, обращенных святыми апостолами Варнавой и Павлом: Оучаху народъ, глаголющее яко аще не обрежетеся по обычаю моисеову, не можете спастися. и смутися народъ сугубо 68. С честным отцом нашим случилось, как с ними. Некоторые приехавшие из его страны люди не признавали того способа, каким проповедовал мусью Дэжакоб. Они написали своему начальнику, говоря «Если упавшего человека за голову поддерживать, он скоро встанет. Если же за ноги его поднимать, то не поднимешь, но только беду усугубишь. Мусью же Дэжакоб начал свою проповедь не в Гондаре и Годжаме, странах, где имелись настоящие наставники, а на окраине, где невежды жили. Кроме того, он на эти деньги наши мужей и жен браком сочетает, а мы бедствуем в гладе и наготе. Это раздачею денег, а не взаправду обращает он в веру католическую!» 69. Настоятель в это поверил и [222] приказал не высылать ему денег, дабы отвратить его от этого. Монсеньор же (20) Дэжакоб, увидев, что у него, кроме трех талеров, ничего не осталось, печалился об этом. Поэтому он, желая взять в долг, послал из Гольа к мусью Дегутену, французскому консулу в Массауа 70. Однако, когда посланцы достигли Дэхоно, тот уже погрузился на корабль, чтобы ехать в Александрию. Его жена жила в Монкуллу и, увидев бумагу, очень опечалилась. Она сказала нам: «Хорошо бы вы вчера пришли, когда хозяин был дома. А то я женщина и не могу давать в долг. Так что подождите, пока не придут известия, чтобы возвратиться вам с ними». И, кажется, на четвертый день неожиданно прибыл на мусульманском корабле в Массауа из своей страны монсеньор Массайя. Его приезд был в 1839 году воплощения 71, как мне кажется, на 6-й год после того, как мон. Дэ. 72 возвратился из Рима. Поэтому прибытие его стало для отца нашего свидетельством радостным и тяготы его облегчавшим. Это написано в книге жития отца нашего. Потом были и другие, порицавшие мон. Дэ.

(21) Консул Франции мусью Лежан 73, посланный своим государством к государю Феодору 74, к нему прибыл и виденное и слышанное описал. Время, когда он прибыл в нашу страну, в им самим написанной книге — 1863 год благости 75. Он говорит, что царь [тогда] ушел в другую [местность], а он пришел к протестантам, которые жили в Гафате.

Начальная глава

Он описал все, что слышал, считая то правдой. На 39-й странице он говорит, что авва Сапето из капуцинов прибыл в Абиссинию, будучи [223] посланным от Римской Пропаганды 76. Однако он ошибся: мусью Сапето был из лазаристов, (22) а не из капуцинов 77. Далее он говорит, что до прибытия в эту страну абиссинского епископа монсеньора Дэжакобиса в 1840 [году] миссия не работала. В это время он еще не был поставлен во епископы. Это ложь 78.

1. На этой странице и на следующих он говорит: «Я осуждаю мусью Дэжакоба: он был одним из тех людей, которые навредили своим неразумным и неумеренным вмешательством в местные дела Абиссинии.

2. Я бы не удивился тому, если бы прежде чем стать священником, он носил бы шпагу. На службу своим непререкаемым идеям (23) он ставил горячую страсть и невероятное упорство.

3. Вместе с этим у него были неизменные любовь и терпение. За несколько лет своего апостольства в этой стране он приобрел среди здешнего

4. народа, христиан и мусульман, безграничную славу. Даже очень уважаемый Вубе никогда не проезжал мимо дома отца нашего Иакова 79, не спешившись со своего мула. Даже мусульмане воздавали ему такую честь. Даже сегодня его иначе как святым Иаковом не называют. Близ Массауа есть [местность], называемая Эмбареми. В этой стране есть шейх Мухамад Вад Али, глава всех тамошних верующих в ислам, которые его едва ли не (24) как пророка почитают. Спросившим у него, почему он отсюда до Массауа пешком ходит, он ответил  "Как! Вы хотите, чтобы я сел на мула, чтобы проделать путь в 4 часа, в то время, как отец наш Иаков, стоящий ближе меня к Богу, превосходящий меня богатством, которым он пожертвовал ради любви к своей вере, пешком совершает пятидневный путь от Массауа до Керена?" [224]

5. Этот поистине великий человек обладал лишь одним недостатком. Он, посланный от Пропаганды, стал причиной всех местных смут. Город Гондар был местом соборов, на которых выбирают митрополитов. Мусью Дэжакоб мог надеяться, что политическое возмущение, которое привело бы к власти желанного его сердцу (25) главу на соборе, вызовет желательные ему религиозные распри» 80.

2-я глава

Одна причина, по которой мусью Лежан порицает монсеньора Дэжакоба, состоит в том, что на второй год после своего приезда он по просьбе деджазмача 81 Вубе 82 возвратился в Египет вместе с [225] посланными тем людьми, чтобы привезти митрополита. Вторая — в том, что на 17-й год после этого он подружился с местным властителем деджазмачем Негусе 83. Поскольку, однако, превратный ум и злая воля заставили его торопиться с поношениями, он второе сделал первым. (26) Не закончив с этим, он в середине [рассказа] говорит о его возвращении в Египет, чтобы привезти митрополита.

1. Ответ на первое положение

Монсеньор Дэжакоб со времени прибытия своего в страну нашу и до кончины своей много принял страданий ради укрепления и делом своим, и образом жизни подобающей любви к Богу и людям. Отнюдь не был он одним из тех, которые — как говорит мусью Лежан — принесли вред. Нет сомнения в том, что абуна 84 Салама 85 был ярым врагом монсеньора Дэжакоба. Однако в месяце хамле от Рождества Господа нашего по нашему счету в 1846 году от воплощения 86 он сказал о нем монахам, схваченным за католическую веру и приведенным к нему на суд, обличая и обвиняя их: «Иаков человек очень хороший и наказанию не подлежит. Он меня не ругает, а вы же, говорящие, что у него учитесь, меня ругаете». А еще до того, после месяца сане, деджазмач Каса 87, нареченный позже государем Феодором, сказал ему о нем: «Да я готов ему голову мечом срубить, если только не упросят меня [не делать этого] ради спасения души моей!» А абуна ответил ему: «В наше время нет такого, кто исполнял бы закон евангельский, как Иаков, прогони его, прошу тебя, [226] но смерти он не заслуживает!» О том, что государь Феодор хвалил монсеньора Дэжакоба, я слышал позже от джандараба 88 Каба Вольде Йесуса, блюстителя жены его — государыни Тэрунеш, от бывшего в заключении на Макдале мусью Макрера, француза или швейцарца 89, (28) от ато 90 Самуэля, стража европейцев 91, заключенных на Макдале, от кантибы 92 Зарая, которые говорили: «Мы слышали, как государь сказал: "Этот коптский митрополит поссорил меня с хорошим человеком, аввой Иаковом"». Нет в нашей стране поносящих монсеньора Дэжакоба, кроме разве диавола и им одержимых.

2. Ответ на второе положение.

Все сказанное во втором положении — «я бы не удивился тому, если бы до того, как стать священником, он носил бы шпагу» — означает, что монсеньор Дэжакоб был жестоким, злым человеком, душегубом, побуждаемым ко злу сильной сжигающей страстью. Говорить такие неприязненные речи — значит утверждать, что «все люди эфиопские его

3. хвалят по лжи, и только я осуждаю его (29) по правде». Однако мы видим, что сказанное во втором положении противоречит его же словам в положении третьем: «Вместе с этим была у него неизменная любовь и терпение. Среди всех христиан и мусульман, живших в Абиссинии, обрел он несравненную добрую славу». Говорить о том, что в сердце человека уживались любовь и терпение с мечом для пролития крови и ко греху влекущей сжигающей страстью, значит говорить вещи, друг другу очень противоречащие.

4. Ответ на четвертое положение.

Сказанное им: «когда деджазмач Вубе подъезжал к дому отца нашего Иакова, то никогда не проезжал мимо, не спешившись со своего мула» — ложь. Однако, тот, признавая его добродетели, хвалил и любил его. (30) Однажды, когда они были наедине, алека 93 Хабтэ Селласе [227] сказал ему: «Господин мой, хорошо бы Вам подумать о душе и причаститься!» Деджазмач ответил ему: «Коли причащаться у истинного иерея, я бы причастился у отца нашего Иакова». Рассказывают, что однажды, когда он стоял станом в месте Адди Мангонти, что в Сэраэ, когда монсеньор Дежакоб прибыл к нему из Агаме, то, когда он вошел, при встрече тот встал со своего престола. Со стороны деджазмача Вубе это было весьма необычным. Мухамад из Эмбарима был, подобно своему отцу, Мухамаду первому 94, почитаем всеми мусульманами. Не думаю я, чтобы он говорил: «Отец наш Иаков превосходит меня в праведности». Если же он и сказал, что он весьма большое богатство пожертвовал ради веры, (31) то об этом сказано так, будто отец наш Иаков раздавал деньги, чтобы мусульмане, еретики и всякие беззаконники неверующие приняли [его] веру. Это не согласуется со сказанными им словами: «Он ближе меня к Богу». Во-вторых, такого обманщика, который веру и другие духовные вещи покупает и продает, [обычно] называют Симоном-волхвом, и чтобы не было противоречия с собственным свидетельством автора, что его и поныне иначе, как святой Иаков, не называют, [следует признать] и то, что монсеньор Дежакоб не покупал за деньги обращение людей в веру. Повсеместно известно, что в Керене он не бывал. А то, что мусью Лежан говорит, что он из Массауа в Керен шел, — это ложь.

5. Ответ на пятое положение.

(31) Как мы видели, в пятом положении говорится: «Этот воистину великий человек имел лишь один недостаток — он стал причиной всех местных волнений». Мусью Лежан прибыл в нашу страну на 4-й год после упокоения отца нашего абуны Иакова. Благодать принесший Господь наш Иисус Христос, Сам будучи отцом мира, Он сказал не приидохъ воврещи миръ, и, как было сказано, из-за веры враждовали отец с сыном, и сын с отцом, и друг с другом, а монсеньор Дэжакоб был истинным посланцем Римской церкви. Когда он построил школу в Гольа, что в Агаме, и распространял веру католическую, абуна Салама весьма разгневался и отлучил всех перешедших в [эту] веру, приказав разорять их и убивать. Как в Евангелии (33) сказано, по этой причине, начиная с того времени и доныне, не было отдыха католикам от треволнений и заточений. Чтобы доставить радость абуне Саламе, государь Феодор выслал отца нашего Иакова из Гондара в Мэтэмма. Он же, приготовившись на смерть себя предать, лишь бы узнать об участи своих чад заточенных, тайно возвратился в Адарджеха, область, что близ Гондара. Однако абуна, услышав об этом, сказал жителям Такусы и Адарджеха: «Как вы [посмели] впустить и выпустить врага моего?» Жителей он заточил, а имущество отнял. Мы же, заточенные, слушали, как стороживший в доме [228] абуны старец, человек добрый, говорил, видя [наши] страдания и огорчаясь: «Что за плохой человек этот авва Иаков! (23) Разве не из-за его зловредности все эти беды?». Видимо, наслушавшись таких людей, мусью Лежан и говорит, что тот был причиной всех волнений. Во-вторых, князья Тигрэ, а в особенности Агаме, не желая подчиняться деджазмачу Вубе, постоянно пребывали в вооруженном мятеже. Если же, как говорит мусью Лежан, отец наш собирался стать гондарским митрополитом, то как терпел его, почти 15 лет проживавшего в Тигрэ, в его владениях, деджазмач Вубе, не упрекая во вмешательстве в дела его правления? А если и упрекал — кто знает? — то что означают слова мусью Лежана, что уважаемый Вубе никогда не проезжал близ дома мусью Дэжакоба, не спешившись с мула? (35) А еще он сказал: «желательный его сердцу глава... мог бы вызвать желаемую им религиозную смуту». Монсеньор Дэжакоб от всей души со всей силою любви проповедовал веру святой католической и апостольской Римской церкви, много раз рискуя собой и обрекая себя на смерть. Об этом знают все, кроме мусью Лежана. Когда я от двух европейцев услышал, что мусью Лежан на вопрос, католик он или протестант, ответил: «Я христианин, а все остальное неважно», то я еще сомневался. Но теперь он сам показал, что принадлежит к еретикам, нечестиво усомнившимся в Боге, или вовсе к (36) беззаконным безбожникам. Из области Амхара он спустился в Массауа. Отсюда, чтобы встретить отца нашего Бьянкери 95 или по другим своим делам, на 4-й год как упокоился отец наш Иаков, он пришел в Хеййя. Мы думали, [что пришел он], чтобы церковь почтить, и ждали его, украсив ее и отворив ворота, а он и рядом не появился. Будучи здесь в воскресенье, он отправился в горы географию делать, а не то чтобы в воскресный день в церковь пойти и литургию послушать. Поэтому для бывших там верующих его беззаконие стало причиной смущения. Роста он был весьма малого, из одежды носил он красную турецкую феску на голове, белую узкую рубашку и штаны, как у (37) арабов. Мул, на котором он сидел, был изможденной худой клячей, даже без попоны. Мне кажется, он прикидывался бедным, думая тем самым избежать опасностей. Однако, называя себя консулом Франции, он своим видом весьма унижал и короля своего. и страну. Итак, написанное в книге мусью Лежана о монсеньоре Дежакобе следует читать правильно, не забывая сказанного: и миръ возненавиде ихъ, яко не суть от мира.

В некоей стране была сильно укрепленная амба. Чтобы прогнать оттуда засевших там мятежников, много раз посылал царь свое войско, и солдаты, похваляясь своей храбростью, подходили прямо к подножию [229] амбы. Но засевшие на амбе обрушивали камнепад на посланных. Уцелевшие сообщали эти вести царю. Он же, услышав это и печалясь, нашел одного умного алеку и послал к той амбе. Тот придумал хитрость, чтобы победить этих мятежников. Поэтому вошел он к ним туда с той стороны, откуда никто и не думал и не подозревал, и сказал им: «Не бойтесь! Не убивать вас пришел я, а помирить с господином моим!» И стало так, как он сказал. И когда он тогда же со многими [этими людьми] к господину своему воротился и обрел он у царя великую милость, то помирил их. Дивились весьма и славили его [люди], видя и слыша, как он взял амбу, погубившую людей государевых, и пленил и возвратил в страну бунтовщиков. А одержимые злою завистью горевали и поносили его.

Третья глава

Как мы видели, в пятом положении мусью Лежан порицает монсеньора Дэжакоба за возвращение в Египет. Кто страха Божия и веры не имеет, у того в обычае ничтоже сумняшеся осуждать людей. Брат мой, книгу его читающий! Я явлю тебе причину этого, чтобы ты, подобно таковому, не возвел хулы на честного посланца Господа нашего Иисуса Христа. Ты знаешь, что патриарх Александрийский Диоскор по западному счислению в 451 году был отлучен (40) Халкидонским собором. После него, как мне кажется, через 261 год в Египте патриархом был наречен авва Вениамин. Точно не знаю, но говорят, что еретические митрополиты стали приходить в нашу страну от него или в его время. От аввы Вениамина же до прибытия в нашу страну монсеньора Дэжакоба будет 1160 лет. Однако «История царей», находящаяся в Аксуме 96, говорит, что в 1431 году от Рождества Господа нашего при государе Зара Якобе въ царствование его бысть прение о вере. и препирася авва Георгий съ фрягомъ. Значит, Римская церковь до этого или с этого времени начиная и доныне не переставала посылать своих проповедников. Однако привычка сильнее всего, даже у святого Петра, когда он возражал и говорил: господи, николи же ядохъ всяко скверно. Поэтому первая причина, препятствующая христианам Эфиопии возвратиться в истинную церковь, в долговременности их пребывания в расколе. Вторая описана на 114-115 страницах в книге о нашей стране аввы Лобо 97, прибывшего от иезуитов в 1617 году от [230] воплощения вместе с католическим митрополитом отцом нашим Альфонсусом Мандезом 98 и доподлинно изучившего нрав людей нашей страны. Он говорит, что вера католическая насаждалась указами и назначениями государя Сисинния во всех его волостях. По этой причине и потому, что весь ваш церковный обряд было приказано сделать, подобно католическому, такая случилась смута и столько крови пролилось, что и описать невозможно. (42) Поэтому люди нашей страны, увидев европейца, до сих пор проклинают его, говоря: «Пропади ты пропадом! Разве это не кровный наш враг? Зачем он снова пришел в страну нашу?»

Третье. Как говорит в своей книге мусью Лежан, в 1830 году от воплощения в страну нашу пришел Самуэль Гоба из протестантов 99. После него мусью Изенберг 100 и другие протестанты пришли. В Адуа в Медхане Алем и на берегу реки Асам они построили большие дома, разделенные на много помещений. Мне кажется, что благодаря множеству даров они договорились с правителями и старостами. Это дало им смелость открыто говорить о своей ереси. Духовенство и народ были особенно возмущены хулой, возводимой ими на Владычицу нашу Марию. Поэтому алека Энко (43) Селласе стал их обличителем. После этого по тому же счислению в 1839 году от воплощения пришел из своей страны в нашу страну монсеньор Дэжакоб. Остановился он в Адуа в Медхане Алеме. Поскольку по внешности он с ними был одинаков, кроме благочиния и духовности, то в глазах народа не было разницы между ним и протестантами. Однако некоторые из духовенства приходили к нему в дом, а сам он по воскресным дням после окончания литургии приходил в церковь. И говорили про него: «У рекомого Иаковом в доме образ Владычицы нашей Марии, а над ложем его крест висит; он — христианин». Старосты и считавшиеся большими людьми то ли по наущению протестантов, то ли самочинно — не знаю, — докучали ему, требуя денег. Итак, брат мой, правды взыскующий, (44) говорили о твердости его: «Если бы [231] не дали нам в защиту авву Иакова, то ущемляли бы нас во всем!» Деджазмач призвал отца нашего из Адуа туда, где стоял станом, и сказал ему: «Я хочу привезти митрополита; прошу тебя ехать в Египет, сберегая людей моих и имущество». Услышав это, отец наш был в большом затруднении. Он думал и о порицании, которое падет на него в случае его согласия, и о бедах, которые падут на него от правителя, в случае отказа. Сказать, что в случае его отказа еретический митрополит не прибыл бы в Эфиопию, мы не можем: как мы видели, со времен аввы Вениамина и до абуны Кирилла 101 они и без него сюда прибывали. Понятно, что даже если бы никакой другой беды с ним и не приключилось, из страны бы он был выслан, и проповедь его прекратилась бы. В подобном затруднении (45) было невозможно рассеять тьму, окутавшую его сердце, с помощью тварного света, а лишь только светом, сошедшим с небес, о котором сказано: от Отца света къ свету. К тому же в это время не было с ним ни одного из братьев, с которыми можно было бы посоветоваться. Он возложил упование свое на предстательство Матери Света, любимую всем сердцем, и когда он пал в молитве пред ликом Господа своего, случилось с ним то же, что и с Филиппом, которому ангел, посланный от Господа, сказал: приступи, и прилепися колеснице сей (Деян 8, 29). Открыл ему Дух Святой в сердце его, что, если не отправится он с посланцами [Вубе], то тьму Эфиопии принесет, а если отправится, — то свет.

Люди страны нашей говорят, что крещение пришло в нашу страну благодаря крещению святым Филиппом евнуха [царицы] Кандакии. Однако (46), поскольку не разумел он тайны читаемого им Священного Писания, то не распространялось святое крещение до прихода истинного наместника, апостола ее. Кажется верным, что упоминаемая в Книге царств и в Евангелии царица Южная, по имени Македа, приняв Богопочитание, вернулась после того, как, премудрости взыскуя, дошла до Иерусалима, чтобы встретиться с Соломоном Премудрым. «История царей», однако, говорит, что сын ее, Менелик, восприняв от отца своего, Соломона, Закон Ветхий, возвратился к матери своей. Там сказано: и прииде онъ в землю ефиопскую съ двунадесятью закон[ники]. После него, как явил святой Лука в Деяниях апостольских, люди нашей страны восприяли Книги пророков. Затем в (47) «Истории царей» говорится: А людие ефиопстии неции почитаху змиа, а неции пребываху въ законе ветсемъ. Паки поведа имъ [абуна салама] вся о Иисусе Христе бывшая, и знамения и чудеса предъ ними сотворь, оувероваша и крещение христианское прияша. Обращение же ихъ бысть в лето тм (340) от рождества Христова. В Синаксаре же сказано: ks (26) хамле прииде изъ страны греческой человекъ некий именемъ меропий философъ, хотя землю ефиопскую оувидети и съ [232] нимъ два отрока из сородичей его. Единъ именем фрументий, другий же-едесий, его людие неции сидракосомъ нарицаютъ… И возвратишася въ страну свою. И идее фрументий къ авве Афанасию патриарху въ Александрию… И яко оувероваша они во Христа, емуже слава (48), епископовъ и священниковъ не имуще. Паки постави авва Афанасий фрументия въ митрополита место в страну агази ефиопскую. И отослаша его с честию… И посему авва салама нарицаху и. До прихода Открывателя Света Саламы 102 люди нашей страны при Священном Писании и крещении, не имели совершенного света без 7-ми святых таинств, без епископа и без церкви. Кроме того, как гласит история, иные змию поклонялись. Когда же пришел святой Фрументий, поставленный от Александрийского патриарха, от Афанасия святого, он восполнил все недостатки. За то, что он рассеял тьму скверного весьма поклонения бесам через змия, просветил Эфиопию и примирил с Творцом (49), его назвали Саламой Открывателем Света. Эти дела минувших дней близки тому, что делается в дни наши. Из-за отлучения патриарха Александрийского Диоскора от святого Халкидонского собора Египетская и Эфиопская церковь покрылись тьмою его ложного учения. Они поссорились с Богом. Забыв о словах евангельских аще же и церковь преслушаетъ, буди тебе якоже язычникъ (Мф. 18, 17), поверили они отлученному. Ведая сказанное явна смерть злому пастырю следующу [Суд Царей, гл. 5, разд. 7), последовали они за ним и вступили в распрю сильную с Господом нашим Иисусом Христом. Но восставший против царя мира не обретает покоя, и они сначала поссорились между собой и на три части разделились. Затем, увидев, что учением своим превосходят коптов, они [и] со своим митрополитом (50) поссорились, разошлись в вере и сказали ему: «Мы тебя привезли только для того, чтобы ты в иерейский сан рукополагал, а не вере нас учил!». Затем заявили они, что имеющиеся у них книги Священного Писания, писания святоотеческие и Никейского и Ефесского соборов [постановления] говорят, что у Господа нашего Иисуса Христа только одна ипостась Творца, и два естества в этой ипостаси Творца соединились, и не различаются [в Нем] два естества. Говоря, что ипостась с ипостасью, а естество с естеством соединились, они утверждают одну ипостась и одно естество.

Все наше [естество] Он, Господь, Себе усвоил. Он встретил напасти, уст не отверзая, как овча, на заклание идущая; Он безгласно, как агнец пред стригущим его, молчал, уст не раскрывая. Он воскрес от притеснения, от суда. Кто поведает нам о происхождении Его? Жизнь Его (51) от земли пресеклась, и [об этом] слова Исайи-пророка «Он изъязвлен был за грехи наши» (Ис. 53, 5). Этой тайны не знал евнух Кандакии, [233] пока не растолковал ему святой Филипп. И эти не знали должным образом тайну рождения Спасителя нашего. Однако, когда Господь наш спросил: Кого мя глаголютъ человецы бытии, сына человеческаго, другие апостолы этой тайны не знали. Но святой Петр, которому [ее] открыл Бог-Отец, ответил, сказав: Ты еси Христосъ, сын Бога живаго (Мф. 16, 13-16). Сегодня отлученные от его святого престола не ведают, что есть два естества без двух ипостасей. Видно, что не растолковали им правильно рождество Его, если сказанное в Евангелии от Иоанна прежде даже авраам не бысть, азъ есмь 103, а затем отецъ мой болий мене есть 104, и остальное, сему подобное, они (52) относят одно и другое к природе Творца и к природе тварного. Кроме того, рождение присуще природе, и тварное естество человеческое находит рождение от Бога-Отца через воплощение ипостаси Слова. Поэтому [слова] «Я Отцу равен» и «Я менее Отца» должны означать только подлинную природу Творца, тварная же природа никогда от Отца не рождалась, и было бы ложно говорить [о ней] «Я Отцу равен» или «Я менее Отца». Этого не знают не получившие от Господа мудрости, праведности [и] власти. Как сказал пророк Даниил Навуходоносору: «Тайны, о которой царь спрашивает, не могут открыть царю ни мудрецы, ни обаятели, ни тайновидцы, ни гадатели» (2, 27), так же точно и отлученный от престола святого Петра при всем желании этой тайны постичь не может.

(53) Потому Господь наш, Ему же почитание, дабы открыть нам этот свет и доставить нам подобного первому Открывателю Света Саламе, подвигнул деджазмача Вубе привезти в это время абуну. Если бы еретический и католический митрополиты не появились одновременно в нашей стране, невозможно было бы отличить хорошее от дурного. Подобно тому, как Фрументий, сначала прибыв [в нашу страну], потом в свою страну возвращался, [так] и монсеньора Дэжакоба [когда он прибыл] для исправления эфиопского Богопочитания, правитель по воле Божией попросил вернуться в Египет с посланцами его. Поскольку Дух Святой открыл [монсеньору Дэжакобу], сначала сказав: приступи, и прилепися колеснице сей, а потом сказав: «Не страшись сопровождать этих посланцев», то он и отправился с ними. Когда посланцы достигли Египта и им показали Андрея, юношу, лет двадцати двух или двадцати четырех, и сказали, что он будет митрополитом, то сначала все удивились: «Как это мы такого поставим?». Алека Хабтэ Селласе, глава посланцев, сказал патриарху Петру: «Отец наш! Молим тебя поставить нам старца духовного, человека умудренного, чтобы привел он нас к согласию, потому что много распрей в стране нашей и в вере, и в прочем». Поначалу патриарх сказал: «Я его не знаю. Как ставить мне такого прислужника?» [234] Потом, поскольку Андреев наставник Лиюдер 105, враг Марии 106, руку или кошель его наполнил, и, как говорит вышеупомянутый мусью Лежан, по просьбе английского консула 107, то наутро призвал их [патриарх] и сказал им: «Нет лучшего прислужника, чем он. Его поставлю. Зло от него на мне да будет!» Прочии с подозрением в сердце (55) молчали, а распаленный ревностью к правде отец мой Габра Микаэль сказал: «Вчера ты сказал нам, что не знаешь его. Уж не за ночь ли единую познал ты мудрость его и деяния?» Однако, как гласит английская пословица: «Коли хочешь чего, разделяй!» И разделили посланцев на две части. До двух месяцев они спорили из-за этого между собой и с коптами. Затем, однако, не соглашавшиеся алека Хабтэ Селласе и отец мой Габра Микаэль были побеждены, и назначен был молодой Андрей. Хотя назначение его состоялось не мирно, посланцы решили дать ему отныне имя Салама, и назвали абуной Саламой. Однако вотще имя без деяния, и потом ясно будет, что имя-то это подобало присутствовавшему там монсеньору Дэжакобу.

Итак, все что происходило в то время, (56) внешне выглядит как [сделанное для того,] чтобы привезти коптского митрополита. Внутренний же смысл, однако, состоял в том, чтобы для примирения Эфиопии с Господом нашим Иисусом Христом, для примирения с истинной матерью своей — святой католической апостольской Римской церковью — привезти посланного наместником Господа нашего, по имени Григорий XVI, второго Саламу Открывателя Света. И вот, когда трое из посланцев и другие прибыли в Рим и встретились с блаженным отцом нашим Григорием, то при прощании просили его, говоря: «Отче наш! Подай нам наставника!» Он же, указав рукою своей пресвятою на монсеньора Дэжакоба, сказал: «Вот вам наставник! С вами он и вернется!» Чтобы это было явлено, надо было случиться весьма удивительному: чтобы деджазмач Вубе, который смотрел тогда (57) на отца нашего как на простого путешественника, просил его отправиться с посольством и чтобы тот согласился. Дьявол, по хитрости и злокозненности своей, постигнув это предназначение отца нашего, повелел уничтожить его своим друзьям из двух [противоположных] партий. Понять это можно из того, что, когда отец наш с посланцами прибыл в Египет, то и копты, и протестанты [235] прибегли ко многим ухищрениям и лжи, чтобы посланцы не ехали в Рим. В Египте в это время коптским патриархом был авва Петр. Как сказал другой копт — Севир Ашмунайнский — в 10-й проповеди своей:  Царие гречестии веру свою пременити возжелеша и предаша ся царемъ аравийскимъ басурманомъ. И как прежде поклялись они мусульманам (58), что не примут веры Халкидонского собора, так и в последнее время соединились они с протестантами, чтобы были они им защитниками. Поэтому протестантский наставник Лиюдер, обучавший коптских детей в доме, что дал поблизости патриарх Петр, был там в то время. Андрей, юноша 22-24-х лет, был его коптским учащимся прислужником. Патриарх сначала сказал о нем: «Это же прислужник, как мне такого ставить в митрополиты? Да не будет!» Потом, однако, наставник его Лиюдер и — как говорит мусью Лежан — английский консул, бывший в Египте, назначили его. Он и был наречен абуной Саламой. После его поставления глава посланцев благочинный Хабтэ Селласе сказал: «У нас уговор и мы должны ехать в Рим», а патриарх запретил им, сказав: «Дети мои! Чем ехать в Рим, (59) так лучше вам мусульманами стать! Что там увидеть вы едете? Чего трудиться и ехать, чтобы увидеть людей, что половину дня монашествуют, а потом с женами живут? Не ездите туда отнюдь!» А к тому же говорят, что у англичан есть пословица: «Коли хочешь чего [добиться], разделяй!» Посланцев надвое и разделили. Из шести троих, давши им по 40 талеров, убедили отказаться [от поездки в Рим]. Это упомянутые выше баламбарас 108 Киданэ Марьям, авва Энгеда и авва Габра Хейвот. Трое других это: один — глава посланцев благочинный Хабтэ Селласе, второй — потом принявший смерть за веру католическую отец мой Габра Микаэль, третий — духовник деджазмача Вубе настоятель монастыря Вальду. Они условились с абуной Саламой и тремя братьями своими, что те будут ждать их в Верхнем Египте, пока они, отправившись из Египта в паломничество в Иерусалим, не придут, возвратившись оттуда. (60) Те же, преступив уговор, отправились с абуной в нашу страну. В 1833 году по воплощении, в [месяце] тэкэмте 109, прибыли они в Адди-Абун 110. Поэтому, сказанное мусью Лежаном, что мусью Дэжакоб пришел в Тигрэ, провожая абуну Саламу 111, — ложь. Итак, когда бывшие с алекой Хабтэ Селласе по дороге в Иерусалим [236] прибыли в Александрию, отказ их [ехать в Рим] переменился вмешательством Владычицы нашей Марии и силою Господа. В сердце монсеньора Дэжакоба было многотерпение, даже большее, нежели мудрость его. Он не стал говорить: «мне-то что до людей, нарушивших договор со мною», но за 120 талеров нанял корабль, чтобы доставить их в Иерусалим. Тогда паломников пригласили в дом одной госпожи, жены консула Тосканы в (61) Александрии. Так как она была женщиной богобоязненной и духовной, они выслушали слова ее, как слова Владычицы нашей Марии, разом сердца их переменились и они сказали ему: «Так возьми же нас в Рим». Он согласился и довез их до Рима. Когда посланцы, а с ними вместе всего 23 человека, прибыли туда, чтобы увидеть порядок богослужения и церкви святых апостолов Петра и Павла, то они были весьма поражены, увидев смирение и любовь, которую выказал к ним Григорий XVI, в особенности когда он сам предложил троим стулья. А затем видя, как в [месяце] нехасе в праздник Успения он принимает в качестве отца и наместника Господа нашего почести от чад своих (62) и как в том большом храме весь народ всякого чина, сосредоточившись в молитве, как один, простирается, бия себя в грудь и плача, поразились они и решили, что эти люди — истинные христиане. Как сказано в первой Книге Царств, которая стала третьей 112, в 10-й главе, — царица Южная, когда пришла из своей страны в Иерусалим и увидела премудрость Соломона, порядок у слуг его и одеяния их, установления виночерпиев, то не осталась равнодушна. Так же и в поздние времена люди из ее державы, приблизившись к намного превосходящему Соломона наместнику Господа нашего и увидев своими глазами дела его и любовь, обрадовались весьма. Они увидели, что все, что наговаривает на него Враг, (63) — ложь. Алека Хабтэ Селласе сказал: «Кабы не сын мой Афеворк и кабы не [боязнь], что назовут меня вороном-посланцем 113, то уйти из Рима и [237] возвратиться в Эфиопию было бы как из Царствия Небесного сойти в геенну огненную».

Посланцы возвратились в страну нашу на 16-й месяц после того, как уехали. Особенно, когда ехали они и возвращались, поражались они весьма, видя любовь, терпение и кротость отца нашего. На пути туда, когда сели они на корабль в Массауа, однажды моряки напали на наших соотечественников и стали их пинать. Там было более 60-ти монахов, направлявшихся в Иерусалим, и, увидев, что обижают их братьев, все поднялись на мусульман. Отец наш, сначала мусульман смирив, начал наставлять монахов (64), приводя [слова] из Святого Писания «Братья мои! Какая вам польза от паломничества в Иерусалим, если не помните вы о том, как Господь наш нас ради мучения принимал, и [сами] не терпите?» Те удивились и стали говорить меж собой: «Эге, да никак этот человек христианин?» 114. Благочинный Хабтэ Селласе, отец мой Габра Микаэль и Амаре Кенфу были людьми учеными и спросили они отца нашего: «Лица без естества, а естества без лица не бывает, и если Вы говорите, что в Иисусе Христе два естества, то у Него непременно должно быть и два лица?» Он же спросил их, сказав: «Коли ваше учение таково, то как по-вашему будет то, что Троица — это одно естество в трех лицах?» И начиная с этого [времени] до самого возвращения своего исследовали они написанное на Халкидонском соборе, что противники, утверждающие во Иисусе Христе две действующие силы (65) без соединения, суть несториане. Поняв ложность этого, Амаре Кенфу и отец мой Габра Микаэль, а также семеро других приняли католическую веру. Благочинный же Хабтэ Селласе, хотя из-за должность своей и не стал католиком, увидев в Риме всю красоту его богослужения, а особенно духовность и доброту отца нашего, стал неким апостолом господина своего, всех его священников и сановников. Поэтому деджазмач Вубе признал бы истинность этой веры, кабы не опасался крушения своего государства. Монсеньора же Дэжакоба, как вы видели выше, стал он уважать и любить больше, чем прежде. Известно, что если бы он, подобно государю Феодору, исполнил бы злую волю абуны Саламы (66), то о вере католической в Тигрэ и говорить было бы нельзя.

Когда деджазмач Вубе объявил во всех владениях своих указ о сборе денег для того, чтобы привезти абуну, то об этом услышали по всей стране, и монахи из Шоа и Годжама, из Амхары и Тигрэ, отправлявшиеся в паломничество в Иерусалим, прибыли в Массауа, и отец наш дал всем им денег для уплаты за проезд на корабле. А те рассказали обо всем виденном ими и слышанном, а особенно о доброте и терпении отца нашего, по областям своим всем друзьям. [238]

Отец мой Габра Микаэль не пошел оттуда в свою область, а стал жить в монастыре, называемом Гунда-Гунде. Поэтому он был известен, любим и уважаем и наставником [монастыря] Такла Гиоргисом, и отцом моим Такла Хайманотом из Гольа, и господином моим Вольде (67) Селласе, и другим священством [области] Агаме. Когда же он возвратился оттуда в Гондар, вместе с ним отправился, чтобы учиться у него и слуга, которого потом называли аввой Такла Гиоргисом. Итак, отец мой Габра Микаэль, как я уже говорил раньше, после того как возвратился из Рима, повел отца нашего в Агаме. Поскольку он там всем возвестил о вере католической, и его совет был услышан, то эта вера была провозглашена и насаждена в Агаме и в Дабекунейто. Католическими стали церкви в Гольа одна, в Саэсеэ две или три, в Дабекунейто одна. Много католиков жило в большой области Энкечеу. Может быть не ошибаюсь, что в этих областях было 3 диакона, 17 иереев и 5 тысяч верующих. Услышав, что за 4 года имя отца нашего (68) разнеслось по области, селам и обителям, абуна Салама, сначала пребывавший в Гондаре, а потом сосланный в Тигрэ в [Адди] Абун, со времени своего прибытия беспрестанно отлучал, хитрил и злобствовал. Однако деджазмач Вубе слышал о том, что он ученик протестантов, а особенно о его порочной жизни, о которой нам писать не пристало, и ни во что не ставил его отлучения. К тому же он пенял благочинному Хабтэ Селласе, говоря «Как угораздило тебя привести мне такого юного митрополита?» Однако, как говорится: и врази человеку домашнии его 115 — много бед и гонений приключилось с католиками из-за человека благородного происхождения, прибывшего из Европы и называвшего себя католиком, а свет духовный, который, как я говорил, уже 4 года как забрезжил в Агаме, был тьмою поглощен. В это время один французский человек, казавшийся другом абуны Иакова 116 и (69) абуны Массайи пришел встретиться с ними в Гольа. Направлявшийся в область галласов монсеньор Массайя (поскольку дорога через Амхару была для него закрыта из-за вражды двух правителей — раса 117 Али 118 и деджазмача Вубе) около года оставался в Гольа под видом простого священника, а в священнический сан рукополагал тайно. Тот прибывший чужеземец пользовался уважением и того, и другого, и они все тайны свои ему открыли. В это время абуна Салама пребывал в [239] Адд[и]Абун. Этот важный человек отправился к нему и рассказал, что в Агаме есть епископ, который во иереи и диаконы рукополагает, и все остальное. Но это еще не все. Он передал абуне Саламе письмо, посланное младшим братом монсеньору Массайе из его страны. Поскольку тот не знал языка, на котором письмо было написано, то он его и перевел 119. Поэтому абуна (70) пуще прежнего разъярился. Он срочно послал к деджазмачу Вубе [человека], по имени авва Иосиф, чтобы показать это письмецо. Тот в это время был в Май-Тахло. Мусью Монтори, он же авва Фрументий 120, прибыл из Гондара и находился в Адуа. Царь Шоа Сахле Селласе и рас Али послали его, чтобы он тайно привез [нового] митрополита. Но, услышав об этом, люди абуны [Саламы] стали преследовать его и в Май-Тахло настигли. Тот сказал [деджазмачу Вубе]: «Это вор! Я прошу наказать передавшего это письмо абуны Массайа!» Сказав это, не умолчал он и о том, что говорилось ему не для слуха деджазмача Вубе теми двумя вышеупомянутыми правителями, и спросил его: «Я собираюсь привезти митрополита, нравится ли Вам это?» Это недомыслие хуже, чем [поступок] передавшего письмо, потому что деджазмачу Вубе показалось, что [этот митрополит] прибыл на место абуны Саламы. Он разгневался и сказал: «Как это произошло без моего ведома? Пусть этот митрополит убирается той же дорогой, что и приехал!» Люди абуны, взяв «гласа государева» 121, с радостью великой возвратились [от деджазмача Вубе] и пришли в Гольа, чтобы изгнать монсеньора Массайю. Однако тот человек, что отдал [абуне Саламе] предназначенное ему послание, написал ему: «Бумага попала в руки абуны, и он на Вас [240] весьма разгневан». Тот поспешно спустился из Гольа в Массауа, и когда люди абуны, взяв «гласа государева», пришли, то не застали его. Но дело, начавшееся по этой причине, как я уже говорил выше, навлекло на католиков великие беды и гонения. Итак, когда мусью Лежан, не зная о причине путешествия монсеньора Дэжакоба [в Египет и Рим] и плодах добрых, от этого произросших, говорит, что мусью Дэжакоб начал дело с ошибок, то скорее всего сам он ошибается. Очевидно, что католическая церковь в Агаме, в Дабекунейто и в Акеле-Гузай, которая с тех пор и доныне (72) уже 40 лет претерпевает бедствия, основана была, как мы видели выше, потому что он возвратился [после поездки] с посланцами в Рим. А то, что он не понимает этого и осуждает, так это по извращенности его сердечной.

Четвертая глава

Монсеньор Дэжакоб, прожив в Тигрэ около 15-ти лет, в 1846 году по нашему летосчислению отправился из Халая в Гондар. Чтобы проститься с деджазмачем Вубе он направил свой путь через Эндерту и Салава и, пройдя через Белеса, в [месяце] якатите 122 он вошел в Гондар. Отец мой Габра Микаэль и жившие здесь католики обрадовались встрече с ним. Одна из причин, почему он пришел туда из Тигрэ в это время, (73) заключалась в том, чтобы исполнить чин рукоположения в иереи одного человека. Вторая состояла в том, что много раз приходил от кардинала Барнабо 123 запрос: «Почему Вы не идете в Шоа?» И он отправился туда. Деджазмач Каса, назвавшийся через 2 года государем Феодором, одержал победу над расом Али и находился в то время в Годжаме. Однако во всем Бегемдере были его наместники, и без позволения [этого] правителя белому чужестранцу проехать [через эту область] было невозможно. Поэтому монсеньор Дэжакоб послал к деджазмачу Касе в Годжам авву Такла Хайманота с письмом, испрашивая разрешения правителя на житье там, а если нет, то на проход [через его область]. Правитель ответил: «Если он будет жить в Гондаре, как все люди, в купленном им доме и не проповедуя, то я не возражаю». После этого абуна Салама отправился из Тигрэ и в этом же году (74) 12-го генбота 124 вошел в Гондар. В написанной на амхарском языке [книге] 125 сказано, сколько много бед и притеснений ему и католикам причинил абуна, и в этой книге я [говорить об этом] не могу. [241]

Мусью Лежан говорит 126, что правлению Вубе постоянно угрожало нарушение равновесия, которое было в руках абуны. По этой причине прибытие мусью Дэжакоба в Гондар было весьма прискорбным и неправильным, что непоправимой ошибкой было прибытие его в Гондар, расколовшее надвое солдат и военачальников из-за его расхождений с абуной в вероисповедных вопросах. Ответ: Сказано И искаху архиерее и книжницы, како его лестию емше оубиитъ: глаголаху же: но не въ праздникъ, уда како молва будетъ людска (Марк. 14, 1) Слава Ему, мир (75) принесшему Спасителю всего мира, Господу нашему Иисусу Христу, Который, дабы открыть всему Израилю, собравшемуся в этот день на праздник, что Он их Спаситель, дабы рассказали они во всех странах о страстях Его, дабы замысел первосвященников разрушить, прибыл в праздник Пасхи в Иерусалим, чтобы умереть [там]. Или мусью Лежан [и] Господа нашего будет осуждать? Кроме того, он, как мне кажется, дерзает поносить и святого Павла, [о котором сказано] : Тако свяжутъ его во Иерусалиме иудее и предадятъ въ руце языковъ. И якоже слышахомъ сия, моляхомъ Павла… не восходити ему во Иерусалимъ... Азъ бо не точию связанъ бытии хощу, но и оумрети во Иерусалиме готовъ есмь за имя Господа Иисуса, за то, что он пришел в Иерусалим, и поскольку иудеи собрались убить его, весь Иерусалим возмутился (Деян Ап 21, 11-14). Затем он говорит, что [прибытие монсеньора Дэжакоба в Гондар] было для того, чтобы вовлечь военачальников в распрю из-за вероисповедных дел. Как я говорил прежде, начиная с того времени, как дурной человек передал абуне письмо монсеньора Массайи, католики, жившие в Тигрэ, не знали покоя от бедствий и заточений. Больше десяти лет прошло с тех пор до того, как он ушел в Гондар. Чего же тогда он войска не приводил? Всем известна история о том, как монсеньор Дэжакоб в Гольа за большие деньги место купил, молитвенный дом, школу и другие большие дома построил, как, прожив здесь около четырех лет, он затем изгнан был в Монкуллу 127, а построенный им там дом был сожжен воинами деджазмача Вубе, пришедшими разграбить Самхар, и что ими же был разграблен дом французского консула (77) Дегутена. Испуганный этим деджазмач Вубе написал тогда дружественное письмо мусью Роланду, прибывшему в Массауа, чтобы сменить Дегутена на должности консула 128. Письмо это приведено в книге мусью Лежана (страница [242] 254) 129. В год изгнания монсеньора Дэжакоба из Гольа мусью Роланд отправился из Массауа до Хаузена и встретился с деджазмачем Вубе. Он не только не сказал ни одного хорошего слова о миссии, но даже не повидался с находившимся в четверти часа пути монсеньером Дэжакобом. А чтобы встретиться с гонителем католиков, еретическим митрополитом абуной Саламой, так он проделал двухдневный путь от Хаузена до Адд[и]Абун, и встретились они полюбовно. Кроме того, монсеньор Дэжакоб от французского консула в Массауа (78) Делея 130 и худшие притеснения видел. Как я сказал выше, когда абуна Салама встретился в Амбачара с деджазмачем Касой, то сказал ему: «Прогони ради меня авву Иакова, а его людей свяжи и отдай мне!» Он это для него и сделал в 9-й день [месяца] хамле в 1846 году по воплощении 131. Под усиленной стражей он отослал отца нашего к Абрехаму, правителю Метемма. Однако, поскольку Бог блаженных апостолов Петра и Павла хранил раба Своего Иакова и избавлял от врагов, то из Метемма вернулся он в Адардеха, область, что находится близ Гондара, в оттуда — в Халай. Случилось это через год после того, как он оттуда ушел. В это время деджазмач Каса сместил деджазмача Вубе и нарекся государем Феодором. Как сказал мусью Лежан, абуну Саламу поставил на должность бывший в Египте английский консул (79) и был он учеником протестанта Лиюдера (страница 43), и потому рьяно работал он на пользу английского вероисповедного и государственного порядка. Английский консул мусью Плоуден 132 уговаривал абуну Саламу прогнать монсеньора Дэжакоба, говоря, что пока в Эфиопии будут священники, присланные из Рима, дела [243] наши не пойдут. Для того, чтобы тот сделал это, как мусью Барони 133, его представитель в Массауа, говорил мусью Дельмонте 134, «каждый год от английского правительства для абуны Саламы через мои руки проходило восемьсот талеров». В Житии отца нашего на амхарском языке написано, что [человек] по имени Белл Йоханнес, бывший из англичан 135, который потом стал лика-маквасом 136, прибыл вместе с посланцами правителя, чтобы изгнать монсеньора Дэжакоба из Гондара в Метемму. Однако те-то люди другой партии, и не удивительно, что они поднялись (80) против католиков, а особенно прискорбно, что врагами миссии стали люди из французов, называвшие себя католиками. Так, один, как я говорил раньше, передал абуне Саламе письмо монсеньору Массайе. Мусье Лефевр, называвшийся в нашей стране Феофилом 137, не постеснялся придти вместе с посланцами деджазмача Вубе, чтобы изгнать монсеньора Дэжакоба из Гольа. Когда монсеньор Дэжакоб возвратился из Метеммы в Халай, то упомянутый мною выше мусью Делей, чтобы порадовать мусью Плоудена, написал ему письмо. «Зачем Ваш проповедник находится там? Отошлите его!» Слышал я, что во Франции есть много верующих, (81) которые добросердечно помогают посланникам Евангелия, старающимся обратить людей Эфиопии к их истинной матери — Святой Церкви. А мусью Лежан, чтобы опечалить их, поступил хуже других, когда написал, что мусью Дэжакоб в то время хотел возмутить войско из-за вероисповедных вопросов, разделявших его с абуной [244]

Однако из дальнейшего тебе станет ясно, что в то время прибытие монсеньора Дэжакоба с чадами своими в Гондар, дабы муки принять, пуще прежнего преумножило славу веры католической. Случилось так после того, как абуна прибыл в Гондар, деджазмач Каса, связав Гошу Бырру, пришел в [месяце] сане 138 в Амбачара. После того, как они оба 139 посоветовались, указ о новой вере был объявлен сначала в Амбачара, затем в Гондаре и повсюду, где были большие базары. Он гласил: «Того, кто через две недели не примет веры абуны Саламы, я укорочу сверху до шеи, а снизу до голени!» А люди страны нашей (82) были разделены на три партии, называемые: первая — партия «помазания», вторая — партия «сына благодати», третья — «сын — помазание» 140. А тем указом [провозглашенная] вера гласила, что Христос [и] по человечеству Своему — Бог, что [и] по человечеству Своему Он обладает тем же знанием, что Отец и Дух Святой. Все три партии от испуга начали отрекаться каждая от своей веры.

Как мы видели выше, поскольку посланцы деджазмача Вубе возвратились, Рим повидавши, то по всей стране пошла добрая слава о католической вере и монсеньоре Дэжакобе. И когда все отрекались каждый от своей веры, то они, укрепившись заступничеством Владычицы нашей Марии [и] силою Господа нашего Иисуса Христа, явили веру свою, и слово, сказанное: и врата адова не одолеютъ ей 141. Всем им была уготована одна участь (83) — [колодки] в два локтя с пядью. Выдолбив [в колоде] середину, туда обе ноги засовывали, а чтобы ног было не вытащить, с двух сторон посередине вколачивали деревянные гвозди. Спать было можно, лишь на спину откинувшись, направо или налево не повернуться. Справлять нужду естественную человеческую вынуждены были там же, где и спали. Очень все дивились, что в таковых мучениях они вере своей не изменяли 142. Абуну же презирали. В великой ярости послал он [245] к царю. Он послал слугу своего, асаллафи 143 Вольде Йоханнеса со словами: «Люди аввы Иакова укрепились в злобе своей, накажи же их!» Тот ответил ему: «Вы мне сказали связать их и выдать, так я их Вам и выдал. Если они заслуживают наказания, справьтесь по "Суду царей" 144 и накажите [сами], а если не заслуживают — отпустите». (84) Поэтому абуна сказал арестованным: «Вот Каса сказал мне наказать вас. Если вы не обратитесь, то смерть ваша близка. Да что вы для меня? Я даже женщину не обратившуюся выпорол». Об этой женщине я потом расскажу. Арестованные же, однако, столь сильно желали умереть за свою веру, что ответили ему: «Не отдадим Вам мы душу свою, разве что плоть!» На этот ответ их он очень разгневался. На 27-й день [месяца] тахсаса, в четверг около полудня в 1847 году от воплощения 145, он, воссев на площади, приказал приводить их по одному и подвергнуть бичеванию. Поскольку и после этого они не отреклись, то, разгневавшись, он приказал их заточить в прежние колодки. После этого, когда абуна с царем в тот год выступили в поход на Шоа, они по заступничеству Владычицы нашей и по милосердию Божию в 6-й день месяца сане 146 на 12-й месяц после того, как были схвачены, вышли из плена фараонова, памятуя сказанное Иеремией: и ныне и что тебе и пути египетскому, еже питии воду мутну 147, и не притронувшись к мутной воде ереси, проклятой и опровергнутой Святым Духом на Халкидонском соборе.

Женщину же, о которой тот сказал: «Да что вы для меня? Я даже женщину выпорол», звали Хабту Лемлем 148, и была она женой дабтара 149 [246] Хайлю. Это тот, который побывал в Риме вместе с посланцами. Когда монсеньор Дэжакоб и братья его — монахи — были схвачены, он был вместе с ними, и Господь его спас. Жена же его была схвачена в Введенский праздник в доме его управляющего. У его матери и у управляющего 150 было много денег. Все они были сосчитаны. Солдаты царя и абуны кормились на эти деньги как хотели и притесняли [хозяев]. Затем эту женщину привели к абуне. Тот сказал ей: «Найди мужа своего (86) и приведи, а для принятия вместе с ним веры, прими наставление». Около двух месяцев поучив, ее отпустили. На 4-й месяц после этого, в [месяце] тэкэмте абуна приказал привести к нему эту женщину и сказал ей: «Коли твой муж пропал, ты прими мою веру». Однако в обычае Бога Всемогущего, живучи в сердце слабых, посрамлять надменных. Кроме того, чтобы не дать повода людям страны нашей говорить, что не ведают они истинной веры, вселил Он благодать Свою в сердце этой женщины. Однако история о том, что говорил ей абуна и что отвечала она, и о муках, что приняли католики, написана [на языке] геэз 151. Здесь я расскажу об этом лишь немного, чтобы не обрывать начатого. Эта женщина, стоя перед лицом абуны и собрания бесстрашно (87) говорила: «Я женщина наукам не обученная, но то, что вера, которой учат меня отцы римские, истинна, узнала я по делам их и уверовала. Я давала обет не предавать мужа своего до самой смерти. Эти [отцы римские] говорят, что завет брака неразрушим, кроме как смертью. Вы же сказали, что за другого замуж меня выдадите. Вот по этому-то я и распознала вас». Услышав это, разгневался абуна. Эту женщину заковали в ножные кандалы. Затем, кажется, на 3-й день абуна второй раз ее допрашивал и уговаривал, но, потеряв всякую надежду, выпорол ее сначала плетью, а затем кнутом. Когда ее бичевали, на спине ее был привязан ребенок четырехмесячный. После двух или трех ударов абуна снял его и бросил. Время было темное, и некая бездетная женщина (88) взяла его и спрятала. И пока не принесли его ей, для этой женщины мука эта была горше уз и бичеваний. После этого на рассвете собрались домочадцы этой женщины и с утра до вечера умоляли ее отречься. Они досаждали ей своими мольбами, одни держа на плечах двух ее детей, а другие — камни 152. Она же, чтобы не видеть и не слышать их, закуталась в одежды свои. После этого привели они к ней абуну, и тот сначала уговаривал ее, а затем начал ее стращать, говоря: «Вот придет Каса в Квесквам 153 чтобы принять [247] причастие. Я тебя высек по-отечески, он же губы тебе отсечет и груди твои отрежет», и подобное сему. Женщина же, силою Господа стояла на своем. Стали родичи ее просить абуну: «Господине, да не покажется Вам, что ее упрямство от нее самой Муж ее хитроумен 154. Был он в стране франков и (89) опоил ее зельем. Отдай нам ее, чтобы эти чары разрушить, мы, читая Житие Такла Хайманота, окрестим ее» 155. 28 дней проведя в кандалах, была она освобождена под поручительство и возвращена в свой дом. Потом на 2-й год, когда абуна и царь вернулись из Шоа, эта женщина снова была схвачена и приняла гораздо большие мучения. Была она беременна, а ей сначала жилами связали руки за спиной, а потом насильно выдали замуж. В заключении она родила. Вся остальная ее история, как я раньше сказал, написана на геэзе. Слух о жестокости абуны и твердости этой женщины разнесся по всей Эфиопии. Слышал я, как негодовала государыня Тевабач, жена государя Феодора, услышав эту историю: «Какой же жестокий этот абуна, который женщине такие мучения причинил!» (90) Кроме того, шоанец Вольде Селласе, алека, хотя по вере своей и был врагом католиков, но, узнав о мучениях этой женщины, он пришел к абуне. А его и абуна боялся и уважал, по учености ли его или по другой причине — я не знаю. Он укорял его: «В какой книге митрополит наш нашел, что из-за веры женщину нужно под стражу брать и бичевать? У Златоуста, у Кирилла или еще где?» Кроме того, в Гондаре и в других областях, где прослышали о ее страданиях, люди осуждали ученых наставников и священников: «Коли даже мать кормящая за веру свою такие муки принимает, то как же они-то отреклись?» — поражались они. Итак, если случилось такое великое свидетельство и возвеличивание католической веры, когда монсеньор Дэжакоб (91) находился в Гондаре, то кто может порицать его, кроме уж последнего врага Господа нашего Иисуса Христа? А если кто другой, услышав эти порицания, станет осуждать посланника Божия монсеньора Дэжакоба, то свершится над ним сказанное устами Давида: немы да будутъ оустны льстивыя, глаголющыя на првнаго беззакония 156.

В это время упомянутый мною выше отец мой Габра Микаэль, благодаря которому вера католическая проповедовалась в Агаме и в Дабекунейто, прибыл для совета с государем Иоанном 157 раньше монсеньора Дэжакоба и находился в Гондаре. Своей ученостью, монашеством и [248] силою душевной был он известен и эччеге 158, и ученым наставникам, и священникам. Поэтому до своего путешествия в Рим был он наставником сына государя Такла Гиоргиса 159 — ато 160 Иоанна, названного позднее государем Иоанном. Это шестое поколение от государя Фасиля 161. Женившись на матери раса Али государыне Мэнен, он стал царем в 1832 году от Рождества Господа нашего 162. Отец мой Габра Микаэль стал католиком, поняв что, поскольку наше Писание говорит, что у Господа нашего два естества, соединившихся в одной ипостаси, и отцы наши учили о сохранении двух естеств [по соединении], то значит римляне, говоря о соединении воистину, не являются несторианами. А потом государь Феодор держал его 163 при себе, живучи в Магдале. Когда же тот потерпел поражение, он пришел в Аксум. От Рождества Господа нашего в 1866 году 14-го тэкэмта 164 он упокоился в исповедании веры католической. Там же была и могила (93) его отца, в ней он был и погребен. Услышав об этом [о прибытии Габра Микаэля в Гондар], больше всего абуна Салама был разгневан на отца моего Габра Микаэля. На 22-й день тахсаса 1847 года от Рождества Господа нашего 165 дэджазмач Каса (государь Фео[дор]) пришел из Амбачара и расположился в [местности], именуемой Тахамеда. Когда абуна, как я сказал выше, пребывал в утомлении и распалении от вспахивания кнутом спин католических и горевал, что не преуспел в том, чего желала злоба сердца его, Каса вечером того дня послал сказать ему: «Приходи на Рождество, 27-го тахсаса, дабы, отслужив службу в Исаакиевском соборе, причастить меня!» С утра абуна, эччеге и все священники гондарские отправились туда. И как сказал Господь наш Иисус Христос, Ему же слава, но приидетъ часъ, да всякъ, иже оубиетъ вы, (94) возмнится службу приносити Богу [Иоан. 16, 2], абуна привел с собою отца моего Габра Микаэля, чтобы принести его здесь в жертву. [249] После того, как абуна отслужил обедню, а правитель причастился, на второй день в понедельник, деджазмач воссел посредине, абуна и эччеге справа и слева от него, остальные князья по порядку чинов своих расселись, и было большое судилище. Агнец Христов предстал перед ними в одеяниях разодранных, цепями скованный, истощенный голодом и другими мучениями. Абуна обратился к правителю с такими словами: «Вот этот человек отказался исполнить твою волю. Тем самым он подал пример и остальным четверым для упорства в злонравии их. Поэтому я привел его к тебе, чтобы ты наказал его». Правитель обратился к отцу моему Габра Микаэлю: «Отче, кажется мне, что оставили (95) Вы 166 веру свою, чтобы получить деньги франкские. Я сейчас дам Вам и должность, и мула 167, только вернитесь в нашу веру». И другие подобные слова говорил он. На это отец мой Габра Микаэль ответил: «Господин мой! Здесь все священники про меня знают, что я не ищу ни денег, ни должностей. Прежде, когда я увидел, что люди страны нашей на три партии из-за веры разделились, и какая от этого пошла вражда, привез я от патриарха аввы Петра (египетского патриарха) послание, гласящее, чтобы [все] трое в одной вере соединились, но абуна Салама [его] у меня отобрал». Не успел он свою речь закончить, как абуна сказал ему: 168 «Ну так сегодня обратись в ту веру, что изложена в [этом] послании, которое я принес!» Он же ответил «Добре, но истинную веру я уже выбрал, и сегодня [послания] мне не (96) нужно». Мне кажется, что [именно] в это время расхвастался Габра Марьям, староста церкви отца нашего Такла Хайманота, что на Гондарской [площади] Адабабай 169: «Да никак важной стала франкская вера, раз ежедневно души творит, хотя в Ветхом Завете сказано: и почи от всехъ делъ 170. Господин мой! Позволь мне поспорить [с ним]!» Отец же мой Габра Микаэль ответил ему мягко: «Брат мой! Вы наверное не знаете сказанного: Отецъ мой доселе делаетъ, и азъ делаю 171. Правитель, увидев, что все бывшие в собрании отнеслись к нему хорошо, а староста, не найдясь, что ответить, потупился, разгневался на старосту: «Кто просил его вступать в спор!» И обратился он к [250] отцу моему Габра Микаэлю: «Отче! Вот по приговору "Суда царей" предстоит Вам умереть или уцелеть!» Тот ответил: «Коли так, то пусть это будет сегодня». Правитель разгневался и (97) стал говорить ему «ты»: «Не будет этого сегодня, разве что сам ты на себя руки наложишь!» Отец мои Габра Микаэль ответил: «Коли я руки на себя наложу, то буду Иудой». Истинным пророчеством стало это для государя Феодора, который потом сам руки на себя наложил. После этого сказал правитель афа-негусу 172 Канзиле Ворку: «Встань, возьми этого монаха и заключи под стражу!» Когда из оков абуны переводили его в оковы правителя, то содрали с него и те лохмотья, что были. Канзиле Ворку во время трапезы кормил его, усадив за свой стол. Он уважал его как своего отца, но, страшась господина своего, одежды ему не давал. А когда деджазмача Вубе сместили и поместили к нему же под стражу, совместные трапезы прекратились. На второй месяц после этого 173 деджазмач Каса сразился с деджазмачем (98) Вубе в местечке Деболя, что в Самене, и одержал победу. На третий день, в воскресенье, во второй день [месяца] якатита в 1847 году от рождества Господа нашего 174 он назвался государем Феодором, воцарившись в Дарасге. После его воцарения был объявлен указ, чтобы все духовенство из Вальдеббы и других монастырей, находившихся во владениях деджазмача Вубе, пришло к абуне и приняло [его] веру и чтобы сюда же пришли все землевладельцы. Поэтому все собрались к абуне и к нему. Чтобы устрашить всех, царь в этот месяц приказал привести к себе отца моего Габра Микаэля и сильно бичевать. Помимо оков, ему и руки за спиной связали. Растянули его слева и справа, и подошли к нему четыре человека с длинными бичами из кожи бегемота 175. Им было приказано по двое, сменяясь для отдыха, (99) бичевать его, покуда он веру не переменит. Кроме того, царь сильно и злобно поносил исповедание римское: «У этого-то какое христианство? А он еще матеб 176 повязал! Срежьте его и бросьте» Посему содрали с него нарамник, крест и висевший у него на шее медальон [с изображением] Владычицы нашей. Отец же мой Габра Микаэль благодарил и почитал поносивших его, говоря: «Как уверовал я в Божество Господа Бога моего, так не отрекусь и [251] от человечества Его», и громким голосом хвалу возносил, говоря: Слава Отцу, слава Сыну, Слава Святому Духу! Между тем он упал. Бичеватели, думая, что он умер, остановились. Все люди, бывшие на этой площади, трепетали и ужасались многому бичеванию его. Он же (100), укрепленный силою Духа Святого, здесь, уже упавши, дабы мужество подвига своего показать, спросил бичевателей: «Не утомились ли вы?» Царь, услышав это и, похоже, удивившись, разгневался и приказал бичевателям еще сильнее бить его. На нем не оставили никакой одежды, кроме штанов, да и те от многого бичевания разодрались, и остался он нагим. Один глаз он еще раньше потерял, но за великую ученость его называли Габра Микаэлем четырехглазым 177. Царь же приказал выбить ему и здоровый глаз. С остального тела его кровь не текла, а из глаза много крови вытекло. Кроме того, приказал он, не найдя слова для члена, что на геэзе зовется плоть крайняя, (путь мочевой):«По этому ударьте!» Бичеватели, боясь гнева господина своего, изо всех сил стали бить его. (101) Но дабы явилось сказанное: «даже лист единый не упадет без воли Божией» 178, то не смог он не то чтобы душу его от тела отделить, но даже голоса его ослабить. Из тех, кто были на этой [площади] Адабабай, одни говорили, что это из-за зелья не умирает он, и кровь не течет из тела его при таком бичевании, большинство же говорило: «Это чудо, подобное сотворенному для святого Георгия!» Поэтому после сего они перестали называть его аввой Габра Микаэлем, а стали называть мучеником Георгием. Глаз его в этот день совсем перестал видеть. На следующую ночь, однако, одна женщина, — не знаю, но кажется, что Владычицею нашей посланная, — промыла ему раненый глаз и помазала свежим маслом. Тотчас он прозрел и стал видеть лучше прежнего. На второй или (102) на третий день после бичевания пришло известие, которое взволновало царя с войском его. Поэтому выступил он из Самена в поход в страну галласов 179. О причине [этого похода] я напишу позже. Абуна и царь, не веря в твердость раба Божия, явленную пред ними Господом, решили не отпускать отца моего Габра Микаэля Сковав его цепью вместе со стражником 180, [252] они погнали его [с собою]. Староста церкви святого Гавриила, резиденции абуны в Гондаре, Вольде Гиоргис, так говорил мне: «Нам казалось, что он умер в тот день, когда его избивали. Потом нам сказали, что он глаза лишился, но не умер. А потом видел я, когда шли мы из Самена в Вогара, что глаз его совсем зажил, силы окрепли и что шел он, шатаясь, с передовыми отрядами. Шедшие спрашивали его: «Отче, да освободит Вас Господь, отчего Вы в цепях?» Другие же (103) говорили, удивляясь: «Уж не тот ли это, которого позавчера за веру бичевали? И как же он не умер, все эти муки приняв ? Как он дорогу одолевает?» Господь повелел Моисею сделать трубы, созывающие народ к святой скинии собрания 181. Одной из них стал в это время отец мой Габра Микаэль. Войско, что было в походе, с одной стороны слышало глас царского барабана, а с другой стороны — глас отца моего Габра Микаэля. Страж, скованный с ним, видя, что его господин — Канзиле Ворку — его уважает, не подгонял его. Как я сказал выше, он, шагая скоро, на возвышенном месте останавливался и громким голосом говорил, что мучения его за веру католическую, что Господь наш Иисус Христос (104) — совершенный Бог и совершенный человек. К тому же тогда шла Страстная неделя, и он говорил так: «Братья мои, чада мои, если вторая, человеческая, природа по соединении исчезла, то каким же образом Он подвергся страданиям, каким же образом умер Он, каким же образом спас Он нас? А если Он нас не спас, то как же назвали Его Спасителем мира?» Эти и подобные слова говорил он, ничего не страшась И так продолжалось до самого того места в галлаской области Варра-Химено, где он упокоился.

Когда царь переправился через большую реку, называемую Башело, и расположился станом в Баба, сюда из Массауа прибыл английский консул мусью Плоуден. Здесь они и встретились. Будучи консулом, он был встречен с почестями. После встречи, однако, царь созвал большое судилище. Абуна и эччеге сели слева и справа, и они, и сам царь (105) предстали во всем величии, украшенные знаками своего достоинства. Царь повелел привести отца моего Габра Микаэля и обратился к собранию: «Я, Абба Татек 181, силою Христовой всех сужу и всеми повелеваю, а этот несчастный, этот убогий говорит, что неподсуден мне. Все вы, присутствующие здесь князья, будьте мне свидетелями!» В ряд были поставлены три шатра. Там было множество амхарских и тигрейских [253] князей. Дабы не осудил ты того, что сказал тогда в ответ отец мой Габра Микаэль, вспомни, как обличал Господь наш фарисеев, о чем говорится в Евангелии 183. Кроме того, знаешь ты и сказанное святым Стефаном-первомучеником: Жестоковыйнии, и необрезаннии сердцы и оушесы, вы присно Духу Святому пртивитеся [Деян. ап. 7, 51]. Когда же глава придворного духовенства (106) спросил: «Воистину ли глаголеши тако» — то, смиренно поведав спросившему историю Спасителя нашего от начала до конца, он обличал их, воспламененный любовью Духа Святого, пребывавшей в сердце его: «Как же вы, зная свидетельства эти, убили Бога вашего Христа, словно вора? Кроме того, сказано: Саулъ же иже и Павелъ, исполнися Духа Святаго, и воззревъ нань, рече: о исполненне всякия льсти, и всякия злобы, сыне диаволь, враже всякия правды, не престанеши ли развращая пути господни правыя;  [Деян. ап. 13, 10].» Отец мой Габра Микаэль со времени ареста своего до сих пор к царю и абуне обращался почтительно. От хамле и до генбота 184 он свидетельствовал словом своим, а наипаче принятием мук тяжких, что истинна (107) одна лишь католическая вера. Но поскольку абуна и царь, презрев эту силу Господню, постоянно хулу возводили на веру святую, Дух Святой исполнил силою раба Своего, дабы посрамить гордыню человеческую.

И сказал он смело, ничего не страшась и обращаясь на «ты»: «Мой судья наверху — Господь мой Иисус Христос, а ниже мой судья — Патриарх Римский. Ты же — наказание, а абуна твой — дьявол!» — «Ты, несчастный! Как это ты мне неподсуден?'» — сказал царь. Ответ [был таков]: «Ты судия над плотью моей, а над душою моей ты отнюдь не судья!» [Последовал] вопрос (а здесь был консул Плоуден): «Ну а этот, что из-за моря прибыл, может ли он судить тебя?». Ответ «Увы, ныне уже римлянам судьями стали враги Марии, не признающие среды и пятницы 185. (108) Лучше уж ты, чем он!» После этого царь приказал вывести его и расстрелять. Он же сказал: «На это ты имеешь право». Палач, подталкивая, вывел его на место казни и связал ему руки за спиной. Когда же приблизился стрелец, чтобы стрелять в него, появился заступник. Поднялся консул Плоуден и попросил: «Государь! Помилуйте его ради меня!» Но кажется мне, что сделал он это из умысла. В том году в газете, называемой «Европа Журналь», написали, как англичане или враги Марии хвалили государя Феодора за то, что он прогнал монсеньора Дэжакоба. В католическом же журнале, узнав об изгнании монсеньора Дэжакоба и страданиях братьев его, писали, что в африканской [стране] Эфиопии объявился новый Диоклетиан. Потому-то и просил он, чтобы имя Государя (109) Феодора вконец не опорочить. [254]

Слышал я, что после этого царь ушел в другую область и там, где он стоял станом, снова приказал сильно бичевать отца моего Габра Микаэля. Дойдя до Варра-Химено и области Садика Аброййе, упокоился он в узах от голода и дизентерии в тот год в [месяц] нехасе на 23-й или 24-й день 186, в течение 13 месяцев служа Господу в заточении, в бичеваниях и в скитаниях. Вечная хвала и слава Господу нашему Иисусу Христу, который по предстательству матери Своей святой Девы Марии подал ему благодать Свою, дабы стал он свидетелем и светочем истинной веры Аминь. Но полная его история, от начала и до конца, написана на геэзе в книге, где описывается история католиков. Здесь же написал я это, чтобы ты увидел, что слова мусью Лежана о том, что мусью (110) Дэжакоб прибыл в Гондар, чтобы враждовать с абуной, — неверные, по ошибке ли, или по хитрости.

Пятая глава

Как сказано в «Истории царей», дети Менелика 187, вплоть до свергнутого в Афераванате государя Такла Гиоргиса, были царями Эфиопии 188. Поскольку не блюл он закона Божьего, восстали против него Али Великий из рода Варрасек, правивший Бегемдером 189, [и] годжамский рас Хайлю, женатый на Валатте Эсраэль, дочери государя Бакаффы. В Афераванате сразились они с господином своим, государем Такла Гиоргисом и свергли его. Начиная с этого времени, эти два раса, а также Габре, рас Самена, [и] Вольде Селласе, рас Тигрэ, стали сами себе царями каждый в своей области. Начиная с раса Гугсы, правившего Бегемдером, до последнего раса Али 1 90, 58 лет (111) правили галласы. Мусью Лежан ошибается, когда говорит, [что правили они] 32 года. От годжамского раса Хайлю до убитого государем Феодором деджазмача Гошу, как я [255] думаю, три поколения. Саменский деджазмач Вубе — третье [поколение в роде] раса Габре. Все они, видя, что власть их к их внукам переходит, в гордыне своей оставили Божий путь. Но Господь, дабы показать всем им силу Свою, вложил Свой меч в руку человека, о котором они не знали и не помышляли 191. За два года он всех их погубил. После них обрушился он на шеи галласов и шоанцев. Как я говорил раньше, наставники, натрое в вероучении разделившись, бахвалились друг перед другом: «Я лучше, и вера моя всех лучше!». Считая, что без митрополита не будет священника, а без (112) священника церкви не открыть и церковной земли 192 не будет, они неподходящего по вере сделали митрополитом. Священник в алтаре называл митрополита блаженным аввою Саламой, а дабтара во время исполнения кыне 193 поносили его: «Имя его есть светъ, но въ тму онъ ведетъ ны». А другие: «Не миръ принесъ онъ, но ножи египетския». Эта лицемерная вера была Господу в большое поношение, потому-то этот [меч] всех и поразил. Итак, государь Феодор удивительным образом победил всех, и имя его стало известно во всем мире. Тем большее удивление во всей Эфиопии вызвал названный мною выше отец мой Габра Микаэль. По сказанному в Писании Покры горы сень его 194, всем открылось, что сень веры Римской Католической Апостольской Церкви покрыла горы (113) эфиопских книжников. Мы видели выше, что сам государь Феодор сказал: «Я всех землевладельцев победил, кроме этого убогого!» Потом он говорил: «В моей стране не встречал я никого, кроме двух людей. Если бы он сказал: «Принимайте ислам», мне кажется, все бы [даже] ислам приняли!»

Итак, государь Феодор еще до воцарения своего выдал католиков абуне и, как мне кажется, на 3-й месяц после этого вызвал к себе Аскаля, настоятеля [монастыря] Дабра-Даммо, лика-тэбэбта 195 Вольде [256] Руфаэля и других ученых и спросил их: «Следует ли за веру казнить?» Они ему ответили: «"Суд царей" гласит, что вначале нужно допросить и наставить, а если тот откажется, то отлучить и извергнуть, так что изгнание подобает, а убиения не предписывается». Как мы раньше видели, он сам сказал: «По "Суду царей" Вы либо умрете, либо уцелеете». До этого, когда абуна встретился с ним в Амбачара и попросил его изгнать Иакова, царь ответил ему: «Сначала я приведу и допрошу его». Абуна сказал ему: «Нечистая сила в нем сидит, не следует с ним встречаться». Царь ответил: «Да я готов ему голову саблей отрубить, разве что спасением моей души меня заклинать не станут!». Абуна сказал: «В нашей стране никто так заповеди евангельские не блюдет, как он; смерть ему не подобает!».

Затем, через три месяца после этого в праздник Креста 196 [царь] позвал в Амбачара абуну и эччеге, чтобы они причастили его. Когда все пришли туда. абуна сказал деджазмачу Касе (государю Ф[еодору]): «Не подобает мне причащать тебя, покуда не освободишь ты насильно заключенных и не помиришься с врагами своими!» Услышав это, правитель разгневался на абуну. «Этот копт полагает, что я подобен деджазмачу Вубе! Но я умею изгонять дорогою на Сеннар! 197 Если ты не причастишь, разве не даст мне причастия мой духовник, наставник Вольде Тенсаэ?» Однако через три дня абуна из страха переменил свое слово и причастил его. Сказанное же мусью Лежаном, будто абуна отлучил Касу и войско его, а Каса сказал, что отлучение это — пустяки, что отец наш Иаков обладает большей властью и может снять с нас отлучение этого копта — ложь (страница 47) 198. Итак, и царю, и всем людям страны нашей стало ясно, что, раз из страха священники и эччеге своей вере изменили, а абуна, сказав «ты не достоин», из страха причастие все же дал, то все они — лжецы, а истинным является честной отец наш абуна Иаков, посланный Римским главою патриархов. Слыша и зная все это, [царь], как Пилат, правду на зло променял. Когда он деджазмача (116) Вубе низложил, то из-за гордыни своей позабыл сказанное и наказал отца моего Габра Микаэля жестоко. Он оскорбил Церковь Римскую. Зло это предстало пред Господа, но свершила свой суд Его правда.

Саул был избран на царство Богом, и воцарился. Однако, поскольку разодрал он одежды пророка Самуила, то сказано было: Раздра царство [257] твое 199. Так же случилось и с государем Феодором. После воцарения своего он 40 дней пребывал в Самене в радости. Но всего несколько дней спустя, после того, как велел он бичевать отца моего Габра Микаэля, пришли из Вадла очень печальные для него вести. В то время правительница Варра-Химено, галлаская мусульманка по имени Воркит, разорила область Вадла и сожгла церковь христианскую. После воцарения он провозгласил указ, чтобы мусульмане неволею христианство принимали, (117) начали мясо есть 200 и матебы повязывать. Думаю, что из-за этого она восстала. Когда ему пожаловались священники сожженного собора, он выступил из Самена на второй месяц по воцарении. Он провозгласил указ в своем стане и на больших базарах, где говорилось: «Галласы восстали. Так коли ты христианин, следуй за мной, чтобы их уничтожить!» А представители абуны и эччеге, блюстители посоха и престола, после [слов] глашатая объявили: «Это не слова человека, а слова Спасителя мира и Владычицы нашей Марии. Всяк христианин, им не последовавший, да будет отлучен!» [Царь,] выйдя из Самена, разбил стан в Бегемдере, [в местности,] называемой Айб Баэнкэб, что близ Дабра Табора. Когда он был здесь, прибыли к нему назначенные в Самен сыновья деджазмача Мэрсо, бежавшие из-за страха перед деджазмачем Негусе. (118) Годжамский деджазмач Тедля, ускользнув из Айб Баэнкэба, вошел в свою область и занял ее. Он — третье поколение от названного мною выше раса Хайлю. Поэтому местные жители приняли его с радостью. Мусью Лежан ошибается, говоря на 58-й странице, что Тедля Гвалю восстал после того, как Феодор назначил его на должность и устроил пир 201. После смерти государя Феодора он заболел и умер в своей области.

История же деджазмача Негусе такова: отец его, Агау 202 Вольде Микаэль был правителем Сахла, Абаргалле и волостей 203 той страны. [258] Был он храбрым воителем. Деджазмач Вубе отдал за него замуж дочь своей сестры вейзаро 204 Эхету. В сражении с бальгада 205 Арая, ныне именуемым расом, он погиб. Дэджазмач Вубе назначил лиджа 206 Негусе на должность его отца. Как и отец его, он прославился своей храбростью. Когда сражались царь и деджазмач Вубе, (119) он, будучи ранен в руку, спасся на коне в Дарасге и просил о помиловании. Говорят, что царь сказал ему: «Прощаю тебя; как поправишься, следуй за мной!» Мусью Лежан ошибается, говоря, что тот назначил его управлять какой-то волостью, имя которой ему не известно (страница 59) 207. Однако, как я сказал выше, когда [царь] стоял лагерем в Айб Баэнкэб, [Негусе] спустился из Дарасге в область свою Сахла и разбил назначенного царем Абба Табор 208 Гошу, находившегося там. После этого часть князей деджазмача Вубе возвела на престол сына деджазмача Вубе, по имени лидж Негусе. Другая часть, любившая деджазмача Негусе, свергла лиджа Негусе и возвела того. Сыновья деджазмача Мэрсо, находившиеся в деревянной крепости, о которых я упоминал раньше, бежали, когда им сказали, что против них выступил лидж Негусе. Однако (120) в Таламте был один сильный человек — Хайле из Мерча, которого царь назначил [туда] и дал семьсот ружей. Они его разбили. После этого, перейдя из Самена в Дамбию, они разбили баламбараса Гальмо и находившихся там уполномоченных царя. Назначив туда деджазмача Меконнена — а это сын деджазмача Кенфу, брата государя Феодора — они возвратились. Однако Меконннен был разбит царским уполномоченным. Ему подчинилась вся область в Амхаре до Гондара, которой правил деджазмач Вубе. Деджазмач Тесемма, оставив своего брата, перешел в Тигрэ. В месте, называемом Харахар, что близ Хавзена, он сошелся в жестокой битве [259] с ато Хайле Марьямом Абба Горфу 209, победил и убил его. После этого разбил он находившегося в Хамасене деджазмача Хайлю Амхара, что за Вагара, и Тигрэ как принадлежали деджазмачу (121) Вубе, так и оставались под его властью в течение [еще] пяти лет и шести месяцев.

Шестая глава

Как я говорил раньше, рас Хайлю и рас Али Великий разбили государя Такла Гиоргиса в Афераванате. От Рождества Господа нашего до сего будет 1782 года и четыре месяца. Отсюда до воцарения государя Феодора будет 133 года 210. В каждой стране все восстали, говоря: «Прежние отцы наши, несмотря на гнет, и настоящему-то царю не подчинялись, так как же мы, сами дети правителей, подчинимся выходцу из Квары? Если он объявляет себя царем, что ему не пристало, так и я сам себе царем буду!» Только Бегемдер и Дамбия оставались до времени у государя Феодора. Деджазмач Вубе не был бунтовщиком против раса Али. Нельзя называть мятежником того, (122) кто защищает живущих в его владениях, в особенности чужестранцев, которые, встречая его, обращались к нему за поддержкой. А ежели кто, живучи в Тигрэ, вместо Вубе платил бы подати расу Али, то это было бы большим мятежом. Поэтому то, что мусью Лежан осуждает монсеньора Дэжакоба за дружбу с Агау Негусе, захватившим владение своего дяди, деджазмача Вубе, — несправедливо. Как я говорил раньше, деджазмач Негусе, одержав в [месяце] сане 211 победу над Абба Горфу и убив его, расположился станом близ Адуа. Когда он перешел из Самена в Тигрэ, то, будучи знаком с отцом нашим еще до битвы, он послал к нему сказать: «Как поживаете? Не забывайте меня!» Монсеньор Дэжакоб послал к нему из Халая отца моего Эмнету, чтобы передать ему свой дружеский привет. Тот его принял с любовью. Относительно защиты католиков он сказал: «Не бойтесь! Живите, где живете». Кроме того, в это (123) время отправил он отцу нашему и послание о желании дружбы с царем французским. Он же ответил: «Следует Вам относительно дела, с которым Вы ко мне послали, разузнать, переговорив с французским консулом, который в Массауа». Царь, возвратившись из Шоа, назначил зимою 212 Субагадиса [260] Касу и послал его в Тигрэ. Деджазмач Вубе арестовал его и около 15-ти лет продержал на амбе 213 в Самене. После своей победы государь Феодор освободил его. Когда же он пребывал в заточении, а монсеньор Дэжакоб был в Гольа, то он послал ему счетом не помню сколько, но кажется, что десять талеров. Для жены его, вейзаро Хагоса, и детей его, живших в Агаме в голоде, был он, по возможностям своим, как родной. Однако деджазмач Каса забыл о том, что ему делалось, когда он был в заточении, и когда он был назначен и прибыл в Тигрэ, то, из-за того, что абуна пригрозил ему (124) отлучением, стал он очень большим врагом католиков, живших в Агаме и Дабекунейто. В первый день [месяца] маскарама 1848 года от воплощения 214 в единую ночь послал он неожиданно войска сразу в семь областей. [Жители] Э[н]да Бекунейто, решив не выдавать своих священников, сразились с ато Барьяху и освободили отца моего Такла Гиоргиса. Те, однако, убили из ружья Амоаса, сына ато Халибо, очень красивого юношу. Семерых они ранили, а восьмерых самых видных [жителей] арестовали и отвели к деджазмачу Касе. Он держал их под стражей три месяца. В вере своей они были тверды и отказывались ей изменить. Страна их была пограничной, и он освободил их и отпустил, рассчитывая, я думаю, на убежище [у них] в черный день. Но к католикам в Гольа и Саэсеэ он был весьма (125) жесток. У бежавших, которые вере изменить не хотели, он отобрал урожай, скот и всю домашнюю утварь. Из-за умножившихся бед много людей вере изменили. А чтобы заставить изменить вере, он терзал многими муками Сэмаэту, девицу 15-ти лет, внучку католика ато Клавдия. Связав ей руки за спиной, ее подвесили и бичевали. А после этого, видя ее упорство, деджазмач, который располагался станом на амбе, приказал кинуть ее в пропасть, завернув в шкуру. Бывший там противник католиков наставник Габра Микаэль сказал: «Не кидайте, я наставлю ее, а если откажется, то уведу я ее в Амхару и отдам абуне». И взял он ее с собой в область Тамбен. Поскольку она отказалась отречься, (126) ее заключили в ножные кандалы и заставили молоть 215. Жители той страны, видевшие ее или слышавшие о ней, дивились и говорили между собой: «Как это столь маленькая девочка такие страдания за веру принимает?» Затем, когда против него выступил деджазмач Негусе, деджазмач Каса бежал и [261] взошел на амбу, называемую Дабленхан. Монсеньор Дэжакоб послал родичей этой девушки с письмом к деджазмачу Негусе. В это время тот назначил в Тамбен Абба Дира Бэру 216. Поэтому деджазмач Негусе отправил их с посланцем своим к нему в Тамбен с приказом: «Свяжи и пришли ко мне человека, на которого укажут эти двое людей!» Поэтому, увидев их, закручинился наставник Габра Микаэль, забравший девушку. Он был посланцем абуны, и они поделили с Касой имущество и урожай католиков. (127) Он взял тогда примирителей и пал в ноги священнику Габра Мадхену, Габра Хейвоту и посланцу с мольбою: «Вот ваша девица и ваше добро, только не отправляйте меня к правителю!» Они же как сыны истинной доброй матери — святой церкви — сотворили ему милость. Получив девушку и немного денег, что он им дал, они возвратились в радости великой. После этого от деджазмача Негусе пришел указ, чтобы все бежавшие католики возвращались в свои области и чтобы получили они наследственные земли свои и церкви. Сделал же это добро католикам он потому, что монсеньор Дэжакоб был другом его дяди, деджазмача Вубе, который знал его прежде. А особенно для того, чтобы из-за рубежа помощь получить. Но, поскольку отец наш сказал, что это дело консула, (128) а не его, тот послал к французскому консулу мусью Бейльярду 217, пребывавшему тогда в Массауа. Поскольку консул ответил, что ему необходимо видеть его самого и его войско, он сказал: «Хорошо, приходите. Буду рад встретиться с Вами», и послал ему мула нэбура-эда 218 Сахлю с нарядным седлом. Поэтому консул вышел из Массауа в Халай. Он встретился с монсеньором Дэжакобом чтобы попросить у отца нашего переводчиком отца моего Эмнету, и они ушли вместе. В это время деджазмач Негусе стоял лагерем в Гольа, что близ Адуа. На 17-й день [месяца] маскарама 219 в праздник Креста он был принят с большими почестями. Слева и справа выстроились солдаты, били барабаны. Встреча их состоялась через 15 месяцев после того, как убил он Абба Горфу в 1849 г. (129) от рождества [Христова] 220. Деджазмач тогда сказал ему: «Помощь, о которой я в прошлом году Вас просил, запоздала». Консул сказал: «Я думаю получить ответ месяца через два». Затем консул произнес слова, губительные для миссии. Это: «Относительно Вашей прошлогодней просьбы я посылал Вам сказать, что правитель Египта [262] Саид-паша дошел до Хартума, чтобы помочь Вам. Почему Вы к нему не обратились?» Но отец мой Эмнету отказался переводить, сказав: «Это принесет беду нашей проповеди». По этой причине он и консул перед лицом деджазмача поссорились. Тот же, выслушав слова [консула], сказал ему: «Если он помочь мне шел, почему же ты мне об этом не послал [сказать]?» Тот ответил: «Я посылал абуне Иакову». Отец мой Эмнету сказал, что это ложь. Он извещал отца нашего, что прибытие Саид-паши в Хартум (130) будет полезным для Негусе, или что-то подобное. А причина, по которой Саид-паша прибыл тогда в Хартум, была в том, что государь Феодор послал ему сказать: «Это владение отцов моих. Оставь Сеннар, а не то — жди меня в чистом поле!» Тот испугался, подумав, что это правда, и послал для мирных переговоров патриарха, назначенного тогда коптами и нареченного аввой Кириллом, чье прежнее имя — авва Дауд. Его прибытие в Дабра Табор было в месяце тахсасе в 1848 году от Рождества Господа нашего 221. А Саид-паша следом за ним пришел в Хартум. Кроме того мусью Балиярд, выйдя из Массауа, не дал жителям Халая причитающиеся им деньги, чем доставил большие неприятности монсеньору Дэжакобу.

Дело было так. В это время пришел в Массауа (131) владелец большого корабля Каморис, закупавший мулов. Когда он прибыл оттуда в Халай, то по обычаю вместе с ним прибыл и слуга наиба 222 Мухаммеда и за каждого купленного мула взыскал по талеру. Продавец и покупатель каждый давали по одному талеру пошлины наибу и местным жителям. Когда капитан спустился в Массауа, взяв с собою местных жителей, чтобы заплатить им, мусью Балиярд сказал ему: «Что за дело мусульманину в христианской стране? Если пошлину, положенную Негусе, он у него забрал, то это его вина, а халайцам [денег] не давай, а дай мне, я перешлю [их] Негусе». И забрал, как мне кажется, 40 талеров. Местные жители пришли и стали на него наседать, говоря, что он их деньги отнял. В то время, когда мусью консул пришел из Массауа в Халай, как я говорил раньше, монсеньор Дэжакоб написал ему: «Наиб поступил по всегдашнему обычаю. Сейчас препятствовать этому нельзя, не время. Их господин — деджазмач — сам воспрепятствует, если пожелает. (132) Теперь же прошу Вас отдать жителям то, что им положено». Так как он боялся говорить это, когда тот был в его доме, он послал ему это письмо, [263] когда тот, выйдя из Халая, дошел до Май-Арда. Но поскольку тот отказался отдавать {деньги], отец наш, видя, что недовольство халайцев растет, своими деньгами поделился. Но потом консул [деньги] отдал. Кроме того, мусью Балиярд, встретившись с деджазмачем Негусе, при возвращении получил от него свыше ста талеров на покупку ружей. Через два месяца по возвращении он из дружбы послал [деджазмачу Негусе] два ящика арака 223 и другие вещи. На второй год, однако, собираясь в маскараме из Массауа на родину, он написал деджазмачу: «[Нужно] чтобы тот, которого Вы пошлете к царю царей Наполеону, был человеком разумным, знатным и из Ваших родственников. Посылаю Вам купленные мною одно ружье (133) и одну подзорную трубу, [стоимость] этого включите в счет того, что я послал Вам в прошлом году». И он послал монсеньору Дэжакобу с просьбой перевести это письмо и вместе с этими вещами отослать [Негусе]. Однако наш почтенный отец счел, что сейчас включать в счет преподнесенное в прошлом году в качестве подарка было бы позором для Франции и для всех европейцев, и отослал деджазмачу как бы от консула 30 талеров своих денег. Но мне кажется, что мусью Балиярд относился к отцу нашему лучше других консулов. Мусью Лежан ошибается, говоря, что мусью Балиярд встречался с Негусе в Дегса (страница 90).

В 1851 г. от воплощения 224 монсеньор Дэжакоб встретился с деджазмачем Негусе, когда тот расположился станом рядом с Дегса. (134) После этого, поспешно выступив оттуда, тот за один день дошел до Цедзега и разбил деджазмача Хайлю. Затем в эти же месяцы, на второй месяц после того, как консул Бальярд уехал из Массауа, [Негусе] послал в Халай лиджа Такайе, отправляемого с дарами к царю царей Наполеону. Он написал отцу нашему: «Исправьте и велите должным образом написать послания, отправляемые Римскому главе патриархов и царю царей Наполеону, и отошлите». Однако в то время монсеньор Дэжакоб из Халая в Монкуллу ушел, так что посол и отец мой Эмнету отправились к нему. Год назад [Негусе] просил отца нашего, чтобы отец мой Эмнету отправился вместе с его послом, и тот, хотя и не хотел этого, но согласился. В этом году он, лидж Такайе и француз по имени мусью Лаперус 225 (135) в [месяце] хедар 226 сели в Массауа на мусульманскую барку. Отец мой Эмнету знал только арабский, мусью Лаперус очень немного знал язык тигринья, и его присоединили, чтобы он переводил. Мусью Лежан [264] ошибается, говоря, что он был одним из итальянских священников-миссионеров. После того, как они прибыли в Рим и отправились оттуда в Париж, переводчиком вместо него стал мусью Сапето. О том, что было с посольством в дальнейшем, написано в другом [месте] 227.

Одним из подарков, посланных деджазмачем французскому царю, было седло с набором. Царь [Феодор], воцарившись, как я говорил ранее, в Самене, вызвал к себе живших в Адуа золотых дел мастеров. Троим мастерам он дал (136) 450 талеров, чтобы они изготовили три наборных седла, и отправился в поход на галласов. Однако, после того, как деджазмач Негусе стал править владениями деджазмача Вубе, как я говорил раньше, он призвал к себе мастеров и сказал им: «Талеры, что у вас, принадлежат мне, [так что] делайте седла для меня». Те обещали сделать, но сказали, что у них нет золота для золочения. Он приказал купить золота, называемого мешкеш 228, и дал им. Мастера сделали [седла] и принесли ему. Одно он послал французскому царю. Однако мусью Лежан говорит, что Феодор, помышляя об искренней дружбе с Францией и желая, чтобы подарок одного верховного правителя другому верховному правителю (Наполеону) был достойным, приказал Кокэбу и Ворку 229, золотых дел мастерам из Адуа, изготовить это седло. [Лежан говорит, что] это седло, однако, было захвачено тигрейским бунтовщиком, что Негусе послал начальника Адуа, по имени блатта 230 Деста (137), взять монастырь, захватить [седло] и передать его на хранение мусью Дэжакобу, что посланцы Негусе, прибыв в Париж, преподнесли в подарок это седло, которое именно он и разукрасил столь многими историями (на странице 93). Известно, что государь Феодор, как мы раньше видели, из-за абуны Саламы желал дружбы с английским государством, а с Францией не желал. Не знаю, может потом и желал, рассорившись [с англичанами]. Однако деньги золотых дел мастерам он дал тогда, [265] когда, впервые встретившись с консулом Плоуденом, он отправился в поход на галласов и в Шоа. Мне кажется, что скорее он [седла] в Лондон хотел отправить. Кроме того, сам мусью Лежан написал, что абуну Саламу возвел на должность находившийся в Египте английский консул, [что Салама] был учеником (138) Лиэдера и заявлял, что вера его — протестантская. Как сказал [Лежан], в то время во всей стране было ясно, что абуна, царь и английский консул в своей любви единодушны. Коли так, то не вяжутся [с этим] слова мусью Лежана, что Феодор велел [седла] изготовить, желая дружбы с Францией. Поэтому ошибается или сказавший ему [это], или он сам. Во-вторых, сказанное им, что [седло] было захвачено тигрейским бунтовщиком, не вяжется с тем, что известно всему миру, и с той историей, которую он написал в своей книге. Лидж Каса, впоследствии нареченный государем Феодором, был слугой государыни Мэнен. Когда она выдала за него замуж дочь своего сына, раса Али, он взбунтовался и сразился с нею, и арестовал ее. Затем помирился, назвался деджазмачем Касой и, получив в правление земли Мару 231, он долгое время оставался слугою Али. Затем, однако, (139) он взбунтовался против него и сразился с ним. Одержав победу, он унаследовал все, что принадлежало его господину. Сразившись с деджазмачем Вубе и одержав победу, он захватил все ружья и имущество, находившиеся в его земле и на амбах. И если мусью Лежан не говорит, что такой захват силой есть воровство, то как можно ему говорить про деджазмача Негусе, который решил не отдавать владений отца своего, Вубе, и семь раз одерживал победы над врагами, выступавшими против него; который шесть лет правил [землями] от пределов Гондара до пределов Хамасена, что седло это было захвачено тигрейским бунтовщиком? Кроме того, всей Эфиопии известно, что деджазмач Негусе не был, не то что лидж Каса или деджазмач Каса, наместником и слугою государя Феодора. Слова мусью Лежана о том, что Негусе (140) получил волость в управление от Феодора, — это ложь, которая больше высокой горы. А вторая нагроможденная им гора лжи — в его словах о том, что блатта Деста, захватив монастырь, поместил это седло в доме мусью Дэжакоба. Чтобы это понять, достаточно знать, что монсеньора Дэжакоба в это время в Адуа не было, да и дома у него там не было. Оттуда до того места, где он был, до Халая, два с половиной дня пути. Известно, что деджазмач Негусе в тот год, когда он принимал седло от мастеров, стоял лагерем в Май Сегемо, близ Адуа. Поскольку блатта Деста был видным начальником, то, если бы он шел с седлом до Халая, где был монсеньор Дэжакоб, его бы люди видели. Однако никто не видел и не слышал об этом, кроме находившегося во Франции мусью Лежана. Правда же в том, что на шестой месяц после того, как [Негусе] получил [седло], (141) он в [266] тэкэмте 232, после того, как сместил деджазмача Хайлю, как я говорил раньше, дал [седло] своему посланнику, лиджу Такайе, и послал его в Халай, думая, что монсеньор Дэжакоб находится там. Оттуда отец мой Эмнету проводил его до Монкуллу, где находился отец наш, а затем тот сел на корабль, чтобы ехать заграницу. Если мусью Лежан признает, что государственное достояние принадлежит царю, то тогда и седло принадлежит Негусе, коль он того желает. А то, что он говорит, почему мусью Дэжакоб послал авву Эмнету, чтобы тот был переводчиком бунтовщика, то я уже раньше привел доводы, поясняющие, что он не был бунтовщиком. В то время в нашей стране были и другие европейцы, а не только один монсеньор Дэжакоб. Они писали тогда в свои страны о жизни (142) Эфиопии. И прежде упоминаемый мною консул Франции Балаярд посылал к своему царю о том, что Негусе собирается отправить к нему своих послов. Затем монсеньор Дэжакоб еще раньше писал главе Пропаганды кардиналу Барнабо, что правитель страны любит католиков, дал нам свободу учить во всех своих владениях, затем сказал, что соединится в вере со святой Римской церковью, если она поможет ему на праведном пути, и что собирается он послов отправить. И получил он ответ, в котором было сказано: «Хорошо, пусть приезжают». Поэтому, когда послы туда прибыли, они были приняты хорошо, с большой любовью. Получив великую благодать от блаженного отца нашего, по имени Пий Девятый, они, когда отправились в Париж, снискали большую любовь у царя царей Наполеона. Поэтому, как всем известно, он послал к деджазмачу Негусе командо (кажется, это означает — деджазмач) (143) Руселя 233. Итак, если мусью Лежан осуждает монсеньора Дэжакоба за отправку переводчика, он тем самым возводит хулу на Римского главу патриархов. Однако, как мы раньше видели, человеку, спросившему его о вере, он ответил, что ему все равно, так что с его стороны хула на наместника Господа нашего Иисуса Христа не удивляет. Да что там хула! Известно, что сторонники, подобные ему, даже убить его хотели. Однако осуждать Наполеона, господина своего, он, мне кажется, не осмеливается. Однако получается, что он и царя своего поносит, раз тот послал команда Руселя к тому, кого он называет бунтовщиком.

Но если бы монсеньор Дэжакоб, убоясь осуждения мусью Лежана, не дал бы испрашиваемого деджазмачем Негусе переводчика (144), то неизбежно меж ними появилась бы вражда. А из-за вражды он мог много бед причинить католикам и выгнать из своей страны. И сам мусью [267] Лежан сказал бы, что мусью Дэжакоб своим отказом погубил [дело своей] проповеди. К тому же деджазмач Негусе, не измени ему князья, собирался воевать с государем Феодором, и если бы он одержал победу и из-за прежнего отказа послал бы к английской царице, то мусью Лежану, как мне кажется, всей бумаги и чернил в мире не хватило бы для поношения монсеньора Дэжакоба. Кроме того, по обычаю других стран, а особенно французской, не только епископа, низко стоящего маленького человека на «ты» не называют. Мусью Лежан же, чтобы выказать свою глубокую (145) неприязнь и пренебрежение, во всех главах своей книги пишет «мусью Дэжакоб», а не «монсеньор Дэжакоб». Однако его отвращение к тому, чтобы называть его подобающим именем, показывает, что он не сторонник католиков. Кроме того, на 102-й странице он говорит: «В этом году погиб мятежный епископ, бывший душою всех смут и истинный глава волнений в Тигрэ. Знающие люди говорят, что неподалеку от Массауа умер мусью Дэжакоб, павший жертвою солнечного зноя, становившегося все тяжелее для него возраста и упадка физических сил. Но умер он, скорее, от крушения своих надежд и ставшей для него непосильной страсти. Если разумно взглянуть, как это сделали мы, на его образ жизни, его можно осуждать. Нельзя, однако, отказать этому почтенному человеку (146) в общем сострадании. Мало родиться для церкви, нужно еще и обладать большой мудростью, чтобы вести такую борьбу, вопреки рассудку и признанным способностям» 234.

Ответ: Если бы монсеньор Дэжакоб, как пишет мусью Лежан, был, как душа для жизни тела, заводилой всех смут, что случились в Тигрэ, или главным предводителем бунтовщиков, то, значит, ошибаются все люди Эфиопии, которые восхваляют абуну Иакова, говоря, что это был очень хороший человек. Не думаю, однако, что здравомыслящий человек скажет, что здесь ошибаются люди всей страны, а не один человек — мусью Лежан. Что его почитают по всей Эфиопии сам мусью Лежан сказал на 40-й странице. «Даже мусульмане его восхваляют и даже сегодня зовут его не иначе, (147) как святой Иаков».

Азъ есмь иерей Такла Хайманотъ, сынъ иерея Таклы Эгзиэ иже от [церкви] Мариамъ Савито во граде Мемсахъ, написахъ сию книжицу 235 малу оуничтожения ради [268] лжи возведенной на преподобнаго абуну Иакова, иже апостолу Ефиопии подобенъ есть, егоже папа Римский именемъ Григорий XVI посла ради проповеди евангельской Господа нашего IX в 1841 лето благости.

Комментарии

(в виду сложности передачи кириллической буквенной нумерации в ссылках на книги Ветхого и Нового завета буквенно-цифрованая нумерация оригинала изменена на цифровую.- прим. расп.)

44. (*) *** *** ***.

45. Пророка Исаии 42. 6. Азъ Господь Богъ призвахъ тя въ правде, и оудержу за руку твою, и оукреплю тя, и дахъ тя въ заветъ изъ рода въ родъ, во светъ языковъ, отверстю очи слепыхъ, извести от оузъ связанныя, и из дому темницы, и седящия во тме.

45. От Иоан. Ев. 8, 44.

46. Книга Бытия, 3, 21.

47. Книга Бытия, 1, 3.

48. К Евр. 1, 3.

49. От Иоан. Ев. 14, 9.

50. От Мат. 28, 19.

51. 20, 21.

52. От Мат. Ев. 23, 9-10.

53. От Мат. Ев. 16, 18.

54. От Иоан. Ев. 10, 16.

55. 21, 15-17.

56. В латинском [переводе], однако, сказано Восток.

58. От Мат. Ев. 18, 17.

59. От Мат. 16, 18.

60. Таковии бо лживи делатели льстивии, преобразующеся  во апостолы христовы. И не дивно: самъ бо сатана преобразуется во аггела светла. Не велие оубо и служителие его преобразуются яко служителие правды. 2 Кор. 11, 13-15.

61. От Мат. 7, 16.

62. Молитва веры собора цареградскаго.

63. От Иоан. 3, 19.

64. В страну нашу он приехал в 1831 году от Воплощения. [Эта дата дана автором по эфиопскому летосчислению. По европейскому (григорианскому) календарю, опережающему эфиопский на 7 лет с сентября по декабрь и на 8 лет с января по июль, Де Якобис прибыл в Эфиопию в 1839 г.].

65. Псал. 56.

66. Соломонова песнь.

67. [Имеется в виду, написанная по-амхарски автором этого произведения рукописная книга «Житие отца нашего Иакова» (*** *** ***), изданная во французском пересказе миссионером Ж Кульбо: J. Coulbeaux. Abouna Yacob…]

68. Деян. ап. 15, 1.

69. [Имеется в виду, судя по всему, миссионер-лазарист Луиджи Монтуори (Luigi Montuori), который прибыл в Эфиопию с Де Якобисом в конце октября 1839 г. и примерно с 1845 г. активно проповедовал идею назначения местного эфиопского католика в качестве митрополита Эфиопии вместо коптского. Службу предполагалось отправлять на эфиопском литургическом языке геэз, но по католическому обряду (D. Crummey, Priests and politicians… 71)].

70. [Имеется в виду А Degoutin — который в то время формально считался вице-консулом Франции в Египте, но постоянное пребывание имел на эфиопском побережье Красного моря в Массауа, находившемся под египетским контролем, отчего его часто называли французским консулом в Массауа].

71. [Дата дается по эфиопскому летосчислению. По европейскому календарю это произошло в конце 1849 г.]

72. [Имеется в виду монсеньор Дэжакоб, т. е. Де Якобис.]

73. [Имеется в виду Гильом Лежан (Guillaume Lejean) (1828-1871), назначенный в Эфиопию вице-консулом Франции в 1862 г. и изгнанный оттуда вместе с прочими европейцами царем Феодором (1855-1868) в сентябре 1863 г., и его книга G. Lejean, Theodore II. Le nouvel empire d'Abyssinie et les interets francais dans le sud de la Mer Rouge (Paris, 1865).]

74. [Имеется в виду император Эфиопии Феодор (1855-1868).]

75. [«Годами благости» (термин, заимствованный из Псалтири. Благословиши венецъ лета благости твоея — Пс. 64, 12) называются года от Рождества Христова по эфиопскому летосчислению. Здесь, однако, год указан по европейскому (григорианскому) календарю, хотя и назван «годом благости».]

76. На странице 139 (sic!) [Лежан пишет: La propagande de Rome n'avait pas attenu ce dernier moment pour tenter une mission en Abyssinie. Des 1838, elle y avait lance un capucin le P. S., homme jovial, souple, hardi, instruit d'ailleurs et capable de lutter d'arguties avec les plus quintessencies. Mais la mission ne fut constituee que vers 1840, a l'arrivee de l’eveque catholique romain d’Abyssinie, Mgr. de Jacobis d’une famille patricienne de Naples, l'un des hommes les plus eminents de nos missions contemporaines (p. 39).]

77. [Джузеппе Сапето (Guiseppe Sapeto) (1811-1895) был первым миссионером-лазаристом, проникшим в Эфиопию 3 марта 1838 г. и основавшим 29 октября 1839 г. вместе с Де Якобисом католическую миссию в Адуа. В 1844 г. он вернулся в Италию. В 1850 г. он вновь (на этот раз без разрешения Congregatio de propaganda fide) появился в Эфиопии, которую покинул в конце 1853 г. уже навсегда. Подробнее об этом см. в L. Betta, Fondazione della Missione Lazzarista in Abissinia (1838) (Roma, 1955) и в его собственной книге G. Sapeto, Viaggio e missione cattolica fra i Mensa i Bogos e gli Habab con un cenno geografico e storico dell’Abissinia (Roma, 1857).]

78. Под тем же номером. Однако к пострижению его он один год добавил.

79. [Имеется в виду Де Якобис ]

80. [Лежан пишет М. de Jacobis, dont j'aurai plus tard a blamer l'ingerence impolitique et intemperante dans les affaires civiles d'Abyssinie, etait un de ces hommes dont les actes sont discutables, mais dont le caractere impose a la fois la sympathie et le respect. Je ne serais pas surpris qu’avant d'etre pretre il n'eut porte l’epee, il mettait au service de ses idees absolues une ardeur, une passion et une persistance incroyables, avec sela, une charite et une tolerance non moms absolues. En quelques annees d'apostolat, it avait conquis un ascendant illinite sur toutes les populations chretiennes et musulmanes de ces contrees. Le redoutable Oubie ne passait jamais devant la maison de l'abouna Yacoub (c'etait le nom africain de M. de Jacobis), sans descendre de sa mule. Les musulmans, eux-memes, subissaient cet ascendant, aujourd'hiu encore, il ne l'appellent que Kedous Yacoub (Jacob le saint). Le vieux cheikh d'Embirami, chef de l'islamisme dans cette zone, et venere presque a l’egal du prophete, disait a ses tolbo qui lui reprochaient d'aller a pied a Massaoua «Comment! Vous voulez que je monte a mule pour faire quatre heures de chemin, quand abouna Yacoub, qui est plus pies de Dieu que moi, qui a ete eleve dans la richesse et qui l’а sacrifiee dans l'interet de sa foi, fait a pied les sinq journees de Massaoua a Keren?» Ce vrai grand homme n'eut qu'un defaut, celui de se fier mediocrement, lui missionnaire. a l'efficacite de la simple propagande, et a tout attendre d'une revolution civile» (p. 39-41).]

81. [Общим названием для эфиопских военачальников было слово азмач, означавшее примерно то же, что и старорусское слово «воевода». Военачальники эти делились на три разряда. Младшие назывались гра-азмач («азмач слева»), средние — кень-азмач («азмач справа»), старшие — дедж-азмач («азмач передового полка»). Эти названия вполне точно соответствовали обычному построению эфиопского войска перед битвой, когда по флангам царского полка располагались левый и правый полки во главе с гра-азмачем и кень-азмачем, а впереди находился передовой полк во главе с дедж-азмачем. Однако, начиная с XVII в., когда эфиопские цари стали довольно много времени проводить в своей постоянной столице в городе Гондаре, наместникам пограничных областей они стали присваивать также и титул дедж-азмача, что имело свой резон: эти наместники в случае вражеского вторжения должны были играть роль передового полка и сдерживать врага до тех пор, пока не поспеет царская помощь из центра. Поэтому как правило все упоминаемые в нашем произведении дедж-азмачи были правителями разных областей Эфиопии.]

82. [Имеется в виду Вубе Хайле Марьям, первоначально бывший правителем небольшой области Самен, но с 1831 г. захвативший впасть над всей обширной провинцией Тигрэ, которую он удерживал в своих руках до 1855 г., когда ему пришлось подчиниться верховной власти царя Феодора]

83. [Имеется в виду правитель Самена — Негусе Вольде Микаэль, племянник деджазмача Вубе.]

84. [Абуна — (букв  «отец наш») — традиционный эпитет митрополита в Эфиопии. До 1957 г., когда Эфиопская церковь стала автокефальной и получила право избирать своего собственного патриарха, она подчинялась Александрийскому патриархату и получала митрополитов только из Египта. Абуной (т. е. «отцом нашим») эфиопы именовали также особо почитаемых святых.]

85. [Имеется в виду коптский митрополит Эфиопии, назначенный Александрийским патриархом 23 мая 1841 г. на место умершего митрополита Кирилла и получивший имя Саламы в память первого крестителя Эфиопии. Его жизнь в Эфиопии изобиловала бурными политическими событиями, в которых он активно участвовал. Умер он в 1867 г., находясь в опале и заточении в царской крепости Магдала.]

86. [т е августе 1853 г.]

87. [Имеется в виду эфиопский военачальник Каса Хайлю, который в 1855 г. захватил верховную власть в Эфиопии и короновался на царство, приняв имя Феодора — грядущего апокалиптического царя, которому суждено принести мир и покой стране. Эти ожидания не оправдались, и после бурного и кровавого царствования Феодор застрелился 13 апреля 1868 г.]

88. [Джандараба — титул начальника царских евнухов.]

89. [Имеется в виду французский литейщик Жозеф Макерер (Joseph Mackerer), прибывший в 1857 г. для производства артиллерийских орудий, поступивший на службу к царю Феодору и оказавшийся в заключении в крепости Макдала.]

90. [Ато — эфиопское слово, означающее «господин».]

91. [Здесь имеется в виду выученик и спутник протестантских миссионеров Самуэль Гиоргис (называемый также Самуэлем ибн Али и Хуссейном Али), который находился с ними в заточении в крепости Макдала. «Стражем» же их он здесь назван, потому что перед падением этой крепости именно ему царь Феодор поручил сопровождать в британский лагерь отпущенных им европейцев (Н. Rassam, Narrative of the British Mission to Theodore (London, 1869) II. 321-325).]

92. [Кантиба — титул гондарского городничего ]

93. [Алека — формально это титул церковного старосты. Но так в Эфиопии называли и любого человека, получившего церковное образование.]

94. [Имеется в виду основатель ислама.]

95. [Имеется в виду миссионер-лазарист Л. Бьянкери (L. Biancheri), который прибыл в Эфиопию в 1842 г., активно участвовал в деятельности лазаристской миссии и умер в Массауа в 1864 г.]

96. [Имеется в виду эфиопский хронограф, излагающий историю Эфиопии от сотворения мира.]

97. [Имеется в виду иезуитский миссионер Херонимо Лобо (Jeronimo Lobo), прибывший в Эфиопию в 1625 г. и покинувший ее в 1632 г. Он описал свои приключения в книге: J. Lobo, A Voyage to Abyssinia by Father Jerome Lobo (translated by S. Johnson) (London, 1735). Дата прибытия Лобо в Эфиопию дана автором по эфиопскому календарю.]

98. [Имеется в виду иезуит Аффонсу Мендиш (Alfonso Mendez), который 12 марта 1623 г. был назначен португальским королем и утвержден папой Урбаном VIII католическим патриархом Эфиопии. Он прибыл в Эфиопию в 1625 г. и был изгнан оттуда в 1633 г. царем Василидом.]

99. [Имеется в виду Самуэль Гобат (Samuel Gobat) (1799-1879), швейцарец по происхождению, представитель Church Mission Society, первый протестантский миссионер, проникший в Эфиопию в XIX в. Это произошло в самом начале 1830 г. Подробнее о Гобате см : Т. Scholly, Samuel Gobat (Stockholm, 1915).]

100. [Имеется в виду другой протестантский миссионер из Church Mission Society, немец по национальности, Карл Вильгельм Изенберг (Karl Wilhelm Isenberg) (1806-1864), прибывший в Эфиопию в самом конце 1834 г. Подробнее о нем см. Н. Gundert, Biography of the Rev. Charles Isenberg Missionary of the Church Missionary Society to Abyssinia and Western India from 1832 to 1864 (London, 1885).]

101. [т. е. на протяжении всей церковной истории Эфиопии].

102. [Традиционным эпитетом первого крестителя Эфиопии Фрументия было *** *** *** ***, т. е. «отец мира, открыватель Света».]

103. От Иоан. Ев. 8, 58.

104. От Иоан. Ев. 14, 28.

105. [Имеется в виду миссионер Church Missionary Society Лидер (J. Lieder), работавший в Египте.]

106. [В Эфиопии XIX в. это был обычный эпитет протестантов, отвергавших культ Девы Марии.]

107. [Лежан пишет об этом Андрее, ставшем митрополитом Эфиопии и нареченным Саламой: «Sa foi religieuse est tres-douteuse: la plupart le croient protestant, parce qu'il etait au Caire eleve de l’ecole protestante de M. Lieder, et que le consulat britannique du Caire n'a pas ete etranger a sa designation» (p. 43).]

108. [Баламбарас — титул коменданта крепости, расположенной на столовой горе (амбе). Однако этот титул может фигурировать и просто в качестве воинского звания безотносительно к конкретным функциям носителя его.]

109. [т е октябре 1841 г.]

110. [Адди-Абун (букв. «селение абуны» на языке тигринья) — традиционное поместье эфиопских митрополитов в области Тигрэ.]

111. С. 42 [Лежан писал «М. de Jacobis debuta en Abyssinie par une faute grave: it fit de l’habilete et tourna des situations qu’il eut peut-etre ete plus digne de trancher. Le siege patriarcal etait vacant. Oubie, qui songeait alors a se faire couronner negus, annonca qu'il allait faire les frais d'une ambassade chargee d'aller demander a Alexandrie le nouvel abouna. Mais il etait lui-meme en mauvais termes avec l'Egypte et ne savait qui envoyer avec quelque securite. Il s'ouvnt alors a M. de Jacobis et lui fit l'etrange proposition d'aller lui-meme, — lui, nomme abouna par Rome, — chercher et amener son rival M. de Jacobis accepta sans hesiter. Il s'etait dit que, quelque parti qu'il prit, l'abouna n'en arriverait pas moins, et qu'il valait mieux avoir sa sympathie, sa neutralite au moins, que son inimitie. On verra plus lom s'il avait ete bien inspire en obtenant et en escortant jusqu'au Tigre l'abouna Salama, jeune copte natif de Minie» (p 41-42).]

112. [Эфиопы делят библейские Книги Царств не на четыре, а на две книги, отчего третья Книга Царств содержится в эфиопской Библии во второй книге.]

113. [Имеется в виду ворон, посланный Ноем из ковчега, который возвращался обратно, лишь покуда не сошла вода и не просохла земля, а потом улетел и не возвратился обратно с этой благой вестью.]

114. [Эфиопы всегда имели сильные сомнения в том, являются ли белые люди («франки») настоящими христианами.]

115. [Матф. 10, 6]

116. [Здесь автор называет Де Якобиса, а далее и Массайю абуной (обычным эпитетом епископа и митрополита в Эфиопии), потому что впоследствии Де Якобис был рукоположен во епископы, а Массайа достиг и сана кардинала ]

117. [Рас (букв. «голова») -высший феодальный титул в Эфиопии.]

118. [Рас Али Алула — могущественный феодальный властитель областей Амхара и Бегемдер, по своему произволу ставивший и смещавший тогда номинальных царей в Гондаре.]

119. [Здесь автор явно имеет в виду французского путешественника Антуана д'Аббади (1810-1897), который провел в Эфиопии вместе со своим братом Арно десять лет (1838-1848). Трудно сказать, насколько со стороны д'Аббади это предательство католических миссионеров было предумышленным, позднейшие исследователи этого не утверждают. Так, авва Антониос Альберто пишет, что письмо Массайе попало в руки митрополита Саламы «из-за ошибки почты» (Dr. Abba Antonios Alberto, The aposlolic vicariate of Galla, a Capuchin Mission in Ethiopia (1846-1942): Antedecents, evolution and problematics // Ethiopian Review of Cultures 1. Capuchin Franciscan Institute of Philosophy and Theology (Addis Ababa, 1998) 58), a миссионер-лазарист Ж. Кульбо в своей книге о Де Якобисе писал, что Антуан д'Аббади, узнав в Адуа о происшедшем, написал Массайе и предупредил его о гневе Саламы и возможных последствиях (J. Coulbeaux, Abouna Yacob… 82).]

120. [т. е. Луиджи Монтуори, которого при посвящении в епископский сан нарекли Фрументием в память первого крестителя Эфиопии.]

121. [***, точнее — *** ***, или *** *** — старинный эфиопский придворный титул (букв. «глас государев»), который присваивался правительственному уполномоченному, действовавшему от имени правителя, на то время, в течение которого он должен был выполнять эти функции.]

122. [Де Якобис прибыл в Гондар 8 марта 1854 г.]

123. [Имеется в виду кардинал Алессандро Барнабо (Alessandro Barnabo) из Congregatio de Propaganda Fide, ведавший там эфиопскими делами ]

124. [19 мая.]

125. [Имеется в виду то самое «Житие отца нашего Иакова», которое автор упоминает во введении к настоящему произведению.]

126. В 3-й главе на странице 46.

127. [Имеется в виду пригород Массауа Имкуллу, называемый тогда европейцами Монкулло].

128. [Имеется в виду официальный вице-консул Франции в Египте, имевший постоянное пребывание в Массауа Эжен Роллан (Eugene Rolland), сменивший на этому посту А. Дэгутена в 1849 г.]

129. [Вот французский текст этого письма, приведенный в книге Лежана: Nous desirons que vous connaissiez que, dans les evenements de Mocollo, arrives en fevrier dernier, nous n'avons pris volontairement aucune part, et que nous regretterions vivement d'avoir donne lieu a votre gouvernement de douter de notre amitie. Ainsi que nous vous l'avions fait savoir. nous sommes toujours devoues a la France et disposes a le lui prouver; d'elle seule nous esperons des secours pour nous defendre contre les nouveaux ennemis qui nous menacent. Veuillez, monsieur le Consul, donner a votre gouvernement connaissance de nos sentiments, afin que nous ayons la grande satisfaction d'etre compte toujours au nombre des ses amis les plus sinceres

Fait a Aouziene, le ler octobre 1849.]

130. [Имеется в виду Л. Делайе (L. Delaye), который в мае 1853 г. прибыл в Массауа в качестве французского вице-консула после того, как три года консульская должность там оставалась незамещенной.]

131. [9-го июля 1854 г.]

132. [Имеется в виду Уолтер Плоуден (Walter Chichele Plowden), британский консул, бывавший в Эфиопии и раньше, но в этом качестве прибывший туда в 1848 г. и убитый там в 1860 г.]

133. [Имеется в виду представитель (Wakil) британского консула У. Плоудена в Массауа Раффаэле Барони (Raffaele Baroni).]

134. [Имеется в виду миссионер-лазарист Карло Дельмонте (Carlo Delmonte).]

135. [Имеется в виду Джон Белл (John Bell), шотландский авантюрист, поступивший на службу к царю Феодору. Он одевался как эфиоп, женился на эфиопской девушке, имел несколько детей и получил от Феодора должность и титул лика-макваса.]

136. [Лика-маквас — это старинный титул, который прежде носил царский конюший, выполнявший в то же время и обязанности «двойника царя». Обычно в сражениях лика-маквас, облаченный в царские парадные одеяния, восседал под красным зонтиком, тогда как царь в простой одежде обычного воина руководил сражением, находясь в другом месте. В подобных сражениях гибель предводителя обычно решала исход битвы, поэтому и главный удар направлялся туда, где возвышался красный царский зонтик. Так что должность лика-макваса в те времена бывала не только почетна, но и опасна. С течением времени лика-маквас утерял эту функцию «двойника» и превратился просто в название одной из придворных должностей.]

137. [Имеется в виду лейтенант Теофиль Лефевр (Theophile Lefebvre). Подробнее см. в его книге Th. Lefebvre, Voyage en Abyssinie execute pendant les, annees 1839, 1840, 1841, 1842, 1843 (Paris, 1845-1848) 6 vols.]

138. [В июне 1855 г.]

139. [т. е. деджазмач Каса (будущий император Феодор) и абуна Салама].

140. [Вкратце взгляды партии «помазания» заключались в том, что Христос был обожествлен через помазание Духом Святым, партии «сына благодати» — в том, что помазание было воспринято человеческим естеством Христа. Этим помазанием Он — Сын благодати. Помазание вернуло человеческому естеству Христа утраченное Адамом совершенство, но отнюдь не было средством Его обожения. Взгляды партии, чьим лозунгом было «Сын — помазание», сводились к тому положению, что Христос Сам есть помазующий, помазуемый и помазание, т. е. представляли собою крайнюю форму монофизитства. Подробнее об этом см. В. В. Болотов, Несколько страниц из церковной истории Эфиопии. II Богословские споры в Эфиопской церкви //Хр. Чт. (1888) II 30-62, 775-832.]

141. [Матф. 16, 18]

142. Как сказано в Апокалипсисе (12, 12) сего ради веселитеся небеса и живущии на нихъ; твердость их всех удивляла и радовала.

143. [Асаллафи — титул кравчего. Такой слуга не только прислуживал своему господину за столом, но мог выполнять любые его поручения.]

144. [«Суд царей» — эфиопский сборник канонического права, представляющий собою перевод египетского Номоканона Ибн аль-Ассаля (XIII в.), сделанный эфиопским дьяконом Петросом Габра Эгзиабхером с помощью египетского клирика Авраама во второй половине XVI в. Если в Египте этот Номоканон, называвшийся просто «Сборником канонов», служил только учебником канонического права для коптских монастырских школ, то в Эфиопии он, получив название «Суд царей» (*** ***), вплоть до новейшего времени считался авторитетнейшим источником права при любых судебных разбирательствах.]

145. [4 января 1855 г.]

146. [12 июня 1855 І.]

147. [Иер. 2, 18]

148. [Так в тексте, однако это — мужское имя. Вероятно, автор поставил его по ошибке вместо женского варианта такого же имени — Хабтва Лемлем.]

149. [Любопытная разновидность эфиопского белого духовенства, по своему положению при храме напоминающая древнееврейских левитов. От них не требовалось ни ухода из мира и безбрачия, как от монахов, ни ненарушимого церковного брака, как от священников. Они не были рукоположены в сан и потому не могли служить обедни, но подвизались при церкви, где исполняли священные пляски и гимны.]

150. и у жены его

151. [Это произведение, к сожалению, неизвестно переводчикам.]

152. [Имеется в виду эфиопский обычай являться с камнем на плечах в знак униженной просьбы (обычно о помиловании).]

153. [Имеется ввиду Квесквамский собор в Гондаре, возведенный царицей Ментеввабв 1733 г.]

154. [Слово ***, употребленное здесь, имеет значение «хитрец», а также «чернокнижник» и «колдун».]

155. [Имеется в виду не столько христианское крещение в собственном смысле этого слова, сколько «окропление водою молитвы», которому эфиопы приписывали магическое значение.]

156. [Пс 30,19]

157. [Имеется в виду царь Иоанн III (1840-1841).]

158. [Эччеге — титул главного архимандрита всех монастырей Дабра-Либаносской конгрегации и настоятеля самой Дабра-Либаносской лавры. По своему положению в эфиопской церковной иерархии эччеге был вторым после митрополита лицом в Эфиопской церкви. В отличие от митрополита, который всегда был коптом, эччеге выбирался исключительно из эфиопского духовенства и являлся при дворе представителем национальной церкви.]

159. [Имеется в виду эфиопский царь Такла Гиоргис (1800).]

160. [Слово ато происходит от старого титула абето, которым именовали наследника престола или царского родича. Похоже, что здесь оно употреблено именно в значении абето.]

161. [Имеется в виду эфиопский царь Василид (1632-1667).]

162. [т. е. в 1840 г. по европейскому летосчислению.]

163. [Т. е. царя Иоанна III]

164. [23 октября 1873 г.]

165. [1 декабря 1854 г.]

166. [Здесь употреблена уважительная форма ***, средняя между «ты» и «Вы».]

167. [Высокопоставленные духовные люди в Эфиопии равно как и знатные женщины, передвигались верхом на мулах, а не на конях.]

168. [По правилам традиционного эфиопского судопроизводства каждый выступающий в суде имеет право говорить столько, сколько считает нужным, и даже судья не должен прерывать его.]

169. [Эта одна из главных столичных церквей была основана 6 декабря 1682 г. царем Иясу I и возведена на главной площади Гондара — Адабабай.]

170. [Ср Быт 2, 2]

171. [Иоан 5, 17]

172. [Афанегус (букв. «уста царя») — титул председателя верховного суда, который в принципе должен вести судебное заседание от имени царя, но на деле обычно просто выполнял его указания.]

173. [т. е. после описанного суда.]

174. [8 февраля 1855 г.]

175. [Бичи из кожи бегемота были страшным орудием казни. Их вырезали из сырой шкуры под острым углом и не дубили, отчего ремни, высыхая, скручивались и становились твердыми, как дерево, с острыми, как лезвие, краями.]

176. [Матеб — шнурок, обычно синего цвета, который эфиопские христиане носили на шее в знак своего исповедания христианской веры.]

177. [«Четырехглазыми» называли тех немногочисленных богословов, которые овладели всеми четырьмя предметами, преподававшимися в высшей эфиопской школе богословской экзегезы, т. е.  1.  Толкование книг Ветхого завета, 2. Толкование книг Нового завета, 3. Толкование святоотеческих писаний вместе с каноническим правом и церковным календарем, 4. Толкование монашеских правил и писаний.]

178. [Ср. Мф. 10, 29.]

179. [Имеется в виду народ оромо, которых все соседи называли галла (в русской научной традиции — галласами.]

180. [Имеется в виду так называемый специальный страж заключенного, с которым заключенного или арестованного обычно сковывали цепью или связывали веревкой и который назывался курання и был вынужденно неразлучен со своим пленником. Так заключенных содержали в походе или временном военном лагере, где не было специальных мест заключения.]

181. [Ср Числ. 10, 13.]

182. [Эфиопские цари и крупные феодалы в XIX в. имели свои почетные боевые прозвища, составленные из двух частей слова: «абба» (владелец) + имя его боевого коня. Именем боевого коня царя Феодора было Татек.]

183. Матф. 23, 13, 35.

184. [т. е. июня до мая.]

185. [т. е. протестанты, не почитающие Богородицу и не блюдущие поста.]

186. [т. е. 28 или 29 августа 1855 г.]

187. [Имеется в виду Менелик I, сын царя Соломона и царицы Савской, который считается основателем эфиопской царской династии «Соломонидов» и номинальный гондарский царь Такла Гиоргис, много раз возводившийся и свергавшийся с престола могущественными областными властителями (1779-1784, 1789, 1795, 1795, 1799, 1800), пока не был свергнут окончательно, получив в народе прозвище «конец царства» (*** ***).]

188. «История царей» аззажа Дэльбо. Был он, мне кажется, аззажем государя Сисинния. Он говорит, что от царицы Южной до воплощения [прошло] 1058 лет. В другой истории [сказано], что от воплощения до свергнутого в Афераванате государя Такла Гиоргиса [прошло] 1714 лет и 4 месяца.

189. [Имеется в виду Али, сын Сэру Гуангуля из оромского (галлаского) племени Йеджу, прозванный Али Великим, правивший областью Бегемдер с 1774 по 1788 г. и умерший в 1788 г.]

190. [Имеется в виду тезка и младший родич Али Великого — Али Малый, правивший Бегемдером с 1831 по 1853 г. и умерший в 1866 г.]

191. Аще не обратитеся, оружие свое очиститъ. Псал. 7, 13.

192. [Имеется в виду так называемый «рим» (***) — земля, пользователи которой должны обеспечивать потребности того храма или монастыря, которому она принадлежит.]

193. [Порядок службы в Эфиопской церкви имеет такую специфическую особенность, как то, что дабтара во время службы импровизируют особые стихи кыне на древнем литургическом языке геэз. Всего насчитывается 11 форм таких стихов, отличающихся друг от друга количеством строк, внутренней структурой, а также употреблением. В некоторых из них допускаются упоминания или намеки на современные события. Именно такие стихи, исполняемые дабтара и имеются здесь в виду.]

194. [Пс 79, 11]

195. [Лика-тэбэбт (букв. «начальник мудрых») — почетный эпитет протоиерея Мариинского собора Дабра-Цехай, построенного в Гондаре царицей Ментевваб в 1733 г.]

196. [Имеется в виду праздник Воздвижения Честною Креста.]

197. [Путь из Эфиопии на Сеннар дальше вел в Египет.]

198. [Лежан писал: «Salama alarme commenca par faire excommunier Kassa et tous ses adherents, qui s'en alarmerent. «Ce n’est rien, disait froidement le kuarania abouna Yakob a les pouvoirs suffisants pour nous relever de l'excommunication de ce Copte» — c. 47.]

199. [Ср І Цар. 15, 28.]

200. [Имеется в виду мясо животных, зарезанных христианами, потому что в Эфиопии христиане, мусульмане и иудаисты (фалаша) едят мясо только тех животных, которые зарезаны их единоверцами.]

201. [Лежан писал: «Un an apres de depart de Theodore, le jeune chef a qui il avait confie le Godjam se declarait independant et refusait le tribute. Il s'appelait Tedla Gualu» — c. 58.]

202. [Агау — название одного из кушитоязычных народов, населяющего центр Эфиопского нагорья. В данном случае это — прозвище Вольде Микаэля.]

203. [В тексте в значении «волость» употреблено слово йе-негарит агер, т. е. «область негарита». Негарит — барабан, имеющий полусферический корпус и одно днище, типа литавр. Такие барабаны, соединенные попарно, являлись атрибутом светской власти начальника волости. Царские наместники в зависимости от того, сколько волостей находилось в их подчинении, имели право возить за собою соответствующее количество пар барабанов.]

204. [Эфиопское слово вейзеро первоначально означало принцессу крови или некоронованную супругу царя, однако в XIX в. оно стало означать просто знатную женщину.]

205. [Первоначально слово бальгада было титулом начальника вооруженного каравана, отправляемого за солью к побережью Красного моря. В XIX в. это слово стало титулом (часто наследственным) одного из местных властителей в области Тигрэ.]

206. [Лидж (букв. «дитя», «infante») — эфиопский титул принцев крови.]

207. [Лежан писал: «Negousie, surnomme Agau a cause de son pays natal, avait servi sous Kassa. Apres la bataille de Dereskie, le vainqueur s'informa d'un jeune officier reconnaissable a un dolman en peau de lion et qui s'etait battu vaillamment. C’etait Negousie. En recompense de sa bravoure et d'une blessure qu'il avait recue, le negus lui donna je ne sais quelle province, et le vit partir sans defiance avec une quinzaine d'hommes du Dembea pour le Semen, pays favori de la famille d'Oubie» — c. 58-59.]

208. [Абба Табор — боевое прозвище (по имени коня) годжамского деджазмача Гошу.]

209. [Абба Горфу — боевое прозвище (по имени коня) ато Хайле Марьяма.]

210. [На самом деле — 55 лет]

211. [т. е. в июне ]

212. [Зимы в европейском понимании этого слова в Эфиопии нет, но в году есть два дождливых сезона: большой (с июня по сентябрь) и малый (с марта по май). Так как большие дожди сопровождаются заметным похолоданием, то этот сезон, называемый эфиопами «кэрэмт», обычно переводят на европейские языки как «зима», хотя он и приходится на месяцы, которые в Европе считаются летними. Сухой сезон (с октября по май) обычно переводят как «лето».]

213. [Амба — столовая гора тектонического происхождения, столь типичная для эфиопского ландшафта, что это ее эфиопское название вошло в географическую литературу. Благодаря своим обрывистым и труднодоступным склонам эти горы играли в Эфиопии роль естественных крепостей и убежищ. Нередко на амбах располагались как монастыри, так и крепости и места заключения.]

214. [11 сентября 1855 г.]

215. [Имеется в виду молоть зерно на каменной зернотерке, что всегда считалось самой тяжелой женской работой.]

216. [Абба Дира — боевое прозвище (по имени коня) Бэрру.]

217. [Имеется в виду вице-консул Франции в Массауа Шовэн-Беййяр (С. Chauvin-Beillard).]

218. [Имеется в виду нэбура-эд (букв. «рукоположенный») — титул протоиерея Аксумского собора Богоматери Сионской — главной церковной святыни христианской Эфиопии.]

219. [26 сентября 1857 г.]

220. [т. е. в 1857 г.]

221. [в декабре 1855 г.]

222. [Наиб — турецкий титул наместника области. Оттоманская Порта претендовала на сюзеренитет надо всей Эфиопией и в своих документах именовала ее своим «пашалыком Хабашистаном». На деле, однако, турецкий контроль ограничивался гаванью и портовым городом Массауа, где турки назначали местного племенного правителя своим «наибом» и делили с ним пошлины, которые он должен был собирать.]

223. [Арак — распространенное на Востоке и берущее свое начало из Индии название крепкой самодельной водки, которая в Эфиопии изготовляется из самых различных злаков.]

224. [в 1858-1859 гг.]

225. [Имеется в виду французский миссионер о. Лаперез (Lapereuse).]

226. [в ноябре 1856 г.]

227. [Имеется в виду произведение Такла Хайманота, которое опубликовал в 1948 г. Луиджи Фузелла: L. Fusella, L’ambasciata francese a Neguse // RSE VII (1948) 176-191.]

228. [Вероятно, имеются в виду чрезвычайно тонкие листки золота, употребляемые в золотобойном производстве, чтобы, покрывая ими разные предметы, придавать им вид золотых.]

229. [Имеется в виду Ворку или Ворке Гарабет, сын армянского золотых дел мастера Карапета и его эфиопской жены, которая поменяла сыну армянское имя Геворк (Георгий), данное отцом-армянином, на более понятное ей эфиопское имя Ворке (букв. «мое золото»). Подробнее о нем см. R. Pankhurst, The History of Ethiopian-Armenian relations (II) // REArm (1978-1979) (Nouvelle serie XIII) 259-260.]

230. [Блатта — придворный титул начальника царских пажей, который, однако, мог быть пожалован в качестве почетного титула и другим должностным лицам.]

231. [Имеется в виду рас Мару (или Марийе), правитель Бегемдера.]

232. [т. е в октябре месяце.]

233. [Имеется в виду граф Станислас де Рюссель (Stanislas comte de Russel), чей титул Такла Хайманот траслитерировал как «командо». Подробнее о его миссии см. в его книге. S Russel, Une Mission en Abyssinie et dans la Mer Rouge, 23 octobre 1859 — mai 1860 (Paris, 1884).]

234. [Лежан писал: «Vers la meme epoque, l'insurrection du Tigre perdit son veritable chef, l'indomptable prelat qui avait ete l'ame de tout le mouvement M. de Jacobis mourait pres de Massaoua, victime d'une insolation aggravee par son age et ses fatigues. dirent les hommes de l'art, mais victime surtout de ses esperances decues et des violentes emotions qui l'avaient assiege. On peut, comme nous l'avons fait, blamer sa conduite politique: mais on ne peut refuser une sympathie emue a cet homme eminent, moms ne pour l'eglise que pour la grande diplomatie et qui avait use, dans une lutte a contre sens, d'aussi eminentes facultes» — p. 102.]

235. B 1875 году от воплощения


Текст воспроизведен по изданию: "Книга уничтожения лжи, возведенной на праведного абуну Иакова" Такла Хайманота Такла Эгзиэ – одно из первых произведений амхарской литературы // Христианский Восток, Том 3 (IX) (2001): Новая серия. М. Алетейя. 2002

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.